АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

16 февраля 2023 года

Дело №

А56-97862/2019

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Богаткиной Н.Ю., судей Зарочинцевой Е.В., ФИО1, 

при участии от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Салют» ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 28.09.2022), от ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 24.05.2021), от общества с ограниченной ответственностью «УМ-13-СПб» - ФИО6 (доверенность от 18.01.2022),

рассмотрев 09.02.2023 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО4 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.07.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.11.2022 по делу № А56-97862/2019/суб.1,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.09.2019 по заявлению общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «УМ-13-СПб» возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Салют», адрес: 196070, Санкт-Петербург, ул. Победы, д. 3, лит. А, пом. 3-Н, оф. 1, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество).

Определением от 23.10.2019 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО2. 

Решением от 03.07.2020 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО2 

Конкурсный управляющий ФИО2 21.10.2021 обратилась в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении бывшего генерального директора Общества ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

Определением от 12.07.2022 суд первой инстанции привлек ФИО4 к субсидиарной ответственности; одновременно приостановил до окончания расчетов с кредиторами рассмотрение заявления в части определения размера ответственности ответчика.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.11.2022 определение от 12.07.2022 оставлено без изменения. 

В кассационной жалобе ФИО4, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, и несоответствие выводов судов первой и апелляционной инстанций установленным обстоятельствам, а также на нарушение ими норм материального и процессуального права, просит указанные определение и постановление отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

По мнению подателя жалобы, объективное банкротство Общества и невозможность удовлетворения требований кредиторов обусловлены причинами, которые не связаны с действиями бывшего руководителя должника. 

Суды считает ФИО4, не учли его доводы о том, что объем переданных конкурсному управляющему документов позволял провести процедуры банкротства должника, при этом существенные затруднения, связанные с пороками переданной документации, отсутствовали. 

Податель жалобы указывает, что получение отрицательного судебного акта по делу № А56-25725/2019 не является следствием действий (бездействия) ответчика, а обусловлено процессуальными ошибками конкурсного управляющего, допущенными при представлении интересов Общества. 

Таким образом, по мнению ФИО4, отсутствует причинно-следственная связь между невозможностью взыскания денежных средств по договору подряда от 28.09.2017 № 11/09/17 и банкротством должника. 

В отзыве конкурсный управляющий ФИО2 просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения, а кассационную жалобу ФИО4 – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО4 доводы кассационной жалобы поддержала, а представители конкурсного управляющего ФИО2 и ООО «УМ-13-СПб» возражали против ее удовлетворения. 

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не стало препятствием для рассмотрения жалобы. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, ФИО4 с 22.08.2017 по дату открытия процедуры конкурсного производства являлся единоличным исполнительным органом должника. 

В заявлении о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий ссылался на то, что в результате совершения подозрительных сделок причинен существенный вред имущественным правам кредиторов, а неисполнение ФИО4 обязанности по передаче конкурсному управляющему в полном объеме бухгалтерской и иной документации должника, материальных и иных ценностей не позволило сформировать конкурсную массу.

Непередачу документации должника конкурсному управляющему суд признал основанием для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. Суд также посчитал доказанным совершение сделок и действий, которые привели к значительному ухудшению финансового состояния должника, возникновению у него кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства, следовательно, к невозможности пополнения конкурсной массы должника и удовлетворения требований кредиторов.

Суд апелляционной инстанции выводы суда первой инстанции поддержал.

Кассационная инстанция, изучив материалы дела и приведенные в жалобе доводы, проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, приходит к следующим выводам. 

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным указанным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Относительно правовых норм, подлежащих применению к рассматриваемым правоотношениям, суды верно применили положения пункта 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве) и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ), в силу которого рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу названного закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Установив, что поставленные в вину ФИО4 действия (бездействие) имели место после вступления в законную силу Закона № 266-ФЗ, суд первой инстанции в части непередачи документации обоснованно рассмотрел заявление по процессуальным и материальным правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий (бездействия) контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Неисполнение обязанности по передаче истребуемой документации порождает презумпцию причинно-следственной связи между поведением контролирующего должника лица и невозможностью полного погашения требований кредиторов. Указанная презумпция ФИО4 не опровергнута.

Как усматривается из материалов дела и установлено судами, в ходе мероприятий, проводимых в конкурсном производстве, имущество, подлежащее реализации, не выявлено, документы, подтверждающие наличие дебиторской задолженности, бывшим генеральным директором должника конкурсному управляющему не переданы. 

Суд первой инстанции обозрел и проанализировал список переданных ФИО4 документов, в результате чего пришел к выводу, что документы, подтверждающие указанную на балансе Общества дебиторскую задолженность в размере 4 826 000 руб., не переданы. 

Суд апелляционной инстанции выводы суда первой инстанции поддержал и отразил процессуальное поведение ответчика, который в рамках обособленного спора № А56-97862/2019/сд.1 вместе с отзывом на заявление конкурсного управляющего о признании сделки недействительной представил значительный объем первичной документации должника. 

При этом суд апелляционной инстанции отметил, что постановлениями об отказе в возбуждении уголовного дела от 10.06.2019 и 10.02.2020 подтвержден факт пропажи копий коммерческих документов и печатей Общества, но не их оригиналов. 

Между тем обязанность по хранению и передаче конкурсному управляющему документов руководителем должника презюмируется. 

Суды, оценив по правилам главы 7 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, установив, что ФИО4 надлежащим образом не исполнил обязанность по обеспечению сохранности документации, передаче учетных и бухгалтерских документов Общества, а также его имущества арбитражному управляющему, приняв во внимание, что отсутствие документации должника не позволило конкурсному управляющему провести мероприятия в части предъявления исковых требований к контрагентам организации-банкрота, оспорить сделки должника, сформировать конкурсную массу в размере, достаточном для расчетов с кредиторами, и достичь целей конкурсного производства, пришли к обоснованному выводу о наличии оснований для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по правилу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Доказательств наличия обстоятельств, объективно препятствовавших в установленный законом срок передать документацию, либо доказательств того, что отсутствие документации не привело к существенному затруднению проведения процедур банкротства, в материалы дела не представлено.

Удовлетворяя заявленные требования, суды исходили из того, что невыполнение бывшим руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче временному (конкурсному) управляющему документации должника свидетельствует о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Довод подателя жалобы о наличии у конкурсного управляющего возможности для самостоятельного поиска документации и имущества должника был исследован судом апелляционной инстанции и обоснованно отклонен. Отсутствие в полном объеме документации должника в любом случае лишило конкурсного управляющего возможности располагать полной информацией о деятельности должника и совершенных им сделках, что повлекло невозможность проведения мероприятий, в частности, по истребованию имущества должника у третьих лиц, по оспариванию сделок должника, предъявлению к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником (дебиторам должника), требований о ее взыскании, а также привело к необоснованному затягиванию процедуры банкротства.

ФИО4 не раскрыл сведения об активах Общества и не доказал, что невозможность полного погашения требований кредиторов не являлась следствием действий (бездействия) контролирующего должника лица, а также не опроверг выводы судов о том, что переданная им документация имеет дефекты, наличие которых исключает возможность ее анализа с целью установления дебиторов.

Доводы, дискредитирующие выводы судов, ответчиком не приведены.

Представитель кредитора ООО «УМ-13-СПб» в заседании кассационной инстанции пояснила, что при рассмотрении дела в суде первой инстанции суд обозрел все документы, касающиеся суммы дебиторской задолженности, которые были переданы ФИО4 конкурсному управляющему, и сделал вывод о наличии у переданных документов дефектов, не позволяющих конкурсному управляющему взыскать дебиторскую задолженность с контрагентов.

Суд кассационной инстанции полагает данный вывод верным: так, ввиду отсутствия первичной документации, оформленной надлежащим образом, невозможно проверить достоверность сведений, отраженных в бухгалтерских балансах должника, что препятствует формированию конкурсной массы.

Судами установлено, что до настоящего времени не переданы в полном объеме документы в отношении дебиторов на сумму 4 826 000 руб., и правильно отмечено, что уклонение от передачи запасов на сумму 7 114 000 руб. и невозможность взыскать дебиторскую задолженность является основаниями для привлечения его к субсидиарной ответственности.

ФИО4 обязан был обеспечить надлежащее ведение бухгалтерского учета, отчетности, безопасные условия хранения документов бухгалтерского учета и их передачу конкурсному управляющему за период, когда фактическая деятельность должника прекратилась. Между тем данная обязанность им не исполнена, презумпция возникновения неплатежеспособности должника вследствие действий руководителя им не опровергнута, и в поведении бывшего руководителя, не передавшего документацию должника, в том числе по дебиторской задолженности связанных с должником лиц, усматривается направленность на сокрытие фактов совершения контролирующими должника лицами неправомерных действий, повлекших банкротство подконтрольного им Общества.

       В заседании кассационной инстанции представитель ФИО4 не смогла пояснить, что представляют собой запасы на сумму 7 114 000 руб., отраженные в бухгалтерской отчетности Общества.

       Ссылка на судебный акт по делу № А56-25725/2019, которым Обществу отказано во взыскании с ООО «СИЭЛ» задолженности за выполненные работы по договору подряда от 28.09.2017 № 11/09/17, судом кассационной инстанции не принимается.

       При рассмотрении дела № А56-25725/2019 суды установили, что Общество предъявило к оплате работы на сумму 9 057 591 руб. 50 коп. на основании односторонних актов; по делу проведена судебная экспертиза, общая стоимость подтвержденных экспертом фактически выполненных работ составила 1 543 541 руб., при этом объект имеет признаки самовольной постройки, что исключает возможность ввода его в эксплуатацию, а значит результат работ не имеет для заказчика потребительской ценности.

        Указание ФИО4 на то, что им были закуплены материалы для выполнения работ, которые были использованы и стоимость которых составила более 9 000 000 руб., опровергается вступившим в законную силу судебным актом по делу № А56-25725/2019.     

При таких обстоятельствах вывод судов о наличии оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по правилам пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве следует признать правильным.

Кроме того, судами признано доказанным, что действия ФИО4, направленные на совершение сделок от имени должника, существенно ухудшили материальное положение последнего. 

В силу абзаца третьего пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В редакции Закона № 266-ФЗ аналогичные положения содержатся в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве), следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Данная позиция также отражена в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62).

Согласно разъяснениям, изложенным в подпункте 5 пункта 2 Постановления № 62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица.

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации (пункт 3 Постановления № 62).

Как установлено судами в рамках обособленного спора № А56-97862/2019/сд.1, должник в период с 03.10.2018 по 03.06.2019 совершил банковские операции по выдаче наличных денежных средства в пользу ФИО4 в сумме 655 247 руб. 38 коп., а в период с 24.01.2018 по 03.06.2019 ФИО4 получил с расчетного счета Общества 1 990 487 руб. 83 коп. 

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.10.2021 по означенному выше обособленному спору, измененным постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2022, указанные сделки были признаны недействительными, совершенными в целях причинения имущественного ущерба Обществу, а также в период, когда у последнего имелись непогашенные обязательства перед ООО «УМ-13-СПб».

Объем выбывших из владения Общества денежных средств является значительным по отношению к сумме активов (более 60%).

ФИО4 указанные выводы в кассационной жалобе не отрицает. 

При наличии не исполненных Обществом обязательств перед кредиторами выведенные денежные средства ФИО4, действуя разумно, должен был направить на погашение задолженности, которая стала образовываться с мая 2018 года.     

В пункте 23 Постановления № 53 указано, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо либо косвенно, для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

Вывод судов о том, что такие обстоятельства конкурсным управляющим в данном случае были доказаны, является правильным; списания денежных средств с расчетного счета Общества носят убыточный характер и совершены при отсутствии их экономического обоснования, в условиях неисполнения последним принятых на себя обязательств, то есть содержат признаки подозрительной сделки, указанные в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Указанные последствия вывода имущества в пользу руководителя могут наступить и в том случае, если факты нарушения обязательств перед кредиторами имели место и после совершения очевидно убыточных для должника сделок, когда возникшая вследствие неправомерных действий такого рода недостаточность имущества должника являлся длящейся, и ущерб, причиненный должнику в результате вывода его имущества при отсутствии встречного предоставления, не компенсирован до момента наступления срока осуществления расчетов с кредиторами.

С учетом изложенного вывод судов о наличии оснований для применения субсидиарной ответственности по подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве к ответчику является верным.

Суд кассационной инстанции отмечает, что с учетом наличия судебных актов, которыми сделки должника признаны недействительными, спора по делу о взыскании задолженности по договору подряда от 28.09.2017 № 11/09/17 недобросовестные действия ФИО4 по отношению к кредиторам должника можно считать доказанным. 

Доводы кассационной жалобы в целом сводятся к выражению несогласия с оценкой, данной судами имеющимся в деле доказательствам; переоценка доказательств не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 287 АПК РФ.

Нарушений судами норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 288 АПК РФ основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

При изложенных обстоятельствах основания для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют. 

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.07.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.11.2022 по делу № А56-97862/2019/суб.1 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО4 - без удовлетворения.

 

Председательствующий

Н.Ю. Богаткина

Судьи

 

Е.В. Зарочинцева

К.Г. Казарян