АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ  ОБЛАСТИ

Красная ул., д. 8, Кемерово, 650000

http://www.kemerovo.arbitr.ru 

E-mail: info@kemerovo.arbitr.ru

Тел. (384-2) 58-43-26, тел./факс (384-2) 58-37-05

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

РЕШЕНИЕ

 

город Кемерово                 Дело №А27-10918/2019

«08» августа 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена «07» августа 2019 года

Решение в полном объеме изготовлено «08» августа 2019 года

Арбитражный суд Кемеровской области, в составе судьи Власова В.В., при ведении протокола с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания ФИО1,  рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению публичного акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Сибири» в лице филиала ПАО «МРСК Сибири» - Кубассэнерго-региональные электрические сети», г. Кемерово (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к Управлению федеральной антимонопольной службы по Кемеровской области, г. Кемерово (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

с привлечением к участию в деле третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора :

Общества с ограниченной ответственностью «СибЭнергоТранс-42»  г. Киселевск (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>);

Акционерное общество «Шахта Полосухинская» г. Новокузнецк,(ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>);

Общество с ограниченной ответственностью «Шахта «Грамотеинская» г. Белово,  пгт. Грамотеино, ( ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>).

о признании недействительными приказов № № 11, 12, 15, 16 от 31.01.2019 и от 13.02.2019

при участии:

от заявителя: ФИО2 - представитель, доверенность от 17.12.2018 № 42/259 (копия доверенности в материалах дела), паспорт; 

от заинтересованного лица: ФИО3- представитель, доверенность от 01.04.2019 № 650 (копия доверенности приобщена к материалам дела), паспорт; ФИО4 - представитель, доверенность от 25.12.2018г., сл. удостоверение;

от третьего лица АО «Шахта Полосухинская» «Шахта Грамотеинская»: ФИО5, доверенность от 09.01.2019 (копия доверенности в материалах дела), паспорт ;

от третьего лица АО «Шахта Полосухинская» – ФИО6 – представитель, доверенность от 09.01.2019г. (копия доверенности в материалах дела),  паспорт;

 от третьего лица ООО «СибЭнергоТранс 42»– ФИО7 – представитель, доверенность от 22.02.19 (копия доверенности в материалах дела),паспорт; ФИО8 – представитель, доверенность о 09.01.2019 (копия доверенности в материалах дела), паспорт;

слушатель: ФИО9, паспорт.

у с т а н о в и л:

публичное акционерное общество «Межрегиональная распределительная сетевая компания Сибири» в лице филиала ПАО «МРСК Сибири» - Кубассэнерго-региональные электрические сети», (далее – заявитель, ПАО «МРСК Сибири», общество) обратилось в арбитражный суд к Управлению Федеральной антимонопольной службы (далее – заинтересованное лицо, антимонопольный орган, УФАС) о признании недействительными приказов № 11, 12, 15,16  от 31.01.2019 и от 13.02.2019 «о возбуждении дела и создании Комиссии по рассмотрению дела о нарушении антимонопольного законодательства». 

К участию в деле в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены следующие лица:

Общество с ограниченной ответственностью «СибЭнергоТранс-42»  г. Киселевск (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>);

Акционерное общество «Шахта Полосухинская» г. Новокузнецк,(ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>);

Общество с ограниченной ответственностью «Шахта «Грамотеинская» г. Белово,  пгт. Грамотеино, ( ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>).

Представитель заявителя в судебном заседании поддержала заявленные требования, по основаниям, изложенным в заявлении и дополнениях к заявлению, приобщенных к материалам дела.

Заявление мотивировано тем,  что антимонопольный орган при принятии решения о возбуждении дела и вынесении приказа от 23.10.2018 №167 не был установлен необходимый и достаточный круг обстоятельств, которые могли бы свидетельствовать о наличии признаков нарушения антимонопольного законодательства исходя из следующего

На момент возбуждения дела не был установлен один из важнейших элементов состава нарушения, предусмотренного частью 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции, а именно доминирующее положение хозяйствующего субъекта.

Считает, что УФАС не проводя анализ состояния конкуренции до принятия решения о возбуждения дела, действуя в противоречие с позицией ФАС России, допускает нарушение Закона о защите конкуренции и Приказа ФАС России от 28.04.2010 №220 «Об утверждении Порядка проведения анализа состояния конкуренции на товарном рынке».

Полагает, что частью 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции запрещены действия (бездействие) занимающего доминирующее положение хозяйствующего субъекта, результатом которых являются или могут являться недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других лиц (хозяйствующих субъектов) в сфере предпринимательской деятельности либо неопределенного круга потребителей, при этом, в рассматриваемой ситуации ни угроза конкуренции, ни ущемление интересов каких-либо субъектов не имели места.

Считает, что нет никаких оснований утверждать, что ПАО «МРСК Сибири» каким-либо образом нарушило права третьих лиц в сфере предпринимательской деятельности, следовательно, соответствующий вывод антимонопольного органа является не мотивированным.

По мнению заявителя, анализ состояния конкурентной среды должен был быть осуществлен до возбуждения дела о нарушении антимонопольного.

Кроме этого, не отрицая сам по себе факт направления третьим лицам писем с угрозами о предстоящем ограничении подачи электроэнергии, указала, что фактически эти угрозы не могли быть реализованы, в том числе в силу отсутствия технической возможности на их реализации, полагает, что данные письма носили предупредительный характер и не свидетельствуют о нарушении антимонопольного законодательства.

Подробнее доводы общества изложены в заявлении, дополнениях к заявлению.

УФАС в отзыве и его представитель в судебном заседании, возражая против удовлетворения заявленных требований, отмечают следующее.

Законодательством об электроэнергетике Российской Федерации определены товарные границы, на которых действует субъект естественной монополии.

На основании п. 12.5 Порядка без проведения анализа состояния конкуренции на товарном рынке доминирующим признается положение хозяйствующего субъекта - субъекта естественной монополии на товарном рынке, находящемся в состоянии естественной монополии.

В связи, с чем доминирующее положение ПАО «МРСК Сибири» на соответствующем товарном рынке прямо установлена законом, таким образом, применимость к обществу норм и запретов антимонопольного законодательства Российской Федерации следует признать установленной.

В части реальности (нереальности угрозы) наступления неблагоприятных последствий для третьих лиц, представители антимонопольного органа указали, что эти данные подлежат установлению в ходе рассмотрения самого антимонопольного дела по существу, тогда как для издания оспариваемых приказов достаточно наличие признаков такой угрозы и признаков возможного нарушения антимонопольного законодательства.

Факт наличия признаков нарушений антимонопольного законодательства, а также возможность наступления неблагоприятных последствий для других хозяйствующих субъектов (третьих лиц по делу) подтвержден материалами дела, в частности: письмами ПАО «МРСК Сибири», содержащие угрозу ограничения потребления электроэнергии, наличием у ПАО «МРСК Сибири» статуса субъекта естественной монополией, анализом (предварительным) конкурентной среды, уведомлениями о введении режима потребления электрической энергии, письмами третьих лиц в органы безопасности и местного самоуправления, перепиской с сетевой организацией и ПАО «МРСК Сибири» и другими.

Кроме этого, представители антимонопольного органа указали, что оспариваемые приказы не нарушают прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности, при том, что сами по себе приказы не содержат в себе реализацию каких-либо властных полномочий, не предписывают заявителю совершить какие-либо действия или воздержаться от их совершения, не порождают обязанностей заявителя, а лишь являются процедурными этапами рассмотрения обращений хозяйствующих субъектов на предмет дальнейшего рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства, при том, что решений о нарушении (не нарушении) антимонопольного законодательства  на дату рассмотрения дела не принято. Отсутствие доказательств нарушения прав и законных интересов заявителя является самостоятельным основанием для отказа ПАО «МРСК Сибири» в удовлетворении заявленных требований.   

Подробнее доводы УФАС изложены в отзыве на заявление.

Третьи лица в ходе судебного разбирательства, в письменных мотивированных отзывах, приобщенных к материалам дела, поддержали позицию антимонопольного органа, полагая, что оспариваемые приказы не нарушают прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности, правовых оснований для признания приказов недействительными не имеется, при том, что уведомления о введении ограничения режима потребления электрической энергии воспринимались как реальная угроза ограничения, так как осуществлена субъектом естественной монополии, имеющем все механизмы (как технические, так и правовые) для такого ограничения. В части отсутствия реальных последствий для третьих лиц, представители указали, что ограничение потребления ведет к остановке ряда работ на угольных предприятиях, которые являются опасными производственными объектами, на которых работают люди, следовательно, создается угроза не только горным выработкам (ущерб самому производству, включая технические устройства), но и жизни и здоровью граждан, работникам предприятий. Более подробно, доводы изложены в письменных мотивированных отзывах.  

Рассмотрев имеющиеся в деле материалы, заслушав доводы и возражения участвующих в деле лиц, суд установил.

Приказами Управления Федеральной антимонопольной службы по Кемеровской

области от 31.01.2019 № 11, от 31.01.2019 №12, от 13.02.2019 №15, от 13.02.2019 №16 в

отношение ПАО «МРСК Сибири» были возбуждены дела №07/А-10-2019, №08/А-10-2019, №09/А-10-2019 №10/А-10-2019 о нарушении части 1 статьи 10 Федерального закона от 26.07.2006 №135-Ф3 «О защите конкуренции».

Оспариваемые приказы антимонопольного органа приняты уполномоченным государственным органом в отношении конкретного хозяйствующего субъекта и содержат властное распоряжение, заключающееся в проведении проверки финансово-хозяйственной деятельности сетевой организации, как хозяйствующего субъекта, занимающего доминирующее положение, на предмет установления нарушения части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции. Принятие такого документа затрагивает права и законные интересы заявителя.

Посчитав указанные приказы не соответствующими действующему законодательству и нарушающими права и охраняемые законом интересы, Общество  в пределах установленных статьей 198 АПК РФ сроков обратилось в арбитражный суд с заявлением об оспаривании указанных ненормативных правовых актов Управления Федеральной антимонопольной службы по Кемеровской области. 

Оценив имеющиеся в деле доказательства, проанализировав соответствующие нормативные правовые акты, суд считает заявленные требования не подлежащими удовлетворению, исходя из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 198, частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса РФ и пунктом 6 Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 года N 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» условиями принятия арбитражным судом решения о признании недействительными ненормативных правовых актов и незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов является наличие одновременно двух обязательных условий: несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, а также нарушение прав и законных интересов заявителя.

            В ходе судебного разбирательства заявителем не представлены относимые и допустимые доказательства, подтверждающие, что оспариваемые приказы нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности, при том, что сами по себе приказы носят процедурный характер, направлены на создание соответствующей комиссии для проверки фактов нарушений антимонопольного законодательства, не содержат в своем тексте властных, обязывающих совершить или воздержаться от совершения каких-либо действий для заявителя и не влекут правовых последствий для заявителя, включая наступление какой-либо ответственности, в том числе административной. Отсутствие факта и доказательств нарушения прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности является самостоятельным основанием (независимо от законности, незаконности самого ненормативного правового акта) для отказа в удовлетворении заявленных требований. 

           Оспариваемые приказы Управления  не устанавливают фактов нарушения антимонопольного законодательства и не предопределяют субъекта ответственности, а оформляют в предусмотренном законом порядке начало проведения процессуальных действий по установлению и выявлению всех обстоятельств по возбужденным делам, содержат всего 2 пункта: о возбуждении дела  и создании Комиссии по рассмотрению дела.

           Управление действовало в соответствии с полномочиями, предусмотренными Законом № 135-ФЗ и Административным регламентом № 339.

           В нарушение положений статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявителем не представлено доказательств, свидетельствующих о таких нарушениях. 

Согласно части 1 статьи 65, части 3 статьи 189 и части 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

В заявлении ПАО «МРСК Сибири» указывает, что на момент возбуждения дел о нарушении антимонопольного законодательства (издания спариваемых приказов) не было установлено доминирующее положение ПАО «МРСК Сибири», в связи с отсутствием в материалах дела о нарушении антимонопольного законодательства надлежащего аналитического  отчета о состоянии конкуренции, на котором обществом совершены вменяемые правонарушения.

Судом данный довод ПАО «МРСК Сибири» признан необоснованным, в связи с тем, что указанный довод заявителя основан на неверном толковании норм материального и процессуального права на основании следующего:

Согласно п. 1 ст. 22 Закона о защите конкуренции антимонопольный орган обеспечивает государственный контроль над соблюдением антимонопольного законодательства федеральными органами исполнительной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, иными осуществляющими функции указанных органов органами или организациями, а также государственными внебюджетными фондами, хозяйствующими субъектами, физическими лицами, в том числе в сфере использования земли, недр, водных ресурсов и других природных ресурсов.

В соответствии с п. 2 ст. 22 Закона о защите конкуренции антимонопольный орган выявляет нарушения антимонопольного законодательства, принимает меры по прекращению нарушения антимонопольного законодательства и привлекает к ответственности за такие нарушения.

На основании п. 1 ч. 1 ст. 23 Закона о защите конкуренции антимонопольный орган осуществляет полномочия, в том числе возбуждает и рассматривает дела о нарушениях антимонопольного законодательства.

Согласно п. 2 ч. 2 ст. 39 Закона о защите конкуренции основанием для возбуждения и рассмотрения антимонопольным органом дела о нарушении антимонопольного законодательства является заявление юридического или физического лица, указывающее на признаки нарушения антимонопольного законодательства (далее - заявление).

В соответствии с ч. 4 ст. 44 Закона о зашита конкуренции, антимонопольный орган рассматривает заявление или материалы в течение одного месяца со дня их представления. В случае недостаточности или отсутствия доказательств, позволяющих антимонопольному органу сделать вывод о наличии или об отсутствии признаков нарушения антимонопольного законодательства, антимонопольный орган для сбора и анализа дополнительных доказательств вправе продлить срок рассмотрения заявления или материалов, но не более чем на два месяца.О продлении срока рассмотрения заявления или материалов антимонопольный орган уведомляет в письменной форме заявителя.

Согласно ч. 8 ст. 44 Закона о защите конкуренции по результатам рассмотрения заявления, материалов антимонопольный орган принимает одно из следующих решений:

1) о возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства;

2) об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства;

3) о выдаче предупреждения в соответствии со статьей 39.1 настоящего Федерального закона.

В силу ч. 12 ст. 44 Закона о защите конкуренции, в случае принятия решения о возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства антимонопольный орган издает приказ о возбуждении дела и создании комиссии. Копия такого приказа направляется заявителю и ответчику по делу в течение трех дней со дня издания такого приказа.

В соответствии с ч. 13 ст. 44 Закона о защите конкуренции в течение пятнадцати дней со дня издания приказа о возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства и создании комиссии председатель комиссии выносит определение о назначении дела к рассмотрению и направляет копии определения лицам, участвующим в деле.

Согласно ч. 7 ст. 44 Закона о защите конкуренции при рассмотрении заявления, материалов, указывающих на наличие признаков нарушения статьи 10 настоящего федерального закона, антимонопольный орган устанавливает наличие доминирующего положения хозяйствующего субъекта, в отношении которого поданы эти заявление, материалы, за исключением случая, если антимонопольный орган принимает решение об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства по основаниям, предусмотренным частью 9 настоящей статьи.

Из буквального толкования ч. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции следует, что для квалификациидействий (бездействия) занимающего доминирующее положение хозяйствующего субъектам по ч. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции достаточно наличие ущемления интересов других лиц (хозяйствующих субъектов) в сфере предпринимательской деятельности либо неопределенного круга потребителей, вызванных действиями (бездействием) занимающего доминирующего положения хозяйствующего субъекта.

Условия, на которых хозяйствующий субъект может быть признан антимонопольным органом, занимающим доминирующее положение на соответствующем товарном рынке установлены в ст. 5 Закона о защите конкуренции.

Согласно п. 5 ст. 5 Закона о защите конкуренции доминирующим признается положение хозяйствующего субъекта - субъекта естественной монополии на товарном рынке, находящемся в состоянии естественной монополии.

В соответствии с ч. 1 ст. 4 Федерального закона от 17.08.1995 № 147-ФЗ «О естественных монополиях» (далее - Закон о естественных монополиях) услуги по передаче электрической энергии относятся к сфере деятельности субъектов естественных монополий.

Понятие естественной монополии, а также хозяйствующего субъекта, находящегося в условиях естественной монополии, определены в ст. 3 Закона о естественных монополиях: естественная монополия - состояние товарного рынка, при котором удовлетворение спроса на этом рынке эффективнее в отсутствие конкуренции в силу технологических особенностей производства (в связи с существенным понижением издержек производства на единицу товара по мере увеличения объема производства), а товары, производимые субъектами естественной монополии, не могут быть заменены в потреблении другими товарами, в связи, с чем спрос на данном товарном рынке на товары, производимые субъектами естественных монополий, в меньшей степени зависит от изменения цены на этот товар, чем спрос на другие виды товаров.

На основании ст. 3 Закона о естественных монополиях субъект естественной монополии - хозяйствующий субъект, занятый производством (реализацией) товаров в условиях естественной монополии;

потребитель - физическое или юридическое лицо, приобретающее товар, производимый (реализуемый) субъектом естественной монополии;

Понятия «товар», «товарный рынок», «хозяйствующие субъекты», «группа лиц» применяются соответственно в значениях, указанных в статьях 4 и 9 Закона о защите конкуренции.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее - Закон об электроэнергетике) услуги по передаче электрической энергии - комплекс организационно и технологически связанных действий, в том числе по оперативно-технологическому управлению, которые обеспечивают передачу электрической энергии через технические устройства электрических сетей в соответствии с обязательными требованиями и совершение которых может осуществляться с учетом особенностей, установленных пунктом 11 статьи 8 настоящего Федерального закона.

Согласно ч. 3 ст. 8 Закона об электроэнергетике субъекты естественных монополий обязаны предоставлять доступ на товарные рынки и (или) производить (реализовывать) товары и услуги, в отношении которых применяется регулирование в соответствии с настоящим Федеральным законом, на недискриминационных условиях согласно требованиям антимонопольного законодательства.

В соответствии с ч. 4 ст. 23.1 Закона об электроэнергетике государственному регулированию на оптовом и (или) на розничных рынках, в том числе подлежат цены (тарифы) на услуги по передаче электрической энергии по электрическим сетям, принадлежащим на праве собственности или ином законном основании территориальным сетевым организациям, а также предельные (минимальный и (или) максимальный) уровни таких цен (тарифов).

Таким образом, суд приходит к выводу, что законодательством об электроэнергетике Российской Федерации определены товарные границы, на которых действует субъект естественной монополии.

В соответствии с пп. «б» п. 1.2 Порядка определение продуктовых границ товарного рынка производится согласно сферам деятельности субъектов естественных монополий, указанных в пункте 1 статьи 4 Закона о естественных монополиях.

На основании п. 12.5 Порядка без проведения анализа состояния конкуренции на товарном рынке доминирующим признается положение хозяйствующего субъекта - субъекта естественной монополии на товарном рынке, находящемся в состоянии естественной монополии.

С учетом изложенного,  доминирующее положение ПАО «МРСК Сибири» на соответствующем товарном рынке прямо установлено законом.

Довод ПАО «МРСК Сибири» о том, что антимонопольным органом в отношении общества было возбуждено дело  о нарушении антимонопольного законодательства в нарушение ч. 7 ст. 44 Закона о защите конкуренции судом отклонен по следующим основаниям.

В п. 1.3 Порядка прямо указано, что по делам, возбужденным по признакам нарушения статьи 10 Закона о защите конкуренции субъектом естественной монополии на рынке, функционирующем в условиях естественной монополии, анализ состояния конкуренции на товарном рынке должен включать следующие этапы:

а) определение временного интервала исследования товарного рынка;

б) определение продуктовых границ товарного рынка, которое производится согласно сферам деятельности субъектов естественных монополий, указанных в пункте 1 статьи 4 Закона о естественных монополиях;

в) определение географических границ товарного рынка.

При этом порядок рассмотрения дел о нарушении антимонопольного законодательства установлен в ст. 45 Закона о защите конкуренции.

Согласно ч. 5.1 ст. 45 Закона о защите конкуренции при рассмотрении дела о нарушении антимонопольного законодательства антимонопольный орган проводит анализ состояния конкуренции в объеме, необходимом для принятия решения о наличии или об отсутствии нарушения антимонопольного законодательства.

Каким-либо иных требований в проведение анализа состояния конкуренции на товарном рынке в рамках рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства Закон о защите конкуренции не содержит.

С учетом ч. 7 ст. 44 Закона о защите конкуренции, поскольку дело о нарушение антимонопольного законодательства по ч. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции возбуждается только при наличии признаков нарушения, а не установленного факта, сведения о географических границах, в которых ПАО «МРСК Сибири» занимает доминирующее положение носит предварительный характер, подлежащий исследованию, в том порядке п. 4.7 Порядка в процессе рассмотрения дела о нарушения антимонопольного законодательства.

В своем заявлении ПАО «МРСК Сибири» указывает, что в действиях общества, в отношении которых возбуждено дело о нарушении антимонопольного законодательства, отсутствуют признаки нарушения антимонопольного законодательства, поскольку не было создана угроза конкуренции, а также ущемление интересов других лиц.

Судом указанный довод ПАО «МРСК Сибири» признан необоснованным в связи с тем, что данный довод ПАО «МРСК Сибири» основан на неверном толковании норм материального и процессуального права, в связи со следующим:

Согласно ч. 1 ст. 25 Закон об электроэнергетике антимонопольное регулирование и контроль на оптовом и розничных рынках осуществляются антимонопольным органом в соответствии с антимонопольным законодательством Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации с учетом особенностей, установленных настоящим Федеральным законом, и принятыми в соответствии с нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации актами федерального антимонопольного органа.

В соответствии с абз. 9 ч. 2 ст. 25 Закона об электроэнергетике на оптовом и розничных рынках действует система регулярного контроля за их функционированием, имеющая целью своевременное предупреждение, выявление, ограничение и (или) пресечение действий (бездействия), которые имеют или могут иметь своим результатом недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов субъектов электроэнергетики и потребителей электрической энергии, в том числе злоупотребления доминирующим положением на оптовых и розничных рынках.

В силу абз. 10, абз. 15 ч. 2 ст. 25 Закона об электроэнергетике объектами антимонопольного регулирования и контроля являются действия субъектов оптового или розничных рынков, занимающих доминирующее положение на указанных рынках.

Как следует из материалов дела  основанием для издания оспариваемых приказов антимонопольного органа явилось направление  ПАО «МРСК Сибири» в адрес ООО «Шахта «Грамотеинская» и ООО «Шахта «Полосухинская» уведомлений о введении режима потребления электрической энергии, а в адрес ООО «СЭТ-42» - заявки на введение режима ограничения потребления электрической энергии ООО «Шахта «Грамотеинская» и ООО «Шахта «Полосухинская».

Суд приходит к выводу, что вышеуказанные действия ПАО «МРСК Сибири» были верно, квалифицированы административным органом по ч. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции, поскольку результатом данных действий явилось ущемление интересов в сфере предпринимательской деятельности хозяйствующих субъектов, так как была создана угроза понижения уровня энергобезопасности предприятий, относящихся к опасным производственным объектам, в отсутствие надлежащих доказательств наличия оснований для такого ограничения.

Согласно п. 3.50 Административный регламент Федеральной антимонопольной службы по исполнению государственной функции по возбуждению и рассмотрению дел о нарушениях антимонопольного законодательства Российской Федерации (далее - Регламент) в случае установления признаков нарушения антимонопольного законодательства управлением ФАС России, отделом территориального органа, у которых на рассмотрении находятся заявление, материалы, указывающие на признаки нарушения антимонопольного законодательства (далее - ответственное структурное подразделение) осуществляет подготовку докладной записки, которая вместе с заявлением, материалами и (или) иными документами, указывающими на факты, свидетельствующие о наличии признаков нарушения антимонопольного законодательства (далее - докладная записка), направляется на проведение внутриведомственной правовой экспертизы.

В данном случае УФАС в полном соответствии с Регламентом докладной запиской, прошедшей внутриведомственную правовую экспертизу, вместе с материалами заявлений хозяйствующих субъектов  были переданы ответственному должностному лицу территориального органа ФАС России для принятия решения о возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства.

Каких-либо процессуальных нарушений со стороны антимонопольного органа при издании оспариваемых приказов не установлено, заявителем не доказано.

Довод представителя заявителя о том, что уведомления, направленные третьим лицам не нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской деятельности и отсутствие (не установление таких фактов антимонопольным органом) доказательств таких нарушений, а также невозможность реализовать заявителем свои угрозы (отражены в уведомлениях), в силу отсутствия технической возможности, суд признает несостоятельным и необоснованным.

Суд полагает, что установление факта реального нарушения (не нарушения) прав и законных интересов третьих лиц в сфере предпринимательской деятельности не подлежит установлению антимонопольным органом на стадии издания приказов о создании комиссии и возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства, так как данные обстоятельства подлежит установлению в ходе рассмотрения антимонопольного дела по существу, следовательно, оценка судом указанного факта (фактов) не может быть дана в ходе настоящего судебного разбирательства, с целью недопущения дачи преждевременной оценки действий (бездействий) всех участников антимонопольного дела, что могло бы предопределить результата такого рассмотрения. 

Вместе с тем, для издания антимонопольным органом оспариваемых приказов достаточно факта наличия угрозы для хозяйствующих субъектов нарушения их прав и законных интересов антиконкурентными действиями субъекта естественной монополии, при наличии признаков таких действий, а факты нарушений, действия и бездействия, наличие или отсутствие последствий, степень ответственности и наступление вредных последствий для хозяйствующих субъектов, подлежат установлению в ходе рассмотрения антимонопольного дела по существу.  

Судом отмечается, что исходя из статуса заявителя – субъекта естественной монополии, неоднократности попыток сменить смежного поставщика электрической энергии – ООО «СибЭнергоТранс-42» для АО «Шахта Полосухинская» и ООО «Шахта Грамотеинская», указанные лица вправе были реально воспринимать угрозы, содержащиеся в уведомлениях ПАО «МРСК Сибири».

Ссылка представителя заявителя на неверное определение антимонопольным органом определения «величина технологической брони» и «величина аварийной брони» с учетом конкретных обстоятельств, а также иные доводы по существу, судом признается не подлежащей оценке, так как в данном случае суд не может выйти за пределы заявленных требований и дать оценку наличия или отсутствия нарушений антимонопольного законодательства в полном объеме, так как данные обстоятельства подлежат установлению и оценке антимонопольным органом в ходе рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства по существу. Следовательно, оценка судом указанных доводов и обстоятельств имела бы преждевременный характер.

На основании вышеизложенного, суд признает, что оспариваемые приказы соответствуют требованиям действующего законодательства и не нарушают прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.

Согласно части 3 ст. 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Руководствуясь статьями  49, 65, 167-170, 176, 180, 181, 198, 200, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  суд

р е ш и л:

Заявленные требования оставить без удовлетворения.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его вступления в законную силу, при условии, если оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Кемеровской области.

Судья                                         В.В. Власов