ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А82-5924/2019

г. Киров

26 июля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 19 июля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 26 июля 2022 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Караваева И.В.,

судейШаклеиной Е.В., ФИО1,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2,

при участии в судебном заседании:

представителя ФИО3 - ФИО4 (доверенность от 01.07.2022)

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3

на определение Арбитражного суда Ярославской области от 16.04.2022 по делу № А82-5924/2019

по заявлению ФИО3

о включении в реестр требований кредиторов закрытого акционерного общества

«Ярмарка» требования в размере 3 258 995,86 руб., 

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Ярмарка» (далее – ЗАО «Ярмарка», должник, общество) в Арбитражный суд Ярославской области обратился ФИО3 (далее – ФИО3, заявитель) с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 3 258 995,86 руб.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 16.04.2022 в удовлетворении требования отказано.

ФИО3 с принятым определением суда не согласен, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции, вынести новое определение об удовлетворении заявления ФИО3, о включении в реестр требований кредиторов должника 3 258 995,86 рублей.

В обоснование жалобы заявитель указывает, что произведенная оплата по платежным поручения должником не оспаривается, временным управляющим ЗАО «Ярмарка» была проведена проверка произведенных оплат и в материалы дела в подтверждение платежных поручений были представлены акты сверок с третьими лицами, акты сверок также подтверждают факт перечисления денежных средств. Заявитель полагает, что экспертиза является недопустимым доказательством, суд первой инстанции необоснованно отказал в вызове экспертов, при этом следует отметить, что суд фактически обязал заявителя представить в суд письменные вопросы для направления их экспертам для ознакомления до вызова в процесс. Впоследствии, в нарушении основополагающего принципа состязательности судебного процесса судом были приняты ответы на письменные вопросы экспертов. Заявитель указывает, что заключение эксперта № 1470/1-3-3.2, 1509/1-3-3.1 от 13.09.2021 является не проверяемым, отсутствует указание на методику произведенных расчетов, сами расчеты в экспертизе отсутствуют, что не позволяет сторонам по делу провести проверку правильности произведенных расчетов. Даже если допустить, что сам договор был подписан позднее, это не означает фальсификации документа. ФИО3 полагает, что перечисляя денежные средства по письмам должника, что подтверждается платежными поручениями, ООО «Добрый хлеб» перечисляло денежные средства по предварительному договору купли-продажи недвижимого имущества от 07.12.2016, а ЗАО «Ярмарка» приняло оплаты по произведенным платежными поручениями оплатам третьим лицам, тем самым совершили конклюдентные действия по выполнению указанных в оферте условий, что следует рассматривать как согласие сторон на заключение предварительного договора купли-продажи недвижимого имущества, заключенный в письменной форме, то есть, в материалы дела представлены доказательства достижения сторонами согласия о заключении договора. Также ФИО3 ссылается на отсутствие аффилированности между ООО «Добрый хлеб», ЗАО «Ярмарка», полагает, что судебные акты по делу А40-52851/2017 не являются преюдициальными. Условия внесения аванса в определенный промежуток времени не являются аномальными, а, наоборот, совершенно обычными условиями при заключении договора с оплатой в определенный промежуток времени, при этом Продавец минимизировал свои риски, так как получал денежные средства, сохраняя при этом за собой предмет договора. ФИО3 оспаривает выводы суда первой инстанции о мнимости предварительного договора, указывает, что в период с 26.01.2017 по 07.06.2018 заключение основного договора и проведение государственной регистрации договора было не возможно, поскольку действовали обеспечительные меры. По мнению заявителя, вывод суда об отсутствии экономической целесообразности нарушает основные принципы по распоряжению имуществом, находящимся в собственности, на свободу договора, принятие решений и управление хозяйствующим обществом. Дать пояснения по предварительному договору мог только акционер и генеральный директор ФИО5, по какой причине она приняла решение продать часть недвижимости. Заявитель ходатайствовал о вызове ФИО5, которое, по мнению ФИО3, судом было необоснованно отклонено. ФИО3 полагает, что, поскольку не доказано наличие группы, следовательно, какого-либо перемещения денежных средств в несуществующей группе быть не может. Довод о свободном перемещении денежных средств также не подкреплен соответствующими доказательствами. Заявитель отмечает, что у него отсутствовали основания сомневаться в возможности погашения должником задолженности. Заявитель полагает, что наличие финансовой возможности для оплаты договора уступки подтверждается представленными доказательствами (расходный ордер ООО «ПРИТА» от 03.12.2018г., банковская выписка), а не договором купли-продажи недвижимости.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 26.05.2022 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 27.05.2022.

Конкурсный кредитор общество с ограниченной ответственностью «Филинг» (далее – ООО «Филинг») в отзыве на апелляционную жалобу просит апелляционную жалобу оставить без удовлетворения, судебный акт - без изменения. Указывает, что по своей сути доводы жалобы не опровергают выводы судебной экспертизы, а представляют собой некую попытку представить фактические обстоятельства дела в выгодной для кредитора интерпретации. Так, кредитор, ссылаясь на обычаи делового оборота, указывает «на согласование документов электронно с дальнейшим более поздним подписанием оригиналов». Однако кредитор не приводит и не раскрывает обстоятельств таких обычаев, или наличие каких-либо договоренностей относительно предмета сделки, достигнутые в более ранние периоды. Кроме того, указанные обстоятельства опровергаются самим поведением сторон, которые на протяжении нескольких лет не приступали к исполнению сделки. ООО «Филинг» отмечает, что судебными актами установлен факт аффилированности ООО «Добрый хлеб» с должником. У самих платежей прослеживается транзитный характер, осуществляемый со стороны цедента - ООО «Добрый хлеб», который осуществлял платежи по хозяйственным операциям головной структуры холдинга. ЗАО «Ярмарка», имеющая на балансе исключительно имущественный комплекс, сдаваемый в аренду своим же организациям, несло бремя его содержания, однако, ЗАО «Ярмарка» не вело какую-либо иную деятельность, позволявшее должнику самостоятельно осуществлять расчеты ресурсоснабжающими организациями, в связи с чем, аффилированные к должнику организации перечисляли денежные средства за должника. Перечисляя денежные средства за должника, ООО «Добрый хлеб», по сути, приобретал соответствующие требования к самому должнику, которые в силу ст. 313 ГК РФ носят заемный характер. При этом такие займы являются внутригрупповыми, вытекающими из аффилированности между указанными выше хозяйствующими субъектами, входящими в одну группу компаний, управляемых ФИО6 и ФИО5 нерыночные условия договоров между кредитором и должником. По мнению ООО «Филинг», о недействительности договора свидетельствуют следующие обстоятельства: отсутствие доказательств реальных попыток заключения основного договора купли-продаж, платежные поручения не имеют указания на заключенный предварительный договор купли-продажи, нерациональное поведение сторон по сделке, отсутствие экономической целесообразности со стороны кредитора приобретения требования к должнику, заведомое отсутствие возможности у должника исполнить вновь создаваемое обязательство. Заявитель не смог обосновать экономические мотивы внесения аванса в значительном размере практически сразу после заключения предварительного договора, а не непосредственно перед заключением основного (более 97 % от общей суммы). Данные мотивы не были раскрыты и в ходе поддержания требований со стороны ФИО5, являющейся генеральным директором должника до признания общества банкротом, в связи с чем доводы апелляционной жалобы о нарушении прав заявителя, выразившиеся в отклонении ходатайства о вызове свидетеля (ФИО5) не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. ООО «Филинг» полагает, что суд первой инстанции пришел к верному выводу об опровержении презумпции разумности поведения ФИО3, поскольку его поведение не соответствовало типичной модели поведения обычного гражданина - участника гражданского оборота.

Исполняющий обязанности конкурсного управляющего должника ФИО7 (далее – ФИО7) в отзыве на апелляционную жалобу полагает, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению. Указывает, что из системного толкования положений статей 86 и 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) следует, что вопрос о необходимости вызова эксперта относится к компетенции суда, разрешающего дело по существу и является правом, а не обязанностью суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия в целях правильного разрешения спора. Принимая во внимание, что выводы эксперта являются ясными, определенными и мотивированными, ходатайство ответчика о вызове экспертов для дачи пояснений удовлетворению не подлежит. ФИО7 ссылается на ранее установленную судебными актами аффилированность ООО «Добрый хлеб» и ЗАО «Ярмарка». ФИО7 полагает, что вопреки положениям статьи 65 АПК РФ заявителем (аффилированным кредитором) не представлено никаких доказательств в подтверждение реальности исполнения предварительного договора купли-продажи недвижимого имущества. Ссылается на отсутствие доказательств реального намерения сторон исполнить предварительный договор купли-продажи в установленный договором срок, отсутствие экономической целесообразности заключения и исполнения договора купли-продажи, нерыночные условия договора, неотносимость платежей к исполнению договора. ФИО7 указывает, что стороны предварительного договора купли-продажи недвижимого имущества от 07.12.2016 являются аффилированными лицами, в связи с чем им было известно о том, что договоры, положенные в основу заявленного требования, заключены значительно позднее платежей, на которые ссылается заявитель в подтверждение наличия долга. Заключение данных договоров имело целью создать видимость действительного денежного требования к должнику с неистекшим сроком исковой давности, тем самым увеличить кредиторскую задолженность должника и уменьшить вероятность наиболее полного удовлетворения требований добросовестных кредиторов должника. Представленный заявителем в материалы дела предварительный договор купли-продажи недвижимого имущества, по которому проводилась судебная экспертиза, и сделан вывод о несоответствии даты фактического изготовления документа указанной на самом документе, подтверждает вывод о злоупотреблении правом путем фальсификации доказательств с целью сокрытия фактических обстоятельств дела, и причинения вреда кредиторам. Также, по мнению ФИО7, обоснованной является позиция суда первой инстанции и относительно добросовестности действий заявителя.

ООО «Филинг» в дополнительных пояснениях указывает, что ни один из платежей не относится к предварительному договору, в связи с чем, доказательством оплаты ООО «Добрый хлеб» в пользу ЗАО Ярмарка» в рамках предварительного договора выступать не может. Ввиду отсутствия в материалах доказательств непосредственной оплаты ООО «Добрый хлеб» в пользу ЗАО Ярмарка» по предварительному договору купли-продажи, в том числе в качестве аванса, следует, что обязательство из предварительного договора купли-продажи у ЗАО «Ярмарка» по возврату указанных денежных средств - не возникло, в связи с чем, данное обязательство (требование по возврату аванса за продаваемые объекты недвижимости) не могло быть предметом договора цессии от 04.12.2018, и ООО «Добрый хлеб» не могло их уступить ФИО8 Требование к ЗАО «Ярмарка», возникшее из неосновательного обогащения, также не могло быть предметом спорной уступки, так как в материалы дела представлен предварительный договор купли-продажи недвижимого имущества, по которому уступлены требования. ООО «Филинг» указывает, что при наличии сведений об аффилированности должника и кредитора, к заявленному требованию должен быть применен более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве, а такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга. ООО «Филинг» ссылается на пункт 5 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020, согласно которому не подлежит удовлетворению заявление о включении в реестр требования аффилированного с должником лица, которое основано на исполнении им обязательства должника внешнему кредитору, если аффилированное лицо получило возмещение исполненного на основании соглашения с должником. По мнению ООО «Филинг», платежи ООО «Добрый хлеб» (ИНН 

<

***>) осуществленные за должника, могут представлять собой либо погашение задолженности за потребленные ресурсы (свет, вода, газ) непосредственно самим ООО «Добрый хлеб», т.к. договоры о снабжении которыми заключены с должником которой не имел возможности оплачивать счета ресурсоснабжающих организаций, либо данные платежи представляют собой фактически договор покрытия и свободное перемещение денежных средств внутри одной группы лиц, что позволяло одному из членов группы погашать долг перед независимым кредитором, тогда как ООО «Добрый хлеб» занимал производственные площади должника без встречного предоставления, т.е. имело место безвозмездное пользование имуществом должника. Такие взаимоотношения могли иметь место, что позволяло должнику и аффилированному кредитору наращивать перед таким кредитором подконтрольную кредиторскую задолженность посредством погашения долга перед независимым кредитором и без надлежащего юридического оформления (без соблюдения требований подп. 1 п. 1 ст. 161 ГК РФ) непосредственно между ЗАО «Ярмарка» и ООО «Добрый хлеб».

В дополнительных пояснениях, ФИО3 указывает, что в результате расторжения договора должник и деньги получил и сохранил за собой недвижимость. Заявитель повторно отклоняет доводы об аффилированности ЗАО «Ярмарка» и ООО «Добрый хлеб». Отмечает, что ООО Добрый хлеб ИНН 

<

***> располагался по адресу: 

<

...>. Никогда не арендовал помещения у ЗАО «Ярмарка», производством не занимался, осуществлял оптовую продажу продуктов питания. ЗАО «Ярмарка» занималась собственным производством - выпуском хлебобулочной продукции, что подтверждается представленной в материалы основного дела банковской выпиской по расчетному счету, по которому приходят от покупателей денежные средства за отгруженную продукцию. По мнению заявителя, в материалы дела представлены обоснованные сомнения в достоверности выводов экспертов, указано на пороки в экспертизе, на неверные арифметические расчеты, что привело к неверным выводам. В любом случае экспертиза опровергает доводы об изготовлении договора в период банкротства. Согласно ответу бывшего генерального директора ФИО5 в связи с удаленностью предприятия первоначально договоры подписывались по электронной почте, затем в дальнейшем подписывала оригинал. В связи с декретным отпуском оригинал был подписан в 2017 году после выхода из декрета. Также ФИО3 ссылается на наличие доказательств оплаты требования и на финансово- устойчивое состояние должника на дату совершения сделки (07.12.2016).

Исполняющий обязанности конкурсного управляющего должника ФИО7 ходатайствовал о рассмотрении жалобы в отсутствие представителя.

В соответствии со статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное разбирательство по рассмотрению апелляционной жалобы откладывалось до 19.07.2022.

В судебном заседании представитель ФИО3 поддержал доводы апелляционной жалобы.

Иные участвующие в деле лица явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие представителей не явившихся лиц.

Законность определения Арбитражного суда Ярославской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела, в Арбитражный суд Ярославской области обратился ФИО9 с заявлением о признании ЗАО «Ярмарка» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 22.04.2019 возбуждено производство по делу о признании закрытого акционерного общества «Ярмарка» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 16.11.2020 временным управляющим ЗАО «Ярмарка» утвержден ФИО10, член Союза арбитражных управляющих «Возрождение».

Определением Арбитражного суда Ярославской области суда от 15.04.2021 (резолютивная часть от 14.04.2021) ФИО10 освобожден от исполнения обязанностей временного управляющего ЗАО «Ярмарка».

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 31.05.2021 временным управляющим ЗАО «Ярмарка» утвержден ФИО7 член Союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «Дело».

Решением Арбитражного суда Ярославской области от 24.07.2021 (резолютивная часть от 20.07.2021) ЗАО «Ярмарка» прознано несостоятельным (банкротом), в отношении имущества должника открыта процедура конкурсного производства, исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден ФИО7, член Союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «Дело».

Согласно предварительному договору, заключенному 07.12.2016 между ЗАО «Ярмарка» в лице генерального директора ФИО5 (продавец) и ООО «Добрый хлеб» в лице генерального директора ФИО6 (покупатель), продавец обязуется продать покупателю на условиях, установленных данным договором, недвижимое имущество: помещения №№ 12-18,20-23, общей площадью 760 кв.м., расположенные на 2 этаже административно-производственного здания, расположенного по адресу: Ярославская область, г. Тутаев, Промскладская зона, д. 11 (пункт 1.1. договора) (т. 1 л.д. 12-13).

Стоимость продаваемых помещений определена в размере 3 350 000 руб. (пункт 1.3. договора).

Пунктом 1.4. договора предусмотрено, что основной договор подлежал заключению сторонами до 01.02.2018.

При этом передача покупателю объекта должника состояться по акту в течение пяти календарных дней со дня заключения основного договора (пункт 2.1.1. договора).

В соответствии с пунктом 3.1. договора покупатель обязуется оплатить продавцу аванс за объект в размере 3 250 000 руб. до 01.02.2018, при этом стороны договорились, что остаток 100 000 руб. покупатель оплачивает в течение пяти рабочих дней после государственной регистрации основного договора.

ООО «Добрый хлеб» осуществлены платежи в период с 09.12.2016 по 09.01.2018 на общую сумму 3 258 995,86 руб. в пользу контрагентов должника.

В подтверждение указанных обстоятельств в материалы дела представлены платежные поручения об оплате ООО «Добрый хлеб» обязательств за должника, распорядительные письма должника, акты сверки взаимных расчетов, подписанные между ЗАО «Ярмарка» и его контрагентами, в пользу которых ООО «Добрый хлеб» перечисляло денежные средства.

Сумма перечислений ООО «Добрый хлеб» за ЗАО «Ярмарка» в размере      3 258 995,86 руб. подтверждена актом сверки взаимных расчетов за период с 01.12.2016 по 19.11.2018, подписанному директором должника ФИО5 и директором ООО «Добрый хлеб» ФИО9

19.11.2018 ООО «Добрый хлеб» уведомило общество о расторжении предварительного договора купли-продажи недвижимого имущества от 07.12.2016 в соответствии с пунктом 5.4 указанного договора, которым предусмотрено, что в случае невыполнения одной из сторон своих обязательств другая сторона справе расторгнуть договор в одностороннем порядке, уведомим об этом за 14 дней (т. 1 л.д. 99).

Кроме того, в данном уведомлении ООО «Добрый хлеб» требовало возвратить полученные денежные средства в течение трех банковских дней с момента истечения срока уведомления в соответствии с пунктом 5.4. договора.

04.12.2018 между ООО «Добрый хлеб» (цедент) и ФИО3 (цессионарий) заключен договор уступки права требования (цессии), в соответствии с которым цедент уступает, а цессионарий принимает права (требования) по предварительному договору купли-продажи недвижимости от 07.12.2016, заключенному между ООО «Добрый хлеб» и ЗАО «Ярмарка», в сумме 3 258 995,86 руб. (т. 1 л.д. 100).

При этом в соответствии с пунктом 3.1 стоимость уступаемого права составила 1 600 000 руб., сроки оплаты договором не определены, пунктом 1.3 договора предусмотрено, что право требования переходит от цедента к цессионарию с момента подписания договора.

В подтверждение оплаты права требования по договору ФИО3 представил в материалы дела квитанцию к приходно-кассовому ордеру № 79 от 04.12.2018 на сумму 1 600 000 руб. (т. 1 л.д. 107).

ЗАО «Ярмарка» уведомлено о произведенной уступке (т. 1 л.д. 102).

25.06.2019 ООО «Добрый хлеб» было исключено из ЕГРЮЛ на основании решения налогового органа в связи с недостоверностью сведений об обществе, согласно информации, представленной УФНС по Ярославской области, представленной в материалы дела 20.01.2020, бухгалтерская отчетность данным обществом за 2018 год не представлялась.

Вышеизложенные обстоятельства послужили основанием для обращения ФИО3 в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, заслушав представителя ФИО3, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Установление размера требований осуществляется в порядке, определенном статьями 71 и 100 Закона о банкротстве.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Приведенные разъяснения направлены на предотвращение в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов необоснованных требований к должнику и нарушения тем самым прав кредиторов, поэтому к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. Целью такой проверки являются установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Таким образом, при рассмотрении вопроса обоснованности требований кредитора суд должен проверить реальность совершения и исполнения сделки, действительное намерение сторон создать правовые последствия, свойственные соответствующим правоотношениям.

Как следует из правовой позиции, выраженной в Определении Верховного Суда РФ от 23.08.2018 по делу за № 305-ЭС18-3533, нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность.

Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (пункт 26 Постановления № 35, определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197).

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.07.2019, постановлением Арбитражного суда Московского округа от 07.11.2019 по делу № А40-52851/2017 установлена фактическая и юридическая аффилированность ЗАО «Ярмарка» ИНН 

<

***> с ООО «Добрый хлеб» ИНН 

<

***>.

Высшая судебная инстанция неоднократно (в частности, в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2016 № 305-ЭС15-16362, от 27.01.2017 № 305-ЭС16-19178, от 24.03.2017 № 305-ЭС17-1294) высказывала правовую позицию, согласно которой, если в двух самостоятельных делах дается оценка одним обстоятельствам, оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в деле, рассмотренном ранее, принимается во внимание судом, рассматривающим второе дело. В том случае, если суд, рассматривающий второе дело, придет к иным выводам, он должен мотивировать такой вывод. При этом иная оценка может следовать, например, из иного состава доказательств по второму делу, нежели те, на которых основано решение по первому делу.

ФИО3, опровергая наличия аффилированности по причине отсутствия преюдиции, не привел доказательств и обстоятельств, которые бы опровергли ранее установленную фактическую аффилированность ЗАО «Ярмарка» и ООО «Добрый хлеб».

Суд апелляционной инстанции учитывает, что согласно сведениям, размещенным в картотеке арбитражных дел в открытом доступе, фактическая аффилированность ЗАО «Ярмарка» и ООО «Добрый хлеб» также установлена определением Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2018 по делу А40-52851/2017 по спору о признании недействительным пункта 2.1 соглашения об отступном № от 11.07.2016, заключенного между ПАО Банк «ВВБ», ЗАО «Ярмарка» (заемщик по соглашению) и ООО «Бустер» (залогодатель по соглашению), признании недействительным соглашения об отступном № 2 от 11.07.2016, заключенного между ПАО Банк «ВВБ», ООО «Добрый хлеб» и ООО «Бустер», применении последствий недействительности сделки. Участниками указанного обособленного спора являлись также ЗАО «Ярмарка», ООО «Добрый хлеб».

При таких обстоятельствах аффилированность ЗАО «Ярмарка» и ООО «Добрый хлеб» является установленной.

Исходя из сложившейся судебной практики при рассмотрении требований в ситуации включения в реестр аффилированного кредитора выработаны критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, - на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Указанное распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью установления обоснованности и размера спорного долга, возникшего из договора, и недопущением включения в реестр необоснованных требований (созданных формально с целью искусственного формирования задолженности с целью контролируемого банкротства либо имевшихся в действительности, но фактически погашенных (в ситуации объективного отсутствия у арбитражного управляющего документации должника и непредставлении такой документации аффилированным лицом)), поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Рассматривая обособленный спор об установлении требования кредитора при наличии возражений, мотивированных тем, что лежащая в основе этого требования сделка направлена на создание искусственной задолженности, суд в силу положений статей 71, 100 Закона о банкротстве должен осуществить проверку обоснованности такого требования, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке (пункт 13 «Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства», утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016).

Целью такой проверки является недопущение включения в реестр необоснованных требований, что в ситуации недостаточности имущества должника приводило бы к нарушению прав и законных интересов кредиторов, конкурирующих между собой за получение удовлетворения требований, а также должника и его учредителей (участников), законный интерес которых состоит в наиболее полном и справедливом погашении долгов.

По общему правилу действия кредиторов по искусственному наращиванию подконтрольной кредиторской задолженности с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, следует квалифицировать как злоупотребление правом.

Соответствующая правовая позиция отражена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556, от 15.02.2018 № 305-Эс17-17208, от 21.02.2018 № 310-ЭС17-17994 (1, 2).

Возражения относительно реальности требования ФИО3 были заявлены исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника, конкурсным кредитором ООО «Филинг», соответственно, ФИО3, как правопреемник аффилированного с должником лица, обязан раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки.

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как мнимой и ничтожной.

Согласно заключению эксперта от 13.09.2021 в рамках назначенной судебной экспертизы, время нанесения оттиска печати на предварительном договоре купли-продажи недвижимого имущества от 07.12.2016 не соответствует дате, указанной в документе; оттиск печати нанесен не ранее декабря 2018 года по заключению эксперта ФИО11 и не ранее 16.11.2017 по заключению эксперта ФИО12 (т. 3 л.д. 146).

В опровержение доводов, изложенных в заключении эксперта ФИО3, представил в материалы дела заключение специалиста от 15.11.2011 № Т623-рдэ/2021 (т. 4 л.д. 6-14).

Вместе с тем, представленное в материалы дела заключение специалиста не может являться доказательством, опровергающим выводы данной экспертизы. Рецензия содержит лишь субъективную оценку действий эксперта, в то время как доказательства по делу подлежат судебной оценке. 

Представленная рецензия не содержит каких-либо выводов, которые бы опровергали по существу, выводы, сделанные в заключении эксперта.

Как верно отметил суд первой инстанции, выводы специалиста в рецензии доказательственной базой не подкреплены.

Представленная рецензия специалиста составлена лицом, не привлеченным к участию в деле, не предупреждавшимся судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, квалификация данного лица не проверялась в установленном порядке.

Эксперты ФИО11 и ФИО12 предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, о чем в экспертном заключении имеются подписки; лица, участвующие в деле, отводов экспертам не заявляли, ФИО11 и ФИО12 имеют надлежащую квалификацию; компетентность данных экспертов не опровергнута допустимыми доказательствами. Надлежащих доказательств, опровергающих выводы экспертов, не представлено. 

Вопреки доводам заявителя, надлежащих доказательств нарушения ФИО11 либо ФИО12 при проведении исследования требований действующего законодательства не установлено, экспертами описана методика проведенного исследования.

Таким образом, судебная экспертиза проведена лицом, обладающим специальными познаниями, исследованию был подвергнут необходимый и достаточный материал, проведенное исследование и методы, использованные экспертом, а также сделанные на их основе выводы обоснованы, в связи с чем у суда первой инстанции отсутствовали основания не доверять выводам, сделанным по результатам судебной экспертизы.

Доводы заявителя о том, что суд первой инстанции неправомерно отказал в вызове экспертов в судебное заседание, подлежит отклонению, поскольку вопрос о необходимости вызова эксперта относится к компетенции суда, разрешающего дело по существу, и является правом, а не обязанностью суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора.

Более того, ФИО3 представил вопросы экспертам в письменном виде (т. 4 л.д. 52), на указанные вопросы экспертами были предоставлены ответы (т. 1 л.д. 60-61).

Вопреки доводам ответчика, представленные ответы недопустимыми доказательствами не являются, могли быть оценены в качестве письменных доказательств (статья 75 АПК РФ).

При таких обстоятельствах, нарушение процессуальных прав заявителя не установлено.

С учетом вопросов экспертам и данных на них ответов, основания усомниться в результатах экспертизы у суда первой инстанции отсутствовали. 

Таким образом, приняв во внимание результаты экспертизы, судом первой инстанции правомерно установлено, что договоры, положенные в основу заявленного требования, возникли позднее платежей, на которые ссылается заявитель в подтверждение наличия долга.

Об указанных обстоятельствах ООО «Добрый хлеб» и ЗАО «Ярмарка», как аффилированные лица, не могли не знать.

Суд первой инстанции сделал верный вывод о неотносимости платежей, на которые ссылается заявитель, к исполнению договора, поскольку платежные поручения, представленные в материалы дела, не имеют указания на заключенный предварительный договор купли-продажи, и, по сути, являются платежами за должника, что указывает на свободное движение денежных средств внутри группы компаний.

Кроме того, доказательств направления распорядительных писем должника в адрес ООО «Добрый хлеб», которые бы соотносились с датами осуществления платежей в материалы дела не представлено. Отметки о получении писем на самих документах отсутствуют.

Судом первой инстанции были установлены следующие обстоятельства, свидетельствующие о мнимости предварительного договора купли-продажи:

стоимость приобретаемого имущества являлась фиксированной, что было выгодно для ООО «Добрый хлеб» как покупателя, однако обосновать экономические мотивы внесения аванса в значительном размере сразу после заключения предварительного договора, а не непосредственно перед заключением основного, заявитель не смог;

в материалах дела отсутствует подтверждение, что стороны действительно намеревались исполнить предварительный договор купли-продажи в установленный договором срок: на протяжении периода времени с 07.12.2016 по 01.02.2018 стороны не предприняли никаких мер, направленных на заключение основного договора (принятие корпоративных решений, направленных на заключение договора, совершение действий по подготовке проектов договора и направления его текста другой стороне и т.п.);

отсутствие экономической целесообразности заключения и исполнения договора купли-продажи, поскольку на дату заключения предварительного договора ЗАО «Ярмарка» владело комплексом недвижимого имущества (8 нежилых зданий и 2 земельных участка, на котором расположено здания, в котором подлежали продаже ООО «Добрый хлеб» помещения, и являлось единственным активом общества), которое сдавалось в аренду аффилированным лицам;

у должника отсутствовали какие-либо обязательства, для исполнения которых обществу необходимо было получить денежные средства за счет продажи объекта недвижимости; обществом не совершались мероприятия, направленные на изменение профиля деятельности (от сдачи объектов недвижимости в аренду к производству или т.п.);

в период действия предварительного договора ООО «Добрый хлеб» уплачивает ЗАО «Ярмарка» аванс в размере 3 250 000 рублей, что составляет 97% от стоимости объекта недвижимости, что в условиях осуществления экономической деятельности хозяйствующего общества является нетипичным; между датой заключения предварительного договора (07.12.2016) и предполагаемой датой заключения основного договора (01.02.2018) стороны предусмотрели ничем не обусловленный продолжительный срок, при этом сторонам ничего не препятствовало заключить договор в более короткий срок, причин, в связи с которыми передача имущества не состоялась в течение времени, близком к датам платежей, не раскрыто.

Вышеуказанные обстоятельства заявителем не были опровергнуты, разумные экономические мотивы совершения сделки не раскрыты.

Доводы заявителя о том, что заключение договора было невозможно в период с 26.01.2017 по 07.06.2018 в силу действия обеспечительных мер, не оправдывают установление сторонами столь продолжительного срока между заключением предварительного договора и основного договора купли-продажи.

ФИО3 заявлено ходатайство о вызове свидетеля ФИО5 

В соответствии с частью 1 статьи 88 АПК РФ по ходатайству лица, участвующего в деле, арбитражный суд вызывает свидетеля для участия в арбитражном процессе.

Согласно положениям части 1 статьи 88 АПК РФ арбитражный суд вызывает свидетеля для участия в деле по ходатайству лица, участвующего в деле. Лицо, ходатайствующее о вызове свидетеля, обязано указать, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, может подтвердить свидетель, и сообщить его фамилию имя, отчество и место жительства (часть 2).

Из содержания вышеуказанной статьи следует, что вызов лица в качестве свидетеля является правом, а не обязанностью суда.

Заявителем жалобы не указаны обстоятельства, позволяющие апелляционному суду сделать вывод о необоснованном отклонении судом первой инстанции ходатайства о вызове свидетеля.

Кроме того, ФИО5 входила в одну группу лиц с ООО «Добрый хлеб» ЗАО «Ярмарка», что подтверждается представленными в материалы дела судебными актами.

Суд апелляционной инстанции учитывает, что материалами дела в достаточной степени не подтверждается экономическая целесообразность заключения предварительного договора, подтверждающие реальность сделки документы не были представлены, в связи с чем показания аффилированного лица не могут заменить письменные документальные доказательства, необходимые для подтверждения позиции ответчика.

Кроме того, ФИО5, исполнявшая обязанности генерального директора должника на дату введения конкурсного производства в отношении должника, выразила свое отношение к спорной задолженности в письменном отзыве (т. 1 л.д. 178).

Судебная коллегия обращает внимание, что заявитель не лишен был возможности представить дополнительные письменные сведения в отношении спорной задолженности от ФИО5

При таких обстоятельствах, в удовлетворении ходатайства о вызове свидетеля было отказано.

Таким образом, суд первой инстанции, приняв во внимание фактическую аффилированность ООО «Добрый хлеб» ЗАО «Ярмарка», установив отсутствие разумных экономических мотивов к заключению предварительного договора купли-продажи, совершение договора после совершения платежей, неотносимость совершенных ООО «Добрый хлеб» платежей к предварительному договору купли-продажи, пришел к обоснованному выводу о том, что предварительный договор купли-продажи является мнимой сделкой, а заключение данного договора имело целью создать видимость денежного требования к должнику, тем самым искусственно увеличить кредиторскую задолженность должника.

При таких обстоятельствах права требования по мнимому договору не могли быть переданы ФИО3 по договору цессии.

Оснований для переквалификации спорной задолженности из договора в обязательство из кондикции или иное недоговорное обязательство судебная коллегия не усматривает, относительно произведенных ООО «Добрый хлеб» платежей в счет исполнения обязательств должника суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

ООО «Филинг» в отзыве на апелляционную жалобу указал, что погашением ООО «Добрый хлеб» могло быть обусловлено существование договора о покрытии.

Как разъяснено в пункте 5 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), не подлежит удовлетворению заявление о включении в реестр требования аффилированного с должником лица, которое основано на исполнении им обязательства должника внешнему кредитору, если аффилированное лицо получило возмещение исполненного на основании соглашения с должником.

Под отношениями покрытия понимаются внутренние отношения в группе компаний, предполагающие предоставлении должнику компенсации (платёж в пользу внешних кредиторов; исполнение поручителя; предоставление имущества) за изъятые из его оборота активы (распределённые кредитные средства).

Для подтверждения этих фактов следует установить три обстоятельства: 1) наличие отношений покрытия (предполагается); 2) исполнение внешнему кредитору; 3) возмещение исполненного (предполагается).

Как установлено в постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.07.2019 по делу № А40-52851/2017 ООО «Добрый хлеб» ЗАО «Ярмарка» имеют общие экономические и хозяйственные связи, а также имели взаимные и общие финансовые обязательства.

В постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2018 по делу № А40-52851/17 (опубликовано 13.12.2018 в https://kad.arbitr.ru/Card/59de95b2-0723-4ee3-abf3-0bb78d643e53 ) установлены следующие обстоятельства.

В соответствии с договором поручительства № 0-05-01-01/28.09.2015-92/П-5 от 28.09.2015 ЗАО «Ярмарка» являлось поручителем по кредитному договору ООО «Добрый хлеб» № 0-05-01-01/28.09.2015-92 от 28.09.2015, задолженность по которому на 11.07.2016 составила 13 277 908,74 рублей. ЗАО "Ярмарка" в счет погашения обязательств было передано нежилое помещение: помещение, назначение: нежилое, общая площадь 781,1 кв. м, подвал, номера на поэтажном плане 26, 27, 35-56,58,59, адрес (местонахождение) объекта: 

<

...>, кадастровый (или условный) номер: 76:23:010101:175170 рыночной стоимостью 53.000.000 рублей. Соответственно, принимая от ЗАО «Ярмарка» нежилое помещение рыночной стоимостью 53.000.000 рублей ПАО Банк «ВВБ» получил удовлетворение кредитных обязательств в полном объеме от ЗАО «Ярмарка», а также удовлетворение кредитных обязательств ООО «Добрый хлеб» перед ПАО Банк «ВВБ» в части - 15.446.698, 64 рубля. Таким образом, задолженность ООО «Добрый хлеб» перед ПАО Банк «ВВБ» составила на момент подписания отступного 11.07.2016 не более 6.197.065,98 рублей.

Таким образом, материалами дела, в частности, судебными актами по делу А40-52851/2017 подтверждается, что ЗАО «Ярмарка» фактически исполняло обязательства за ООО «Добрый хлеб» в период, предшествовавший осуществлению платежей ООО «Добрый хлеб» в счет исполнения обязательств должника.

Как установлено в постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.07.2019 по делу № А40-52851/2017 ФИО5 и ее супруг ФИО6 выступали конечными бенефициарами группы лиц, в которую входили ЗАО «Ярмарка», ООО «Добрый хлеб».

С учетом презумпции разумности действий участников гражданского оборота (п. 5 ст. 10 ГК РФ) есть основания полагать, что действия, направленные на совершение упомянутых операций, обсуждались на внутригрупповых переговорах, в их основе лежит достигнутая членами группы договоренность. При этом подчиненность членов группы одному конечному бенефициару позволяла им заключать соглашения об исполнении обязательств друг друга, в том числе договоры о покрытии, без надлежащего юридического оформления (без соблюдения требований подп. 1 п. 1 ст. 161 ГК РФ).

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что погашение ООО «Добрый хлеб» обязательства должника перед внешними кредиторами могло быть обусловлено наличием скрытого от суда договора о покрытии, являющегося соглашением о предоставлении должнику компенсации за изъятые из его оборота активы посредством осуществления ООО «Добрый хлеб» платежа в пользу внешних кредиторов должника (абз. 1 п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 ноября 2016 г. № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», п. 1 ст. 313 ГК РФ).

С учетом того, что ЗАО «Ярмарка», ООО «Добрый хлеб» являлись аффилированными лицами, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на предъявившем требование ФИО3 лежало бремя доказывания того, что в рассматриваемых отношениях должник и ООО «Добрый хлеб» действовали самостоятельно, независимо друг от друга, в отсутствие соглашения между ними, а их поведение не являлось скоординированным, продиктованным интересами контролирующих лиц.

Однако, поскольку таких доказательств в материалы дела представлено не было, позиция о существовании скрытого договора о покрытии не опровергнута.

При таких обстоятельствах, обязательство, на основании которого заявлено о включении требования заявителя в реестр требований кредиторов отсутствуют.

Отказывая во включении в реестр требований кредиторов должника, суд первой инстанции также исходил из того, что презумпция разумности поведения ФИО3 была опровергнута.

Его поведение не соответствовало типичной модели поведения обычного гражданина - участника гражданского оборота, находящегося в схожих обстоятельствах, противоречило интересам самого ФИО3 и логически не вытекало из ситуации, в которой он находился.

Суд принял во внимание отсутствие экономических мотивов заключения договора уступки права требования к ЗАО «Ярмарка», отметил, что требование к ЗАО «Ярмарка», переданное ФИО3 связано с тем, что ООО «Добрый хлеб» оплачивало длительный период за должника коммунальные услуги, что должно было озадачить заявителя относительно платежеспособности должника, учел, что ФИО3 в ходе рассмотрения дела не подтвердил, что анализировал финансовое состояние должника, приобретая требование к нему, что нельзя отнести к разумному поведению лица, ранее не имеющего опыта в подобном заработке, а также суд первой инстанции констатировал, что вложение денежных средств, вырученных от продажи недвижимого имущества в возможное получение эфемерной выгоды по договору уступки от лица, платежеспособность и порядочность в правоотношениях которого должна была вызвать сомнения, поскольку долг перед правопредшественником заявителя возник в связи с осуществлением оплаты коммунальных услуг за длительный период и на значительную сумму, не является разумным.

Основания не согласиться с указанными выводами у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Вопреки доводам заявителя, в обоснования наличия финансовой возможности предоставить денежные средства ФИО3 первоначально действительно ссылался на доход от продажи квартиры (т. 2 л.д. 67).

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции полагает, что вопрос о наличии у заявителя финансовой возможности произвести оплату по договору уступки права требования не имеет правового значения при установленных обстоятельствах, в частности, мнимости договора предварительной купли-продажи и осуществления платежей за должника в условиях внутригруппового финансирования, в связи с чем представленные в материалы дела расходный кассовый ордер от 03.12.2018, оформленный ООО «Прита», выписка по счету ООО «Прита» (т. 2 л.д. 221-222) не опровергают обоснованности вывода суда первой инстанции о приобретении заявителем отсутствующего права и об отказе в удовлетворении заявления.

При таких обстоятельствах судебный акт принят судом первой инстанции при правильном применении норм материального и процессуального права, с учетом конкретных обстоятельств дела, оснований для его отмены или изменения не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче апелляционной жалобы по данной категории дел государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 258, 268 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Ярославской области от 16.04.2022 по делу № А82-5924/2019 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Ярославской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий 

Судьи

 

И.В. Караваев

ФИО13

ФИО1