АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075    http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-10050/22 

Екатеринбург

21 ноября 2023 г.

 

Дело № А47-13210/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 16 ноября 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 21 ноября 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Новиковой О.Н.,

судей Кочетовой О.Г., Плетневой В.В.,

при ведении протокола помощником судьи Сулейменовой В.К. рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы ФИО1 и публичного акционерного общества «Сбербанк России» на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 08.06.2023 по делу № А47-13210/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.09.2023 по тому же делу.

Судебное заседание проведено с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Оренбургской области. 

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Оренбургской области приняли участие:

ФИО1, его представители – ФИО2 по доверенности от 27.09.2023, ФИО3 по устному ходатайству;

представитель публичного акционерного общества «Сбербанк России» – ФИО4 по доверенности от 23.08.2022.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 12.09.2019 принято к производству суда заявление ФИО1 (далее – должник) о признании его банкротом.

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 21.10.2019 должник признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО5.

Определением суда от 20.10.2020 ФИО5 освобожден от исполнения обязанностей, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО6.

Финансовый управляющий обратился с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества гражданина, освобождении ФИО1 от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Публичным акционерным обществом «Сбербанк России (далее – Банк, Сбербанк) заявлено о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 08.06.2023 процедура реализации имущества гражданина ФИО1 завершена. В отношении должника не применены положения пункта 3 статьи 21328 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.09.2023 определение суда от 08.06.2023 изменено, в отношении должника не применены положения об освобождении от обязательств перед Сбербанком на сумму 99 000 000 руб.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, должник и Банк обратились в Арбитражный суд Уральского округа с самостоятельными кассационными жалобами.

Банк в кассационной жалобе просит постановление суда от 06.09.2023 отменить, оставить в силе определение суда от 08.06.2023. Кредитор ссылается на противоречие выводов суда апелляционной инстанции фактическим обстоятельствам дела, содержание в них логических дефектов. Кассатор отмечает, что ФИО1 так и не представил конкретных пояснений в обоснование расчетов о том, куда были направлены обналиченные денежные средства и приобретенные ценные бумаги. В тексте кассационной жалобы Банк приводит таблицу, содержащую информацию о роскошном образе жизни должника в 2018 г. Кассатор также указывает на то, что выводы суда об отсутствии доказательств уклонения должника от предоставления информации и сокрытии от конкурсной массы имущества денежных средств – противоречат как собственным выводам апелляционного суда, так и материалам дела. Выводы о том, что ни ФИО1, ни подконтрольные ему предприятия заемных средств не получали и о том, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что на счета должника и общества с ограниченной ответственностью «Покровский Завод Металлоконструкций» (далее – общество «Покровский Завод Металлоконструкций»), руководителем которого он является, поступали денежные средства, полученные обществом с ограниченной ответственностью «Уралэлектрострой» (далее – общество «Уралэлектрострой») по кредитному договору, о невыявлении каких-либо сделок – не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. В обоснование доводов Банк обращает внимание на то, что он представил в материалы дела подробные пояснения, анализ выписок.

Кроме того, кредитор указывает на то, что выводы суда апелляционной инстанции о возможности неосвобождения должника от части конкретного обязательства, включенного в реестр требований кредиторов, противоречат абзацу второму пункта 3 и абзацу четвертому  пункта 4 статьи 21328 Закона о банкротстве.

В отзыве на кассационную жалобу кредитора ФИО1 ссылается на необоснованность изложенных доводов Банка, просит отказать в удовлетворении кассационной жалобы кредитора.

Должник в кассационной жалобе просит определение суда от 08.06.2023 и постановление суда от 06.09.2023 отменить в части неосвобождения от исполнения обязательств, принять новый судебный акт, применив в отношении него положения пункта 3 статьи 21328 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств перед кредиторами. ФИО1 утверждает, что вывод апелляционного суда о сокрытии им 99 000 000 руб. противоречит иным его выводам. По мнению кассатора, денежные перечисления, совершенные должником до момента прекращения исполнения основанным должником своих обязательств по кредитному договору со Сбербанком, правового значения не имеют, поскольку до указанного момента обязанности у ФИО1 как поручителя оплачивать задолженность не возникло. Со ссылкой на выписки по счету Банка ВТБ (публичное акционерное общество) (далее – Банк ВТБ), которые ранее были представлены в дело при рассмотрении вопроса о возможности выезда за границу, должник указывает на то, что он закрывал некоторые счета до момента возникновения у ФИО1 как поручителя обязанности погасить задолженность. По мнению кассатора, в действиях должника отсутствуют признаки необоснованного вывода денежных средств. ФИО1 отмечает, что согласно техническим особенностям мастер-счета (Банк ВТБ), одна и та же сумма может отображаться как поступление несколько раз – при переоформлении вклада.

Законность обжалуемых судебных актов проверена кассационным судом в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационных жалоб.

Как следует из материалов дела и установлено судами, финансовым управляющим представлен итоговый отчет о своей деятельности и о результатах проведенных мероприятий в рамках процедуры реализации имущества гражданина, составлено заключение об отсутствии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства, сделаны выводы о невозможности восстановления платежеспособности должника.

Финансовым управляющим сформирован реестр требований кредиторов должника в размере 1 708 897 980,34 руб., который погашен на сумму 5 158 890,79 руб. (0,3%); текущие расходы составили 329 796,83 руб., которые погашены на сумму 326 586,66 руб.

Кредиторы первой и второй очередей отсутствуют. В третью очередь реестра включены требования двух кредиторов: Сбербанка в сумме 1 707 892 326,05 руб., Банка ВТБ – 1 005 654,29 руб. Требование общества «Покровский Завод Металлоконструкций» в сумме 1 015 700 руб. признано судом обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов включенных в реестр.

В конкурсную массу поступили 2 799 200 руб., из них перечислено должнику 212 565 руб. (прожиточный минимум).

С целью выявления имущества и имущественных прав должника финансовым управляющим в установленном порядке направлены запросы в регистрирующие органы и кредитные учреждения, проведена опись имущества должника, проведен анализ финансового состояния должника, по результатам которой в конкурсную массу включено имущество (доля в размере 20% уставного капитала номинальной стоимостью 20 000 руб. в обществе с ограниченной ответственностью «Покровский завод многогранных опор» (далее – общество «Покровский завод многогранных опор»), автомобиль марки Land Rover модели Range Rover 2013 г.в., право требования (дебиторская задолженность) к ФИО7 в сумме 565 585,82 руб., 2 100 000 руб.), по результатам реализации которого в конкурсную массу поступило 6 000 009,71 руб., включая заработную плату должника в период трудоустройства.

Должник в зарегистрированном браке не состоит. Брак с ФИО8 расторгнут 27.08.2019. Несовершеннолетних детей на иждивении ФИО1 не имеет.

Ссылаясь на то, что все возможные мероприятия реализации имущества должника окончены и дальнейшие мероприятия, которые могли бы привести к пополнению конкурсной массы, отсутствуют, финансовый управляющий ФИО6 обратилась с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества ФИО1 и освобождении должника от обязательств.

Конкурсный кредитор – Сбербанк возражал против применения к должнику правил об освобождении от обязательств, ссылаясь на сокрытие должником от конкурсной массы 99 000 000 руб., источника существования и оплаты аренды квартиры, ведение роскошного образа жизни в период его неплатежеспособности, а также заключения сделки по отчуждению транспортного средства.

Иными кредиторами возражений относительно освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств не заявлено.

Удовлетворяя ходатайство финансового управляющего о завершении процедуры реализации имущества гражданина, суды исходили из того, что управляющим проведены все необходимые мероприятия, предусмотренные в процедуре банкротства, конкурсная масса должника сформирована, распределена пропорционально между конкурсными кредиторами, а дальнейшие мероприятия, которые могли бы привести к пополнению конкурсной массы, отсутствуют. В части завершения реализации имущества гражданина судебные акты не обжалуются и судом округа в указанной части не пересматриваются.

Разрешая в связи с завершением процедуры реализации вопрос о наличии либо отсутствии оснований для освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, суды исходили из следующего.

В силу пункта 3 статьи 21328 Закона о банкротстве, после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедур банкротства.

По общему правилу, обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Институт банкротства граждан предусматривает иной – экстраординарный – механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, – списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина – предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности.

Предусмотренные Законом о банкротстве условия, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств (пункты 4, 5 статьи 21328 Закона о банкротстве), все без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывавшему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов.

Проверка добросовестности осуществляется как при наличии обоснованного заявления стороны спора, так и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались. При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы четвертый - пятый пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В процедурах банкротства гражданин-должник обязан предоставить информацию о его финансовом положении, в том числе сведения о его имуществе с указанием его местонахождения, об источниках доходов, о наличии банковских и иных счетов и о движении денежных средств по ним (пункт 3 статьи 2134, пункт 6 статьи 2135 Закона о банкротстве). Неисполнение данной обязанности, с одной стороны, не позволяет оказать гражданину действенную и эффективную помощь в выходе из кризисной ситуации через процедуру реструктуризации долгов, а с другой – создает препятствия для максимально полного удовлетворения требований кредиторов, свидетельствует о намерении получить не вытекающую из закона выгоду за счет освобождения от обязательств перед кредиторами.

Подобное поведение неприемлемо для получения привилегий посредством банкротства, поэтому непредставление гражданином необходимых сведений (представление заведомо недостоверных сведений) является обстоятельством, препятствующим освобождению гражданина от обязательств (абзац третий пункта 4 статьи 21328 Закона о банкротстве). Исключения могут составлять случаи, если должник доказал, что информация не была раскрыта ввиду отсутствия у него реальной возможности ее предоставить, его добросовестного заблуждения в ее значимости или информация не имела существенного значения для решения вопросов банкротства.

Если должник при возникновении или исполнении своих обязательств, на которых конкурсный кредитор основывал свое требование, действовал незаконно (пытался вывести активы, совершил мошенничество, скрыл или умышленно уничтожил имущество и т.п.), то в силу абзаца четвертого пункта 4 статьи 21328 Закона о банкротстве эти обстоятельства также лишают должника права на освобождение о долгов, о чем указывается судом в судебном акте. 

Как указано в пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», целью положений пункта 4 статьи 21328 Закона о банкротстве является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанная норма направлена на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

В пунктах 43, 44 того же постановления разъяснено, что обстоятельства, связанные с сокрытием должником необходимых сведений могут быть установлены судом на любой стадии дела о банкротстве должника в любом судебном акте, при принятии которого данные обстоятельства исследовались судом и были отражены в его мотивировочной части, а совершение должником иных противоправных действий может подтверждаться обстоятельствами, установленными как в рамках любого обособленного спора по делу о банкротстве должника, так и в иных делах.

При рассмотрении дела судами установлено, что вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Оренбургской области от 16.09.2021 установлен факт расходования должником со своих счетов, открытых в Банке ВТБ, и сокрытия от конкурсной массы 99 000 000 руб., ведение роскошного образа жизни в период неплатежеспособности должника. Так, при рассмотрении вопроса об ограничении права выезда ФИО1 за пределы Российской Федерации судом был установлен факт расходования должником на протяжении всего 2018 г. (в предбанкротный) значительных сумм денежных средств со счета карты Банка ВТБ за пределами территории Российской Федерации (в городах Рим, Прага, Дубай, Мельндаль, Ницца, Монако, Санремо) – оплачивал проживание в отелях, дорогостоящие покупки, позволяющие прийти к выводу о ведении роскошного образа жизни должником. В период 2018-2019 г. расходы ФИО1 составили 99 000 000 руб. Денежные средства были обналичены, между тем в период процедуры банкротства в конкурсную массу не внесены.

При рассмотрении названного спора судом сделан вывод, что на момент наличия столь значительной суммы кредиторской задолженности перед банками должник расходовал имеющиеся на его расчетных (карточных) счетах денежные средства, не принимая при этом мер к погашению кредиторской задолженности, напротив, осуществляя действия по выводу ликвидного имущества, на которое могло быть обращено взыскание в пользу кредиторов.

Судом отмечено, что ФИО1 лично принимал участие в указанном обособленном споре (явился только на одно судебное заседание за 4 года), однако так и не смог дать пояснения суду и кредитору относительно вышеизложенных обстоятельств дела, при этом участие должника в судебном заседании было обусловлено не стремлением последнего способствовать удовлетворению требований кредиторов и содействовать финансовому управляющему в ходе процедуры банкротства, а желанием сохранить возможность выезжать за пределы территории Российской Федерации.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Оренбургской области от 09.04.2021 также установлен факт сокрытия от суда и кредиторов источника существования должника в период процедуры банкротства и источника оплаты аренды квартиры в Московской области. Так, в декабре 2020 г. ФИО1 обратился в суд с ходатайством об исключении из конкурсной массы должника ежемесячно денежных средств в сумме 30 000 руб. на аренду жилья в Истринском районе Московской области, начиная с 23.05.2020. В удовлетворении ходатайства судом отказано, ввиду его необоснованности, непредставления пояснений относительно необходимости аренды квартиры в Московской области при наличии жилья в г. Оренбурге, доказательств наличия источника дохода позволяющего исключить заявленную сумму арендной платы, и, как следствие, нарушающего баланс прав и законных интересов должника и кредиторов.

При рассмотрении обособленного спора судом констатировано, что источник своего существования, за счет которого до настоящего времени обеспечивалась оплата найма жилья, ФИО1 не раскрыт перед кредиторами и судом, обеспечивающим контроль над процедурой банкротства с целью соблюдения прав и законных интересов лиц, участвующих в деле, и обеспечения их баланса.

Кроме того, вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Оренбургской области от 30.04.2021 установлен факт совершения ФИО1 сделки по отчуждению автомобиля марки Range Rover стоимостью 6 000 000 руб. При рассмотрении спора суды пришли к выводу, что оспариваемая сделка, последовательно оформленная путем заключения договоров между ФИО1 и ФИО9, ФИО9 и обществом «Покровский завод многогранных опор», является недействительной на основании пункта 2 статьи 170 Российской Федерации, поскольку фактически совершенной с целью прикрытия сделок по отчуждению ФИО1 имущества (выводу активов) в собственность общества «Покровский завод многогранных опор», являющегося заинтересованным по отношению к должнику лицом.

Учитывая изложенные недобросовестные действия (бездействие) должника – попытки сокрытия имущества путем заключения притворных сделок, необоснованного получения за счет конкурсной массы денежных средств на аренду жилья за прошлые периоды, непредставление информации о нахождении обналиченных денежных средств, об источнике своего существования, с учетом обстоятельств конкретного дела суд первой инстанции пришел к выводу, что подобное поведение неприемлемо для получения привилегий посредством банкротства и является обстоятельством, препятствующим освобождению гражданина от обязательств (абзац третий пункта 4 статьи 21328 Закона о банкротстве) и не усмотрел основания для освобождения ФИО1 от обязательств перед кредиторами.

Повторно рассмотрев спор, суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции относительно размера обязательств, по которым должник не освобождается, не согласился.

Не применяя в отношении должника положения пункта 3 статьи 21328 Закона о банкротстве в отношении обязательства в сумме 99 000 000 руб., суд апелляционной инстанции исходил из того, что задолженность ФИО1 перед Банком возникла на основании поручительства за юридическое лицо – общество «Уралэлектрострой». Так, судом учтено, что ФИО1 с 27.11.2012 до 24.05.2013 являлся 50% и с 24.05.2013 по 25.12.2020 (дата продажи доли с торгов в настоящей процедуре банкротства) являлся 20% участником указанного общества. Оставшиеся 50% и 80% соответственно долей в уставном капитале на протяжении 6 лет принадлежали ФИО10.

Общество «Покровский завод многогранных опор» входило в группу компаний», участником и бенефициаром которого являлся ФИО10 В производственной цепочке по строительству объектов электроэнергетики, заказчиками по которым являлось публичное акционерное общество «Индекс Энергетики - ФСК ЕЭС», акционерное общество «Центр инжиниринга и управления строительством единой энергетической системы», помимо головного предприятия/подрядчика – общества «Уралэлектрострой» в качестве субподрядчиков выступало общество «Покровский завод многогранных опор», а также следующие общества: общества с ограниченной ответственностью «Покровский Завод Металлоконструкций», «Уралтранспортстрой», «Оренбургский Завод Промышленного Цинкования», акционерное общество «Покровский авторемонтный завод».

Между Банком и обществом «Уралэлектрострой» заключены 2 договора об открытии невозобновляемых целевых кредитных линий от 26.06.2015 с лимитом 800 150 000 руб., от 03.08.2015 с лимитом 3 998 000 000 руб., в обеспечение которых было предоставлено поручительство ФИО1 (договор поручительства от 26.06.2015 № 105, дополнительное соглашения к нему от 15.12.2016 и 29.11.2017; договор поручительства от 03.08.2015, дополнительные соглашения к нему от 15.12.2016 и 16.04.2018), а также поручительство, залог и ипотека от иных лиц.

Решением Ленинского районного суда г. Оренбурга от 30.08.2018 с ФИО1, ФИО10, обществ «Покровский Завод Металлоконструкций», «Покровский завод многогранных опор», «Покровский авторемонтный завод», «Оренбургский Завод Промышленного Цинкования» взыскана сумма задолженности по кредитным договорам в сумме 6 355 697 954,45 руб., госпошлина в размере 66 000 руб., обращено взыскание на заложенное имущество (судебный акт вступил в законную силу 05.10.2018).

Судом апелляционной инстанции принято во внимание, что каких-либо доказательств того, что переданные обществу «Уралэлектрострой» денежные средства были злонамеренно выведены на должника, в материалы настоящего дела не представлено, данное обстоятельство также не установлено судом в рамках дела о банкротстве общества «Уралэлектрострой», контролирующим лицом которого являлся ФИО10; вина ФИО1 в доведении предприятия до банкротства не установлена. На момент заключения обществом «Уралэлектрострой» кредитного договора и договора поручительства ФИО1 являлся директором другого поручителя – общества «Покровский завод многогранных опор». При этом ни должник, ни подконтрольное ему предприятие заемных средств не получали, указаний обществу «Уралэлектрострой» по распоряжению данными средствами не давали, обратного не установлено.

Суд учел, что некоторые счета должника были закрыты задолго до возникновения обязательств ФИО1 по договорам поручительства и вынесения решения судом общей юрисдикции. Из выписок по остальным счетам следует, что большая сумма денежных средств образовалась вследствие закрытия одних банковских счетов и перенесения остатка денежных средств на другие, начисления процентов по банковским вкладам, поступление заработной платы, перечисления денежных средств на покупку ценных бумаг, частичного погашения задолженности и др.

Приняв во внимание все вышеизложенные установленные обстоятельства, по результатам исследования и оценки в совокупности всех представленных в материалы дела доказательств, учитывая обстоятельства возникновения задолженности ФИО1 перед кредиторами, в отсутствие доказательств получения должником заемных денежных средств по кредитным договорам, а также обстоятельства, установленные в рамках дела о банкротстве общества «Уралэлектрострой», принимая во внимание установленный факт расходования ФИО1 на протяжении всего 2018 г. денежных средств на сумму 99 000 000 руб., которые были сокрыты от конкурсной массы, должником при этом не приняты меры к частичному погашению кредиторской задолженности при наличии финансовой возможности, суд апелляционной инстанции определил размер неподлежащей освобождению от исполнения обязательства в сумме 99 000 000 руб.

Как разъяснено в пунктах 45, 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце.

Верховным Судом Российской Федерации в определении от 19.04.2021 № 306-ЭС20-20820 также сформулирован правовой подход о недопустимости использования института банкротства для необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств.

По результатам рассмотрения кассационных жалоб должника и Банка, изучения материалов дела, суд округа считает, что судом апелляционной инстанции все приведенные сторонами спора доводы и доказательства исследованы и оценены, обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения рассматриваемого спора, определены верно, нормы законодательства о потребительском банкротстве применены правильно, выводы апелляционного суда о применении нормы права соответствуют установленным ими обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта, не допущено.

Доводы кассационной жалобы должника (о необоснованности вывода суда о сокрытии должником 99 000 000 руб., отсутствии в спорный период у должника как поручителя задолженности перед Банком и др.) судом округа рассмотрены и отклоняются, поскольку являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций. Из мотивировочной части судебных актов следует, что суды не усмотрели оснований для применения правил об освобождении исходя из недобросовестного поведения должника, установленного вступившими в законную силу судебными актами (факты сокрытия имущества, непредставления сведений, непринятие мер по погашению (частичному) задолженности при наличии финансовой возможности), препятствующим освобождению гражданина от обязательств.  Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Иная оценка заявителем жалобы фактических обстоятельств дела, а также иное толкование им положений закона не свидетельствуют о существенных нарушениях судами норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела, и не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Ссылка Банка на невозможность освобождения должника от части конкретного обязательства, включенного в реестр требований кредиторов, судом округа рассмотрена и отклоняется в связи со следующим.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал, что вводимые федеральным законодателем ограничения должны обеспечивать достижение конституционно значимых целей и не быть чрезмерными; принцип соразмерности (пропорциональности) санкции совершенному правонарушению, относящийся к числу общепризнанных принципов права, нашедших отражение в Конституции Российской Федерации, предполагает дифференциацию ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, учет степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении нормы.

В рассматриваемом случае размер включенных в реестр требований кредиторов в сумме 1 707 892 326,05 руб., в сопоставлении с последствиями совершенного должником недобросовестного деяния (сокрытие-расходование денежных средств в сумме 99 000 000 руб.) очевидно превышает допустимый с точки зрения принципов равенства и справедливости предел и тем самым ведет к нарушению статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, а в конечном счете – к нарушению ее статьи 21, гарантирующей охрану государством достоинства личности и не допускающей наказаний, унижающих человеческое достоинство.

Определяя состав и размер обязательств, от которых должник не подлежит дальнейшему освобождению, суд апелляционной инстанции учел цели  процедуры потребительского банкротства – обеспечение социальной реабилитации гражданина, укрепление законности и предупреждение правонарушений в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, в том числе путем осуществление судом контроля за соблюдением законодательства о банкротстве, пресечение недобросовестных практик ведения бизнеса – а также критерий соразмерности неисполненного (размер реестра требований кредиторов) обязательства и тех негативных последствий, которые причинены кредиторам недобросовестным поведением должника.

Утверждение кредитора о том, что выводы апелляционного суда противоречат материалам дела, имеются основания для неприменения к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств в полном объеме – отклоняются судом округа как противоречащие описательной и мотивировочной части обжалуемого постановления; итоговые выводы апелляционного суда доводами кассационной жалобы Банка не опровергаются.

Иные доводы, изложенные в кассационных жалобах, судом округа отклоняются, поскольку являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, выводов судов не опровергают, о нарушении судами норм права не свидетельствуют и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявители фактически ссылаются не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражают несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, и просят еще раз пересмотреть вопрос о наличии/отсутствии оснований для применения положения пункта 3 статьи 21328 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется; поскольку постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.09.2023 определение суда первой инстанции изменено, постановление суда апелляционной инстанции подлежит оставлению без изменения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.09.2023 по делу № А47-13210/2019 оставить без изменения, кассационные жалобы ФИО1 и публичного акционерного общества «Сбербанк»  – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 2911 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                               О.Н. Новикова 

 

Судьи                                                                            О.Г. Кочетова 

 

                                                                                             В.В. Плетнева