/

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-42260/2016

28 апреля 2018 года

г. Санкт-Петербург

/сд.1

Резолютивная часть постановления объявлена     24 апреля 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме  28 апреля 2018 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Медведевой И.Г.,   судей Копыловой Л.С., Слоневской А.Ю.

при ведении протокола судебного заседания   Вовчок О.В.,

 

при участии:  

от к/у ООО «Ладога»: Оршанский П.С. по доверенности от 05.03.2018,

от Кулаковской Ю.А.: Дондоков А.И. по доверенности от 29.111.2017,

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-7370/2018)  конкурсного управляющего Кузьмина И.С. на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.02.2018 по делу № А56-42260/2016/сд.1 (судья Шведов А.А.), принятое по заявлению конкурсного управляющего Кузьмина И.С. о признании сделки недействительной ответчик по обособленному спору гражданка Кулаковская Ю.А. 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Ладога», 

 

установил:

Решением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 02.02.2017 ООО «Ладога» (ОГРН: 1117847487339, адрес местонахождения: 197110, г. Санкт-Петербург, ул. Петрозаводская, д. 20, литер А, пом. 31-Н) (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден Кузьмин И.С.

В рамках конкурсного производства, 20.11.2017 конкурсный управляющий обратился с заявлением о признании сделки недействительной, в которой просит признать недействительной сделкой действия по исполнению мирового соглашения, заключенного между Кулаковской Юлией Александровной и ООО «Наш Дом» (правопредшественника ООО «Ладога»), утвержденного определением Мещанского районного суда г. Москвы от 14.06.2011 по делу № 2-4283/11, выразившиеся в отчуждении ООО «Наш Дом» в пользу Кулаковской Ю.А. следующих объектов недвижимости:

- здание, нежилое, 679,7 кв.м., кадастровый номер 77:05:0010004:30718, расположенное по адресу: г. Москва, пр. Загорьевский, д. 5А;

- нежилое помещение, 55,8 кв.м., кадастровый номер 77:01:0001063:3278, расположенное по адресу: г. Москва, бульвар Никитский, д. 12;

- часть здания, магазин 61,3 кв.м., кадастровый номер 77:01:0001063:3273, площадью 31 727 кв.м., расположенный по адресу: г. Москва, бульвар Никитский, д. 12,

а также просил применить последствия признания сделки недействительной в виде возврата в конкурсную массу должника указанных объектов недвижимости.

В обоснование заявления конкурсный управляющий сослался на положения статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, полагая, что действия должника по исполнению указанного мирового соглашения являются недействительной сделкой, так как совершены со злоупотреблением правом, а именно: сделка по передаче в порядке мирового соглашения объектов недвижимости Кулаковской Ю.А. нарушила права Яснова А.Ю. (решение Арбитражного суда города Москвы от 03.08.2012 по делу №А40-51120/10, возбужденное 11.05.2010, которым с ООО «Наш Дом» в пользу Яснова А.Ю. взыскано 7 825 226,74 руб.), требования которого остались без удовлетворения, в связи с уменьшением конкурсной массы. В результате действий должника по исполнению мирового соглашения должником было отчуждено имущество, балансовая стоимость которого составляла более 80% балансовой стоимости активов должника. А поскольку Кулаковская Ю.А. (ранее – Яснова Ю.А.) в период с 14.05.2009 по 06.10.2010 являлась генеральным директором должника, а также его участником с даты образования с долей в размере 51% уставного капитала, и состояла в браке с Ясновым А.Ю., в том числе в момент заключения мирового соглашения по делу №2-4283/11, конкурсный управляющий считает, что следует презюмировать осведомленность Кулаковской А.Ю. относительно притязаний третьих лиц на имущество должника, и как следствие, осведомленность о цели нарушения прав и законных интересов кредиторов. Факт наступления признаков неплатежеспособности должника после совершения оспариваемой сделки, по мнению конкурсного управляющего, подтверждается тем, что обязательства ООО «Наш Дом» перед Ясновым А.Ю., установленные решением Арбитражного суда города Москвы от 03.08.2012 по делу №А40-51120/10, так и остались неисполненными до настоящего времени. Также конкурсный управляющий указывает на сокрытие бывшим руководителем должника Новиковым В.В. документов бухгалтерской и иной отчетности, учетных документов, в чем усматривает попытку Кулаковской Ю.А. скрыть информацию и документацию о совершении сделки и причинении вреда правам и законным интересам кредиторов, и на изменение места нахождения должника после заключения оспариваемого соглашения.

Свое право на обращение с заявлением об оспаривании действий по исполнению мирового соглашения, заключенного в суде общей юрисдикции, конкурсный управляющий обосновал разъяснениями пункта 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», согласно которым по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут оспариваться действия по исполнению мирового соглашения.

Определением от 19.02.2018 в удовлетворении заявления отказано. Суд первой инстанции указал, что доводы конкурсного управляющего фактически сводятся к тому, что оспариваемая сделка направлена на предпочтительное удовлетворение требований одного кредитора перед другими кредиторами, что соответствует составу недействительности сделки, установленного пунктами 1, 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве. Однако на основании указанной нормы могут быть оспорены сделки, совершенные не более чем за шесть месяцев до даты возбуждения производства по делу о банкротстве, то есть не ранее 27.01.2016, тогда как оспариваемая сделка совершена 14.06.2011, в связи с чем она не может быть признана недействительной по статье 61.3 Закона о банкротстве. Действия конкурсного управляющего по обращению с заявлением о признании сделки недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации расценены судом первой инстанции как направленные на обход специальных правил о сроке исковой давности, применяемого при оспаривании сделок по статье 61.3 Закона о банкротстве, что является недопустимым в силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий просит указанное определение отменить, заявление удовлетворить, ссылаясь на то, что конкурсный управляющий не обращался в суд с заявлением о признании сделки недействительной на основании статей 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, в обоснование заявления управляющий указывал на недействительность сделки, как совершенной со злоупотреблением правом (статья 10 ГК РФ) и ее мнимость (статья 170 ГК РФ), поскольку фактически заем на сумму 166 513 624,67 руб. от Кулаковской Ю.А. на расчетный счет должника не поступал, по бухгалтерскому учету должника не значился, а сама Кулаковская Ю.А. не обладала достаточными доходами для предоставления должнику суммы в указанном размере. Управляющий считает, что он не ссылался и не ссылается на предпочтительность удовлетворения требований кредиторов; суд первой инстанции не рассмотрел по существу доводы управляющего касательно отсутствия у Кулаковской Ю.А. самой возможности предоставления займа. Заинтересованные лица (Кулаковская Ю.А. и директор ООО «Наш Дом» Степанов Е.Н., незадолго до заключения мирового соглашения назначенный мажоритарным участником должника) могли формально между собой, для вида, подписать мировое соглашение в отсутствие заемных отношений. По утверждению конкурсного управляющего, спорная сделка выходит за пределы дефектов, установленных для подозрительных сделок и сделок с предпочтением, так как по указанной сделке все имущество должника было отчуждено в счет исполнения несуществующего обязательства по возврату займов в пользу заинтересованного лица с целью избежать исполнения судебного решения по делу №А40-51120/10. Мировое соглашение было подписано в Мещанском районном суде города Москвы в отсутствие заемных отношений с целью уклонения от уплаты кредиторской задолженности в размере 7 825 226,74 руб., взысканной решением суда по делу №А40-51120/10. В связи с признанием долга и подписанием мирового соглашения, Мещанский районный суд города Москвы реальность договоров займа, наличие заемных отношений и доказательства выдачи займа не проверял; в результате отчуждения должником всего своего имущества по мировому соглашению, кредиторы остались без удовлетворения своих требований. Прекращение обязательства путем предоставления отступного (статья 409 ГК РФ) при отсутствии встречного обязательства к должнику, влечет его ничтожность (статья 168 ГК РФ). Конкурсный управляющий также полагает, что спорная сделка фактически прикрывала (статья 170 ГК РФ) иную сделку по выплате участнику стоимости доли. Со ссылкой на разъяснения пункта 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», конкурсный управляющий указывает на отсутствие доказательств наличия у Кулаковской Ю.А. денежных средств в размере 166 513 624,67 руб. для предоставления займов должнику, в связи с чем делает вывод об отсутствии между должником и Кулаковской Ю.А. заемных правоотношений, что указывает на наличие пороков, явно выходящих за пределы дефектов оспоримых сделок.

В отзыве на апелляционную жалобу Кулаковская Ю.А., выражая свое согласие с обжалуемым судебным актом, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения, указывая на то, что доводы конкурсного управляющего по настоящему обособленному спору фактически сводятся к тому, что оспариваемая сделка направлена на предпочтительное удовлетворение требований одного кредитора перед другими кредиторами. Между тем, заявление Яснова А.Ю. о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству 27.07.2016 при том, что сделка совершена 14.06.2011, то есть более чем за пять лет до этой даты. Конкурсный управляющий в обоснование заявления ссылается на факт предпочтительного удовлетворения требований кредиторов, применение статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации приведет к обходу специальных правил о сроке исковой давности, применимого по оспариванию сделок по статье 61.3 Закона о банкротстве. Кроме того, ответчик указывает на изменение обоснования недействительности сделок (по сравнению с первоначально поданным заявлением), а именно, ссылается на то, что пороки совершенной сделки выходят за пределы дефектов подозрительных сделок и сделок с предпочтением, поскольку сделка совершена в счет несуществующего обязательства: по бухгалтерскому учету должника указанные займы «не проходят»; по расчетным счетам их движение не отражено; ответчик отказался раскрывать перед судом и конкурсным управляющим как сами договоры займов, так и их условия и сроки выдачи, а также доказательства реальности внесения сумм займов. Иная задолженность перед кредиторами у ООО «Наш Дом» отсутствует; требования единственного кредитора-бывшего учредителя Общества основаны на решении Арбитражного суда города Москвы от 24.08.2012 по делу №А40-51120/10, при этом с заявлением о банкротстве он обратился только 17.06.2016, то есть по истечении четырех лет после вынесения данного решения. По мнению ответчика, если бы в действиях ответчика как 51% участника Общества и бывшего супруга Яснова А.Ю. были хоть какие-то признаки недобросовестного  поведения, то очевидно, что Яснов А.Ю. как любой разумный кредитор незамедлительно предпринял бы меры по возврату недвижимого имущества в имущественную массу должника, однако он этого не делал до 2017 года. Напротив, Яснову А.Ю., как 49% участнику Общества (и тем более как лицу, находившемуся долгое время в браке с ответчиком) как никому другому должно быть известно, что финансирование деятельности Общества осуществлялось исключительно за счет средств ответчика, что займы действительно предоставлялись ответчиком, а недвижимое имущество приобреталось за счет этих средств. По утверждению ответчика, именно с этим связано столько длительное бездействие Яснова А.Ю., который на данный момент пытается возобновить уже завершенный бракоразводный конфликт. Ответчик считает неправдоподобной ситуацию вывода дорогостоящего актива балансовой стоимостью 121 161 000 руб. через «создание» договоров займа, в реальности которых усомнился конкурсный управляющий, лишь в целях уклонения от уплаты несущественного (многократно меньшего) долга (6 520 650 руб.). Ответчик, являясь учредителем ООО «Наш Дом», как мажоритарный участник предоставлял финансирование Обществу, на которое и приобреталось недвижимое имущество; в частности, ответчик предоставлял финансирование в сопоставимых объемах (40 млн.руб.) и самому Яснову А.Ю., что подтверждается нотариально удостоверенным заявлением от 25.11.2008. Следовательно, все сомнения в том, что ответчик как гражданин не мог предоставлять финансирование, являются надуманными и не имеют под собой никакого основания. Договоры займа заключены в период с 03.12.2007 по 28.11.2010 и их отсутствие у должника  связано с истечением пятилетнего срока хранения документов. Таким же образом уже истекли сроки хранения материалов дела Мещанского районного суда города Москвы №2-4283/11, в рамках которого было утверждено мировое соглашение, в материалы которого ответчиком предоставлялись платежные поручения, подтверждающие выдачу займов Обществу. По мнению ответчика, инициирование дела о банкротстве должника по истечении столько длительного срока является не боле чем попыткой Яснова А.Ю. возобновить уже завершенный корпоративный/бракоразводный конфликт, недобросовестно используя истечение сроков хранения документов бухгалтерского учета для создания ложной видимости недобросовестности действий со стороны ответчика. Так, решением Басманного районного суда города Москвы от 29.07.2009 между Ясновым А.Ю. и ответчиком произведен раздел совместно нажитого в браке имущества. В связи с тем, что Яснов А.Ю. получил свою долю в совместном имуществе на основании указанного решения суда, он в дальнейшем и не предъявлял претензий в отношении спорного недвижимого имущества. 

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме; сведения о дате заключения брака между Кулаковской Ю.А. и Ясновым А.Ю. пояснить не смог, сообщил, что недвижимое имущество было приобретено во время брака на денежные средства ответчика и зарегистрировано на Общество. Представитель ответчика возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого определения, апелляционный суд не установил оснований для его отмены или изменения.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ООО «Ладога» является правопреемником (в силу части 2 статьи 58 Гражданского кодекса Российской Федерации) ООО «Наш Дом» (ОГРН 1077761669094, ИНН 708651926), которое прекратило свою деятельность 03.02.2012 в связи с процедурой реорганизации юридического лица в форме присоединения.

Конкурным управляющим установлено, что до 14.09.2011 ООО «Наш дом» принадлежали на праве собственности следующие объекты недвижимого имущества:

- здание, нежилое, 679,7 кв.м., кадастровый номер 77:05:0010004:30718, расположенное по адресу: г. Москва, пр. Загорьевский, д. 5А;

- нежилое помещение, 55,8 кв.м., кадастровый номер 77:01:0001063:3278, расположенное по адресу: г. Москва, бул. Никитский, д. 12;

- часть здания, магазин, 61.3 кв.м., кадастровый номер 77:01:0001063:3273, площадью 31 727 кв.м, расположенный по адресу: г. Москва, бул. Никитский, д. 12 (принадлежал до 19.08.2011).

Как следует из выписок из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество о переходе прав на указанные объекты недвижимости, с 14.09.2011 (с 19.08.2011 в отношение магазина) право собственности на эти объекты перешло к Кулаковской Ю.А.

В качестве документа, послужившего основанием для государственной регистрации указано определение Мещанского районного суда города Москвы от 14.06.2011 по делу № 2-4283/11 об утверждении мирового соглашения между Кулаковской Ю.А. и ООО «Наш Дом».

Из текста мирового соглашения следует, что спорные объекты недвижимости переданы Кулаковской Ю.А. в качестве отступного по обязательству по возврату денежных средств, а именно:

- 32 000 000 руб. по договору беспроцентного займа от 03.12.2007; 

- 20 000 000 руб. по договору беспроцентного займа от 04.05.2008;

- 14 000 000 руб. по договору беспроцентного займа от 30.07.2008;

- 40 089 000 руб. по договору беспроцентного займа от 31.10.2008 № 1210;

- 8 624 624,67 руб. по договору беспроцентного займа от 23.03.2010;

- 31 800 000 руб. по договору беспроцентного займа от 28.11.2010, в который переоформлен договор о предоставлении безвозмездной финансовой помощи от учредителя от 14.11.2007;

- 10 000 000 руб. по договору беспроцентного займа от 28.11.2010, в который переоформлен договор о предоставлении безвозмездной и безвозвратной финансовой помощи от учредителя от 03.12.2007 № 2;

- 10 000 000 руб. по договору беспроцентного займа от 28.11.2010, в который переоформлен договор о предоставлении безвозмездной и безвозвратной финансовой помощи от учредителя от 04.05.2008.

Согласно статьям 138, 139 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 173 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороны могут урегулировать спор, заключив мировое соглашение.

По своей правовой природе мировое соглашение представляет волеизъявление сторон, направленное на изменение, прекращение гражданских прав, содержит элементы гражданско-правовой сделки (статья 153 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Действительно, если конкурсные кредиторы или уполномоченные органы полагают, что их права и законные интересы нарушены мировым соглашением, утвержденным судом по другому делу в исковом процессе, в частности если такое соглашение обладает признаками, указанными в статьях 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, то на этом основании они, а также арбитражный управляющий вправе обжаловать, как определение об утверждении такого мирового соглашения в рамках дела, в котором такое мировое соглашение было утверждено, так и действия по исполнению определения об утверждении мирового соглашения (подпункт 6 пункта 1, абзац 2 подпункта 7 пункта 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63). 

В рамках настоящего обособленного спора конкурсный управляющий обратился с заявлением о признании недействительными действий по исполнению определения об утверждении мирового соглашения Мещанского районного суда города Москвы от 14.06.2011 по делу № 2-4283/11, ссылаясь на положения статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Конкурсный управляющий в обоснование недействительности действий по исполнению мирового соглашения, настаивая на том, что основания для признания сделки недействительной, отличаются от состава, предусмотренного статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, сослался на то, что:

- сделка была совершена в счет несуществующего обязательства (в счет займа, который никогда не представлялся должнику);

- сделка была совершена в пользу аффилированного и осведомленного судебных процессах лица (Кулаковская Ю.А.) и являлась мажоритарным участником должника с долей участия в 51%;

- в результате сделки было отчуждено единственное имущество должника;

- в результате указанной сделки единственное имущество должника было отчуждено в пользу его участника (Кулаковская) Ю.А., имеющей более 51% участия в должнике, таким образом, указанная сделка фактически прикрывала (статья 170 ГК РФ) иную сделку по выплате участнику стоимости доли;

- в результате отчуждения указанного имущества должник прекратил исполнение своих обязательств и стал отвечать признакам банкротства.

При этом, конкурсный управляющий в апелляционной жалобе вывел из состава недействительности сделки нарушение очередности погашения требований кредиторов и предпочтительность удовлетворения требования Кулаковской Ю.А. перед требованиями Яснова А.Ю. Тогда как, в заявлении о признании сделки недействительной на данное условие конкурсный управляющий ссылался.

В отсутствие данного условия для признания сделки недействительной, наверное, следует руководствоваться общими положениями недействительности сделки на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в редакции, действовавшей на дату совершения оспариваемой сделки – 14.06.2011, не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

По смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Согласно разъяснениям пункта 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. 

Между тем, как следует из карточки дела о банкротстве, согласно «Картотеке арбитражных дел», у ООО «Ладога» имеется только один кредитор – Яснов А.Ю., который одновременно является кредитором-заявителем. Таким образом, обращаясь с настоящим заявлением на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, конкурсный управляющий в любом случае исходит из защиты прав и законных интересов именно Яснова А.Ю., требования перед которым возникли примерно в тот же период, что совершена оспариваемая сделка.

Однако, наличие данного условия в составе спорной сделки, как верно указано судом первой инстанции, приводит к тому, что доводы конкурсного управляющего фактически сводятся к тому, что оспариваемая сделка направлена на предпочтительное удовлетворение требований одного кредитора перед другими кредиторами, что соответствует составу недействительности сделки, установленного пунктами 1, 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции при переквалификации заявления конкурсного управляющего обоснованно исходил из правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума ВАС РФ от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, предоставленной абзацем четвертым пункта 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, пунктом 10 Постановления ВАС РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», согласно которым возможность квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса), распространяется только на сделки с пороками,  выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

Согласно рекомендациям Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, в такой ситуации, суд при оценке доводов о несоответствии сделки статьям 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, должен руководствоваться специальными нормами о возможности признания сделок недействительными в рамках дела о банкротстве, и не вправе подходить к оценке любого заявления с позиции ее ничтожности и несоответствия указанным нормам права.

Проверив соответствие оспариваемой сделки требованиям пункта 1, 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, суд первой инстанции, принимая во внимание то обстоятельство, что дело о банкротстве в отношении должника возбуждено 28.07.2016, пришел к выводу о совершении оспариваемых действий за пределами шестимесячного периода, установленного пунктом 3 указанной статьи, в связи с чем правомерно отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

При обращении с апелляционной жалобой конкурсный управляющий сослался на дополнительный довод, ранее не звучавший  в заявлении, – о совершении спорной сделки в счет исполнения несуществующего обязательства перед Кулаковской Ю.А.

Суд апелляционной инстанции на основании части 7 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, вправе не принимать и не рассматривать данный довод конкурсного управляющего, как не исследованный судом первой инстанции, однако считает необходимым отметить следующее.

Во-первых, утверждение конкурсного управляющего о безденежности договоров займа и отсутствии у Кулаковской Ю.А. денежных средств в объеме достаточном для предоставления ООО «Наш Дом» займов в размере превышающем 160 млн.руб. надлежащими доказательствами не подтвержден.  Ссылка на бухгалтерскую отчетность ООО «Наш Дом» апелляционным судом отклоняется, поскольку согласно бухгалтерскому балансу по состоянию на 31.12.2010, в составе пассивов Общества отражены долгосрочные обязательства в размере 129 659 тыс.руб., а годом ранее долгосрочные обязательства составляли 103 102 тыс.руб., что примерно соответствует объемам выданных Кулаковской Ю.А. займов. То обстоятельства, что бывший руководитель ООО «Ладога» Новиков В.В. не передал конкурсному управляющему бухгалтерскую документацию, никоим образом не может свидетельствовать о злонамеренности бывшего руководителя ООО «Наш Дом» Кулаковской Ю.А., полномочия которой были прекращены, а Общество, которым она руководила, было ликвидировано путем присоединения к ООО «Ладога».

Во-вторых, конкурсный управляющий не может ставить под сомнение в рамках заявления о признании недействительными действий по исполнению определения об утверждении мирового соглашения сделки по выдаче Кулаковской Ю.А. займов в пользу ООО «Наш Дом». Тогда как с самостоятельным заявлением о признании договоров займов недействительными конкурсный управляющий не обращался. Разъяснения пункта 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» о необходимости представления доказательств наличия у физического лица финансовой возможности по предоставлению денежных средств в заем к настоящему случаю не применимы, поскольку подлежат применению только при оценке требования кредитора, основанного на договоре займа по передаче должнику наличных денежных средств. В настоящем случае речь идет о самостоятельной сделке и Кулаковская Ю.А. с заявлением в реестр требований кредиторов должника не обращалась. 

Кроме того, согласно объяснениям ответчика, не опровергнутым заявителем, договоры займа предоставлялись в 2007-2010 годах путем перечисления на существовавший в тот период расчетный счет должника. На указанные денежные средства было приобретено спорное недвижимое имущество, что не отрицается конкурсным управляющим. Более того, и сам Яснов А.Ю. также получил в заем денежные средства в размере 40 млн.руб., что подтверждается в нотариальной форме удостоверенным заявлением от 25.11.2008 и опровергает довод управляющего об отсутствии у Кулаковской Ю.А. денежных средств в объеме, достаточном для предоставления займов Обществу. 

Также апелляционный суд обращает внимание на то обстоятельство, что Постановление Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пунктом 26 которого, по сути, было криминализировано предоставление займов физическими лицами наличными денежными средствами и повышены требования к доказательственной базе по такого рода спорам, неисполнение которых может повлечь отказ в удовлетворении требования кредитора, было вынесено 22.06.2012 и опубликовано на сайте ВАС РФ 19.07.2012, тогда как договоры займа были заключены в 2007-2010 годах. Следовательно, даже при наличии сомнений в действительности указанных договоров займа, к их оценке следует подходить исходя из норм права, действовавших в период их заключения и без учета вышеуказанных разъяснений Пленума ВАС РФ.

И в-третьих, введение в состав недействительности сделки такого условия как отсутствие встречного предоставления по сделке со стороны Кулаковской Ю.А., вопреки позиции конкурсного управляющего, также свидетельствует не о совершении сделки со злоупотреблением правом, а о наличии состава недействительности сделки, предусмотренного пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Между тем, спорные действия были совершены 14.06.2011, тогда как максимальный период подозрительности, предусмотренный статьей 61.2 Закона о банкротстве, ограничен сделками, совершенными до 28.07.2013.

Действия конкурсного управляющего по оспариванию сделок должника на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, как верно указано судом первой инстанции, направлены на обход специальных правил о сроке исковой давности, применимого при оспариванию сделок на основании специальных норм Закона о банкротстве, что является недопустимым в силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, апелляционный суд считает необходимым отметить то обстоятельство, что при оспаривании сделки у должника, по сути, отсутствуют материально-правовые интересы, которые подлежали бы защите в рамках дела о банкротстве.

Так, согласно составам недействительности сделок, обращение с ними направлено в любом случае на защиту прав и законных интересов конкурсных кредиторов.

Между тем, как апелляционным судом уже было указано ранее, в реестр требований кредиторов должника включено только одно требование – Яснова А.Ю. в размере 7 825 226,74 руб., взысканное решением Арбитражного суда города Москвы от 03.08.2012 по делу №А40-51120/10, которым с ООО «Наш Дом» в пользу Яснова А.Ю. была взыскана действительная стоимость доли последнего в размере 49% уставного капитала ООО «Наш Дом».

Вместе с тем, в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия. Выплата действительной стоимости доли ООО «Наш Дом» относится именно к корпоративным обязательствам. 

Законодатель ограничил права бывших и действующих участников должника, поскольку в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В такой ситуации, то обстоятельство, что Яснов А.Ю. на основании своего требования о выплате действительной стоимости доли ООО «Наш Дом» был включен в реестр требований кредиторов должника, не имеет правового значения для целей оценки его обязательства при обращении конкурсного управляющего с заявлением о признании сделки недействительной. Конкурсный управляющий не вправе ссылать при обращении с заявлением на нарушение прав Яснова А.Ю. и защиту его прав и законных интересов, а иные кредиторы у должника отсутствуют.

Кроме того, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для признания действий по исполнению мирового соглашения и мнимыми.

В пункте 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что мнимая сделка - это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Мнимая сделка ничтожна.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Полно и всесторонне исследовав имеющиеся в деле документы, суд апелляционной инстанции установил, что стороны мирового соглашения совершили действия по его исполнению. Факт передачи объектов недвижимости от ООО «Наш Дом» к Кулаковской Ю.А. подтверждается выписками из ЕГРП и не отрицается лицами, участвующими в деле; Кулаковская Ю.А., в свою очередь, отказалась от части своих требований. Доказательства фактического владения и пользования недвижимым имуществом их предыдущим собственником – ООО «Наш Дом», что могло бы поставить под сомнение реальность сделки, в материалы дела не предоставлены.

При указанных обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали правовые основания для признания оспариваемой сделки недействительной также и на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Поскольку договоры займа между ООО «Наш Дом» и Кулаковской Ю.А. не являются предметом настоящего спора, конкурсный управляющий не вправе ссылаться на их мнимость, одновременно оспаривая в апелляционной жалобе также и их.

При таких обстоятельствах, апелляционный суд не усматривает оснований для признания оспариваемой сделки недействительной, в связи с тем, что такое заявление очевидно имеет признаки недействительности, установленные статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, а само заявление конкурсного управляющего о признании сделки недействительной на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации направлено на обход норм права о сроке исковой давности. А поскольку сделка была совершена за шесть лет до возбуждения дела о банкротстве, она была совершена за пределами сроков обжалования, предусмотренных статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве. Кроме того, само заявление направлено на защиту прав и корпоративных интересов Яснова А.Ю., требования которого не подлежат защите в рамках дела о банкротстве.

Оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Расходы по оплате госпошлины распределены по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.02.2018 по делу № А56-42260/2016/сд.1 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего Кузьмина И.С. - без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.Г. Медведева

 

Судьи

 

Л.С. Копылова

 

 А.Ю. Слоневская