АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А25-605/2018

г. Краснодар

30 марта 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 29 марта 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  30 марта 2022 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Андреевой Е.В., судей Соловьева Е.Г. и Сороколетовой Н.А., в отсутствие в судебном заседании участвующих лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу ФИО1 на постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2022 по делу № А25-605/2018 (Ф08-2318/2022), установил следующее. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО «Роскоммунэнерго» (далее – должник) конкурсный управляющий должника ФИО2 (далее – конкурсный управляющий) обратилась в Арбитражный суд Карачаево-Черкесской Республики с заявлением к ФИО1 о признании недействительными сделками трудового договора от 01.12.2017 № 10/2017, приказа о приеме на работу от 01.12.2017 № 10/2017-к, приказа от 01.12.2017 № 10/2017, а также пункта 4 соглашения от 30.03.2018 о расторжении трудового договора, заключенных должником и ответчиком, а также применении последствий недействительности сделок в виде взыскания денежных средств в конкурсную массу должника.

Определением суда от 30.11.2021 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Постановлением апелляционного суда от 21.01.2022 определение суда от 30.11.2021 в части отказа в признании недействительным пункта 4 соглашения о расторжении трудового договора от 30.03.2018 отменено; признан недействительным пункт 4 соглашения о прекращении трудовых отношений от 30.03.2018 и применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 308 тыс. рублей.

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить постановление апелляционного суда. По мнению заявителя жалобы, оспариваемая выплата не является выходным пособием и не направлена на возмещение работнику каких-либо затрат, связанных с исполнением им трудовых обязанностей, в результате чего уменьшилась конкурсная масса, из которой могли быть погашены требования кредиторов.  ФИО1 не должен проверять финансовую состоятельность или структурную организацию должника, а также хранить у себя документацию о проделанной работе. 

В отзывах на кассационную жалобу конкурсный управляющий и ОАО «МРСК Урала» просят оставить судебный акт без изменения, указывая на его законность и обоснованность.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, 01.12.2017 должник (работодатель) и ФИО1 (работник) заключили трудовой договор № 10/2017, по условиям которого ответчик принят на должность начальника отдела закупок и тендерных (конкурентных) процедур с установлением ежемесячного должностного оклада в размере 90  тыс. рублей. Работа у должника является для ответчика основным местом работы и подлежит выполнению в городе Москве. Пунктом 6.3. трудового договора установлена возможность дополнительного стимулирования работника путем назначения ему премий, надбавок и иных поощрительных выплат. 

В день трудоустройства работодатель издал кадровый приказ о приеме ответчика на работу с установлением надбавки в размере 82 414 рублей, а также кадровый приказ № 10/2017-п о текущей премии к должностному окладу в таком же размере. Таким образом, реальный эффективный размер вознаграждения за труд, установленный ответчику при оформлении трудовых отношений, составил 172 414 рублей за один месяц.

Стороны 30.03.2018 заключили соглашение о расторжении трудового договора и работодателем издан кадровый приказ № 22 о прекращении трудового договора. Пунктом 4 соглашения о расторжении трудового договора предусмотрена обязанность должника (работодателя) произвести в пользу ФИО1 дополнительную выплату в размере 308 тыс. рублей. В день заключения данного соглашения в трудовую книжку ФИО1 внесена запись об увольнении из должника по соглашению сторон. 

Ответчику должником (после удержания налога на доходы физических лиц) перечислено в общем размере 941 994 рублей 49 копеек, что подтверждается представленными в материалы дела банковскими выписками и не оспаривается ответчиком. Кроме того, должник выдал ответчику подотчетные суммы на командировочные расходы в общем размере 31 643 рублей 90 копеек, а всего перечислил 973 638 рублей 39 копеек.

Конкурсный управляющий, полагая, что трудовой договор, соглашение о его расторжении и кадровые приказы, изданные в связи с установлением и прекращением трудовых отношений с ответчиком, а также выплаты, совершенные в их исполнение, совершены без наличия реальной деловой цели, в отсутствие со стороны ответчика встречного исполнения, то есть, в целях причинения вреда имущественным интересам кредиторов, обратился в арбитражный суд с данным заявлением.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявленных требований, указав, что отсутствуют основания для признания спорной сделки недействительной.

Апелляционный суд, отменяя определение суда от 30.11.2021 в части отказа в признании недействительным пункта 4 соглашения о расторжении трудового договора от 30.03.2018 и удовлетворяя заявленные требования в указанной части, руководствовался положениями статей 2, 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 57, 78, 127, 129, 164, 178 Трудового кодекса Российской Федерации, статей 54, 217, 262 Налогового кодекса Российской Федерации, статей 10, 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пунктах 5, 7, 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее – постановление № 63), пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.06.2015 № 21 «О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации», и исходил из того, что выплата работнику компенсаций, в том числе связанных с расторжением заключенного с ним трудового договора, должна быть предусмотрена законом или действующей в организации системой оплаты труда, устанавливаемой коллективным договором, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативно-правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Апелляционный суд установил, что в данном случае, указанная дополнительная компенсация не предусмотрена трудовым договором от 09.10.2017 № 2/2017.

Апелляционный суд указал, что определение конкретных случаев выплаты выходного пособия в результате соглашения, достигнутого между работодателем и работником, не исключает эти компенсационные выплаты из сферы законодательного установления. При этом мерой защиты публичных интересов при предоставлении работнику выходного пособия в размере, который несовместим с компенсационным характером данной выплаты, является установленное в пункте 3 статьи 217 Налогового кодекса Российской Федерации ограничение освобождения данного дохода от налогообложения 3-кратным (6-кратным для отдельных случаев) заработком. Однако экономическая оправданность затрат на выплату «компенсаций» увольняемым работникам должна состоять в минимизации затрат работодателя, имея в виду, что в случае увольнения работников по иным основаниям, обусловленным экономическим состоянием компании, им причитались бы большие суммы выплат. Поэтому подобные выплаты могут выполнять как функцию выходного пособия (заработка, сохраняемого на относительно небольшой период времени до трудоустройства работника), так и по существу выступать платой за согласие работника на отказ от трудового договора.

При значительном размере выплат, их явной несопоставимости обычному размеру выходного пособия, на которое в соответствии со статьей 178 Трудового кодекса Российской Федерации вправе рассчитывать увольняемый работник, длительности его трудового стажа и внесенному им трудовому вкладу, а также иным обстоятельствам, характеризующим трудовую деятельность работника, на работодателе в соответствии с пунктом 1 статьи 54, пунктом 1 статьи 252 Налогового кодекса Российской Федерации и частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лежит бремя раскрытия доказательств, обосновывающих природу произведенных выплат и их экономическую оправданность.

Апелляционный суд установил, что должник на момент заключения соглашения о прекращении трудовых отношений от 30.03.2018 находился в тяжелом финансовом положении, имел значительную кредиторскую задолженность, которая впоследствии включена в реестр требований кредиторов. 

Апелляционный суд установил, что в данном конкретном случае у ответчика должно было сформироваться субъективное осознание неблагополучного финансового положения должника и наличия у него признаков неплатежеспособности. Действуя добросовестно и разумно, проявляя достаточную степень осмотрительности, ответчик должен был оценить, насколько совершаемая в его интересах сделка по выплате компенсации при увольнении отвечает интересам должника. При этом в материалы дела не представлено экономического обоснования столь значительной по размеру денежной компенсации работнику при расторжении с ним трудового договора по соглашению сторон.

Учитывая изложенное, апелляционный суд пришел к обоснованному выводу об уменьшении конкурсной массы в результате совершения указанной сделки, из состава которой могли быть погашены требования добросовестных конкурсных кредиторов должника.

В рассматриваемом случае предусмотренная оспариваемым соглашением выплата не может быть отнесена к гарантиям и компенсациям при увольнении работника, поскольку не направлена на возмещение работнику затрат, связанных с исполнением им трудовых или иных обязанностей. Установление необоснованной излишней компенсации в отсутствие каких-либо локальных нормативных и распорядительных актов, экономически и юридически ее обосновывающих, по существу носит произвольный характер, что в совокупности может свидетельствовать о злоупотреблении сторонами правом при установлении такого обстоятельства (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что выплата ФИО1 необоснованного размера выходного пособия произведена в период подозрительности, установленный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, при этом конкурсным управляющим доказана цель оспариваемой сделки – причинение вреда имущественным правам кредиторов, поскольку должник обладал признаком неплатежеспособности на дату совершения спорных выплат, которые привели к уменьшению конкурсной массы должника. При этом апелляционный суд установил, что ФИО1 не мог не знать о неплатежеспособности должника, недостаточности его имущества и наличии кредиторов, требования которых включены в третью очередь реестра. Следовательно, требования конкурсного управляющего в части признания недействительным пункта 4 соглашения о прекращении трудовых отношений от 30.03.2018 являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Признав пункт 4 соглашения о прекращении трудовых отношений от 30.03.2018 недействительным, апелляционный суд, руководствуясь статьей 61.6 Закона о банкротстве и статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, правильно применил последствия недействительности в виде возврата в конкурсную массу должника незаконно выплаченных денежных средств в указанной сумме.

Доводы кассационной жалобы не опровергают выводов суда апелляционной инстанции, направлены на переоценку доказательств, которые суд оценил с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Между тем пределы рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции установлены положениями статьи 286 данного Кодекса. Арбитражный суд кассационной инстанции не наделен полномочиями по оценке (переоценке) и исследованию фактических обстоятельств дела, выявленных в ходе его рассмотрения по существу.

Нормы права при рассмотрении дела применены правильно. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену обжалуемого судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.

При таких обстоятельствах основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2022 по делу № А25-605/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                                                                 Е.В. Андреева

Судьи                                                                                                                Н.А. Сороколетова

                                                                                                                           Е.Г. Соловьев