Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А33-23387/2019

06 июля 2023 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 04 июля 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 06 июля 2023 года.

 

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Парской Н.Н.,

судей: Бронниковой И.А., Первушиной М.А.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием систем видеоконференц-связи помощником судьи Талземе Л.И.,

с исполнением судебного поручения в осуществляющем видеоконференц-связь Арбитражном суде Красноярского края судьей Даниловой Д.А., при ведении протокола совершения отдельного процессуального действия секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи в помещении Арбитражного суда Красноярского края ФИО2 и представителя ФИО3 ФИО4 (доверенность от 27.05.2022),

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО3 на постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 07 апреля 2023 года по делу № А33-23387/2019 Арбитражного суда Красноярского края,

установил:

решением Арбитражного суда Красноярского края от 10 июня 2021 года ФИО5 (ИНН 

<

***>, далее – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО6 (далее – финансовый управляющий).

ФИО7 (далее – ФИО7, заявитель) 16.09.2020 обратилась в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 1 437 219 рублей 38 копеек, из которых: 427 317 рублей 30 копеек алиментов, 854 747 рублей 19 копеек основного долга, 84 979 рублей 20 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами, 70 175 рублей 69 копеек неустойки.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 22 сентября 2022 года требование ФИО3 включено в реестр требований кредиторов должника в размере: в первую очередь – 427 317 рублей 30 копеек основного долга, в третью очередь – 64 342 рубля 65 копеек неустойки, подлежащей отдельному учету в реестре. В удовлетворении остальной части требования в отношении неустойки отказано.

Требование в сумме 854 747 рублей 19 копеек основного долга, 84 979 рублей 20 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами выделено в отдельное производство.

Финансовый управляющий должника 14.02.2022 обратился в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о признании недействительной сделкой соглашения о достойном ежемесячном материальном содержании и проживании от 17.04.2006, заключенное между ФИО3 и должником.

Споры по выделенному в отдельное производство заявлению о включении в реестр требований должника и о признании сделки недействительной объединены в одно производство.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 08 декабря 2022 года требование ФИО3 включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 767 291 рубля основного долга, 163 740 рублей 48 копеек штрафных санкций, подлежащих отдельному учету в реестре. В удовлетворении остальной части требования ФИО3 отказано. В удовлетворении заявления финансового управляющего о признании сделки недействительной отказано.

Постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 07 апреля 2023 года определение Арбитражного суда Красноярского края от 08 декабря 2022 года отменено в части отказа в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании сделки недействительной. В указанной части вопрос разрешен по существу. Соглашение о достойном ежемесячном материальном содержании и проживании от 17.04.2006 признано недействительной сделкой. В остальной части определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с постановлением апелляционного суда от 07 апреля 2023 года, ФИО7 обратилась в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просит его отменить, апелляционные жалобы оставить без удовлетворения, определение арбитражного суда от 08 декабря 2022 года – без изменения.

Заявитель считает, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что стороны спорной сделки при ее совершении действовали злонамеренно, с целью причинения вреда кредиторам должника, указывает, что на момент ее совершения, стороны даже не могли знать о самой возможности банкротства.

Заявитель полагает несостоятельным вывод апелляционного суда об отсутствии у должника возможности исполнять обязательства по спорному соглашению, считает, что реальный уровень финансового состояния должника на момент заключения соглашения не установлен. По мнению заявителя, апелляционный суд, указывая на отсутствие доказательств исполнения соглашения со стороны должника и доказательств расходования ФИО7 денежных средств, не учел, что стороны являются физическими лицами, что отсутствует разумность хранения документов с 2006 года.

Заявитель полагает неверной квалификацию апелляционным судом соглашения, как договора дарения.

По мнению заявителя, апелляционный суд ошибочно возложил на стороны сделки бремя доказывания реальности правоотношений, поскольку применительно к оспариванию сделок по статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, презюмируется добросовестность участников гражданских правоотношений.

Заявитель считает, что апелляционный суд, указывая на отсутствие доказательств составления соглашения в дату, которой оно датировано, вышел за рамки рассмотрения и нарушил процессуальные нормы права, поскольку фактически рассмотрел вопрос о фальсификации доказательств.

Кроме того, заявитель полагает, что пропущен срок исковой давности для оспаривания сделки, а также считает, что финансовый управляющий, ссылаясь на общие нормы, фактически обосновал свое заявление специальными основаниями, установленными статьями 61.2, 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

В суд округа 28.06.2023 от ФИО7 поступило ходатайство о приобщении к материалам дела акта утилизации от 11.10.2021. Указанное ходатайство не подлежит удовлетворению, представленные документы судом округа к материалам дела не приобщаются с учетом положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснений, приведенных в пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», в силу которых суд кассационной инстанции не имеет полномочий принимать и исследовать доказательства по существу спора. Поскольку указанный документ представлен в суд в электронном виде через систему «Мой Арбитр», фактический его возврат на бумажном носителе не производится.

В отзывах на кассационную жалобу финансовый управляющий и ФИО2 выразили несогласие с содержащимися в ней доводами, просили оставить постановление апелляционного суда без изменения.

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, предусмотренном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Заинтересованные в рассмотрении кассационной жалобы участвующие в деле лица о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определение о принятии кассационной жалобы к производству и назначении судебного заседания выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» – kad.arbitr.ru).

Участвующие в судебном заседании представитель заявителя поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, а кредитор должника ФИО2 возражал доводам кассационной жалобы по основаниям, изложенным в своем отзыве, а также выразил согласие с юридической составляющей, изложенной в отзыве финансового управляющего должника на кассационную жалобу, просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Проверив в пределах, установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения апелляционным судом норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов суда установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, вступившим в законную силу решением Емельяновского районного суда Красноярского края от 11 декабря 2018 года по делу № 2-315/2018, по соглашению о достойном ежемесячном материальном содержании и проживании от 17.04.2006, заключенному между должником и ФИО3, с должника в пользу ФИО3 взысканы денежные средства в общем размере 854 747 рублей 19 копеек, из которых: 750 000 рублей задолженности, образованной за период с 01.04.2017 по 30.06.2018.

По условиям данного соглашения должник (плательщик) ежемесячно обязан выплачивать ФИО3 (получатель) не менее 15 процентов своего дохода, но не менее 50 000 рублей за каждый неоплаченный месяц. Срок действия соглашения – 15 лет. В случае неоплаты ФИО3 имеет право признать за собой 1/2 доли в праве собственности на недвижимое и движимое имущество, принадлежащее должнику.

ФИО3, ссылаясь на наличие у должника задолженности по соглашению от 17.04.2006, обратилась в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 854 747 рублей 19 копеек основного долга, 84 979 рублей 20 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами.

Финансовый управляющий должника, полагая, что соглашение от 17.04.2006 является мнимым, заключено с целью искусственного наращивания кредиторской задолженности, обратился в арбитражный суд с заявлением о его признании недействительной сделкой, в качестве правового основания указав статьи 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд первой инстанции, частично удовлетворяя требование ФИО3 в общей сумме 931 031 рубль 48 копеек, исходил из того, что должником не исполнено денежное обязательство, установленное вступившим в законную силу судебным актом, требования кредитора. Отказывая в удовлетворении заявления о признании соглашения недействительной сделкой, арбитражный суд пришел к выводу о недоказанности наличия цели причинения вреда кредиторам на момент заключения соглашения.

Суд апелляционной инстанции, отменяя судебный акт первой инстанции в части отказа в признании сделки недействительной и признавая соглашение от 17.04.2006 мнимой сделкой применительно к статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и совершенной в целях вывода имущества должника применительно к статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходил из отсутствия подтверждения наличия экономической целесообразности спорной сделки для должника, из отсутствия надлежащих доказательств наличия у должника возможности исполнять соглашение от 17.04.2006, а также доказательств того, что оспариваемое соглашение когда-либо исполнялось.

Кассационная жалоба содержит доводы о несогласии с постановлением апелляционного суда только в части признания сделки недействительной, поэтом суд округа, в силу части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проверяет законность и обоснованность постановления только в указанной части.

В пункте 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве определено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункты 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

Как следует из пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411, от 28.12.2016 № 308-ЭС16-17376, от 29.10.2018 № 308-ЭС18-9470, установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Апелляционным судом установлено, и лицами, участвующими в деле, не оспаривается, что должник и ФИО3 состояли в фактических брачных отношениях, у них имеется общий ребенок, следовательно, стороны оспариваемого соглашения являются аффилированными лицами. При этом апелляционной коллегией отмечено, что спорное соглашение не имеет отношения к алиментным обязательствам, поскольку задолженность по алиментам на общего несовершеннолетнего ребенка уже включена в реестр требований.

Исходя из специфики дел о банкротстве (конфликт между кредиторами и должником ввиду недостаточности средств, конкуренция кредиторов, высокая вероятность злоупотребления правом) в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978, бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

В условиях аффилированности физических лиц, суд апелляционной инстанции, вопреки доводу кассационной жалобы о неверном распределении бремени доказывания, правомерно указал, что бремя доказывания реальности сложившихся между должником и ФИО3 отношений в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации возлагается на последнюю.

В материалы дела представлены сведения Пенсионного фонда, из которых следует, что доходы должника с 2006 года являлись незначительными: за 2006 год – 95 469 рублей 50 копеек в год, за 2007 год – 234 720 рублей, за 2008 год – 289 000 рублей, за 2009 год – 360 000 рублей, в 2011 году – порядка 20 000 рублей ежемесячно, за 2016 год – 75 799 рублей 57 копеек, за 2017 год – 86 334 рублей 09 копеек, за 2018 год – 86 676 рублей 22 копейки, за 2019 год – 93 125 рублей 58 копеек.

Таким образом, в отсутствие документальных доказательств иных доходов должника, обоснован вывод судов о недоказанности наличия у должника финансовой возможности исполнять с 2006 года обязательства по спорному соглашению о выплате 50 000 рублей ежемесячно.

ФИО3 поясняла, что суммы по соглашению на счета не перечислялись, а передавались наличными, однако какие-либо доказательства получения ФИО3 наличных денежных средств во исполнение соглашения в материалы дела не представлены. Представленные ФИО3 сведения о двух переводах в 2017 году на общую сумму 35 300 рублей апелляционным судом обоснованно не приняты в качестве доказательств исполнения соглашения с 2006 года.

Также в материалы дела не представлено каких-либо документальных доказательств расходования получаемых денежных средств.

Судом апелляционной инстанции обоснованно критически отмечено, что сумма содержания не изменялась с 2006 года, что с учетом уровня инфляции за период с 2006 года по 2019 год (более 170 процентов по данным Росстата), не соответствует ординарному поведению сторон, а также учтено отсутствие в материалах дела оригинала оспариваемого соглашения, что не позволяет однозначно определить дату составления соглашения.

Апелляционным судом принято во внимание поведение ответчика, который при рассмотрении иска ФИО3 в Емельяновском районном суде исковые требования признал, при наличии у него в тот период времени кредиторской задолженности в размере не менее 23 000 000 рублей, и более того в ходе рассмотрения дела заявил ходатайство об утверждении мирового соглашения, по условиям которого в собственность истицы переходит ? доли нежилого помещения, ? доли магазина промышленных товаров, ? нежилого помещения, прицеп марки модель ТС МЗСА 817711.

При этом апелляционным судом обоснованно отклонен довод ФИО3 о неутверждении районным судом указанного мирового соглашения, поскольку отказ в его утверждении, вызванный установлением судом на основании истребованных документов факта нахождения имущества в залоге, не опровергает направленность действий сторон к выводу имущества должника.

Обстоятельства отсутствия документальных доказательств, подтверждающих исполнимость и реальность спорной сделки, несоответствия взаимоотношений сторон соглашения, являющихся взаимозависимыми, обыкновениям гражданского оборота, отсутствия разумных мотивов и экономической целесообразности заключения в совокупности вызвали у суда апелляционной инстанции сомнения относительно действительности спорного соглашения.

Ввиду изложенного, суд округа полагает в достаточной степени обоснованным вывод апелляционного суда о том, что целью заключения соглашения, датированного 17.04.2006, являлся вывод активов должника на аффилированное лицо посредством заключения мирового соглашения в районном суде, а в ситуации отказа в утверждении мирового соглашения – искусственного наращивания подконтрольной фиктивной кредиторской задолженности, используемой для последующего уменьшения объема требований независимых кредиторов, и правомерным признание апелляционным судом оспариваемой сделки недействительной применительно к статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и к статьям 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При вынесении обжалуемого судебного акта суд апелляционной инстанции исходил из совокупности установленных по делу обстоятельств, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исковая давность по такому требованию в силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Поскольку процедура реструктуризации в отношении должника введена 02.07.2020, спорное соглашение представлено ФИО3 в рамках рассмотрения ее требования о включении задолженности в реестр, производство по которому возбуждено в январе 2021 года, а с заявлением о признании сделки недействительной финансовый управляющий обратился 14.02.2022, судом апелляционной инстанции правомерно отклонен довод заявителя о пропуске срока исковой давности для оспаривания сделки.

Таким образом, приведенные в кассационной жалобе доводы по существу направлены на переоценку доказательств по делу и установление иных обстоятельств, в связи с чем не могут быть приняты во внимание судом кассационной инстанции в силу пределов его компетенции, установленных частью 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Несогласие заявителя с выводами суда, не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают нарушений судом норм права.

Каких-либо нарушений требований статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при оценке доказательств судом апелляционной инстанций не допущено. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемого апелляционного постановления, судом кассационной инстанции не выявлено.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к выводу о том, что обжалуемый судебный акт на основании пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подлежит оставлению без изменения.

Расходы по уплате государственной пошлины за кассационное рассмотрение дела на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отнесению на заявителя кассационной жалобы. 

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа.

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копия постановления на бумажном носителе может быть направлена им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручена им под расписку.

Руководствуясь статьями  274, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 07 апреля 2023 года по делу № А33-23387/2019 Арбитражного суда Красноярского края оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий

Судьи

 

Н.Н. Парская

И.А. Бронникова

М.А. Первушина