ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А70-8918/2020

11 апреля 2022 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  06 апреля 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  11 апреля 2022 года.

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  Брежневой О.Ю.

судей  Аристовой Е.В., Дубок О.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-996/2022) ФИО2 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 28 декабря 2021 года по делу № А70-8918/2020 (судья Шаркевич М.С.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении ФИО4, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Архитектурно-строительная компания БАУМАН-Групп» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

 

при участии в судебном заседании с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания): 

представителя ФИО2 – ФИО5 по доверенности от 10.07.2021;

представителя конкурсного управляющего ФИО3 – ФИО6 по доверенности от 15.06.2021,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Стройинвест» обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Архитектурно-строительная компания БАУМАН-Групп» (далее – ООО «АСК БАУМАН-Групп», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 22.06.2020 заявление принято, возбуждено производство по делу № А70-8918/2020, назначено судебное заседание по проверке обоснованности требований заявителя к должнику.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 27.07.2020 заявление ООО «Стройинвест» признано обоснованным, в отношении ООО «АСК БАУМАН-Групп» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО3.

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 27.11.2020 ООО «АСК БАУМАН-Групп» признано несостоятельной (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

Соответствующая публикация произведена в газете «Коммерсантъ» 05.12.2020. 

Конкурсный управляющий ФИО3 (далее - заявитель) 11.05.2021 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО4 (далее – ФИО4, ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, ссылаясь на не обращение ответчика ФИО4 с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в арбитражный суд, непередачу документации по финансово-хозяйственной деятельности должника конкурсному управляющему. 

В ходе судебного разбирательства определением суда от 21.09.2021 к участию в рассмотрении обособленного спора в качестве соответчика привлечен ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик, податель жалобы), конкурсным управляющим указано, что ответчик ФИО2 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по тем же основаниям, что и ответчик ФИО4

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 28.12.2021 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «АСК БАУМАН-Групп»; производство по заявлению конкурсного управляющего в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО2 приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Не соглашаясь с принятым судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение суда отменить в части привлечения его к субсидиарной ответственности, принять в указанной части новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований; в обоснование указано, что не представлено доказательств того, что ФИО2 являлся лицом, ответственным за ведение бухгалтерского учета и хранение первичной документации должника; конкурсным управляющим не доказаны факты непередачи, сокрытия, утраты или искажения документации должника ответчиком.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 11.02.2022 апелляционная жалоба принята и назначена к рассмотрению в судебном заседании на 09.03.2022.

Возражая против доводов апелляционной жалобы, конкурсный управляющий ФИО3 представил письменные пояснения  

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 11.03.2022 рассмотрение апелляционной жалобы в судебном заседании отложено на 30.03.2022.

До начала судебного заседания в материалы спора от ФИО2 поступили письменные пояснения, ходатайство об истребовании доказательств (у ООО «Стройинвест» - договор подряда №5-19 10.06.2019; у АО «Альфа-Банк» и (или) конкурсного управляющего ООО «АСК Бауман-Групп» - выписку операций по расчётному счету р/с

<

***> за 2019 год; у ПАО «Запсибкомбанк» и (или) конкурсного управляющего ООО «АСК Бауман-Групп» - выписку операций по расчётному счету р/с 

<

***> за 2019); от конкурсного управляющего ФИО3 – письменные пояснения относительно апелляционной жалобы.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 23.03.2022 в соответствии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) в связи с нахождением судьи Зюкова В.А. в очередном отпуске произведена замена в составе суда на судью Дубок О.В. В связи с заменой состава суда рассмотрение жалобы начато с самого начала.

В заседании суда апелляционной инстанции, открытом 30.03.2022, представитель ФИО2 поддержал ходатайство об истребовании доказательств, представитель конкурсного управляющего заявленное ходатайство считал не подлежащим удовлетворению.

Рассмотрев заявленное ходатайство об истребовании дополнительных доказательств, суд апелляционной инстанции не установил наличие предусмотренных частью 3 статьи 268 АПК РФ оснований для его удовлетворения в связи с недоказанностью наличия объективных уважительных причин невозможности его заявления суду первой инстанции.

Судом апелляционной инстанции объявлялся перерыв до 10 час. 45 мин. 06.04.2022. Информация о перерыве размещена на официальном сайте суда (www.8aas.arbitr.ru). 

За время перерыва от ФИО4 поступили пояснения, согласно которым он с марта по октябрь 2019 года проходил курс реабилитации в лечебном учреждении закрытого типа, в указанный период обязанности по управлению должником исполнял ФИО2, являющийся директором по строительству (исполнительным директором), имевшим доверенность на совершение всех сделок и законных действий, заключение договоров, найму и управлением персоналом, доступ к расчетным счетам, товарно-материальным ценностям, оборудованию и т.д.; по возвращении к исполнению трудовой функции ФИО4 выявлены вывод денежных средств со счета организации, уклонение ФИО2 от выплаты заработной платы, исполнения текущих контрактов.

От конкурсного управляющего поступили письменные пояснения по запросу суда.

В заседании суда апелляционной инстанции, проведенном с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания), представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, считал определение суда первой инстанции в обжалуемой части незаконным и необоснованным. 

Представитель конкурсного управляющего ФИО3 доводы апелляционной жалобы считал необоснованными, просил отказать в ее удовлетворении.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей 123 АПК РФ о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 266 АПК РФ, рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся представителей участвующих в деле лиц.

При рассмотрении жалобы суд апелляционной инстанции руководствуется пунктом 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», согласно которому, если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции проверяет судебный акт в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведённых в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Возражений против проверки в обжалуемой части к началу рассмотрения апелляционной жалобы не поступило.

Поэтому в порядке, предусмотренном частью 5 статьи 268 АПК РФ, с учетом вышеуказанных разъяснений обжалуемое определение проверено лишь в части доводов апелляционной жалобы, в остальной части обжалуемое определение не проверяется.

Рассмотрев материалы дела, апелляционную жалобу, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены или изменения определения Арбитражного суда Тюменской области от 28.12.2021 по настоящему делу в обжалуемой части.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В связи со вступлением в силу 30.07.2017 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу. Статьей 1 Закона № 266-ФЗ введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве – «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», положениями которой определен порядок привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника.

Закон № 266-ФЗ вступил в силу с 30.07.2017, в связи с чем его действие в соответствующей части распространяется на заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, поданные только после 01.07.2017.

Согласно абзацу третьему статьи 4 вышеназванного закона, рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции указанного выше Федерального закона).

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу пункта 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности: 1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; 2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Согласно подпунктам 2 и 4 пункта 2, пунктам 4 и 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если лица, на которых возложена обязанность по ведению и хранению соответствующей документации (например, главный бухгалтер), также признаны контролирующими, то предполагается, что их совместные с руководителем должника действия стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности существенно затруднивших проведение процедур банкротства фактов непередачи, сокрытия, утраты или искажения документации (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее – Постановление № 53). 

В отсутствие доказательств обратного, суд первой инстанции посчитал обоснованным предъявление конкурсным управляющим требований о привлечении к субсидиарной ответственности по данному основанию к обоим ответчикам.

ФИО2 в апелляционной жалобе, не отрицая статус контролирующего должника лица, тем не менее указывает на отсутствие у него обязанности по организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведению бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Суд апелляционной инстанции в указанной части отмечает следующее.

Предусмотренное подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве основание создает презумпцию вины, контролирующего должника лица о невозможности полного погашения требований кредиторов вследствие его действий и (или) бездействия, только если заявителем будет с разумной степенью достоверности обосновано, что именно в результате таких действий (бездействий) было существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Суд апелляционной инстанции учитывает, что процесс доказывания оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 305-ЭС18-14622 (4,5,6), включенной в Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 10.06.2020, причинение субсидиарным ответчиком вреда кредиторам должника-банкрота происходит при наступлении объективных признаков составов правонарушений, обозначенных в статьях 61.11 или 61.12 Закона о банкротстве.

Обстоятельства, указанные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в том числе отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности и прочих обязательных документов должника-банкрота, - это, по сути, лишь презумпция, облегчающая процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора. При этом обстоятельства, составляющие презумпцию, не могут подменять обстоятельства самого правонарушения и момент наступления обстоятельств презумпции может не совпадать с моментом правонарушения.

Смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующие должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов.

Руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, о выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 в нынешней редакции Закона о банкротстве, абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ). Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества.

Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов.

В пункте 16 Постановления № 53 указано, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленному основанию, конкурсному управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, или доказав, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась в гражданском обороте.

Названная презумпция является опровержимой, однако ответчиком в рассматриваемом случае не опровергнута.

На момент признания должника несостоятельным (банкротом) единоличным исполнительным органом должника и участником с долей в уставном капитале 50% являлся ФИО4, участником должника до 09.12.2019 с долей в уставном капитале 50% являлся ФИО2 

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 3 Постановления № 53, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). 

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). 

Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. 

Конкурсный управляющий, полагая наличие оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, ссылается на наличие у ФИО2 возможности фактически определять действия должника, основываясь на обстоятельствах, установленных в ходе налоговой проверки, по результатам которой вынесено решение от 15.03.2021 № 09-3/2980 о привлечении должника к ответственности за совершение налогового правонарушения, а также на то, что ФИО2 фактически обладал имуществом должника, частично передав его конкурсному управляющему, а также на то, что сведения о ФИО2 содержатся в сведениях о лицах, имеющих доступ к счетам должника.

По данным бухгалтерского баланса должника за 2018 год, у должника имелись основные средства стоимостью 6 505 000 руб., запасы стоимостью 52 590 000 руб., дебиторская задолженность в размере 64 810 000 руб., денежные средства и денежные эквиваленты в размере 19 000 руб., всего размер активов должника составлял 123 981 000 руб.

В соответствии со статьей 9 Федерального закона «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. 

Согласно пунктам 1, 3 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон о бухгалтерском учете) ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта, который обязан возложить ведение учета на главного бухгалтера или иное должностное лицо этого субъекта либо заключить договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета, либо, в случае применения упрощенных способов ведения бухгалтерского учета, включая упрощенную бухгалтерскую (финансовую) отчетность - принять ведение бухгалтерского учета на себя. 

Понятие руководителя экономического субъекта содержится в пункте 7 статьи 3 Федерального закона «О бухгалтерском учете» - лицо, являющееся единоличным исполнительным органом экономического субъекта, либо лицо, ответственное за ведение дел экономического субъекта, либо управляющий, которому переданы функции единоличного исполнительного органа. 

Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года. Экономический субъект должен обеспечить безопасные условия хранения документов бухгалтерского учета и их защиту от изменений. При смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации. 

Порядок передачи документов бухгалтерского учета определяется организацией самостоятельно (статья 29 Закона о бухгалтерском учете). 

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника. Руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. 

Определением суда от 14.12.2020 на ФИО4 возложена обязанность передать конкурсному управляющему документы по финансово-хозяйственной деятельности должника, однако доказательств исполнения указанного судебного акта суду не представлено.

Вместе с тем, как указывает конкурсный управляющий и не оспаривается подателем жалобы, ФИО2 передано следующее имущество: 

- Рольганг подающий CARICO – 4 м. 

- Рольганг принимающий SCARICO – 5 м. 

- Вырубная пила Graule AS-U-450 

- Цифровой дисплей углов реза для Graule AS-U-450 

- Автоматический пороховой пистолет DX 460

- Станок Striebig Plattensage Modell COMPACT ALU 

- транспортное средство Марка и(или) модель: ГАЗ A21R32, Год выпуска: 2016, Идентификационный номер (VIN): 

<

***>, Номер шасси (рамы): -, Номер кузова (кабины): A21R22G0058732, Цвет кузова (кабины): БЕЛЫЙ, Рабочий объем (см?): 2776.0, Мощность (кВт/л.с.): 110.000/149.6.

В отношении ФИО2 суд первой инстанции пришел к выводу о наличии у него статуса лица, фактически определяющего действия должника, поскольку указанное лицо уполномочено распоряжаться счетами должника, согласно ответов из кредитных учреждений (загружено в систему «Мой арбитр» 24.11.2021), ФИО2 осуществлена частичная передача имущества должника конкурсному управляющему, что указывает на осведомленность ответчика о местонахождении имущества должника, несмотря на выход из состава участников 09.12.2019.

Судом первой инстанции также учтено, что в ответе УМВД России по г. Тюмени от 13.09.2021 имеется ссылка на пояснения ФИО2, согласно которым именно им был организован вывоз имущества должника. 

Суд апелляционной инстанции полагает необходимым отметить, что в настоящем случае сам по себе факт того, что ФИО2 формально не являлся единоличным исполнительным органом должника, не свидетельствует о том, что он не имел возможности определять и контролировать действия хозяйствующего общества, в том числе в отношении составления первичных документов, оформления оправдательной документации при выдаче денежных средств под отчет (в представленной выписке в период нахождения ФИО4 в лечебном учреждении усматриваются соответствующие операции), либо, наоборот, в части уклонения от надлежащего оформления хозяйственной операции.

Пояснения ФИО4 о наличии у ФИО2 доступа к расчетному счету и имевшихся полномочий на совершение сделок от имени должника, не опровергнутые ФИО2, а также фактическое нахождение имущества должника у подателя жалобы после выхода последнего из состава участников должника (09.12.2019) и до открытия в отношении ООО «АСК БАУМАН-Групп» конкурсного производства (27.11.2020) в совокупности с установленными в рамках иного обособленного спора обстоятельствами выбытия из имущественной массы должника транспортного средства в пользу супруги ФИО2 (в частности ФИО2 ссылался на перечисление денежных средств за транспортное средство на его счет, однако доказательств, подтверждающих факт поступления денежных средств в размере 1 001 000 руб. на счет или в кассу должника, не представлено) не позволяет заключить об отсутствии вины ФИО2 в невозможности наполнения конкурсной массы по причине отсутствия документации должника в распоряжении конкурсного управляющего.

Судом первой инстанции также обоснованно учтено то обстоятельство, что ответчиками не раскрыты объективные причины, препятствующие исполнению обязанности по передаче документации должника в полном объеме арбитражному управляющему, не представлены доказательства надлежащего ведения, составления и хранения документов бухгалтерского учета и (или) отчетности. 

Учитывая сведения о размере активов должника, содержащиеся в бухгалтерской отчетности должника, о перечне непереданного имущества, арбитражный суд пришел к выводу о том, что в результате соответствующего бездействия контролирующих должника лиц, существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование конкурсной массы должника. 

При этом признак существенности в отношении указанного бездействия ответчиков обоснованно применим судом в силу отсутствия у конкурсного управляющего возможности проанализировать и оспорить в интересах кредиторов всю совокупность сделок должника за период подозрительности, предшествующий возбуждению дела о несостоятельности (банкротстве), в отношении которых отсутствовала необходимая первичная документация, а также регистры бухгалтерского учета, выявить в полном объеме и сформировать конкурсную массу должника. 

Поэтому оснований для освобождения ФИО2 от ответственности суд первой инстанции правомерно не усмотрел.

С учетом характера и последствий вредоносности допущенного бездействия, арбитражный суд заключил, что субсидиарная ответственность ответчиков по обязательствам должника по данному основанию носит солидарный характер.

При этом суд апелляционной инстанции полагает возможным отметить, что обстоятельства деятельного поведения ФИО2 в случае активного участия последнего в обнаружении и восстановлении документации, предоставлении пояснений по хозяйственной деятельности должника, равно как и влияние отсутствия документов на проведение процедур банкротства, подлежат учету при определении размера ответственности.

Доводов, которые бы оказали влияние на законность и обоснованность принятого судом первой инстанции судебного акта в части приостановления производства по обособленному спору до формирования конкурсной массы и расчетов с кредиторами, апелляционная жалоба не содержит, что исключает наличие у суда апелляционной инстанции оснований для переоценки выводов суда первой инстанции в соответствующей части (пункт 5 статьи 268 АПК РФ, пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения Арбитражного суда Тюменской области.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Тюменской области от 28 декабря 2021 года по делу № А70-8918/2020 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Выдача исполнительных листов осуществляется судом первой инстанции после поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.

При условии предоставления копии настоящего постановления, заверенной в установленном порядке, в суд первой инстанции взыскатель вправе подать заявление о выдаче исполнительного листа до поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.

Председательствующий

 

О.Ю. Брежнева

Судьи

 

Е.В. Аристова

О.В. Дубок