/

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-45711/2017

27 сентября 2018 года

г. Санкт-Петербург

/тр1

Резолютивная часть постановления объявлена     20 сентября 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме  27 сентября 2018 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Тойвонена И.Ю.

судей  Копыловой Л.С., Медведевой И.Г.

при ведении протокола судебного заседания:  Прониным А.Л.

при участии:  

от  ООО «Коммерц-Проект»: Едемская Е.И. по доверенности от 07.11.2017

от конкурсного управляющего ООО «Нева Реф Транс»: Пирогов Р.А. по доверенности от 29.06.2018

от ЗАО «БалтикТрансЛайн»: Казякин Д.Л. по доверенности от 22.01.2018

от иных лиц: не явились, извещены

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-16881/2018)  ООО «Коммерц-Проект» на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.06.2018 по делу № А56-45711/2017/тр.1 (судья  Матвеева О.В.), принятое  по заявлению ООО «Коммерц-Проект» 

о включении требований в реестр требований кредиторов должника 

по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Нева Реф Транс»

установил:

27.06.2017 года в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) поступило заявление ЗАО «БалтикТрансЛайн» о признании ООО «Нева Реф Транс» (далее - должник) несостоятельным (банкротом). 

Определением арбитражного суда от 06.10.2017 (резолютивная часть объявлена 02.10.2017) в отношении должника введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден Платонов Анатолий Юрьевич. 

09.11.2017 в арбитражный суд поступило заявление ООО «Коммерц-Проект» о включении требований в реестр требований кредиторов по делу о несостоятельности (банкротстве) должника. 

Определением Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.06.2018 отказано ООО «Коммерц-Проект» в удовлетворении заявления о включении в реестр требований кредиторов ООО «Нева Реф Транс». 

В апелляционной жалобе ООО «Коммерц-Проект» просит определение суда первой инстанции от 04.06.2018 отменить, ссылаясь на то, что суд необоснованно пришел к выводу о доказанности факта аффилированности между ООО «Коммерц-Проект» и ООО «Нева Реф Транс» через органы управления Обществ и третьего лица ООО «ВСМ Лоджистик».  Отмечает, что Тимофеев А.В., являясь генеральным директором ООО «Нева Реф Транс», был назначен на должность генерального директора ООО «ВСМ Лоджистик» в феврале 2017, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ.  Податель жалобы ссылается на судебную практику о том, что само по себе наличие аффилированности кредитора и должника при наличии фактической передачи денежных средств, подтвержденной платежными поручениями, не может указывать на безусловный факт злоупотребления правами с их стороны. Общество указывает на то, что факт оплаты вознаграждения по договору уступки права требования №1 от 19.12.2016 платежным поручением №24 от 20.12.2016 не оспаривается.  Разница между размером уступленного права  требования и вознаграждением за уступку составляет 72%, что свидетельствует о совершении сделки на условиях, соответствующих обычаям делового оборота, применительно к аналогичным видам сделок.  Общество ссылается на то, что сделка является обычной и условие о переходе права требования в момент передачи документов является стандартным.  Двусторонним документом о переходе требования должен был послужить акт приема-передачи документов, перечень которых указан в договоре уступки права требования № 1 от 19.12.2016.  ООО «Коммерц-Проект» возражает относительно вывода суда  о том, что при заключении договора цессии  Общество знало о невозможности в полном объеме исполнить принятые на себя обязательства  в силу недостаточности имущества и денежные средств, чем обусловлено злоупотребление правом.  Полагает, что недостаточность имущества и денежных средств  не являются основанием для отказа во включении требования в реестр, поскольку  обязательства ООО «Нева Реф Транс» сводились к обязанности  передать предусмотренные договором документы. Кроме того, Общество обращает внимание на отсутствие аудиозаписи судебного заседания суда первой инстанции от 21.05.2018, что, по мнению Общества, служит основанием для перехода к рассмотрению дела по правилам, установленным для суда первой инстанции.  

В отзыве на апелляционную жалобу ЗАО «БалтикТрансЛайн» просит определение суда первой инстанции от 04.06.2018 оставить без изменения, считая судебный акт законным и обоснованным. Общество указывает на то, что наличие специального условия  в договоре уступки права требования, касающегося действия и исполнения договора  в период после его заключения, свидетельствуют о недобросовестности процессуального поведения  кредитора и должника.  Отмечает, что стороны заключили спорную сделку с целью искусственного  увеличения размера кредиторской задолженности должника, притом, что стороны являются аффилированными лицами.  Общество ссылается на то, что недобросовестное поведение участников договора подтверждается наличием отлагательного условия в договоре для вступления в силу договорных отношений между взаимосвязанными сторонами.  ООО «Коммерц-Проект» не обратилось за защитой своих прав в суд при неисполнении другой стороной договора своих обязательств, а создало видимость досрочного прекращения договорных обязательств и последующего требования исполнения от должника. Обратил внимание, что часть денежных средств в размере 13 186 934,25 руб., должник в тот же день перевел в иностранную валюту  и передал ООО «РМ Вент», который в спорной сделке оказался конечным бенефициаром.  

В отзыве на апелляционную жалобу  и.о. конкурсного управляющего ООО «Нева Реф Транс» просит определение суда первой инстанции от 04.06.2018 оставить без изменения, считая судебный акт законным и обоснованным. Управляющий указывает на то, что получение права требования от компании, входящей в одну группу лиц с заявителем  и не передача подтверждающих передаваемые права документов, свидетельствует о недобросовестности в поведении сторон спорной сделки. Обращает внимание на то, что сделка совершена между аффилированными лицами, что подтверждается представленными в материалы дела документами и не опровергнуто заявителем по делу, несмотря на то, что действующим законодательством бремя  по опровержению возложено на лицо, подавшего заявлением о включении требования в реестр. Управляющий указывает на то, что сделка совершена на специальных  условиях, которые недоступны обычным  (независимым) участникам рынка, поскольку  условия, прописанные в договоре,  позволили создать подконтрольную фиктивную кредиторскую задолженность  для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов. 

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства  иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили,  в связи с чем, в порядке ст.156 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

Представитель ООО «Коммерц-Проект»  доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержал.

Представители конкурсного кредитора и конкурсного управляющего должника против удовлетворения апелляционной жалобы возражали. Просили судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Суд апелляционной инстанции не усмотрел достаточных оснований для отмены обжалуемого судебного акта по процессуальным основаниям, применительно к доводу подателя жалобы об отсутствии аудиопротокола судебного заседания суда первой инстанции, состоявшегося 21.05.2018.  Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце втором пункта 22 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда РФ от 17.02.2011 №12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 №228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации», отсутствие аудиозаписи может явиться основанием для отмены судебного акта, если исключительно посредством аудиозаписи были зафиксированы сведения, послужившие основанием для принятия этого судебного акта.  Как установлено апелляционным судом, в материалах дела присутствует письменный документ в форме протокола судебного заседания от 21.05.2018, в котором отражены соответствующие процессуальные действия суда и заявленные в заседании ходатайства участвующих в деле лиц. В этой связи само по себе отсутствие аудиозаписи данного судебного заседания, как полагает апелляционный суд, не может являться безусловным и достаточным обстоятельством и основанием для отмены обжалуемого судебного акта, притом, что подателем жалобы не приведены в достаточной степени доводы относительно исключительного характера информации, которая могла получить отражение только на аудиозаписи судебного заседания.  Таким образом, с учетом вышеизложенного, а также правовой позиции Верховного Суда РФ, выраженной по данному вопросу (в частности, в определениях от 19.01.2016 №305-ЭС15-16960, от 08.12.2016 №309-ЭС16-13145 и иных), апелляционный суд не усмотрел оснований для перехода к рассмотрению настоящего обособленного спора по правилам, установленным для суда первой инстанции.

Законность и обоснованность судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Согласно абзацу 4 статьи 2 Закона о банкротстве под денежным обязательством понимается обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации, бюджетным законодательством Российской Федерации основанию.

 В соответствии с п.5 ст.71 Закона о банкротстве требования кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов. По результатам такого рассмотрения арбитражный суд выносит определение о включении или об отказе во включении требований в реестр требований кредиторов. 

Соответственно, арбитражный суд, в том числе, с учетом поступивших возражений по требованию кредитора от иных участвующих в деле лиц, должен оценить обоснованность требований кредитора и соответствующих возражений.

В соответствии с процессуальными правилами доказывания (статьи 65, 68 АПК РФ) заявитель обязан представить допустимые доказательства, подтверждающие правомерность его требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств. 

В обоснование заявленного требования кредитор ссылался на  не исполнение должником договора №1 уступки права требования от 19.12.2016 (далее – договор). Как полагал заявитель, к нему не перешло от должника право требования задолженности к ООО «РМ Вент» (ИНН 7804161561, ОГРН 1027802505741) (далее – третье лицо, покупатель) по причине не передачи должником удостоверяющих передаваемое право требования документов, перечисленных в приложении № 1 к договору. 

По общему правилу требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное (ч. 2 ст. 389.1 ГК РФ). 

В пункте 1.4. договора стороны предусмотрели специальное условие, а именно: «Права цедента по первоначальному договору переходят к цессионарию в сумме, указанной в п. 1.3. настоящего договора, в момент передачи документов, указанных в п. 2.1. настоящего договора.» 

Как следует из материалов дела, кредитор платежным поручением №24 от 20.12.2016 произвел оплату уступаемого права требования в размере 15 200 000,00 руб. При этом, по мнению кредитора,  должник встречное обязательство по передаче удостоверяющих передаваемое право требования документов не исполнил. 

Со ссылкой на п.6.4 договора, кредитор направил 01.03.2017 уведомление о расторжении в одностороннем порядке договора. 

Как указал в обжалуемом определении суд первой инстанции, в материалы дела от временного управляющего поступили возражения относительно заявленного требования, согласно которым временный управляющий считает, что была создана подконтрольная фиктивная кредиторская задолженность для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве должника. По мнению управляющего, подобные факты могут свидетельствовать о подаче заявителем заявления о включении требований в реестр исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов. 

Согласно пункту 3 статьи 71 Закона о банкротстве, при наличии возражений относительно требований кредиторов арбитражный суд проверяет обоснованность требований и наличие оснований для включения указанных требований в реестр требований кредиторов. При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

 Вместе с тем, в пункте 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

Таким образом, при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств. Оценка требований и возражений сторон осуществляется судом с учетом положений статьи 65 АПК РФ о бремени доказывания исходя из принципа состязательности, согласно которому риск наступления последствий несовершения соответствующих процессуальных действий несут лица, участвующие в деле (часть 2 статьи 9 АПК РФ). 

В соответствии с пунктом 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»» наличие в Закона о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. 

Согласно пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение права и законных интересов кредиторов.

 В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление право в иных формах. 

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права (пункт 2 статьи 10 ГК РФ). 

В своих возражениях, которые были поддержаны и иным конкурсным кредитором (ЗАО «БалтикТрансЛайн»), временный управляющий указывал на нестандартный характер заключенной между взаимосвязанными лицами сделки, на которой основано заявление о включении требований в реестр, в нарушение ст. 10 ГК РФ подано с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов. 

Гражданский кодекс РФ исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, а также притворных сделок, то есть сделок, которые совершаются с целью прикрыть другие сделки (ст. 170 ГК РФ). 

Совершая мнимые либо притворные сделки их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленным ими документах, не стремятся. Именно нестандартный характер заключенной между взаимосвязанными (аффилированными) лицами сделки, на которой основано требование заявителя, дает основание для возражений против включения спорной задолженности в реестр должника.

Судом первой инстанции в определении отмечено, что большую часть из полученных 15 250 000 руб., а именно 13 186 934,25 руб. должник в тот же день конвертировал и направил в пользу покупателя (ООО «РМ Вент»), который в спорной сделке оказался конечным бенефициаром, что подтверждается поручением № 16 от 21.12.2016.

 Кроме того, как указал суд первой инстанции, у должника отсутствовали собственные экономические нужды для продажи своих прав требования к покупателю на сумму 20 652 335,28 руб. за 15 250 000 руб., при том, что должник, продавая права требования, возникшие после 09.03.2016, в течении более чем девяти месяцев не предпринял действий по взысканию задолженности,  при том, что покупатель являлся основным партнером для должника, которому за последние три года должник продал порядка 70 % всего проданного за этот период товара и в течении всего времени сотрудничества покупатель исправно оплачивал купленный товар. 

 Суд первой инстанции пришел к выводу, что при заключении договора цессии кредитор знал о невозможности в полном объеме исполнить принятые на себя обязательства в силу недостаточности имущества и денежных средств, чем намеренно допустил злоупотребление правом, которое выразилось в недобросовестном поведении, направленном на увеличение кредиторской задолженности в нарушение прав других кредиторов, обязательства перед которым должником не были исполнены. 

Поскольку договор совершен на заведомо невыгодных для должника условиях, в неблагоприятных финансовых условиях, в ущерб интересам кредиторов, разумные причины для его заключении не указаны, его совершение свидетельствует о злоупотреблении должником своими правами в нарушение статьи 10 ГК РФ, в связи с чем, суд первой инстанции пришел к выводу о том,  что договор цессии нельзя признать повлекшим возникновение прав и обязанностей. 

Заслушав доводы подателя жалобы и иных участвующих в деле лиц, суд апелляционной инстанции полагает возможным согласиться, в целом, с выводами суда первой инстанции относительно наличия оснований для отказа кредитору в признании его требования к должнику обоснованным.

Как полагает апелляционный суд, исходя из заявленных по требованию возражений и представленных в материалы дела сведений, соответствующий объем доказательств, указывающий на признаки заинтересованности и аффилированности между кредитором (ООО «Коммерц-Проект»), должником, наряду с  иными лицами, включая лицо, требование к которому было предметом договора цессии (ООО «РМ Вент»), был представлен в материалы настоящего обособленного спора. Следует отметить, что должник (ООО «Нева Реф Транс») имел длительные хозяйственные связи с ООО «РМ Вент», которое являлось основным покупателем продукции должника, что предопределяло наличие возможности определять направления деятельности и влиять на принятие тех или иных решений в сфере ведения должником предпринимательской деятельности. Кроме того, согласно представленным выпискам из ЕГРЮЛ на ООО «Коммерц-Проект», ООО «РМ Вент», ООО «ВСМ Лоджистик» следует, что директором ООО «Коммерц-Проект» являлся Студзинский С.С., участниками данного Общества физические лица Холмквист С.В., Студзинский С.С., Кисляков И.А. В свою очередь, директором ООО «РМ Вент» являлся Холмквист С.ВА., участниками данного Общества – вышеперечисленные физические лица, притом, что указанные юридические лица располагались по одному адресу в г.Санкт-Петербурге.  Соответственно, генеральным директором ООО «ВСМ Лоджистик», как и бывшим директором должника являлся Тимофеев А.В. (он же – единственный            участник должника), а участниками ООО «ВСМ Лоджистик» являлись Холмквист С.В. и Студзинский С.С. 

Таким образом, судом установлено, что кредитор, должник, лицо, в отношении которого уступалось право требования, в рамках которого имело место перечисление кредитором в пользу должника денежной суммы в счет оплаты уступаемого права, наряду с иным лицом (ООО «ВСМ Лоджистик») были взаимосвязаны по кругу контролирующих лиц и по степени длительности хозяйственных коммерческих  интересов, что предопределяло информированность соответствующих лиц не только о финансовой состоятельности другу друга, но и зависимость и заинтересованность при принятии тех или иных управленческих решений, наряду с признаками заинтересованности при совершении определенных сделок. При этом, как полагает апелляционный суд, внесение записи в ЕГРЮЛ о полномочиях Тимофеева А.В. в качестве генерального директора ООО «ВСМ Лоджистик» в феврале 2017 не свидетельствует о том, что указанное лицо не было и не могло быть связано с лицами, контролирующими деятельность ООО «РМ-Вент» и ООО «Коммерц-Проект» на момент заключения договора цессии от 19.12.2016, в условиях установления длительности хозяйственных связей. При этом следует отметить, что действия по направлению уведомления о расторжении вышеназванного договора цессии были совершены в марте 2017,  при том, что ООО «Коммерц-Проект», зная доподлинно об объеме первичной документации, подтверждающей возможный переход права требования к ООО «РМ Вент» (что прямо следует из подписанного приложения к договору), имело все временные и иные возможности для получения соответствующей документации от должника, тогда как вышеуказанные лица уже находились по отношению к другу друг в соответствующей корпоративной и внутригрупповой зависимости. Кроме того, как полагает апелляционный суд, поскольку в основе уступаемого права указывались обязательства по поставке между ООО «Нева Реф Транс» и ООО «РМ Вент», то соответствующие первичные документы должны были иметься у обеих сторон и цессионарию (ООО «Коммерц-Проект») не составляло никакого труда получить данные документы, исходя из непосредственно аффилированности цессионария по отношению к ООО «РМ Вент». Следует дополнительно отметить, что ни в суде первой, ни в суде апелляционной инстанций кредитор и должник не представили достаточных и убедительных доказательств относительно экономических мотивов и целесообразности совершения цессии, как и мотивов ее расторжения, в условиях безусловной возможности получения первичных документов. Кроме того, как обоснованно указывалось в возражениях управляющего и иного кредитора,  большая часть полученных должником от кредитора денежных средств была незамедлительно конвертирована в иную валюту платежа и направлена должником в пользу шведской компании SWEGON AB, тогда как прямых обязательственных отношений у должника с указанным лицом не имелось, в условиях осуществления платежа со ссылкой на паспорт сделки должника с иной иностранной компанией. В свою очередь, ООО «РМ Вент», исходя из информации публичного характера, являлось на территории РФ единственным партнером и официальным представителем компании   SWEGON AB. В этой связи, как полагает апелляционный суд, следует согласиться с возражениями участвующих в деле лиц относительно того, что фактически большая часть денежной суммы, полученной должником от кредитора применительно к платежу по вышеназванному договору цессии от 19.12.2016, была направлена и использована группой лиц в качестве соответствующего платежа в счет погашения задолженности ООО «РМ Вент» перед  компанией SWEGON AB, с учетом имеющихся у должника в указанный период документов, связанных с реализацией права на перечисление денежных средств в валюте в пользу иностранного лица. Соответственно,  у должника на момент заключения договора цессии не имелось достаточных экономических интересов и обоснований для отчуждения иному лицу со значительным дисконтом своих имущественных прав по взысканию дебиторской задолженности с ООО «РМ Вент», притом, что указанное лицо было давним хозяйственным партнером должника и в течение продолжительного времени (2015-2016 г.г.) осуществляло перечисление должнику денежных средств в значительных суммах в счет исполнения обязательств по поставке. 

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции полагает, что вышеназванный договор цессии, применительно к формированию его условий, в том числе и пункт 1.4. , указывающий на его возможное одностороннее расторжение в случае не передачи цедентом документов цессионарию, подтверждающие права требования, по существу не был направлен на его реальное исполнение, тогда как наличие внутригрупповых и иных интересов корпоративного характера в данной ситуации позволяло формировать искусственную кредиторскую задолженность, с последующим возможным предъявлением соответствующего требования в деле о банкротстве, с целью уменьшения процента требований иных независимых кредиторов и с целью оказания влияния на соответствующую процедуру банкротства, в условиях использования полученных должником денежных средств для погашения задолженности ООО «РМ Вент» перед своим контрагентом. В этой связи вывод суда первой инстанции относительно установления признаков злоупотребления правом как со стороны кредитора. так и со стороны должника при заключении договора цессии от 19.12.2016, в условиях его фактического неисполнения и наличия признаков фиктивности, апелляционный суд полагает обоснованным, что предопределило отказ в удовлетворении требования кредитора о включении в реестр требований должника.

С учетом изложенного, оснований для отмены (изменения) судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 04.06.2018 по делу №  А56-45711/2017/тр1 оставить без изменения,   апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.Ю. Тойвонен

Судьи

 

Л.С. Копылова

 И.Г. Медведева