ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-11218/2022

01 февраля 2023 года

г. Санкт-Петербург

/сд.1

Резолютивная часть постановления объявлена     24 января 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  01 февраля 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Кротова С.М.

судей  Герасимовой Е.А., Тарасовой М.В.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем судебного заседания ФИО1

при участии:  

финансового управляющего ФИО5 – ФИО2 (определение суда от 16.03.2022 по делу № А56-11218/2022);

от ФИО3: ФИО4, представитель по доверенности от 05.07.2022;

от ФИО5: ФИО6, представитель по доверенности от 04.02.2022;

от АО АКБ «Газбанк» в лице конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов»: ФИО7, представитель по доверенности от 29.07.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер  13АП-35494/2022, 13АП-35495/2022)  (заявление)  финансового управляющего ФИО5 – ФИО2 и конкурсного управляющего акционерного общества Коммерческий банк «ГАЗБАНК» на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.10.2022 по делу № А56-11218/2022/сд.1, принятое 

по заявлению о признании недействительной сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5

об отказе в удовлетворении заявления, 

установил:

ФИО8 обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ФИО5 несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 08.02.2022 по делу №А56-11218/2022 заявление принято к производству, возбуждено производство по делу, и назначено судебное заседание по рассмотрению обоснованности заявления о признании гражданина несостоятельным (банкротом) на 02.03.2022.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.03.2022 в отношении ФИО5 введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим назначен ФИО2, член Ассоциации  «МСОПАУ».

11.05.2022 финансовый управляющий ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просит суд признать недействительным заключенный 29.11.2017 между ФИО5 и ФИО3 договор дарения квартиры, расположенный по адресу: 

<

...>. 

Определением от 12.10.2022 Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной отказал.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, финансовый управляющий ФИО5 – ФИО2 и АО АКБ «Газбанк» в лице конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов» обратились с Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобами, в которых просили определение отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В обоснование своей апелляционной жалобы конкурсный управляющий АО АКБ «Газбанк» указал, что оспариваемая сделка совершена заинтересованными лицами, поскольку ФИО3 является дочерью должника, а также директором ООО «Юникор» (ИНН 

<

***>), 100 % долей в уставном капитале которой принадлежат ФИО5 Более того, податель жалобы указал, что ФИО5 продолжает проживать и зарегистрирован по адресу спорной квартиры, что в свою очередь свидетельствует о мнимости сделки и недобросовестности должника. 

Апелляционная жалоба финансового управляющего носит формальный характер, не содержит конкретных доводов, по которым податель жалобы просит отменить определение суда.

В судебном заседании 24.01.2023 представители подателей жалоб поддержали свои апелляционный жалобы в полном объеме.

Представители ФИО5 и ФИО3 против удовлетворения жалоб возражали по основаниям, изложенным в отзывах.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 29.11.2017 между должником и ФИО3 заключен договор дарения квартиры, расположенной по адресу: Санкт-Петербург, наб. Обводного канала, д.108, кв.252, ранее приобретенной должником на основании договора участия в долевом строительстве от 11.03.2014 № 2619/1123/1.

Финансовый управляющий полагая, что спорный договор дарения квартиры, заключенный между должником и ФИО3, подлежит признанию недействительным на основании ст. 61.2 Закона о банкротстве, ст. 10, 168, 170 ГК РФ, обратился с настоящим заявлением в суд.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

Из пункта 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 63), следует, что в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах).

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 того же Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (включая сделки с недвижимостью).

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 названного Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина (пункт 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

Необходимо учитывать, что по правилам пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Как верно установил суд первой инстанции, в связи с тем, что дело о банкротстве должника возбуждено 08.02.2022 г., оспариваемый договор заключен в 2017, то есть за пределами трехлетнего периода подозрительности, предусмотренного нормами Закона о банкротстве, возможность судебного оспаривания данной сделки по главе III.1 Закона о банкротстве исключена.

Вместе с тем, несмотря на совершение оспариваемой сделки за пределами периода подозрительности в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, финансовый управляющий ссылался на наличие в указанной сделке пороков, выходящих за пределы специальных оснований оспоримой сделки, в связи с чем считает подлежащими в рассматриваемом случае применению положений статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По мнению финансового управляющего спорная сделка может быть оспорена по общим нормам о недействительности сделок, совершенных со злоупотреблением правом (статьи 10, 168 ГК РФ). В обоснование указанного довода финансовый управляющий ссылается на безвозмездный характер оспариваемой сделки и наличие у ФИО5 умысла на сокрытие принадлежащего ему имущества от возможного обращения на него взыскания.

В соответствии с частью 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Пунктом 1 статьи 168 ГК РФ установлено, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Пунктом 2 названной нормы предусмотрено, что в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Таким образом, статьей 10 ГК РФ закреплен принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определены общие границы (пределы) осуществления гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских прав волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 №127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Вместе с тем, для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что такая сделка направлена на нарушение прав и законных интересов кредиторов. Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что оспариваемая сделка заключена должником с целью реализовать какой-либо противоправный интерес.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделки, влечет ничтожность сделки, как не соответствующей закону (статьи 10 и 168 ГК РФ).

По делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. При этом недобросовестность безусловно предполагает информированность контрагента о том, что он действует с целью причинения вреда и в ущерб интересам другого лица.

В преддверии банкротства должник, осознавая наличие у него кредиторов (по требованиям как с наступившим, так и ненаступившим сроком исполнения), может предпринимать действия, направленные на вывод имущества. Обозначенные действия объективно причиняют вред настоящим кредиторам, снижая вероятность погашения их требований.

В деле о банкротстве негативные последствия от такого поведения должника могут быть нивелированы посредством конкурсного оспаривания (статьи 61.2, 213.32 Закона о банкротстве, статьи 10, 168 ГК РФ), направленного на приведение конкурсной массы в состояние, в котором она находилась до совершения должником противоправных действий, позволяющее кредиторам получить то, на что они вправе справедливо рассчитывать при разделе имущества несостоятельного лица.

Следовательно, конкурсное оспаривание может осуществляться в интересах только тех кредиторов, требования которых существовали к моменту совершения должником предполагаемого противоправного действия либо с большой долей вероятности могли возникнуть в обозримом будущем.

Оснований полагать, что оспариваемый договор дарения заключен до возникновения у должника признаков неплатежеспособности, недостаточности имущества или банкротства, не имеется. На момент совершения сделки у ФИО5 не имелось неисполненных денежных обязательств, сумма которых превышала бы стоимость его активов, и срок исполнения которых еще не наступил (не было ни займов, ни поручительств, ни иных денежных и не денежных обязательств).

Вопреки доводам финансового управляющего на дату заключения спорного договора дарения кредиторы, перед которыми ФИО5 прекратил бы исполнение денежных обязательств, возникших до даты оспариваемого договора, отсутствовали. Возможность возникновения каких-либо требований со стороны предполагаемых кредиторов в обозримом будущем должником также не могла предполагаться.

В частности, как справедливо было отмечено судом первой инстанции, договор займа, неисполнение обязательств по которому стало основанием для возбуждения дела о банкротстве ФИО5 заключен должником 22.06.2021, просрочка исполнения данного договора возникла 23.08.2021 г., то есть по истечение более чем 3,5 лет с даты совершения оспариваемого договора дарения.

Кроме того, не свидетельствует о злоупотреблении правом факт рассмотрения в отношении ФИО5 требований о взыскании убытков, причиненных акционерному обществу Коммерческий банк «ГАЗБАНК», привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности в рамках дела № А55-21551/2018, поскольку на дату совершения оспариваемой сделки данные требования не существовали, предъявлены в суд 16.04.2021 г. и 22.07.2021 г, то есть по истечение более чем трех лет с даты заключения оспариваемого договора.

При этом на сегодняшний день отсутствует судебный акт, подтверждающий обоснованность данных требований, рассмотрение заявления конкурсного кредитора - Коммерческий банк «ГАЗБАНК» о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности в рамках дела № А55- 21551/2018 не завершено.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований полагать, что стороны оспариваемой сделки действовали исключительно с противоправной целью, знали о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов должника, или должны были знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как пояснил ФИО5, спорная квартира приобретена ФИО5 на основании договора участия строительстве от 11.03.2014 г. № 2619/1123/1, во исполнение которого должником заключен с ЗАО «Райффайзенбанк» кредитный договор (ипотека) от 12.03.2014.

Оспариваемый договор дарения заключен между ФИО5 и его дочерью ФИО3 (добрачная фамилия - ФИО9), что подтверждается свидетельством о рождении и свидетельством о заключении брака ответчика.

При этом сам по себе факт отчуждения имущества в пользу заинтересованного лица (близкого родственника) на безвозмездной основе действующим законодательством не запрещен, не свидетельствует ни о злоупотреблении правом, ни о противоправности цели сделки, поскольку дарение имущества между физическими лицами - родственниками, является распространенной практикой.

Также, как указывал должник, спорная квартира изначально приобреталась для дочери в связи с ее переездом в г. Санкт-Петербург для получения высшего образования, в связи с чем, ФИО10 с 16.09.2015, то есть задолго до совершения оспариваемой сделки, зарегистрирована и проживает в спорной квартире.

Указанное также подтверждается неоднократно выдаваемыми с даты заключения ФИО5 договора участия в долевом строительстве от 11.03.2014 г. №2619/1123/1 доверенностями на имя дочери - ФИО5, предоставляющими ей право представлять интересы ФИО5 во всех органах и организациях, в том числе Управлении Росреестра, МФЦ, ЗАО «Райффайзенбанк».

Таким образом, в ведение ФИО5 были переданы все процедурные вопросы, разрешаемые собственником в процессе владения недвижимым имуществом, обремененным ипотекой.

На основании данных доверенностей дочерью ФИО5 по ордеру от 24.10.202017 № 13 в ЗАО «Райффайзенбанк» получена закладная на спорную квартиру, 25.10.2017 в МФЦ подано заявление о снятии с квартиры обременения с приложением необходимых документов.

Изложенное в совокупности с тем обстоятельством, что ФИО5 была зарегистрирована и проживала в спорной квартире, свидетельствует о цели приобретения данной квартиры ФИО5 для последующей ее передачи дочери.

В связи с нахождением спорной квартиры под обременением оспариваемый договор дарения был заключен после погашения ипотеки. А именно, по истечение незначительного периода времени (одного месяца) с даты погашения ипотеки и снятия обременения в виде залога спорной квартиры (уведомление Росреестра от 27.10.2017) заключена оспариваемая сделка от 29.11.2017. В ЕГРН сведения о государственной регистрации данной сделки дарения внесены 06.12.2017.

В спорной квартире ФИО3 проживает с 2015 года, иного пригодного для проживания имущества не имеет. Доказательств иного в материалы дела не представлено

Таким образом, указанные обстоятельства свидетельствуют о направленности воли сторон оспариваемой сделки на ее реальное исполнение. 

С учетом изложенного, проанализировав представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявления финансового управляющего.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции апелляционный суд не усматривает.

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд полагает, что судом первой инстанции при рассмотрении спора правильно определен характер спорного правоотношения, круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, правильно определены законы и иные нормативные акты, которые следовало применить по настоящему делу, дана оценка всем имеющимся в деле доказательствам с соблюдением требований арбитражного процессуального законодательства.

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их обоснованность и законность либо опровергли выводы суда, в связи, с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными. 

Несогласие заявителей с выводами суда, иная оценка ими фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона, не означают допущенной судом при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем нет оснований для отмены судебного акта. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Основания для удовлетворения апелляционных жалоб отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 12.10.2022 по делу №  А56-11218/2022/сд.1 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

С.М. Кротов

 

Судьи

 

Е.А. Герасимова

 

 М.В. Тарасова