АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8819/17 

Екатеринбург

19 апреля 2023 г.

Дело № А76-11987/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 12 апреля 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 19 апреля 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Савицкой К.А., 

судей Соловцова С.Н., Калугина В.Ю.,

при ведении протокола помощником судьи Лопаевой Е.А., рассмотрел в судебном заседании, проведенном с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание), кассационную жалобу акционерного общества «Альфа-Банк» (далее – общество «Альфа-Банк») на определение Арбитражного суда Челябинской области от 09.11.2022 по делу № А76-11987/2016 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.01.2023 по тому же делу.

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 21.03.2023 судебное заседание по рассмотрению кассационной жалобы общества «Альфа-Банк» отложено на 12.04.2023.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет».

В судебном заседании в режиме веб-конференции принял участие представитель общества «Альфа-Банк» - ФИО1 (доверенность от 16.02.2023 № 4/329Д).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 19.08.2016 ФИО2 (далее - должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан – реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3. 

На рассмотрение арбитражного суда 30.08.2022 от финансового управляющего ФИО3 поступило ходатайство о завершении процедуры реализации имущества ФИО2 с приложением отчета финансового управляющего и иных документов. 

Финансовый управляющий также обратился с заявлением, в котором просил не освобождать от финансовой ответственности ФИО2  

От общества «Альфа-Банк» 26.01.2022 поступило ходатайство, в котором кредитор просил отказать в применении к ФИО2 правила об освобождении гражданина от исполнения обязательств при завершении процедуры реализации имущества. 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 09.11.2022 процедура реализации имущества гражданина завершена, должник освобожден от исполнения требований кредиторов, в том числе от требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина. 

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.01.2023 определение суда от 09.11.2022 оставлено без изменения.  

Не согласившись с определением суда от 09.11.2022 и постановлением суда от 16.01.2023, общество «Альба-Банк» обратилось в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит указанные судебные акты отменить в части освобождения ФИО2 от дальнейшего исполнения требований кредиторов. В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель ссылаясь на разъяснения, изложенные в пунктах 42, 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – постановление Пленума № 45), пункт 12 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021) указывает на то, что должник не может быть освобожден от обязательств, если кредиторами (финансовым управляющим) доказано и/или судами в рамках других споров установлено, что при исполнении обязательств перед кредиторами должник предпринимал попытки по выводу имущества из под взыскания; отмечает, что должником совершались незаконные действия, направленные на сокрытие своего имущества с целью недопущения взыскания на него путем заключения ничтожных, безвозмездных сделок с заинтересованными лицами, что подтверждается вступившими в законную силу судебными актами, имеющими, по мнению кассатора, преюдициальное значение при рассмотрении вопроса об освобождении (неосвобождении) должника от обязательств. По мнению общества «Альба-Банк», судами не учтено, что недвижимое имущество по оспариваемым сделкам возвращено в конкурсную массу должника только в результате действий финансового управляющего по их оспариванию, должник самостоятельно не предпринимал каких-либо действий по возврату имущества в конкурсную массу, однако, предпринимал действия по обжалованию принятых судебных актов. Кассатор считает, что размер удовлетворенных требований кредиторов, результат оспаривания сделок в деле о банкротстве должника, факт возврата и реализации имущества должника на торгах не имеет правового значения и не должен учитываться при решении вопроса об освобождении должника от обязательств; удовлетворение требований кредиторов даже в значительном объеме в процедуре банкротства не может нивелировать недобросовестное поведение должника, поскольку следствием такого удовлетворения являются действия не должника, а финансового управляющего и/или кредиторов; в рассматриваемом случае, выводы судов основаны на неправильном толковании положений статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Общество «Альба-Банк» обращает внимание на то, что характер задолженности должника не носил потребительский характер, банкротство должника не являлось ординарным банкротством гражданина – потребителя; возникшая у должника перед кредитором задолженность, связана с осуществлением предпринимательской деятельности группы компаний, в которых должник являлся бенефициаром.      

В силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, а также проверяет соответствие выводов судов о применении норм права, установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, решением суда от 19.08.2016 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3 С целью выявления имущества должника финансовым управляющим направлены запросы в регистрирующие органы, получена информация от должника.

Согласно ответу инспекции Федеральной налоговой службы по Курчатовскому району города Челябинска, ФИО2 является единственным учредителем общества с ограниченной ответственностью «Княжий Сокольник» и общества с ограниченной ответственностью «Восток», размер доли составляет 100%, данные организации находятся в стадии ликвидации, данные о расчетных счетах отсутствуют. Представлены справки о доходах физического лица с 2010 по 2015 годы.

Центр ГИМС ГУ МЧС России по Челябинской области в ответе сообщил о том, что за должником маломерных судов не зарегистрировано, регистрационные действия не проводились.

Федеральная служба по интеллектуальной собственности в ответе сообщила о том, что результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, принадлежащих, а также ранее принадлежавших должнику, а также договоров о распоряжении исключительным правом, в том числе лицензионных, стороной которых является должник, не выявлено.

Управление Гостехнадзора по Челябинской области в ответе сообщило о том, что за должником по состоянию на 2008 год в базе числится 2 единицы техники: Трактор «Белорус»- 82.1» 2008 года выпуска и Трактор «Кировец К744Р2» 2009 года выпуска. Управлением Росреестра представлена выписка о регистрации прав на объекты недвижимого имущества.

В реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов в общей сумме 389 353 970 руб. 14 коп., из них требования общества «Альфа-Банк», публичного акционерного общества «Сбербанк России», акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк», общества с ограниченной ответственностью «Регион Продукт», общества с ограниченной ответственностью ТД «Гермес», инспекции Федеральной налоговой службы по Калининскому району г. Челябинска, Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области; требования общества ТД «Гермес» в сумме 71 680 000 руб. признаны подлежащими удовлетворению за счет оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, имущества должника.           

 Финансовым управляющим проведены торги по продаже имущества должника; 29.07.2022 в адрес конкурсных кредиторов управляющим направлено уведомление с предложением принять нереализованное имущество должника в счет погашения требований. Поскольку согласия от кредиторов не поступило, 30.08.2022 финансовым управляющим по акту нереализованное имущество было передано должнику.

Из отчета финансового управляющего следует, что в ходе процедуры банкротства за счет поступивших в конкурсную массу денежных средств (выручки от реализации имущества) были погашены текущие платежи в сумме 14 190 201 руб. 93 коп., денежные средства в сумме 13 614 201 руб. 39 коп. направлены на погашение требований реестровых кредиторов.

Иное имущество, подлежащее включению в конкурсную массу и реализации, иные сделки, подлежащие оспариванию, финансовым управляющим не выявлены, сделаны выводы о неплатежеспособности должника, об отсутствии признаков фиктивного банкротства и о наличии признаков преднамеренного банкротства должника.

Ссылаясь на то, что все необходимые мероприятия, связанные с процедурой банкротства должника, завершены, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника.

Финансовый управляющий и общество «Альфа-Банк» также просили о неприменении в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств.

Суд первой инстанции, проанализировав представленные в материалы дела документы, пришел к выводу о том, что все возможные мероприятия процедуры реализации имущества должника финансовым управляющим выполнены, основания для дальнейшего продления процедуры отсутствуют, в связи с чем завершил соответствующую процедуру.

При этом суд первой инстанции, не усмотрел наличия предусмотренных пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве обстоятельств, препятствующих освобождению должника от обязательств, учитывая представление должником финансовому управляющему всех необходимых сведений для надлежащего ведения процедуры банкротства и возврата в конкурсную массу имущества в порядке применения последствий оспоренных сделок; отметив, что действия должника к уменьшению конкурсной массы, размера удовлетворения требований кредиторов не привели. Суд апелляционной инстанции, пересмотрев данный обособленный спор, выводы суда первой инстанции поддержал и оставил определение суда без изменения. 

Между тем суд округа с выводами судов первой и апелляционной инстанций в части освобождения ФИО2 от исполнения обязательств согласиться не может, исходя из следующего.

Конституция Российской Федерации (статья 57) и общие положения гражданского законодательства об обязательствах определяют критерии добросовестности гражданина, указывая, что каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы, а при исполнении гражданско-правовых обязательств должен исполнять их надлежащим образом, не допускать одностороннего отказа от исполнения обязательства, учитывать права и законные интересы другой стороны обязательств, оказывать необходимое содействие для достижения цели обязательства и т.п. (пункт 3 статьи 307, статья 309, пункт 1 статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Как правило, обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 ГК РФ, статья 45 Налогового кодекса Российской Федерации и т.д.). В то же время при определенных обстоятельствах гражданин, не способный удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, может быть признан банкротом по решению арбитражного суда (пункт 1 статьи 25 ГК РФ, параграф 1 главы X Закона о банкротстве) или во внесудебном порядке (параграф 5 главы X Закона о банкротстве).

Завершение расчетов с кредиторами в процедурах судебного банкротства или завершение процедуры внесудебного банкротства гражданина влекут освобождение гражданина-банкрота от дальнейшего исполнения требований кредиторов («списание долгов») и, как следствие, от их последующих правопритязаний (пункт 3 статьи 213.28, пункт 1 статьи 223.6 Закона о банкротстве). Тем самым гражданин получает возможность выйти законным путем из создавшейся финансовой ситуации, вернуться к нормальной экономической жизни без долгов и фактически начать ее с чистого листа.

Однако, институт банкротства - это крайний (экстраординарный) способ освобождения от долгов, поскольку в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств, а судебный контроль над этой процедурой помимо прочего не позволяет ее использовать с противоправными целями и защищает кредиторов от фиктивных банкротств.

Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывавшему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов.

Проверка добросовестности осуществляется как при наличии обоснованного заявления стороны спора, так и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались. При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы 4 - 5 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В процедурах банкротства гражданин-должник обязан предоставить информацию о его финансовом положении, в том числе сведения о его имуществе с указанием его местонахождения, об источниках доходов, о наличии банковских и иных счетов и о движении денежных средств по ним (пункт 3 статьи 213.4, пункт 6 статьи 213.5 Закона о банкротстве). Неисполнение данной обязанности, с одной стороны, не позволяет оказать гражданину действенную и эффективную помощь в выходе из кризисной ситуации через процедуру реструктуризации долгов, а с другой - создает препятствия для максимально полного удовлетворения требований кредиторов, свидетельствует о намерении получить не вытекающую из закона выгоду за счет освобождения от обязательств перед кредиторами.

Подобное поведение неприемлемо для получения привилегий посредством банкротства, поэтому непредставление гражданином необходимых сведений (представление заведомо недостоверных сведений) является обстоятельством, препятствующим освобождению гражданина от обязательств (абзац 3 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве). Исключения могут составлять случаи, если должник доказал, что информация не была раскрыта ввиду отсутствия у него реальной возможности ее предоставить, его добросовестного заблуждения в ее значимости или информация не имела существенного значения для решения вопросов банкротства.

Если должник при возникновении или исполнении своих обязательств, на которых конкурсный кредитор основывал свое требование, действовал незаконно (пытался вывести активы, совершил мошенничество, скрыл или умышленно уничтожил имущество и т.п.), то в силу абзаца 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве эти обстоятельства также лишают должника права на освобождение о долгов, о чем указывается судом в судебном акте. 

Как указано в пункте 42 постановления Пленума № 45, целью положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанная норма направлена на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

В пунктах 43, 44 того же постановления разъяснено, что обстоятельства, связанные с сокрытием должником необходимых сведений могут быть установлены судом на любой стадии дела о банкротстве должника в любом судебном акте, при принятии которого данные обстоятельства исследовались судом и были отражены в его мотивировочной части, а совершение должником иных противоправных действий может подтверждаться обстоятельствами, установленными как в рамках любого обособленного спора по делу о банкротстве должника, так и в иных делах.

Как следует из картотеки арбитражных дел, в рамках настоящего дела о несостоятельности (банкротстве) финансовым управляющим были самостоятельно выявлены  и оспорены сделки должника по отчуждению в 2014 году на основании договоров дарения от 08.08.2014, от 20.09.2014, 15.10.2014, от 29.10.2014 земельных участков в пользу ФИО4 (матери супруги должника).

Освобождая ФИО2 от долгов, суды не приняли во внимание факты, ранее установленные и оцененные судами при рассмотрении споров по оспариванию сделок (определения Арбитражного суда Челябинской области от 25.02.2019, от 27.02.2019). Так, в частности, ранее судами было установлено, что сделки совершены должником со злоупотреблением правом, безвозмездно, в пользу заинтересованного лица, при наличии значительного объема обязательств перед кредиторами, подарив спорное имущество, ФИО2 имел очевидный интерес в неправомерном выводе своих активов в пользу заинтересованного лица, с целью избежать на него взыскания. Суд обязал ФИО4 возвратить в собственность ФИО2 (для включения в конкурсную массу должника) спорное недвижимое имущество - земельные участки.

Как следует из материалов дела и установлено судами, согласно отчету финансового управляющего в результате оспаривания сделок в конкурную массу возвращены двадцать два земельных участка; по результатам проведения торгов, нереализованными осталось восемь земельных участков. В связи с чем, финансовым управляющим 29.07.2022 было направлено уведомление конкурсным кредиторам о принятии нереализованного имущества должника, однако, по состоянию на 30.08.2022 кредиторы не изъявили желание приобрести нереализованное имущество должника. В последующем был составлен акт приема-передачи нереализованного имущества от 30.08.2022 между финансовым управляющим и должником о передаче вышеуказанных земельных участков.         

Суды, оценивая поведение должника, исходили из того, что невозможность реализации имущества с торгов и отсутствие волеизъявление кредиторов на принятие нереализованного имущества не могут рассматриваться как препятствующие освобождению от долгов, поскольку не обусловлены поведением самого должника, при этом, усомнились в том, что совершение спорных сделок по итогу привело к негативному для целей проведения процедур банкротства результату; поскольку действия должника не повлекли уменьшение конкурсной массы, учитывая принятые меры по оспариванию, возврату и реализации. 

При этом суды отметили, что к субсидиарной ответственности по обязательствам юридических лиц должник не привлекался, обязательства перед банком носили солидарный характер.      

Между тем, основной целью института банкротства физических лиц является социальная реабилитация добросовестного гражданина, предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым, непосильным для него обязательствам. Согласно общему правилу, закрепленному в пункте 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения их требований, в том числе требований, не заявленных в рамках дела о банкротстве.

Отказ в применении к гражданину правил об освобождении от долгов является исключительной мерой, направленной либо на защиту других социально значимых ценностей (в частности, таких как право конкретного лица на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, на получение оплаты за труд, алиментов (пункт 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве)), либо на недопущение поощрения злоупотреблений (например, в виде недобросовестного поведения при возникновении, исполнении обязательств и последующем банкротстве, доведения подконтрольной организации до банкротства, причинения ей убытков, умышленного уничтожения чужого имущества (пункты 4 и 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве)).

Согласно отчету финансового управляющего по результатам анализа финансового состояния должника управляющим были выявлены признаки преднамеренного банкротства. 

После признания недействительными сделок по отчуждению должником имущества по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 ГК РФ, ФИО2 активно предпринимались меры по обжалованию данного судебного акта, в целях недопущения возврата отчужденного им до процедуры банкротства имущества и погашения за счет его стоимости требований кредиторов, мер по добровольному возврату имущества в конкурсную массу им не предпринималось. 

В связи с этим представляется ошибочным вывод суда апелляционной инстанции относительно того, что совершение указанных сделок не привело к негативному для целей проведения процедур банкротства результату, поскольку последующее отыскание финансовым управляющим в ходе банкротных процедур сокрытого должником имущества не освобождает последнего от ответственности за совершенные ранее противоправные действия. Поскольку возврат неправомерно отчужденного должником имущества не был результатом добросовестных действий самого должника, сам должник не способствовал такому возврату, его поведение не может быть признано заслуживающим поощрения в виде освобождения от дальнейшего исполнения обязательств.

В то же время  внимания заслуживает вывод судов о несоразмерности выявленного имущества, возвращенного в конкурсную массу и объема реестра требований кредиторов должника.

Из пояснений должника следует, что банкротство наступило в результате  кризиса сельскохозяйственной отрасли, поскольку заемщиками по кредитным обязательствам, по которым ФИО2 выступал поручителем, являлись организации - сельхозпроизводители. Кредитные средства в таком размере никогда не были бы выданы банком лично ФИО2 

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, вводимые федеральным законодателем ограничения должны обеспечивать достижение конституционно значимых целей и не быть чрезмерными; принцип соразмерности (пропорциональности) санкции совершенному правонарушению, относящийся к числу общепризнанных принципов права, нашедших отражение в Конституции Российской Федерации, предполагает дифференциацию ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, учет степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении нормы.

В рассматриваемом случае размер включенных в реестр требований кредиторов в сумме 389353970 рублей, в сопоставлении с последствиями совершенного должником деяния (вывод из под обращения имущества стоимостью чуть более 10000000 рублей) очевидно превышает допустимый с точки зрения принципов равенства и справедливости предел и тем самым ведет к нарушению статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, а в конечном счете - к нарушению ее статьи 21, гарантирующей охрану государством достоинства личности и не допускающей наказаний, унижающих человеческое достоинство.

При таких обстоятельствах, учитывая, что при рассмотрении вопроса о наличии оснований для освобождения должника от исполнения обязательств суды первой и апелляционной инстанций не исследовали в полном объеме фактические обстоятельства дела, определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции в части освобождения ФИО2 от исполнения обязательств, подлежат отмене (часть 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а обособленный спор в указанной части – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Определяя состав и размер обязательств, от которых должник не подлежит дальнейшему освобождению необходимо учитывать и гармонизировать, такие разнонаправленные цели как обеспечение социальной реабилитации гражданина, укрепление законности и предупреждение правонарушений в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, в том числе путем осуществление судом контроля за соблюдением законодательства о банкротстве, пресечение недобросовестных практик ведения бизнеса.

Таким образом, определяя размер обязательств, которые сохранятся у должника по завершении процедуры в результате его недобросовестных, незаконных действий, суду необходимо учитывать критерий соразмерности неисполненного (размер реестра требований кредиторов) и тех негативных последствий, которые могли быть причинены кредиторам недобросовестным поведением должника.

При новом рассмотрении дела суду надлежит учесть изложенное, исследовать обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, в полном объеме, дать надлежащую правовую оценку поведению должника и учитывая его имущественное положение и размер неудовлетворенных требований кредиторов применить нормы действующего законодательства, вынести законный и обоснованный судебный акт.   

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 09.11.2022 по делу № А76-11987/2016 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.01.2023 по тому же делу в части освобождения  ФИО2 от исполнения обязательств отменить.

В отмененной части дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Челябинской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

ПредседательствующийК.А. Савицкая 

СудьиС.Н. Соловцов 

В.Ю. Калугин