АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ ОБЛАСТИ ул. Красная ул., д.8, г.Кемерово, 650000 

E-mail: info@kemerovo.arbitr.ru, www.kemerovo.arbitr.ru тел. (384-2) 58-43-26, тел./факс (384-2) 58-37-05 ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

РЕШЕНИЕ

Дело № А27-27786/2017

город Кемерово

11 сентября 2018 года

Резолютивная часть решения оглашена 04 сентября 2018 года  Решение в полном объеме изготовлено 11 сентября 2018 года  Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Останиной В.В.,  

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Курушиной Е.Г., 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Общества с ограниченной  ответственностью «ОЭСК», город Прокопьевск, Кемеровская область (ОГРН  1094223000519, ИНН 4223052779)  

к Зятикову Андрею Викторовичу, город Киселевск, Кемеровская область  о взыскании 5 395 101 рубля 43 копеек,  

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора,  Петренко Илья Николаевич, город Кемерово; Шейко Евгений Александрович, город  Прокопьевск, Кемеровская область; Моисеев Сергей Геннадьевич, город Кемерово;  Левченко Ольга Васильевна, город Кемерово; Плетенев Андрей Викторович, город  Кемерово; Галицкий Игорь Анатольевич, город Прокопьевск, Кемеровская область,  Поплавская Марина Сергеевна, город Прокопьевск, Кемеровская область, Геворков  Александр Роландович, город Кемерово; Михайлов Петр Александрович, город  Новосибирск,  

при участии: 

представителя истца Геворкова А.Р., доверенность № 29 от 25.12.2017, паспорт; третьего  лица Геворкова А.Р.,  

ответчика Зятикова А.В. паспорт; представителя ответчика Прохорова С.В., доверенность  от 25.01.2018, паспорт;  

у с т а н о в и л:

Общество с ограниченной ответственностью «ОЭСК», город Прокопьевск,  Кемеровская область обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с иском к  Зятикову Андрею Викторовичу, город Киселевск, Кемеровская область о взыскании 5 737  208 руб. 36 коп. убытков.  

Требования мотивированы тем, что ответчиком в период осуществления  полномочий единоличного исполнительного органа допущены нарушения налогового  законодательства, что привело к возникновению у Общества убытков; основаны на  положениях статей 1, 10, 15, 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК  РФ), статьи 44 Федерального закона № 14 от 08.02.1998 «Об обществах с ограниченной  ответственностью». Истец ссылается на то, что налоговой инспекций установлено, что  Общество применяло схему уклонения от уплаты налоговой путем заключения  фиктивных договоров и использования фиктивного документооборота с целью  искусственного завышения расходов, уменьшающих налоговую базу по налогу на  прибыль организаций на стоимость якобы поставленного товара, выполненных работ,  оказанных услуг с несколькими контрагентами. Считает, что Зятиков А.В. должен  возместить причиненные Обществу убытки.  

Определением арбитражного суда от 10.01.2018 дело принято к производству.  Определением суда от 07.03.2018 подготовка дела к судебному разбирательству  завершена, дело назначено к судебному разбирательству в судебном заседании на  12.04.2018, затем неоднократно откладывалось (судебные заседания состоялись  16.05.2018, 13.06-19.06.2018, 12.07.2018, 04.09.2018).  

В судебном заседании 07.03.2018 судом в соответствии со статьей 49  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)  принято к рассмотрению ходатайство истца об уменьшении исковых требований до 5 395  101 руб. 43 коп.  

Ответчик с исковыми требованиями не согласился, устно в судебных заседаниях и  письменно в представленных в дело отзывах на исковое заявление, в письменных  объяснениях (от 29.01.2018, от 22.02.2018, от 26.03.2018 и др.) указал на то, что решение  МИФНС № 11 по Кемеровской области № 11-26/16 от 09.12.2016, а также судебные акты  по делу № А27-5154/2017 не являются надлежащими доказательствами,  подтверждающими обоснованность исковых требований. В период с 01.01.2012 по  31.12.2014 в ООО «ОЭСК» были созданы уполномоченные службы (служба безопасности,  техническая и юридическая службы), которые занимались проверкой всех контрагентов;  после чего директор руководствовался поступившей от названных служб информацией.  Не доверять такой информации у директора оснований не было. Кроме того, результаты  

финансово-хозяйственной деятельности, вытекающей из договоров, указанных в решении  налоговой инспекции, регулярно оценивались и утверждались на заседаниях Совета  директоров Общества, в том числе при утверждении годовых отчетов генерального  директора. Договоры с «проблемными» организациями никем не оспаривались. Ответчик  полагает, что необходимо учитывать положения пункта 3 статьи 54.1 НК РФ, и исходить  из того, что налогоплательщик не отвечает за недобросовестность контрагента. Ответчик  обращает внимание на то, что подписание документов неустановленным лицом не  говорит о формальности операций, факт неисполнения контрагентом обязанности по  уплате налогов сам по себе не может служить основанием для доначислений. Отсутствие  недобросовестности в действиях ответчика подтверждается стабильными финансовыми  показателями, отраженными в бухгалтерской отчетности общества, аудиторскими  заключениями; Общество выплачивало значительные дивиденды. Ответчиком приведены  отдельные доводы по контрагентам Общества, указанным в решении налоговой  инспекции. Ответчик указал на неверное определение суммы убытков. Обратил внимание  на то, что в период деятельности Зятикова А.В. его действия не подвергались критики со  стороны Совета Директоров. Считает, что члены Совета Директоров и его председатель,  представляющий единственного участника Общества, имели реальную возможность знать  обо всех действиях исполнительного органа и возможность прекратить его полномочия,  если бы им были допущены нарушения. Однако ни о каких нарушениях Зятикову А.В. ни  членами, ни председателем Совета Директоров не сообщалось.  

27.02.208 ответчик ходатайствовал о привлечении к участию в деле в качестве  соответчиков всех членов Совета директоров Общества на том основании, что совершение  сделок со спорными контрагентами происходило с соблюдением установленных в ООО  «ОЭСК» внутренних процедур для их совершения, в том числе одобрение сделок и  результатов их исполнения происходило на ежемесячных заседаниях Совета директоров  Общества. Ответчик считает, что одобряя отчеты об исполнении сделок со спорными  контрагентами и утверждая планы об их исполнении на будущее время, члены Совета  Директоров недобросовестно содействовали наступлению выгодных для них условий, в  том числе в виде выплаты дивидендов по акциям. Ответчик произвел расчет суммы,  которая может быть взыскана с каждого из членов Совета Директоров и ФИО1 с  учетом вышеуказанных доводов.  

Общество представило возражения на позицию ответчика, указав, что виновность и  противоправность поведения ФИО1 установлена решением № 11-26/16 от  09.12.2016 МИФНС № 11 по Кемеровской области. Считает, что утверждение ответчика о  соблюдении установленных в Обществе внутренних процедур для их совершения, не  

подтверждено документально. Кроме того, совершение сделки с соблюдением обычно  требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для  совершения аналогичных сделок не исключает возможность взыскания убытков. Высокие  финансовые показатели и стабильность хозяйственной деятельности Общества в период  руководства Зятиковым А.В. не исключают возможности взыскания с него убытков. Ни  одна из сделок, указанных в решении МИФНС № 11, не была одобрена Советом  директоров. Общество указало, что ссылка ответчика на утверждение Советом  Директоров ДПН, БДДС, БДР не имеет правового значения для рассмотрения настоящего  дела, так как данные документы отражают информацию о необходимом объеме денежных  ресурсов и моментах времени, когда у предприятия ожидается их недостаток или избыток,  входящие и исходящие денежные потоки и достаточность денежных средств для  обеспечения непрерывности и нормального хода производственно-хозяйственной  деятельности предприятия, отчет компании об источниках денежных средств и их  использования в отчетном периоде. Утверждение Советом директоров данных документов  не может считаться одобрением каких-либо сделок.  

В письменных пояснениях от 08.06.2018, от 18.06.2018 Общество изложило свою  позицию по доводам ответчика относительно отдельных контрагентов и выводов  налоговой инспекции.  

Истец согласился с возражениями ответчика относительно заявленной суммы,  размер суммы иска скорректировал.  

Определением от 22.05.2018 (резолютивная часть определения от 16.05.2018) в  удовлетворении ходатайства о привлечении к участию в деле в качестве соответчиков  ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 отказано, ранее указанные лица привлечены судом к участию в деле в  качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно  предмета спора (определение суда от 12.04.2018). ФИО10  привлечен к участию в деле 19.06.2018.  

ФИО2 в отзыве на исковое заявление указал, что спорные сделки не  одобрялись Советом Директоров, членом которого он являлся. Такими документами как  ДПН, БДДС, БДР сделки не одобрялись и не могли одобряться. Документы о  бюджетировании отражают информацию о необходимом объеме денежных ресурсов и  моментах времени, когда у Общества ожидается их недостаток или избыток; о входящих и  исходящих денежных потоках и достаточности денежных средств для обеспечения  

непрерывности и нормального хода производственно-хозяйственной деятельности  общества; об отчете Общества об использовании денежных средств в отчетном периоде и  отклонении от плана. Считает исковые требования обоснованными и законными.  

ФИО8 в отзыве на исковое заявление пояснила, что Советом Директоров  Общества рассматривались только те сделки, которые выносились директором для  одобрения. ДПН (движение потоков наличности) и БДДС (бюджет движения денежных  средств) – это внутренние документы Общества, отражающие основные денежные потоки  (приход и расход денежных средств) и позволяющие понимать, достаточно ли у Общества  денег для осуществления финансово-хозяйственной деятельности. Ведение такого  документа не регламентировано законодательством. БДДС составлялся в произвольной  форме. Его проект подготавливала финансово-экономическая служба Общества на  основании бухгалтерских данных о необходимости оплаты дебиторской, кредиторской  задолженности, а также заявок от служб и отделов о необходимости авансирования тех  или иных расходов. При этом финансово-экономическая служба не изучает наличие  договоров на планируемые расходы. После этого генеральный директор давал  распоряжения по корректировке БДДС и выносил БДДС на рассмотрение Совета  Директоров.  

Совет Директоров Общества в ходе утверждения БДДС не рассматривает  конкретные договоры, поскольку БДДС не содержит этих сведений, рассматриваются  лишь направления расходования денежных средств.  

Аналогичные пояснения ФИО8 изложены в судебном заседании  13.06.2018.  

ФИО3 в отзыве на исковое заявление указал, что БДДС – способ отражения  движения денежных потоков в определенном периоде. В этом документе фигурируют  только те события, которые имеют денежное выражение. В качестве первичных  документов, которыми оформляются операции, содержащиеся в БДДС, используются  расчетно-кассовые ордера и выписки по операциям с банковскими счетами предприятия.  Сам БДДС несколько напоминает такую бухгалтерскую форму как отчет о движении  денежных средств.  

БДР – способ фиксации операций, формирующих прибыль (убыток) предприятия.  В данном документе отражаются доходы и расходы, на его базе может быть рассчитана  себестоимость и рентабельность. В качестве первичных документов, которыми  оформляются операции, содержащиеся в БДР, используются акты выполненных работ,  оказанных услуг и акты приема-передачи материальных ценностей. БДР схож с  бухгалтерской формой «Отчет о прибылях и убытках».  

Эти документы содержат информацию о необходимом объеме денежных средств и  периодах, когда у Общества ожидается их недостаток или избыток; о входящих и  исходящих денежных потоках и достаточности денежных средств для обеспечения  непрерывности и нормального хода производственно-хозяйственной деятельности  Общества; об отчете Общества об использовании денежных средств в отчетном периоде и  отклонении от плана.  

ФИО3 также сообщил, что интересы ООО «КапиталСтройИнвест»  представлял ФИО1. Кроме того, интересы ФИО1 и аффилированного  правопреемника ООО «КапиталСтройИнвест» (ООО «СтройСиб») представляет ФИО11, что, по мнению ФИО3, не является случайностью.  

Считает исковые требования подлежащими удовлетворению. 

ФИО7 в отзыве на исковое заявление пояснил, что являлся членом Совета  Директоров Общества с сентября 2012 года по декабрь 2014 года, с 02.09.2013 по  31.05.2014 работал в должности заместителя генерального директора – техническим  директором. Считает некорректным и недействительным утверждение ФИО1 о  том, что утверждение ДПН и БДДС Общества – это процедура одобрения сделки.  Указанные внутренние документы позволяли планировать финансовую деятельность,  предназначены для планирования денежных средств по доходам и расходам. В них не  отражались конкретные договоры.  

ФИО12 устно в судебных заседаниях, а также в письменных пояснениях  изложил порядок одобрения Советом Директоров сделок. Считает, что вся  ответственность по заявленным Обществом основаниям лежит полностью на  руководителе Общества.  

ФИО6 в судебном заседании 16.05.2018 пояснил, что БДДС представлял  собой некий инструмент для распределения финансовых потоков, план на определенный  месяц. Каждый член Совета Директоров имел право заявлять свои возражения и  замечания, на голосование выносился уже уточненный документ. Этот документ не  является документом, свидетельствующим об одобрении сделок. У членов Совета  Директоров имелась объективная возможность знакомиться с договорами, с данными о  контрагентах.  

Настоящее судебное заседание в соответствии с частью 5 статьи 156 АПК РФ  проведено без участия третьих лиц, извещенных о судебном заседании надлежащим  образом.  

Представитель истца и третье лицо Геворков А.Р. в судебном заседании поддержал  изложенную в процессе рассмотрения дела позицию, просил исковые требования  удовлетворить.  

Ответчик и его представитель настаивали на доводах изложенных ранее, считают  исковые требования не подлежащими удовлетворению.  

Выслушав в процессе рассмотрения дела представителей сторон, третьих лиц,  изучив материалы дела, суд установил следующее.  

Открытое акционерное общество «Электрические сети» зарегистрировано  Инспекцией Министерства Российской Федерации по налогам и сборам по городу  Киселевск Кемеровской области 25.12.2002 за ОГРН 

<

***>, присвоен ИНН  

<

***>.  

Как следует из материалов дела, ОАО «Электрические сети» (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) реорганизовано путем преобразования в ООО  «Электрические сети» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), о чем 30.09.2014 внесена  соответствующая запись в ЕГРЮЛ за ГРН 

<

***>.  

18.11.2016 ООО «Электрические сети» прекратило деятельность в результате  присоединения к ООО «ОЭСК» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),  соответствующая запись внесена в Единый государственный реестр юридических лиц за  номером 2164205671750.  

Пунктами 5 и 2 статьи 58 Гражданского кодекса Российской Федерации  установлено, что при преобразовании юридического лица одной организационно- правовой формы в юридическое лицо другой организационно-правовой формы права и  обязанности реорганизованного юридического лица в отношении других лиц не  изменяются, за исключением прав и обязанностей в отношении учредителей (участников),  изменение которых вызвано реорганизацией.  

При присоединении юридического лица к другому юридическому лицу к  последнему переходят права и обязанности присоединенного юридического лица.  

Таким образом, ООО «ОЭСК» является правопреемником ОАО и ООО  «Электрические сети».  

В Едином государственном реестре юридических лиц содержится информация о  том, что генеральным директором (единоличным исполнительным органом) ОАО  «Электрические сети» в период с 18.04.2009 по 30.09.2014 являлся ФИО1. Указанное подтверждается протоколом заседания Совета Директоров ОАО  «Электрические сети» № 1/2009 от 20.04.2009.  

Решением единственного акционера № 03/14 от 03.09.2014 ФИО1 назначен  

генеральным директором ООО «Электрические сети» и исполнял функции единоличного  исполнительного органа по 17.04.2015.  

ООО «ОЭСК» предъявило иск о взыскании с ФИО1 убытков, причиненных  Обществу в результате такого поведения ответчика, которое выразилось в непроявлении  должной осмотрительности и осторожности при выборе контрагентов и непринятии им  мер по проверки их правоспособности. Результатом подобного поведения, по  утверждению истца, явилось привлечение Общества к налоговой ответственности в виде  уплаты пеней.  

В соответствии с положениями статьи 71 Федерального закона «Об акционерных  обществах» члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный  исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный  единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа  общества (правления, дирекции), а равно управляющая организация или управляющий  при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должны действовать в  интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении  общества добросовестно и разумно. При этом указанные лица несут ответственность  перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями  (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными  законами (п.1, 2).  

Статьей 44 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» предусмотрено,  что члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный  исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа  общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей  должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.  

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный  исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа  общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки,  причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и  размер ответственности не установлены федеральными законами. При этом не несут  ответственности члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, члены  коллегиального исполнительного органа общества, голосовавшие против решения,  которое повлекло причинение обществу убытков, или не принимавшие участия в  голосовании.  

При определении оснований и размера ответственности членов совета директоров  (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа общества,  

членов коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющего должны  быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства,  имеющие значение для дела.  

В случае, если в соответствии с положениями настоящей статьи ответственность  несут несколько лиц, их ответственность перед обществом является солидарной.  

Пунктом 1 статьи 53 ГК РФ предусмотрено, что юридическое лицо приобретает  гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы,  действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными  документами. Порядок назначения или избрания органов юридического лица  определяется законом и учредительными документами.  

Из пункта 3 статьи 53 ГК РФ, пункта 1 статьи 71 Федерального закона от  26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее - Закон № 208-ФЗ) следует, что  члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный  исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный  единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа  общества (правления, дирекции), а равно управляющая организация или управляющий  при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должны действовать в  интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении  общества добросовестно и разумно.  

Единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед  обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием),  если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.  

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа  юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если  будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно  действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие)  не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному  предпринимательскому риску, приняло ли указанное лицо все необходимые меры для  надлежащего исполнения полномочий единоличного исполнительного органа (статья 53.1.  ГК РФ).  

При определении оснований и размера ответственности членов совета директоров  (наблюдательного совета), единоличного исполнительного органа общества (директора,  генерального директора) и (или) членов коллегиального исполнительного органа  общества (правления, дирекции), а равно управляющей организации или управляющего  должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные  

обстоятельства, имеющие значение для дела.  

С иском о возмещении убытков, причиненных обществу единоличным  исполнительным органом общества вправе обратиться в суд общество или его участник.  

В пункте 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых  вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»  (далее- Постановление Пленума ВАС РФ № 62) разъяснено, что добросовестность и  разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в  принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради  которых создано юридическое лицо. Руководитель не может быть признан виновным в  причинении обществу убытков, если он действовал, исходя из обычных условий делового  оборота либо в пределах разумного предпринимательского риска.  

Поскольку законодательство Российской Федерации не содержит перечня  действий, совершенных единоличным исполнительным органом, которыми он мог бы  причинить убытки в силу своего специфического положения в обществе, поэтому  возмещение убытков в данном случае осуществляется по общим правилам.  

В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может  требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором  не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.  

В соответствии с пунктом 6 Постановления Пленума ВАС РФ № 62 по делам о  возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица  убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).  

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело  или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или  повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые  это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не  было нарушено (упущенная выгода).  

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения  обязательства, наличие и размер убытков, причинную связь между допущенным  правонарушением и возникшими убытками. Удовлетворение требования возможно при  доказанности всей совокупности указанных условий ответственности. Недоказанность  хотя бы одного из указанных условий является достаточным основанием для отказа в  удовлетворении иска о взыскании убытков.  

Следовательно, истцу, требующему привлечения руководителя общества к  ответственности, следует обосновать наличие в действиях руководителя состава  правонарушения, предусмотренного пункта 3 статьи 53 ГК РФ, а именно: объективную  

сторону правонарушения - наличие недобросовестных, неразумных действий  руководителя, нарушающих интересы общества; субъективную сторону правонарушения -  виновность руководителя в данных действиях; а также причинно-следственную связь  между совершенным правонарушением и убытками общества; размер убытков.  

В силу пункта 3 статьи 10 ГК РФ разумность и добросовестность участников  гражданских правоотношений презюмируются, следовательно, обязанность по  доказыванию недобросовестности и неразумности действий единоличного  исполнительного органа общества, повлекших за собой причинение убытков, возлагается  на истца.  

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора  обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для  достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в  надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое  лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения  юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной  и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора  понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с  директора (пункт 4 Постановления Пленума ВАС РФ № 62).  

Судом установлено, 18.11.2016 в отношении ООО «Электрические сети» проведена  выездная налоговая проверка по всем налогам и сборам за период с 01.01.2012 по  31.12.2014. По результатам указанной проверки МИФНС № 11 по Кемеровской области  вынесла решение № 11-26/16 от 09.12.2016 о привлечении ООО «ОЭСК» к  ответственности за совершение налогового правонарушения.  

В решении МИФНС содержатся выводы в отношении нескольких юридических  лиц.  

По ООО «Абсолют» (ИНН 

<

***>) МИФНС установлено, истцом подписан  договор поставки № 42/12 от 10.01.2012. МИФНС в решении указано, что Общество по  адресу, указанному в регистрационных документах, в проверяемый период не находилось;  сведения об адресе поставщика, содержащиеся в представленных налогоплательщиком  договоре, счетах-фактурах, товарных накладных, являются недостоверными; ФИО13  не имеет отношения к регистрации юридического лица ООО «Абсолют», не является  руководителем и единственным учредителем ООО «Абсолют», он фактически не  открывал счет в банке. Налогоплательщик не подтвердил, что он приобретал товар  именно у ООО «Абсолют».  

Документы, предъявленные организацией для подтверждения понесенных  

расходов в целях налогообложения: договор, счета-фактуры, товарные накладные  свидетельствуют о нереальности финансово-хозяйственных операций именно с ООО  «Абсолют», содержат недостоверные сведения, прежде всего, о хозяйственных операциях,  по которым налогоплательщик претендует на правомерность признания затрат, о лице,  подписавшем документы, так как они подписаны не руководителем, а неустановленным  лицом, что подтверждено результатами почерковедческой экспертизы документов, и,  соответственно, неправомерно отнесены налогоплательщиком к документам,  подтверждающим право на применение налоговых вычетов по налогу на добавленную  стоимость. Все представленные документы налогоплательщиком в отношении ООО  «Абсолют», по сути, являются фиктивными, поскольку содержат недостоверные сведения  о предприятии и его представителе. Указанные документы не могут подтверждать факт  приобретения ТМЦ у ООО «Абсолют», так и приема данных ТМЦ к учету от данного  контрагента. Налогоплательщик использовал статус юридического лица ООО «Абсолют»  для создания фиктивного документооборота, единственной целью которого явилось  получение необоснованной налоговой выгоды в виде завышения налоговых вычетов по  налогу на добавленную стоимость путем включения в цепочку расчетов проблемной  организации при фактическом приобретении товаров у реальных контрагентов.  

По ООО «Авангард» (ИНН 

<

***>) подписан договор поставки № 18/14 от  20.07.2012. МИФНС сделан вывод о том, что ООО «Авангард» по адресу, указанному в  регистрационных документах, в проверяемый период не находилось. Сведения об адресе  поставщика, содержащиеся в представленных налогоплательщиком договоре, счетах- фактурах, товарных накладных, являются недостоверными. ФИО14 никакого  отношения к финансово-хозяйственной деятельности ООО «Авангард» не имеет, и  является номинальным учредителем и руководителем. Налогоплательщик не подтвердил,  что он приобретал товар именно у ООО «Авангард».  

Документы, предъявленные организацией для подтверждения понесенных  расходов в целях налогообложения: договор, счета-фактуры, товарные накладные  свидетельствуют о нереальности финансово-хозяйственных операций именно с ООО  «Авангард», содержат недостоверные сведения, прежде всего, о хозяйственных  операциях, по которым налогоплательщик претендует на правомерность признания  затрат, о лице, подписавшем документы, так как они подписаны не руководителем, а  неустановленным лицом, что подтверждено результатами почерковедческой экспертизы  документов, и, соответственно, неправомерно отнесены налогоплательщиком к  документам, подтверждающим право на применение налоговых вычетов по налогу на  добавленную стоимость. Все представленные документы налогоплательщиком в  

отношении ООО «Авангард», по сути, являются фиктивными, поскольку содержат  недостоверные сведения о предприятии и его представителе. Указанные документы не  могут подтверждать факт приобретения ТМЦ у ООО «Авангард», так и приема данных  ТМЦ к учету от данного контрагента. Налогоплательщик использовал статус  юридического лица ООО «Авангард» для создания фиктивного документооборота,  единственной целью которого явилось получение необоснованной налоговой выгоды в  виде завышения налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость путем  включения в цепочку расчетов проблемной организации при фактическом приобретении  товаров у реальных контрагентов.  

По ООО «Бэст» (ИНН 

<

***>) договор не представлен. МИФНС в результате  проверки установлено, что учредитель и руководитель Общества ФИО15 по  основному месту работы трудился в МУП «ИМИ», в силу чего не мог в полной мере  осуществлять руководство ООО «Бэст». ООО «Бэст» по адресу, указанному в  регистрационных документах, в проверяемый период не находилось, в том числе на  момент совершения сделки с ООО «Электрические сети». Сведения об адресе  исполнителя, содержащиеся в счетах-фактурах, товарных накладных, транспортных  накладных являются недостоверными.  

Документы, предъявленные организацией для подтверждения понесенных  расходов в целях налогообложения: договор, счета-фактуры, товарные накладные, акты,  справки свидетельствуют о нереальности финансово-хозяйственных операций именно с  ООО «Бэст», содержат недостоверные сведения, прежде всего, о хозяйственных  операциях, по которым налогоплательщик претендует на правомерность признания  затрат, о лице, подписавшем документы, так как они подписаны не руководителем, а  неустановленным лицом, что подтверждено результатами почерковедческой экспертизы  документов, и, соответственно, неправомерно отнесены налогоплательщиком к  документам, подтверждающим право на применение налоговых вычетов по налогу на  добавленную стоимость. Все представленные документы налогоплательщиком в  отношении ООО «Бэст», по сути, являются фиктивными, поскольку содержат  недостоверные сведения о предприятии и его представителе. Указанные документы не  могут подтверждать факт приобретения ТМЦ у ООО «Бэст», так и приема данных ТМЦ к  учету от данного контрагента. Налогоплательщик использовал статус юридического лица  ООО «Бэст» для создания фиктивного документооборота, единственной целью которого  явилось получение необоснованной налоговой выгоды, путем включения фирмы- «однодневки» в цепочку документооборота только лишь для формирования  необоснованного вычета по налогу на добавленную стоимость при фактическом  

приобретении товаров (работ, услуг) у контрагентов, применяющих спец режим (в  рассматриваемом случае ЕНВД).  

По ООО «СибПромГрупп» (ИНН 

<

***>) подписан договор поставки   № 2811/2012 от 28.11.2012. Налоговым органом в процессе проверки установлено, что  ООО «СибПромГрупп» по адресу, указанному в регистрационных документах, в  проверяемый период не находилось, в том числе на момент заключения сделки с ООО  «Электрические сети». Сведения об адресе поставщика являются недостоверными.  ФИО16 является номинальным учредителем и руководителем ООО  «СибПромГрупп», так как подписывал документы на регистрацию Общества по просьбе  третьих лиц за денежное вознаграждение.  

Документы, предъявленные организацией для подтверждения понесенных  расходов в целях налогообложения: договор, счет-фактура, товарная накладная, товарно- транспортные накладные свидетельствуют о нереальности финансово-хозяйственных  операций именно с ООО «СибПромГрупп», содержат недостоверные сведения, прежде  всего, о хозяйственных операциях, по которым налогоплательщик претендует на  правомерность признания затрат, о лице, подписавшем документы, так как они подписаны  не руководителем, а неустановленным лицом, что подтверждено результатами  почерковедческой экспертизы документов, и, соответственно, неправомерно отнесены  налогоплательщиком к документам, подтверждающим право на применение налоговых  вычетов по налогу на добавленную стоимость. Все представленные документы  налогоплательщиком в отношении ООО «СибПромГрупп», по сути, являются  фиктивными, поскольку содержат недостоверные сведения о предприятии и его  представителе. Указанные документы не могут подтверждать факт приобретения ТМЦ у  ООО «СибПромГрупп», так и приема данных ТМЦ к учету от данного контрагента.  Налогоплательщик использовал статус юридического лица ООО «СибПромГрупп» для  создания фиктивного документооборота, единственной целью которого явилось  получение необоснованной налоговой выгоды в виде завышения налоговых вычетов по  налогу на добавленную стоимость путем включения в цепочку расчетов проблемной  организации при фактическом приобретении товаров у реальных контрагентов.  

По ООО «АКА» (ИНН 

<

***>) подписан договор поставки № 82 от 01.12.2011.  МИФНС пришла к выводу о том, что окументы, предъявленные организацией для  подтверждения понесенных расходов в целях налогообложения: договоры, счета-фактуры,  товарные накладные, акты, справки свидетельствуют о нереальности финансово- хозяйственных операций именно с ООО «АКА», содержат недостоверные сведения,  прежде всего, о хозяйственных операциях, по которым налогоплательщик претендует на  

правомерность признания затрат, о лице, подписавшем документы, так как они подписаны  не руководителем, а неустановленным лицом, что подтверждено результатами  почерковедческой экспертизы документов, и, соответственно, неправомерно отнесены  налогоплательщиком к документам, подтверждающим право на применение налоговых  вычетов по налогу на добавленную стоимость. Все представленные документы  налогоплательщиком в отношении ООО «АКА», по сути, являются фиктивными,  поскольку содержат недостоверные сведения о предприятии и его представителе.  Указанные документы не могут подтверждать факт приобретения ТМЦ у ООО «АКА»,  так и приема данных ТМЦ к учету от данного контрагента. Налогоплательщик  использовал статус юридического лица ООО «АКА» для создания фиктивного  документооборота, единственной целью которого явилось получение необоснованной  налоговой выгоды, в виде искусственного завышения расходов по налогу на прибыль и  вычетов по НДС при фиктивном оформлении сделок с указанным контрагентом по  приобретению спорных товаров, выполнению работ, оказанию услуг.  

По ООО «Авангард» (ИНН4211024382) подписан договор поставки № 49 от  23.07.2012. Налоговый орган в ходе проверки пришел к выводам о том, что ООО  «Авангард» по адресу, указанному в регистрационных документах, в проверяемый период  не находилось, в том числе, на момент подписания договора с ОАО «Электрические  сети». Сведения об адресе поставщика, содержащимся в договоре, счетах-фактурах,  товарных накладных, являются недостоверными. ФИО17 имеет только  формальное отношение к регистрации юридического лица ООО «Авангард», подписанию  документов по просьбе третьих лиц и снятию наличных денежных средств за денежное  вознаграждение, и, соответственно, к финансово-хозяйственной деятельности Общества  не имеет.  

Документы, предъявленные организацией для подтверждения понесенных  расходов в целях налогообложения: договор, счет-фактуры, товарные накладные  свидетельствуют о нереальности финансово-хозяйственных операций именно с ООО  «Авангард», содержат недостоверные сведения, прежде всего, о хозяйственных  операциях, по которым налогоплательщик претендует на правомерность признания  затрат, о лице, подписавшем документы, так как они подписаны не руководителем, а  неустановленным лицом, что подтверждено результатами почерковедческой экспертизы  документов, и, соответственно, неправомерно отнесены налогоплательщиком к  документам, подтверждающим право на применение налоговых вычетов по налогу на  добавленную стоимость. Все представленные документы налогоплательщиком в  отношении ООО «Авангард», по сути, являются фиктивными, поскольку содержат  

недостоверные сведения о предприятии и его представителе. Указанные документы не  могут подтверждать факт приобретения ТМЦ у ООО «Авангард», так и приема данных  ТМЦ к учету от данного контрагента. Налогоплательщик использовал статус  юридического лица ООО «Авангард» для создания фиктивного документооборота,  единственной целью которого явилось получение необоснованной налоговой выгоды в  виде завышения налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость путем  включения в цепочку расчетов проблемной организации при фактическом приобретении  товаров у реальных контрагентов.  

По ООО «ТехПромСбыт» (ИНН 

<

***>) договор не представлен,  представлены счета-фактуры, товарные накладные, приходные ордера. Общество по  адресу, указанному в регистрационных документах, в проверяемый период, в том числе на  момент заключения сделки с ООО «Электрические сети», сведения об адресе поставщика  являются недостоверными.  

Документы, предъявленные организацией для подтверждения понесенных  расходов в целях налогообложения: договор, счет-фактуры, товарные накладные  свидетельствуют о нереальности финансово-хозяйственных операций именно с ООО  «ТехПромСбыт», содержат недостоверные сведения, прежде всего, о хозяйственных  операциях, по которым налогоплательщик претендует на правомерность признания  затрат, о лице, подписавшем документы, так как они подписаны не руководителем, а  неустановленным лицом, что подтверждено результатами почерковедческой экспертизы  документов, и, соответственно, неправомерно отнесены налогоплательщиком к  документам, подтверждающим право на применение налоговых вычетов по налогу на  добавленную стоимость. Все представленные документы налогоплательщиком в  отношении ООО «ТехПромСбыт», по сути, являются фиктивными, поскольку содержат  недостоверные сведения о предприятии и его представителе. Указанные документы не  могут подтверждать факт приобретения ТМЦ у ООО «ТехПромСбыт»», так и приема  данных ТМЦ к учету от данного контрагента. Налогоплательщик использовал статус  юридического лица ООО «ТехПромСбыт» для создания фиктивного документооборота,  единственной целью которого явилось получение необоснованной налоговой выгоды в  виде завышения налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость путем  включения в цепочку расчетов проблемной организации при фактическом приобретении  товаров у реальных контрагентов.  

По ООО «КапиталСтройИнвест» (ИНН 

<

***>) исследовался договор № 52 на  оказание услуг (выполнение работ) от 01.06.2013. МИФНС пришла к выводу о том. что  ФИО18 на момент подписания документов по договору не значился руководителем  

ООО «КапиоСтройИнвест», поэтому сделка на 1 158 532, 41 фактически не имела места.  ООО «КапиталСтройИнвест» по адресу, указанному в регистрационных документах, в  проверяемый период не находилось, в том числе на момент подписания договоров с ООО  «Электрические сети».  

В ходе анализа финансовой отчетности ООО «КапиталСтройИнвест» установлено,  что при значительных показателях налоговой базы по налогам налоговая нагрузка имеет  очень низкие показатели, а именно в 2013 году – 0.008%, в 2014 году – 0.02%. Кроме того,  удельный вес расходов в доходах составил 99,9% , доля суммы налога на добавленную  стоимость, подлежащая вычету, по отношению к общей сумме налога на добавленную  стоимость, составила 99.9%, что свидетельствует об использовании ООО  «КапиталСтройИнвест» статуса юридического лица с целью создания видимости  осуществления этой «технической фирмой» деятельности без исполнения его обязанности  по уплате налогов.  

Документы, предъявленные организацией для подтверждения понесенных  расходов в целях налогообложения: договоры, счета-фактуры, акты, отрывные талоны к  путевым листам, акты выполненных работ, справки о стоимости выполненных работ и  затрат, протоколы свидетельствуют о нереальности финансово-хозяйственных операций  именно с ООО «КапиталСтройИнвест», содержат недостоверные сведения, прежде всего,  о хозяйственных операциях, по которым налогоплательщик претендует на правомерность  признания затрат, о лице, подписавшем документы, так как они подписаны не  руководителем, а неустановленным лицом, что подтверждено результатами  почерковедческой экспертизы документов, и, соответственно, неправомерно отнесены  налогоплательщиком к документам, подтверждающим право на применение налоговых  вычетов по налогу на добавленную стоимость. Налогоплательщик использовал статус  юридического лица ООО «КапиталСтройИнвест» для создания фиктивного  документооборота, единственной целью которого явилось получение необоснованной  налоговой выгоды в виде завышения расходов по налогу на прибыль и вычетов по НДС  при фиктивном оформлении сделок с указанным контрагентом по выполнению спорных  работ, оказанию услуг.  

По ООО «СтройИнвестПроект» (ИНН 

<

***>) подписан договор № 22/13 по  выполнению субподрядных работ (услуг) от 22.11.2013.  

В ходе анализа финансовой отчетности ООО «СтройИнвестПроект» установлено,  что при значительных показателях налоговой базы по налогам налоговая нагрузка имеет  очень низкие показатели, в период 2012-2014 – 0.02%. Кроме того, удельный вес расходов  в доходах за период 2012-2014 составил 99,9% , доля суммы налога на добавленную  

стоимость, подлежащая вычету, по отношению к общей сумме налога на добавленную  стоимость, составила 99.9%, что свидетельствует об использовании ООО  «СтройИнвестПроект» статуса юридического лица с целью создания видимости  осуществления этой «технической фирмой» деятельности без исполнения его обязанности  по уплате налогов.  

Документы, предъявленные организацией для подтверждения понесенных  расходов в целях налогообложения: договоры, счета-фактуры, акты, акты выполненных  работ, справки о стоимости выполненных работ и затрат, свидетельствуют о  нереальности финансово-хозяйственных операций именно с ООО «СтройИнвестПроект»,  содержат недостоверные сведения, прежде всего, о хозяйственных операциях, по которым  налогоплательщик претендует на правомерность признания затрат, о лице, подписавшем  документы, так как они подписаны не руководителем, а неустановленным лицом, что  подтверждено результатами почерковедческой экспертизы документов, и, соответственно,  неправомерно отнесены налогоплательщиком к документам, подтверждающим право на  применение налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость. Налогоплательщик  использовал статус юридического лица ООО «СтройИнвестПроект» для создания  фиктивного документооборота, единственной целью которого явилось получение  необоснованной налоговой выгоды в виде искусственного завышения расходов по налогу  на прибыль и вычетов по НДС при фиктивном оформлении сделок с указанным  контрагентом по выполнению спорных работ, оказанию услуг.  

МИФНС пришла к выводу о том, что ООО «Авангард», ООО «ТехПромСбыт»,  ООО «КапиталСтройИнвест», ООО «СтройИнвестПроект» относятся к одной группе лиц.  Выявленные и установленные налоговым органом обстоятельства свидетельствуют не  только об отсутствии у контрагентов этих Обществ реальной финансово-хозяйственной  деятельности, но и о невозможности осуществления проверяемым налогоплательщиком  ООО «Электрические сети» реальных хозяйственных операций с данными контрагентами  в виду отсутствия у последних необходимых условий для достижения результатов  соответствующей экономической деятельности.  

По ООО «ПромАвтоЛесТорг» (ИНН 

<

***>) договор не представлен.  Налоговый орган установил, что названное Общество по адресу, указанному в  регистрационных документах, в проверяемый период не находилось, в том числе на  момент заключения сделки с ООО «Электрические сети». Сведения, содержащиеся в  счетах-фактурах, товарных накладных являются недостоверными. Представленные  документы подписаны не ФИО19, а другим лицом.  

Документы, предъявленные организацией для подтверждения понесенных  

расходов в целях налогообложения: договор, счет-фактуры, товарные накладные  свидетельствуют о нереальности финансово-хозяйственных операций именно с ООО  «ПромАвтоЛесТорг», содержат недостоверные сведения, прежде всего, о хозяйственных  операциях, по которым налогоплательщик претендует на правомерность признания  затрат, о лице, подписавшем документы, так как они подписаны не руководителем, а  неустановленным лицом, что подтверждено результатами почерковедческой экспертизы  документов, и, соответственно, неправомерно отнесены налогоплательщиком к  документам, подтверждающим право на применение налоговых вычетов по налогу на  добавленную стоимость. Все представленные документы налогоплательщиком в  отношении ООО «ПромАвтоЛесТорг», по сути, являются фиктивными, поскольку  содержат недостоверные сведения о предприятии и его представителе. Указанные  документы не могут подтверждать факт приобретения ТМЦ у ООО «ПромАвтоЛесТорг»,  так и приема данных ТМЦ к учету от данного контрагента. Налогоплательщик  использовал статус юридического лица ООО «ПромАвтоЛесТорг» для создания  фиктивного документооборота, единственной целью которого явилось получение  необоснованной налоговой выгоды в виде завышения налоговых вычетов по налогу на  добавленную стоимость путем включения в цепочку расчетов проблемной организации  при фактическом приобретении товаров у реальных контрагентов.  

По ООО «ТехРезерв» (ИНН 

<

***>) представлен договор поставки № 26/01/12  от 24.01.2012, договор поставки № 19/01/12 от 19.01.2012. МИФНС установлено, что ООО  «ТехРезерв» по адресу, указанному в регистрационных документах, в проверяемый  период не находилось, в том числе на момент подписания договоров с ООО  «Электрические сети». Сведения об адресе поставщика, содержащиеся в договоре, счетах- фактурах, товарных накладных являются недостоверными. Установлено, что отчетность  от имени ООО «ТехРезерв» представлялась неустановленным лицом, что не может  подтверждать деятельность организации.  

Документы, предъявленные организацией для подтверждения понесенных  расходов в целях налогообложения: договор, счет-фактуры, товарные накладные  свидетельствуют о нереальности финансово-хозяйственных операций именно с ООО  «ТехРезерв», содержат недостоверные сведения, прежде всего, о хозяйственных  операциях, по которым налогоплательщик претендует на правомерность признания  затрат, о лице, подписавшем документы, так как они подписаны не руководителем, а  неустановленным лицом, что подтверждено результатами почерковедческой экспертизы  документов, и, соответственно, неправомерно отнесены налогоплательщиком к  документам, подтверждающим право на применение налоговых вычетов по налогу на  

добавленную стоимость. Все представленные документы налогоплательщиком в  отношении ООО «ТехРезерв», по сути, являются фиктивными, поскольку содержат  недостоверные сведения о предприятии и его представителе. Указанные документы не  могут подтверждать факт приобретения ТМЦ у ООО «ТехРезерв»», так и приема данных  ТМЦ к учету от данного контрагента. Налогоплательщик использовал статус  юридического лица ООО «ТехРезерв» для создания фиктивного документооборота,  единственной целью которого явилось получение необоснованной налоговой выгоды в  виде завышения налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость путем  включения в цепочку расчетов проблемной организации при фактическом приобретении  товаров у реальных контрагентов.  

По ООО «ПромТехРесурс» (ИНН 

<

***>) подписан договор поставки № 88 от  01.11.2012. МИФНС установлено, что Общество по адресу, указанному в  регистрационных документах, в проверяемый период не находилось, в том числе на  момент подписания договоров с ООО «Электрические сети». Сведения об адресе  поставщика, содержащиеся в договоре, счетах-фактурах, товарных накладных являются  недостоверными.  

Документы, предъявленные организацией для подтверждения понесенных  расходов в целях налогообложения: договор, счет-фактуры, товарные накладные  свидетельствуют о нереальности финансово-хозяйственных операций именно с ООО  «ПромТехРесурс», содержат недостоверные сведения, прежде всего, о хозяйственных  операциях, по которым налогоплательщик претендует на правомерность признания  затрат, о лице, подписавшем документы, так как они подписаны не руководителем, а  неустановленным лицом, что подтверждено результатами почерковедческой экспертизы  документов, и, соответственно, неправомерно отнесены налогоплательщиком к  документам, подтверждающим право на применение налоговых вычетов по налогу на  добавленную стоимость. Все представленные документы налогоплательщиком в  отношении ООО «ПромТехРесурс», по сути, являются фиктивными, поскольку содержат  недостоверные сведения о предприятии и его представителе. Указанные документы не  могут подтверждать факт приобретения ТМЦ у ООО «ПромТехРесурс»», так и приема  данных ТМЦ к учету от данного контрагента. Налогоплательщик использовал статус  юридического лица ООО «ПромТехРесурс» для создания фиктивного документооборота,  единственной целью которого явилось получение необоснованной налоговой выгоды в  виде завышения налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость путем  включения в цепочку расчетов проблемной организации при фактическом приобретении  товаров у реальных контрагентов.  

На основании представленных документов налоговым органом сделан вывод о том,  что ООО ТехРезерв» и ООО «ПромТехРесурс» принадлежат к одной группе лиц.  Выявленные и установленные налоговым органом обстоятельства свидетельствуют не  только об отсутствии у контрагентов этих Обществ реальной финансово-хозяйственной  деятельности, но и о невозможности осуществления проверяемым налогоплательщиком  ООО «Электрические сети» реальных хозяйственных операций с данными контрагентами  в виду отсутствия у последних необходимых условий для достижения результатов  соответствующей экономической деятельности.  

МИФНС сделан вывод о том, что Общество не проявило должную  осмотрительность, не проверило документы, подтверждающие личность людей,  действовавших от имени указанных в решении юридических лиц. В частности,  Обществом не представлены доказательства, - свидетельствующие о том, что запросив  учредительные и регистрационные документы, последний проверил реальность  существования контрагентов как субъектов предпринимательской деятельности; -  указывающие на обстоятельства сотрудничества с руководителями своих контрагентов, на  проверку уполномоченных представлять интересы контрагентов; - какие сведения на  момент осуществления сделок с юридическим лицами о деловой репутации контрагентов,  их платежеспособности, наличии у контрагентов обязательных для поставки спорных  ТМЦ, выполнения работ оказания услуг, необходимых материальных и технических  ресурсов, оценивались проверяемым налогоплательщиком, которые свидетельствовали бы  о том, что в рассматриваемом случае Общество проявило самостоятельность при выборе  контрагентов. Общество формально отнеслось к проверке документов, якобы  представленных юридическим лицами. Фактическое местонахождение юридических лиц  не установлено, по юридическому адресу они не находятся. Юридические лица не  располагают основными средствами, имуществом, транспортными средствами.  Среднесписочная численность работников в 2012, 2013, 2014 составляла 1 чел. Налоговая  и бухгалтерская отчетность юридических лиц сдавалась в налоговый орган формально, с  показателями, не соответствующими фактическим поступлениям на расчетный счет.  Лица, указанные в качестве руководителей ООО «Абсолют», 2 ООО «Авангард», ООО  «Бэст», ООО «СибПромГрупп» имеют лишь формальное отношение к регистрации  Общества (страницы 253-254 решения).  

Суд отмечает, что осуществляя защиту своих интересов по настоящему делу,  ответчик в соответствии со статьей 65 АПК РФ не представил доказательств в  опровержение установленных налоговым органом обстоятельств.  

МИФНС налогоплательщику предписано уплатить по НДС 7 417 373 рубля  

недоимки и пени, по налогу на прибыль – 7 382 937 рублей недоимки и пени.  

Обжалование Обществом в порядке статьи 101.2 НК РФ решения не привело к  положительным для него результатам – УФНС России по Кемеровской области оставило  апелляционную жалобу Общества без удовлетворения.  

22.06.2017 решением Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27- 5154/2017 решение МИФНС № 11 по Кемеровской области № 11-26/16 от 09.12.2016  оставлено в силе. Названное решение суда первой инстанции оставлено без изменения как  апелляционной инстанцией (постановление от 12.09.2017), так и кассационной  инстанцией (постановление от 21.02.2018).  

В силу положений пункта 2 статьи 110 Налогового кодекса Российской Федерации  налоговое правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его  совершившее, осознавало противоправный характер своих действий (бездействия),  желало либо сознательно допускало наступление вредных последствий таких действий  (бездействия).  

Пунктом 4 данной статьи предусмотрено, что вина организации в совершении  налогового правонарушения определяется в зависимости от вины ее должностных лиц  либо ее представителей, действия (бездействие) которых обусловили совершение данного  налогового правонарушения.  

В пунктах 2 и 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда РФ № 62  приведен перечень, когда недобросовестность и неразумность действий директора  считается доказанной, в частности, когда директор совершил сделку:  

без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих  органов юридического лица;  

после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи  юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные  последствия для юридического лица;  

а также знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент  их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку  (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях  или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и  т.п.);  

до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение  необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой  практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся  обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения  

дополнительной информации.  

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или  иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота,  входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности  юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.  

Обязанность директора организации осознавать противоправность своего  поведения основывается на должностном статусе этого лица, установленном  законодательством, в частности Федеральным законом от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О  бухгалтерском учете».  

МИФНС № 11 и арбитражные суды трех инстанций пришли к выводу о том, что  документы представленные заявителем в подтверждение правомерности применения  налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость и уменьшения налоговой базы  по налогу на прибыль по взаимоотношениям с контрагентами ООО «Абсолют» (ИНН  

<

***>), ООО «Авангард» (ИНН 

<

***>), ООО «Бэст» (ИНН 

<

***>), ООО  «СибПромГрупп» (ИНН 

<

***>), ООО «АКА» (ИНН 

<

***>), ООО «Авангард»  (ИНН 

<

***>), ООО «ТехПромСбыт» (ИНН 

<

***>), ООО  «КапиталСтройИнвест» (ИНН 

<

***>), ООО «СтройИнвестПроект» (ИНН  

<

***>), ООО «ПромАвтоЛесТорг» (ИНН 

<

***>), ООО «ТехРезерв» (ИНН  

<

***>), ООО «ПромТехРесурс» (ИНН 

<

***>) содержат недостоверные  сведения и не подтверждают факта совершения заявителем реальных хозяйственных  операций с указанными контрагентами.  

Кроме того, Обществом не проявлена должная осмотрительность при выборе  указанных контрагентов.  

В частности, на странице 447 решения налогового органа указано, что проверкой  собраны доказательства, свидетельствующие, что руководителем ООО «Электрические  сети» при вступлении во взаимоотношения со спорными «контрагентами» не  принимались меры по проявлению должной осмотрительности и осторожности.  Руководителем налогоплательщика надлежащим образом не проверялись полномочия  лиц, подписывающих документы от имени «контрагентов».  

Судами по делу № А27-5154/2017 сделан вывод о том, что учитывая стоимость  товаров, работ, услуг приобретенных заявителем у спорных контрагентов  соответствующие операции нельзя признать промежуточными и незначительными.  Вместе с тем, никаких документов для обоснования выбора указанных юридических лиц в  качестве поставщиков и исполнителей работ и услуг заявителем представлено не было, не  представлены и доказательства того, что до заключения договоров он убедился в деловой  

репутации контрагентов, их платежеспособности, возможностей исполнения  обязательства без риска, наличия у контрагентов необходимых ресурсов.  

В своих показаниях, данных налоговому органу, руководитель Общества не смог  дать подробные пояснения по вопросу места нахождения контрагентов, месту оформления  документов, о лицах, выступавших от имени контрагентов.  

Оценивая степень осмотрительности проявленной Обществом при выборе  контрагентов, а также адекватности предпринятых заявителем мер в целях соблюдения  требований налогового законодательства, суд пришел к выводу о том, что сам по себе  факт получения налогоплательщиком уставных документов не может рассматриваться как  проявление им достаточной степени осмотрительности при выборе контрагентов.  Информация о регистрации контрагентов в качестве юридического лица и постановке его  на учет в налоговых органах не характеризует контрагента как добросовестного,  надежного и стабильного участника хозяйственных взаимоотношений.  

Проявление должной осмотрительности и осторожности предполагает не только  проверку правоспособности юридического лица, но также и проверку полномочий лиц,  выступающих от имени данных организаций и совершающих юридически значимые  действия, которая заключается в установлении личности путем проверки документов, а  также наличия документа, на основании которого данное лицо наделяется полномочиями.  

При рассмотрении дела суд исходит из того, что статьей 3 ФЗ «О бухгалтерском  учете» предусмотрено, что лицо, являющееся единоличным исполнительным органом  экономического субъекта, либо лицо, ответственное за ведение дел экономического  субъекта, либо управляющий, которому переданы функции единоличного  исполнительного органа, является руководителем экономического субъекта.  

По смыслу пункта 8 статьи 7 указанного закона, данные, содержащиеся в  первичном учетном документе, принимаются (не принимаются) главным бухгалтером или  иным должностным лицом, на которое возложено ведение бухгалтерского учета, либо  лицом, с которым заключен договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета,  к регистрации и накоплению в регистрах бухгалтерского учета по письменному  распоряжению руководителя экономического субъекта, который единолично несет  ответственность за созданную в результате этого информацию.  

Объект бухгалтерского учета отражается (не отражается) главным бухгалтером или  иным должностным лицом, на которое возложено ведение бухгалтерского учета, либо  лицом, с которым заключен договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета,  в бухгалтерской (финансовой) отчетности на основании письменного распоряжения  руководителя экономического субъекта, который единолично несет ответственность за  

достоверность представления финансового положения экономического субъекта на  отчетную дату, финансового результата его деятельности и движения денежных средств  за отчетный период.  

В процессе рассмотрения настоящего дела ответчик сослался на то, что в Обществе  в период с 01.01.2012 по 31.12.2014 были созданы и работали служба безопасности,  техническая служба, юридическая служба. Служба безопасности и юридическая служба  занимались проверкой всех контрагентов. После проведения проверки всех мероприятий  по проверке контрагентов данная информация поступала непосредственно директору,  который руководствовался этой информацией и принимал решения о заключении с таким  контрагентами договоров. Не доверять указанной информации у ФИО1 оснований  не было.  

Суд отмечает, что в силу закона, положений Устава Общества (пункт 19.1, статья  20 Устава ОАО и пункты 17.1, 17.6 Устава ООО) и условий трудового договора  (контракта) (от 08.09.2011, от 01.09.2014) именно на генеральном директоре Общества  лежит обязанность по совершению сделок от имени Общества, формированию и  утверждению штатного расписания, решает иные вопросы, связанные с текущей  деятельностью Общества.  

В материалы дела представлены договоры, подписанные Обществом с  контрагентами (тома 11-12 дела), отдельные договоры отражают реквизиты их  согласования отдельными работниками Общества.  

Суд отмечает, что действия ФИО1 по совершению сделок с юридическими  лицами при согласовании проекта отдельными службами и работниками Общества, это  вопрос внутреннего взаимодействия руководителя Общества и вверенных ему служб.  Доверяя информации, предоставленной работниками Общества, руководитель принимает  на себя ответственность за совершение соответствующих действий, основанных на  предоставленной ему информации.  

Доводы ответчика о том, что заключенные с контрагентами договоры никем не  оспаривались, реальность осуществленных операций налоговым органом не опровергнута,  не имеют значения для вывода об отсутствии допущенного нарушения.  

В решении налогового органа указано, что в ходе выездной налоговой проверки  налогоплательщик не подтвердил документально, что спорные работы, услуги были  выполнены/оказаны именно указанными в решении контрагентами. Право на получение  налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость обусловлено не только  принятием услуг, работ в деятельности, облагаемой налогом на добавленную стоимость,  но и оказанием услуг, выполнением работ конкретным контрагентом с отражением в  

бухгалтерских документах действительных и достоверных сведений. В связи с этим  приобретение Обществом работ, услуг у абстрактного исполнителя не может служить  основанием для применения налогового вычета по налогу на добавленную стоимость.  

Как верно отмечает ответчик, налогоплательщик не отвечает за  недобросовестность контрагента. Однако в данном случае, ответственность руководителя  Общества зависит от добросовестности собственных действий, а поведение контрагента  не является определяющим.  

Кроме того, на отсутствие хозяйственных реальности операций в решении  МИФНС № 11 указано, в частности, на страницах 185, 268, 291, 445.  

Пояснения ответчика и доказательства того, что Общество имело чистую прибыль,  имело место быть значительное увеличение баланса, само по себе не исключает  ответственности руководителя за причиненные Обществу в этот же период времени  убытки.  

Обстоятельства, связанные с ликвидаций и исключением ряда юридических лиц- контрагентов Общества из ЕГРЮЛ (к моменту рассмотрения дела) не могут быть  критерием оценки поведения ФИО1, подписавшего договоры и иные документы с  такими юридическим лицами, так как не находятся в причинно-следственной связи с  непроявлением ответчиком должной внимательности и предусмотрительности при  вступлении с такими юридическим лицами в гражданско-правовые отношения.  

Относительно того, что уже ликвидированных юридических лиц, указанных в  решении налогового органа (ООО «КапиталСтройИнвест», ООО «СибПромГрупп», ООО  «СтройИнвестПроект», ООО «ТехПромСбыт», ООО «Авангард», ООО «Авангард», ООО  «Абсолют», ООО «ТехРезерв», ООО «ПромТехресурс») налоговые органы проверяли и  не установили каких-либо нарушений, само по себе не опровергает выводов МИФНС   № 11, указанных в представленном в дело решении, в том числе и в отношении ООО  «КапиталСтройИнвест».  

Кроме того, как верно отмечает истец, выездная налоговая проверка в отношении  ООО «КапиталСтройИнвест» не проводилась. Информация о проведении налоговыми  органами выездных налоговых проверок иных названных юридических лиц в деле  отсутствует.  

Относительно доводов ответчика о том, что члены Совета Директоров одобряли  все действия по заключению и исполнению спорных договоров, в частности, путем  утверждения Советом Директоров ДПН (движения денежных потоков наличности) и  БДДС (бюджеты движения денежных средств). По утверждению ответчика указанные  документы включали в себя финансовые показатели по исполнению сделок со спорными  

контрагентами.  

В процессе рассмотрения дела судом установлено, что процедура подготовки  названных документов, их изучения и обсуждения на заседаниях Совета директоров  Общества имела место быть.  

В то же самое время суд не может согласиться с позицией ответчика о том, что  работа членов Совета Директоров с такими документами, содержащими, в том числе  отражение операций со спорными контрагентами, свидетельствует о том, что члены  Совета Директоров одобряли соответствующие действия руководителя и (или) одобряли  сделки.  

Как пояснили третьи лица, представитель истца, сам ответчик названные  документы отражали определенную информацию о наименовании контрагента,  задолженности, текущей оплате, о плановых платежах, о фактических и т.д.  

Следовательно, эта информация носила по своему содержанию уведомительный  характер о состоянии взаимоотношений Общества с контрагентами и предложения по  распределению денежных потоков.  

Из содержания названных документов не следует того, что члены Совета  Директоров проверяли и изучали информацию относительно деловой репутации  контрагентов, места их нахождения, информацию о руководителе и проч.  

Из представленных в дело учредительных документов не следует обязанности  членов Совета Директоров проверять такую информацию. Как следует из представленных  в дело документов, указанные вопросы относятся к компетенции руководителя Общества.  

В этой связи доводы ответчика о возложении на членов Совета Директоров  солидарной или долевой ответственности отклоняются как необоснованные независимо от  содержания конкретных БДДС и ДПН.  

Суд обращает внимание на то, что БДДС и ДПН в части спорных  взаимоотношений могли отражать информацию по спорным контрагентам только после  совершения Обществом сделки с ними. Следовательно, само по себе принятие БДДС и  ДПН не находится в причинно-следственной связи с поведением ФИО1 по  подбору контрагентов, совершению с ними сделок.  

Пояснения ФИО20 от 27.06.2018 о согласовании руководителем Общества  всех договоров, актов и иных документов с ФИО2 документально не  подтверждены. Кроме того, даже если согласование и имело место быть, судом не  установлено обстоятельств, свидетельствующих о выборе контрагентов, их проверки  (место нахождения, деловая репутация, руководитель и т.п.) иным лицом, а не ФИО1  

Доводы ответчика о злоупотреблении членами Совета Директоров и его  председателя своими правами (статья 10 ГК РФ) не нашли свое подтверждения в процессе  рассмотрения настоящего дела. Предъявление иска о взыскании убытков с бывшего  руководителя является правом соответствующего Общества в лице его полномочных  представителей.  

При названных обстоятельствах суд пришел к выводу о том, что истцом  подтверждено, что единоличным исполнительным органом ФИО1 должная  осмотрительность, осторожность, при подписании договоров, оформлении иных  документов с юридическим лицами, указанными в решении налогового органа, не была  проявлена, действия, направленные на получение необходимой и достаточной для его  принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных  обстоятельствах, не были предприняты указанным лицом.  

При этом в процессе рассмотрения настоящего дела ответчиком выводы,  налогового органа, изложенные в решении № 11-26/16, а также в судебных актах по делу   № А27-5154/2017, не опровергнуты.  

Все признаки, необходимые для констатации факт причинения ФИО1  убытков Обществу в период его руководства, судом устанволены.  

МИФНС № 11 выставила требования № 867 от 06.03.2017, № 8187 от 25.09.2017,   № 8612 от 30.10.2017, которые исполнены Обществом (платежные ордера № 30241 от  24.10.2017, № 30239 от 26.10.2017, № 30243 от 24.10.2017, платежными поручениями   № 1870 от 20.10.2017, № 2156 от 21.11.2017, № 475 от 21.03.2017, № 1869 от 20.10.2017,   № 2155 от 21.11.2017, № 476 от 21.03.2017, № 1872 от 20.10.2017, № 2157 от 21.11.2017.  

Истцом после возражений ответчика уточнена сумма иска, представлен расчет по  отдельным контрагентам (том 8 л.д. 100): пени по НДС, налогу на прибыль (федеральный  бюджет и бюджет субъекта РФ). Ответчик возражений на расчет и уточненную сумму  иска как таковую не заявил.  

Суд признает расчет истца верным, подтвержденным документально и  обоснованным.  

Учитывая изложенные обстоятельства, суд считает исковые требования в  заявленной сумме обоснованными, документально подтвержденными, и подлежащими  удовлетворению.  

Принятые судом обеспечительные меры сохраняются до фактического исполнения  судебного акта (часть 4 статьи 96 АПК РФ).  

Судебные расходы по уплате государственной пошлины относятся на ответчика  (52 976 рублей, из которых 49 976 рублей государственная пошлина по иску, 3000 рублей  

государственная пошлина по обеспечению иска).  

Излишне уплаченная часть государственной пошлины подлежит возврату истцу. 

Руководствуясь статьями 110, 167-171, частью 2 статьи 176, статьями 180, 181  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

р е ш и л:

Исковые требования удовлетворить полностью. 

 Взыскать с ФИО1 в пользу Общества с ограниченной  ответственностью «ОЭСК» 5 395 101 рубль 43 копейки убытков, а также 52 976 рублей  судебных расходов по уплате государственной пошлины.  

 Выдать Обществу с ограниченной ответственностью «ОЭСК» справку на возврат  из федерального бюджета 1 710 рублей – части государственной пошлины, уплаченной по  платежному поручению № 2415 от 26.12.2017.  

 Решение может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в  течение 1 месяца.  

 Судья В.В. Останина