ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№18АП-7173/2025

г. Челябинск

13 октября 2025 года

Дело № А76-37926/2024

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе судьи Корсаковой М.В. рассмотрел в порядке упрощенного производства без вызова сторон апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на решение Арбитражного суда Челябинской области от 11.08.2025 (резолютивная часть от 15.01.2025) по делу № А76-37926/2024.

Акционерное общество «Сеть Телевизионных Станций» (далее – истец, АО «СТС») обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик, ИП ФИО1) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав в сумме 110 000 руб.:

- 10 000 руб. - на товарный знак № 713288;

- 10 000 руб. - товарный знак № 720365;

- 10 000 руб. - товарный знак № 707375;

- 10 000 руб. - товарный знак № 709911; 

- 10 000 руб. - товарный знак №707374;

- 10 000 руб. - произведение изобразительного искусства - «Логотип Три Кота»;

- 10 000 руб. - произведение изобразительного искусства – «Изображение персонажа Папа (Котя)»;

- 10 000 руб. - произведение изобразительного искусства - «Изображение персонажа Мама (Кисуля)»;

- 10 000 руб. - произведение изобразительного искусства - «Изображение персонажа Коржик»;

- 10 000 руб. - произведение изобразительного искусства - «Изображение персонажа Компот»;

- 10 000 руб. - произведение изобразительного искусства - «Изображение персонажа Карамелька»;

а также расходов в размере стоимости вещественного доказательства – товара, приобретенного у ответчика, - 70 руб., почтовых расходов - 228 руб., расходов на получение выписки из ЕГРИП - 200 руб.

Дело рассмотрено судом первой инстанции в порядке упрощенного производства в соответствии со ст. 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 11.08.2025 (резолютивная часть от 15.01.2025) исковые требования удовлетворены: с ИП ФИО1 в пользу АО «СТС» взыскана компенсация в сумме 110 000 руб. за нарушение указанных исключительных прав, заявленные расходы, а также 10 500 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины; решено уничтожить вещественное доказательство – игрушку после вступления решения в законную силу.

 ИП ФИО1 в апелляционной жалобе  и дополнениях к ней просит решение суда отменить и прекратить производство по делу. В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает, что из представленного истцом кассового чека от 17.08.2024 нельзя установить купленный товар, наименование товара в нем не указано; в дубликате идентичного кассового чека, который хранится в личном кабинете оператора фискальных данных, получено ответчиком, указано, что данный чек на сумму 70 руб. выдан за покупку пакета с пластиковыми ручками 1 шт. за 40 руб., пакета двойного с ручками 2 шт. по 15 руб. Чек от 17.08.2024 и видеозапись процесса покупки не отображают обстановку и хронологию покупки. Таким образом, нарушение ответчиком исключительных прав истца не подтверждено. С момента покупки истцом товара до предъявления искового заявления прошло более четырех месяцев; для прекращения продажи контрафактного товара сразу после его покупки истец к ответчику не обратился. Ответчик является добросовестным участником рынка. Сумма компенсации многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков ввиду того, что стоимость товара составляет всего 70 руб. Ответчиком нарушение совершено впервые, а неправомерное использование объектов интеллектуальной собственности не является для него существенной частью его предпринимательской деятельности, не носит грубый характер, ответчику не было заведомо известно о контрафактности реализуемой им продукции. Кроме того, ответчик находится в тяжелом материальном положении, является пенсионером по возрасту. Истцом не представлены доказательства причинения ему значительных убытков. Ответчик узнал о судебном разбирательстве и решении суда в июне 2025 года, ввиду длительного отсутствия по месту регистрации, нахождения в другом городе не имел возможности получить заявления истца и судебные извещения, из-за чего не мог своевременно представить возражения относительно требований истца, в том числе заявить ходатайство об определении общего размера компенсации ниже минимального предела.

 АО «СТС» в отзыве на апелляционную жалобу просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения, указывает на законность и обоснованность сделанных судом выводов, несостоятельность доводов ответчика.

Лица, участвующие в деле, о принятии апелляционной жалобы к производству уведомлены надлежащим образом, в том числе публично путем размещения информации в сети Интернет.

В соответствии с ч. 1 ст. 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассмотрел апелляционную жалобу без вызова сторон по имеющимся в деле доказательствам. 

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, обществом «СТС» и обществом «Студия Метроном» (продюсером) заключен договор от 17.04.2015 № Д-СТС0312/2015, согласно которому истец поручил, а продюсер обязался осуществить производство аудиовизуального произведения - анимационного многосерийного фильма под названием «Три кота», соответствующего характеристикам, указанным в пункте 1.2 договора, и передать (произвести отчуждение) истцу исключительное право на фильм в полном объеме. Исключительное право на фильм в полном объеме включает исключительное право (в полном объеме) на каждый из фрагментов фильма, каждый из элементов фильма, а также на рабочие материалы, в том числе рисунки.

В целях исполнения данного договора между обществом «Студия Метроном» (заказчиком) и предпринимателем ФИО2 (исполнителем) заключен договор от 17.04.2015 № 17-04/2, на основании которого заказчик поручил, а исполнитель обязался оказать комплекс услуг по производству фильма, включая услуги художника-постановщика, а также передать (произвести отчуждение) заказчику исключительное право на результат интеллектуальной деятельности, а также на фильм в целом в полном объеме в пользу заказчика. Во исполнение указанного договора по актам приема-передачи от 25.04.2015 исполнитель сдал, а заказчик принял логотип, изображения персонажей анимационного фильма «Три кота», а также права на них согласно приложенному графическому и текстовому описанию, в том числе на изображения персонажей Компот, Коржик, Карамелька, Мама (Кисуля), Папа (Котя), а также Логотип Три Кота.

В последующем общество «Студия Метроном» в порядке исполнения заключенного с обществом «СТС» договора от 17.04.2015 № Д-СТС0312/2015 произвело отчуждение исключительных прав на вышеуказанные объекты интеллектуальной собственности ООО «СТС» согласно актам приема-передачи. 

ООО «СТС» также является обладателем исключительных прав на товарные знаки:

- № 713288 – товарный знак «Папа» , зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания 24.05.2019, дата приоритета 22.11.2018, срок действия исключительного права до 22.11.2028;

- № 720365 – товарный знак «Мама» , зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания 16.07.2019, дата приоритета 22.11.2018, срок действия исключительного права до 22.11.2028;

- № 707375 - товарный знак «Коржик» , зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания 09.04.2019, дата приоритета 19.07.2018, срок действия исключительного права до 19.07.2028;

- № 709911 - товарный знак «Компот» , зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания 24.04.2019, дата приоритета 19.07.2018, срок действия исключительного права до 19.07.2028; 

- № 707374 - товарный знак «Карамелька» , зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания 09.04.2019, дата приоритета 19.07.2018.

Перечень товаров и услуг по товарным знакам  – включая 16 класс МКТУ (бумага, картон и изделия из них, не относящиеся к другим классам), 28 класс МКТУ (игры, игрушки).

17.08.2024 в торговом павильоне по адресу: 

<

...> г, был установлен и задокументирован факт предложения к продаже и реализации от имени ИП ФИО1 товара – игрушки в упаковке, при этом сама игрушка и изображения, нанесенные на ней, сходны до степени смешения с указанными товарными знаками истца и являются воспроизведением (переработкой) указанных выше произведений изобразительного искусства,

в подтверждение чего представлены: 

- чек «Банковские оплаты» от 17.08.2024 № 4670 на сумму 70 руб., содержащий, в том числе, сведения о продавце: ИП ФИО1, ИНН 

<

***>, дате и времени операции (17.08.2024 15:29:30), месте расчетов: 

<

...> г, Магазин «Сказка-7»;

- диск с видеозаписью процесса приобретения товара;

- приобретенный товар и его фотография.

Полагая, что предпринимателем допущено нарушение исключительных прав истца, последний 30.09.2024 обратился к нему с претензией, содержащей требование об уплате компенсации, которая оставлена ответчиком без удовлетворения, что послужило основанием для обращения истца 01.11.2024 в арбитражный суд с иском о взыскании с ответчика компенсации. Размер компенсации определен истцом на основании подпункта 1 п. 4 ст. 1515 и подпункта 1 п. 1 ст. 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации – по 10 000 руб. за каждое допущенное нарушение.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что ответчиком нарушены соответствующие исключительные права истца, что является основанием для взыскания компенсации.

В соответствии со статьей 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

Статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. 

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если этим Кодексом не предусмотрено иное. 

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). 

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными этим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Гражданским кодексом Российской Федерации

Пунктом 1 ст. 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

В силу п. 1 ст. 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в п. 2 ст. 1484 Кодекса.

Пунктом 2 названной статьи предусмотрено, что исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 названной статьи).

В соответствии с пунктами 34, 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, незаконное использование товарного знака посредством реализации товара, имитирующего товарный знак, является нарушением исключительных прав на такой товарный знак. При выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

В силу п. 1 ст. 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации к объектам авторских прав относятся, в том числе произведения изобразительного искусства.

Авторские права распространяются как на обнародованные, так и на необнародованные произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, в том числе в письменной, устной форме (в виде публичного произнесения, публичного исполнения и иной подобной форме), в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме (п. 3 ст. 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Авторские права распространяются, в том числе, на часть произведения, его название, на персонаж произведения, если по своему характеру они могут быть признаны самостоятельным результатом творческого труда автора и отвечают требованиям, установленным п. 3 настоящей статьи (п. 7 ст. 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу п. 3 ст. 1228 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на результат интеллектуальной деятельности, созданный творческим трудом, первоначально возникает у его автора. Это право может быть передано автором другому лицу по договору, а также может перейти к другим лицам по иным основаниям, установленным законом.

Согласно п. 1 ст. 1234 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору об отчуждении исключительного права одна сторона (правообладатель) передает или обязуется передать принадлежащее ему исключительное право на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации в полном объеме другой стороне (приобретателю). 

Как следует из материалов дела, изображения персонажей аудиовизуального произведения – анимационного многосерийного фильма под названием «Три Кота» - «Мама (Кисуля)», «Папа (Котя)», «Коржик», «Карамелька» и «Компот», а также «Логотип Три Кота» созданы индивидуальным предпринимателем ФИО2 (исполнитель) на основании заключенного с ООО «Студия Метраном» (заказчик) договора от 17.04.2015 №17-04/2 об оказании комплекса услуг по производству фильма, предусматривающего отчуждение заказчику прав на результат деятельности исполнителя (пункт 1.1 договора). 

На основании договора заказа производства с условием отчуждения исключительного права от 17.04.2015 № ДСТС-0312/2015, заключенного между ООО «Студия Метраном» (продюсер) и АО «СТС», исключительные права на указанные изображения переданы АО «СТС». 

В силу положений п. 4 ст. 1234 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительные права на указанные произведения перешли к АО «СТС» в момент заключения договора от 17.04.2015 № ДСТС-0312/2015.

Исключительные права на спорные изображения переданы истцу именно как права на отдельные произведения изобразительного искусства – изображения (в соответствии с разделом договора от 17.04.2015 № ДСТС0312/2015 «Понятия и определения» - художественные образы, относящиеся к понятию «Элементы фильма», которые в силу пункта 1.1 этого договора представляют собой самостоятельные объекты передаваемых исключительных прав) логотипа и персонажей, а не на отдельные части единого аудиовизуального произведения – анимационного сериала, в связи с чем такие права подлежат самостоятельной защите.

Также истцу принадлежат исключительные права на товарные знаки по свидетельствам №№ 707374, 707375, 709911, 713288, 720365.

Таким образом, совокупность представленных истцом в материалы дела доказательств позволяет прийти к выводу о подтверждении возникновения исключительных прав истца на рассматриваемые товарные знаки и произведения изобразительного искусства. Доказательств утраты истцом этих исключительных прав материалы дела не содержат.

Именно нарушение исключительных прав на указанные товарные знаки и самостоятельные произведения изобразительного искусства послужило основанием для обращения истца в суд с рассматриваемым иском.

Так, в ходе проведенной закупки 17.08.2024 в торговой точке, в которой ответчик осуществляет предпринимательскую деятельность –торговом павильоне, распложенном по адресу: 

<

...> г, установлен факт предложения к продаже и продажи товара (игрушки), на котором имеются обозначения, сходные до степени смешения с указанными товарными знаками и представляющие собой переработку указанных изображений. Это обстоятельство подтверждено представленными в материалы дела доказательствами: чеком, видеозаписью покупки, а также самим товаром, приобщенным к материалам дела в качестве вещественного доказательства.

Адрес места приобретения товара зафиксирован на видеозаписи. Согласно информации, размещенной в уголке покупателя в торговой точке, реализацию товара осуществляет ИП ФИО1 Видеозапись фиксирует, что товар был размещен на прилавке, процесс его выбора и оплаты, передачи покупателю, выдачи чека из терминала оплаты. Соответствующие товар и чек идентичны представленным в материалы дела.

Доказательств, достоверно свидетельствующих о том, что выданный в подтверждение приобретения товара чек неотносим к деятельности по реализации товаров ИП ФИО1, учитывая наличие на нем соответствующих реквизитов ответчика, выдачи продавцом-кассиром в торговой точке ответчика, не представлено.

О фальсификации чека или видеозаписи в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не было заявлено.

Сходство спорного товара с товарными знаками истца до степени смешения, а также факт отнесения таких изображений к переработанным произведениям изобразительного искусства – изображениям персонажей и логотипа установлены судом путем сравнения изображений с указанными объектами интеллектуальной деятельности с точки зрения обычного потребителя.

Так как представленными доказательствами подтвержден факт реализации в торговой точке ответчика товара, содержащего нанесенные на него изображения, представляющие собой переработку указанных выше произведений изобразительного искусства, а также изображения, схожие до степени смешения с товарными знаками, и доказательств осуществления такой реализации с согласия правообладателя материалы дела не содержат, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика компенсации в пользу истца за нарушение его исключительных.

Доводы ответчика о том, что нарушение им исключительных прав истца не подтверждено, с учетом изложенного признаются апелляционным судом несостоятельными и отклоняются.

Ответственность за незаконное использование товарного знака установлена в п. 4 ст. 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации, в том числе в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

В силу подпункта 1 ст. 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях нарушения исключительного права на произведение, автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с п. 3 ст. 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации, в том числе в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

В соответствии с п. 3 ст. 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Как разъяснено в пунктах 59, 61, 62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. 

При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации. Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации. 

Заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы, подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере. 

Рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй п. 3 ст. 1252). По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования. Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить размер требуемой истцом компенсации.

При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Как указано в п. 64 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», положения абзаца третьего п. 3 ст. 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации о снижении размера компенсации подлежат применению в случаях, когда одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации (далее - при множественности нарушений), в частности, когда одним действием нарушены права на:

несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой: музыкальное произведение и его фонограмма; произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение; товарный знак и наименование места происхождения товара; товарный знак и промышленный образец;

несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, не связанных между собой (например, в случае продажи одним лицом товара с незаконно нанесенными на него разными товарными знаками или распространения материального носителя, в котором выражено несколько разных экземпляров произведений).

Указанное выше положение Гражданского кодекса Российской Федерации о снижении размера компенсации может быть применено также в случаях, когда имеют место несколько правонарушений, совершенных одним лицом в отношении одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации и составляющих единый процесс использования объекта (например, воспроизведение произведения и последующее его распространение).

Положения абзаца третьего п. 3 ст. 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются только при множественности нарушений и лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.

Суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства, учитывая характер нарушения исключительных прав истца, а также отсутствие со стороны ответчика доказательств чрезмерности заявленной суммы компенсации, обоснованно признал возможным взыскать с ответчика компенсацию за нарушение исключительных прав истца в общей сумме 110 000 руб. (из расчета 10 000 руб. за каждое нарушение).

Оснований для уменьшения размера указанной компенсации у апелляционного суда не имеется, ходатайство о снижении компенсации, об определении ее размера иным образом, о необходимости применения порядка снижения компенсации, указанного в абзаце третьем п. 3 ст. 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответчиком при рассмотрении дела в суде первой инстанции не заявлялось.

Компенсация была определена истцом в размере 10 000 руб. за незаконное использование каждого из заявленных объектов интеллектуальных прав (11 объектов х 10 000 руб.), то есть в минимальном размере. Суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, руководствуясь абзацем третьим п. 3 ст. 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации по своей инициативе, для этого необходимо заявление стороны с представлением доказательств в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о необходимости применения судом данной меры.

Учитывая, что сам по себе факт осуществления продажи контрафактного товара субъектом предпринимательской деятельности создает конкуренцию лицензионному товару, в том числе, с учетом более низкой цены в отсутствие каких-либо выплат в пользу правообладателя, снижается инвестиционная привлекательность интеллектуальной собственности истца для лицензиатов из-за широкого распространения контрафакта, суд первой инстанции правомерно удовлетворил исковые требования о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на 5 товарных знаков и 6 произведений изобразительного искусства в заявленном минимальном размере.

Удовлетворив исковые требования, суд первой инстанции также, руководствуясь ст. 101, 106, п. 2, 4, 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», обоснованно взыскал с ответчика в пользу истца расходы по уплате государственной пошлины, а также судебные издержки, связанные с рассмотрением дела арбитражным судом, как подтвержденные документально.

Изложенные в дополнении к апелляционной жалобе доводы о необходимости снижения размера компенсации апелляционным судом не рассматриваются, поскольку компенсация определена в минимальном размере, а ответчик, будучи надлежащим образом извещенным о судебном разбирательстве судом первой инстанции, при рассмотрении дела судом первой инстанции о необходимости снижении компенсации по каким-либо основаниям не заявил. 

Доводы ответчика о том, что он узнал о судебном разбирательстве и решении суда в июне 2025 года, ввиду длительного отсутствия по месту регистрации, нахождения в другом городе не имел возможности получить заявления истца и судебные извещения, из-за чего не мог своевременно представить возражения относительно требований истца, апелляционным судом не принимаются для целей рассмотрения его ходатайства о снижении заявленного размера компенсации, учитывая, что извещение ответчика о судебном разбирательстве со стороны суда первой инстанции было надлежащим. 

Согласно ч. 4 ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные извещения, адресованные гражданам, в том числе индивидуальным предпринимателям, направляются по месту их жительства. При этом место жительства индивидуального предпринимателя определяется на основании выписки из единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей.

Лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса извещаются арбитражным судом о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, о времени и месте судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия путем направления копии судебного акта в порядке, установленном настоящим кодексом, не позднее чем за пятнадцать дней до начала судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия, если иное не предусмотрено настоящим кодексом. Информация о принятии искового заявления к производству размещается арбитражным судом в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (ч. 1 ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд (п. 2 ч. 4 ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В данном случае копия определения о принятии искового заявления и возбуждении производства по делу была направлена ИП ФИО1 по адресу ее регистрации, что подтверждается имеющейся в материалах дела адресной справкой, выпиской из единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, ответчиком не опровергнуто.

В материалах дела имеется почтовый конверт с отметкой органа почтовой связи об истечении срока хранения заказной почтовой корреспонденции (л.д. 17). Из возвращенной корреспонденции, направленной судом первой инстанции ответчику, не усматривается, что органом почтовой связи был нарушен порядок вручения почтового отправления с разрядом «судебное».

В силу п. 1 ст. 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю. Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

Согласно разъяснению, данному в п. 67 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», извещение будет считаться доставленным адресату, если он не получил его по своей вине в связи с уклонением адресата от получения корреспонденции, в частности если оно было возвращено по истечении срока хранения в отделении связи. Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат.

Данная правовая позиция согласно п. 68 Постановления № 25 подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное.

Учитывая, что направленная по адресу регистрации ответчика корреспонденция возвращена в суд с отметкой «истек срок хранения», уведомление ответчика судом первой инстанции о судебном разбирательстве признается надлежащим применительно к п. 2 ч. 4 ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судом первой инстанции приняты меры к извещению ответчика о судебном разбирательстве в соответствии с требованиями Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ответчик считается надлежащим образом уведомленным о возбуждении производства по настоящему делу.

Из представленного ответчиком свидетельства о регистрации по месту пребывания следует, что ИП ФИО1 зарегистрирована по месту пребывания в г. Екатеринбурге задолго после вынесения 15.01.2025 решения по настоящему делу.

Судебная корреспонденция не была получена ответчиком по обстоятельствам, зависящим от него. В случае фактического проживания по иному адресу ответчик, действуя разумно и добросовестно, должен был организовать прием почтовой корреспонденции по адресу регистрации, оформить переадресацию (досылку) почтовых отправлений, а также  своевременно и надлежащим образом изменить свой адрес в публичных реестрах.

 С учетом изложенного суд апелляционной инстанции полагает, что выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела, представленным доказательствам и основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, в связи с чем оснований для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в силу ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 11.08.2025 (резолютивная часть от 15.01.2025) по делу № А76-37926/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Судья                                                                   М.В. Корсакова