ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Москва

20.12.2018                                                                              Дело № А40-159635/16

 

Резолютивная часть постановления оглашена 13 декабря 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 20 декабря 2018 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей – Федуловой Л.В., Холодковой Ю.Е.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 28.05.2018;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы от 24.05.2018,

вынесенное судьей Лариной Г.М.,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 04.09.2018,

принятое судьями Назаровой С.А., Клеандровым И.М., Гариповым В.С.

о привлечении к субсидиарной ответственности

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ФАБС ИНЖИНИРИНГ»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 13.04.2017 общество с ограниченной ответственностью «ФАБС ИНЖИНИРИНГ» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3, соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсанть» от 29.04.2017 № 76.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц – ФИО1 и ФИО4

Определением Арбитражного суда города Москвы от 24.05.2018, оставленным без изменения  постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 04.09.2018, к субсидиарной ответственности солидарно привлечены ФИО1 и ФИО4 по обязательствам должника в размере 5 648 996,01 руб.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, определение и постановление отменить в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности. 

Представитель ФИО1 в судебном заседании кассационную жалобу поддержал.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Представленный посредством системы «Мой арбитр» конкурсным управляющим должника отзыв учету не подлежит, поскольку доказательств его заблаговременного направления в адрес суда и лиц, участвующих в деле, к материалам дела не приобщено.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителя лица, участвующего в деле и явившегося в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ) и Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу указанного Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции указанного Федерального закона).

Принимая во внимание дату поступления в суд заявления конкурсного управляющего должника (21.11.2017), суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что к рассматриваемому спору подлежат применению правила Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Согласно абзацу 2 пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

В статье 61.10 Закона о банкротстве дано понятие контролирующему должника лицу, согласно которой под таким лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве (в ред. от 29.07.2017), если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в частности, когда: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 № 9127/12 указано, что ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Субсидиарная ответственность применяется как дополнительная ответственность: если имущества юридического лица недостаточно для удовлетворения требований кредиторов, то долги могут быть взысканы из личного имущества руководителя этого юридического лица.

Таким образом, ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на ответчика обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ. 

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Между тем, судом первой инстанции установлено, что до введения в отношении должника процедуры конкурсного производства, руководителем (директором) должника являлся ФИО1, а его учредителем является ФИО4

В соответствии с пунктом 8.1 устава должника, генеральный директор является единоличным исполнительным органом и избирается общим собранием участников общества сроком на пять лет.

Решением единственного учредителя должника от 30.01.2015 № 1, руководителем общества назначен ФИО1

Конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением о привлечении руководителя и участника должника к субсидиарной ответственности в связи с наличием на 20.11.2017 кредиторской задолженности в размере 5 648 996,01 руб. и отсутствием имущества для реализации, а также не исполнением ими обязанности по подаче заявления о собственном банкротстве в месячный срок, установленный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

ФИО1 в обоснование возражений на заявление указано на отсутствие статуса контролирующего лица, на наличие приказа об увольнении от 27.06.2016 и направлении в адрес Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 46 по г. Москве соответствующего уведомления от 29.06.2016, и невозможности внесения изменений в ЕГРЮЛ в связи с противоправным бездействием учредителя должника.

Удовлетворяя требование конкурсного управляющего должника, суд первой инстанции исходил из того, что ФИО1 не представлены доказательства отсутствия своей вины, либо доказательства того, что он действовал добросовестно и разумно в интересах должника.

В соответствии со статьей 61.12 Закона о банкротстве, неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 указанного Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых указанным Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 указанного Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом). 

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 указанной статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

В силу положения пункта 3 статьи 61.12. Закона о банкротстве, в размер ответственности, в соответствии с указанной статьей, не включаются обязательства, до возникновения которых конкурсный кредитор знал или должен был знать о том, что имели место основания для возникновения обязанности, предусмотренной статьей 9 указанного Федерального закона, за исключением требований об уплате обязательных платежей и требований, возникших из договоров, заключение которых являлось обязательным для контрагента должника.

Из правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление от 21.12.2017 № 53), следует, что при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. 

Если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности) добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В связи с этим, в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

В силу положений статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: 1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 указанного Федерального закона; 2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе, формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.13 Закона о банкротстве (в редакции с учетом изменений, внесенных Законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ), в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором) или иными контролирующими должника лицами, гражданином-должником положений Закона о банкротстве указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

Согласно пункту 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве, контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. 

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

В пункте 12 постановления от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что, согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

Таким образом, бремя доказывания добросовестности и разумности действий контролирующих должника лиц возлагается на этих лиц.

Однако, как отметил суд первой инстанции, представленныеФИО1 в материалы дела доказательства, к таковым не могут быть отнесены.

Установив, что в материалах настоящего обособленного спора имеются доказательства наличия у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на соответствующую дату, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии правовых оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 за неисполнение предусмотренной статьей 9 Закона о банкротстве обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Суд первой инстанции полно и правильно установил фактические обстоятельства по делу и дал им надлежащую правовую оценку.

Оспариваемое определение суда первой инстанции правомерно оставлено без изменения судом апелляционной инстанции.

Доводов, которые бы не были проверены и учтены судами обеих инстанций при рассмотрении дела, и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы судов, в кассационной жалобе не приведено.

Приведенный в кассационной жалобе довод о том, что ФИО1 не являлся лицом, контролирующим должника, судебной коллегией отклоняется, как не основанный на установленных судами фактических обстоятельствах.

Действительно, судами отмечено, что ФИО1 был подписан приказ от 27.06.2016 № 1/06 об увольнении по собственному желанию.

Между тем, как также установлено судами, соответствующие изменения в Единый государственный реестр юридических лиц не внесены, с учредителем (участником) должника указанный вопрос не согласовывался, а доказательств наличия какого-либо корпоративного спора ФИО1 с участником общества, в котором он являлся руководителем, материалы дела не содержат.

Приведенный в кассационной жалобе довод о том, что судами не учтены те обстоятельства, что несмотря на прекращение деятельности в качестве генерального директора, ФИО1 проявлял добросовестность и вел переговоры с учредителем по поиску путей вывода должника из кризисного состояния, основанный на распечатках телефонных разговоров, приобщенных к материалам дела, показаниях свидетеля ФИО5, при этом именно конкурсный управляющий должника, в нарушение своих обязанностей, не представил анализ финансовой деятельности должника за необходимый период, имея необходимый для этого ресурс, судебной коллегией отклоняется, как основанный на неверном истолковании заявителем кассационной жалобы правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 6 постановления от 21.12.2017 № 53.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 09.02.2018 по настоящему делу о банкротстве было удовлетворено заявление конкурсного управляющего должника об обязании обязал бывших руководителей должника - ФИО1 и ФИО4 передать конкурсному управляющему должника печати и штампы должника, первичную бухгалтерскую документацию, в том числе: бухгалтерские балансы за 2014-2017; кассовую книгу за период с 2014-2017; учредительные документы, а также все имеющиеся документы по хозяйственной деятельности.

Вместе с тем в судебном заседании судка кассационной инстанции представитель заявителя кассационной жалобы подтвердил те установленные судами обстоятельства, что ФИО1 при своем увольнении обязанности исполнительного органа на кого-либо не возлагал, а документацию должника кому-либо не переджавал.

При указанных обстоятельствах, суд кассационной инстанции считает определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции обоснованными, соответствующими нормам материального права и фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем, не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы. 

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Доводы кассационной жалобы аналогичны ранее заявленным доводам в апелляционной жалобе, которым судом апелляционной инстанции дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем, доводы жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 24.05.2018 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 04.09.2018 по делу № А40-159635/16 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

 

Председательствующий-судья                                                 Н.Н. Тарасов 

 

Судьи:                                                                                             Л.В. Федулова

 

                                                                                                  Ю.Е. Холодкова