ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-3565/2018

г. Вологда

31 января 2023 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 25 января 2023 года.

В полном объёме постановление изготовлено 31 января 2023 года.

 

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Кузнецова К.А., судей Селецкой С.В. и Шумиловой Л.Ф., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии от ФИО2 представителя ФИО3 по доверенности от 29.06.2022, от общества с ограниченной ответственностью «Акватон» ФИО4 по доверенности от 23.09.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 07 ноября 2022 года по делу № А13-3565/2018, 

 

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО5                      (ранее имела фамилию ФИО6) обратилась 14.03.2018 в суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Амазон» (адрес 160011, 

<

...>; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; далее – ООО «Амазон», Должник).

Определением суда от 15.03.2018 заявление принято к производству, возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Амазон».

Определением суда от 18.04.2018 в отношении ООО «Амазон» введена процедура банкротства – наблюдение, его временным управляющим утвержден ФИО7; сообщение об этом опубликовано в издании «Коммерсантъ» от 05.05.2018 № 77.

Решением суда от 15.11.2018 ООО «Амазон» признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности его конкурсного управляющего утвержден ФИО7

Определением суда от 02.09.2019 кредитор ФИО5, требование которой включено в третью очередь реестра требований кредиторов Должника, заменена на ФИО8.

Определением суда от 26.08.2020 конкурсным управляющим Должника утвержден ФИО9.

Конкурсный управляющий  обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Амазон» в размере 35 358 755 руб.

Определением суда от 04.08.2020, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.11.2020, в удовлетворении заявления отказано.

Данные судебные акты отменены постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 19.02.2021, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В настоящем обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, участвуют ФИО8, общество с ограниченной ответственностью «Акватон» (далее – ООО «Акватон»), общество с ограниченной ответственностью «Водтех», общество с ограниченной ответственностью «Компания «Стандарт Экология».

При новом рассмотрении дела определением суда от 07.11.2022 заявление удовлетворено, суд признал доказанным наличие оснований, предусмотренных абзацем третьим пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127?ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Амазон»; приостановил производство по заявлению исполняющего обязанности конкурсного управляющего ООО «Амазон» ФИО7 к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Амазон», до вступления в законную силу окончательного судебного акта по делу № А13-3565/2018, принятого по результатам рассмотрения обособленного спора по заявлению Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Вологодской области к ООО «Амазон», ООО «Акватон», ФИО8 о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности.

ФИО2 с этим определением суда не согласился, обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит его отменить. 

В обоснование своей позиции ссылается на то, что действия по приобретению товара у ООО «Сегмент», ООО «Сортэкс», ООО «ТехноСтрой» соответствуют закону. Документы на данные сделки у Должника имеются, в его бухгалтерской отчетности отражены в полном объеме. 

Факт того, что Должником полностью поставлен на бухгалтерский учет товар, приобретенный у ООО «Сегмент», ООО «Сортэкс», ООО «Техно-строй», подтвержден материалами дела. 

Должник реализовал полученный и оплаченный им товар с целью получения прибыли. Признаков недобросовестного поведения ФИО2 как директора Должника не имеется. Все проданные изделия и товары полностью оплачены покупателями, Должник получил прибыль, которую мог распределить на погашение задолженности. 

Кроме того, экспертизой подтвержден факт хранения товара с аналогичным наименованием у Должника. Экспертом также сделан вывод о том, что практика частичной оплаты за товар являлась для Должника обычной хозяйственной деятельностью, поэтому вред иным контрагентам не причинялся. 

ФИО2 не согласен с выводами о том, что реализация товара не принесла Должнику прибыль. Товар, полученный от указанных юридических лиц, реализован с прибылью. Признаков формального отражения сделок в отчетности не установлено.

Также ФИО2 указывает на то, что факт наступления признаков объективного банкротства Должника экспертом достоверно не установлен, резерв по сомнительным долгам Должником формировался ежеквартально, то есть с большей частотой его обновления, что свидетельствовало о добросовестности руководителя Должника при работе с дебиторской задолженностью. 

Экспертом также сделан вывод о невозможности установления даты возникновения у Должника признаков неспособности удовлетворить в полном объеме требования кредиторов. 

Доказательств, подтверждающих неплатежеспособность Должника в рассматриваемом периоде, не представлено. Действия ФИО2 не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов. Банкротство Должника обусловлено исключительно внешними факторами.

Таким образом, не имеется признаков и оснований для привлечения ФИО2 как директора Должника к субсидиарной ответственности. 

В судебном заседании представитель ФИО2 апелляционную жалобу поддержал по изложенным в ней основаниям.

В судебном заседании представитель ООО «Акватон» не возразил против удовлетворения апелляционной жалобы.

Остальные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Выслушав представителей ФИО2 и ООО «Акватон», исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность судебного акта, апелляционный суд отказывает в удовлетворении апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО2 с 24.04.2014 по 14.10.2018 являлся учредителем Должника и его директором.

Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 11 по Вологодской области (далее – Инспекция) по результатам выездной налоговой проверки Должника за период с 01.01.2014 по 31.12.2015 составила акт от 24.11.2017 № 2-21/14 и приняла решение от 29.12.2017 № 12-21/14 о привлечении Должника к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Решением Арбитражного суда Вологодской области от 25.03.2019 по делу № А13-6636/2018, оставленным без изменений постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.06.2019, указанное решение Инспекции от 29.12.2017 № 12-21/14 признано недействительным в части доначисления Должнику 21 772 883 руб. 49 коп. налога на добавленную стоимость (далее – НДС), начисления 7 119 788 руб. 27 коп. пеней и 3 906 915 руб. штрафа. В удовлетворении заявления остальной части отказано.

Данные судебные акты постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 27.09.2019 отменены в части признания недействительным решения Инспекции о доначислении 21 772 883 руб. 49 коп. НДС, начислении 7 119 788 руб. 27 коп. пеней и привлечении к ответственности в виде взыскания штрафа в сумме 3 906 915 руб. В удовлетворении заявленных Должником требований в этой части отказано. В остальной части обжалуемые судебные акты оставлены без изменения.

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, исполняющий обязанности конкурсного управляющего указал на то, что в результате проведения налоговой проверки и начисления соответствующих санкций Должник утратил возможность осуществлять хозяйственную деятельность и ФИО2, как контролирующее должника лицо в период совершения налоговых правонарушений, должен нести субсидиарную ответственность.

Суд первой инстанции правомерно признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника.

Согласно статье 223 АПК РФ и пункту 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона № 266-ФЗ этот Закон вступает в силу со дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых данной статьей установлен иной срок вступления их в силу.

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее – ГК РФ) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266?ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

В рассматриваемом случае заявление о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности направлено в суд 27.12.2019, то есть после 01.07.2017, поэтому процессуальные нормы о порядке его рассмотрения подлежат применению в редакции Закона № 266-ФЗ.

Наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника заявитель (конкурсный управляющий Должника) связывает с совершением налогового правонарушения в 2014-2015 годах, за которое Должник привлечен к налоговой ответственности (Должнику доначислено 21 772 883 руб. 49 коп. НДС, 7 119 788 руб. 27 коп. пеней и 3 906 915 руб. штрафа).

В обоснование требования о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсный управляющий сослался на положения статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности за причинения вреда, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

В рассматриваемом случае, поскольку обстоятельства, указанные заявителем в качестве оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, имели место до 01.07.2017, то применению подлежат материальные нормы Закона о банкротстве в редакции Федеральных законов от 28.04.2009 № 73-ФЗ, от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

Предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона о банкротстве основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим (в том числе это относится к разъяснениям норм материального права, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53). Указанный подход отражен в пункте 12 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020), утвержденного 23.12.2020.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), если должник признан банкротом вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное предполагается, что должник признан банкротом вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из перечисленных в этой норме обстоятельств, в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан банкротом, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника банкротом отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 16 Постановления № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

В пункте 17 Постановления № 53 разъяснено, что контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем. Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

Согласно пункту 20 Постановления № 53 независимо от того, как именно заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статьи 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование, и при недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В рассматриваемом случае в обоснование заявленных требований конкурсный управляющий Должника указывает на совершение налогового правонарушения в 2014-2015 годах, за которое ООО «Амазон» привлечен к налоговой ответственности. 

ФИО2 являлся участником ООО «Амазон» с 24.04.2014, а также его директором с 24.04.2014 по 14.10.2018. Поэтому он является контролирующим Должника лицом.

В апелляционной жалобе ФИО2 ссылается на то, что все действия по приобретению им товара у ООО «Сегмент», ООО «Сортэкс», ООО «ТехноСтрой» соответствуют закону.

Эти доводы являются необоснованными.

В результате проведения проверки Инспекцией принято решение от 29.12.2017 № 12-21/14 о привлечении Должника к ответственности за совершение налогового правонарушения в виде штрафа в размере 3 956 833 руб. Этим решением Должнику доначислен НДС и налог на доходы физических лиц в общей сумме 21 772 883 руб. 49 коп., пени в размере 7 131 526 руб. 86 коп.

Как указано выше, решением Арбитражного суда Вологодской области от 25.03.2019 по делу № А13-6636/2018, оставленным без изменений постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.06.2019 указанное решение Инспекции от 29.12.2017 № 12-21/14 признано недействительным в части доначисления 21 772 883 руб. 49 коп. НДС, 7 119 788 руб. 27 коп. пеней и 3 906 915 руб. штрафа. В удовлетворении заявления в остальной части отказано.

Данные судебные акты постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 27.09.2019 отменены в части признания недействительным решения Инспекции о доначислении 21 772 883 руб. 49 коп. НДС, начислении 7 119 788 руб. 27 коп. пеней и привлечении к ответственности в виде взыскания штрафа в сумме 3 906 915 руб. В удовлетворении заявленных Должником требований в этой части отказано. В остальной части обжалуемые судебные акты оставлены без изменения.

Как следует из названных решения Инспекции от 29.12.2017 № 12-21/14 и судебных актов, основанием для привлечения Должника к налоговой ответственности послужил вывод о неправомерном предъявлении Должником к вычету из бюджета НДС по счетам-фактурам, оформленным ООО «Сегмент», ООО «Сортэкс», ООО «Техно-Строй». 

Так, первичные документы, представленные в обоснование права на данный налоговый вычет, содержат недостоверные сведения о хозяйственных операциях и не подтверждают реальность поставки товара заявленными в них лицами. При этом Инспекция сослалась на установленные в ходе проверки обстоятельства, свидетельствующие о номинальном характере деятельности названных контрагентов Должника, об отсутствии у них реальной возможности исполнения обязательств по спорным сделкам.

Признавая названное решение Инспекции законным, Арбитражный суд Северо-Западного округа в постановлении от 27.09.2020 по делу № А13?6636/2018 указал на то, что установленные Инспекцией обстоятельства подтверждают, что заявленные Должником названные выше его контрагенты (ООО «Сегмент», ООО «Сортэкс», ООО «Техно-Строй») обладают признаками фиктивных юридических лиц, возглавляются номинальными руководителями, а имеющиеся в материалах дела доказательства в совокупности и взаимной связи свидетельствуют о номинальном характере хозяйственных операций. Должник не представил доказательства, опровергающие утверждение Инспекции об отсутствии у контрагентов необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности, равно как и доказательства действительной поставки ими товара Должнику.

Таким образом, названным судебным актом дана правовая оценка действиям ООО «Сегмент», ООО «Сортэкс», ООО «Техно-Строй» и Должника по поставке товара. Установлены обстоятельства отсутствия возможности у ООО «Сегмент», ООО «Сортэкс», ООО «Техно-Строй» осуществить поставку товара Должнику по причине отсутствия у них как финансовых и технических, так и трудовых ресурсов.

Судебный акт по делу № А13-6636/2018 имеет для настоящего дела преюдициальное значение согласно статье 69 АПК РФ.

Ссылки ФИО2 на проведенную по делу экспертизу являются необоснованными, так как на разрешение этой экспертизы не ставился вопрос о наличии у названных контрагентов (ООО «Сегмент», ООО «Сортэкс», ООО «Техно-Строй») реальной возможности поставить товар Должнику.

 Отсутствие у них такой возможности и фиктивность оформленных документов по этой поставке установлены судом по делу № А13-6636/2018.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о доказанности недобросовестности действий Должника и ООО «Сегмент», ООО «Сортэкс», ООО «Техно-Строй», сговора этих лиц с целью вывода денежных средств и уклонения от исполнения публичной обязанности по уплате налога. Установленные налоговой проверкой и судебными актами по названному выше делу № А13-6636/2018 обстоятельства свидетельствуют о мнимом характере сделок по поставке товара между данными лицами с незаконной целью получения необоснованной налоговой выгоды.

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

На основании изложенного являются необоснованными доводы апелляционной жалобы ФИО2 о том, что сделки по приобретению Должником товара у ООО «Сегмент», ООО «Сортэкс», ООО «ТехноСтрой» соответствуют закону и являются действительными. Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 27.09.2020 по делу № А13?6636/2018 установлена мнимость (ничтожность) этих сделок.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве вред, причиненный имущественным правам кредиторов, – это уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации – десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Доводы апелляционной жалобы ФИО2, что факт наступления признаков объективного банкротства Должника не установлен и он добросовестно действовал при работе с дебиторской задолженностью Должника, доказательств, подтверждающих неплатежеспособность Должника в рассматриваемом периоде, не представлено, являются необоснованными.

С целью установления даты возникновения у Должника признаков банкротства, судом первой инстанции назначена и проведена судебная финансовая экспертиза. Согласно заключению этой экспертизы (заключение федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Вологодский государственный университет» от 16.06.2022) в связи с применением руководством Должника с момента государственной регистрации практики формирования резервов по сомнительным долгам, определить реальную величину дебиторской задолженности, а также реальную стоимость активов Должника по состоянию на конец каждого финансового года невозможно. Следовательно, не представляется возможным установить дату возникновения у Должника признаков неспособности удовлетворить в полном объеме требования кредиторов. Анализ финансового состояния Должника в динамике не даст достоверного представления о его реальном финансовом состоянии.

Данное заключение эксперта не является единственным доказательством по делу, не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и должно оцениваться в совокупности с другими материалами дела.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве (в редакции, подлежащей применению к спорным отношениям) неплатежеспособность – это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Из указанного выше решения Инспекции от 29.12.2017 № 12-21/14 следует, что установлена недоимка по уплате Должником НДС за 2, 3, 4 кварталы 2014 года, 1, 2 кварталы 2015 года.

Определением Арбитражного суда Вологодской области от 23.12.2019 признано обоснованным и включено требование Инспекции, вытекающее из решения от 29.12.2017 № 12-21/14, в размере 33 824 083 руб. 31 коп., в том числе 21 772 883 руб. 49 коп. основного долга, 8 144 284 руб. 82 коп. пени, 3 906 915 руб. штрафа, в третью очередь реестра требований кредиторов Должника.

Следовательно, Должником не погашена задолженность по уплате обязательных платежей, взысканных названным решением Инспекции от 29.12.2017 № 12-21/14, в том числе и за 2 квартал 2014 года.

Согласно статье 174 Налогового кодекса Российской Федерации срок уплаты НДС за 2-й квартал 2014 года – не позднее 21.07.2014. По истечении этого срока, то есть с 22.07.2014, Должник стал отвечать признаку неплатежеспособности в связи с прекращением исполнения им части обязанностей по уплате обязательных платежей.

На основании изложенного материалами дела установлен факт наступления признаков объективного банкротства Должника.

В апелляционной жалобе ФИО2 ссылается на то, что его действия являлись добросовестными и не выходили за пределы обычного делового риска, не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов, а банкротство Должника обусловлено исключительно внешними факторами.

Эти доводы являются необоснованными.

Незаконность, мнимость сделок Должника с ООО «Сегмент», ООО «Сортэкс», ООО «Техно-Строй» установлена указанными выше доказательствами, в том числе приведенными судебными актами, имеющими преюдициальное значение для настоящего дела.

ФИО2, являясь директором Должника в период указанных выше незаконных отношений с ООО «Сегмент», ООО «Сортэкс», ООО «Техно-Строй», должен был знать и знал о незаконности и недобросовестности действий, направленных на вывод денежных средств Должника с незаконной целью уклонения от уплаты налогов, он желал наступления этих последствий и предпринимал к их достижению активные действия, реализуя свой незаконный умысел.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что в результате совершения ФИО2 от имени Должника как его директором мнимых сделок по фиктивной поставке товара от названных контрагентов ООО «Сегмент», ООО «Сортэкс», ООО «Техно-Строй» был причинен вред имущественным правам кредиторов Должника, выраженный в виде уменьшения размера имущества (денежных средств) Должника и увеличении размера имущественных требований к Должнику. Данный вред был причинен в результате целенаправленных незаконных действий ФИО2 с его прямым умыслом.

Допустимых и достоверных доказательств обратного не представлено.

В апелляционной жалобе ФИО2 ссылается на надлежащее оформление рассматриваемых сделок с указанными выше лицами (ООО «Сегмент», ООО «Сортэкс», ООО «Техно-строй») и их надлежащее бухгалтерское отражение. Также он указывает на то, что все товарно-материальные ценности, поступившие от указанных лиц, были списаны с баланса Должника в течение 2014 и 2015 годов: часть для использования в качестве комплектующих в составе готовой продукции собственного производства Должника, другая часть – продана покупателям как самостоятельный товар, что отражено в бухгалтерском учете Должника. Товар, полученный от указанных юридических лиц, был реализован Должником с прибылью. Признаков формального отражения сделок в отчетности не имеется.

Вместе с тем указанные обстоятельства не свидетельствуют о реальности сделок по поставке в пользу Должника товара от названных контрагентов (ООО «Сегмент», ООО «Сортэкс», ООО «Техно-строй»).

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно пункту 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальные правовые последствия. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Аналогичные выводы изложены в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411.

Как указано выше, налоговой проверкой Должника и судебными актами по названному выше делу № А13-6636/2018 установлена незаконность и недобросовестность действий Должника и ООО «Сегмент», ООО «Сортэкс», ООО «Техно-Строй», сговор этих лиц с целью вывода денежных средств и уклонения от уплаты налогов. Установлена мнимость сделок по поставке товара между данными лицами с этой незаконной целью.

В этой связи указанное ФИО2 формально правильное оформление рассматриваемых сделок с указанными лицами и их правильное бухгалтерское отражение осуществлено и служит достижению незаконной цели уклонения от уплаты налогов, охватывается общим незаконным умыслом ФИО2 по достижению общественно-опасного результата.

Данный умысел, как установлено судебными актами по названному делу № А13-6636/2018, был разработан и реализован группой лиц (Должником в лице ФИО2, а также ООО «Сегмент», ООО «Сортэкс», ООО «Техно-Строй»). В результате данных незаконных действий группы лиц по предварительному сговору Должник уклонился от уплаты налогов в сумме 21 772 883 руб. 49 коп. НДС, то есть в крупном размере.

Следовательно, формально правильное выполненное ФИО2 отражение в бухгалтерском учете Должника сделок по поставке товара от названных контрагентов, не свидетельствует о реальности этих сделок и о фактическом существовании правоотношений между должником и этими контрагентами.

Данные обстоятельства также подтверждают недостоверность суммы прибыли Должника от реализации товаров, полученных от названных его контрагентов.

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии в рассматриваемом случае предусмотренного пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве основания привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по тому основанию, что вследствие его действий как контролирующего Должника лица Должник признан несостоятельным (банкротом).

В соответствии с пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. 

Размер субсидиарной ответственности устанавливается в соответствии с нормами Закона о банкротстве, является дополнительной ответственностью и не может превышать размер убытков, причиненных должнику и его кредиторам.

Суд первой инстанции с целью правильного определения размера субсидиарной ответственности ФИО2 обоснованно приостановил производство по обособленному спору согласно пункту 1 части 1 статьи 143, пункту 1 статьи 145 АПК РФ, пункту 5 статьи 10, пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве.

Так, определением суда от 02.09.2022 по настоящему делу признаны недействительными сделки по поставке обществом с ограниченной ответственностью «Техно-Строй» товара в пользу Должника (ООО «Амазон»), оформленные товарными накладными от 03.02.2015 № 15, от 05.02.2015 № 16, от 10.02.2015 № 18, от 12.02.2015 № 22, от 16.02.2015 № 24, от 18.02.2015 № 28, от 24.02.2015 № 32; в порядке применения последствий недействительности сделки признано отсутствующим право требования ФИО8 к Должнику (ООО «Амазон») по названным товарным накладным. Признано недействительным соглашение о зачете встречных однородных требований от 28.08.2017, заключенное Должником и ФИО8; в порядке применения последствий недействительности сделки восстановлено право требования ООО «Амазон» к ФИО8 на сумму 3 100 000 руб.

В связи с этим суд первой инстанции правомерно приостановил производство по заявлению.

На основании изложенного суд первой инстанции правомерно признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Амазон». Выводы суда соответствуют материалам дела, нормы права применены судом правильно, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены определения суда не имеется.

Суд апелляционной инстанции констатирует, что аргументы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не проверены и учтены арбитражным судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Иное толкование апеллянтом положений законодательства о банкротстве, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права.

Других убедительных доводов, основанных на доказательственной базе, позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, в апелляционной жалобе не содержится.

Судом первой инстанции полно и всесторонне исследованы обстоятельства дела, нарушений или неправильного применения норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены определения суда апелляционная коллегия не усматривает.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Вологодской области от 07 ноября 2022 года по делу № А13-3565/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2  – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

К.А. Кузнецов

 

Судьи

С.В. Селецкая

 

Л.Ф. Шумилова