ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А70-21669/2019

22 февраля 2022 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  15 февраля 2022 года 

Постановление изготовлено в полном объеме  22 февраля 2022 года

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  Зюкова В.А.

судей Аристовой Е.В., Горбуновой Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 08АП-13319/2021) конкурсного управляющего ФИО2 на  и (регистрационный номер 08АП-15005/2021) ФИО3 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 11.10.2021 по делу № А70-21669/2019 (судья Сажина А.В.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц: ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, при участии в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора – финансовый управляющий имуществом ФИО8 – ФИО9, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Инжиниринговая компания «Знамя» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 

 

при участии в судебном заседании:

конкурсного управляющего ФИО2 - представитель ФИО10 (предъявлен паспорт, по доверенности б/н от 12.01.2022, сроком действия один год); 

ФИО5 - представитель посредством системы веб-конференции ФИО11  (предъявлен паспорт, по доверенности 72АА 1813156 от 29.10.2020, сроком действия на три года); 

ФИО4 - представитель посредством системы веб-конференции ФИО12 (предъявлен паспорт, по доверенности №  72АА 1813154 от 29.10.2020, сроком действия на три года),  ФИО6 – ФИО13 (паспорт, доверенность),

установил:

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 28.09.2020 г. по делу №А70- 21669/2019 общество с ограниченной ответственностью «Инжиниринговая компания «Знамя» (ОГРН

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 

<

...>) признано несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

В Арбитражный суд Тюменской области 24.07.2020 обратился временный управляющий ФИО2 с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц,  в связи с не передачей ему бухгалтерской документации должника, а также не исполнением обязанности по подаче ответчиками заявления о признании должника банкротом, просит признать доказанным наличие оснований  для привлечения ФИО6 и ФИО7 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, приостановить производство по заявлению до окончания расчетом с кредиторами.

04.08.2020 посредством системы Мой Арбитр временный управляющий уточнил заявленные требования, просит  признать доказанным наличие оснований  для привлечения ФИО6, ФИО7, ФИО4, ФИО5 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, приостановить производство по заявлению до окончания расчетом с кредиторами.

Определением суда от 11.10.2021 заявленные требования удовлетворены частично. К субсидиарной ответственности по обязательствам должника общества с ограниченной ответственностью «Инжиниринговая компания «Знамя» привлечен ФИО7. Производство по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО7 приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

Не соглашаясь с вынесенным определением, с апелляционными жалобами обратились конкурсный управляющий ФИО2, кредитор ФИО3, просят обжалуемое определение отменить в части отказа в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6, ФИО4, ФИО5, ФИО8. 

В обоснование жалоб указано, что арбитражный суд ошибочно не согласился с доводом конкурсного управляющего о подтвержденном характере недостоверных сведений относительно размера активов в бухгалтерской отчетности должника. Товарно-материальные ценности и товары (запасы) в общей сумме составили 29 646 000 рублей (12,697 млн.руб., + 16, 949 млн. руб.), которые не могут быть переданы физически одномоментно, они не поименованы (не перечислены), не выражены количественно и качественно, отсутствуют сведения о наличии у должника склада, способного вместить запасы на такую сумму. Следовательно, акт, которым ФИО14 переданы запасы должника на сумму 29 646 000 руб., необходимо считать формальным, составленным без реальной передачи запасов.

Бывшими руководителями должника не представлены акты инвентаризации указанных запасов ранее даты передачи их ФИО14, с указанием места их хранения, количественных и качественных характеристик, работников проводивших инвентаризацию (которых можно считать работниками по сведения персонифицированного учета). Следовательно, к субсидиарной ответственности подлежали привлечению все лица, руководившие и владевшие должником, предшествующие ФИО14, так как ими не доказано в какой момент реально должник владел запасами на сумму 29 646 000 рублей и когда и кем они утрачены.

По мнению апеллянта, ФИО14 отвечает понятию номинального руководителя и учредителя. Так как он приобрел организацию должника с материальными запасами по данным бухгалтерского учета на сумму более 29 646 000 рублей. Соответственно, рыночная стоимость активов должника и соответственно 100% доли в уставном фонде должника составляет так же 29 646 000 рублей или даже больше. Но ни материалы дела, ни материалы регистрационного дела ИФНС РФ, не содержат сведений, чтобы ФИО14 оплатил ФИО5 реальную стоимость организации должника с ее активами в сумме 29 646 000 рублей или другой, но приблизительно равной стоимости. Как и нет иного документа о рыночной стоимости 100% доли в уставном фонде должника.

Также апеллянт указал, что в деле нет доказательств, что ФИО5 являясь владельцем, интересовался судьбой своего предприятия, его материальными запасами, работой, которая должна была вестись ФИО6, ФИО14 по взысканию дебиторской задолженностью, требовал от ФИО6., ФИО14 плодотворной работы, отчетов и т.д. Это свидетельствует о том, что ФИО5 создавались условия банкротства должника, ему было известно о ненадлежащим- финансовом состоянии должника, которое требовало обращения с заявлением о банкротстве.

Подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2021 апелляционная жалоба принята, возбуждено производство по апелляционной жалобе.

От ФИО5, ФИО6 и ФИО4 до начала судебного заседания поступили письменные отзывы на апелляционные жалобы с доказательствами их направления лицам, участвующим в деле. Указанные отзывы приобщены к материалам дела.

В судебном заседании конкурсный управляющий поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе. Считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просит его отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Лица привлекаемые к субсидиарной ответственности возражали по существу двоодов апелляционнной жалобы .

Повторно рассмотрев материалы дела, суд апелляционной инстанции  установил основания для отмены обжалуемого определения в части. 

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Закона о банкротстве, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Из материалов дела следует, что руководителями должника с момента создания по дату введения процедуры банкротства являлись:

-ФИО15 с 03.03.2016 по 01.06.2016;

-ФИО8 с 02.06.2016 по 27.05.2018;

-ФИО4 с 28.05.2018 по 02.10.2019;

-ФИО6 с 03.10.2019 по 15.09.2020;

-ФИО7 с 16.09.2019 по 04.10.2020.

Согласно выписке ЕГРН учредителями должника являлись:

- ФИО16 в период с 03.03.2016 по 02.05.2018;

-ФИО5 в период с 03.05.2018 по 15.03.2020;

-ФИО7 с 16.03.2020 по настоящее время.

Поскольку ФИО6, ФИО7 не исполнена обязанность, предусмотренная статьей 126 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением, в том числе со ссылкой на п.п. 2,4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.10. Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии (п.п.1 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве).

В рассматриваемом случае -ФИО6 (с 03.10.2019), ФИО7 с (16.09.2019) являлись лицами, контролирующими должника, и, соответственно, являются субъектами, которые в силу Закона о банкротстве могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

При этом, по смыслу п.п.1 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия руководителя, при чем пока не доказано иного.

Таким образом, вина руководителя должника презюмируется, если он не докажет обратного, а именно: отсутствие своей вины в том, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие его действий и (или) бездействия.

Следовательно, по названному основанию, именно презумпция вины является определяющим моментом привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности.

Исходя из вышеизложенного, ФИО6, ФИО7  должны доказать отсутствие своей вины в том, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие их действий и (или) бездействия.

В соответствии с положениями подпунктом 2, 4 пункта 2 статьи 61.11. Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

- документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника.

Руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, временным управляющим в адрес указанных лиц запросом от 21.05.2019 направлены требования о передаче бухгалтерских и иных документов, отражающих экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения. Ответ на запрос ответчики не предоставили, о причинах объективной невозможности предоставления таких документов управляющего не уведомили.

Определением арбитражного суда Тюменской области от 18.08.2020 по делу №А70-21669/2019 удовлетворено заявление временного управляющего ФИО2 об истребовании документов у должника, суд определил обязать ФИО6 и ФИО7 передать временному управляющему общества с ограниченной ответственностью «Инжиниринговая компания «Знамя» ФИО2 в течение 5 дней с даты изготовления определения в полном объеме  информацию и документы  согласно перечня. Указанный судебный акт вступил в законную силу, выдан исполнительный лист, по результатам исполнительного производства документация общества бывшими руководителями так и не была передана управляющему.

Согласно заявлению конкурсного управляющего на текущую дату бывшими руководителями должника ФИО6, ФИО7  бухгалтерская и иная документация должника, печати, штампы, материальные и иные ценности конкурсному управляющему не передавались, как и не переданы документы необходимые для проведения финансового анализа должника, что препятствует проведению мероприятий по поиску имущества должника и включению его в конкурсную массу.

Предпринятые конкурсным управляющим меры по получению бухгалтерской и иной документации должника, необходимой для проведения в полном объеме всех мероприятий процедуры конкурсного производства, не дали положительного результата.

В соответствии с пунктом 1 статьи 50 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" общество обязано хранить следующие документы: договор об учреждении общества, за исключением случая учреждения общества одним лицом, решение об учреждении общества, устав общества, а также внесенные в устав общества и зарегистрированные в установленном порядке изменения; протокол (протоколы) собрания учредителей общества, содержащий решение о создании общества и об утверждении денежной оценки неденежных вкладов в уставный капитал общества, а также иные решения, связанные с созданием общества; документ, подтверждающий государственную регистрацию общества; документы, подтверждающие права общества на имущество, находящееся на его балансе; внутренние документы общества; положения о филиалах и представительствах общества; документы, связанные с эмиссией облигаций и иных эмиссионных ценных бумаг общества; протоколы общих собраний участников общества, заседаний совета директоров (наблюдательного совета) общества, коллегиального исполнительного органа общества и ревизионной комиссии общества; списки аффилированных лиц общества; заключения ревизионной комиссии (ревизора) общества, аудитора, государственных и муниципальных органов финансового контроля; иные документы, предусмотренные федеральными законами и иными правовыми актами Российской Федерации, уставом общества, внутренними документами общества, решениями общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и исполнительных органов общества.

Указанные документы общество хранит по месту нахождения его единоличного исполнительного органа или в ином месте, известном и доступном участникам общества (пункт 2 статьи 50 названного Закона).

Таким образом, для осуществления своих полномочий руководитель имеет доступ ко всей документации, связанной с деятельностью общества, и как его исполнительный орган общества отвечает за сохранность документов.

В соответствии со статьей 9 Закона о бухгалтерском учете каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом.

Согласно пунктам 1, 3 статьи 7 Закона о бухгалтерском учете ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта, который обязан возложить ведение учета на главного бухгалтера или иное должностное лицо этого субъекта либо заключить договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета, либо, в случае применения упрощенных способов ведения бухгалтерского учета, включая упрощенную бухгалтерскую (финансовую) отчетность - принять ведение бухгалтерского учета на себя.

Понятие руководителя экономического субъекта содержится в пункте 7 статьи 3 Закона о бухучете - лицо, являющееся единоличным исполнительным органом экономического субъекта, либо лицо, ответственное за ведение дел экономического субъекта, либо управляющий, которому переданы функции единоличного исполнительного органа.

Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года.

Экономический субъект должен обеспечить безопасные условия хранения документов бухгалтерского учета и их защиту от изменений. При смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации. Порядок передачи документов бухгалтерского учета определяется организацией самостоятельно (статья 29 Закона о бухгалтерском учете).

При смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации. Порядок передачи документов бухгалтерского учета определяется организацией самостоятельно (пункт 4 названной статьи).

Суд первой инстанции пришел к выводу, что ФИО7, как последний бывший руководитель общества обязан был передать всю документацию, касающуюся деятельности общества, конкурсному управляющему, при этом суд принял во внимание, что представленный  ФИО6 акт о приеме-передаче дел при смене генерального директора от 09.09.2020, согласно которому последний передал единственному участнику и директору общества ФИО7 учредительные документы, сертификаты ключей об использовании электронных цифровых подписей  в банках, лицензию от 05.09.2018, первичные бухгалтерские документы, регистры бухгалтерского учета, книги покупок и продаж, кадровые документы, печати, штампы, товарно-материальные ценности на сумму 12,697 млн.руб., товары на сумму 16, 949 млн. руб. Акт подписан сторонами без замечаний.

Суд апелляционной инстанции принимает доводы апелляционной жалобы о том, что не представлено разумных объяснений передачи имущества и документов ФИО6 арбитражному управляющему, учитывая, что уже  была введена процедура банкротства, на момент передачи документов и имущества ФИО6 ФИО7 

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 19.05.2020 (резолютивная часть) по настоящему делу временным управляющим ООО «ИК «Знамя» утвержден ФИО2

Следовательно, до 03.06.2020 ФИО6 обязан был предоставить временному управляющему документы о деятельности должника, в том числе акт инвентаризации имущества. Таких документов предоставлено не было. 

Кроме того, помимо судебного акта в адрес руководителя должника ФИО2 был направлен соответствующий запрос, который также был проигнорирован.

В связи с изложенными обстоятельствами, управляющий обратился в суд с заявлением о принудительном истребовании у ФИО6 документов и товарно-  материальных ценностей. Определением Арбитражного суда Тюменской области от 18.08.2020 по настоящему делу заявление удовлетворено в полном объеме.

Фактически до настоящего времени требования Закона о банкротстве и судебного акта ФИО6 не исполнены. 

Также, помимо ФИО6 обязанность по предоставлению документов и ТМЦ не исполнил участник ООО «ИК «Знамя» с долей 100% ФИО7

В качестве основания для освобождения ФИО6 от субсидиарной ответственности судом первой инстанции принят акт о приеме-передаче дел. 

Суд апелляционной инстанции критически относится к указанному акту, поскольку  отсутствуют иные доказательства, подтверждающие факт передачи документов и товарно- материальных ценностей, в том числе самим ФИО7 в суде не подтверждено получение этих документов.

Кроме того, ФИО6 не раскрыл суду обстоятельства, почему он при наличии судебного акта об истребовании документов  передал документы не управляющему, а ФИО7 

Такое поведение ФИО6 нельзя рассматривать как добросовестное.

Суд апелляционной инстанции принимает пояснения о том, что сообщением ЕФРСБ от 15.09.2020г. № 5469603 опубликованы результаты первого собрания кредиторов ООО «ИК «Знамя».

 Согласно п. 2 прокола собрания кредиторов принято решение о введении конкурсного производства. Узнав об этом ФИО6 16.09.2020г. обращается в налоговый орган с заявлением о смене руководителя (Приложение № 8, стр. 10, записи № 11-12), формально оформляя акт приема – передачи и документов и имущества. 

ФИО6 не указал, каким образом осуществлялась передача имущества стоимостью свыше 10 млн. рублей, где оно хранилось, как осуществлялась передача данного имущества, что именно за имущество было передано ФИО7 

Суд апелляционной инстанции также исходит из того, что реализация доли ФИО5 осуществлена формально, за 10 000 рублей, поскольку реализация  доли должника за 10 000 рублей, при наличии активов в размере свыше 10 млн. рублей экономически не целесообразна. 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что ФИО6 и ФИО5 формально сменили руководство в преддверии банкротства должника,. 

При этом ФИО7 является номинальным руководителем. 

ФИО6 не раскрыл суду, при каких обстоятельствах осуществлялась передача документов должника и его имущества. 

Согласно статье 39 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью, в обществе, состоящем из одного участника, решения по вопросам, относящимся к компетенции общего собрания участников общества, принимаются единственным участником общества единолично и оформляются письменно. Как следствие, ФИО5  является контролирующими должника лицом.

В силу пункта 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Оценив в совокупности доказательства, коллегия суда пришла к выводу о том, что ФИО5  подпадает под определение контролирующего должника лица и является субъектом субсидиарной ответственности. Доказательств того, что кто – то иной осуществлял руководство должником в материалы дела не представлено. 

В рассматриваемой ситуации именно ФИО5 является контролирующим должника лицом, в силу ее 100% участия в обществе. Доказательств иного в материалы дела не представлено. 

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии следующего обстоятельства:

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в действующей редакции пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. 

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

 Конкурсный управляющий заведомо не знает и не может знать об особенностях осуществления должником хозяйственной деятельности и обусловленного этим состава бухгалтерских и первичных документов, поэтому перечень запрашиваемой документации всегда носит приблизительный характер, а объем истребуемой информации и документов определяется в каждом конкретном случае через анализ сведений, доступных из официальных источников (регистрирующие органы, налоговые органы, выписки по банковским счетам и т.п.).

Из пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53)  следует, что в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий указывает, что документы бухгалтерского учета и имущество не были переданы в процедуре конкурсного производства, отсутствие у конкурсного управляющего данных документов существенно затрудняет исполнение возложенных на него обязанностей и проведение процедуры конкурсного производства в целом, в том числе по формированию конкурсной массы должника.

Суд апелляционной инстанции принимает доводы конкурсного управляющего о том, что в  согласно баланса у должника имелось имущество балансовой стоимостью свыше 10 млн. рублей, что также подтверждается актом приема – передачи ФИО17, а согласно балансу за 2019 валюта баланса должника составляла 35 584 рубля, за 2020 год 27 808 рублей, за 2019 год, размер активов должника составил 27 808 000 руб., включая, запасы в размере 16 295 000 руб., дебиторскую задолженность в размере 11 513 000 руб.,   однако имущество так и не передано конкурсному управляющему.

В ходе инвентаризации фактического наличия имущества должника не выявлено, конкурсный управляющий был лишен возможности взыскать дебиторскую задолженность, реализовать имущество должника. 

Таким образом, отсутствие документации должника и имущества существенно затруднило проведение процедуры банкротства,  не позволяло конкурсному управляющему совершить необходимые действия по формированию и реализации конкурсной массы: повлекло невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволило проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы.

С учетом положении статьи 65 АПК РФ и разъяснений, данных в пункте 24 постановления № 53, именно на ФИО6, ФИО5, ФИО7  перешло бремя доказывания, что не представление конкурсному управляющему документации и имущества  не привело к существенному затруднению проведения процедуры банкротства, либо доказывание отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что ей приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от неё требовалась.

Оснований полагать, что конкурсный управляющий бездействовал в обнаружении и обеспечении сохранности имущества, о наличии которого ему было известно, мог взыскивать дебиторскую задолженность должника, оспаривать сделки в отсутствие первичной документации, не имеется.

В этой связи суд признает доказанным конкурсным управляющим наличие совокупности  оснований для привлечения контролирующих должника лиц – ФИО6,  ФИО5 к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Отказывая в удовлетворении заявления о привлечении ФИО4,  ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с не обращением в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанности по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; если уполномоченным органом должника принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; если должник отвечает признакам неплатежеспособности и/или признакам недостаточности имущества, и в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве неподача заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления. При этом субсидиарная ответственность в таких случаях наступает лишь по тем обязательствам должника, которые возникли после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Согласно статье 61.12  Закона о банкротстве  неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При этом субсидиарная ответственность в таких случаях наступает лишь по тем обязательствам должника, которые возникли после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Из приведенных норм права следует, что возможность привлечения лиц, названных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности по указанным в данной норме основаниям возникает при наличии совокупности следующих условий:

- возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств;

- неподача указанными в пункте 2 статьи 10 этого же Закона лицами заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства;

- возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Следовательно, основанием для привлечения руководителя должника или индивидуального предпринимателя к субсидиарной ответственности является не только вина названных лиц, а также причинно-следственная связь между действиями (бездействиями) указанных лиц и последующим банкротством должника, наличие которой с учетом распределения бремени доказывания, согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подлежит доказыванию лицом, обратившимся с требованиями в суд.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в статье 2 Закона о банкротстве, а именно: недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Кроме того, согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации от 29.03.2018, по смыслу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве", при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности) добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным. 

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов. В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве свидетельствует о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица.

Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Подход к определению размера субсидиарной ответственности, установленный в пункте 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, не изменялся и фактически использовался арбитражными судами и до введения указанной нормы в Закон о банкротстве.

Размер ответственности равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

Из материалов дела следует, что согласно бухгалтерской отчетности должника за 2017 год, размер активов должника составил 16 587 000 руб., включая основные средства в размере 24 000 руб., запасы в размере 10 451 000 руб., дебиторскую задолженность в размере 5 296 000 руб., денежные средства в размере 774 000 руб., при наличии кредиторской задолженности в размере 12 746  000 руб.

За 2018 год, размер активов должника составил 35 584 000 руб., включая, запасы в размере 19 321 000 руб., дебиторскую задолженность в размере 16 059 000 руб., денежные средства в размере 205 000 руб., при наличии кредиторской задолженности в размере 22 922  000 руб.

За 2019 год, размер активов должника составил 27 808 000 руб., включая, запасы в размере 16 295 000 руб., дебиторскую задолженность в размере 11 513 000 руб.,  при наличии кредиторской задолженности в размере 16 849  000 руб.

Таким образом, основные активы общества выражены в материальных запасах и дебиторской задолженности должника.

При этом в период 2017-2020 годы активы должника существенно превышают размер его кредиторской задолженности, при отсутствии краткосрочных и долгосрочных заемных обязательств.

Согласно представленного конкурсным управляющим финансового анализа на 01.01.2020 должник был в состоянии погасить текущую задолженность перед кредиторами за счет выручки.

Из материалов дела следует, что в реестр требований кредиторов должника включены требования:

- Общества с ограниченной ответственностью «Научно-технический центр «Сибвент» в размере 1 262 634 руб. 44 коп. - основного долга, 658 548 руб. 84 коп. - неустойки за период с 26.04.2018 по 08.07.2019, 3 000 руб. – расходов по оплате услуг представителя, 17 806 руб. – расходов по оплате государственной пошлины. Обязательства перед кредитором основаны на вступившем в законную силу заочном решении Ленинского районного суда г.Тюмени от 09.09.2019 по делу №2-6660/2019, согласно которому с ООО «ИК «Знамя» солидарно с ФИО4 в пользу ООО «Научно-технический центр «Сибвент» взыскано 1 262 634 руб. 44 коп. - основного долга, 658 548 руб. 84 коп. - неустойки за период с 26.04.2018 по 08.07.2019, 3 000 руб. – расходов по оплате услуг представителя, 17 806 руб. – расходов по оплате государственной пошлины. Судебный акт вступил в законную силу 22.10.2019, исполнительный лист выдан 13.11.2019;

- Общества с ограниченной ответственностью «СтройТрест» в размере 672 745 руб. 09 коп., в том числе: – 650 000 руб. - основного долга, 22 745 руб. 09 коп. – процентов за пользование чужими денежными средствами. Требования кредитора основаны на договоре подряда  №01/19 от 11.02.2019, согласно которому ООО "ИК "Знамя" (Подрядчик) приняло на себя обязательства собственными силами с использованием собственных оборудования и материалов в установленный договором срок выполнить подрядные работы на объекте строительства заказчика. ООО «СтройТрест» осуществлено авансирование работ в общем размере 650 000 рублей (платежные поручения №85 от 05.03.2019, №216 от 14.05.2019),  в свою очередь ООО "ИК "Знамя" принятые на себя обязательства не исполнило, в связи с чем 21.01.2020 решением Арбитражного суда Тюменской области по делу № А70-19832/2019 с ООО "ИК "Знамя" в пользу ООО «СтройТрест» взыскана задолженность в размере 650 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 10 282,31 руб. за период с 24.10.2019 по 21.01.2020, с последующим начислением процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму неисполненного обязательства, исходя из ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, начиная с 22.01.2020 по день фактической оплаты долга;

- Общества с ограниченной ответственностью «УралИнтерьер» в размере 433 906, 43 руб. – долга, 110 189,47 руб. –процентов, 165 284,21 руб. –неустойки, по договору  поставки от 26.03.2019 №УИ-К-ДКП-Т-ОП-ПГС-29, согласно которому должник обязался поставить кредитору товары, а кредитор обязался принять и оплатить товар на условиях договора. 10.01.2020 решением Арбитражного суда Свердловской области по делу № А60-55864/2019 с должника в пользу кредитора взыскано 709 380 руб. 43 коп.;

- уполномоченного органа в размере  93 686, 44 руб. –долга второй очереди,  34067,80 руб. –долга и 5 178,47 руб. –пени третьей очереди, в связи с наличием задолженности за 2019 год;

- Общества с ограниченной ответственностью «ПрофЭкспо» в размере 845 854 руб. основного долга, 1 084 509,21 руб. неустойки, 32 304 руб. судебных расходов. Требования кредитора основаны на решении Арбитражного суда Тюменской области от 05.08.2019 по делу №А70-7906/2019;

- Общества с ограниченной ответственностью «СИПЭК» в размере 1 472 157,36 руб. основного долга. Требования кредитора основаны на договоре поставки  от 15.01.2018 №93-11-18, согласно которому поставщик (ООО «СИПЭК») обязуется поставить, а покупатель (должник) принять и оплатить строительные материалы, оплата стоимости Товара производится Покупателем в течение 30 календарных дней с даты отгрузки Товара. Решением Арбитражного суда Тюменской области от 22.05.2019 по делу №А70-2180/2020 с ООО «ИК «Знамя» в пользу ООО «СИПЭК» взыскано 1 472 157,36 руб. основного долга, а также судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 27 772 руб.;

- Акционерного общества «АИЖК по Тюменской области» в размере 619 251,97 руб. основного долга по договору №16-12-252/П от 01.12.2016 аренды нежилого помещения. Решением Арбитражного суда Тюменской области от 22.05.2019 по делу №А70-1555/2020 с ООО «ИК «Знамя» в пользу АО «АИЖК по Тюменской области» взыскано 619 251 рублей 97 копеек – долга, 15 385 рублей – расходов по уплате государственной пошлины. Судебный акт вступил в законную силу 22.06.2020;

- Общества с ограниченной ответственностью «СЗ Звезда» в размере 9032,26 руб. основного долга по договору аренды № 134-3/18 от 01.07.2018, в соответствии с условиями которого должнику был передан в аренду блок-контейнер, что подтверждается актом № 1112 от 28.12.2018;

- Общества с ограниченной ответственностью «РСТ» в размере 1 496 451 руб., из которых: 1 468 763 руб. основного долга, 27 688 руб. государственная пошлина. Требования кредитора основаны на договоре строительного подряда от 16.04.2018 № 07-04/18, в соответствии с которым должник принял на себя обязательства выполнить согласованный сторонами комплекс работ, а заявитель обязался их принять и оплатить. Согласно подписанным сторонами без замечаний справкам о стоимости выполненных работ и затрат, в период с апреля 2018 года по январь 2019 года включительно должником по вышеуказанному договору были выполнены работы на общую сумму 15 586 236, 43 рублей, в то время как ООО «РСТ» произвело ответчику оплату в размере 17 055 000 рублей.  31.01.2019 сторонами подписано соглашение о расторжении указанного договора с 31.01.2019, в которое включены условия о наличии у должника произведенной заявителем переплаты в размере 1 468 763, 57 руб., которую должник обязался возвратить в срок до 31.03.2019. Решением Арбитражного суда Тюменской области по делу №А70-8934/2019 с ООО «ИК «Знамя» в пользу заявителя взысканы денежные средства в размере 1 496 451 руб., судебный акт вступил в законную силу, выдан исполнительный лист №ФС №031884827 от 19.08.2019, возбуждено исполнительное производство;

- Общества с ограниченной ответственностью «Строительный Двор» в размере 365 029,76 руб. основного долга, 132 261,04 руб. неустойки, в связи с неисполнением обязательств по договору поставки с отсрочкой платежа от 25.03.2019 №5000147969, по условиям которого кредитор обязался передавать должнику материалы для ремонта и строительства, а должник обязался принимать и оплачивать товар на условиях и в порядке установленных договором. В связи с ненадлежащим исполнением обязательств по указанному договору заочным решением Тюменского районного суда Тюменской области по делу №2-698/2020 от 25.02.2020 с ООО «ИК «Знамя» в пользу заявителя взыскана задолженность по договору поставки с отсрочкой платежа №5000147969 от 25.03.2019 в размере 365029,76 руб., неустойка в размере 132261,04 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 5 000 руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 8 173 руб. Судебный акт вступил в законную силу 28.04.2020;

- общества с ограниченной ответственностью «Данко» в размере 100 533 руб. долга, 100 533 руб. пени по договору поставки от 29.05.2018 № 02/2018 согласно пункту 1.1. которого кредитор обязался поставить должнику товар, а должник принял на себя обязательства по оплате и приемке поставленного товара, в связи с неисполнением должником обязательств по оплате поставленного по указанному договору товара решением Арбитражного суда Тюменской области от 26.08.2020 по делу №А7-7596/2020 с ООО «ИК «Знамя» в пользу ООО «Данко» взыскано 100 533 рубля основного долга по договору поставки № 02/2018 от 29.05.2018, 100 533 рубля пени, а также 7 021 рублей расходов по оплате государственной пошлины. Судебный акт вступил в законную силу.

Указанные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о том, что у ответчиков в спорный период и на дату возбуждения дела о банкротстве должника не возникло обстоятельств, предусмотренных ст.9 Закона о банкротстве, что исключает наличие оснований для привлечения их к ответственности по п.2 ст. 10, ст. 61.12 Закона о банкротстве.

Суд также принимает доводы  о том, что должник осуществлял хозяйственную деятельность, очевидных признаков неплатежеспособности не было.

Как следует из баланса в собственности общества имелись товарно-материальные ценности, что было необходимо для осуществления деятельности.

Согласно выписке движения денежных средств ПАО «Банк «ВТБ», ООО КБ «Стройлесбанк» до конца ноября 2019 происходит активное движение денежных средств по расчетному счету должника - выплачивается заработная плата, производятся расчеты с контрагентами, поступает оплата за выполненные работы.

Довод конкурсного управляющего об отсутствии у предприятия запасов и наличия признаков объективного банкротства на 01.01.2017 опровергается информацией сведениями о движении денежных средств по расчетному счету.

       За 6 месяцев 2017г. (сведения в выписке содержатся с августа 2017г.) было получено более 16 600 000 рублей - в основном это оплата по договору подряда от 10.07.2017, строительные материалы ООО «Сипэк», по договору геиподряда от 18.10.2017г.

Поставщиками выступали: ООО "Завод ЖБИ-5", ООО "УРАЛГЛАВКЕРАМИКА", ООО "Винзилинский завод керамических стеновых материалов", ООО "ПРОРАБСТРОЙСЕРВИС", ООО "Тримет", Акционерное общество "Металлокомплект-М".  За 2018 год получено более 16 200 000 рублей.

Об осуществлении текущей деятельности в 2018г. также свидетельствует приобретение визиток (ООО "ПРИНТ ТАЙМ"), производственных журналов (ИП ФИО18).

В октябре 2018г. была подана заявка на участие в открытом конкурсе на право заключения договpa на выполнение  работ по обустройству  , в т.ч. ограждению, зоны санитарно охраняемой  термально-минеральной скважины  (цена контракта более 6 000 000 рублей).  За 2019 год приобретено материалов более, чем на 2 000 000 рублей.

Поставщиками выступали: АО "Сталепромышленная компания", ООО "Сантехкомплект-Урал", 000 "Торговая компания Еврокреп", ООО "Мультибрендовая компания Сибирь", ООО "Тримет", АО "Сибтехнология", ООО "ПРОРАБСТРОЙСЕРВИС", ООО "УТС ТехноНИКОЛЬ", ИП ФИО19, ООО "Строительный Двор", ООО "САНТЕХСЕРВИС".

                11.01.2019     были перечислены средства для участия в закупках закупках на

ЭТП otc-tender.ru (вирт. счет. 19.394088.1330244-СОМ), сумма 650000 рублей.

16.01.2019  в целях поиска новых объемов работы, произведена оплата за рекламный видеоролик.

Таким образом, совокупность изложенных выше обстоятельств свидетельствует об осуществляемой финансово-хозяйственной деятельности общества, в совокупности с финансовым анализом конкурсного управляющего позволяет сделать вывод о возможности удовлетворить требования кредиторов, недоказанности признаков неплатежеспособности на указанную конкурсным управляющим дату.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного суда Российской Федерации от 20.02.2016 № 301-ЭС16-820, наличие у должника неисполненных обязательств, само по себе, не свидетельствует о невозможности их погашения и, как следствие, неплатежеспособности должника.

Более того, 01.06.2019 с ООО СК «Арт-Строй» был заключен договорсубподряда на общую сумму 15 433 464 рублей на выполнение внутренних отделочныхработ.                                                                                                                            

Согласно данных бухгалтерского баланса на 2018, 2019г. наличие капитала, запасов, финансовых и других оборотных активов позволяло погасить кредиторскую задолженность в полном объеме.

Между тем, согласно правовой позиции, изложенной в определении ВС РФ от 20.02.2016 № 301-ЭС16-820, наличие у должника неисполненных обязательств, само по себе, не свидетельствует о невозможности их погашения и, как следствие, неплатежеспособности должника.

Таким образом, отсутствовали основания для обращения в суд с заявлением о признании общества несостоятельным.

Отклоняя довод конкурсного управляющего о наличии оснований для привлечения  ФИО4 к субсидиарной ответственности, в связи с одобрением 26.07.2018 соглашения о добровольном исполнении решения суда от 09.07.2018 по делу №А70-7314/2018 путем передачи в качестве отступного ООО «Гримм» оборудования должника стоимостью 845 854 руб. по акту от 26.07.2018, суд исходит из следующего.

В соответствии с положениями подпунктом 2, 4 пункта 2 статьи 61.11. Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

- причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В силу п.23 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности» презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам. Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Оценивая доводы конкурсного управляющего относительно вины ФИО4, в утрате должником актива в размере 845 854 руб., суд не может согласится с критерием существенности указанной сделки, поскольку размер переданного должником в пользу ООО «Гримм» оборудования составляет не более 3,2% активов должника по итогам отчетности 2018 года. Одобрение такой сделки, не могло в значительной мере повлиять на финансовое состояние должника. Более того, суду не представлено доказательств с достоверной очевидностью, свидетельствующих об осведомленности ФИО4 об уступке прав ООО «Гримм» по договору от 21.05.2018 долга в размере 845 854 руб. в пользу ООО «ПрофЭкспо» на дату заключения соглашения от 26.07.2018.

 Спорное соглашение от 26.07.2018 заключено во исполнение вступившего в законную силу решения суда от 02.07.2018 по делу №А70-7314/2018. При этом на дату введения процедуры конкурсного производства срок исковой давности по требованиям должника о взыскании неосновательного обогащения при наличии соответствующих оснований и реализации иных способов судебной защиты, в связи с указанным обстоятельством не истек. 

Учитывая установленные по настоящему делу обстоятельства, ФИО4, ФИО8 не могут быть привлечены к субсидиарной ответственности за неподачу в суд заявления о банкротстве должника.

Несоответствие выводов, изложенных в судебном акте, обстоятельствам дела (пункт 3 части 1 статьи 270 АПК РФ) является основанием для изменения или отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции.

При указанных обстоятельствах определение суда первой инстанции подлежит отмене, апелляционные жалобы частичному  удовлетворению с принятием нового судебного акта о привлечении  к субсидиарной ответственности по обязательствам должника общества с ограниченной ответственностью «Инжиниринговая компания «Знамя» ФИО5, ФИО6.

 Производство по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО6 подлежит приостановлению до окончания расчетов с кредиторами.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Тюменской области от 11.10.2021 по делу № А70-21669/2019 отменить в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО6.

В указанной части принять новый судебный акт.

Привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника общества с ограниченной ответственностью «Инжиниринговая компания «Знамя» ФИО5, ФИО6.

 Приостановить производство по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО6 до окончания расчетов с кредиторами.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

 

Председательствующий

 

В.А. Зюков

Судьи

 

Е.В. Аристова

Е.А. Горбунова