АРБИТРАЖНЫЙ СУД  УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

426011, г. Ижевск, ул. Ломоносова, 5

http://www.udmurtiya.arbitr.ru

 

ИМЕНЕМ  РОССИЙСКОЙ  ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А71-1355/2021

г. Ижевск

3 июня 2021 года

Резолютивная часть решения по делу объявлена 27 мая 2021 года. Полный текст решение изготовлен 3 июня 2021 года

 

Арбитражный суд Удмуртской Республики в составе судьи                         С.Ю. Бакулева, при ведении протоколирования с использованием средств аудиозаписи и составлении протокола в письменной форме помощником судьи И.В. Атнабаевой, рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению

Общества с ограниченной ответственностью «Стрела»                                        (ОГРН 

<

***>,  ИНН 

<

***>) 

к обществу с ограниченной ответственностью Научно-производственное предприятие «Сармат» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

третье лицо: общество с ограниченной ответственностью «Межрегиональная лизинговая компания» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

о взыскании 5260,50 долларов США неустойки

при участии представителей

истца:        ФИО1 – представитель (доверенность от 26.04.21., диплом)

ответчика и третьего лица: не явились (извещены в порядке ст. 121 АПК РФ) 

 

у с т а н о в и л:

Иск заявлен о взыскании 5260,50 долларов США неустойки образовавшейся по договору № 1-СТРЛ/КП поставки оборудования от 14.01.2020.

В ходе заседания на основании ходатайства представителя истца и в порядке ст.ст. 41, 49, 159, 184, 185 АПК РФ сумма исковых требований уменьшена до взыскания 3622,40 долларов США неустойки.

Представитель истца исковые требования поддержал в полном объеме, с учетом уменьшения, со ссылкой на обстоятельства изложенные в иске и в возражениях на отзыв.

Ответчик исковые требования оспорил, изложив свои доводы в отзыв на иск и в дополнениях к отзыву, указав, что просрочка поставки товара связана с введенными ограничениями на территории Китая и России, связанными с распространением новой коронавирусной инфекции; кроме того, ссылается на то, что срок поставки нарушен в том числе по вине истца; заявил о снижении неустойки по ст. 333 ГК РФ.

Третье лицо отзыв на иск не представило.

Судебное заседание проведено в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания посредствам размещения соответствующей информации на официальном сайте суда в сети «Интернет», в порядке ст.ст. 121-123, 156 АПК РФ и п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Между ООО Научно-производственное предприятие «Сармат» (поставщик, ответчик), ООО «Межрегиональная лизинговая компания» (покупатель, третье лицо) и ООО «Стрела» (лизингополучатель, истец) заключен договор поставки № 1-СТРЛ/КП от 14.01.2020, спецификация к договору, дополнительное соглашение № 1 от 13.04.2020, по условиям которых, поставщик обязался поставить и передать в собственность покупателя оборудование – токарные станки в количестве двух единиц, на общую сумму 175350 долларов США (л.д. 20-18-21).

В соответствии с п. 1.1.1 договора поставки оборудование приобретается покупателем с целью его передачи в лизинг лизингополучателю на основании договора лизинга № 1-СТРЛ от 14.01.2020, заключенного между покупателем (лизингодателем) и ООО «Стрела» (лизингополучатель).

Согласно п. 2.2 договора оплата производится путем перечисления денежных средств покупателем на расчетный счет поставщика в следующем порядке: первый платеж 46 % в размере 80175 долларов США оплачивается в течение 7 банковских дней с даты подписания сторонами договора на основании счета на оплату, выставленного поставщиком покупателю; второй платеж 37 % в размере 64140 долларов США оплачивается в течение 7 банковских дней с даты получения от поставщика письменного уведомления о готовности оборудования к поставке, но не ранее 28.01.2020, на основании счета на оплату; третий платеж 4 % в размере 6285 долларов США оплачивается в течение 7 банковских дней с даты подписания сторонами акта ввода оборудования в эксплуатацию № 1, на основании счета на оплату; четвертый платеж 14 % в размере 24750 долларов США оплачивается в течение 7 банковских дней с даты подписания сторонами акта ввода оборудования в эксплуатацию № 2, на основании счета на оплату.

Стороны установили, что грузополучателем по договору поставки является лизингополучатель. Поставка оборудования осуществляется поставщиком в течение 60 календарных дней со дня выполнения покупателем обязанности по оплате первого авансового платежа в соответствии с п. 2.2.1 договора. Согласованный срок выполнения поставки выдерживается при условии, что объем поставки оборудования остается без изменений и оплата по п. 2.2.1 выполняется в указанный срок. В противном случае поставщик имеет право увеличить срок поставки оборудования. Поставщик оставляет за собой право досрочной поставки оборудования при условии письменного согласования досрочной поставки с покупателем и лизингополучателем (пункт 4.1 договора).

Во исполнение указанного договора поставки покупатель платежными поручениями от 14.01.2020 № 35, от 21.01.2020 № 67 перечислил ответчику 4907223 руб. 12 коп. аванса, предусмотренного пунктом 2.2.1 договора.

Оборудование передано истцу по универсальным передаточным актам от 02.06.2020 № УТ-91, от 14.08.2020 № УТ-150, актам приема-передачи         (л.д. 41-44).

Ссылаясь на нарушение ответчиком срока поставки, истец в порядке пункта 9.2 договора и ст. 330 ГК РФ просит взыскать с ответчика неустойку, исходя из ставки неустойки в размере 0,03 % от стоимости непоставленного товара за каждый день просрочки, что составляет 3622,40 долларов США. 

Направленная в адрес ответчика претензия от 09.10.2020 исх. № 73-20 оставлена ответчиком без удовлетворения. (л.д. 45).

 Указанные обстоятельства явились для истца основанием обратиться в Арбитражный суд Удмуртской Республики с настоящим исковым заявлением.

Ответчик исковые требования оспорил по основаниям, указанным выше.

Суд, изучив и оценив материалы дела, считает исковые требования подлежащими удовлетворению в полном объеме на сумму 3622,40 долларов США неустойки, на основании ст.ст. 307, 309, 310, 330, 506, 516 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 506 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

К договору поставки применяются положения, предусмотренные названным Кодексом для договора купли-продажи, если иное не предусмотрено правилами Кодекса об этих видах договоров (пункт 5 статьи 454 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 509 ГК РФ поставка товаров осуществляется поставщиком путем отгрузки (передачи) товаров покупателю, являющемуся стороной договора поставки, или лицу, указанному в договоре в качестве получателя.

В силу пункта 1 статьи 457 ГК РФ срок исполнения продавцом обязанности передать товар покупателю определяется договором купли-продажи, а если договор не позволяет определить этот срок, в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 314 ГК РФ.

Согласно статье 458 ГК РФ, если иное не предусмотрено договором купли-продажи, обязанность продавца передать товар покупателю считается исполненной в момент: вручения товара покупателю или указанному им лицу, если договором предусмотрена обязанность продавца по доставке товара; предоставления товара в распоряжение покупателя, если товар должен быть передан покупателю или указанному им лицу в месте нахождения товара. Товар считается предоставленным в распоряжение покупателя, когда к сроку, предусмотренному договором, товар готов к передаче в надлежащем месте и покупатель в соответствии с условиями договора осведомлен о готовности товара к передаче. Товар не признается готовым к передаче, если он не идентифицирован для целей договора путем маркировки или иным образом. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Федерального закона «О финансовой аренде (лизинге)» при осуществлении лизинга лизингополучатель вправе предъявлять непосредственно продавцу предмета лизинга требования к качеству и комплектности, срокам исполнения обязанности передать товар и другие требования, установленные законодательством Российской Федерации и договором купли-продажи между продавцом и лизингодателем.

Согласно пункту 1 статьи 670 ГК РФ арендатор вправе предъявлять непосредственно продавцу имущества, являющегося предметом договора финансовой аренды, требования, вытекающие из договора купли-продажи, заключенного между продавцом и арендодателем, в частности в отношении качества и комплектности имущества, сроков его поставки, и в других случаях ненадлежащего исполнения договора продавцом. При этом арендатор имеет права и несет обязанности, предусмотренные настоящим Кодексом для покупателя, кроме обязанности оплатить приобретенное имущество, как если бы он был стороной договора купли-продажи указанного имущества. Однако арендатор не может расторгнуть договор купли-продажи с продавцом без согласия арендодателя.

На основании статей 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

В соответствии с п. 1 ст. 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В силу п. 1 ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности, в случае просрочки его исполнения.

Следовательно, правовым основанием для взыскания неустойки является положение договора или закона, предусматривающие ответственность стороны за нарушение установленного обязательства.

Пунктом 9.2. договора определено, что в случае нарушения поставщиком сроков поставки оборудования, указанных в договоре, поставщик уплачивает покупателю неустойку в размере 0,03 % от общей суммы договора за каждый день просрочки, но не более чем 3 % от суммы договора.

Факт поставки оборудования подтвержден представленными в материалы дела надлежащими доказательствами и сторонами не оспаривается.

В обоснование исковых требований истец ссылается на нарушение ответчиком сроков поставки, предусмотренных п. 4.1 договора.

Согласно п. 4.1 договора поставка оборудования осуществляется поставщиком в течение 60 календарных дней со дня выполнения покупателем обязанности по оплате первого авансового платежа в соответствии с п. 2.2.1 договора. Согласованный срок выполнения поставки выдерживается при условии, что объем поставки оборудования остается без изменений и оплата по п. 2.2.1 выполняется в указанный срок. В противном случае поставщик имеет право увеличить срок поставки оборудования. 

Оспаривая исковые требования, ответчик ссылается на то, что сроки поставки нарушены, в том числе и по вине самого истца, которым были изменены характеристики товара после заключения договора, что является, по мнению ответчика, изменением объема поставки, в связи с чем, поставщик имеет право увеличить срок поставки в силу п. 4.1 договора.  Ответчик полагает, что срок поставки должен исчисляться с момента заключения дополнительного соглашения от 13.04.2020, который истекает  12 июня 2020 года.

Норма статьи 421 ГК РФ допускает согласование сторонами в договоре любых условий, определяемых по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ).

Возражения ответчика судом рассмотрены и отклонены, поскольку подписывая дополнительное соглашение от 13.04.2020 к договору поставки, ответчик имел возможность внести предложение об изменении сроков поставки, вместе с тем, не заявил об их увеличении, следовательно, установленный договором срок поставки не был изменен (статья 431 ГК РФ, пункт 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора»).

Судом отклоняется довод ответчика о том, что сторонами изменен объем поставки, поскольку по общему правилу объем поставки предполагает количество поставляемого товара, которое в данном случае составило две единицы оборудования, и не изменилось после подписания дополнительного соглашения. 

Изменение технических (качественных) характеристик товара не предполагает изменение сроков поставки, иного сторонами в договоре не установлено. 

Из материалов дела следует, что истец перечислил аванс, предусмотренный п. 2.2.1 договора платежными поручениями от 14.01.2020 № 35, от 21.01.2020 № 67, следовательно, с учетом установленного в п. 4.1 договора срока поставки – 60 календарных дней с момента оплаты аванса, товар должен быть поставлен в срок до 20 марта 2020 года. Таким образом, истцом правомерно начислена неустойка, начиная с 21 марта 2020 года. 

Кроме того, истец уточнил исковые требования в части периодов начисления неустойки за несвоевременную поставку товаров разделив периоды просрочки поставки по каждому товару в отдельности: по токарному станку СК46-2+2+Y с 21 марта 2020 года по 2 июня 2020 года, по токарному станку с ЧПУ CL56DW с 14 июня 2020 года по 18 августа 2020 года.

Уточненный расчет неустойки истца судом проверен, признан верным.

Возражения ответчика о том, что просрочка поставки товара связана с введенными ограничениями на территории Китая и России, связанными с распространением коронавирусной инфекции, судом отклоняются в силу следующего. 

Пунктом 3 статьи 401 ГК РФ установлено, что лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в ответе на вопрос 7 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1 (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 21.04.2020), для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный, непредотвратимый при данных условиях и внешний по отношению к деятельности должника характер.

Признание распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным для всех категорий должников, независимо от типа их деятельности, условий ее осуществления, в том числе региона, в котором действует организация.

В силу изложенного, существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учетом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и т.д.).

Применительно к нормам статьи 401 ГК РФ обстоятельства, вызванные угрозой распространения новой коронавирусной инфекции, а также принимаемые органами государственной власти и местного самоуправления меры по ограничению ее распространения, в частности, установление обязательных правил поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации, запрет на передвижение транспортных средств, ограничение передвижения физических лиц, приостановление деятельности предприятий и учреждений, отмена и перенос массовых мероприятий, введение режима самоизоляции граждан и т.п., могут быть признаны обстоятельствами непреодолимой силы, если будет установлено их соответствие названным выше критериям таких обстоятельств и причинная связь между этими обстоятельствами и неисполнением обязательства.

Вместе с тем, судом установлено, что ответчиком не представлено доказательств наличия причинно-следственной связи между введенными ограничительными мерами и невозможностью исполнения принятых по договору обязательств, в том числе доказательств ограничения производственной деятельности ответчика (статья 65 АПК РФ).

Принимая во внимание, что ответчик является профессиональным участником предпринимательской деятельности, риск такого поведения в силу абзаца 3 пункта 1 статьи 2 ГК РФ лежит на ответчике.

Более того, судом также принимается во внимание, что заключая договор поставки, дополнительное соглашение к нему ответчик знал о введении ограничительных мер в целях противодействия распространению новой коронавирусной инфекции, вместе с тем, согласовал установленные сроки поставки, в связи с чем допущенная ответчиком просрочка не может являться следствием указанных мероприятий.

Заявление ответчика о применении положений ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит отклонению судом в связи со следующим.

Из смысла основных положений гражданского законодательства назначением института ответственности за нарушение обязательств является восстановление имущественного положения потерпевшего вследствие несвоевременного исполнения обязательств, а не его неосновательное обогащение за счет нарушителя.

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Гражданский кодекс Российской Федерации предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Согласно ч. 1 ст. 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении. 

В соответствии с пунктами 73, 74, 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 7 от 24.03.2016 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (ч. 1 ст. 65 АПК РФ).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования             (п.п. 3, 4 ст. 1 ГК РФ).

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 21.12.2000 № 263-О разъяснил, что предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, на реализацию требования ст. 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. 

Критериями для установления несоразмерности подлежащей уплате неустойки последствиям нарушения обязательства в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение суммы неустойки над суммой возможных убытков, вызванных нарушением обязательства, длительность неисполнения обязательства и другие обстоятельства. При этом суд оценивает возможность снижения неустойки с учетом конкретных обстоятельств дела.

В соответствии с правовой позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении Президиума от 13.01.2011 № 11680/10, учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства ГК РФ предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.11.                № 81 при разрешении вопроса о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения; для обоснования иной величины неустойки, соразмерной последствиям нарушения обязательства, каждая из сторон вправе представить доказательства того, что средний размер платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями субъектам предпринимательской деятельности в месте нахождения должника в период нарушения обязательства, выше или ниже двукратной учетной ставки Банка России, существовавшей в тот же период. Снижение судом неустойки ниже определенного таким образом размера допускается в исключительных случаях, при этом присужденная денежная сумма не может быть меньше той, которая была бы начислена на сумму долга исходя из однократной учетной ставки Банка России.

При этом степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего арбитражный суд, вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела в соответствии со статьей 71 АПК РФ.

Суд, оценив соразмерность взыскиваемой неустойки, исходя из компенсационного характера гражданско-правовой ответственности и с учетом фактических обстоятельств дела (значительные суммы поставок, длительный срок непоставки товаров), пришел к выводу о том, что ставка неустойки в 0,03 % от стоимости непоставленной продукции за каждый день просрочки и размер неустойки – 3622,40 долларов США в настоящем случае отвечают требованию соблюдения баланса интересов сторон. 

Суд полагает, что такой размер ответственности достаточен для обеспечения восстановления нарушенных прав истца, соответствует принципам добросовестности, разумности и справедливости и не приведёт к чрезмерному, избыточному ограничению имущественных прав и интересов ответчика.

Доказательств исключительности или экстраординарности рассматриваемого случая нарушения обязательства ответчиком не представлено.

Учитывая изложенное, исковые требования о взыскании неустойки подлежат удовлетворению в полном объеме на сумму 3622,40 долларов США.

В соответствии с принятым по делу решением и в соответствии со              ст. 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины относятся на ответчика.

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и ст.ст. 333.21., 333.22., 333.40. Налогового кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Удмуртской Республики 

 

Р Е Ш И Л:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью Научно-производственное предприятие «Сармат» (ОГРН 

<

***>,                       ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью Стрела» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 3622,40 долларов США неустойки; в возмещение расходов по оплате государственной пошлины              8469 руб. 82 коп.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Стрела»                               (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) из федерального бюджета                  2473 руб. 18 коп. государственной пошлины перечисленной по платежному поручению № 120 от 04.02.2021.

 

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Удмуртской Республики

 

     Судья                                                                            С.Ю. Бакулев