ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А70-5811/2017

09 июня 2018 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  04 июня 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме  09 июня 2018 года

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи  Бодунковой С.А.

судей  Смольниковой М.В., Шаровой Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания:  секретарём Запорожец А.Ю.,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер  08АП-3911/2018) ФИО1, (регистрационный номер 08АП-3912/2018) ФИО2, (регистрационный номер 08АП-3913/2018) ФИО3 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 15 марта 2018 года по делу № А70-5811/2017 (судья Глотов Н.Б.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления финансового управляющего имуществом ФИО3 ФИО4 о признании недействительным договора купли - продажи транспортного средства от 16.05.2016, заключенного между ФИО3 и ФИО2 и применении последствия недействительности сделки, в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) гражданина ФИО3,

при участии в судебном заседании представителей:  

от ФИО1 - представитель не явился, извещена;

от финансового управляющего имуществом ФИО3 ФИО4 – лично, предъявлен паспорт; 

от ФИО2 – представитель ФИО5 по доверенности № 72 АА 1348581 от 12.01.2018, сроком действия 3 года; 

от ФИО3 - представитель не явился, извещен;

установил:

решением Арбитражного суда Тюменской области от 19.08.2017 (резолютивная часть оглашена 18.10.2017) гражданин ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утвержден ФИО4. 

Сведения о введении в отношении должника о введении процедуры реализации имущества опубликованы в печатном издании «Коммерсантъ» № 202 от 28.10.2017.

В Арбитражный суд Тюменской области 28.09.2017 (поступило в систему «Мой арбитр» 27.09.2017) обратился финансовый управляющий ФИО4 с заявлением о признании сделки недействительной, в котором просит суд: 

- признать недействительным договор купли – продажи транспортного средства от 16.05.2016 в отношении автомобиля VOLKSWAGEN TOUAREG VIN 

<

***>, 2013 года выпуска, заключенный между ФИО3 и ФИО2.

- применить последствия недействительности сделки, взыскать с ФИО2 действительной стоимости транспортного средства VOLKSWAGEN TOUAREG VIN 

<

***>, 2013 года выпуска, определенной по состоянию на 16.05.2016.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 15 марта 2018 года по делу № А70-5811/2017 заявленное финансовым управляющим требование удовлетворено; признан недействительным договор купли-продажи транспортного средства, заключенный 16 мая 2016 года между ФИО3 и ФИО2; применены последствия недействительности сделки, в виде взыскания с ФИО2 в пользу ФИО3 стоимости автомобиля VOLKSWAGEN TOUAREG VIN 

<

***>, 2013 года выпуска, цвет черный в сумме 1 974 000 рублей 00 копеек. С ФИО2 в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 6 000 рублей 00 копеек. Расходы по проведению экспертизы ООО «АйКьюПлюс-Оценка» по делу № А70-5811/2017 в размере 3 000 рублей отнесены на ФИО2 

Не согласившись с определением суда от 15.03.2018, ФИО3 обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просит данное определение отменить и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование апелляционных жалоб её податель указывает следующее:

- на момент совершения спорной сделки у ФИО3 не имелись неисполненных обязательств перед АО «ДЭУ КАО»;

- доказательств, подтверждающих заинтересованность ФИО3 и ФИО2 материалы дела не содержат;

- транспортное средство было передано ФИО2 в счет исполнения обязательств по возврату займа;

- спорное транспортное средство является совместно нажитым имуществом ФИО3 и ФИО1, суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о привлечении в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора - ФИО1;

- суд первой инстанции вышел за пределы заявленных требований, поскольку заявитель в качестве последствий признания сделки недействительной просил взыскать действительную транспортного средства по состоянию на 16.05.2016, тогда как суд взыскал транспортного средства  в размере 1 974 000 руб.;

- экспертным учреждением подписка об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения дана 29.12.2017, то есть после проведения судебной экспертизы, которая осуществлялась с 25.12.2017 по 29.12.2017.

Не согласившись с определением суда от 15.03.2018, ФИО2 обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просит данное определение отменить и принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявления в полно объеме.

В обоснование апелляционных жалоб её податель указывает следующее:

- доказательств, подтверждающих заинтересованность ФИО3 и ФИО2 материалы дела не содержат, в качестве обоснование заинтересованности положено предположение, которое не может являться доказательством по делу;

- ФИО2 не обладал сведениями о наличии приговора Калининского районного суда г. Тюмени от 30.05.2016;

- транспортное средство было передано ФИО2 в счет исполнения обязательств по возврату займа, сам договор займа и расписка у сторон не сохранились, поскольку были уничтожены после исполнения обязательств – передачи транспортного средства; 

- ФИО2 представил достаточно доказательств, в обоснование наличие у него возможности предоставить заем;

- судом первой инстанции не учтено наличие договора залога, заключенного в обеспечение обязательств по договору займа;  

- в настоящем случае оспариваемый договора купли-продажи являлся притворной сделкой, заключенной с целью прикрыть собой иную сделку.

Кроме того, в апелляционной жалобе ФИО2 заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы, поставив перед экспертом следующий вопрос: «Соответствует ли время выполнения реквизитов документа (текста и подписей ФИО2 и ФИО3) дате, указанной в тексте договора залога от 24.09.2015».

С апелляционной жалобой на определение суда от 15.03.2018 также обратилась ФИО1, в которой просит данное определение отменить и принять по делу новый судебный акт, привлечь её в качестве третьего лица.

В обоснование апелляционной жалобы её податель указывает на то, что спорное транспортное средство является совместно нажитым имуществом ФИО3 и ФИО1, суд первой инстанции необоснованно отказал в привлечении ФИО1 к участию в деле.

Возражая против доводов, изложенных в апелляционных жалобах, финансовый управляющий имуществом должника представил письменные отзывы.

 В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить, в удовлетворении заявления финансового управляющего отказать.

Финансовый управляющий должника поддержал доводы, изложенные в отзывах, просил определение оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Иные лица, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. От Отдела по опеке, попечительству и охране прав детства г. Тюмени управления социальной защиты населения г. Тюмени и Тюменского района поступило ходатайство о рассмотрении апелляционных жалоб в отсутствие их представителя.  На основании части 1 статьи 266, статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Рассмотрев ходатайство ФИО2 о назначении судебной экспертизы, суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для его удовлетворения в виду следующего.

Согласно части 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

Судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания. 

При рассмотрении настоящего спора ходатайств о фальсификации договора залога, а также доводов относительно сроков его изготовления не заявлялось, следовательно, назначение экспертизы для разрешения какого-либо вопроса требующего специального познания оснований не имеется.

Заявленное ФИО1 ходатайство о привлечении её к участию в деле третьего лица, не заявляющего самостоятельного требования, не подлежат удовлетворению по основаниям изложенным далее.

Изучив материалы обособленного спора, доводы апелляционных жалоб, возражений на них, проверив законность и обоснованность определения суда от 15.03.2018 в порядке статей 266, 268 АПК РФ, апелляционный суд не находит оснований для его отмены.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ФИО3 (продавец) и ФИО2 (покупатель) 16 мая 2016 года заключен договор купли-продажи транспортного средства (т.12, л.д. 20).

Согласно условиям вышеуказанного договора, продавец передает в собственность покупателя (продает), а покупатель принимает (покупает) и оплачивает транспортное средство VOLKSWAGEN TOUAREG VIN 

<

***>, 2013 года выпуска, рабочий объем двигателя 2967 куб. см., цвет черный.

В силу пункта 4 договора купли-продажи стоимость транспортного средства составляет 2 300 000 рублей 00 копеек.

Переход права собственности на вышеуказанный объект движимого имущества лицами, участвующими в рассмотрении обособленного спора, не оспаривается.

Указывая на недействительность данной сделки купли-продажи и ссылаясь на положения пункта 2 статьи 61.2 и пункта 1 статьи 213.32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»,  финансовый управляющий обратился  в суд настоявшим заявлением. 

Судом первой инстанции заявление финансового управляющего удовлетворено в полном объеме.

Повторно исследовав материалы обособленного спора по доводам жалоб, апелляционная коллегия считает вынесенные определения соответствующим по своим выводам нормам материального права и установленным по делу фактическим обстоятельствам.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона. 

Заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц. 

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина (пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве). 

Согласно пункту 13 статьи 14 Федерального закона от 29 июня 2015 года № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127- ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

  Из приведенных положений следует их направленность на регулирование отношений, связанных с оспариванием сделок граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. При этом действовавшее до 01.10.2015 законодательство допускало возможность оспаривания сделок, заключенных предпринимателями на основании главы Ш.1 Закона о банкротстве. 

Как указано выше, оспариваемая сделка заключена 16.05.2016, следовательно, вывод суда первой инстанции о применении к оспариваемым сделкам положений пункта 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» является обоснованным.

Как следует из положений пункта 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23 декабря 2010 года «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63), при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. 

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления). 

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно материалам дела, заявление о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом) принято судом к производству 15.05.2017. 

Спорная сделка купли продажи совершена 16.05.2016,  то есть попадает в период, установленный как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий должника ссылается на совершение оспариваемых сделок в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Как следует из положений пункта 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

 В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: 

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

 В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как следует из положений пункта 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если имеются  одновременно два следующих условия: 

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; 

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. 

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

 Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. 

Как следует из материалов дела, приговором Калининского районного суда г. Тюмени от 30.05.2016 по уголовному делу № 1-92-16, ФИО3 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 201 УК РФ, с него взыскан в пользу АО «ДЭУ КАО» имущественный ущерб в размере 41 699 103,53 рубля. 

Приговором установлено, что преступная деятельность, в результате которой был причинен имущественный ущерб, осуществлялась в период с 21.11.2012 по 01.10.2013. 

С учетом вышеизложенного, к моменту заключения оспариваемого договора дарения от 04.07.2016 совокупный размер неисполненных обязательств должника перед кредиторами составлял не менее чем 41 699 103,53 рубля.

При этом, довод подателей жалоб о том, что на момент заключения спорного договора дарения у должника отсутствовала задолженность перед кредитором - АО «ДЭУ КАО», поскольку  приговор суда от 30.05.2016 по уголовному делу № 1-92-16 вступил в законную силу 30.08.2016, апелляционным судом отклоняется на основании  следующего.

Как указано выше, приговором 30.05.2016 по уголовному делу № 1-92-16 установлено, что преступная деятельность, в результате которой был причинен имущественный ущерб, осуществлялась в период с 21.11.2012 по 01.10.2013. 

Согласно пункту 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 дата причинения вреда кредитору, за который несет ответственность должник в соответствии со статьей 1064 ГК РФ, признается датой возникновения обязательства по возмещению вреда для целей квалификации его в качестве текущего платежа независимо от того, в какие сроки состоится исчисление размера вреда или вступит в законную силу судебное решение, подтверждающее факт причинения вреда и ответственность должника.

В настоящем случае не имеет значение дата вступления в законную силу приговора суда, поскольку обязанность должника по возмещению вреда возникла в период с 21.11.2012 по 01.10.2013.

Таким образом, на момент совершения сделки ФИО3 достоверно знал, что к нему предъявлены требования на существенную сумму денежных средств, которые не могут быть им оплачены за счет собственных доходов; размер задолженности формировался нарастающим итогом в процессе совершения преступных действий на протяжении нескольких лет и превосходил стоимость имущества (активов) должника, отчуждение имущества свидетельствует о намерении должника скрыть имущество, на которое может быть обращено взыскание, с целью погашения имеющейся задолженности.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Конкурсным управляющим указано на то, что хоть договором купли-продажи и предусмотрена оплата в размере 2 300 000 руб., при этом доказательств передачи денежных средств стороны сделки не представили. 

Как следует из позиции ФИО2 и ФИО3, между ними 24.09.2015  был заключен договор безвозмездного займа, согласно условиям, которого ФИО2 передал ФИО3 денежные средства в сумме 2 300 000 рублей.

Суд первой инстанции неоднократно запрашивал указанный договор займа, а также доказательства передачи денежных средств. Между тем стороны сделки заявили, что текст договора займа и расписка были утрачены.

Согласно заявлению представителя должника, указанные денежные средства были переданы ФИО3 ФИО2 для целей развития бизнес проектов, которые не раскрыты перед судом (протокол судебного заседания 14.03.2018).

В подтверждение факта заёмных отношений ответчик представил в материалы судебного дела договор № 2 залога имущества в обеспечение договора займа, заключенный между ФИО3 (Залогодатель) и ФИО2 (Залогодержатель) 24 сентября 2015 года (т.12, л.д. 112-113).

Из условий указанного договора следует, что залогом в соответствии с настоящим договором обеспечивается обязательство, которое возникает из договора займа б/н от 24.09.2015, заключенного между Залогодержателем и Залогодателем, в силу которого Заемщик обязуется возвратить заем в размере 2 300 000 рублей, не позднее 24 сентября 2020 года.

В обеспечение исполнения обязательств Заемщиком по вышеуказанному договору Залогодатель передал Залогодержателю, в том числе спорный автомобиль  VOLKSWAGEN TOUAREG VIN 

<

***>, 2013 года выпуска.

Согласно позиции должника и ответчика, автомобиль  VOLKSWAGEN TOUAREG VIN 

<

***>, 2013 года выпуска, был передан ФИО3 ФИО2 в качестве отступного по заключенному договору займа, текст, которого в материалы судебного дела не представлен.

В силу статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. 

Основания прекращения обязательств предусмотрены главой 26 ГК РФ, к которым относятся, в частности, надлежащее исполнение обязательств (ст. 408), отступное (ст. 409), зачет (ст. 410), зачет при уступке требования (ст. 412), совпадение должника и кредитора в одном лице (ст. 413), новация (ст. 414), прощение долга (ст. 415), невозможность исполнения (ст. 416), акт органа государственной власти или органа местного самоуправления (ст. 417), ликвидация юридического лица (ст. 419).

Согласно пункту 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Из смысла указанных норм права следует, что соглашение сторон об отступном не прекращает само обязательство. Для прекращения обязательства необходимо наличие соглашения об отступном и исполнение данного соглашения, выражающееся в фактическом предоставлении отступного.

Вместе с тем, материалы судебного дела не содержат ни одного документа, из которого бы можно было установить, что стороны в счет оплаты по спорному договору купли-продажи транспортного средства от 16.05.2016 прекратили заемные обязательства ФИО3 по договору займа.

Согласно статье 431 ГК РФ, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

В договоре купли-продажи от 16.05.2016 стороны четко зафиксировали факт того, что покупатель в оплату за произведенное транспортное средство передал, а продавец получил денежные средства в размере 2 300 000 рублей (пункт 5 договора).

Более того, согласно пункту 3 договора, со слов продавца отчуждаемое транспортное средство никому не продано, не заложено, в споре и под запрещением не состоит. 

Разумного объяснения подписания договора с соответствующим условием лицами, указывающим, что спорное транспортное средство является предметом залога в правоотношениях между ними, не представлено.

Кроме того, суд апелляционной инстанции учитывает следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. 

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем 4 определенной денежной суммы или определенного количества вещей. 

Из содержания названных норм следует, что договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Между тем, каких-либо доказательств действительной передачи ФИО2 ФИО3 денежных средств в размере 2 300 000 руб. материалы дела не содержат. Также как и не содержат доказательств наличия у ФИО2 указанной денежной суммы в период предшествующий 24.09.2015, а также расходования денежных средств должником.

Сторонами не раскрыты перед судом цели получения ФИО3 заемных денежных средств, отсутствуют сведения о том, в какие бизнес проекты данные денежные средства были направлены, а равно и необходимость ФИО3 в деньгах в указанной сумме, с учетом фактических обстоятельств дела и ведения в отношении должника уголовного преследования.

Представленный договор залога, в отсутствие доказательств реальности передачи денежных средств не подтверждает наличие заемных правоотношений.

Таким образом, доказательств реальности передачи заемных денежных средств должнику в размере 2 300 000 руб. в материалы дела не представлено, оспариваемый договор купли-продажи не содержит ссылок  на то, что транспортное средство передается ФИО2 в счет исполнение обязательств по договору займа, соглашений о зачете, об отступном в материалы дела не представлено, фактической оплаты по договору купли-продажи не производилось. То есть фактически спорная сделка совершена безвозмездно, в пользование ответчику предоставлено имущество, без внесения соответствующей платы за него.

Судом первой инстанции обоснованно указано, что ФИО3, осознавая возможность взыскания с него существенной суммы денежных средств, вопреки разумному и добросовестному поведению, передал титул собственника на дорогостоящее транспортное средство без получения встречного исполнения; договор купли-продажи был заключен в целях предотвращения возможного обращения взыскания на имущество, в случае вступления в законную силу приговора суда и подачи заявления о признании должника банкротом.

Доводы подателей жалобы об отсутствии заинтересованности сторон ФИО3 и ФИО2 апелляционным судом отклоняются в силу следующего.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, определении Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6) по делу N А12-45751/2015 доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

В настоящем случае между должником и ответчиком заключен договор купли-продажи, в результате совершения которого дорогостоящее транспортное средство передано ответчику безвозмездно. При этом не обоснована экономическая целесообразность такого отчуждения имущества.

В судебном заседании суда первой инстанции 14.03.2018 представитель должника пояснял, что ФИО3 и ФИО2 являлись партнерами по бизнесу, вели совместные бизнес проекты, отношения имели деловой характер, в дружеских отношениях не состояли.

Указанное свидетельствует о том, что должник и ответчик имели единые экономические интересы, направленные на получение прибыли и фактически являются заинтересованными лицами т.к. ведение совместной хозяйственной (инвестиционной) деятельности (в особенности без организации юридического лица) предполагает за собой наличие личных доверительных отношений. Приобретение имущества у лица, привлекаемого к уголовной ответственности (в период рассмотрения дела в суде), при отсутствии доказательств оплаты по договору подтверждает фидуциарный характер связи между сторонами сделки. 

Безвозмездное отчуждение транспортного средства в пользу заинтересованного лица позволяет констатировать осведомленность ФИО2 об истинной цели сделок ? вывод имущества из будущей конкурсной массы должника, а также  свидетельствует о наличии в действиях ФИО3 и ФИО2  признаков недобросовестности и злоупотребления правом.

С учетом того, что сделка по отчуждению транспортного средства совершена безвозмездно, при наличии у должника признаков неплатежеспособности и несостоятельности, в пользу заинтересованного лица, вопреки доводам подателя жалоб, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов при совершении оспариваемой сделки доказана.

  Кроме того, о недобросовестности в действиях ФИО2 свидетельствует заявляемая ответчиком реализация спорного транспортного средства менее чем через два месяца по цене на 350 000 руб. дешевле, чем указано в спорном договоре. Так,  28.06.2016 ФИО2, на основании договора купли-продажи, заключенного с ФИО6, продал последнему спорное транспортное средство за 1 950 000 рублей. Экономическая цель получения за столько короткий срок убытков от заключенных с ФИО7 сделок, ответчиком не раскрыта.

Также, суд апелляционной инстанции учитывает, что согласно данным представленным финансовым управляющим, которые не были оспорены участвующими в деле лицами, за период с мая 2015 года по июль 2016 из владения должника выбыло все принадлежащее ему имущество в том числе: два гаража (договоры купли-продажи от 02.05.2015, договор дарения от 07.07.2016), три транспортных средства (договоры купли-продажи от 21.09.2015, 17.05.2016) и три квартиры (договоры купли-продажи от 21.10.2015, 26.01.2016, договор дарения от 04.07.2016). То есть фактически, действия должника были направлены на сокрытие имущества, на которое может быть обращено взыскание, с целью погашения имеющейся у него задолженности.

При указанных обстоятельствах, требования финансового управляющего о признании оспариваемой сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, являются обоснованными и подлежащими удовлетворению. 

В связи с удовлетворением требований о признании оспариваемой сделки недействительной, суду необходимо решить вопрос о применении последствия ее недействительности. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1, подлежит возврату в конкурсную массу.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 ГК РФ).

Как следует из материалов дела, 28.06.2016 ФИО2, на основании договора купли-продажи, заключенного с ФИО6, продал последнему спорное транспортное средство за 1 950 000 рублей (т.12, л.д. 111).

Ввиду того, что спорное имущество выбыло из владения ответчика, оснований для применения последствий недействительности сделки в виде восстановления права и возврата должнику транспортного средства у суда не имеется. 

С целью определения стоимости имущества, выступавшего предметом договора купли-продажи – автомобиль VOLKSWAGEN TOUAREG VIN 

<

***>, 2013 года выпуска, рабочий объем двигателя 2967 куб. см., цвет черный, по ходатайству финансового управляющего ФИО4 была назначена судебная экспертиза. 

На разрешение эксперта финансовый управляющий просил поставить следующие вопросы: 

- какова рыночная стоимость автомобиля VOLKSWAGEN TOUAREG VIN 

<

***>, 2013 года выпуска на дату заключения договора 16.05.2016;

- какова рыночная стоимость автомобиля VOLKSWAGEN TOUAREG VIN 

<

***>, 2013 года выпуска на дату назначения экспертизы.

Согласно представленному в материалы дела заключению эксперта - ООО «АйКью Плюс - Оценка» рыночная стоимость автомобиля VOLKSWAGEN TOUAREG VIN 

<

***>, 2013 года выпуска, на дату заключения договора купли-продажи 16.05.2016 составляет 1 974 000 рублей 00 копеек.

Как следует из статьи 12 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» (далее – Закон № 135-ФЗ), итоговая величина рыночной или иной стоимости объекта оценки, указанная в отчёте, составленном по основаниям  и в порядке, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, признаётся достоверной и рекомендуемой для целей совершения сделки с объектом оценки, если в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, или в судебном порядке не установлено иное.

В соответствии с частью 2 статьи 64, частью 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правовое значение заключения судебной экспертизы определено законом в качестве доказательства, которое не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и подлежит оценке судом наравне с другими представленными доказательствами.

Согласно положениям статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленное в материалы дела заключение экспертизы, как и любое доказательство, не является для суда обязательным, оценка заключению должна быть дана по общим правилам, установленным Кодексом.

Оценив заключение эксперта, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что оно соответствует требованиям, предъявляемым к доказательствам данного вида (статья 86 АПК РФ). Оснований не доверять выводам эксперта, обладающего специальными познаниями и давшего подписку об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, у суда не имелось. Каких-либо неясностей в выводах эксперта судом первой инстанции установлено не было. Заключение носит утвердительный, а не вероятностный характер. Квалификация эксперта подтверждена соответствующими документами, приложенными к экспертному заключению. Выводы эксперта обоснованы исследованными ими обстоятельствами. Доказательств, свидетельствующих о нарушении экспертом при проведении экспертного исследования требований действующего законодательства, сторонами не представлено.

Вопреки доводам подателя жалобы экспертом дана подписка об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, о чем указано на странице 2 представленного заключения (т.16 л.д.24). Кроме того, в определении от 14.12.2017 о назначении судебной экспертизы суд предупредил эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. В настоящем случае то, что экспертом дана указанная подписка в самом экспертном заключении, а не подготовлена отдельно до начала проведения оценки правового значения не имеет. 

Податели жалоб своим процессуальным правом на назначение повторной экспертизы не воспользовались, в том числе не заявили ходатайство о вызове эксперта для дачи пояснений по возникшим у них вопросам с целью разрешения имеющихся  сомнений.

Относимых, допустимых и достоверных доказательств, опровергающих выводы судебной экспертизы, сторонами в материалы дела не представлено.

С учётом изложенного, суд первой инстанции обоснованно принял заключение эксперта в качестве допустимого доказательства  по настоящему делу.

В настоящем случае, установив, что спорное имущество находится в собственности третьих лиц, суд первой инстанции применил последствия недействительности в виде взыскания с ответчика рыночной стоимости транспортного средства на момент совершения сделки в сумме, определенной экспертом, в размере 1 974 000 рублей 00 копеек.

Довод подателей жалоб о том, что суд первой инстанции вышел за пределы заявленных требований, поскольку заявитель в качестве последствий признания сделки недействительной просил взыскать действительную стоимость транспортного средства по состоянию на 16.05.2016, тогда как суд взыскал стоимость транспортного средства в размере 1 974 000 рублей 00 копеек является несостоятельным в виду следующего.

В силу пункта 29 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63, если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

Таким образом, суд в случае признания сделки недействительной в любом случае обязан указать на последствия недействительности сделки, независимо от просительной части заявленных требований.

В данном случае по причине отсутствия спорного имущества, переданного должником ответчику, суд первой инстанции обоснованно пришел к вводу о необходимости взыскания с ответчика рыночной стоимости имущества, в настоящем случае она определена на основании заключения эксперта.

Довод подателя жалобы о том, что судом первой инстанции необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства о привлечении в дело третьего лица – ФИО1, являющейся бывшей супругой должника, апелляционным судом отклоняется в силу следующего.

Статус третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, в арбитражном процессе регулируется статьей 51 АПК РФ.

В соответствии с частью 1 статьи 51 АПК РФ, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда. 

Согласно части 3 указанной статьи о вступлении в дело третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, либо о привлечении третьего лица к участию в деле или об отказе в этом арбитражным судом выносится определение. 

По смыслу названной нормы права основанием для привлечения к участию в деле третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, является доказанность того, что оспариваемым судебным актом непосредственно затрагиваются его права или обязанности.

Для того, чтобы быть привлеченным к участию в процессе, лицо должно иметь очевидный материальный интерес, то есть после разрешения дела судом у таких лиц возникают, изменяются или прекращаются материально-правовые отношения с одной из сторон.

Таким образом, в обоснование заявленного ходатайства о вступлении в дело третьим лицом необходимо представить доказательства того, что судебный акт, которым заканчивается рассмотрение настоящего дела, может повлиять на права или обязанности заявителя по отношению к одной из сторон.

В обоснование заявленного ходатайства о привлечении в дело в качестве третьего лица ФИО1 указано, что спорное транспортное средство приобретено ФИО3 и ФИО1 в период брака, то есть транспортное средство является совместно нажитым имуществом.

Указанное обоснование также приведено в апелляционной жалобе ФИО1

При этом подателями жалоб не учтено следующее.

Само по себе оспаривание сделки должника по отчуждению имущества, приобретенного в период пребывания в зарегистрированном браке, совершенной с согласия супруги,  непосредственно права и обязанности супруги не затрагивает.

В отношении довода ФИО1 о том, что вследствие оспаривания сделки в конкурсную массу возвращается совместно нажитое имущество, поэтому ФИО1 как лицо, претендующее на долю в указанном имуществе, подлежала привлечению к рассмотрению спора, суд апелляционной инстанции считает возможным указать следующее. В соответствии с пунктом  7 статьи 213.26 Закона о банкротстве имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным настоящей статьей. В таких случаях супруг (бывший супруг) вправе участвовать в деле о банкротстве гражданина при решении вопросов, связанных с реализацией общего имущества. В конкурсную массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе, остальная часть этих средств выплачивается супругу (бывшему супругу). Если при этом у супругов имеются общие обязательства (в том числе при наличии солидарных обязательств либо предоставлении одним супругом за другого поручительства или залога), причитающаяся супругу (бывшему супругу) часть выручки выплачивается после выплаты за счет денег супруга (бывшего супруга) по этим общим обязательствам.

Согласно пунктам 1 и 3 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества. По обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество, находящееся в его собственности, а также на его долю в общем имуществе супругов, которая причиталась бы ему при разделе этого имущества.

Пункты 1 и 2 статьи 34 и пункт 1 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ) содержат аналогичные правила.

Имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью (пункт 1 статьи 34 СК РФ). Имущество супругов является общим независимо от того, на имя кого конкретно из супругов оно приобретено, зарегистрировано или учтено (пункт 2 статьи 34 СК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 45 СК РФ по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество этого супруга. При недостаточности имущества кредитор вправе требовать выдела доли супруга-должника, которая причиталась бы супругу-должнику при разделе общего имущества супругов, для обращения на нее взыскания.

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 Семейного кодекса при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда СССР от 31.03.1978 № 4 (редакция от 30.11.1990) «О применении законодательства при рассмотрении судами дел об освобождении имущества от ареста (исключении из описи)», размер доли супругов в общем имуществе и какое конкретно имущество должно быть ему выделено определяется с учетом всего совместно нажитого имущества, включая и то, на которое в силу закона не может быть обращено взыскание по исполнительным документам. Вместе с тем на долю каждого из супругов должно быть выделено как имущество, на которое может быть наложен арест, так и то имущество, которое не подлежало аресту.

Не является общим совместным имущество, приобретенное хотя и во время брака, но на личные средства одного из супругов, принадлежавшие ему до вступления в брак, полученное в дар или в порядке наследования. Стоимость имущества, подлежащего разделу, определяется на момент рассмотрения дела (пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.11.1998 № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака»).

При рассмотрении дел о выделе доли одного из супругов в общем имуществе в предмет доказывания входят обстоятельства, определенные статьями 256, 304, 305 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 34, 36, 38-40  Семейного кодекса Российской Федерации. 

Таким образом, супругом (бывшим супругом) должника такой способ защиты как раздел общего имущества супругов осуществляется в самостоятельном порядке, а не при рассмотрении обособленного спора по вопросу признания сделки должника недействительной.

В настоящем случае, если ФИО1 полагает, что спорное транспортное средство либо денежные средства, подлежащие возврату в конкурсную массу как последствие оспаривания сделки,  являются совместно нажитым имуществом и подлежат разделу, она, равно как и кредиторы должника,  не лишена права обратиться в суд с заявлением разделе общего имущества супругов, выделе доли в общем имуществе, при этом такое заявление подлежит рассмотрению с учетом всего совместно нажитого имущества, имеющегося у супругов на момент расторжения брака. 

Поскольку при рассмотрении спора об оспаривании сделки должника и применении последствий ее недействительности права ФИО1 не затрагиваются, вопрос о распределении денежных средств, взыскиваемых в конкурсную массу должника не разрешается, что влекло бы за собой необходимость привлечения супруги  к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, суд первой инстанции обоснованно отказал в привлечении ФИО1 в качестве третьего лица. Таким образом ФИО1 не является лицом, чьи права затрагивает итоговый судебный акт, принятый по обособленному  спору.

Иные доводы заявителя, изложенные в апелляционных жалобах ФИО3 и ФИО2, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого определения.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены определения определение Арбитражного суда Тюменской области от 15 марта 2018 года по делу № А70-5811/2017.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционные жалобы ФИО2 и ФИО3 удовлетворению не подлежат.

С учетом указанного в  отношении апелляционной жалобы, поданной ФИО1 апелляционным судом установлено наличие оснований для прекращения производства по жалобе, в силу следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 257 АПК РФ, участвующие в деле, а также иные лица в случаях, предусмотренных названным Кодексом, вправе обжаловать в порядке апелляционного производства решение арбитражного суда первой инстанции, не вступившее в законную силу.

Статьей 42 АПК РФ предусмотрено, что лица, не участвовавшие в деле, о правах и обязанностях которых арбитражный суд принял судебный акт, вправе обжаловать этот судебный акт, а также оспорить его в порядке надзора по правилам, установленным данным Кодексом. Такие лица пользуются правами и несут обязанности лиц, участвующих в деле.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» (далее - Постановление № 36) разъяснено, что право на обжалование судебных актов в порядке апелляционного производства имеют как лица, участвующие в деле, так и иные лица в случаях, предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом  Российской Федерации. К иным лицам в силу части 3 статьи 16 и статьи 42 Кодекса относятся лица, о правах и об обязанностях которых принят судебный акт. В связи с этим лица, не участвующие в деле, как указанные, так и не указанные в мотивировочной и/или резолютивной части судебного акта, вправе его обжаловать в порядке апелляционного производства в случае, если он принят об их правах и обязанностях, то есть данным судебным актом непосредственно затрагиваются их права и обязанности, в том числе создаются препятствия для реализации их субъективного права или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон спора.

В случае, когда жалоба подается лицом, не участвовавшим в деле, суду надлежит проверить, содержится ли в жалобе обоснование того, каким образом оспариваемым судебным актом непосредственно затрагиваются права или обязанности заявителя. При отсутствии соответствующего обоснования апелляционная жалоба возвращается в силу пункта 1 части 1 статьи 264 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

После принятия апелляционной жалобы лица, не участвовавшего в деле, арбитражный суд апелляционной инстанции определяет, затрагивает ли принятый судебный акт непосредственно права или обязанности заявителя, и, установив это, решает вопросы об отмене судебного акта суда первой инстанции, руководствуясь пунктом 4 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и о привлечении заявителя к участию в деле.

Если после принятия апелляционной жалобы будет установлено, что заявитель не имеет права на обжалование судебного акта, то применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации производство по жалобе подлежит прекращению (пункт 2 Постановления № 36).

Как указано выше, оснований утверждать, что судебным актом по настоящему делу непосредственно затрагиваются права или обязанности ФИО1, что влекло бы за собой необходимость её привлечения к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, не имеется.

Таким образом, апелляционный суд исходит из того, что ФИО1 к участию в деле не привлекалась, выводов о ее правах и обязанностях обжалуемый судебный акт не содержит, следовательно ФИО1 не имеет права на обжалование определение Арбитражного суда Тюменской области от 15 марта 2018 года по делу № А70-5811/2017, производство по её жалобе подлежит прекращению на основании пункта 1 части 1 статьи 150 АПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 4 статьи 272, статьями 271, пунктом 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Тюменской области от 15 марта 2018 года по делу № А70-5811/2017 (судья Глотов Н.Б. оставить без изменения, апелляционные жалобы  (регистрационный номер 08АП-3912/2018) ФИО2, (регистрационный номер 08АП-3913/2018) ФИО3 – без удовлетворения.

Производство по апелляционной жалобе  (регистрационный номер  08АП-3911/2018) ФИО1 прекратить.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

 

Председательствующий

 

С.А. Бодункова

Судьи

 

М.В. Смольникова

Н.А. Шарова