СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск                                                                 Дело № А45-34367/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 19 ноября 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 03 декабря 2020 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  

ФИО1

судей

ФИО2

ФИО3

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО4 с использованием средств аудиозаписи и веб-конференции, рассмотрел в судебном заседании, апелляционную жалобу ФИО5 (№ 07АП-9419/2020(1)) на определение от 07.09.2020 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-34367/2019 (судья Лихачёв М.В.) о несостоятельности  (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью  Строительная Компания «АртСтрой» (630005, 

<

...>, эт. 10, оф. 7; ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) по заявлению ФИО5 о включении 23 764 147 руб. 61 коп. в реестр кредиторов,

В судебном заседании приняли участие: 

от ООО СК «АртСтрой»: ФИО6, доверенность от 09.12.2019,

от ФИО5: ФИО7, доверенность от 25.02.2020,

от иных лиц: не явились (извещены)

УСТАНОВИЛ:

решением от 07.11.2019 Арбитражного суда Новосибирской области общество с ограниченной ответственностью  Строительная Компания «АртСтрой» (далее - ООО СК «АртСтрой», должник) признано банкротом по упрощенной процедуре ликвидируемого должника; конкурсным управляющим утвержден ФИО8. 

Информация о банкротстве должника опубликована в газете «КоммерсантЪ» №206 от 09.11.2019. 

09.01.2020  ФИО5 (далее – кредитор) обратился в суд с заявлением о включении в реестр требования в сумме 23 764 147 руб. 61 коп. – долг по шести договорам подряда.

Определением от 07.09.2020 Арбитражный суд Новосибирской области в удовлетворении заявления ФИО5 о включении требования в реестр кредиторов должника ООО СК «АртСтрой» отказал.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО5 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права, неполное выяснение обстоятельств имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.

Указав, с учетом дополнений, что на прерывание срока исковой давности указывает гарантийное письмо от 20.12.2016, которому суд не дал оценки. Суд неправомерно признал акты сверки сфальсифицированными. Аффилированность сторон сделки не свидетельствует о ее мнимости. Выводы суда не соответствуют сложившейся судебной практике.

Конкурсный управляющий, в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представил отзыв на апелляционную жалобу с дополнениями, в котором просит определение суда оставить без изменений, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

В судебном заседании представитель ФИО5 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил определение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представитель конкурсного управляющего с доводами апелляционной жалобы не согласился  по основаниям изложенным в отзыве.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, проверив в соответствии со статьёй 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность определения Арбитражного суда Новосибирской области, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены. 

Как следует из материалов дела, требования ФИО5 основаны на неисполнении ООО СК «АртСтрой» обязательств по договорам подряда:

 - №27/06-14 от 27.06.2014 – задолженность на 11 162 035 руб. 77 коп.; 

- №07/12-14 от 07.12.2014 – задолженность на 196 239 руб. 09 коп.;

 - №12/01-15 от 12.01.2015 – задолженность на 7 892 678 руб. 72 коп.; 

- №02/04-15 от 02.04.2015 – задолженность на 4 135 577 руб. 65 коп.; 

- №15/09-15 от 15.09.2015 – задолженность на 6 211 735 руб. 18 коп.; 

- №01/10-15 от 01.10.2015 – задолженность на 4 129 770 руб. 62 коп.

В подтверждение факта выполнения подрядных работ представлены акты КС-2 и КС-3, акты сверок. 

Полагая, что образовавшаяся задолженность подлежит включению в реестр требований кредиторов должника, ФИО5 обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходил из пропуска заявителем срока исковой давности на предъявления требования, при этом указав на недоказанность реальности заявленного требования.

Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии со статьёй 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

Исходя из разъяснений, данных в пункте 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Исходя из указанных норм права, арбитражному суду необходимо по существу проверить доказательства возникновения задолженности и применения мер ответственности на основе положений норм материального права.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда первой инстанции о недоказанности обоснованности заявленного требования, при этом исходит из следующего.

Суд апелляционной инстанции считает обоснованными доводы о пропуске кредитором срока исковой давности.

Согласно статье 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности устанавливается в три года.

На основании пункта  2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются Гражданского кодекса Российской Федерации и иными законами. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункта 15 Постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" (далее – постановление №43), истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Требование заявителя основано на договорах подряда №27/06-12 от 27.06.2014, №07/12-14 от 07.12.2014, №12/01-15 от 12.01.2015, №02/04-15 от 02.04.2015, №15/09-15 от 15.09.2015  №01/10-15 от 01.10.2015

В обоснование задолженности кредитор представил в материалы дела акты КС-2 выполненных работ за период с 30.07.2014 по 18.12.2015. 

Вместе с тем, требование предъявлено 09.01.2020, то есть по истечении трехлетнего срока. 

Доказательств прерывания срока исковой давности, кредитором в материалы дела не представлено.

Ссылка подателя жалобы на гарантийное письмо от 20.12.2016 от 20.12.2016, судом апелляционной инстанции отклоняется.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 20 Постановления № 43  течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга (статья 203 Гражданского кодекса Российской Федерации). К действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом.

Гарантийным письмом от 20.12.2016 должником задолженность признана, следовательно, срок исковой давности прервался, и с 21.12.2016 начал течь снова,  и истек 20.12.2019.

Вместе с тем, требование предъявлено 09.01.2020, то есть по истечении трехлетнего срока. 

Ссылки подателя жалобы о том, что судом неправомерно указано на фальсификацию актов сверки, судом апелляционной инстанции  не принимаются.

Как правомерно указано судом первой инстанции, акты сверок, представленные в материалы дела, подписаны за период с 01.01.2015 по 01.01.2017, в то время как деятельность ООО «А-Строй» прекращена 25.01.2016, в связи с ликвидацией и исключением из ЕГРЮЛ, что указывает на их недостоверность.

По существу заявленного требования, судом установлено следующее.

Согласно статье 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его. 

В силу статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации одной из обязанностей заказчика является оплата подрядчику установленной цены.

Между ООО Строительная компания «АртСтрой» (Заказчик) и ООО «А-Строй» (Подрядчик) были заключены Договора подряда №27/06-12 от 27.06.2014, №07/12-14 от 07.12.2014, №12/01-15 от 12.01.2015, №02/04-15 от 02.04.2015, №15/09-15 от 15.09.2015  №01/10-15 от01.10.2015, в соответствии с которыми Подрядчик по заданию Заказчика обязался выполнить строительно-монтажные работы на различных объектах.

В обоснование выполненных ООО «А-Строй» работ заявитель ссылается на акты о приемке выполненных работ (КС-2) и справки о стоимости выполненных работах (КС-3), согласно которых задолженность ООО СК «АртСтрой» по оплате работ в пользу ООО «А-Строй» составила 33 728 037,03 руб.

12.01.2016 между ООО «А-Строй» (Цедент) в лице ликвидатора ФИО5 и ФИО5 (Цессионарий) был заключен Договор уступки права требования, согласно которого Цедент уступает, а Цессионарий принимает право требования задолженности с ООО СК «АртСтрой» в размере 33 728 037,03 руб. по указанным договорам подряда.

25.04.2019 между ООО СК «АртСтрой» (Сторона 1), ООО «Спецтехстрой» (ИНН 

<

***>, Сторона 2) в лице ликвидатора ФИО5 и ФИО5 (Сторона 3) было заключено Соглашение о проведении трехстороннего взаимозачета, в соответствии с которым прекращены обязательства сторон друг перед другом на сумму 9 963 889,42 руб. вытекающие из:

-договора уступки права требования от 12.01.2016 (задолженность ООО СК «АртСтрой» перед ФИО5 до зачета на сумму 33 728 037,03 руб.)

-договора займа от 08.02.2017 (задолженность ФИО5 перед ООО «Спецтехстрой» до зачета на сумму 11 000 000 руб.)

-договора займа от 27.04.2016 (задолженность ООО «Спецтехстрой» перед ООО СК «АртСтрой» до зачета на сумму 9 963 889,42 руб.)

Заявитель указывает на то, что после проведения взаимозачета на сумму 9 963 889,42 руб. задолженность ООО СК «АртСтрой» перед ним (ФИО5) составила 23 764 147,61 руб.

Возражая на заявленные требования конкурсный управляющий указывает на мнимость соглашения о зачете, при этом ссылается на то, что указанная задолженность, даже с учетом мнимого соглашения о зачете взаимных требований, заключённого в 2019 уже между ООО СК «АртСтрой», ФИО5 и ООО «Спецтехстрой», оплачена должником полностью, что подтверждается выписками по счету должника. Исходя из назначения платежей, производимых с расчетных счетов ООО СК «АртСтрой», например, усматривается полное погашение договора подряда №02/04-15 от 02.04.2015, который включен в заявленное требование. Остальные платежи не содержат ссылок на договорные обязательства, объективно идентифицировать тот или иной платеж в счет конкретного обязательства не представляется возможным. Однако, с учетом того, что в материалы дела представлены якобы документальное подтверждение возникновения лишь 62 953 650,66 руб. задолженности, а конкурсным управляющим представлены платежи на сумму 107 310 038,77 руб., следует считать, что задолженность перед ООО «А-Строй», следовательно, и перед ФИО5 отсутствует вовсе. Следовательно, по Договору уступки права требования от 12.01.2016 ФИО5 переданы несуществующие права, о чем не могли не знать все стороны сделок (ООО «А-Строй», ФИО5, ООО СК «АртСтрой»), являющиеся аффилированными лицами. Факт оплаты договора уступки также вызывает сомнения у конкурсного управляющего, поскольку денежные средства в размере 1 млн. руб. вносились в кассу ООО «А-Строй» незадолго до его исключения из ЕГРЮЛ, однако на расчетный счет не поступили. На мнимость самих договоров подряда указывает и то, что из актов сверки взаимных расчетов к договорам следует, что авансирование со стороны ООО СК «АртСтрой» не осуществлялось, отсутствуют сведения о наличии у ООО «А-Строй» разрешений на строительство; также отсутствуют приложения, на которые имеются ссылки в договорах подряда; отсутствуют сведения о возможности и реальности проведения подрядчиком работ (наличие человеческих, технических  и материальных ресурсов), сведения о том, кто являлся генеральным заказчиком ООО СК «АртСтрой» и какую экономическую выгоду получил должник от проведения работ ООО «А-Строй». Кроме того общество   «А-Строй» правопредшественник ФИО5, в период 2014-2015 гг. в бухгалтерской отчетности не отражало дебиторскую задолженность.

В силу положений статьи 19 Закона о банкротстве ФИО5 В,Г,, являющийся участником должника с долей 32,52%, является аффилированным по отношению к должнику лицом.

Согласно правовой позиции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 N 306-ЭС16- 20056(6), в соответствии с которой доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. При определении аффилированности следует учитывать не только формальную юридическую связь обществ, но экономическую и иную связь обществ, из которой можно сделать вывод о подконтрольности одного общества другому. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившим о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Судом принимается во внимание, позиция Верховного Суда Российской Федерации, изложенная в определение от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784, Как правило, для подтверждения обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов, интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора («дружественного» кредитора) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора.

Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов, к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016)).

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики №4 (2017), утвержденной Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 15.11.2017, не подлежит удовлетворению заявление аффилированного с должником лица о включении мнимого требования в реестр требований кредиторов, поданное исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, процедуры банкротства носят публично-правовой характер (постановления от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П и др.). Публично-правовой целью института банкротства является обеспечение баланса прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, имеющих различные, зачастую диаметрально противоположные интересы. Эта цель достигается посредством соблюдения закрепленного в части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации принципа, в соответствии с которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Включение необоснованной задолженности в реестр требований кредиторов должника в целях влияния на ход дела о банкротстве затрагивает не только частные интересы должника и его кредитора, но и всех иных кредиторов, вовлеченных в процесс банкротства, препятствуя справедливому рассмотрению дела о несостоятельности и окончательному его разрешению (как в части определения судьбы должника и его имущества, так и в части распределения конкурсной массы между добросовестными кредиторами).

По смыслу норм Закона о банкротстве, единственной надлежащей целью обращения кредитора в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) должно являться получение от должника удовлетворения своих требований в результате производства по делу о банкротстве. Для кредитора реальное получение денежных средств в счет уплаты соответствующей задолженности должно являться достаточным, при условии, что кредитор полагает себя добросовестным.

На основании пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», положения Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 Гражданского кодекса Российской Федерации), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

В соответствии с положениями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. 

Исходя из совокупности представленных в материалы дела доказательств и фактических обстоятельств дела, с учетом повышенных стандартов доказывания в делах о банкротстве, суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что договор уступки права требования спорной задолженности между ООО «А-Строй» и заявителем является недействительным, поскольку на момент его заключения у ООО «А-Строй» отсутствовало право требования. 

Кроме того, судом принято во внимание и то, что аффилированное лицо длительный период времени не предъявляло требований о погашении задолженности, что также свидетельствует о мнимости сделки.

Ссылка подателя жалобы на несогласие с выводом суда о том, что договор является мнимой сделкой, так как он не только был заключен, но и фактически исполнен, судом апелляционной инстанции отклоняется за необоснованностью.

Стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановление Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25). При совершении мнимой сделки сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон, в связи с чем, учитывая указанные выше обстоятельства, установленные судом первой инстанций, очевидно указывающие на мнимость сделки, ссылки заявителя только на обстоятельства, которые формально указывают на исполнение сделки, явно недостаточно. 

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, об отсутствии оснований для удовлетворения заявления ФИО5

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

 При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь статьями 258, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 07.09.2020 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-34367/2019 оставить без изменений, а апелляционную жалобу ФИО5 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Председательствующий  

ФИО1

Судьи

ФИО2

ФИО3