АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

ФИО1 ул., д. 45, 

<

...>, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-4166/2025

28 января 2026 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 20 января 2026 года.

Полный текст постановления изготовлен 28 января 2026 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Никитина Е.О.

судей Ефановой А.В., Чумакова Е.С.

при участии:

от ФИО2: ФИО3, представителя по доверенности от 21.07.2023;

от ФИО4: ФИО5, представителя по доверенности от 15.07.2024;

от ФИО6: ФИО7, представителя по доверенности от 27.04.2024;

от других участвующих в деле лиц представители не явились

рассмотрев в судебном онлайн - заседании кассационную жалобу ФИО2 Сергеевны

на определение Арбитражного суда Приморского края от 11.06.2025, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2025

по делу № А51-4475/2021

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Пахлава» Мухутдинова Марата Рафиковича

к Валуйскому Александру Валентиновичу

о признании сделки недействительной и применения последствий ее недействительности

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Пахлава» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, адрес: 690014, 

<

...> д. 82B, оф. 100/1) несостоятельным (банкротом)

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Приморского края от 15.07.2021 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Пахлава» (далее – ООО «Пахлава», общество, должник) введена процедура несостоятельности (банкротства) – наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО9.

Решением суда от 12.08.2022 ООО «Пахлава» признано банкротом, открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего (далее – и.о. конкурсного управляющего) возложено на временного управляющего ФИО9

В рамках данного дела о банкротстве общества и.о. конкурсного управляющего ФИО9 08.12.2023 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным соглашения об отступном от 17.08.2020, подписанного между ООО «Пахлава» и ФИО10 (далее также – ответчик), и применении последствий недействительности сделки в виде возврата переданного согласно приложению № 1 к соглашению имущества в конкурсную массу общества.

Определением суда от 11.06.2025 соглашение об отступном от 17.08.2020 признано недействительной сделкой.

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2025 определение суда от 11.06.2025 оставлено без изменения.

Не согласившись с определением и апелляционным постановлением, кредитор ФИО2 (далее также – заявитель) в кассационной жалобе просит их отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. В обоснование жалобы ее заявитель указывает на то, что должник не владел переданным во исполнение спорного соглашения имуществом на праве собственности или ином праве, в результате чего удовлетворение заявленных требований является неправомерным, поскольку уменьшение активов общества не произошло. Настаивает на том, что отсутствие права собственности на предмет отступного и его последующая непередача подтверждают, что воля сторон спорной сделки не была достигнута, а обязательства, которые легли в основу задолженности перед ответчиком, не были погашены. Полагает, что поскольку ООО «Пахлава» не исполнило обязательство по передаче имущества в соответствии с соглашением об отступном, то оспорить незаключенную сделку невозможно. Приводит доводы о том, что суды обеих инстанций не установили все презумпции, предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также вышли за пределы своих полномочий, фактически признав недействительной всю цепочку сделок, которые легли в основу спорного соглашения об отступном.

В судебном заседании, проведенном в соответствии со статьей 153.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ, Кодекс) в режиме веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел», представители ФИО2 и кредитора ФИО4 поддержали доводы кассационной жалобы, настаивали на ее удовлетворении.

Представитель кредитора ФИО6 в судебном заседании и отзыве на кассационную жалобу, а также и.о. конкурсного управляющего ФИО9 в отзыве просили оставить обжалуемые судебные акты без изменения как законные и обоснованные, сославшись на то, что ООО «Пахлава» не получило никакого встречного предоставления в результате заключения и исполнения соглашения об отступном, а его стороны намеревались вывести активы должника во избежание обращения на них взыскания со стороны кредиторов. Доводы заявителя о том, что общество не обладало спорным имуществом, являются несостоятельными. В рамках споров об истребовании документов и имущества должника у бывшего директора судами установлено, что ФИО6 после освобождения от должности передала имущество, указанное в приложении № 1 к спорному соглашению, новому директору. Материально-правовой интерес заявителя может заключаться в сохранении спорной сделки с целью недопущения выбытия из владения должника имущества у текущего владельца и его возврата в конкурсную массу.

Кассационная жалоба рассмотрена в порядке статьи 156 АПК РФ в отсутствие иных участвующих в споре лиц. И.о. конкурсного управляющего ФИО9 в отзыве просил рассмотреть кассационную жалобу в его отсутствие.

Заслушав лиц, явившихся в судебное заседание, изучив материалы дела, проверив законность определения от 11.06.2025 и постановления от 10.10.2025, с учетом доводов кассационной жалобы и отзывов на нее, Арбитражный суд Дальневосточного округа считает, что предусмотренные статьей 288 АПК РФ основания для их отмены (изменения) отсутствуют.

Как установлено арбитражными судами и следует из материалов дела, вступившим в законную силу постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 27.07.2022 по данному делу о банкротстве на бывшего руководителя ООО «Пахлава» ФИО11 возложена обязанность передать временному управляющему обществом информацию и документы, в том числе касающиеся движимого имущества и товарно-материальных ценностей должника, указанных в акте приема-передачи имущества от 06.07.2020 (в количестве 49 наименований), от 06.07.2020 (в количестве 21 наименования) и от 06.07.2020 (в количестве 390 наименований), подписанных ФИО6 и ФИО11, с указанием местонахождения имущества, его состояния и мер, предпринимаемых для обеспечения сохранности имущества.

В связи с уклонением ФИО11 от исполнения возложенных на него судебным актом обязанностей по передаче информации и документов общества, и.о. конкурсного управляющего ФИО9 в рамках данного дела о банкротстве обратился с заявлением о привлечении бывшего руководителя к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В опровержение доводов конкурсного управляющего в рамках спора о привлечении к субсидиарной ответственности, ФИО11 в материалы дела представлено соглашение об отступном от 17.08.2020, подписанное между ФИО10 (кредитор) и ООО «Пахлава» в лице генерального директора ФИО11 (должник), согласно которому должник, взамен исполнения обязательств, вытекающих из договора уступки прав требования (цессия) от 10.08.2020, заключенного между ФИО2, ФИО4 и ФИО10 на сумму 2 500 000 руб., а также из договора беспроцентного займа от 28.07.2020, заключенного между ФИО10 (займодавец) и ООО «Пахлава» (заемщик) на сумму 1 171 000 руб., а всего на сумму 4 210 000 руб. предоставляет отступное в виде передачи кредитору движимого имущества общества согласно приложению № 1, являющемуся неотъемлемой частью данного соглашения. В соответствии с пунктом 1.2 соглашения с момента предоставления отступного обязательство должника, вытекающее из указанного в пункте 1.1 договора уступки права требования и договора беспроцентного займа, прекращается полностью, включая обязательство по оплате неустойки и процентов за пользование чужими денежными средствами. Стоимость передаваемого имущества оценена сторонами в 4 210 000 руб. (пункт 2.1 соглашения), срок передачи имущества: не позднее 24.08.2020 (пункт 2.3 соглашения), имущество передается по адресу: 

<

...> (пункт 2.4 соглашения).

Ссылаясь на то, что соглашение об отступном от 17.08.2020 совершено с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов ООО «Пахлава» во избежание обращения взыскания на имущество последнего, и.о. конкурсного управляющего ФИО9 обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Согласно положениям части 1 статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 данного Федерального закона).

Пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 9 постановления Пленума № 63).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Проверка соответствия правоотношений, складывающихся между должником и третьими лицами, требованиям гражданского оборота с точки зрения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в пунктах 5, 6, 7 постановления Пленума № 63, предполагает установление совокупности обстоятельств, свидетельствующих о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; о фактическом причинении вреда в результате совершения сделки; об осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Кроме того, в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума № 63 отмечено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В пункте 2 статьи 168 ГК РФ предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» также содержатся разъяснения о том, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25)).

По смыслу приведенных положений законодательства и разъяснений, квалификация сделки как совершенной со злоупотреблением правом возможна в случае представления лицом, заявившим соответствующие требования, доказательств направленности недобросовестных действий участников гражданских правоотношений с целью реализовать какой-либо противоправный интерес, причинить вред другому лицу.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ ничтожной также может быть признана мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В пункте 86 постановления Пленума № 25 разъяснено, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной.

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

Арбитражными судами установлено, что по состоянию на момент совершения оспариваемой сделки у должника уже имелись кредиторы, обязательства перед которым возникли ранее даты соглашения об отступном от 17.08.2020, и требования которых в дальнейшем включены в реестр требований кредиторов должника,

В рамках дела № А51-13753/2021 о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Калина Хлопок» (далее – ООО «Калина Хлопок») установлено, что общество с ограниченной ответственностью «Джэпан Авто Лайнс» (далее – ООО «Джэпан Авто Лайнс») аффилировано с ООО «Калина Хлопок», так как контролирующие должника лица ФИО4 и ФИО12 фактически контролируют данную организацию и используют его как инструмент корпоративного управления.

В рамках данного дела о банкротстве ООО «Пахлава», определением суда от 30.09.2022 в свою очередь установлена аффилированность должника и ООО «Калина Хлопок» через исполнительные органы юридических лиц: ФИО13 (отец ФИО4 является участником ООО «Джэпан Авто Лайнс») и ФИО12 (мать ФИО2 также является участником ООО «Джэпан Авто Лайнс»).

Согласно представленному в материалы дела на запрос суда ответу Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Приморскому краю от 19.06.2024, ФИО10 является работником ООО «Джэпан Авто Лайнс» в должности старшего менеджера.

Следовательно, подтверждена тесная связь ФИО10 с контролирующими лицами ООО «Пахлава» в период совершения оспариваемого соглашения об отступном ввиду подтвержденного факта устойчивых деловых связей между взаимосвязанными обществами, через исполнительные органы юридических лиц.

В рамках рассмотрения спора судом первой инстанции у ФИО10 неоднократно запрашивались документы, подтверждающие реальность заключения соглашения об отступном от 17.08.2020, пояснения в отношении имущества, срок передачи которого должен быть осуществлен не позднее 24.08.2020, суд также обязывал явкой ответчика в судебное заседание.

Однако ФИО10 каких-либо документов или пояснений в материалы дела не представил, экономический смысл его интереса в оформлении договора беспроцентного займа от 28.07.2020 с ООО «Пахлава», отвечающего в период его заключения признакам неплатежеспособности, а также обоснованность заключения договора уступки прав требования (цессии) от 10.08.2020 с заинтересованными лицами ФИО2 и ФИО4 до даты исполнения принятых на себя должником обязательств (до 15.08.2020 согласно пункту 1.2 договора займа) по возврату заемных денежных средств, который не относится к числу получения дополнительных гарантий возвратности предоставленного займа, напротив, увеличивающего долговую нагрузку общества, не раскрыл.

Таким образом, исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, установив отсутствие в материалах дела документов, подтверждающих реальность заключения договора займа от 28.07.2020, договора уступки прав требования (цессии) от 10.08.2020 и соглашения об отступном от 17.08.2020, суд первой инстанции пришел к выводу о мнимости оспариваемой сделки, как совершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, что влечет ее ничтожность по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 170 ГК РФ.

Пересматривая спор в порядке главы 34 АПК РФ, апелляционный суд согласился с итоговым выводом суда первой инстанции об удовлетворении требования и.о. конкурсного управляющего ФИО9, но при этом усмотрел надлежащим применение специальных оснований состава недействительности подозрительных сделок, заключив, что оспариваемое соглашение об отступном от 17.08.2020 является недействительным на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку оно совершено с целью причинить вред имущественным правам кредиторов должника, в результате его совершения произошло фактическое причинение вреда и другая сторона сделки осведомлена об указанной цели должника.

Суд округа соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что с учетом установленных обстоятельств рассмотренного спора (отсутствие у сторон намерений по созданию реальных правовых последствий и цели в достижении заявленных результатов), соглашение об отступном от 17.08.2020 является мнимой (ничтожной) сделкой (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

При этом непосредственно суд апелляционной инстанции в обжалуемом постановлении отклонил доводы о реальности сделок займа от 28.07.2020 и цессии от 10.08.2020 и, как следствие, сделки об отступном от 17.08.2020, отметив, что бездействие ФИО10 как стороны названных сделок не характерны для независимого участника гражданского оборота и сами по себе с достаточной степенью очевидности свидетельствуют о наличии между сторонами общих экономических интересов с учетом их заинтересованности.

Доводы о том, что должник не владел переданным во исполнение спорного соглашения имуществом на праве собственности или ином праве, в результате чего удовлетворение заявленных требований является неправомерным, поскольку уменьшение активов общества не произошло; отсутствие права собственности на предмет отступного и его последующая непередача подтверждают, что воля сторон спорной сделки не была достигнута, а обязательства, которые легли в основу задолженности перед ответчиком, не были погашены; поскольку общество не исполнило обязательство по передаче имущества в соответствии с соглашением об отступном, то оспорить незаключенную сделку невозможно, отклоняются судом округа.

Соглашение об отступном от 17.08.2020 представлено бывшим генеральным директором ФИО11 в рамках обособленного спора о привлечении его к субсидиарной ответственности в качестве доказательства правомерности своих действий в ситуации неоднократного вынесения судами первой и апелляционной инстанций решений об истребовании документов должника у бывшего руководителя по ходатайствам арбитражного управляющего.

Как верно указал апелляционный суд, заявляя о том, что спорное движимое имущество не принадлежит должнику, ФИО2 в контексте изложенного тем самым опровергает довод о реальности соглашения об отступном, поскольку по его условиям должником контрагенту передано принадлежащее ему оборудование. Отказ в оспаривании сделки должника по предложенному мотиву принадлежности оборудования иному лицу фактически легитимирует контрпозицию контролирующего лица о причинах непередачи оборудования управляющему, притом, что конкурсный управляющий усмотрел ее абсолютно несостоятельной. В данном конкретном случае вопрос о переносе титула собственника (или его сохранении) за иным лицом, учитывая фактические обстоятельства осуществления должником деятельности в сфере общественного питания в арендуемом помещении, не входит, безусловно, в предмет рассматриваемого спора о признании сделки должника недействительной (ничтожной), указанные обстоятельства могут быть предметом самостоятельного обособленного спора.

Как следует из поданной ФИО10 апелляционной жалобы, которая возвращена определением от 02.10.2025 на основании пункта 5 части 1 статьи 264 АПК РФ, ответчик фактически не оспаривал заключение и исполнение соглашения об отступном от 17.08.2020, ссылаясь на отсутствие условий как для признания его недействительной сделкой по специальным основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и ничтожной по общим нормам пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Ссылка на то, что суды вышли за пределы своих полномочий, фактически признав недействительной всю цепочку сделок, которые легли в основу спорного соглашения об отступном, признается несостоятельной, поскольку судами сделаны выводы об отсутствии реальных правоотношений сторон по договору беспроцентного займа от 28.07.2020, договору уступки прав требований (цессии) от 10.08.2020 и, как следствие, сделки об отступном от 17.08.2020.

Иные доводы кассационной жалобы не опровергают выводы судов первой и апелляционной инстанций, в целом являлись предметом их рассмотрения и по существу направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств.

Нормы материального права применены судами правильно по отношению к установленным фактическим обстоятельствам. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену определения и постановления по безусловным основаниям, не допущено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты отмене, а кассационная жалоба удовлетворению, не подлежат.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Приморского края от 11.06.2025, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2025 по делу № А51-4475/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья Е.О. Никитин

Судьи А.В. Ефанова

Е.С. Чумаков