ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 № 18АП-6882/2025, 18АП-10137/2025

Дело № А76-14131/2023

30 октября 2025 года

г. Челябинск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 октября 2025 года. Постановление изготовлено в полном объеме 30 октября 2025 года.  

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Ковалевой М.В., судей Забутыриной Л.В., Матвеевой С.В., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Кулаковой И.А., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы  

общества с ограниченной ответственностью «Унистрой Урал», Сальниковой  

Светланы Борисовны на определение Арбитражного суда Челябинской области  

от 20.05.2025 по делу № А76-14131/2023 о частичном удовлетворении  

заявления о признании сделки недействительной и применении последствий ее  

недействительности. 

В заседании приняли участие: 

 представитель ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 01.04.2024, паспорт);  

 конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «РемПромГрупп» ФИО3 (паспорт);  

 представители ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 05.12.2023, водительское удостоверение), ФИО6 (доверенность от 16.08.2023, паспорт)  

 представитель общества с ограниченной ответственностью «Унистрой Урал» - ФИО7 (доверенность от 01.07.2025, паспорт).  

 Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтового отправления, а также путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили.  

 В соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников процесса.  

УСТАНОВИЛ:

определением от 08.06.2023 возбуждено производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «РемПромГрупп» (далее – должник, общество «РемПромГрупп»).  

Решением от 05.09.2023 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.  

Конкурсный управляющий ФИО3 обратился в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением, в котором просил признать недействительными договоры:  

- купли-продажи автотранспортного средства от 29.01.2020, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «РемПромГрупп» и ФИО8,  

- купли-продажи автотранспортного средства от 20.06.2020, заключенный между ФИО8 и ФИО9,  

- купли-продажи от 27.06.2020 № Б0711, заключенный между ФИО9 и обществом с ограниченной ответственностью «Планета Авто»,  

Просит применить последствия недействительности сделки взыскав солидарно 1 500 000 руб., а также проценты за пользование чужими денежными средствами: с ФИО8, ФИО1 в солидарном порядке за период с 30.01.2020 по 08.05.2024 в сумме 499 725 руб. 94 коп., с последующим начислением по день фактического исполнения обязательств; с ФИО4 - в сумме 84 052 руб. 78 коп. (с учетом уточнения заявленных требований).  

Судом к участию в споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены финансовый управляющий ФИО4 - ФИО10, общество с ограниченной ответственностью «Планета Авто».  

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 20.05.2025 (резолютивная часть от 29.04.2025) заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО4, ООО «Унистрой Урал» обратились с самостоятельными апелляционными жалобами, в которых просили определение отменить.  

ФИО4 указано, что договоры купли-продажи транспортного средства не подлежали объединению в цепочку сделок. Продажа спорного автомобиля является самостоятельной сделкой, для обжалования которой пропущен срок исковой давности. Договор купли-продажи заключен сторонами 29.01.2020, то есть за пределами периода подозрительности, предусмотренного Законом о банкротстве, соответственно, указанный договор и произведенное по нему исполнение не могут быть оспорены по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.  

По мнению апеллянта, сделки совершены в отношении одного и того же транспортного средства, они не являются взаимосвязанными. Суд ошибочно  

квалифицировал сделку между ООО «РПГ» и ФИО8 как притворную. Первоначальная сделка, совершенная между ООО «РПГ» и ФИО8, проходила без участия ответчика ФИО4, последней не было известно об условиях данной сделки и о расчетах, проводимых между сторонами. ФИО8 владела и распоряжалась автомобилем, о чем свидетельствует регистрация транспортного средства на ее имя и оформление в период владения автомобилем страхового полиса, по которому единственным лицом, имевшим право на управление транспортным средством, являлся ФИО1 В период владения транспортным средством ФИО8, ФИО4 транспортное средство не использовала.  

Выгодоприобретателями по данной сделке являлись ФИО8, как лицо получившее имущество, и ФИО1, как единственное лицо, которому дано право управления спорным транспортным средством. Сделка между ФИО8 и ФИО4 инициирована ФИО1, который на тот период времени находился в браке с ФИО4 При этом ФИО1 утверждал, что расчеты за машину произведены в полном объеме.  

Апеллянт полагает, что ФИО4 и ФИО1 должны нести солидарную ответственность, поскольку денежные средства, вырученные от продажи имущества, потрачены на семью, а также распределены между ФИО4 и ФИО1  

Кроме того, само по себе отсутствие расчетов по сделке купли-продажи создает дебиторскую задолженность у ООО «РПГ» по отношению к ФИО8, но не влечет недействительность последующих сделок, заключенных в отношении транспортного средства.  

Подробно доводы ФИО4 изложены в апелляционной жалобе. 

Обосновывая доводы апелляционной жалобы ООО «Унистрой Урал» указывало, что ФИО11, будучи прямо или косвенно осведомлённой о притворной цели ФИО4 и активно способствуя в осуществлении незаконной сделки с целью причинения вреда кредиторам, должна нести ответственность солидарно с ФИО4, в связи с чем, просит солидарно взыскать 1 617 300 руб. с ФИО8 и ФИО4  

Заявитель не согласен с размером ущерба, подлежащего возмещению, поскольку согласно представленному в материалы дела заключению ООО «Техническая экспертиза и оценка» на момент совершения незаконной сделки по отчуждению имущества стоимость автомобиля составляла 1 617 300 руб.  

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.07.2025 апелляционная жалоба ФИО4 принята к производству, судебное заседание назначено на 11.09.2025.  

28.08.2025 посредством онлайн-системы подачи документов «Мой Арбитр» от апеллянта поступили письменные пояснения с приложением дополнительных документов. Суд приобщил к материалам письменные пояснения, в приобщении дополнительных документов отказано, поскольку не обоснована невозможность их представления в суд первой инстанции по  

причинам, не зависящим от апеллянта, кроме того, доказательства составлены после вынесения оспариваемого судебного акта.  

01.09.2025 посредством онлайн-системы подачи документов «Мой Арбитр» от конкурсного управляющего поступил отзыв на апелляционную жалобу, который приобщен к материалам дела в соответствии со статьей 262 АПК РФ.  

11.09.2025 посредством онлайн-системы подачи документов «Мой Арбитр» от ООО «Унистрой Урал» поступил отзыв на апелляционную жалобу, с доказательствами направления в адрес лиц, участвующих в деле, суд отказал в приобщении к материалам дела, поскольку представлен отзыв не заблаговременно, а именно непосредственно в день судебного заседания.  

11.09.2025 посредством онлайн-системы подачи документов «Мой Арбитр» от ООО «Унистрой Урал» поступило ходатайство об отложении судебного заседания, в связи с подачей обществом апелляционной жалобы на обжалуемый судебный акт.  

Определением апелляционного суда от 11.09.2025 судебное заседание отложено на 16.10.2025, в связи с подачей второй апелляционной жалобы на обжалуемый судебный акт.  

Определением апелляционного суда от 16.10.2025 апелляционная жалоба ООО «Унистрой Урал» принята к производству суда, судебное заседание назначено на 16.10.2025.  

Определением апелляционного суда от 15.10.2025 произведена замена судьи Журавлева Ю.А. в связи с нахождением в очередном отпуске на судью Забутырину Л.В.  

До начала судебного заседания от ФИО1 поступил отзыв, который приобщен к материалам дела (статья 262 АПК РФ).  

От конкурсного управляющего поступили дополнительные документы (приговор суда от 21.03.2025), апелляционный суд отказывает в их приобщении на основании ч. 2 ст. 268 АПК РФ и разъяснений, содержащихся в п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», поскольку они являются новыми, получены после вынесения решения по настоящему делу. Признание доказательств относимым и допустимым само по себе не является основанием для его принятия судом апелляционной инстанции.  

В судебном заседании представитель ФИО4 просил апелляционную жалобу удовлетворить, судебный акт отменить.  

Представитель общества с ограниченной ответственностью «Унистрой Урал» просил судебный акт отменить.  

Конкурсный управляющий ФИО3 возражал по доводам жалоб.  

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.  

Как установлено судом и следует из материалов дела, 29.01.2020 между ООО «Ремпромгрупп» в лице директора ФИО12 (продавец) и ФИО13  

И.А. (покупатель) заключен договор купли-продажи автотранспортного средства Джип Гранд Чероке лимитед, VIN 1С4RJFBG1EC445158, 2014 года выпуска (далее – договор от 29.01.2020, т.1 л.д.7).  

Согласно условиям договора автомобиль отчужден по стоимости 800 000 руб.  

На основании акта приема-передачи автомобиля от 29.01.2020 продавец передал, а покупатель принял технически исправный автомобиль (т.1 л.д.8).  

В последующем, между ФИО8 (продавец) и ФИО9 (покупатель) был заключен договор купли-продажи автотранспортного средства Джип Гранд Чероке лимитед, VIN 1С4RJFBG1EC445158, 2014 года выпуска, по цене 800 000 руб. (т.1 л.д.117-118).  

На основании акта приема передачи ФИО8 передала, а ФИО9 приняла транспортное средство в технически исправленном состоянии (т.1 л.д.119).  

Далее, 27.06.2020 между ФИО9 (продавец) и ООО Компания «Планета Авто» (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства № 30059 (л.д.120-122), по условиям которого продавец обязался на условиях договора передать в собственность покупателя транспортное средство, а покупатель принять и оплатить его в порядке и сроки предусмотренные договором (п. 1.1 договора).  

В силу п. 2.1 договора цена транспортного средства согласована сторонами в сумме 1 350 000 руб.  

Также 27.06.2020 между ФИО9 (покупатель) и ООО Компания «Планета Авто» (продавец) заключен договор купли-продажи бывшего в эксплуатации транспортного средства № Б0711, по условиям которого продавец обязался передать в собственность покупателю автомобиль с пробегом: KIACERATO,VINKNAFW412D|BC5536147, 2011 года выпуска.  

Цена договора установлена в сумме 550 000 руб. 

Согласно ответу ГУ МВД России по Челябинской области спорное транспортное средство снято с регистрационного учета - 29.01.2020 в связи со сменой владельца (т.1 л.д.54).  

Конкурсный управляющий, полагая, что указанная цепочка сделок является притворной сделкой, прикрывающей безвозмездный вывод активов должника с целью причинения вреда кредиторам, заключена между заинтересованными лицами, обратился в суд с настоящим заявлением.  

В суде первой инстанции ФИО8, ФИО4, ФИО1 против удовлетворения требований возражали.  

Удовлетворяя требования, суд первой инстанции исходил из наличия совокупности условий для признания сделок недействительными, как совершенных в период подозрительности, в условиях наличия признаков заинтересованности, при отсутствии оплаты.  

Оснований для отмены судебного акта, по мнению апелляционного суда, не имеется, в силу следующего.  

В соответствии со статьей 223 АПК РФ, пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее -  

Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.  

Статья 61.2 Закона о банкротстве определяет условия признания недействительными подозрительных сделок, как совершенных при неравноценном встречном предоставлении (пункт 1), так и с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).  

Так, в силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.  

Исходя из пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов  

балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

Согласно разъяснениям, данным в пунктах 5, 6, 7, 8, 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).  

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (пункт 5).  

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2  

Закона о банкротстве.  

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (пункт 6).  

На основании статьи 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. Под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.  

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.  

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7).  

Пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.  

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.  

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.  

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота (пункт 8).  

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.  

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.  

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).  

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 9).  

Судом установлено и следует из материалов дела, заявление о признании общества «РемПромГрупп» банкротом принято к производству суда 08.06.2023.  

Первая оспариваемая сделка по отчуждению транспортного средства между обществом «РемПромГрупп» и ФИО8 совершена 29.01.2020; между ФИО11 и ФИО14 – 20.06.2020, и последняя между ФИО14 и ООО Компания «Планета Авто» - 27.06.2020.  

Как верно установил суд первой инстанции, на момент заключения оспариваемого договора должник отвечал признакам неплатежеспособности и имел просроченную задолженность перед кредиторами.  

Так, решением Арбитражного суда Челябинской области от 05.09.2023 по делу № А76-14131/2023 исковые требования ООО «Унистрой Урал» включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника на сумму 5 550 057 руб. 28 коп., из них: 1 866 101 руб. 00 коп. основного долга,1 547 698 руб. 18 коп. штраф, 681 763 руб. 11 коп. пени, 217 797 руб. 04 коп. проценты за пользование чужими денежными средствами, 46 393 руб. 00 коп. убытки, 88 073 руб. 66 коп. расходы по экспертизе, 89 871 руб. 08 коп. расходы по уплате государственной пошлины, 1 012 360 руб. 21 коп. индексации присужденных сумм.  

Как следует из указанного судебного акта обязательства у должника возникли в результате неисполнения обязательств по договору субподряда № 003-18/У от 23.04.2018 заключенному между должником и ООО «Унистрой Урал». Во исполнение условий договора ООО «Унистрой Урал» перечислило в качестве аванса денежные средства в общем размере 2 500 000 руб., что  

подтверждается платежными поручениями от 04.05.2018, от 25.06.2018, работы должником не выполнены.  

Таким образом, должник, произвел отчуждение спорного имущества в условиях наличия неисполненных обязательств перед кредитором, что свидетельствует о его неплатежеспособности.  

Кроме того, при оценке вышеуказанного обстоятельства следует учесть наличие признаков заинтересованности участников сделки.  

В рассматриваемом случае из материалов дела, с 30.05.2018 участником и директором должника являлась ФИО12.  

ФИО14 является дочерью ФИО12 и являлась главным бухгалтером должника.  

ФИО14 состояла в зарегистрированном браке с ФИО1 до 02.12.2020.  

ФИО8 является сестрой ФИО1.  

Таким образом, стороны по оспариваемым сделкам являются заинтересованные лица по отношению к должнику.  

В соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признается лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.  

В силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.  

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.  

Материалами дела подтверждено, что сделки заключены между аффилированными лицами.  

При таких обстоятельствах, следует признать, что в результате исполнения договоров купли-продажи причинён вред имущественным правам других кредиторов, что привело к частичной утрате кредиторами возможности получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет этого имущества.  

При названных обстоятельствах цель причинения вреда имущественным правам кредиторов, исходя из абзаца второго пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, поскольку сделки совершены в отношении  

заинтересованных лиц.  

Согласно абзацу 4 пункта 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.  

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 31.07.2017 № 305-ЭС15-11230, цепочкой последовательных сделок с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю. Данный факт также является косвенным доказательством аффилированности первоначального, нового приобретателя имущества и его продавца.  

На основании пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  

Из материалов обособленного спора следует, что оспариваемые договоры между обществом «РемПромГрупп» и ФИО8, и между ФИО11 и ФИО14 являлись возмездными, предусматривали условия оплаты и стоимость проданного имущества, а именно стоимость спорного автомобиля составила 800 000 руб.  

В судебном заседании ФИО8 пояснила, что расчеты по договору заключенному между обществом «РемПромГрупп» и ФИО8 и по договору заключенному между ФИО11 и ФИО14 сторонами не производились, спорные сделки носили формальный и безвозмездный характер.  

Из выписки по расчетному счету должника следует, что денежные средства в размере 800 000 руб. на расчетный счет не вносились, требования кредиторов не погашались, в конкурсную массу не передавались, сведения об их расходовании не раскрыты.  

С учетом указанного, суд обоснованно пришел к выводу о том, что реальность исполнения оспариваемых договоров купли-продажи от 29.01.2020 и от 20.06.2020 в части внесения ответчиками оплаты за приобретаемое имущество не подтверждена, сделки оформлены без встречного предоставления в целях вывода имущества должника. В результате отчуждения автомобиля должник не получил встречного исполнения, что, в свою очередь, укладывается в понятие вреда, причиненного имущественным правам кредиторов (абзац тридцать второй статьи 2 Закона о банкротстве).  

 При отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок возможна ситуация, когда создается лишь видимость вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзия последовательного перехода права  

собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по выводу активов во избежание обращения взыскания со стороны кредиторов. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем бенефициара данной сделки, он принимает решения относительно данного имущества.  

Судом установлено, что спорные сделки между обществом «РемПромГрупп» и ФИО8 от 29.01.2020, последующая между ФИО11 и ФИО14 от 20.06.2020, носят притворный характер (пункт 2 статьи 170 ГК РФ) и прикрывают единую сделку по отчуждению имущества из собственности должника в пользу заинтересованного лица – ФИО15  

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (абзац 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 ГК РФ»). Для констатации злоупотребления правом, должны быть приведены достаточно веские аргументы о значительном отклонении поведения аффилированного по отношению к должнику лица от стандартов разумного и добросовестного осуществления своих гражданских прав, направленность их действий на явный ущерб кредиторам должника.  

Суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что цепочка последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может быть признана притворной в порядке пункта 2 статьи 170 ГК РФ как прикрывающая собой единую сделку, направленную на прямое отчуждение имущества от первого продавца последнему покупателю.  

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в определении от 31.07.2017 по делу № 305-ЭС15-11230, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю. Наличие доверительных отношений позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок. Само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ.  

При исследовании материалов дела, судом установлено, что ФИО14 осуществляла использование транспортного средства.  

Согласно пункту 22 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 1  

(2021) сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица, может прикрываться цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом.  

Такая цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна.  

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что оспариваемые сделки купли-продажи от 29.01.2020 между ООО «РемПромГрупп» и ФИО8, а также купли-продажи от 20.06.2020 между ФИО8 и ФИО14 представляют собой цепочку взаимосвязанных сделок, совершенных с целью прикрытия вывода актива от должника в пользу руководителя дочери.  

При изложенных обстоятельствах, принимая во внимание доказанность того, что взаимоотношения между сторонами носили формальный характер, причинения совершением оспариваемых сделок вреда имущественным правам кредиторов, намерения сторон причинить вред другому лицу, действуя в обход закона с противоправной целью, признаков злоупотребления правом при заключении оспариваемых сделок, мнимости правоотношений, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для признания сделок недействительными на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ.  

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу, что в результате совершения спорных сделок стороны договора создали условия для вывода имущества должника, исключившие возможность последующей реализации транспортного средства для расчетов с кредиторами должника. Вышеуказанные обстоятельства привели к существенному уменьшению размера имущества должника, которое могло привести и привело к полной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет отчужденного по сделкам транспортного средства.  

Относительно сделки, заключенной 27.06.2020 между ФИО14 и ООО Компания «Планета Авто», суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что сделка представляет собой распоряжение ответчиком ФИО14 полученным в результате недействительных сделок имущества.  

Доводы жалоб, что договоры купли-продажи транспортного средства не должны были быть объедены в цепочку сделок, а также ФИО8 (как лицо получившее имущество), и ФИО1 (как единственное лицо, которому дано право управления спорным транспортным средством) должны нести солидарную ответственность с ФИО4 не принимается судом.  

В рассматриваемом случае, суд исходил из того, что ФИО4  

является конечным бенефициаром, фактически транспортное средство приобретено безвозмездно у аффилированных лиц. На момент совершения первоначального договора должник обладал признаками неплатежеспособности.  

Кроме того, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна единственная сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. Такая прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной; цепочка сделок заключена в течение одного года (с января по июнь 2020), что не свидетельствует о невозможности квалификации спорных сделок в качестве единой.  

Довод о пропуске истцом срока исковой давности был предметом исследования судом первой инстанции и отклонен судом как несоответствующий положениям гражданского законодательства.  

Так, апеллянтом ФИО4 указано, что срок на оспаривание договора купли-продажи от 29.01.2020, заключенного между должником и ФИО8, истекает 29.01.2023. Вместе с тем, заявление об оспаривании сделки управляющий обратился только 15.05.2024, т.е. за пределами установленного срока для оспаривания договора. Обосновывая данный довод, апеллянт указывает, что конкурсный управляющий, как профессиональный участник в деле о банкротстве, представляющий интересы должника, должен был своевременно выявить совершенные сделки. Должнику об обстоятельствах, совершенной сделки, было известно 29.01.2020. Утверждения конкурсного управляющего в процедуре банкротства должника не влияет на определение течения срока исковой давности.  

В соответствии с п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствии недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.  

Решением суда конкурсное производство введено 05.09.2023 и ФИО3 утвержден конкурсным управляющим. В суд с заявлением об оспаривании сделки конкурсный управляющий обратился 15.05.2024, в связи с чем суд приходит к выводу, о том, что срок исковой давности не истек.  

С заявлением об оспаривании сделки конкурсный управляющий обратился в пределах специальных сроков, установленных ст. 61.9 Закона о банкротстве.  

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 29 постановления Пленума ВАС РФ № 63, если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки.  

Согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.  

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, в случае признания сделки в соответствии с настоящей главой недействительной все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по такой сделке подлежит возврату в конкурсную массу.  

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.  

Стоимость транспортного средства суд определяет в сумме 1 350 000 руб., исходя из цены в договоре купли-продажи имущества № 30059 от 27.06.2020, согласно которому ФИО9 продала транспортное средство ООО Компания «Планета Авто» по стоимости 1 350 000 руб. Следовательно, возврату в конкурсную массу должника подлежит указанная сумма.  

ООО «Унистрой Урал» не согласно с суммой, определенной в качестве последствия недействительности сделки, поскольку согласно представленному в материалы дела заключению, на момент совершения незаконной сделки по отчуждению имущества стоимость автомобиля составляла 1 617 300 руб. согласно заключению ООО «Техническая экспертиза и оценка».  

Выгодоприобретателем сделки по безвозмездному отчуждению имущества должника в настоящем случае является ФИО4, которая, получив в отсутствие на то каких-либо оснований транспортное средство должника, реализовала его добросовестному покупателю и получив денежные средства.  

Собственником спорного имущества в настоящее время является ФИО16, в связи с чем, возврат имущества в натуре невозможен.  

Суд апелляционной инстанции данный довод отклоняет, поскольку при проведении оценки специалистом транспортное средство не осматривалось и применен сравнительный подход. Вместе с тем, суд полагает, что наиболее вероятной ценой спорного имущества является стоимость транспортного средства, проданного ответчиком независимому лицу ООО «Планета Авто», по цене 1 350 000 руб.  

Из материалов дела следует, что конкурсным управляющим также заявлено о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами (с учетом уточнений), а именно взыскать с ФИО8, ФИО17, ФИО1 в пользу ООО РемПромГрупп в солидарном порядке проценты по ст. 395 ГК РФ (с учетом моратория) за  

период с 30.01.2020 по 08.05.2024 в сумме 499 725,94 руб.; взыскать с ФИО8, ФИО17, ФИО1 в пользу ООО РемПромГрупп в солидарном порядке проценты по ст. 395 ГК РФ за период с 09.08.2024 по момент исполнения судебного акта.  

Проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок (пункт 3 статьи 395 ГК РФ).  

Пунктом 29.1. Постановления № 63 установлено, что если суд признал на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действия должника по уплате денег, то проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ) на сумму, подлежащую возврату кредитором должнику, на основании пункта 2 статьи 1107 ГК РФ подлежат начислению с момента вступления в силу определения суда о признании сделки недействительной, если не будет доказано, что кредитор узнал или должен был узнать о том, что у сделки имеются основания недействительности в соответствии со статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, ранее признания ее недействительной - в последнем случае указанные проценты начисляются с момента, когда он узнал или должен был узнать об этом.  

Из этого следует, что проценты за пользование чужими денежными средствами в рамках применения последствий недействительности сделки могут быть взысканы только в том случае, если оспариваемая сделка связана с уплатой денежных средств.  

Следуя данным разъяснениям, проценты за пользование чужими денежными средствами в рамках применения последствий недействительности сделки должны быть заявлены конкурсным управляющим при рассмотрении заявления об оспаривании сделки.  

При этом иск о взыскании процентов, заявленный со ссылкой на пункт 29.1 постановления от 23.12.2010 № 63, является частью реституционного требования, направленного на устранение последствий исполнения недействительной оспоримой сделки (расчетной операции), и подлежит рассмотрению наряду с ним в рамках одного спора.  

Арбитражный суд пришел к выводу, что требование о взыскании процентов по статье 395 ГК РФ заявлено правомерно.  

Поскольку, судом требования о применении последствий удовлетворено в части, то расчет процентов судом произведен самостоятельно, размер которой составил 70 160 руб. 92 коп.  

Апелляционная коллегия учитывает, что начисляя проценты, суд исходил из того, что в отношении ФИО4 введена процедура реализации имущества (25.02.2021 дата объявления резолютивной части), следовательно, начисление процентов осуществляется до 25.02.2021 (абз.5, п.5, ст. 213.25 Закона о банкротстве).  

Следовательно, применение последствий в виде взыскания с ФИО4 процентов по ст. 395 ГК РФ за период с 25.02.2021 по день исполнения судебного акта не применяется.  

Фактически доводы апелляционных жалоб направлены на переоценку обстоятельств дела, исследованных судом первой инстанции, по существу сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, но не содержат фактов, которые не были бы учтены судом при рассмотрении дела.  

Другая оценка заявителями обстоятельств и иное толкование законодательства не свидетельствуют о судебной ошибке.  

Судебные расходы относятся на заявителей апелляционных жалоб в порядке ст. 110 АПК РФ.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.  

Руководствуясь статьями 176, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции  

постановил:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 20.05.2025 по делу № А76-14131/2023 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Унистрой Урал», ФИО4 – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий судья М.В. Ковалева  

Судьи: Л.В. Забутырина  

 С.В. Матвеева