ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

09.11.2023 года

Дело № А40-122791/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02.11.2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 09.11.2023 года.

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Савиной О.Н.,

судей: Коротковой Е.Н., Голобородько В.Я.,

при участии в заседании:

от ФИО1 – лично (паспорт)

от конкурсного управляющего ООО «МКС» - ФИО2 представитель (лично, паспорт) – участие онлайн

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу КривошееваОлега Николаевича, 

на определение Арбитражного суда города Москвы от 30.06.2023,на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 31.08.2023(№09АП-50608/2023),по заявлению конкурсного управляющего должника о привлечении БорисоваПавла Сергеевича и ФИО1 к субсидиарнойответственности по обязательствам должника,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «МКС», 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 22.02.2022 ООО «МКС» (далее – должник; ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2 (ИНН 

<

***>), о чем в газете «Коммерсантъ» от 05.02.2022 №21(7222) опубликовано сообщение.

В Арбитражный суд города Москвы 28.02.2023 поступило заявление конкурсного управляющего ООО «МКС» о привлечении ФИО4 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.06.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 31.08.2023, ФИО4 и ФИО1 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, приостановлено производство по заявлению в части определения размера ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с принятыми судебными актами,                                   ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции, в связи с нарушением норм материального и процессуального права, несоответствием выводов судов фактическим обстоятельствам дела. Полагает, что в обоснование доводов о его статусе как контролирующего должника лица не представлены достаточные доказательства, признанные недействительными в рамках настоящего дела сделки не могли привести к банкротству должника; полагает, что, напротив, его действиями были частично погашена кредиторская задолженность ООО «МКС».

В соответствии с абзацем 2 ч. 1 ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

В заседании суда округа ФИО1 поддержал доводы своей кассационной жалобы.

Конкурсный управляющий должника (принимал участие в судебном заседании онлайн), возражал на доводы кассационной жалобы, просил оставить судебные акты без изменения.

Надлежащим  образом извещенные о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание суда кассационной инстанции не направили, что, в силу ч. 3            ст. 284 АПК РФ, не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Заслушав представителей лиц, участвующих в судебном заседании, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений, проверив в порядке ст.ст. 286, 287, 288 АПК РФ законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 223 АПК РФ и ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), в т.ч. Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)».

Порядок и основания привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности установлены в главе III.2 Закона о банкротстве.

В силу п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно п. 2 ст. 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться: 1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в пп. 2 п. 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);                     4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве закреплено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в п. 1 ст. 53.1 ГК РФ.

Арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям (п. 5 ст. 61.10 Закона о банкротстве).

Как разъяснено в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (пп. 3 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в т.ч. принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Также предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

Приведенный перечень примеров не является исчерпывающим.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций и следует из материалов дела, согласно сведениям из ЕГРЮЛ, ФИО1 являлся генеральным директором ООО «АСС-Инжиниринг» в период с 01.12.2016 до30.12.2020. Также ФИО1 является 100 % участником ООО «АСС-Инжиниринг» с 26.05.2017 по настоящее время.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.08.2021 требования ООО «ПРОМСЕЛЬХОЗБАНК» в размере 29 796 542 руб. 74 коп. включены в реестр требований кредиторов должника ООО «МКС».

При этом судами первой и апелляционной инстанций установлено, что ООО «Промсельхозбанк» и  ФИО1 заключены сделки в обеспечение обязательств должника перед Банком: 1) договор поручительства от 07.08.2020 №1, согласно которому поручитель (ФИО1) обязуется отвечать перед     банком по обязательствам ООО «МКС» на общую сумму 54 675 000 руб.;                              2) дополнительное соглашение от 09.10.2020 к договору поручительства  от07.08.2020 № 1, согласно которому стороны фиксируют сроки и размер оплатызадолженности ООО «МКС» перед ООО «Промсельхозбанк».; 3) договор поручительства от 16.01.2020 № 2К-Ю/2020-П2, согласно которому поручитель (ФИО1) обязуется отвечать перед банком по обязательствам ООО«МКС» на общую сумму 5 500 000 руб.; 4) договор поручительства от 10.04.2020              № 32К-Ю/2020-П1, согласно которому поручитель (ФИО1) обязуется отвечать перед банком по обязательствам ООО «МКС» на общую сумму 30 000 000 руб.; 5) договор поручительства от 27.12.2019 № 141К-Ю/2019-П2, согласно которому поручитель (ФИО1) обязуется отвечать перед банком по обязательствам ООО «МКС» на общую сумму 6 900 000 руб.; 6) договор поручительства от 09.07.2020 № 101К-Ю/2019-П1, согласно которомупоручитель (ФИО1) обязуется отвечать перед банком по обязательствам ООО «МКС» на общую сумму 5 500 000 руб. 7) договор поручительства от 09.07.2020 № 123К-Ю/2019-П1, согласно которому поручитель (ФИО1) обязуется отвечать перед банком по обязательствам ООО «МКС» на общую сумму 3 900 000 руб.; 8) договор поручительства от 26.12.2019 № 140К-Ю/2019-П2, согласно которому поручитель (ФИО1) обязуется отвечать перед банком по обязательствам ООО «МКС» на общую сумму 7 000 000 руб.; 9) между ООО «Промсельхозбанк», ООО «МКС», ФИО1 («Залогодатель»/«Поручитель») и ФИО5 («Залогодатель-2») 07.08.2020 заключено соглашение о реструктуризации задолженности, согласно п. 1.4. которого заемщик обязуется обеспечить погашение задолженности в полном объеме в срок до 26.12.2022 года включительно.

Таким образом, ФИО1, совместно со своей супругойФИО5 безвозмездно поручились за ООО «МКС» своим имуществом (жилой дом, квартира, земля, баня). Между ФИО1 и ООО «Промсельхозбанк» заключены 9 соглашений на общую сумму 113 475 000 руб. При этом ФИО1 и его супруга поручились за ООО «МКС» своимнедвижимым имуществом.

Указанные обстоятельства установлены вступившим в законную силу судебным актом (определением Арбитражного суда города Москвы от 27.08.2021), а также не оспариваются ответчиком. При этом, ФИО1 указывает на финансирование должника, что подтверждает его статус контролирующего лица.

В соответствии с п. 2 ст. 69 АПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела.

В п. 22 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах связанных с рассмотрением дел о банкротстве», разъяснено, что арбитражный суд при рассмотрении требования кредитора, основанного на решении суда, вступившего в законную силу, не проверяет вновь установленные вступившим в законную силу решением суда обстоятельства при предъявлении кредитором денежных требований к должнику.

Как обоснованно отметили суды, сложившиеся отношения поручительства по обязательствам должника перед Банком явным образом свидетельствует о недоступных обычным (независимым) участникам рынка отношениях между ФИО6 и должником (ООО «МКС»).

Согласно правовой позиции, отраженной в Определннии Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 по делу №306-ЭС16-20056 (6), доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

При изложенных обстоятельствах, суды пришли к правомерному выводу о том, что ООО «МКС» и ООО «АСС-Инжиниринг» входят в одну группу лиц, подконтрольную ФИО1, следовательно, материалами дела подтверждается статус ответчика как контролирующего должника лица.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (ст. 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, т.е. те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

В п. 17 названного Постановления разъяснено, что, в силу прямого указания пп. 2 п. 12 ст. 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

В п. 19 Постановления № 53 разъяснено, что, при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Из содержания п. 23 № 53 разъяснено, что согласно пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (ст. 78 Закона об акционерных обществах, ст. 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций, определением Арбитражного суда города Москвы от 26.09.2022 признаны недействительными сделки ООО «МКС» по перечислению денежных средств в пользу ООО «АСС-Инжиниринг» на общую сумму 24 774 000 руб. 

Как указал конкурсный управляющий должника, из состава имущества должника в пользу аффилированного с должником юридического лица - ООО «АСС-Инжиниринг» (под руководством ФИО1) выведены денежные средства, составляющие 84 % от реестра требований кредиторов, при этом, требования конкурсных кредиторов на общую сумму 32 712 353 руб. 08 коп. не удовлетворены, в связи с отсутствием имущества в конкурсной массе.

Таким образом, как правомерно указано судами, действия повлекли невозможность должника погасить обязательства перед кредиторами, привели к банкротству должника.

В соответствии с частями 1 - 4, 7 ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, руководствуясь положениями статей 19, 32, 61.10-61.61.19 Закона о банкротстве, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, с чем соглашается судебная коллегия суда кассационной инстанции.

При этом, довод ФИО1 о том, что в рамках иного обособленного спора в деле о банкротстве ООО «АСС-Инжиниринг» он не был привлечен к субсидиарной ответственности, не имеет правового значения, поскольку в настоящем обособленном споре установлены иные фактические обстоятельства.

Иные доводы ответчика являлись предметом рассмотрения судов и им дана надлежащая правовая оценка.

Доводы кассационной жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных ст. 287 АПК РФ, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу ч. 4 ст. 288 АПК РФ, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено. 

При таких обстоятельствах судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы ФИО1 и отмены обжалуемых судебных актов.

Руководствуясь ст.ст. 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 30.06.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 31.08.2023 по делу № А40-122791/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                 О.Н. Савина 

Судьи:                                                                                             Е.Н. Короткова       

                                                                                                          В.Я. Голобородько