ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-717/2022, 18АП-3841/2022

Дело № А47-10969/2021

26 апреля 2022 года

г. Челябинск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 апреля 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 апреля 2022 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Скобелкина А.П., 

судей Арямова А.А., Плаксиной Н.Г.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы арбитражного управляющего ФИО2, ФИО3 на решение Арбитражного суда Оренбургской области от 10.12.2021 по делу № А47-10969/2021. 

В судебном заседании посредством использования систем видеоконференц-связи, организацию которой осуществил Арбитражный суд Оренбургской области, приняли участие представители:

Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Оренбургской области - ФИО4 (служебное удостоверение, доверенность от 10.01.2022, диплом);

представитель ФИО3 - ФИО5 (доверенность от 17.11.2021, паспорт, диплом); 

арбитражный управляющий ФИО2 (паспорт), его представитель - ФИО6 (паспорт, доверенность от 18.04.2022, диплом).

 

Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Оренбургской области (далее – заявитель, административный орган, Управление Росреестра по Оренбургской области) обратилось в Арбитражный суд Оренбургской области с заявлением о привлечении арбитражного управляющего ФИО2 (далее по тексту – арбитражный управляющий, ФИО2, лицо, привлекаемое к административной ответственности) к административной ответственности по части 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ).

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 10.12.2021 заявленные требования удовлетворены: ФИО2 привлечен к административной ответственности, предусмотренной частью 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ с назначением наказания в виде дисквалификации сроком на шесть месяцев.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, арбитражный управляющий (далее также – апеллянт, податель жалобы) обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда от 10.12.2021 отменить, применить положения статьи 2.9 КоАП РФ, заменив наказание в виде дисквалификации административным штрафом.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указывает, что периодичность предоставления отчета финансового управляющего кредиторам была соблюдена, нарушений абз.12 п.8 ст.213.9 Федерального закона №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» не допущено, поскольку решением собрания кредиторов ФИО7 от 22.01.2018 установлена периодичность предоставления отчета – не чаще одного раза в 6 месяцев, 27.06.2019 в повестку заочного собрания кредиторов внесено предложение об изменении периодичности представления отчета  –  один раз в три месяца.

Вменяемое судом бездействие арбитражного управляющего в части не дополнения инвентаризационной сведениями о наличии у должника движимого имущества, по мнению апеллянта, не имеет правового значения, поскольку Управлением Росреестра по Оренбургской области в протоколе вменялось ненадлежащее проведение 04.06.2018 инвентаризации имущества должника ФИО7 и оформления ее результатов, кроме того, в данной части неправомерно судом применено положение части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ, поскольку срок для привлечения к ответственности с 04.06.2018 истек, а совершение однородного правонарушения подтверждено решением от 08.10.2018 по делу №А47-9926/2018, вынесенным после 04.06.2018.

В отношении пункта 4 протокола об административном правонарушении апеллянт указывает, что ни заявителем,  ни арбитражным судом не отражено описание какие конкретно действия были совершены либо не совершены арбитражным управляющим и в какую дату.

Указанные обстоятельства являются существенными, повлияли на всесторонность, полноту и объективность рассмотрения дела, вместе с тем, судом первой инстанции во внимание не приняты.

В качестве процессуальных нарушений податель жалобы указывает на отсутствие в протоколе судебного заседания даты (времени) совершения административного правонарушения. Кроме того, содержащееся в протоколе описание события правонарушения не позволяет определить конкретные действия ФИО2, вменяемые ему в качестве правонарушения. Подобное описание события административного правонарушения не отвечает требованиям статьи 28.2 КоАП РФ. 

Также ФИО2 полагает, что имеются основания для применения положений статьи 2.9 КоАП РФ. В качестве обоснования для применения положений о малозначительности указывает, что вред кредиторам не причинен, отсутствует существенная угроза охраняемым общественным отношениям, и отсутствуют признаки явного пренебрежительного моего отношения к выполнению обязанностей арбитражного управляющего, просит признать малозначительным совершенное административное правонарушение и назначить административное наказание в виде штрафа.

К апелляционной жалобе приложены дополнительные доказательства: протокол №1 собрания кредиторов от 22.01.2018 с приложениями, отчеты о почтовом отслеживании, сообщение о собрании кредиторов от 24.05.2019, копии почтовых квитанций датированные 25.05.2019, 29.12.2017.

В адрес суда от Управления Росреестра по Оренбургской области поступил отзыв на апелляционную жалобу. Судом, в соответствии со статьей 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, указанный отзыв приобщен к материалам дела.

21.03.2022 от ФИО3 (далее – ФИО3) поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором содержится требование об отмене решения Арбитражного суда Оренбургской области. Согласно пояснениям представителя ФИО3 в судебном заседании 22.03.2022, указанный отзыв следует расценивать как апелляционную жалобу.

Изучив представленный отзыв, с учетом пояснения представителя ФИО3, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что ФИО3 фактически подана апелляционная жалоба на решение Арбитражного суда Оренбургской области от 10.12.2021 по делу №А47-10969/2021.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2022 судебное заседание отложено на 19.04.2022.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.03.2022 апелляционная жалоба ФИО3 на решение Арбитражного суда Оренбургской области от 10.12.2021 по делу № А47-10969/2021 в порядке статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принята к производству суда.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ФИО3 указывает, что судом не учтено, что финансовый управляющий ФИО2 не включил в инвентаризационную опись движимое имущество – строительные материалы в составе объекта недвижимости, так как данное имущество по своим характеристикам относится к недвижимому и его рыночная стоимость в качестве в качестве недвижимого выше в 10,93 раза. Действия в свою очередь должника ФИО7, кредитора ФИО8 (представитель ФИО9) и вновь утвержденного финансового управляющего ФИО10 направлены, и в итоге фактически обеспечивают уклонение должника от ответственности за утрату имущества, реализацию имущества должника по заниженной стоимости. Указывает, что в деле №А47-9925/2017 о банкротстве ФИО7 рассматривается жалоба кредитора ФИО3 на действия финансового управляющего ФИО10 Исходя из заключения финансового управляющего ФИО10 №01 1 о величине рыночной стоимости недвижимого и движимого имущества, принадлежащего ФИО7, согласно принятому финансовым управляющим ФИО10 решению о «наилучшем» использовании объектов недвижимости, в связи с отсутствием технической документации, стоимость объектов была снижена на 2 282 525 рублей или более чем в 10 раз.

В ходатайстве о восстановлении пропущенного процессуального срока подачи апелляционной жалобы ФИО3 указал на получение сведений о решении Арбитражного суда Оренбургской области от 10.12.2021 только 28.10.2021 от АУ ФИО11

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.04.2022 в составе суда на основании статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 37 Регламента арбитражных судов РФ произведена замена судьи Бояршиновой Е.В. на судью Арямова А.А.

21.03.2022 от подателя жалобы поступили дополнения к апелляционной жалобе, ссылаясь на примеры из судебной практики, просит назначить наказание в виде административного штрафа. Судом на основании статьи 49, 260 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, указанные дополнения приняты к рассмотрению.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Оренбургской области от 30.10.2017 по делу №А47-9925/2017 ФИО7 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО2

Определением суда от 21.06.2019 по делу № А47-9925/2017 ФИО2 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего. 

22.07.2021, 04.08.2021 в Управление Росреестра по Оренбургской области поступили жалобы на действия ФИО2 о ненадлежащем исполнении им своих обязанностей в период исполнения обязанностей финансового управляющего.

27.07.2021 Управлением Росреестра по Оренбургской области вынесено определение о возбуждении дела об административном правонарушении по ч.3.1 ст. 14.13 КоАП РФ и проведении административного расследования. 

Определением от 27.07.2021 административный орган истребовал у ФИО2 сведения, необходимые для разрешения дела. 

26.08.2021 по результату проведения административного расследования в отношении ФИО2, надлежащим образом извещенного о месте и времени составления протокола, с участием его представителя, действующего на основании доверенности от 10.08.2021, составлен протокол об административном правонарушении по ч. 3.1 ст.14.13 КоАП РФ.

В объяснениях от 26.08.2021 арбитражный управляющий выразил несогласие с доводами поступивших жалоб. 

Из протокола об административном правонарушении следует, что ФИО2 при осуществлении обязанностей финансового управляющего ФИО7 нарушил требования абзаца 12 пункта 8 статьи 213.9, пункта 7 статьи 213.12, пункта 1 статьи 213.25, пункта 1 и пункта 2 статьи 213.26, пункта 2 ст. 213.24, пункта 6 статьи 213.9, абзаца 1 пункта 8 статьи 213.9, пункта 7 статьи 213.26, абзаца 2 и 3 пункта 6 статьи 213.25, абзаца 6 пункта 2 статьи 213.7, пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве, пункта 3, подпункта «ж» пункта 5, пункта 10, пункта 11 Общих правил подготовки отчетов (заключений) арбитражного управляющего, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 22.05.2003 № 299, пункта 3.1 Порядка формирования и ведения Единого федерального реестра сведений о фактах деятельности юридических лиц и Единого федерального реестра сведений о банкротстве, утвержденного приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 05.04.2013 № 178.

Поскольку, в силу части 1 статьи 23.1 КоАП рассмотрение дела об административном правонарушении, предусмотренном частью 3 статьи 14.13 КоАП, относится к компетенции арбитражного суда, Управление обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении арбитражного управляющего к административной ответственности.

Исследовав обстоятельства дела, суд первой инстанции признал подтвержденным нарушение арбитражным управляющим требований Федерального закона № 127-ФЗ, установил в действиях арбитражного управляющего признаки состава административного правонарушения, предусмотренного части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ, и удовлетворил требования заявителя о привлечении арбитражного управляющего к административной ответственности, назначив административное наказание в виде дисквалификации сроком на 6 месяцев.

Оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Рассмотрев апелляционную жалобу ФИО3, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для прекращения производства по указанной апелляционной жалобе на основании следующего. 

В соответствии с частью 1 статьи 257 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, а также иные лица в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, вправе обжаловать в порядке апелляционного производства решение арбитражного суда первой инстанции, не вступившее в законную силу. 

На основании статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, не участвовавшие в деле, о правах и об обязанностях которых арбитражный суд принял судебный акт, вправе обжаловать этот судебный акт, а также оспорить его в порядке надзора по правилам, установленным настоящим Кодексом. Такие лица пользуются правами и несут обязанности лиц, участвующих в деле. 

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» (далее - Постановление № 12) при применении статей 257, 272, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражным судам апелляционной инстанции следует принимать во внимание, что право на обжалование судебных актов в порядке апелляционного производства имеют как лица, участвующие в деле, так и иные лица в случаях, предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации. К иным лицам в силу части 3 статьи 16 и статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся лица, о правах и об  обязанностях которых принят судебный акт. В связи с этим лица, не участвующие в деле, как указанные, так и не указанные в мотивировочной и/или резолютивной части судебного акта, вправе его обжаловать в порядке апелляционного производства в случае, если он принят об их правах и обязанностях, то есть данным судебным актом непосредственно затрагиваются их права и обязанности, в том числе создаются препятствия для реализации их субъективного права или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон спора. 

Судебный акт может быть признан вынесенным о правах и обязанностях лица, не привлеченного к участию в деле, лишь в том случае, если им устанавливаются права этого лица относительно предмета спора либо возлагаются обязанности на это лицо. Наличие у субъекта, не привлеченного к участию в деле, заинтересованности в исходе дела само по себе не наделяет его правом на обжалование судебных актов. Для возникновения права на обжалование судебного акта у лица, не привлеченного к участию в деле, недостаточно того, чтобы судебное решение затрагивало его предполагаемые права и обязанности в будущем, а необходимо наличие суждений о его правах и обязанностях непосредственно в судебном акте, то есть в силу судебного акта у лица должны возникнуть или прекратиться какие-либо конкретные права и обязанности. Вынесение такого судебного акта должно с очевидностью нарушать права субъекта спорных правоотношений на рассмотрение дела судом с его участием. 

Суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В первую очередь, суд апелляционной инстанции отмечает, что ФИО3 не является потерпевшим, лицом, привлекаемым к административной ответственности, или иным участником производства по делам об административных правонарушениях, перечень которых установлен главой 25 КоАП РФ. 

В рамках дела о привлечении арбитражного управляющего к ответственности, предусмотренной частью 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ, устанавливается наличие формальных нарушений арбитражным управляющим положений законодательства о банкротстве, то есть имеют место публичные правоотношений между арбитражным управляющим, обязанным в силу закона действовать добросовестно в интересах кредиторов и должника, с государством, осуществляющем контроль за деятельностью арбитражного управляющего на соответствие требованиям закона.

Оснований полагать, что принятие судом решения об удовлетворении заявленных требований или об отказе в их удовлетворении исключительно само по себе создаст, изменит, прекратит какие-либо права или обязанности ФИО3 или воспрепятствует в реализации ее субъективного права или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон настоящего спора, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Суд при рассмотрении дел о привлечении к административной ответственности устанавливает наличием событие административного правонарушения, виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, какие-либо права и обязанности иных лиц не устанавливаются, разрешается исключительно вопрос о соответствии действий арбитражного управляющего законодательству о банкротстве. 

ФИО3 не представил убедительных доводов и документов, подтверждающих, что судебный акт по настоящему делу действительно повлиял на его права и обязанности по отношению к одной из сторон настоящего спора. 

Наличие у ФИО3 своей позиции по вопросу привлечения арбитражного управляющего ФИО2 к административной ответственности, намерение реализовать право на представление доказательств по делу не свидетельствуют о том, что решение суда повлияло на права и обязанности ФИО2 в материальных правоотношениях и не являются основаниями для привлечения к участию в деле в качестве третьего на основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

В силу части 2 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и части 2 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов, федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, в том числе для судов, рассматривающих дела о банкротстве.

В силу частей 2, 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. Вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле. 

Обязательность - действие судебного решения как приказа государственного властного органа и распространяется на всех субъектов, подчиненных единому правопорядку Российской Федерации. При этом обязательность - это действие резолютивной части решения, преюдиция - мотивировочной части решения. Преюдиция распространяет свое действие лишь на лиц, участвующих в деле (действует в субъективных пределах), в то время как выводы, содержащиеся в резолютивной части решения, являются в силу статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязательными для всех органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций и лиц, в том числе и для судов. 

Отдельно коллегия судей отмечает, что положения статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации применяется только к установленным судом фактам, но не к выводам. 

В рассматриваемом случае в резолютивной части настоящего решения указано на привлечение арбитражного управляющего ФИО2 к административной ответственности по части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ. 

На основании изложенного, производство по апелляционной жалобе ФИО3 подлежит прекращению. 

Рассмотрев апелляционную жалобу ФИО2, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о законности и обоснованности решения суда первой инстанции.

В силу части 6 статьи 205 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании устанавливает, имелось ли событие административного правонарушения и имелся ли факт его совершения лицом, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении, имелись ли основания для составления протокола об административном правонарушении и полномочия административного органа, составившего протокол, предусмотрена ли законом административная ответственность за совершение данного правонарушения и имеются ли основания для привлечения к административной ответственности лица, в отношении которого составлен протокол, а также определяет меры административной ответственности.

Из материалов дела следует, что привлечение арбитражного управляющего к административной ответственности произведено по итогам рассмотрения материалов, собранных в ходе административного расследования.

Согласно части 3 статьи 28.1 КоАП РФ, дело об административном правонарушении может быть возбуждено должностным лицом, уполномоченным составлять протоколы об административных правонарушениях, только при наличии хотя бы одного из поводов, предусмотренных частями 1 и 1.1 названной статьи, и достаточных данных, указывающих на наличие события административного правонарушения.

В соответствии с пунктами 1, 2 части 1 статьи 28.1 КоАП РФ, поводами к возбуждению дела об административном правонарушении являются: непосредственное обнаружение должностными лицами, уполномоченными составлять протоколы об административных правонарушениях, достаточных данных, указывающих на наличие события административного правонарушения; поступившие из правоохранительных органов, а также из других государственных органов, органов местного самоуправления, от общественных объединений материалы, содержащие данные, указывающие на наличие события административного правонарушения.

Согласно части 1.1 статьи 28.1 КоАП РФ, поводами к возбуждению дел об административных правонарушениях, предусмотренных статьями 14.12, 14.13, 14.23 КоАП РФ, являются поводы, указанные в пунктах 1, 2 части 1 данной статьи, а также сообщения и заявления собственника имущества унитарного предприятия, органов управления юридического лица, арбитражного управляющего, а при рассмотрении дела о банкротстве - собрания (комитета) кредиторов.

В Постановлении Правительства Российской Федерации от 03.02.2005 №52 «О регулирующем органе, осуществляющем контроль за деятельностью саморегулируемых организаций арбитражных управляющих» предусмотрено, что регулирующим органом является Федеральная регистрационная служба.

Как разъяснено в пункте 12 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в соответствии с пунктом 2 статьи 22 и статьей 28.1 КоАП РФ проверка деятельности арбитражных управляющих входит в обязанности саморегулируемых организаций арбитражных управляющих, а к компетенции регулирующего органа относится проведение проверок деятельности саморегулируемых организаций и арбитражных управляющих.

Полномочия Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии на осуществление проверок деятельности арбитражных управляющих закреплены также в пунктах 4, 5.1.9, 5.8.2 Положения о Федеральной службе государственной регистрации, кадастра и картографии, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 01.06.2009 № 457.

Из совокупного толкования пунктов 5.5, 5.6, 5.8.2 Положения о Федеральной службе государственной регистрации, кадастра и картографии, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 01.06.2009 №457, следует, что Федеральная служба государственной регистрации, кадастра и картографии (включая ее территориальные органы) является исполнительным органом, наделенным полномочиями составлять в отношении арбитражных управляющих протокол об административном правонарушении, предусмотренном частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ, и обращаться в арбитражный суд с заявлением о привлечении их к административной ответственности на основании названной нормы, а, значит, и правом возбуждать в отношении арбитражных управляющих дела об указанном административном правонарушении и проводить проверку их деятельности.

Данный вывод соответствует правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 25.02.2014 № 15652/12. 

С учетом этих обстоятельств дело об административном правонарушении следует признать возбужденным и рассмотренным Управлением Росреестра по Оренбургской области в пределах его компетенции.

В соответствии с частью 1 статьи 2.1 КоАП РФ административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое КоАП РФ или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

Исходя из данной нормы, административное правонарушение характеризуется такими обязательными признаками, как противоправность и виновность.

Частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ установлено, что неисполнение арбитражным управляющим, реестродержателем, организатором торгов, оператором электронной площадки либо руководителем временной администрации кредитной или иной финансовой организации обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния, - влечет предупреждение или наложение административного штрафа в размере от двадцати пяти тысяч до пятидесяти тысяч рублей.

Частью 3.1. статьи 14.13 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность за повторное совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 3 настоящей статьи, если такое действие не содержит уголовно наказуемого деяния, - влечет дисквалификацию должностных лиц на срок от шести месяцев до трех лет. 

Квалифицирующим признаком объективной стороны административного правонарушения является повторное невыполнение правил, применяемых в ходе осуществления процедур банкротства, предусмотренных Законом о банкротстве. 

Объектом данного административного правонарушения является порядок действий в ходе осуществления процедур банкротства, предусмотренных Федеральным законом № 127-ФЗ.

Объективной стороной названного административного правонарушения является невыполнение правил, применяемых в ходе осуществления процедур банкротства, предусмотренных Федеральным законом № 127-ФЗ.

Субъектом административного правонарушения выступает арбитражный управляющий.

Субъективная сторона правонарушения характеризуется виной в форме умысла.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 21.04.2005 №122-О указал, что положения части 3 статьи 14.13 КоАП РФ, предусматривающие ответственность за правонарушения в области предпринимательской деятельности, направлены на обеспечение установленного порядка осуществления банкротства, являющегося необходимым условием оздоровления экономики, а также защиты прав и законных интересов собственников организаций, должников и кредиторов.

Федеральный закон № 127-ФЗ устанавливает основания для признания должника несостоятельным (банкротом), регулирует, в том числе, порядок и условия проведения процедур банкротства и иные отношения, возникающие при неспособности должника удовлетворить в полном объеме требования кредиторов.

Так, положениями законодательства о несостоятельности (банкротстве) установлены определенные обязанности арбитражного управляющего, а также сроки их исполнения.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Федерального закона № 127-ФЗ при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В отношении арбитражного управляющего принцип разумности означает соответствие его действий определенным стандартам, установленным, помимо законодательства о банкротстве, правилами профессиональной деятельности арбитражного управляющего, утверждаемыми постановлениями Правительства Российской Федерации, либо стандартам, выработанным правоприменительной практикой в процессе реализации законодательства о банкротстве.

Добросовестность действий арбитражного управляющего выражается в действиях, не причиняющих вреда кредиторам, должнику и обществу.

Права и обязанности арбитражного управляющего в деле о банкротстве установлены Законом о банкротстве.

Каждое из вменяемых арбитражному управляющему деяний подлежит самостоятельной оценке в целях выявления того, образует ли оно состав административного правонарушения.

По первому эпизоду арбитражному управляющему вменяется нарушение абзаца 12 пункта 8 статьи 213.9, пункта 7 статьи 213.12 Закона о банкротстве. 

В соответствии с абзацем 12 пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан исполнять иные предусмотренные настоящим Федеральным законом обязанности.

Представление отчета финансовым управляющим кредиторам по смыслу положений пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве направлено на информирование кредиторов и суда о ходе процедуры. 

Согласно пункту 7 статьи 213.12 Закона о банкротстве не позднее чем за пять дней до даты заседания арбитражного суда по рассмотрению дела о банкротстве гражданина финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о своей деятельности, сведения о финансовом состоянии гражданина, протокол собрания кредиторов, на котором рассматривался проект плана реструктуризации долгов гражданина, с приложением документов, определенных пунктом 7 статья 12 настоящего Федерального закона.

Финансовый управляющий доводит актуальную информацию о ходе процедуры банкротства посредством представления отчета о своей деятельности. 

Именно из отчета арбитражного управляющего можно установить хронологию процедуры банкротства, узнать какие мероприятия уже проведены арбитражным управляющим, какие только предстоит сделать. В Российской Федерации процедуры банкротства осуществляются под контролем арбитражного суда. 

Для того чтобы арбитражному суду принять обоснованное решение о продлении процедуры банкротства, арбитражный суд должен владеть актуальной информацией о ходе процедуры банкротства. 

Так, в материалы дела № А47-9925/2017 финансовым управляющим (в период с 26.10.2017 по 21.06.2019) представлено три отчета, датированных 12.01.2018, 18.06.2018,14.11.2018. 

Решение о признании должника банкротом и об утверждении финансового управляющего принято 26.10.2017, судебное заседание по рассмотрению вопроса о продлении или завершении срока реализации имущества должника назначено на 17.04.2018. 

Соответственно, за указанный период финансовый управляющий обязан был представить кредиторам и суду два отчета финансового управляющего о своей деятельности (первый - до 26.01.2018, второй - не позднее 12.04.2018). 

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 17.04.2018 по делу №А47-9925/2017 процедура реализации имущества продлена на шесть месяцев до 26.10.2018, судебное заседание по рассмотрению вопроса о продлении или завершении срока процедуры реализации имущества назначено на 25.10.2018. 

За указанный период финансовый управляющий обязан был представить кредиторам и суду два отчета финансового управляющего о своей деятельности (первый - до 26.07.2018, второй - не позднее 20.10.2018). 

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 25.10.2018 по делу № А47-9925/2017 процедура реализации имущества продлена на шесть месяцев до 26.04.2019, судебное заседание по рассмотрению вопроса о продлении или завершении процедуры реализации имущества назначено на 23.04.2019. 

Соответственно, очередной отчет финансовый управляющий обязан был представить кредиторам и суду (первый до 26.01.2019, второй не позднее 18.04.2019). 

Последний отчет датирован 14.11.2018, последующие отчеты не представлялись, в связи с чем указанная обязанность финансовым управляющим не исполнена. 

Поскольку в данном случае при установлении события административного правонарушения учитывается дата представления в арбитражный суд и кредиторам отчета финансового управляющего и приложенных к нему документов, арбитражный суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о нарушении арбитражным управляющим требований пункта 8 статьи 213.9, пункта 7 статьи 213.12 Закона о банкротстве, поскольку арбитражный управляющий должен был принять все зависящие от него меры для надлежащего и своевременного исполнения возложенных на него обязанностей по представлению в арбитражный суд соответствующих документов. 

Регулярное представление отчетов кредиторам для обеспечения возможности контроля за деятельностью управляющего (что направлено на достижение основной цели процедуры банкротства), является общепринятым мероприятием, которое ожидается от любого разумного и добросовестного управляющего в ситуации наличия у конкретного кредитора заинтересованности в проверке должника.

Так как форма отчета финансового управляющего, регулирующая банкротство граждан, не утверждена, то следует по аналогии руководствоваться Общими правилами подготовки отчетов (заключений) арбитражного управляющего, утверждёнными Постановлением Правительства Российской Федерации от 22.05.2003 № 299 и Типовой формой отчета (заключения) арбитражного управляющего, утвержденной Приказом Минюста РФ от 14.08.2003 № 195. 

В нарушение данных нормативных актов: 

- в отчете от 14.11.2018 в разделе «Информация о жалобах на действия (бездействие) арбитражного управляющего» не отражены сведения о подаче конкурсным кредитором ФИО8 двух жалоб в Управление Росреестра по Оренбургской области жалоб (вх. № 4867/6 от 06.06.2018 и вх. №5692/6 от 06.07.2018) и результатах их рассмотрения; в разделе «Сведения о расчетных счетах должника и сведения о размере денежных средств, поступивших на основной счет должника, об источниках данных поступлений, сведения об открытых и закрытых расчетных счетах» сведения об остатке денежных средств в размере 12 рублей 68 копеек на счете №...410015370900291 не отражены, отсутствует информация по закрытию расчетных счетов должника; не отражена информация о текущих обязательствах должника, с указанием назначения текущих платежей, оснований их возникновения, размера обязательств, размера непогашенного остатка. 

- ни к одному из трех представленных отчетов не приложены документы, на основании которых они составлены, в частности: приказ об инвентаризации имущества должника от 04.12.2017, приказ о продлении сроков инвентаризации имущества должника от 05.03.2018, инвентаризационная опись имущества должника от 04.06.2018, документы подтверждающие принятие мер по обеспечению сохранности имущества должника, анализ финансового состояния должника и заключение об отсутствии признаков фиктивного и преднамеренного банкротства должника, документы, подтверждающие расходы, связанные с проведением процедуры реализации имущества должника (договоры, квитанции, счета, акты выполненных работ, накладные и т.д.), реестры требований кредиторов должника по состоянию на даты составления отчетов, направленные в адрес регистрирующих органов запросы и ответы на них, направленные в адрес кредитных учреждений и банков о наличии (отсутствии) открытых (действующих) счетов должника и ответы на них, выписки по счетам, отражающие движение денежных средств по ним в ходе процедуры банкротства и за три года, предшествующие подаче в суд заявления о признании должника банкротом, запрос в ИФНС России о предоставлении сведений об открытых расчетных счетах должника, уведомление должника о последствиях введения процедуры реализации имущества должника и запрос на предоставление документов и информации о финансовом положении, а также доказательства их направления в адрес должника, сведения о заключенных должником и его супругой сделках.

Дата совершения административного правонарушения (нарушение абз. 12 пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве): 12.04.2018, 20.10.2018, 18.04.2019.

Дата совершения административного правонарушения (нарушение Общих правил подготовки отчетов (заключений) арбитражного управляющего, утверждённых Постановлением Правительства Российской Федерации от 22.05.2003 № 299 и Типовой формы отчета (заключения) арбитражного управляющего, утвержденной Приказом Минюста РФ от 14.08.2003 № 19): 14.11.2018.

Указание апеллянта на то, что решением собрания кредиторов от 22.01.2018 установлена периодичность предоставления отчета – не чаще одного раза в 6 месяцев подлежит отклонению апелляционной коллегией в силу следующего.

Из приложенного к апелляционной жалобе протокола собрания кредиторов №1 от 22.01.2018 следует, что на указанном собрании была определена периодичность проведения собраний кредиторов  (не чаще одного раза в шесть месяцев), вместе с тем, в нарушение арбитражному управляющему вменяется нарушение периодичности представления отчета о своей деятельности в суд и кредиторам.

Право определять периодичность проведения собрания кредиторов предоставлено конкурсным кредиторам. Собранию кредиторов предоставлено также право принимать решение об изменении срока представления отчета конкурсного управляющего о своей деятельности, как в сторону его увеличения, так и уменьшения.

Нормами пункта 5 статьи 213.9 Закона о банкротстве (абзацы 7 и 12) установлены обязанности финансового управляющего созывать и (или) проводить собрания кредиторов для рассмотрения вопросов, отнесенных к компетенции собрания кредиторов, и направлять кредиторам отчет в порядке, установленном собранием кредиторов.

Согласно пункту 8 статьи 213.9 Федерального закона N 127-ФЗ финансовый управляющий обязан направлять кредиторам отчет финансового управляющего не реже чем один раз в квартал, если иное не установлено собранием кредиторов, созывать и (или) проводить собрания кредиторов для рассмотрения вопросов, отнесенных к компетенции собрания кредиторов настоящим Федеральным законом. 

Указанные нормы носят императивный характер и не ставят периодичность проведения собрания кредиторов и периодичность представления финансовым управляющим отчетов о выполнении им мероприятий процедуры банкротства в зависимость от их целесообразности и усмотрения арбитражного управляющего.

В своей деятельности финансовый управляющий ограничен волей кредиторов и подконтролен им. Возможности собрания кредиторов должника контролировать деятельность конкурсного управляющего корреспондирует обязанность последнего представлять собранию кредиторов соответствующие отчеты и иную информацию о ходе процедуры банкротства в форме и сроки, установленные собранием кредиторов.

Следовательно, в данном случае ссылка апеллянта на протокол собрания кредиторов от 22.01.2018 несостоятельна, поскольку указанным собранием периодичность представления отчета изменена не была, соответственно, действовало положение пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве.

Ссылка управляющего на проведение собрания кредиторов 27.06.2019  во внимание апелляционным судом принята быть не может, поскольку касается иного отчетного периода, следовательно, периодичность представления отчетов нарушена. Доводы о своевременности представления информации противоречат установленным обстоятельствам.

По второму эпизоду арбитражному управляющему вменяется нарушение пункта 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 настоящей статьи (из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством). 

В собственности должника имеется дом, расположенный по адресу: Республика Башкортостан, Абзелинский р-н, Ташбулатовский с/с, 

<

...>, который не является постоянным местом регистрации и проживания должника. Финансовому управляющему ФИО2 было известно, что имущество, находящееся в доме, используется должником в целях получения прибыли, так как в этом здании фактически расположена база отдыха (гостиница). Движимое имущество (мебель, телевизоры, вентилятор, система видеонаблюдения) не включено финансовым управляющим в конкурсную массу. 

В инвентаризационной описи от 04.06.2018 содержатся сведения, в соответствии с которыми финансовым управляющим выявлены предметы обычной домашней обстановки, вещи индивидуального пользования, на которые не может быть обращено взыскание. Однако в описи не указан конкретный перечень имущества, на которое не может быть обращено взыскание. 

Из инвентаризационной описи также невозможно определить точное место проведения инвентаризации, поскольку в качестве места составления указан город Оренбург, при этом отсутствует точный адрес проведения инвентаризации. 

Таким образом, нарушение арбитражным управляющим пункта 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве выразилось  в не сформировании конкурсной массы ИП ФИО7 до 21.06.2019 (дата освобождения арбитражного управляющего от исполнения обязанностей), в связи с не включением в конкурсную массу движимого имущества находящегося по адресу: Республика Башкортостан, Абзелинский р-н, Ташбулатовский с/с, 

<

...>. 

Обоснование причин не включения имущества в инвентаризационную опись фактически не приведено. Поскольку ФИО2 не включил в инвентаризационную опись названное имущество в отсутствие какого-либо разумного обоснования, данное бездействие является незаконным и нарушает права кредиторов.

Дата совершения административного правонарушения: 21.06.2019.

Довод  арбитражного управляющего в части несогласия вменения судом бездействия, выразившегося в не дополнении инвентаризационной описи сведениями о наличии у должника движимого имущества, подлежит отклонению, поскольку указанное правонарушение является длящимся. Арбитражный управляющий до освобождения от исполнения обязанностей так и не дополнил указанную опись наличием движимого имущества.

По третьему эпизоду арбитражному управляющему вменяется нарушение пункта 6 статьи 213.9, пунктов 1, 2 статьи 213.26, пункта 2 статьи 213.24 Закона о банкротстве. 

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 213.26 Закона о банкротстве в течение одного месяца с даты окончания проведения описи и оценки имущества гражданина финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд положение о порядке, об условиях и о сроках реализации имущества гражданина с указанием начальной цены продажи имущества. Данное положение утверждается арбитражным судом и должно соответствовать правилам продажи имущества должника, установленным статьями 110, 111, 112, 139 настоящего Федерального закона. Оценка имущества гражданина, которое включено в конкурсную массу в соответствии с настоящим Федеральным законом, проводится финансовым управляющим самостоятельно, о чем финансовым управляющим принимается решение в письменной форме. Проведенная оценка может быть оспорена гражданином, кредиторами, уполномоченным органом в деле о банкротстве гражданина. Собрание кредиторов вправе принять решение о проведении оценки имущества гражданина, части этого имущества, включенных в конкурсную массу в соответствии с настоящим Федеральным законом, с привлечением оценщика и оплатой расходов на проведение данной оценки за счет лиц, голосовавших за принятие соответствующего решения.

Пунктом 2 статьи 213.24 Закона о банкротстве реализация имущества гражданина вводится на срок не более чем шесть месяцев. 

В соответствии с пунктом 6 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе привлекать за счет имущества должника других лиц в целях обеспечения осуществления своих полномочий только на основании определения арбитражного суда, рассматривающего дело о банкротстве гражданина.

Как следует из материалов дела, оценка земельного участка с кадастровым номером 02:01:101001:447 и объекта индивидуального жилого строительства жилое 4-х этажное здание с одним подземным этажом, литер А, инв. №80:201:002:0002:52590, площадью 618,2 кв.м., проведена арбитражным управляющим в декабре 2018 года (более чем через год после введения процедуры). Оценка автомобиля KIA SAS (SPORT AGE SL SLS) VIN: 

<

***>, 2013 г.в., государственный регистрационный знак 

<

***> проведена в начале 2019 года (более чем через год после введения процедуры). 

Между финансовым управляющим (заказчик) и ИП ФИО12 (оценщик) 13.12.2018 заключен договор на оказание оценочных услуг, что подтверждается актом приемки оказанных услуг от 21.12.2018, за что платежным поручением №20387 от 06.10.2020 ФИО2 оплачено оценщику 14000 руб. 

В рассматриваемом случае нарушение выразилось в не проведении финансовым управляющим самостоятельной оценки имущества должника, в привлечении оценщика без вынесения соответствующего определения арбитражного суда, рассматривающего дело о банкротстве гражданина, одобрения условий договора со стороны должника, конкурсных кредиторов должника и уполномоченного органа. В суд с соответствующим ходатайством финансовый управляющий о привлечении специалиста не обращался. 

Дата совершения правонарушения: декабрь 2018 - январь 2019 года.

По четвертому эпизоду арбитражному управляющему вменяется нарушение абзаца 1 пункта 8 статьи 213.9, пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве

В соответствии с абзацем 1 пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан принимать меры по выявлению имущества гражданина и обеспечению сохранности этого имущества. 

В соответствии с пунктом 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным настоящей статьей.

Дом, расположенный по адресу: Республика Башкортостан, Абзелинский р-н, Ташбулатовский с/

<

...>, на основании договора ответственного хранения, заключенного между финансовым управляющим и должником, использовался должником в качестве средства получения дохода. 

27.02.2018 между ООО «Контент Медиа» и ФИО7 заключен договор-оферта по использованию сервисов сайта www.nedoma.ru для арендодателей физических лиц. 

Договор заключался путем принятия ФИО7 оферты и ее акцептирования нажатием кнопки «Принимаю» на этапе размещения информации об объекте на вышеуказанном сайте. 

Представителем ФИО7 выступала его супруга ФИО13. ФИО7 разместил на сайте объект «Гостевой дом на Степной» с адресом: РБ, 

<

...>, которому присвоен системный идентификатор 649933. 

Согласно открытым данным сайтов www.nedoma.ru, www.booking.com, дом, расположенный по адресу: РБ, 

<

...>, сдается должником в посуточный наем под названием «Гостевой дом на Степной» или «Guest House on Stepnaya». 

Указанная информация является публичным предложением. 

Кроме того, между ООО «Контент-Медиа» и ФИО7 заключены дополнительные соглашения о перечислении денежных средств ФИО14, о перечислении денежных средств ФИО15. 

Согласно представленным ООО «Контент-Медиа» документам, должник получил доход от стоимости сдачи помещений (проживания) 46000 рублей, из которых в рамках взаимоотношений 20072 рубля 50 копеек перечислено на счета родственников должника; 8 927 рублей 50 копеек удержано в пользу ООО «Контент-Медиа» в качестве агентского вознаграждения за услуги пользование сайтом. 

Однако сведения о поступлении и расходовании денежных средств отсутствуют, равно как отсутствуют сведения об отражении этих денежных средств в отчетах финансового управляющего. 

В связи с ненадлежащим исполнением обязанностей финансовым управляющим ФИО2 кредиторам причинены убытки в размере дохода, полученного должником, и не включенного в конкурсную массу в общей сумме 46012,68 руб.

На финансовом управляющем лежит обязанность осуществить мероприятия по выявлению имущества, нажитого должником в период нахождения в браке с гражданкой ФИО13, но зарегистрированного не за должником, а за его супругой и на который распространяется режим совместной собственности супругов. 

Мероприятия по выявлению имущества должника, нажитого им в период брака, и которое зарегистрировано за супругой должника, финансовым управляющим не осуществлялись. 

Супруга гражданина должника банкрота ФИО13 зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя. 

От осуществления предпринимательской деятельности супруга должника получает доход, который в силу положений пункта 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации относится к совместному имуществу супругов, и половина указанного дохода должна быть включена в конкурсную массу. 

Таким образом, в данном случае нарушение вышеуказанных норм Закона о банкротстве арбитражным управляющим выразились в не осуществлении мероприятий по выявлению имущества должника принадлежащего ему на праве общей собственности с супругой ФИО13 – доход от предпринимательской деятельности супруги  в период с 07.06.2018 (дата регистрации ФИО13 в качестве индивидуального предпринимателя) по 21.06.2019 (дата освобождения от исполнения обязанностей финансового управляющего), не  включении в конкурсную массу денежных средств полученных должником в январе-феврале 2019 года от сдачи в наем имущества, расположенного по адресу : РБ, 

<

...>.

По пятому эпизоду арбитражному управляющему вменяется нарушение абзацев 2 и 3 пункта 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве.

Абзацем 2 и 3 части 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве на финансового управляющего возложена обязанность по закрытию счетов гражданина в кредитных организациях. 

В соответствии с абзацем 2 и 3 пункта 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан был осуществить закрытие всех выявленных счетов должника до 26.04.2018 (до истечения срока, на который была введена процедура).

Финансовому управляющему в ноябре 2017 года было известно о наличии 6 расчетных счетов у должника. 

Согласно отчету  о проведении реализации имущества от 14.11.2018 финансовый управляющий не осуществил закрытие принадлежащих должнику 6 расчетных счетов.

Ни один из указанных счетов не закрыт. Необходимость сохранения 6 расчетных счетов для должника, находящегося в процедуре банкротства, фактическими обстоятельствами не обоснована. 

Дата совершения правонарушения: 14.11.2018.

По шестому эпизоду арбитражному управляющему вменяется нарушение абзаца 6 пункта 2 статьи 213.7 Закона о банкротстве.

Согласно абзацу 6 пункта 2 статьи 213.7 Закона о банкротстве в ходе процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, обязательному опубликованию подлежат сведения об утверждении, отстранении или освобождении финансового управляющего

В нарушение указанной нормы ФИО2 не включил в ЕФРСБ сообщение об освобождении его от исполнения обязанностей на основании определения Арбитражного суда Оренбургской области по делу № А47-9925/2017 от 21.06.2019. Указанные сведения, в соответствии с пунктом 3.1 Порядка формирования и ведения Единого федерального реестра сведений о фактах деятельности юридических лиц и Единого федерального реестр сведений о банкротстве, утвержденного приказом Министерства экономического развития РФ от 05.04.2013 №178, должны были быть включены не позднее 26.06.2019.

Дата совершения правонарушения: 26.06.2019.

Эпизоды совершения административного правонарушения, как установлено заявителем в протоколе, имели место в период с октября 2018 года по июнь 2019 года, в том числе с 30.10.2018 года по 29.10.2019 года, когда арбитражный управляющий был подвергнут административному наказанию по части 3 статьи 14.13 КоАП РФ. Что касается нарушений, указанных в п. 1 протокола об административном правонарушении, в части периодичности предоставления отчетов в 2018 году (до 10.12.2018) кредиторам и в суд, суд первой инстанции верно пришел к выводу о том, что в данной части нарушений истек трехлетний срок давности привлечения лица к административной ответственности. 

Из системного толкования части 1 статьи 4.5, пункта 6 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ следует, что истечение срока давности привлечения к административной ответственности является обстоятельством, исключающим возобновление производства по делу об административном правонарушении, по истечении данного срока не может обсуждаться вопрос об административной ответственности лица, в отношении которого производство по делу прекращено. КоАП РФ не содержит нормы, предусматривающей возможность формулировать по истечении сроков давности привлечения к административной ответственности выводы о виновности лица, в отношении которого возбуждено производство по делу, в совершении административного правонарушения. 

В связи с чем суд не дает оценку действиям/бездействию арбитражного управляющего в указанной части выявленных правонарушений (в части периодичности предоставления отчетов в 2018 году). 

В то же время суд считает доказанным в действиях арбитражного управляющего события правонарушения в части непредставления отчетов за период с 13.12.2018 до освобождения арбитражного управляющего от исполнения обязанностей финансового управляющего (21.06.2019). 

По нарушениям, указанным в п. 2-5 протокола об административном правонарушении, суд пришел  к выводу о доказанности события в действиях финансового управляющего по следующим основаниям.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Оренбургской области от 10.07.2020 по делу №А47-9925/2017 признаны незаконными действия финансового управляющего, выразившиеся, в том числе, в следующем: нарушении сроков проведения инвентаризации; неосуществлении мероприятий по закрытию расчетных счетов должника, неосуществлении мероприятий по выявлению имущества должника, непроведении инвентаризации и невключении в конкурсную массу должника движимого имущества и недвижимого, неуказании в инвентаризационной описи имущества должника полного перечня имущества, подлежащего инвентаризации, непроведении мероприятий, направленных на выявление и включение в конкурсную массу должника имущества супруги должника ФИО16. 

В соответствии с частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

В постановлении от 21.12.2011 №30-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что действующие во всех видах судопроизводства общие правила распределения бремени доказывания предусматривают освобождение от доказывания входящих в предмет доказывания обстоятельств, к числу которых процессуальное законодательство относит обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным решением по ранее рассмотренному делу (статья 90 УПК Российской Федерации, статья 61 ГПК Российской Федерации, статья 69 АПК Российской Федерации). 

В данном основании для освобождения от доказывания проявляется преюдициальность как свойство законной силы судебных решений, общеобязательность и исполнимость которых в качестве актов судебной власти обусловлены ее прерогативами. Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности. Наделение судебных решений, вступивших в законную силу, свойством преюдициальности - сфера дискреции федерального законодателя, который мог бы прибегнуть и к другим способам обеспечения непротиворечивости обязательных судебных актов в правовой системе, но не вправе не установить те или иные институты, необходимые для достижения данной цели. Введение же института преюдиции требует соблюдения баланса между такими конституционно защищаемыми ценностями, как общеобязательность и непротиворечивость судебных решений, с одной стороны, и независимость суда и состязательность судопроизводства - с другой. Такой баланс обеспечивается посредством установления пределов действия преюдициальности, а также порядка ее опровержения. 

Свойства обязательности и преюдициальности вступившего в силу судебного решения различаются. Если преюдициальность обусловливает лишь признание в другом деле ранее установленных фактов (то есть выступает формальным средством доказывания или основанием для освобождения от доказывания), то общеобязательность является более широким понятием, включающим наряду с преюдициальностью также исполнимость содержащихся в резолютивной части судебного решения властных предписаний о конкретных правах и обязанностях субъектов. Игнорирование в судебном процессе выводов, содержащихся во вступившем в законную силу решении по другому делу, может привести к фактическому преодолению окончательности и неопровержимости вступившего в законную силу судебного акта без соблюдения установленных законом особых процедурных условий его пересмотра, то есть к произволу при осуществлении судебной власти, что противоречило бы ее конституционному назначению. 

Таким образом, не допускается вне установленных процедур оспаривание установленных вступившим в законную силу судебным постановлением обстоятельств. 

Отнесение фактов к преюдициально установленным означает не только освобождение заинтересованных лиц от доказывания их в обычном порядке, но и запрещение эти факты оспаривать или опровергать в данном процессе с целью замены ранее сделанных выводов на противоположные.

Установленные в ходе рассмотрения дела №А47-9925/2017 обстоятельства ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим вышеуказанных обязанностей, предусмотренных Законом о банкротстве, свидетельствуют о наличии события административного правонарушения в действиях ФИО2, в связи с чем довод арбитражного управляющего о недоказанности в его действиях события вменяемого правонарушения подлежит отклонению. 

В данном случае лицом, в отношении которого вынесен судебный акт о ненадлежащем исполнении обязанностей арбитражного управляющего в процедуре банкротства гражданина ФИО7, является ФИО2 Именно его действия как финансового управляющего рассматривались арбитражным судом в рамках дела о банкротстве. 

При таких обстоятельствах в рассматриваемом деле не подлежат переоценке выводы суда, изложенные во вступившем в законную силу определении Арбитражного суда Оренбургской области от 10.07.2020 по делу №А47-9925/2017 о нарушении ФИО2 вышеуказанных требований Закона о банкротстве, которые положены в основу пунктов 2-5 протокола об административном правонарушении.

Следовательно, в действиях (бездействии) арбитражного управляющего по эпизодам  1 (в части непредставления отчетов за период с 13.12.2018 до освобождения арбитражного управляющего от исполнения обязанностей финансового управляющего (21.06.2019)), 2 - 6  установлено событие и объективная сторона административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ, что подтверждается представленными материалами административного дела.

Вместе с тем, ранее ФИО2 был привлечен к административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ решениями Арбитражного суда Оренбургской области от 08.10.2018 по делу №А47-9926/2018.

Таким образом, в действиях ФИО2 имеется событие административного правонарушения, предусмотренного частью 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ.

Вина арбитражного управляющего характеризуется и определяется как вина физического лица по статье 2.2 КоАП РФ и может выражаться в форме умысла и неосторожности.

В силу статьи 2.2 КоАП РФ административное правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, сознавало противоправный характер своего действия (бездействия), предвидело его вредные последствия и желало наступления таких последствий или сознательно их допускало либо относилось к ним безразлично (часть 1).

Административное правонарушение признается совершенным по неосторожности, если лицо, его совершившее, предвидело возможность наступления вредных последствий своего действия (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение таких последствий либо не предвидело возможности наступления таких последствий, хотя должно было и могло их предвидеть (часть 2).

Поскольку арбитражный управляющий в силу специфики своей профессиональной деятельности должен знать требования нормативных правовых актов, регулирующих деятельность конкурсного управляющего, следовательно, обязан был предвидеть возможность наступления вредных последствий в случае ненадлежащего исполнения требований этих нормативных актов.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно признал доказанной вину арбитражного управляющего в совершенном правонарушении.

Обстоятельства, смягчающие, а также отягчающие административную ответственность, в процессе административного расследования установлены не были. 

В соответствии с частью 1 статьи 1 Закона о банкротстве настоящий Федеральный закон устанавливает основания для признания должника несостоятельным (банкротом), регулирует порядок и условия осуществления мер по предупреждению несостоятельности (банкротства), порядок и условия проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, и иные отношения, возникающие при неспособности должника удовлетворить в полном объеме требования кредиторов. 

Согласно ч. 4 ст. 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества. Следовательно, действиями (бездействием) арбитражного управляющего ФИО17, выразившихся в нарушении положений Закона о банкротстве, был причинен ущерб общественным отношениям, регулирующим порядок и условия проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве. 

С учетом конкретных обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности правонарушения, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии обстоятельств, свидетельствующих о возможности признания правонарушения малозначительным. 

Довод подателя жалобы о возможности применения статьи 2.9 КоАП РФ к допущенному арбитражным управляющим нарушению не принимается ввиду следующего.

В соответствии со статьей 2.9 КоАП РФ при малозначительности совершенного административного правонарушения судья, орган, должностное лицо, уполномоченные решить дело об административном правонарушении, могут освободить лицо, совершившее административное правонарушение, от административной ответственности и ограничиться устным замечанием.

В соответствии с пунктами 18, 18.1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004 № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» при квалификации правонарушения в качестве малозначительного судам необходимо исходить из оценки конкретных обстоятельств его совершения. Малозначительность правонарушения имеет место при отсутствии угрозы охраняемым общественным отношениям.

Согласно абзацу 3 пункта 18.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 02.06.2004 №10, квалификация правонарушения как малозначительного может иметь место только в исключительных случаях и производится с учетом положений пункта 18 настоящего Постановления применительно к обстоятельствам конкретного совершенного лицом деяния. При этом применение судом положений о малозначительности должно быть мотивировано.

Таким образом, с учетом разъяснений Пленума ВАС РФ, оценка любого административного правонарушения как малозначительного возможна только в исключительных случаях и при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям. При этом применение положений статьи 2.9 КоАП РФ является правом, а не обязанностью должностного лица или суда и осуществляется с учетом конкретных обстоятельств дела.

Объективной стороной административного правонарушения является невыполнение субъектом административного правонарушения (арбитражным управляющим, руководителем временной администрации кредитной или иной финансовой организации) требований, применяемых в ходе осуществления процедур банкротства, предусмотренных законодательством о банкротстве.

Заявляя о малозначительности совершенного правонарушения, арбитражный управляющий не привел достаточных доказательств возможности освобождения последнего от административного наказания.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 21.04.2005 N 122-О указал, что положения части 3 статьи 14.13 КоАП РФ, предусматривающие ответственность за правонарушения в области предпринимательской деятельности, направлены на обеспечение установленного порядка осуществления банкротства, являющегося необходимым условием оздоровления экономики, а также защиты прав и законных интересов собственников организаций, должников и кредиторов.

Существенная угроза охраняемым общественным отношениям заключается не в наступлении каких-либо материальных последствий, а в пренебрежительном отношении арбитражного управляющего к исполнению своих публично-правовых обязанностей в сфере соблюдения правил, предусмотренных законодательством о несостоятельности (банкротстве), применяемых в период конкурсного производства.

Отсутствие последствий допущенного нарушения само по себе не является основанием для признания совершенного правонарушения малозначительным.

Суд апелляционной инстанции, оценив приведенные апеллянтом основания, не усматривает наличия исключительных обстоятельств, указывающих на признаки малозначительности совершенного административного правонарушения и позволяющих применить статью 2.9 КоАП РФ, поскольку совершенное административное правонарушение посягает на установленный порядок осуществления банкротства, соблюдение которого как профессиональным участником указанных правоотношений является обязанностью арбитражного управляющего.

Нарушений процедуры привлечения арбитражного управляющего к административной ответственности не допущено, привлечение к административной ответственности арбитражного управляющего состоялось в пределах установленного законом срока давности, назначенное судом первой инстанции административное наказание соответствует санкции части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ.

Доводы апеллянта о замене назначенного наказания в виде дисквалификации на административный штраф подлежат отклонению.

Повторное совершение арбитражным управляющим правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 14.13 КоАП РФ, выразившееся в неисполнении им обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), влечет административную ответственность по части 3.1 ст. 14.13 КоАП РФ, санкция которой предусматривает дисквалификацию должностных лиц.

Наказание арбитражному управляющему судом назначено в соответствии с санкцией, предусмотренной ч. 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ.

Оснований для замены вида административного наказания с дисквалификации на штраф не имеется.

Оснований для замены дисквалификации на предупреждение суд апелляционной инстанции также не усматривает.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 11.03.1998 N 8-П указано, что по смыслу статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, исходя из общих принципов права, введение ответственности за административное правонарушение и установление конкретной санкции, ограничивающей конституционное право, должно отвечать требованиям справедливости, быть соразмерным конституционно закрепленным целям и охраняемым законным интересам, а также характеру совершенного деяния.

Принцип соразмерности, выражающий требования справедливости, предполагает установление публично-правовой ответственности лишь за виновное деяние и ее дифференциацию в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания. Указанные принципы привлечения к ответственности в равной мере относятся к физическим и юридическим лицам (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15.07.1999 N 11-П).

Согласно правовой позиции, выраженной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 16.07.2009 N 919-О-О, положения главы 4 «Назначение административного наказания» КоАП РФ предполагают назначение административного наказания с учетом характера совершенного административного правонарушения, личности виновного, имущественного и финансового положения, обстоятельств, смягчающих и отягчающих административную ответственность. Соблюдение конституционных принципов справедливости и соразмерности при назначении административного наказания законодательно обеспечено возможностью назначения одного из нескольких видов административного наказания, установленного санкцией соответствующей нормы закона за совершение административного правонарушения, установлением законодателем широкого диапазона между минимальным и максимальным пределами административного наказания, возможностью освобождения лица, совершившего административное правонарушение, от административной ответственности в силу малозначительности (статья 2.9 КоАП РФ).

Согласно части 1 статьи 3.4 КоАП РФ предупреждение представляет собой меру административного наказания, выраженную в официальном порицании физического или юридического лица. Предупреждение выносится в письменной форме.

По сравнению с другими административными наказаниями, карательное воздействие меры наказания в виде предупреждения минимально, поскольку оно в большей мере носит воспитательно-превентивный характер. Вынесение предупреждения является преимущественно профилактической мерой, которая призвана побудить правонарушителя к добровольному исполнению нарушенной им же обязанности, способствовать выполнению им правовых обязанностей.

В данном случае, принимая во внимание количество эпизодов, а также факты допущенных нарушений, апелляционная инстанция приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для возможности применения к арбитражному управляющему такой меры наказания как предупреждение.

С учетом характера и числа допущенных нарушений, элемента повторности, суд первой инстанции законно и обоснованно применил предусмотренное частью 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ административное наказание в виде дисквалификации.

При назначении административного наказания с учетом требований статей 4.1, 4.2, 4.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях арбитражный суд первой инстанции принял во внимание характер совершенных правонарушений и их количество, наличие повторности совершения правонарушения, и пришел к выводу о возможности назначить наказание в виде дисквалификации на срок 6 меясцев. Данный вид наказания исключит совершение новых правонарушений арбитражным управляющим ФИО2 в период дисквалификации, что соответствует цели административного наказания. Назначенное ФИО2 административное наказание в данной ситуации согласуется с его предупредительными целями (ст. 3.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях), соответствует принципам законности, справедливости, неотвратимости и целесообразности юридической ответственности.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии указания в протоколе об административном правонарушении места и времени совершения административного правонарушения, события правонарушения опровергаются материалами дела. 

В данном случае в качестве нарушений арбитражному управляющему вменяются действия (бездействия), совершенные последним в период исполнения обязанностей финансового управляющего, следовательно, местом совершения административного правонарушения следует считать место нахождения должника. 

Из протокола следует период (с октября 2018 по июнь 2019), в который допущены нарушения арбитражным управляющим, имеются ссылки на конкретные документы, позволяющие установить нарушения. Поэтому не указание точного времени совершаемого правонарушения, не является основанием для признания составления протокола об административном правонарушении с какими-либо существенными пороками.

Несогласие арбитражного управляющего с оценкой доказательств, не свидетельствует о том, что судом допущены существенные нарушения, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда первой инстанции, не свидетельствуют о неправильном применении и нарушении им норм материального и процессуального права, а, по сути, выражают несогласие с указанными выводами, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Суд апелляционной инстанции считает, что все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства, судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы.

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения жалобы и изменения или отмены решения суда первой инстанции апелляционная инстанция не находит.

На основании статьи 208 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации по данной категории споров государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 176, 268- 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

производство по апелляционной жалобе ФИО3 прекратить.

Решение Арбитражного суда Оренбургской области от 10.12.2021 по делу № А47-10969/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу арбитражного управляющего ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                            А.П. Скобелкин 

 

Судьи                                                                                   А.А. Арямов 

 

                                                                                              Н.Г. Плаксина