СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-16447/2021(8)-АК

Дело № А60-38912/2020

23 ноября 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22 ноября 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 23 ноября 2022 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Герасименко Т.С., 

судей                                 Мартемьянова В.И., Темерешевой С.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии в судебном заседании:

и.о. конкурсного управляющего ФИО2 (лично) паспорт;

от ответчика ФИО3 – ФИО4, паспорт, доверенность от 15.03.2021;

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу исполняющего обязанности конкурсного управляющего ФИО2 о признании недействительным договора купли – продажи транспортного средства от 09.02.2016, заключенного между должником и ФИО3,

вынесенное в рамках дела № А60-38912/2020

о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Уралтехнохим» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО5, 

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.08.2020 заявление конкурсного управляющего ООО «НПО Инновационные газовые технологии» ФИО6 о признании ООО «Уралтехнохим» несостоятельным (банкротом) принято к производству, возбуждено дело о банкротстве.

Определением от 14.09.2020 в отношении ООО «Уралтехнохим» введена процедура наблюдения; временным управляющим утверждена ФИО2, член Союза «Межрегиональный центр арбитражных управляющих». 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 04.03.2021  ООО «Уралтехнохим» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на арбитражного управляющего ФИО2 

17.12.2021 арбитражный управляющий ФИО2 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделкой договора купли – продажи транспортного средства от 09.02.2016, заключенного между ООО «Уралтехнохим» и ФИО3; применении последствий недействительности сделки в виде возложения обязанности на ФИО3 незамедлительно с момента вступления решения суда в законную силу передать ООО «Уралтехнохим» спорное транспортное средство

Определением суда от 08.06.2022 (резолютивная часть от 31.05.2022) в удовлетворении заявления отказано. 

Не согласившись с судебным актом, исполняющий обязанности конкурсного управляющего ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой,  в  которой  просит определение суда от 08.06.2022 отменить, принять по делу новый акт об удовлетворении заявления.

Заявитель в жалобе выражает несогласие с выводом суда о том, что оспариваемая сделка не причинила вреда ООО «Уралтехнохим», поскольку при фактической аффилированности сторон сделки судом не учтено, что денежные средства на покупку транспортного средства поступили от ООО «Уралтехнохим», где расчет производится с расчетного счета, но далее, денежные средства от ФИО3 не поступали, в виду того, что ООО «Уралтехнохим» подконтрольно мужу ФИО3, реальность поступления денежных средств он нее была маловероятна. При этом суд неправомерно отказал в истребовании документов у налогового органа книги покупок и продаж ООО «СтройДом» и ООО «ММК Комплект» и.т.п., тем самым ограничив заявителя в получении достоверных доказательств о реальности приобретения товара директором ООО «Уралтехнохим». Поддерживает свои доводы о безвозмездности сделки, совершенной с целью прикрытия договора дарения спорного транспортного средства должником в пользу ФИО3 Также оспаривает выводы суда об отсутствии оснований применения ст. 10 ГК РФ, поскольку злоупотребление правом в данном случае просматривается и в том, что ИП ФИО3 получила в дар транспортное средство от аффилированного/подконтрольного ФИО3 (супруг ФИО3) лица. С позиции заявителя, фактически в данной ситуации речь идет о группе компаний, которые между собой перераспределяли денежные средства, осуществляли деятельность с целью уменьшения налоговых вычетов, осуществляли формально перевод деятельности с одной фирмы на другую. И все это было подконтрольно одному лицу - ФИО3 Экономического смысла заключения спорного договора купли – продажи не было.

Ответчик ФИО3 в отзыве возражает против доводов апелляционной жалобы.

В судебном заседании арбитражный управляющий доводы апелляционной жалобы поддерживает в полном объеме, определение суда первой инстанции считает незаконным и необоснованным, просит его отменить, принять по делу новый судебный акт, апелляционную жалобу удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО3 возражает против доводов апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили, в силу статьей 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ)  апелляционные жалобы рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, конкурсным управляющим при проведении процедуры банкротства выявлено осуществление должником перечисления в пользу заинтересованного лица ООО «Штерн» 05.02.2016 в общей сумме 5 100 050 руб. с назначением платежа «Оплата счета № НШ00000089 от 03.02.2016г. за GLE 400 4MATIC Coupe».

И.о. конкурсного управляющего направила в ООО «Штерн» запрос о предоставлении информации об основании данного платежа в пользу ООО «ШТЕРН». 

В ответ на запрос ООО «Штерн» предоставило документы, подтверждающие заключение между ООО «Уралтехнохим» и ООО «Штерн» договора купли – продажи транспортного средства №05-315/2016 от 03.02.2016, по условиям которого продавец (ООО «Штерн) обязуется передать в собственность покупателя (ООО «Уралтерхнохим») в срок, установленный в настоящем договоре, транспортное  средство Mercedes-Bens, модели GLE 400 купе 4MATIC, VIN 

<

***> в комплектации, указанной в приложении № 1, которое является неотъемлемой частью настоящего договора.

09.02.2016 между ООО «Штерн» и должником подписан акт приема – передачи транспортного средства по вышеуказанному договору, в соответствии с которым ООО «Штерн» передал, а должник в лице ФИО3 принял товар по номенклатуре и цене: автомобиль Mercedes – Benz GLE 400 4MATIC VIN 

<

***>, номер двигателя: 27682130298633, цвет кузова: черный, год выпуска: 2015, ПТС серия 77 УК № 105339, цена 5 200 050, 00 руб.

Заявитель ссылается на то, что данное транспортное средство по данным ГИБДД никогда не ставилось на учет за ООО «Уралтехнохим», с 09.02.2016 зарегистрировано за ИП ФИО3

И.о. конкурсного управляющего указано, что из анализа выписок по расчетному счету должника, оплаты транспортного средства со стороны ИП ФИО3 не следует. Расчет наличными денежными средствами произведен не мог быть, поскольку у должника отсутствовала касса. За период рассмотрения исковых требований и.о. конкурсного управляющего в деле А60-30613/2021 ИП ФИО3 также не смогла представить доказательств оплаты транспортного средства.

Ссылаясь на вышеуказанные обстоятельства, и.о. конкурсного управляющего обратилась в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о признании договора купли-продажи транспортного средства от 09.02.2016 недействительной сделкой на основании ст.ст. 10, 168, п.2 ст.170 ГК РФ.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности совокупности оснований, свидетельствующих о притворности данной сделки и совершения ее со злоупотреблением правом (ст.ст. 10, 168, 170 ГК РФ), указав, что оспариваемая сделка не является сделкой, совершенной за счет имущества должника. Сделка не повлекла за собой уменьшение конкурсной массы, следовательно, не могла повлечь причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Исследовав доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, выслушав участников процесса, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции, пришел к следующему.

В соответствии со ст. 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), ч. 1 ст.223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии со ст.61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10, 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции постановления Пленума ВАС РФ № 60 от 30.07.2013) разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. 

Исходя из содержания п. 1 ст. 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. 

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

При этом в силу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Приведенная норма возлагает обязанность доказывания неразумности и недобросовестности действий участника гражданских правоотношений на лицо, заявившее требования.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 № 6526/10 по делу № А46-4670/2009, заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью, в частности, уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения имущества третьим лицам, является злоупотреблением гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ).

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, ее стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Согласно п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии со ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Как разъяснено в п. 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу действующего законодательства притворная сделка ничтожна потому, что не отражает действительных намерений сторон. Общим правилом является применение закона, относящегося к прикрытой сделке, при этом она представляет собой произвольную комбинацию условий, прав и обязанностей, не образующих известного Кодексу состава сделки, и также может выходить за рамки гражданских сделок. Применение закона, относящегося к прикрытой сделке, состоит в оценке именно тех ее условий, которые указаны в законах, на которые ссылается истец.

Для признания сделки недействительной по мотиву ее притворности необходимо установить, что воля обеих сторон была направлена на совершение сделки, отличной от заключенной, а также, что сторонами в рамках исполнения притворной сделки выполнены все существенные условия прикрываемой сделки.

Как разъяснено в п. 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25, применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (п. 2 ст. 170 ГК РФ).

Под притворной сделкой понимается сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях. В этом случае фактически сделка совершается (в смысле ст. 153 ГК РФ), но только иная отличная от видимой. Например, «внешне» договор купли-продажи, на самом деле - договор дарения.

Принимая во внимание, что дело о банкротстве в отношении ООО «Уралтехнохим» возбуждено 10.08.2020, следует признать, что сделка совершена 09.02.2016, то есть за пределами трехлетнего срока предусмотренного п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, а, следовательно, может быть признана недействительной (ничтожной) только по общим основаниям (ст.ст. 10, 170 ГК РФ).

Из материалов дела следует, 03.02.2016 между должником и ООО «Штерн» заключен договор купли-продажи транспортного средства №05-315/2016, согласно которому продавец обязуется передать в собственность покупателю в срок, установленный в договоре, транспортное средство Mercedes – Benz GLE 400 4MATIC VIN 

<

***>, номер двигателя: 27682130298633, цвет кузова: черный, год выпуска: 2015, ПТС серия 77 УК № 105339, по цене 5 200 000 руб.  Договор от ООО «Уралтехнохим» подписан бывшим руководителем ФИО5

09.02.2016 подписан акт приема-передачи между ООО «Штерн» и ООО «Уралтехнохим» в лице ФИО3, действующей на основании доверенности №04 от 08.02.2016, согласно которому должнику передано транспортное средство. 

09.02.2016 между ООО «Уралтехнохим» и ФИО3 заключен договор купли-продажи транспортного средства стоимостью 5 200 000 руб. 

09.02.2016 между ООО «Уралтехнохим» и ФИО3 подписан акт приема-передачи, согласно которому продавец продал, а покупатель принял транспортное средство. 

ФИО3 за приобретенное транспортное средство передала должнику наличные денежные средства в сумме 5 200 000 руб. В подтверждение представлена копия квитанции к приходному кассовому ордеру №7 от 06.02.2016. В качестве основания указано: «договор купли-продажи от 09.02.2016».

Обращаясь в арбитражный суд с заявлением, и.о. конкурсного управляющего ссылалась на то, что фактически воля сторон выражалась не в заключении договора купли-продажи транспортного средства, а в его дарении должником ООО «Уралтехнохим» ИП ФИО3

Кроме того, управляющий указывает на совершение сделки при наличии у должника неисполненных обязательств перед другими кредиторами, т.е. при наличии признаков неплатежеспособности, в результате совершенной сделки причинен вред имущественным правам кредиторов, о чем ответчику было достоверно известно. 

Исследовав доводы и.о. конкурсного управляющего, суд первой инстанции правомерно признал их недоказанными в порядке ст.65 АПК РФ.

Возражая относительно заявленных требований ФИО3 указала, что транспортное средство приобретено ею для своих личных целей, зарегистрировано в установленном порядке в органах ГИБДД. Заинтересованным лицом по отношению к должнику не является, о продаже спорного транспортного средства ФИО3 узнала в автосалоне «Штерн», транспортное средство в нужной ей комплектации должно было поступить в автосалон в начале 2016 г., однако находится на предзаказе у юридического лица ООО «Уралтехнохим». ФИО5 (бывший руководитель должника) сообщил ФИО3 о возможности продажи ей транспортного средства, при этом ООО «Уралтехнохим» не могло расторгнуть договор с продавцом,  в связи с чем было решено сразу  перепродать автомобиль за цену 5 200 000 руб. ФИО3 Для реализации договоренностей сложившихся между сторонами, ФИО3 от общества ООО Уралтехнохим была выдана доверенность №04 от 08.02.2016 с правом получения автомобиля из автосалона Штерн. 09.02.2016 подписан акт приема-передачи к договору купли-продажи транспортного средства №05-315/2016 от 03.02.2016, в результате машина была продана заинтересованному лицу.

Из пояснений ФИО5, изложенных в отзыве, следует, что расчет по спорной сделке произведен наличными денежными средствами в сумме 5 200 000 руб., которые  израсходованы для выполнения заключенных контрактов, в том числе оплаты услуг спецтехники по погрузке, транспортировке и доставки грузов. На момент заключения спорного договора общество не обладало признаками неплатежеспособности, не имело обязательств перед кредиторами и находилось в финансово-устойчивом состоянии. ФИО5 представлены документы в подтверждение расходования денежных средств, полученных от ФИО3 (затраты на реализацию крупных контрактов на поставку оборудования и продукции, товарные и кассовые чеки).

Исходя из смысла положений п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделка, которая может быть признана недействительной в соответствии с ГК РФ и Законом о банкротстве, должна быть совершена непосредственно должником или другим лицом, но за счет имущества должника.

Из материалов дела следует, должник оплачивал приобретенное им транспортное средство не из собственных денежных средств. 

Так, согласно выписке с расчетного счета должника 03.02.2016 должнику перечислены денежные средства в размере  2 040 000 руб. обществом «Давкос», а также 04.02.2016 – 3 090 000 руб. от ООО «НПО Ингазтех».

Впоследствии 05.02.2016 должником в адрес ООО «Штерн» перечислено 5 100 000 руб. 

Таким образом, сделка совершена не за счет денежных средств должника.

Акт приема-передачи транспортного средства от имени должника с ООО «Штерн» подписан ФИО3, уполномоченной должником на  основании доверенности №04 от 08.02.2016. При этом доверенность не содержала иных полномочий, кроме как полномочия по представлению интересов ООО «Уралтехнохим» при подписании акта – приема передачи транспортного средства и при регистрации данного транспортного средства за ООО «Уралтехнохим». Окончание срока полномочий по доверенности 07.03.2016.

Транспортное средство в день его приобретения должником сразу передано ИП ФИО3, за должником не регистрировалось.

Материалами дела подтверждается, что исходя из совершенных ООО «Уралтехнохим» действий должник впоследствии не намеревался приобретать автомобиль, несмотря на заключение им с ООО «Штерн» договора купли-продажи указанного автомобиля. В день передачи должнику  транспортного средства  обществом «Штерн», должник сразу продает его заинтересованному лицу.

При этом, как указано выше, должник не нес расходы на приобретение транспортного средства, соответственно, совершенной сделкой не были причинены убытки ни должнику, ни кредиторам.

Более того, участвующий в судебном заседании и.о.конкурсного управляющего пояснила, что на момент совершения сделки иных кредиторов у должника не имелось.

Тот факт, что сторонами была выбрана именно такая схема покупки транспортного средства, может свидетельствовать, с позиции конкурсного управляющего, о существовавшей аффилированности сторон. Как пояснил конкурсный управляющий, ФИО5 работал по трудовому договору в ООО «НПО «Ингазтех» в должности инженера транспортной службы. ФИО3, являющийся супругом ИП ФИО3, осуществлял функции директора ООО «НПО «Ингазтех». 

Арбитражный суд поддержал доводы конкурсного управляющего, что данная информация свидетельствует о фактической заинтересованности участников сделки.

Между тем, как верно указал суд, в рассматриваемом случае аффилированность сторон не свидетельствует о недействительности сделки, поскольку у должника в результате сделки имущество не выбывало, соответственно ущерб должнику причинен не был.

Вместе с тем, договор дарения предполагает безвозмездность сделки, в данном случае, денежные средства были переданы должнику ответчиком.

Ссылка управляющего на отсутствие у ответчика финансовой возможности для приобретения спорного транспортного средства отклоняется, как несоответствующая материалам дела.

ФИО3 в материалы спора представлены:

- договор банковского вклада от 19.12.2014 в рублях, сумма вклада составляет 2 447 681, 83 руб., срок действия вклада до 24.12.2015.

- договор банковского вклада от 19.12.2014 в долларах США, сумма вклада 195 495 долларов США (официальный курс доллара на дату прекращения срока действия договора составляет 71,32 руб. за 1 доллар США), срок вклада – 21.12.2015.

По истечении срока действия банковских депозитов, ФИО3 снятую денежную сумму в наличной форме внесла на свой индивидуальный банковский сейф «банковскую ячейку».

Соответственно, представленная в материалы дела совокупность документов вопреки доводам жалобы подтверждает наличие у ответчика финансовой возможности произвести оплату по оспариваемому договору.

Кроме того, управляющий указывает на то, что кассовой книги у должника не было, в связи с чем отсутствовали расчеты наличными денежными средствами.

Вместе с тем в материалы дела представлена копия квитанции к приходному кассовому ордеру №7 от 09.02.2016 в сумме 5 200 000 руб., при этом ФИО5 представлены пояснения и документы в подтверждение дальнейшего расходования денежных средств, полученных от ФИО3 

Вместе с тем, указанное свидетельствует о нарушении должником кассовой дисциплины, что не является безусловным основанием для признания представленных доказательств ненадлежащими и недопустимыми.

При таком положении делать выводы о безвозмездности сделки у суда первой инстанции у суда не имелось.

Соответственно, доводы управляющего о совершении сделки, прикрывающей дарение, о том, что денежные средства от ФИО3 не поступали, противоречат материалам дела, в связи с чем также отклоняются.

Доводы апеллянта о перераспределении денежных средств в группе компаний не имеют правового значения в рассматриваемом споре и могут быть предметом рассмотрения в рамках спора о привлечении лиц к гражданско-правовой ответственности за указанные действия.

Также суд апелляционной инстанции находит обоснованными выводы суда о недоказанности конкурсным управляющим наличия у должника на момент совершения оспариваемой сделки признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Так, в реестр требований кредиторов включены требования: 

ООО «НПО Ингазтех» в размере 51 960 040,92 руб. (основано на определении от 23.01.2020 по делу № А60-23097/2017 о признании недействительными перечислений в пользу должника денежных средств в период с 10.09.2015 по 17.01.2018);

ООО «НПО Ингазтех» в размере 15 874 351,66 руб. (задолженность по уплате процентов в связи с неисполнением должником определения от 23.01.2020 по делу № А60-23097/2017, которым признаны недействительными перечисления в пользу должника денежных средств за период с 10.09.2015 по 17.01.2018 на общую сумму 51 960 040,92 руб.);

ООО «Логистик Л7» в размере 30 000 руб. долга (неисполнение обязанности по оплате заявки на перевозку от 24.07.2019 и от 25.07.2019, установленное решением Арбитражного суда Свердловской области от 06.04.2020 по делу № А60-6466/2020).

Требование ООО «Зико-Ингазтех» в размере 49 000 руб. (платежа совершенного 27.06.2017 в пользу ООО «ВУРМС» за ООО «Уралтехнохим» по счету № 278 от 19.06.2017 за услуги) признано обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, имущества должника.

Из приведенных выше обстоятельств следует, что на момент совершения оспариваемых платежей у должника отсутствовали неисполненные обязательства перед кредиторами (независимыми кредиторами). Имеющаяся задолженность перед ООО «ЗИКО-Ингазтех» в сумме 49 000 руб. по состоянию на 19.06.2017, исходя из ее размера, не может свидетельствовать о неплатежеспособности должника. 

Иных обстоятельств, которые бы свидетельствовали о наличии у должника на момент совершения оспариваемой сделки признаков неплатежеспособности, управляющим апелляционному суду не приведено.

Судом правомерно отклонены доводы заявителя, основанные на положениях статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Констатация недействительности ничтожной сделки по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна в исключительных случаях, когда установленные судом обстоятельства ее совершения говорят о заведомой противоправной цели совершения сделки обеими сторонами, об их намерении реализовать какой-либо противоправный интерес, направленный исключительно на нарушение прав и законных интересов иных лиц (применительно к делу о банкротстве прав иных кредиторов должника).

Исключительная направленность сделки на нарушение прав и законных интересов других лиц должна быть в достаточной степени очевидной исходя из презумпции добросовестности поведения участников гражданского оборота.

Вместе с тем, в дело не представлены доказательства того, что сделка была заключена исключительно с намерением причинить вред кредиторам.

Обстоятельств, свидетельствующих, что оспариваемая сделка совершена со злоупотреблением правом, с целью причинить вред имущественным правам кредиторов (на момент совершения оспариваемой сделки у должника не имелось неисполненных обязательств перед независимыми кредиторами), участниками спора не приведено (ст. 65 АПК РФ).

При таких обстоятельствах следует признать недоказанной совокупность условий для признания оспоренной сделки недействительной по заявленным конкурсным управляющим основаниям.

Наличие у сделки пороков, выходящих за пределы подозрительных сделок, предусмотренных п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, судом не установлено.

Конкурсный управляющий в жалобе ссылался на то, что ему было отказано в удовлетворении ходатайства об истребовании у налогового органа книги покупок и продаж ООО «СтройДом» и ООО «ММК Комплект», тем самым суд ограничил заявителя в получении достоверных доказательств о реальности приобретения товара директором ООО «Уралтехнохим».

В отношении этих доводов апелляционный суд отмечает, что  истребуемая заявителем информация не является относимым доказательством по данному спору, заявителем не приведено причин невозможности самостоятельного предоставления на протяжении длительного времени истребуемых им документов и что необходимые ему документы существенно повлияют на рассмотрение дела.

Обжалуя определение суда, управляющим в нарушение ст. 65 АПК РФ не представлено надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

При таких обстоятельствах, следует признать, что судебный акт является законным и обоснованным, основания для его отмены или изменения судом апелляционной инстанции не усматриваются.

Нарушений норм процессуального права, которые в соответствии со статьями 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со ст.110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относится на ее заявителя. 

Поскольку определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2022 при принятии апелляционной жалобы к производству и.о. конкурсного управляющего ФИО2 была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины по апелляционной жалобе на срок до окончания рассмотрения дела, государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы подлежит взысканию с ООО «Уралтехнохим» в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 08 июня 2022 года по делу № А60-38912/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ООО «Уралтехнохим» в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в размере                3 000 рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

Т.С. Герасименко 

 

Судьи

В.И. Мартемьянов 

 

С.В. Темерешева