1220/2023-88258(2) 

 

ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09 e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А68-10908/2021

г. Тула

22 ноября 2023 года

20АП-4893/2023  

 20АП-4893/2023 

Резолютивная часть постановления объявлена 20 ноября 2023 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 22 ноября 2023 года.  

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего  Холодковой Ю.Е., судей Волошиной Н.А., Волковой Ю.А., при ведении протокола  судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в  судебном заседании: от ООО «СМУ-26» – ФИО2 (паспорт, доверенность от  16.11.2023), Генеральный директор ООО «СМУ-26» - ФИО3 (паспорт, приказ от  25.05.2021), от УФНС России по Тульской области – ФИО4 (паспорт, доверенность  от 19.07.2023), от Прокуратуры Тульской области – ФИО5 (удостоверение,  доверенность от 22.09.2023), от ООО «ТрейдСервис» - ФИО6 (паспорт,  доверенность от 01.04.2023), от конкурсного управляющего ООО «Лидер» - ФИО7 (паспорт, доверенность от 27.01.2023), в отсутствии других лиц, участвующих в  деле, извещенных надлежащим образом о месте и времени судебного заседания,  рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ООО «ТрейдСервис»  и УФНС России по Тульской области на определение Арбитражного суда Тульской  области от 15.06.2023 по делу № А68-10908/2021 (судья Севастьянова М. В.), вынесенное  по заявлению ООО «СМУ-26» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к обществу с  ограниченной ответственностью «С-ДСУ 111» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)  об установлении требований кредитора общества с ограниченной ответственностью  «СМУ-26» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), в рамках дела о несостоятельности  (банкротстве) ООО «С-ДСУ 111»  

УСТАНОВИЛ:

18.10.2021 в Арбитражный суд Тульской области поступило заявление общества с  ограниченной ответственностью производственно-коммерческой фирмы «Иристон»  

(далее – заявитель) о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной  ответственностью «С-ДСУ 111» (далее – должник).  

Определением суда от 21.10.2021 указанное заявление принято к производству,  возбуждено производству по делу о банкротстве, назначено судебное заседание по  проверке обоснованности заявления.  

Определением Арбитражного суда Тульской области от 24.06.2022 в отношении  общества с ограниченной ответственностью "С-ДСУ 111" введена процедура банкротства  - наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО8  

25.07.2022 в арбитражный суд поступило заявление ООО «СМУ-26» в порядке ст.  71 Закона о банкротстве об установлении в реестр требований кредиторов должника  требований в сумме 157 559 950,70 руб.  

Определением Арбитражного суда Тульской области от 15.06.2023 суд (с учетом  принятых уточнений в порядке статьи 49 АПК РФ) установил требования общества с  ограниченной ответственностью «СМУ-26» в размере 120 385 647,20 рублей. Временному  управляющему суд обязал включить требования общества с ограниченной  ответственностью СМУ-26» в размере 120 385 647,20 рублей в третью очередь реестра  требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «С-ДСУ 111». В  остальной части требований производство прекращено.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ООО «ТрейдСервис» и УФНС  России по Тульской области обратились в Двадцатый арбитражный апелляционной суд с  апелляционными жалобами, в которой просят определение суда от 15.06.2023 отменить.  

В обоснование доводов жалобы УФНС России по Тульской области указывает, что  должник и ООО «СМУ-26» являются аффилированными по отношению друг другу  лицами. В обоснование указанного довода указывает, что в период с 2017 по 2020 год  работники должника переведены в ООО «СМУ-26», а также в иные связанные  организации (АО «ТМП» ООО «ДЭП-71», ООО «ДСК-82», ПАО «ГК ЭСТ»). Также, как  установлено уполномоченным органом, в ООО «СМУ-26» было отчуждено транспортное  средство должника без встречного исполнения.  

Также указывает, что в связи с видом деятельности конкурсного кредитора  переуступка прав требований у ООО «ДРСУ № 3» к должнику вызывает сомнения в  экономической целесообразности заключений цессий.  

Кроме того, на 17.07.2018 у ООО «С-ДСУ 111» имелась задолженность перед ООО  «СМУ-26», однако кредитором не только не предпринимались действия по взысканию  задолженности, но и продолжал ее наращивать (договор субподряда от 22.12.2019 № СП- 

143-2019, договор субподряда от 29.04.2020 № СП—01-11-19-291, договор субподряда от  04.01.2021 № 01-11-19-292-СУБ.  

Также отмечает, что должник уже имел признаки неплатежеспособности и  недостаточности имущества. Налоговым органом проведены выездные налоговые  проверки за период с 09.10.2015 по 31.12.2017, с 10.10.2018 по 31.12.2019, вынесены  решения о привлечении к ответственности за совершения налогового правонарушения.  Задолженность перед уполномоченным органом за периоды с 09.10.2015 по 31.12.2017  составляет 185 805 191, 23 рублей. Также, налоговый орган указывает, что помимо  задолженности перед УФНС, в реестр требований кредиторов должника включены  требования 19 кредиторов.  

Считает, что конкурсный кредитор не мог не знать об имеющейся у должника  кредиторской задолженности, что в свою очередь указывает на отсутствие экономической  целесообразности заключение договоров цессий с неплатежеспособным должником.  

Также уполномоченный орган указывает, что данные требования являются  компенсационным финансированием, что в свою очередь является основанием для  субординирования указанных требований.  

В обоснование доводов жалобы ООО «ТрейдСервис» указывает, что суд первой  инстанции в нарушение норм АПК РФ, не только не указал результаты оценки доводов  УФНС по Тульской области и ООО «Трейдсервис», но и проигнорировал значительную  часть доводов ООО «Трейдсервис» и конкурсного управляющего ООО «Лидер»,  представленных в материалы дела и не дал доводам оценки.  

Также указывает, что между должником и конкурсным кредитор присутствует  нерыночный характер отношений, взаимодействие сторон сделки на уровне, недоступном  обычным участникам хозяйственных отношений.  

Также отмечает, что ООО «СМУ-26» предоставило ООО «С-ДСУ 111»  беспроцентный заём на значительную сумму, однако кредитор не только не представил  экономического обоснования заключения такой невыгодной для себя сделки, но и не  предпринимал никаких мер по досрочному взысканию долга и процентов на сумму долга,  допустив истечение срока исковой давности по требованию, и, более того, продолжал  последовательно наращивать задолженность ООО «С-ДСУ 111» перед собой в условиях  нарастающего ухудшения финансовой устойчивости Должника.  

Ссылается, что ООО «СМУ-26» выступило поручителем по обязательствам ООО  «С-ДСУ 111» и осуществило за Должника оплату комиссий за выдачу банковской  гарантии. Кроме того, кредитор пояснил, что получил от Должника возмещение за оплату  указанной банковской гарантии, однако доказательств этого не представил. Между тем,  

выписка по расчетному счету ООО «СМУ-26» не содержит платежей по возмещению  указанной суммы: ни от Должника, ни от третьих лиц (ни по сумме, ни по назначению  платежа). При этом, поручительство кредитора было представлено Должнику в период,  когда в отношении ООО «С-ДСУ 111» рассматривалось предыдущее дело о банкротстве   № А68- 5402/2021 (инициированное кредитором ООО «Стройресурс»).  

Также указывает, что характер взаимоотношений кредитора и должника, оценка  фактического объема и вида платежей в пользу компаний «единой группы», подавляющая  доля всех финансовых отношений исключительно с компаниями «единой группы»,  финансовая поддержка только компаний «группы» в период их финансовой  нестабильности - все это неопровержимо свидетельствует об общности коммерческой  деятельности кредитора, должника и иных предприятий «единой группы», о  согласованности совершения платежных операций внутри «группы», однако суд  указанным доводам и доказательствам не дал никакой оценки.  

Учитывая изложенную позицию в отношении требования ООО «СМУ-26» на  сумму 117 260 000 рублей, а также обстоятельства предоставления Должнику  беспроцентного займа со стороны ООО «СМУ-26» путем заключения договора цессии в  июле 2018 года, итоговый вывод суда, по мнению заявителя жалобы, противоречит  нормам «Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в  процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с  ним лиц» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020), поскольку с очевидностью  следует, что кредитор ООО «СМУ-26» намеревался скрыть истинное финансовое  положение Должника, т.е. требования ООО «СМУ- 26» носят характер компенсационного  финансирования.  

Также считает, что срок исковой давности в отношении суммы 3 125 647,20 руб. не  может отсчитываться с даты совершения Должником последнего частичного платежа  (25.03.2020), трехгодичный срок исковой давности, рассчитанный даже с даты заключения  договора цессии (17.07.2018) к моменту обращения ООО «СМУ-26» с требованием в суд  (июль 2022 года) - истек в любом случае.  

Полагает, что у суда, с учетом данных о фактической аффилированности кредитора  и Должника, не было достаточных оснований для безусловного вывода о текущем  характере требований ООО «СМУ-26» на суммы: 17 218 607 рублей и 19 955 693,50  рублей. Указывает, спорная сумма в размере 19 955 693,50 рублей, ошибочно  квалифицирована судом как текущий платеж, была перечислена кредитором Должнику до  июля 2021 г. (последнее платежное поручение № 297 от 04.06.2021), то есть до  возбуждения дела о несостоятельности ООО «С-ДСУ 111», 21.10.2021.  

В отношении прекращенных требований в размере 17 218 607,00 рублей кредитор  полагает судом нарушены нормы права о квалификации требований в качестве текущих,  поскольку работы выполнены ООО «СМУ-26» до возбуждения дела о банкротстве, а  составление сторонами Актов после возбуждения дела не могли менять правовую  природу требований.  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была  опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.  

Ранее в материалы дела представлены отзыв ООО «СМУ-26», отзыв ООО «Лидер»,  возражения на отзыв ООО «СМУ-26», дополнительные письменные пояснения ООО  «СМУ-26», дополнения к отзыву ООО «Лидер», возражения ООО «ТрейдСервис» на  дополнительные пояснения ООО «СМУ-26), отзыв на возражения ООО «ТрейдСервис»,  дополнение к отзыву на жалобу ООО «ТрейдСервис» ООО «СМУ-26», отзыв ООО  «Кизилдорстрой», пояснения ООО «ТрейдСервис», отзыв прокуратуры Тульской области,  возражения на отзыв прокуратуры Тульской области, возражения на отзыв ООО  «Кизилдорстрой», отзыв на пояснения ООО «ТрейдСервис», анализ расходования  должником платежей.  

От ЗАО "Интегра-С" поступил отзыв на апелляционные жалобы и возражение ООО  «СМУ-26» на сводный консолидированный отзыв ООО «ТрейдСервис» от 15.05.2023 г. с  приложением дополнительных документов.  

От ООО «ТрейдСервис» поступили возражения по доводам сводного  консолидированного отзыва ООО «СМУ-26» с приложенными дополнительными  доказательствами. Представитель ООО «ТрейдСервис» ходатайствовал о приобщении  дополнительных документов. От конкурсного управляющего ООО «Лидер» ФИО9  поступили дополнительные пояснения с дополнительными документами.  

Представленные участниками дела письменные правовые позиции, приобщаются  судом апелляционной инстанции в порядке ст. 262 АПК РФ.  

Вместе с тем, к данным позициям участниками представлены многочисленные  новые дополнительные доказательства.  

Рассмотрев возможность приобщения новых доказательств, учитывая позицию  участников спора, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.  

В соответствии с частью 2 статьи 268 АПК РФ дополнительные доказательства  принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в  деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам,  не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено  

ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными.  

Согласно пункту 1 статьи 67 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации арбитражный суд принимает только те доказательства, которые имеют  отношение к рассматриваемому делу.  

На основании статьи 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону  должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться  в арбитражном суде иными доказательствами.  

Согласно пункту 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 N 12  "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при  рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" поскольку  арбитражный суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 АПК РФ повторно  рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным  доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в  том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу,  он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их  представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по независящим от  него уважительным причинам.  

Признание доказательства относимым и допустимым само по себе не является  основанием для его принятия арбитражным судом апелляционной инстанции.  

Немотивированное принятие или непринятие арбитражным судом апелляционной  инстанции новых доказательств при наличии к тому оснований, предусмотренных в части  2 статьи 268 Кодекса, может в силу части 3 статьи 288 Кодекса являться основанием для  отмены постановления арбитражного суда апелляционной инстанции, если это привело  или могло привести к принятию неправильного постановления.  

Ходатайство о принятии новых доказательств в силу требований части 3 статьи 65  АПК РФ должно быть заявлено лицами, участвующими в деле, до начала рассмотрения  апелляционной жалобы по существу. Данное ходатайство должно соответствовать  требованиям части 2 статьи 268 АПК РФ, то есть содержать обоснование невозможности  представления данных доказательств в суд первой инстанции, и подлежит рассмотрению  арбитражным судом апелляционной инстанции до начала рассмотрения апелляционной  жалобы по существу.  

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что ООО «СМУ-26», ООО  «Лидер», ООО «Трейдсервис», ООО «Кизилстрой», ЗАО «Интегра-С» не обосновали  причины, по которым не имели объективной возможности представить вышеуказанные  дополнительные доказательства суду первой инстанции в ходе рассмотрения  

обособленного спора.  

При этом суд приходит к выводу о возможности приобщения доказательств, о  результатах налоговых проверок, поскольку данные документы представлены в  настоящем деле в обособленном споре о включении в реестр уполномоченного органа и  все участники все имели возможность по ознакомлению с данными документами.  

В отношении иных документов, отсутствующих в материалах рассмотрения в суде  первой инстанции, на основании положений статей 67, 268 АПК РФ апелляционный суд  отказывает в приобщении новых дополнительных доказательств, представленных ООО  «СМУ-26», ООО «Лидер», ООО «Трейдсервис», ООО «Кизилстрой», ЗАО «Интегра-С».  

Поскольку приложенные документы поданы в суд в электронном виде, то согласно  части 3 статьи 264 АПК РФ, пункту 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от  26.12.2017 № 57 "О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего  использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции  и арбитражных судов" данные документы заявителям не возвращаются, но не  учитываются.  

Представители УФНС России по Тульской области, ООО «ТрейдСервис»,  Прокуратуры Тульской области и конкурсного управляющего ООО «Лидер» ФИО9 поддержали доводы апелляционных жалоб ООО «ТрейдСервис» и УФНС России по  Тульской области.  

Представители ООО «СМУ-26» возражали против доводов апелляционных жалоб.  

Иные лица, участвующие в деле лица своих представителей в арбитражный суд  апелляционной инстанции не направили, что согласно статей, 156, 266 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для  рассмотрения дела в их отсутствие.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены  апелляционной инстанцией в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы.  

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной  инстанции пришел к следующим выводам.  

Как следует из материалов дела, основанием для обращения ООО «СМУ-26» с  требованием (с учетом уточнений требований, принятых судом в порядке ст. 49 АПК РФ и  выделения части требований в отдельное производство) является наличие у ООО «С-ДСУ  111» задолженности по договору цессии б/н от 17.07.2018 в размере 3 125 647,20 руб., по  договору субподряда от 20.12.2019 № СП-143-2019 в размере 117 260 000 руб., по  

договору субподряда от 29.04.2020 № СП-01-11-19-291 в размере 19 955 693,50 руб., по  договору субподряда от 04.01.2021 № 01-11-19-292-СУБ в размере 17 218 607 руб.  

Прекращая производство по обособленному спору в части обязательств должника  по договорам субподряда от 29.04.2020 года и от 04.01.2021 года суд первой инстанции  пришел к выводам, что обязательства по возврату денежных средств по договору № СП- 01-11-19-291 от 29.04.2020 и оплате выполненных работ по договору № 01-11-19-292-СУБ  от 04.01.2021 у должника возникли после возбуждения дела о несостоятельности  (банкротстве) ООО «С-ДСУ 111», в связи с чем, суд пришел к выводу, что данные  обязательства относятся к текущим.  

С учетом изложенного, производство по заявлению в части включения в реестр  требований кредиторов задолженности по договору субподряда № СП-01-11-19-291 от  29.04.2020 в размере 19 955 693,50 руб., по договору субподряда № 01-11-19-292-СУБ от  04.01.2021 в размере 17 218 607,00 руб. судом первой инстанции прекращено.  

В отношении требований ООО «СМУ-26» о включении в реестр требований  кредиторов должника задолженности по договору Цессии от 17.07.2018 в размере 3 125  647,20 руб. и по договору субподряда № СП-143-2019 от 20.12.2019 в размере  117 260 000,00 руб. суд пришел к выводу об обоснованности данных требований,  отклонив заявление ООО «ТрейдСервис» о пропуске срока исковой давности в отношении  требования по договору о т 17.07.2018 года, а также отклонив доводы уполномоченного  органа и ООО «ТрейдСервис» о наличии оснований для субординации требований  кредитора.  

Отклоняя заявление о пропуске срока исковой давности на сумму требований  3 125 647,20 рублей суд исходил из следующего.  

Заявление ООО «СМУ-26» о включении требований в реестр требований  кредиторов было подано в арбитражный суд 24.07.2022.  

Вместе с тем, из представленной в материалы дела доказательств следует, что в  рамках исполнения обязательств по указанному договору цессии в период 08.05.2019 по  25.03.2020 ООО «С-ДСУ 111» производило платежи, всего на сумму 7 851 750,24 руб.  (последний платеж ООО «С-ДСУ 111» произведен 25.03.2020).  

Учитывая изложенное, суд пришел к выводу, что срок исковой давности не  пропущен, поскольку последний платеж был совершен 25.03.2020, а заявление о  включении в реестр подано в пределах трехгодичного срока исковой давности.  

Как следует из материалов дела, 17.07.2018 между ООО «ДРСУ № 3» (Цедент),  ООО «СМУ-26» (Цессионарий) и заключен Договор цессии (уступка прав требования) №  б/н согласно которому Цедент уступает, а Цессионарий принимает право требования  

долга с ООО «С-ДСУ 111», далее именуемое «Должник», в сумме 10 977 397,44 руб., в  том числе: 10 977 397,44 руб. – сумма задолженности, которая сложилась в результате  оказания услуг за выполненные работы по Договору № 20/СУБ-2017 от 07.06.2017 на  объекте «Капитальный емонт «А/д М-5 Урал» акт № 4-2, счет-фактура № 162 от 01.11.2017  (п.1.1 договора).  

Согласно п.2.2 договора в качестве оплаты за уступаемое право требования  Цедента к Должнику Цессионарий зачитывает сумму задолженности, которая сложилась в  результате оказания услуг за выполненные работы по Договору № 17223007316 16 000154  0/112 от 14.11.2016 на объекте «А/д Р – 242 Пермь – Екатеринбург км 276+000 – км  312+000 в Свердловской области» акт № 8, счет-фактура № 22 от 26.10.2017, акт сверки от  16.07.2018 в размере 10 977 397,44 руб.  

По состоянию на 24.07.2022 года согласно Акту сверки взаимных расчётов по  указанному Договору Цессии от 17.07.2018 задолженность Должника перед ООО «СМУ- 26» составляет 3 125 647,20 руб.  

Возражений относительно наличия задолженности по договору 20/СУБ-2017 от  07.06.2017 на объекте «Капитальный ремонт «А/д М-5 Урал» акт № 4-2, счет- фактура № 162 от 01.11.2017 в материалах дела не имеется. Доказательств оплаты по  договору в полном размере не представлено.  

При изложенных обстоятельствах суд пришел к выводу о действительности  требования, которое было уступлено ООО «ДРСУ № 3» ООО «СМУ-26» по договору от  17.07.2018.  

Суд пришел к выводу, что договор уступки прав (требований) от 17.07.2018  соответствует статьям 382 - 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, право  требования задолженности по договору субподряда № 20/СУБ-2017 от 07.06.2017,  заключенным между должником и ООО «ДРСУ № 3» перешло к ООО «СМУ-26», что в  силу статей 382, 384, 388, 389.1 Гражданского кодекса Российской Федерации влечет  переход прав кредитора от третьего лица к заявителю.  

С учетом изложенного, суд пришел к выводу, что требование кредитора в размере  3 125 647,20 рублей основного долга являются обоснованными.  

20.12.2019 между ООО «С-ДСУ 111» (далее - Должник) и ООО «СМУ-26» (далее - Заявитель) заключен Договор субподряда № СП-143-2019 (далее - Договор) на выполнение  работ по объекту: «Реконструкция автомобильной дороги М-5 «Урал» - от Москвы через  Рязань. Пензу. Самару. Уфу до Челябинска на участке км 1790+358 - км 1799+280.  Челябинская область» (далее - Работы).  

Общая стоимость работ по настоящему Договору в соответствии с пунктом 3.1  составляет 117 260 000,00 руб., в том числе НДС 20% - 19 543 333,30 руб.  

Должник согласно п. 7.2. Договора обязуется в соответствии с договором  выполнить все Работы и сдать их в установленном порядке Заявителю.  

Заявитель (п. 4.2. 6.2 Договора) обязуется произвести оплату работ авансовым  платежом в порядке, в размере и в сроки, предусмотренные настоящим Договором.  

Заявитель в период с 09.01.2020 по 28.07.2020 включительно произвёл авансовые  платежи в полном объёме на сумму 117 260 000,00 руб., в том числе НДС 20% - 19 543  333,30 руб., тем самым исполнив свои обязательства по оплате закреплённые в п. 4.2  Договора, что подтверждается следующими документами: платёжное поручение № 6 от  09.01.2020, платёжное поручение № 15 от 10.01.2020, платёжное поручение № 41 от  16.01.2020, платёжное поручение № 48 от 30.01.2020, платёжное поручение № 120 от  26.02.2020, платёжное поручение № 124 от 27.02.2020,платёжное поручение № 127 от  27.02.2020, платёжное поручение № 323 от 02.07.2020, платёжное поручение № 326 от  02.07.2020, платёжное поручение № 329 от 03.07.2020, платёжное поручение № 345 от  10.07.2020, платёжное поручение № 346 от 13.07.2020, платёжное поручение № 348 от  13.07.2020, платёжное поручение № 369 от 16.07.2020, платёжное поручение № 387 от  28.07.2020. Срок выполнения работ - до 10.10.2020г. (п. 5.1 Договора). Срок выполнения  работ истёк и Должник, получив предоплату в полном размере, не выполнил свои  договорные обязательства.  

01.12.2020 по соглашению сторон подписано Соглашение о расторжении договора  субподряда (далее - Соглашение) № СП-143-2019 от 20.12.2019. Согласно п. 2 Соглашения  Должник обязуется вернуть неотработанную сумму аванса путем перечисления денежных  средств на расчётный счёт Заявителя в срок до 31.12.2020 включительно. Обязательство  по возврату неотработанного аванса (п. 4.9 Договора, п.2 Соглашения) в размере 117 260  000,00 руб. Должником не исполнено.  

Суд пришел к выводу, что задолженность ООО «С-ДСУ 111» перед ООО «СМУ- 26» по договору субподряда № СП-143-2019 от 20.12.2019 составляет 117 260 000 руб.  

Поскольку должник взятые на себя по договору субподряда № СП-143-2019 от  20.12.2019 обязательства не исполнил, суд пришел к выводу, что заявление кредитора о  включении требования в сумме 117 260 000 руб. является обоснованным.  

Судом первой инстанции с учетом пояснений сторон, а также представленных  доказательств проверялись доводы конкурсных кредиторов ООО «ТрейдСервис», ООО  «Паритет», ООО «Пик Барьер», а так же кредиторов ФНС России, ООО «Лидер», о  

фактической аффилированности между кредитором ООО «СМУ-26» и должником ООО  «С-ДСУ 111» и необходимости субординации требования кредитора.  

Суд первой инстанции исходил из следующего. 

Статус аффилированности заявителя с должником и факт нахождения должника в  условиях имущественного кризиса, не может являться безусловным основанием для  понижения очередности удовлетворения требования кредитора. Совокупность указанных  фактов является основанием для признания требований компенсационным  финансированием при наличии условий, позволяющих считать кредитора  намеревающимся скрыть истинное финансовое положение должника. Вместе с тем, при  рассмотрении требования такого обстоятельства установлено не было.  

При этом фактическая аффилированность в данном случае носит крайне  опосредованный характер.  

Суд области пришел к выводу, что без сведений об осуществлении кредитором  ООО «СМУ-26» контроля над деятельностью должника оснований для вывода о том, что  такой кредитор при вступлении с должником в правоотношения вместо простого  коммерческого интереса имел намерение избавить должника от обращения с заявлением о  банкротстве, у суда не имелись.  

Таким образом, помимо вывода о недоказанности аффилированности должника и  кредитора, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для применения последствий,  установленных на случай аффилированности должника и кредитора указанным Обзором  судебной практики Верховного Суда РФ.  

Исследовав представленные доказательства наличия и размера задолженности,  учитывая отсутствие доказательств оплаты задолженности и отсутствие обоснованных  возражений, суд пришел к выводу об обоснованности заявленных требований и  подлежащими включению в реестр требований кредиторов в составе третьей очереди.  

Вместе с тем, при принятии судебного акта судом первой инстанции не учтено  следующее.  

В соответствии со статьей 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона  от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве,  Закон) дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.  

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в  соответствии с порядком, определенным статьями 71, 100 Закона о банкротстве, в  зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.  

В силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве  проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом  независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и  лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и  предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований  кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными  могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены  достаточные доказательства наличия и размера задолженности.  

В пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с  рассмотрением дел о банкротстве" (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 22.06.2012  N 35) разъяснено, что при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве  судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только  требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и  размера задолженности.  

В данном случае заявленные ООО «СМУ-26» требования основаны на  обязательствах должника, вытекающих по договору Цессии от 17.07.2018 в размере 3 125  647,20 руб. и по договору субподряда № СП-143-2019 от 20.12.2019 в размере  117 260 000,00 руб.  

В отношении договора цессии б/н от 17.07.2018 в размере 3 125 647,20 рублей суд  апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.  

Судом проверен довод ООО «ТрейдСервис» о пропуске срока исковой давности,  что срок исковой давности в отношении суммы 3 125 647,20 руб. не может отсчитываться  с даты совершения Должником последнего частичного платежа (25.03.2020),  трехгодичный срок исковой давности, рассчитанный даже с даты заключения договора  цессии (17.07.2018) к моменту обращения ООО «СМУ-26» с требованием в суд (июль  2022 года).  

Первоначальное право требования сложилось в результате оказания услуг за  выполненные работы по договору № 20/СУБ-2017 от 07.06.2017 на объекте «Капитальный  ремонт А/д М-5 Урал» акт 4-2, счет-фактура № 162 от 01.11.2017.  

Как следует из представленных в материалы дела акта сверки взаимных расчетов  от 31.03.2022 между ООО «СМУ-26» и ООО «С-ДСУ 111» в котором отражена  задолженность ООО «С-ДСУ 111» перед ООО «СМУ-26» в размере 3 125 647,20 рублей.  

Вместе с тем указанный акт был подписан со стороны ООО «С-ДСУ 111» по  доверенности - Главным бухгалтером ФИО10  

Конкурсный кредитор в своих представленных возражениях ссылается на  положения п. 21 Постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 № 43 и факт совершения  действий по признанию долга Должником путем подписания акта сверки от 31.03.2022.  

 Однако данные возражения основаны на неверном толковании норм права. Суд  апелляционной инстанции признает доводы ООО «ТрейдСервис» обоснованными.  

Выводы суда первой инстанции о соблюдении срока давности в виду частичной  оплаты долга свидетельствуют о неправильном применении норм материального права.  

К действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения  срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение  договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие  долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке  или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным  лицом.  

Признание части долга, в том числе путем уплаты его части, не свидетельствует о  признании долга в целом, если иное не оговорено должником.  

Таким образом, факт частичной оплаты суммы долга не свидетельствует о  признании должником оставшейся части долга и, соответственно, данный факт не  является основанием для прерывания срока исковой давности.  

Проверяя возражения кредитора, основанные на подписании Акта сверки  должником, суд приходит к следующим выводам.  

На основании пункта 22 постановления Пленума N 43 совершение представителем  должника действий, свидетельствующих о признании долга, прерывает течение срока  исковой давности при условии, что это лицо обладало соответствующими полномочиями  (статья 182 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Представленный в материалы дела акт сверки взаимных расчетов от 31.03.2022  между ООО «СМУ-26» и ООО «С-ДСУ 111» подписанным со стороны ООО «С-ДСУ 111»  по доверенности - главным бухгалтером ФИО10 не принимается судом в качестве  надлежащих доказательств признания долга.  

В данном случае указанный Акт сверки подписан со стороны должника главным  бухгалтером ФИО10 который в силу статьи 53 ГК РФ не является лицом,  имеющим право без доверенности совершать от имени должника действия по признанию  долга, доказательства наличия у бухгалтера ФИО10 полномочий на признание долга,  как и доказательства последующего одобрения его действий должником не представлены,  в связи с чем указанный акт не являются доказательством признания долга в целях  перерыва течения срока исковой давности.  

Указанный вывод соответствует правовой позиции, приведенной, в частности, в  определениях Верховного суда Российской Федерации от 25.04.2016 N 301-ЭС16-2972 по  делу N А28-3311/15, от 20.02.2017 N 305-ЭС16-21450(2) по делу N А40-231876/15, от  07.08.2019 N 308-ЭС19-12136 по делу N А32-40684/2018, от 12.02.2018 N 308-ЭС17-22843  по делу N А53-30325/2016  

Согласно статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском  учете" главный бухгалтер осуществляет ведение бухгалтерского учета, в связи с чем,  подписанный им акт сверки, только отражает наличие неоплаченных счетов, однако не  может свидетельствовать о признании долга, поскольку такие полномочия предоставлены  единоличному исполнительному органу общества, либо лицу, действующему на  основании соответствующей доверенности.  

В этом случае акт сверки рассматривается как технический документ  бухгалтерского характера, не является правоустанавливающим, порождающим права  и обязанности сторон, подтверждая лишь размер долга на определенную дату;  не свидетельствует о признании ответчиком долга, следовательно, не прерывает течение  исковой давности. Таким образом, акт сверки, подтверждающий признание долга, должен  подписать руководитель либо представитель, действующий на основании доверенности,  в которой конкретно закреплены полномочия на то или иное действие.  

Судом апелляционной инстанции проверена ссылка кредитора на имеющиеся в  материалы дела доверенность ООО «С-ДСУ 111» на ФИО10, в которой указаны  полномочия совершения действий от имени должника, однако действий по признанию  долга не указано. Право на подписание Акта сверки, указанное в доверенности, не  тождественно праву на признание долга.  

Таким образом, суд приходит к выводу, что кредитор обратился с заявлением за  пределами срока исковой давности в части требований в размере 3 125 647,20 рублей.  

Согласно пункту 2 статьи 71 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О  несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон N 127-ФЗ) лица, участвующие в деле о  банкротстве, вправе заявлять о пропуске срока исковой давности по предъявленным к  должнику требованиям кредиторов.  

В пункте 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 15.12.2004 N 29 "О некоторых вопросах практики применения  Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции постановления  Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 18)  указано, что возражения на требования конкурсных кредиторов, основанные на пропуске  исковой давности, являются средством защиты заинтересованных лиц, а потому могут  

заявляться любым лицом, имеющим право на заявление возражений относительно  требований кредиторов в соответствии со статьями 71 или 100 Закона № 127-ФЗ.  

Если обстоятельства, на которые ссылаются указанные лица, подтверждаются в  судебном заседании, арбитражный суд выносит определение об отказе во включении  требования данного кредитора в реестр требований кредиторов в связи с пропуском срока  исковой давности (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).  

В части требований по договору от 20.12.2019 года № п-143-2019 судом первой  инстанции дана мотивированная оценка обстоятельствам реальности обязательств  должника перед кредитором. Требование кредитора представляют собой сумму  неотработанного аванса.  

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводами суда  первой инстанции в части определения очередности заявленных требований в указанной  части.  

В Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в  процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с  ним лиц (далее - Обзор судебной практики), утвержденном Президиумом Верховного  Суда Российской Федерации 29.01.2020, обобщены правовые подходы, применение  которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения  очередности удовлетворения требования аффилированного с должником лица.  

В соответствии с пунктом 3 Обзора судебной практики разрешения споров,  связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих  должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда Российской  Федерации 29 января 2020 г.) требование контролирующего должника лица подлежит  удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано  на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации  имущественного кризиса.  

Согласно п. 3.2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с  установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и  аффилированных с ним лиц, невостребование контролирующим лицом займа в разумный  срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации  права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом  (например, п. 2 ст. 811, ст. 813 ГК РФ), или подписание дополнительного соглашения о  продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования  должника. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного  кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь  

от заданного п. 1 ст. 9 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"  стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на  контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на  случай объективного банкротства.  

По смыслу разъяснений, данных в пункте 3.2 Обзора судебной практики, если  такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, то оно  признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том  числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.  

С учетом доводов уполномоченного органа о наличии признаков фактической  аффилированности должника с кредитором, судом первой инстанции проведена проверка  соответствующих доводов, однако суд первой инстанции пришел к выводу о  недоказанности таковой.  

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводами суда первой  инстанции.  

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве  факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение  аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе  компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных  механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона Российской Федерации от 22.03.1991 N  948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных  рынках" (далее - Закон о конкуренции) не исключает доказывания заинтересованности  даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно  позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность  оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской  деятельности.  

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц  в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их  исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.  

Согласно пунктам 3, 4 "Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с  установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и  аффилированных с ним лиц", утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской  Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор), очередность удовлетворения требования кредитора,  аффилированного с лицом, контролирующим должника, в том числе, если такое  требование основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в  

ситуации имущественного кризиса, может быть понижена, если этот кредитор  предоставил компенсационное финансирование под влиянием контролирующего  должника лица.  

По смыслу разъяснений, данных в указанном Обзоре судебной практики, если  такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, то оно  признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том  числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.  

При этом заявитель вправе доказать, что он действовал исходя из объективных  рыночных условий, а не осуществлял компенсационное финансирование; неустраненные  им разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им  финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.  

Уполномоченным органом в обоснование своей позиции указано, что на  протяжении длительного времени сотрудники должника одновременно работали в  подконтрольных ему компаниях, в том числе и ООО «СМУ-26», а в год подачи заявления  о признании ООО «С-ДСУ 111» несостоятельным (банкротом) усматривается резкий рост  сотрудников перешедших в подконтрольные фирмы.  

Также, как следует из позиции налогового органа, что в ходе анализа банковских  выписок установлены обороты от общих контрагентов более 30% от основных  поступлений на счет.  

Общая сумма оборота по товара-денежному сопоставлению должника с общими с  ООО «СМУ-26» контрагентами в период с 01.01.2019 по 31.03.2023 составила  3379876890.72 руб., из них обороты с ПАО «ГК ЭСТ» составили 1 252 246 823, 09 руб.,  ООО «ЛИДЕР» составили 964 530 116, 37 руб., АО «ТМП» составили 328 572 000,00 руб.  

Данные обстоятельства по мнению суда апелляционной инстанции подтверждают  доводы уполномоченного органа о действиях вышеуказанных лиц в группе.  

Кроме того, задолженность должника перед кредитором образовывалась в течение  4 лет в период с 17.07.2018 по 25.07.2022.  

При этом кредитором требование о взыскании суммы задолженности не  предъявлялось, доказательств по принятию мер по принудительному взысканию  задолженности в материалы дела не представлено. Доводы кредитора о переговорах с  должником по возврату перечисленного аванса не подтверждены соответствующими  доказательствами.  

Суд соглашается с доводами, что кредитор не раскрыл экономические мотивы  поведения ООО «СМУ-26» при предоставлении авансирования должника при уже  существующей и непогашенной задолженности перед ООО «СМУ-26».  

Вышеуказанные обстоятельства и представленные доказательства свидетельствуют  о доказанности между кредитором и должником признаков фактической  аффилированности.  

Ссылка кредитора что ООО «СМУ-26» регулярно звонили представителям ООО  «С-ДСУ 111» по вопросам погашения задолженности, а также вели соответствующую  переписку с ООО «С-ДСУ 111», в том числе направляли досудебные требования не  принимаются во внимание, так как не подтвержден документально.  

Суд апелляционной инстанции отмечает, что предоставление финансирования и  предоставление отсрочки исполнения должнику осуществлялось в условиях  имущественного кризиса должника.  

Из позиции уполномоченного органа и представленных в материалы дела  доказательств следует, что налоговым органом проведены выездные налоговые проверки  деятельности должника за период с 09.10.2015 по 31,12.2017, с 01.01.2018 по 31,12.2019,  Вынесены решения о привлечении к ответственности за совершение налогового  правонарушения от 09.12.2020 № 27, и от 25.07.2022 № 13457 согласно которым до  начислена задолженность в размере 185 805 191,23 руб. и 563 712 277,40 руб. Акты  налоговых проверок вынесены 26.08.2019 № 30 и 17.12.2021 № 11557.  

Требования уполномоченного органа признаны обоснованными и включены в  реестр требований кредиторов должника.  

Поскольку моментом возникновения обязанности по уплате налога является день  окончания налогового периода, а не день представления налоговой декларации или день  окончания срока уплаты налога, апелляционный суд приходит к выводу о наличии  признаков неплатежеспособности должника на момент заключения договора и  предоставления финансирования и отсрочки (абзац шестой пункта 6 Обзора судебной  практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о  банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного  Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).  

Указанные разъяснения Обзора судебной практики ошибочно не были приняты во  внимание судом первой инстанции.  

Кредитор являющимся аффилированным по отношению к должнику не мог не  знать об имущественном кризисе должника в период возникновения обязательств.  

Сложившейся судебной практикой при рассмотрении требований в ситуации  включения в реестр аффилированного кредитора выработаны критерии распределения  бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических  интересов (аффилированности) должника с лицом, заявившем о включении требований в  

реестр, и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности  должника перед аффилированным кредитором, - на последнего переходит бремя по  опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо  может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы  совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного  соглашения (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306- ЭС16-20056(6), от 11.07.2017 N 305-ЭС17-2110, от 11.09.2017 N 301-ЭС17-4784).  

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам  должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по  отношению к нему аффилированными.  

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно  которым аффилированность лица является самостоятельным основанием для отказа во  включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности  удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским  обязательствам, не являющимся корпоративными.  

Вместе с тем, из указанного правила имеется ряд исключений, которые  проанализированы в Обзоре, обобщившим правовые подходы, позволяющие сделать  вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации)  требования аффилированного с должником лица.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 2, 3.1, 3.2, 3.4 Обзора, при  наличии любого из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве,  считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее -  имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном  банкротстве. Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество,  пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской  деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования.  

Из смысла вышеприведенных разъяснений и правовых подходов, выработанных  Верховным Судом Российской Федерации при рассмотрении подобных споров, основным  мотивом субординации требований лиц, имеющих общие экономические интересы с  должником, является понижение очередности удовлетворения требований таких лиц,  обусловленное тем, что названные лица, участвующие в предпринимательской  деятельности должника, не могут конкурировать с внешними (независимыми)  кредиторами за распределение конкурсной массы.  

Доводы участников спора в подтверждение либо опровержении позиции о  компенсационном характере финансирования в размере 117 260 000 рублей и  

аффилированности сторон, основанные на обязательствах с иными контрагентами и  иными обязательствами должника перед ними не принимаются судом апелляционной  инстанции, так как не входят в предмет настоящего обособленного спора.  

Согласно абзацу первому пункта 3.4 Обзора от 29.01.2020, не устраненные  контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли  предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых  кредиторов.  

С учетом изложенного, вопреки выводам суда первой инстанции, требование  кредитора в размере 117 260 000 рублей следует признать подлежащим удовлетворению  после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве и до  распределения ликвидационной квоты.  

Суд апелляционной инстанции также не может согласиться с выводами суда  первой инстанции в части прекращения включения в реестр требований кредиторов  задолженности по договору субподряда № СП-01-11-19-291 от 29.04.2020 в размере 19  955 693,50 руб., по договору субподряда № 01-11-19-292-СУБ от 04.01.2021 в размере  16346914 рублей.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 5 Закона о банкротстве под текущими  платежами понимаются денежные обязательства и обязательные платежи, возникшие  после даты принятия заявления о признании должника банкротом, если иное не  установлено данным Федеральным законом.  

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.07.2009 № 60 «О некоторых вопросах, связанных с принятием  Федерального закона от 30.12.2008 № 296-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный  закон «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из положений абзаца  пятого пункта 1 статьи 4, пункта 1 статьи 5 и пункта 3 статьи 63 Закона № 127-ФЗ в  редакции Закона № 296-ФЗ текущими являются только денежные обязательства и  обязательные платежи, возникшие после возбуждения дела о банкротстве. В связи с этим  денежные обязательства и обязательные платежи, возникшие до возбуждения дела о  банкротстве, независимо от срока их исполнения, не являются текущими ни в какой  процедуре.  

В целях исключения неравного положения кредиторов, по существу с  одинаковыми требованиями (о применении мер ответственности за нарушение  обязательств), при разрешении вопроса о квалификации в качестве текущих платежей  таких требований указанные разъяснения в пункте 11 Постановления Пленума № 63 хотя  и даны в отношении только мер ответственности за нарушение денежных обязательств, по  

аналогии подлежат применению и к требованиям кредиторов, вытекающим из  ненадлежащего исполнения неденежного обязательства.  

Применительно к пункту 19 Обзора судебной практики Верховного Суда  Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации 27.12.2017, для определения того, является ли денежное  требование текущим, необходимо установить дату его возникновения и соотнести  указанную дату с моментом возбуждения дела о банкротстве.  

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по  экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации  от 06.07.2017 № 303-ЭС17-2748, согласно которой для целей определения момента  возникновения обязанности по оплате услуг по смыслу пункта 1 статьи 779 Гражданского  кодекса, статьи 5 Закона о банкротстве и пункта 2 Постановления Пленума № 63 значение  имеет дата оказания этих услуг, несмотря на то, что исполнение данной обязанности  может по согласованию сторон быть перенесено на более поздний период (например,  путем привязки к подписанию акта, выставлению счета-фактуры, посредством  предоставления отсрочки либо рассрочки исполнения).  

04.01.2021 г. между ООО «С-ДСУ 111» и ООО «СМУ-26» был заключен Договор  субподряда № 01-11- 19-292-СУБ (Лист 124-151, Том 2).  

В период с 04.01.2021 г. по 21.12.2021 г. ООО «СМУ-26» выполнило, а ООО «С- ДСУ 111» приняло работы в полном объеме.  

Как следует из материалов дела и подтверждается конкурсным кредитором, в  отношении Акта № 1 от 01.10.2021 г. в размере 11 884 990 рублей (Лист 156-157, Том 2)  результат выполненных подрядчиком работ получен заказчиком по акту приема-сдачи  выполненных работ до возбуждения судом дела о банкротстве ООО «С-ДСУ 111»  (21.10.2021 г.).  

В отношении акта № 2 от 25.11.2021 период выполнения работ с 28.08.2021 по  25.11.2021 на сумму 4 461 924,00 рублей.  

В связи с тем, что услуги (работы) по акту № 1 оказаны ООО «СМУ-26» в период  до возбуждения дела, данная задолженность носит реестровый характер в полном объеме.  

В отношении услуг, указанных в Акте № 2, следует отметить, что период  выполнения работ содержит как период до возбуждения дела, так и после возбуждения  дела, в связи и чем, выводы о текущем характере обязательств в размере 4 461 924,00  рублей также ошибочны.  

Обстоятельства исполнения объемов работ до возбуждения и после возбуждения  дела судом не выяснялись, но в любом случае, учитывая наличие смешанного периода  

выполнения работ в том числе до возбуждения дела, данный размер задолженности не  может быть отнесен в полном объеме к текущим требованиям.  

Таким образом, выводы суда в части прекращения производства по обособленному  спору по требованиям по Договору 04.01.2021 года в размере 16 346 914 рублей  ошибочны.  

В отношении суммы 19 955 693,50 рублей суд апелляционной инстанции приходит  к следующим выводам.  

29.04.2020 г. между ООО «СМУ-26» и ООО «С-ДСУ 111» был заключен договор  субподряда № СП01-11-19-291 на выполнение работ по объекту (Лист 48-78, Том 2).  

25.12.2020г. было заключено Дополнительное соглашение № 1 (Лист 79-80, Том 2)  к Договору субподряда № СП-01-11-19-291 от 29.04.2020, срок выполнения работ был  установлен до 20.10.2021 г.  

 В связи с тем, что ООО «С-ДСУ 111» не выполнило свои обязательства по  договору в установленный договором подряда срок, 01.11.2021 г. по соглашению сторон  указанный договор подряда был прекращен, путем подписания соглашения о расторжении  договора (Лист 122, Том 2).  

Пунктом 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле  о банкротстве» предусмотрено, что при расторжении договора, исполнение по которому  было предоставлено кредитором до возбуждения дела о банкротстве, в том числе, когда  такое расторжение произошло по инициативе кредитора в связи с допущенным  должником нарушением, все выраженные в деньгах требования кредитора к должнику  квалифицируются для целей Закона о банкротстве как требования, подлежащие  включению в реестр требований кредиторов.  

Если кредитор до возбуждения дела о банкротстве произвел должнику  предварительную оплату по договору, то требование кредитора о ее возврате в связи с  расторжением данного договора не относится к текущим платежам независимо от даты  его расторжения.  

Исходя из положений абзаца пятого пункта 1 статьи 4, пункта 1 статьи 5 и пункта 3  статьи 63 Закона о банкротстве текущими являются только денежные обязательства и  обязательные платежи, возникшие после возбуждения дела о банкротстве.  

 В связи с этим денежные обязательства и обязательные платежи, возникшие до  возбуждения дела о банкротстве, независимо от срока их исполнения не являются  текущими.  

Аналогичный правовой подход также изложен в Определении Верховного Суда РФ  от 18.10.2021 N 305-ЭС21-14425 по делу N А40-85810/2020.  

Поскольку денежные средства были перечислены должнику в период с 11.08.2020  г. по 04.06.2021 г. ООО «СМУ-26» как выполненные ООО «С-ДСУ 111» работы, так и  авансовые платежи по договору на сумму 61 350 000 рублей (Лист 105-121, Том 2), за  исполнение обязательств, которые должны были быть исполнены до возбуждения дела о  банкротстве должника, оснований для признания заявленной задолженности текущей и  прекращения производства по требованию кредитора у суда первой инстанции не  имелось.  

На основании правовой позиции, приведенной в пункте 40 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в  арбитражном суде апелляционной инстанции", при рассмотрении жалоб на определения  арбитражного суда первой инстанции арбитражный суд апелляционной инстанции наряду  с полномочиями, названными в статье 269 АПК РФ, вправе направить конкретный вопрос  на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции (пункт 2 части 4 статьи 272  АПК РФ).  

Применяя данную норму, следует иметь в виду, что на новое рассмотрение могут  быть направлены вопросы, разрешение которых относится к ведению суда первой  инстанции и которые суд по существу не рассматривал по причине необоснованного  возврата искового заявления, отказа в его принятии, оставления заявления без  рассмотрения, прекращения производства по делу или отказа в пересмотре судебного акта  по новым или вновь открывшимся обстоятельствам, тогда как в полномочия  арбитражного суда апелляционной инстанции входит повторное рассмотрение дела (часть  1 статьи 268 АПК РФ). В этих случаях, поскольку арбитражный суд первой инстанции не  рассматривал вопросы по существу и не устанавливал обстоятельства, имеющие значение  для правильного разрешения спора, арбитражный суд апелляционной инстанции не имеет  возможности осуществить повторное рассмотрение дела, как этого требует часть 1 статьи  268 АПК РФ.  

Ввиду того, что судом первой инстанции не исследовался вопрос об  обоснованности заявленных требований, обособленный спор в указанной части подлежит  направлению в суд первой инстанции.  

Вместе с тем, определение в части прекращения производства по требованию в  размере 871 693,00 руб. подлежит оставлению без изменения, поскольку работы  

выполнены кредитором ООО «СМУ-26» в период после возбуждения настоящего дела о  банкротстве ( с 01.12.2021 года по 21.12.2021 года).  

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный  апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Тульской области от 15.06.2023 по делу 

 № А68-10908/2021 отменить в части включения требования общества с ограниченной  ответственностью «СМУ-26» в размере 120 385 647,20 рублей в состав третьей очереди  реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «С-ДСУ  111».  

Установить требования общества с ограниченной ответственностью «СМУ-26» в  размере 117 260 000 руб., подлежащими удовлетворению в порядке очередности,  предшествующей распределению ликвидационной квоты.  

В удовлетворении заявления в части включения в реестр требований кредиторов  3 125 647,20 рублей отказать.  

В части прекращения производства по обособленному спору о включении  требований в реестр требований кредиторов в размере 36 302 607,5 рублей определение  Арбитражного суда Тульской области от 15.06.2023 по делу № А68-10908/2021 отменить,  направить обособленный спор в указанной части на новое рассмотрение в Арбитражный  суд Тульской области.  

В остальной части определение Арбитражного суда Тульской области от  15.06.2023 по делу № А68-10908/2021 оставить без изменения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в  течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. В  соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий судья Ю.Е. Холодкова  Судьи Н.А. Волошина  

Ю.А. Волкова