ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-55336/2021

16 февраля 2026 года

г. Санкт-Петербург

/тр.8

Резолютивная часть постановления объявлена 04 февраля 2026 года

Постановление изготовлено в полном объеме 16 февраля 2026 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи И.Ю. Тойвонена,

судей А.Ю. Слоневской, И.В. Сотова,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Э.Б. Аласовым,

при участии:

от ИП ФИО1: ФИО2 по доверенности от 01.02.2026,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 13АП-18908/2025, 13АП-18904/2025, 13АП-18907/2025) ФИО3, финансового управляющего имуществом должника ФИО4 и ПАО АКБ «Проминвестбанк» в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.06.2025 по обособленному спору № А56-55336/2021/тр.8 (судья Володкина А.И.), принятое по заявлению ПАО АКБ «Проминвестбанк» о включении требования в реестр требований кредиторов в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3,

третьи лица: АО «ЭнергоСтройПроект», ООО «Петроком», ООО «СЕВЗАПЭНЕРГОСЕТЬПРОЕКТ», ПАО «ФСК ЕЭС»,

установил:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области обратился ФИО5 с заявлением о признании гражданина ФИО3 несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 30.08.2021 указанное заявление принято к производству, возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве).

Решением арбитражного суда от 21.01.2022 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4, член союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада».

Публикация сведений о введении в отношении должника процедуры реализация имущества гражданина осуществлена в газете «Коммерсантъ» № 16 (7217) 29.01.2022.

В арбитражный суд 09.09.2024 обратилось ПАО АКБ «Проминвестбанк» (далее - Общество, Банк, заявитель) в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» с заявлением, в котором с учётом принятых судом в порядке статьи 49 АПК РФ уточнений просило:

1. Включить в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО3 требования ПАО АКБ «Проминвестбанк» в размере 49 688 471,85 руб., в том числе: 4 885 541,70 руб. сумма просроченного вознаграждения по банковской гарантии № 31/18 БГ от 02.11.2018; 2 115 439, 57 руб. неустойка на сумму просроченного вознаграждения; 44 319 261,52 руб. задолженность (основной долг) в связи с выплатой в пользу ПАО «ФСК ЕЭС» по предъявленным к платежу банковским гарантиям № 30/19 БГ от 02.08.2019, № 31/18 БГ от 02.11.2018.

2. Приостановить производство по заявлению ПАО АКБ «Проминвестбанк» о включении в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО3 в размере 281 660 435,05 руб. основного долга до проведения расчетов с кредиторами в рамках дела о банкротстве А40-133739/23-18-289 «Б» ПАО АКБ «Проминвестбанк» в том числе, до погашения Банком требований, включенных в реестр требований кредиторов Банка в пользу ПАО «ФСК ЕЭС».

Определением арбитражного суда от 27.03.2025 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены АО «ЭнергоСтройПроект», ООО «Петроком», ООО «СЕВЗАПЭНЕРГОСЕТЬПРОЕКТ», ПАО «ФСК ЕЭС».

Определением арбитражного суда от 16.06.2025 заявление удовлетворено частично, признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника требования ПАО АКБ «Проминвестбанк» к ФИО3 в рамках договора поручительства № 31/18-П-2 от 15.09.2019 в размере 25 567 235,77 руб. (основная сумма задолженности).

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО3, финансовый управляющий ФИО4 и конкурсный управляющий ПАО АКБ «Проминвестбанк» обратились с апелляционными жалобами.

ФИО3 в апелляционной жалобе просит определение отменить, принять новый судебный акт, которым отказать кредитору в удовлетворении заявленных требований в полном объёме.

В обоснование жалобы должник ссылается на истечение срока исковой давности. Должник указывает, что кредитор основывает свои требования на трёх договорах поручительства: по договору поручительства № 31/18-П-2 от 15.03.2019 принципал ООО «Петроком», по договору поручительства № 30/19-П-2 от 21.08.2019 принципал АО «ЭнергоСтройПроект», по договору поручительства № 45/19-П-3 от 03.03.2020 принципал ООО «СЕВЗАПЭНЕРГОСТРОЙПРОЕКТ». Банком по просьбе принципалов выданы банковские гарантии в пользу бенефициара ПАО «ФСК ЕЭС». Между должником (поручителем) и Банком заключены договоры поручительства, согласно которым должник принял на себя обязательства отвечать за исполнение обязательств принципалами по указанным банковским гарантиям. В то же время в связи с ненадлежащим исполнением принципалами обязательств бенефициар ПАО «ФСК ЕЭС» обратился в Банк с требованиями о выплате по банковским гарантиям. Требование ПАО «ФСК ЕЭС» не было исполнено в добровольном порядке, что послужило основанием для обращения бенефициара в суд с исковым заявлением о взыскании суммы гарантии и включению требований в ликвидационный баланс Банка. Решением Арбитражного суда города Москвы от 29.08.2022 по делу № А40-89103/2021 исковые требования ПАО «ФСК ЕЭС» удовлетворены. Данным решением установлены факты предъявления требований бенефициара к гаранту, требования получены гарантом ПАО АКБ «Проминвестбанк» 06.05.2020 и

06.10.2020. На дату предъявления требования кредитор не произвёл выплату по банковской гарантии в пользу бенефициара на основании указанного решения. Самое позднее требование бенефициара к гаранту предъявлено 06.10.2020. Таким образом, обязательства перед банком у поручителя за принципала возникли в указанный срок независимо от того, когда Банк исполнил или должен был исполнить обязательства по исполнению условий банковских гарантий. Заявление кредитора подано за пределами срока исковой давности.

Также должник указывает, что срок его поручительства истёк. Действие договора до полного прекращения обязательств по Договору о предоставлении банковской гарантии как устанавливающее срок действия поручительства не соответствует требованиям статьи 190 ГК РФ, что влечёт применение пункта 6 статьи 367 ГК РФ. В настоящем случае поручительство прекращается по истечении 2-х лет с момента заключения каждого из договоров поручительства, то есть не позднее 03.03.2020, 21.08.2021 и 15.08.2021. Кроме того, в отношении всех трёх принципалов возбуждены дела о банкротстве и введены процедуры наблюдения. В отношении ООО «СЕВЗАПЭНЕРГОСТРОЙПРОЕКТ» определением от 17.02.2021 по делу № А56-88942/2020, в отношении АО «ЭнергоСтройПроект» определением от 18.03.2021 по делу № А40-238807/20, в отношении ООО «Петроком» определением от 25.10.2019 по делу № А40-34886/2018. Исходя из дат введения процедур наблюдения и применительно к разъяснениям пункта 3 Постановления Пленума ВС РФ «Об особенностях применения судами в делах о несостоятельности (банкротстве) норм о поручительстве» от 29.06.2023, трёхгодичные сроки исковой давности истекли.

Должник считает, что требование в размере 25 567 235,77 руб. ошибочно включено в реестр. Суд первой инстанции ошибочно квалифицировал требование к поручителю как регрессное, статьи 361, 363 ГК РФ прямо указывают на солидарную ответственность поручителя перед кредитором. Требование Банка к должнику является самостоятельным, возникшим из договора поручительства.

Финансовый управляющий должником также обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, отказав кредитору в удовлетворении заявленных требований в полном объёме. Финансовый управляющий полагает, что кредитор не обосновал невозможность предъявления требований к должнику в более ранние сроки, а также не обосновал уважительность пропуска срока на предъявление требований.

Конкурсный управляющий ПАО АКБ «Проминвестбанк» в своей апелляционной жалобе просит определение в части отказа в удовлетворении заявления отменить. Заявитель указывает на то, что в силу пункта 2.4 договоров поручительства поручитель принял на себя обязательства отвечать за исполнение обязательств, предусмотренных договорами о предоставлении гарантии за принципалов, а также любого другого должника в случае перевода долга на другое лицо. Договоры поручительства вступили в силу с даты их подписания и действуют в течение действия договоров о предоставлении гарантии и трёх лет после окончания договоров о предоставлении гарантии. Решением Арбитражного суда города Москвы от 29.08.2022 по делу № А40-89103/21-171-679 и постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2023 по делу № А40-49975/21 с Банка в пользу ПАО «ФСК ЕЭС» взыскана задолженность по банковским гарантиям. Решением Арбитражного суда города Москвы от 27.09.2023 по делу № А40-133739/2023 Банк признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство. Требования ПАО «ФСК ЕЭС» включены в реестр требований кредиторов Банка. Банком 10.12.2024 в пользу ПАО «Россетти» (ранее ПАО «ФСК ЕЭС») осуществлены выплаты. Поскольку обязательства принципала по договорам

о предоставлении банковской гарантии не прекратились и первоначальные требования заявлены к принципалам в пределах трёх лет с момента окончания срока действия банковской гарантии, срок договоров поручительства не считается истёкшим, в связи с чем у Банка возникает право потребовать в порядке регресса возмещения сумм, уплаченных бенефициару по банковским гарантиям. При этом право требования к поручителю возникло у Банка только после произведения выплаты бенефициару. Апеллянт отмечает, что с учётом открытия в отношении Банка конкурсного производства (резолютивная часть от 07.09.2023) денежные средства выплачиваются в пользу бенефициара из конкурсной массы по мере их поступления. Более того, у Банка имеется положительная судебная практика в отношении обязательств ООО «Петроком», обеспеченных поручительством должника и залогом имущества третьего лица – ООО «Сканди». Судом рассмотрены требования третьего лица о признании договоров залога прекращёнными и в удовлетворении данных требований отказано, поскольку срок исполнения обязательств на момент рассмотрения иска не наступил. В силу аналогии закона договоры поручительства, заключённые с должником, являются действующими. Конкурсный управляющий настаивает, что Банк как добросовестный гарант при исполнении бенефициару имеет право на получение удовлетворения регрессного требования как с принципала, так и с лиц, обеспечивших обязательство.

От конкурсного управляющего ПАО АКБ «Проминвестбанк» поступил отзыв, в котором кредитор просил отказать в удовлетворении апелляционных жалоб должника и финансового управляющего.

ФИО3 представлен отзыв на апелляционную жалобу ПАО АКБ «Проминвестбанк», котором полагал приведённые кредитором доводы необоснованными.

От ФИО1 поступили письменные объяснения, в которых указал на обоснованность жалобы должника, неверное применение судом первой инстанции норм материального права.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел».

В судебном заседании представитель ИП ФИО1 доводы апелляционной жалобы ФИО3 поддержал.

Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверены в апелляционном порядке с применением части 3 статьи 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Исследовав доводы апелляционных жалоб, иные письменные позиции участвующих в деле лиц в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для отмены принятого судебного акта.

Как следует из материалов обособленного спора и содержания обжалуемого определения, в обоснование заявления (с учетом уточнений) заявитель указал, что Банком по просьбе принципала АО «ЭнергоСтройПроект» была выдана банковская гарантия от 01.11.2019 № 45/19 БГ; по просьбе принципала ООО «Петроком» банковская гарантия от 02.11.2018 № 31/18 БГ; по просьбе принципала ООО «СЕВЗАПЭНЕРГОСЕТЬПРОЕКТ» банковская гарантия 02.08.2019 № 30/19 БГ в пользу Бенефициара ПАО «ФСК ЕЭА» (ныне - ПАО «РОССЕТИ»).

В свою очередь, иежду ФИО3 в качестве поручителя и АКБ «ПРОМИНВЕСТБАНК» (ПАО) были заключены договоры поручительства,

соответственно: № 45/19-П-3 от 03.03.2020; № 31/18-П-2 от 15.03.2019; № 30/19-П-2 от 21.08.2019, согласно которым должник принял на себя обязательства отвечать за исполнение обязательств принципалами по вышеуказанным банковским гарантиям.

В связи с ненадлежащим исполнением обязательств принципалами по обеспечиваемому банковскими гарантиями обязательствам договору в обеспечение исполнения которых были выданы банковские гарантии, Бенефициар в лице ПАО «ФСК ЕАЭ» (ныне - ПАО «РОССЕТИ») обратился в Банк с требованиями о выплате по банковским гарантиям.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 29.08.2022 по делу № А40- 89103/21-171-679 исковые требования ПАО ФСК ЕЭС (ныне - ПАО «РОССЕТИ») удовлетворены, с АКБ «ПРОМИНВЕСТБАНК» (ПАО) взысканы денежные средства в пользу ПАО «ФСК ЕЭС» по банковской гарантии от 02.08.2019 № 30/19 БГ в размере 76 821 080,48 руб., по банковской гарантии от 01.11.2019 № 45/19 БГ в размере 144 417 789,49 руб., а также взысканы с АКБ «ПРОМИНВЕСТБАНК» (ПАО) в пользу ПАО «ФСК ЕЭС» (ныне - ПАО «РОССЕТИ») расходы по уплате государственной пошлины в размере 200 255,64 руб.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда по делу № А40-49975/21 от 16.10.2023 взыскана задолженность с Банка в пользу ПАО «ФСК ЕЭС» (ныне - ПАО «РОССЕТИ») по банковской гарантии № 31/18 БГ от 02.11.2018 в размере 104 740 826,60 руб., расходы по оплате государственной пошлины по иску в размере 200 000 руб., по апелляционной жалобе в размере 3 000 руб.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 27.09.2023 (резолютивная часть решения объявлена 07.09.2023) по делу № А40-133739/2023 Банк признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Требования ПАО «ФСК ЕЭС» (ныне - ПАО «РОССЕТИ») основанные на обязательствах Банка по банковской гарантии от 01.11.2019 № 45/19 БГ включены в реестр требований кредиторов Банка в размере 144 417 789,49 руб.; по банковской гарантии от 02.08.2019 № 30/19 БГ включены в реестр требований кредиторов в размере 76 821 080,48 руб.; по банковской гарантии № 31/18 БГ от 02.11.2018 включены в реестр требований кредиторов в размере 104 740 826,60 руб.

В силу предоставленного поручительства, исходя из условий соответствующих договоров, соответственно, договоров № 45/19-П-3 от 03.03.2020; № 31/18-П-2 от 15.03.2019; № 30/19-П-2 от 21.08.2019, ФИО3 принял на себя обязательства отвечать за исполнение обязательств принципалами по указанным банковским гарантиям.

Как следует из заявления Банка и установлено судом первой инстанции Банком в рамках собственного конкурсного производства, с учетом действительности обязательств по выплате банковских гарантий, 10.12.2024 в пользу ПАО «РОССЕТИ» (ранее - ПАО «ФСК ЕЭС», Бенефициара по банковским гарантиям) осуществлены выплаты:

1) по договору № 45/19 БГ от 01.11.2019 - 0 руб.;

2) по договору № 30/19 БГ от 02.08.2019 - 18 752 025,75 руб.;

3) по договору № 31/18 БГ от 02.11.2018 - 25 567 235,77 руб.

Указанные выплаты подтверждаются копиями платежных поручений № 559218 от 10.12.2024, № 559217 от 10.12.2024, а также выпиской из реестра требований кредиторов по состоянию на 21.04.2025.

Согласно пункту 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В соответствие с пунктом 1 статьи 361 ГК РФ по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части. Договор поручительства может быть заключен в обеспечение как денежных, так и неденежных обязательств, а также в обеспечение обязательства, которое возникнет в будущем.

Согласно пункту 1 статьи 363 ГК РФ при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя.

При этом положениями пунктом 2 статьи 363 ГК РФ установлено, что поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства.

В пункте 48 постановления Пленума ВАС РФ от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством», как указал суд первой инстанции, разъяснено, что требование к поручителю может быть установлено в деле о банкротстве лишь при условии, что должником по обеспеченному поручительством обязательству допущено нарушение указанного обязательства (пункт 1 статьи 363 ГК РФ).

Согласно пункту 51 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством» кредитор имеет право на установление его требований как в деле о банкротстве основного должника, так и поручителя (в том числе, если поручитель несет субсидиарную ответственность), а при наличии нескольких поручителей - и в деле о банкротстве каждого из них.

Учитывая изложенное, как правильно указал суд первой инстанции, кредитор имеет право предъявить требования в деле о банкротстве поручителя.

Статьями 309, 310 ГК РФ установлено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В силу положений статьи 368 ГК РФ по независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства. Требование об определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом.

Как следует из пункта 1 статьи 379 ГК РФ, принципал обязан возместить гаранту выплаченные в соответствии с условиями независимой гарантии денежные суммы, если соглашением о выдаче гарантии не предусмотрено иное.

Как указано выше, в силу предоставленного поручительства, соответственно по договорам № 45/19-П-3 от 03.03.2020; № 31/18-П-2 от 15.03.2019; № 30/19-П-2 от 21.08.2019, ФИО3 принял на себя обязательства отвечать за исполнение обязательств принципалами по указанным банковским гарантиям.

Удовлетворяя частично требование Банка, суд первой инстанции указал на следующее.

В силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения. По обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, срок исковой давности начинает течь со дня предъявления кредитором требования об исполнении обязательства, а если должнику предоставляется срок для исполнения такого требования, исчисление срока исковой давности начинается по окончании срока, предоставляемого для исполнения такого требования. При этом срок исковой давности во всяком случае не может превышать десять лет со дня возникновения обязательства.

Кроме того, как указал суд первой инстанции, по регрессным обязательствам течение срока исковой давности начинается со дня исполнения основного обязательства (пункт 2 и 3 статьи 200 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного Кодекса.

Как следует из обжалуемого определения и заявления Банка по договору поручительства № 31/18-П-2 от 15.03.2019 Банк просил включить в реестр требований кредиторов сумму просроченного основного долга - 104 740 826,60 руб.; сумму просроченного вознаграждения - 4 885 541,70 руб.; неустойку (0,1% согласно п. 1.2 договора поручительства № 31/18-П-2 от 15.03.2019) на просроченное вознаграждение за период с 06.11.2020 по 19.01.2022 (433 дня): 4 885 541,70 *0,1% * 433 дня = 2 115 439, 57 руб..

В соответствии с пунктом 1.2 указанного договора поручитель ознакомлен со всеми условиями Договора о предоставлении гарантии, в том числе:

- сумма гарантии - 104 740 826 рублей 60 копеек; - срок гарантии - с 07.11.2018 по 28.11.2021 включительно;

- цель гарантии - обеспечение исполнения Принципалом своих обязательств перед Бенефициаром в гарантийный срок, предусмотренный договором N № 478106 от 03.08.2017 на выполнение незавершенного объема работ по строительству ВЛ 330 кВ Псков-Лужская на участке по территории Псковской области (РД, ЗПО, СМР, ПНР, поставка МТРиО) по титулу «ВЛ 330 кВ Псков-Лужская» для нужд филиала ПАО «ФСК ЕЭС» - МЭС Северо-Запада, в том числе в случае неисполнения Принципалом обязательств по возмещению любых расходов, возникших у Бенефициара в гарантийный период в связи с заменой дефектных материалов и оборудования, а также в связи с устранением дефектов и недоделок собственными силами или силами других организаций;

- вознаграждение за предоставление Банковской гарантии – 14 656 541 рубль 70 копеек. Сумма вознаграждения подлежит уплате по следующему графику:

- не позднее 02.11.2018 в размере 4 885 500 рублей 00 копеек; - не позднее 15.11.2018 в размере 4 885 500 рублей 00 копеек; - не позднее 05.11.2020 в размере 4 885 541 рубль 70 копеек.

- ответственность за неисполнение обязательств - в случае просрочки исполнения Принципалом обязательств по уплате вознаграждения, Гарант вправе начислить и взыскать с Принципала неустойку в размере 0,1% от суммы вознаграждения за каждый день просрочки.

Согласно пункту 5.1 Договор вступает в силу с даты его подписания сторонами, действует в течение действия Договора о предоставлении гарантии и

трех лет после окончания действия договора о предоставлении гарантии; таким образом, как указал суд первой инстанции, по состоянию на 09.09.2024 (дата предъявления требования) поручительство не прекращено (28.11.2021 + 3 года = 28.11.2024).

При этом суд первой инстанции пришел к выводу о том, что применительно к положениям статей 196 и 200 ГК РФ Банком пропущен срок исковой давности для предъявления требования в части суммы просроченного вознаграждения и неустойки на просроченное вознаграждение; срок исковой давности надлежит исчислять с 06.11.2020 по 06.11.2023, в свою очередь, требование предъявлено в суд 09.09.2024; должником заявлено о пропуске срока исковой давности, поэтому данное обстоятельство, как посчитал суд первой инстанции, является основанием для отказа в удовлетворении заявления.

Как разъяснено в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве", если банковской гарантией было обеспечено исполнение обязательства, возникшего до дня возбуждения дела о банкротстве должника - принципала, и гарант уплатил бенефициару сумму, на которую выдана гарантия, после этого дня, требование гаранта к должнику-принципалу о возмещении указанной суммы не относится к текущим платежам и подлежит включению в реестр требований кредиторов.

Суд первой инстанции указал, что исходя из позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 24.09.2014 по делу № 307-ЭС14-100, поскольку гарант приобретает к должнику-принципалу самостоятельное требование, которое при этом не является текущим, а предъявить подобное требование как реестровое в деле о банкротстве банк - гарант может только после уплаты им бенефициару денежной суммы по банковской гарантии, то положения абзаца 3 пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве в силу аналогии закона (пункт 1 статьи 6 ГК РФ) подлежат применению к добросовестному гаранту с учетом правил пункта 3 статьи 61.6 Закона о банкротстве: требование добросовестного гаранта считается заявленным в установленный Законом о банкротстве срок, если оно предъявлено в течение двух месяцев со дня возникновения права на регресс.

Указанные выводы, основанные на вышеназванных правовых позициях, как полагает апелляционный суд, следует признать обоснованными.

Согласно пункту 1 статьи 379 ГК РФ принципал обязан возместить гаранту выплаченные в соответствии с условиями независимой гарантии денежные суммы, если соглашением о выдаче гарантии не предусмотрено иное.

Между тем, как указал суд первой инстанции и следует из материалов спора, в настоящее время (в период рассмотрения требования Банка) в рамках выданной банковской гарантии № 31/18 БГ от 02.11.2018 в пользу бенефициара ПАО «ФСК ЕЭС» (ныне - ПАО «РОССЕТИ») Банком произведены платежи лишь в размере 25 567 235,77 руб., в связи с чем, у Банка в силу указанных выше норм не возникло право на предъявление регрессного требования к должнику в части суммы основного долга в размере 79 173 590,83 руб. (104 740 826, 60 – 25 567 235,77).

По договору поручительства № 45/19-П-3 от 03.03.2020 (принципал ООО «СЕВЗАПЭНЕРГОСТРОЙПРОЕКТ») Банк просил включить в реестр требований кредиторов сумму просроченного основного долга: 144 417 789,49 руб.

В соответствии с пунктом 1.2 указанного договора Поручитель ознакомлен со всеми условиями Договора о предоставлении гарантии, в том числе:

- сумма гарантии - 144 417 789,49 руб.;

- срок гарантии - с 01.11.2019 по 01.03.2022 включительно;

- цель гарантии - обеспечение исполнения Принципалом своих обязательств перед Бенефициаром по договору № 437339 от 10.08.2016.

Согласно пункту 5.1 Договор вступает в силу с даты его подписания сторонами, действует в течение действия Договора о предоставлении гарантии и трех лет после окончания действия договора о предоставлении гарантии; таким образом, как указал суд первой инстанции, по состоянию на 09.09.2024 (дата предъявления требования) поручительство не прекращено (01.03.2022 + 3 года = 01.03.2025).

Как следует из материалов спора и установлено судом первой инстанции при рассмотрении требования Банка, в настоящее время какие-либо платежи в рамках выданной банковской гарантии от 01.11.2019 № 45/19 БГ Банком в пользу бенефициара ПАО «ФСК ЕЭС» (ныне - ПАО «РОССЕТИ») не произведены, в связи с чем, применительно к позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 24.09.2014 по делу № 307-ЭС14-100, у Банка в силу указанных выше норм не возникло право на предъявление регрессного требования к должнику в указанной части.

По договору поручительства № 30/19-П-2 от 21.08.2019 (принципал АО «ЭнергоСтройПроект») Банк просил включить в реестр требований кредиторов сумму просроченного основного долга: 76 821 080,48 руб.

Как указано в пункте 1.2 указанного Договора срок гарантии с 02.08.2019 по 01.03.2020, при этом, как следует из пункта 5.1 Договор вступает в силу с даты его подписания сторонами, действует в течение действия Договора о предоставлении гарантии и трех лет после окончания действия договора о предоставлении гарантии.

В силу пункта 6 статьи 367 ГК РФ поручительство прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано. Если такой срок не установлен, оно прекращается при условии, что кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства не предъявит иск к поручителю.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что требование кредитора к поручителю (с учетом пункта 5.1 Договора) предъявлено за пределами срока поручительства (01.03.2020 + 3 года – 01.03.2023, требование предъявлено в суд 09.09.2024), фактически право на регрессное требование на сумму 18 752 025,75 руб. возникло 10.12.2024; поручительство прекращено, в связи с чем, в данной части требование не подлежит включению в реестр требований кредиторов должника.

Исходя из изложенного, суд первой инстанции признал обоснованными требования ПАО АКБ «ПРОМИНВЕСТБАНК» к должнику только в рамках договора поручительства № 31/18-П-2 от 15.09.2019 в размере 25 567 235,77 руб. (основная сумма задолженности); в остальной части в удовлетворении заявления отказал.

Оценивая доводы подателей апелляционных жалоб и заявленные по ним возражения, суд апелляционной инстанции не установил достаточных оснований для их удовлетворения, полагая при этом, что следует согласиться с выводами суда первой инстанции по оценке фактических обстоятельств, в условиях обоснованного применения норм права и условий соответствующих обязательств.

В части доводов должника относительно истечения сроков поручительства, в контексте оценки пункта 5.1 договоров поручительства, заключенных с Банком, апелляционный суд отмечает, что данный пункт, в целом, не содержит правовой неопределенности, поскольку содержит в себе условия, позволяющие установить срок действия поручительства. В рассматриваемых правоотношениях стороны при подписании вышеназванных договоров поручительства исходили из того, что связывали срок действия поручительства, прежде всего, со сроком действия

договора о предоставлении банковской гарантии (в каждом из договоров банковской гарантии данный срок был конкретизирован), при этом в акцессорных обязательствах при выдаче поручительства стороны дополнительно установили срок (три года), увязывая его со сроком окончания действия договора банковской гарантии В этой связи, как полагает апелляционный суд, буквальное содержание вышеназванного пункта позволяло определить временной промежуток действия договоров поручительства, при этом исчисление данного срока не зависело само по себе от факта исполнения Банком условий банковской гарантии. Таким образом, как полагает апелляционный суд, выводы суда первой инстанции относительно исчисления срока давности по обязательствам должника, как поручителя, применительно к оценке требований Банка, как гаранта, исполнившего обязательство за принципала, апелляционный суд полагает правильными, что предопределило постановку судом первой инстанции обоснованных выводов об истечении соответствующих сроков давности по ряду предъявленных Банком к должнику, как поручителю, требований.

При этом суд апелляционной инстанции также не может согласиться с доводами должника относительно квалификации заявленных Банком требований, в том числе и со ссылкой на то, что необходимо учитывать введение банкротных процедур в отношении принципалов, исходя из необходимости предъявления к ним соответствующих требований о включении в реестр.

Апелляционный суд исходит из того, что правоприменительная практика арбитражных судов, связанная с рассмотрением споров по выплатам банковских гарантий и наличия по ним акцессорных обязательств в форме поручительств, базируется на том, что требования Банков, предъявляемых к поручителям по банковским гарантиям, носят регрессный характер, что вытекает их характера такого обязательства и нормативного регулирования соответствующих правоотношений. В данном случае Банк, как гарант, выплативший банковскую гарантию бенефициару за принципала, вправе предъявить требование как к принципалу, так и к поручителю принципала, притом, что предъявление данных требований имеет характер регрессного требования, в условиях фактической выплаты банковской гарантии. В свою очередь, солидарный характер поручительства, выдаваемого за основного должника, применительно к конструкции поручительства в гражданско-правовом смысле, не предопределяет невозможность квалификации требования гаранта к принципалу и поручителю принципала как регрессного требования, в силу того, что обязательство по банковской гарантии имеет своего рода самостоятельный характер и зависит как от действий бенефициара (по предъявлению требования о выплате за принципала), так и действий гаранта (по осуществлению фактической выплаты), от реализации которых впоследствии зависит и механизм предъявления соответствующих требований к принципалу и поручителю принципала. В этой связи, как полагает апелляционный суд, достаточных оснований связывать течение срока давности по предъявлению требований со стороны гаранта с началом процедур банкротства в отношении принципалов, не имеется, как и не имеется достаточных оснований для предъявления требований к поручителю, притом, что как указано выше, в случае нахождения гаранта в процедуре банкротства обязательства по выданным им гарантиям сами по себе не прекращаются, что предопределяет не только возможность ее исполнения перед бенефициаром, но и возможность предъявления соответствующих требований к принципалу либо поручителю принципала, с соблюдением общих сроков действия и гарантии, и сроков действия поручительства.

Учитывая изложенное, как полагает апелляционный суд, суд первой инстанции пришел к обоснованным выводам относительно частичного удовлетворения требований Банка к должнику, как поручителю, по тем обязательствам, по которым не истек срок действия поручительства, в условиях фактической выплаты, произведенной в пользу бенефициара.

При этом суд апелляционной инстанции также не может согласиться с доводами Банка относительно действия поручительства и невозможности исчисления судом сроков давности, применительно к условиям договоров банковских гарантий, устанавливающих их действие до выполнения сторонами обязательств по указанным договорам. Как полагает апелляционный суд, указание в договорах банковской гарантии на то, что договоры действуют до выполнения сторонами своих обязательств (пункты 6.1) не предопределяет невозможность иного исчисления срока действия поручительства и реализации судом возможности применения сроков давности по акцессорным обязательствам, поскольку данные сроки по своей природе имеют различный правовой характер, притом, что срок действия поручительства может быть конкретизирован сторонами непосредственно при их заключении, что и было сделано Банком и поручителем ФИО3 при заключении вышеназванных договоров поручительства.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционных жалоб, в том числе и жалобы финансового управляющего, апелляционный суд не усматривает, определение суда первой инстанции следует оставить без изменений.

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб в силу статьи 110 АПК РФ относятся на её подателей, так как в удовлетворении жалоб отказано.

Руководствуясь статьями 176, 110, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.06.2025 по обособленному спору № А56-55336/2021/тр.8 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий	 И.Ю. Тойвонен

Судьи	 А.Ю. Слоневская

И.В. Сотов