, №АП-12467/2023

Дело № А72-10316/2018

г. Самара

03 ноября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 30 октября 2023 года

Постановление

 в полном объеме изготовлено 03 ноября 2023 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Машьяновой А.В., 

судей Гадеевой Л.Р., Гольдштейна Д.К., 

при ведении протокола судебного заседания до перерыва секретарем ФИО1, после перерыва секретарем ФИО2, 

с участием до и после перерыва:

от ФНС - ФИО3, доверенность от 05.09.2023,

от ФИО4 - ФИО5, доверенность от 09.03.2023,

иные лица не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании 30 октября 2023 года в помещении суда в зале №2 апелляционные жалобы ФИО4, УФНС по Ульяновской области и конкурсного управляющего ФИО6 на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 28 июня 2023 года, вынесенное по результатам рассмотрения заявления уполномоченного органа о взыскании убытков с контролирующего должника лица

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «АвтоПромЭко».

УСТАНОВИЛ:

03.07.2018 ООО «РОС ЭКО» обратилось в Арбитражный суд Ульяновской области с заявлением о признании ООО «АвтоПромЭко» несостоятельным (банкротом) и введении в отношении него процедуры наблюдения.

Определением от 10.07.2018 заявление принято судом к производству, назначено судебное заседание.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 22.10.2018 (резолютивная часть оглашена 15.10.2018) в отношении ООО «АвтоПромЭко» введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим должника утвержден ФИО7, член Саморегулируемой межрегиональной общественной организации «Ассоциация антикризисных управляющих».

Сообщение о введении процедуры наблюдения в отношении должника опубликовано 27.10.2018 в газете «КоммерсантЪ» №198.

Решением от 04.02.2019 (резолютивная часть оглашена 28.01.2019) процедура наблюдения в отношении ООО «АвтоПромЭко» завершена, ООО «АвтоПромЭко» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство сроком на 6 месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО7 – член Саморегулируемой межрегиональной общественной организации «Ассоциация антикризисных управляющих».

Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) опубликовано 09.02.2019 в газете «КоммерсантЪ» №24.

Определением от 04.12.2020 суд удовлетворил заявление ФИО7, освободил арбитражного управляющего ФИО7 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «АвтоПромЭко», утвердил конкурсным управляющим ООО «АвтоПромЭко» арбитражного управляющего ФИО8 – члена Саморегулируемой межрегиональной общественной организации «Ассоциация антикризисных управляющих» (адрес: 443072, 

<

...> км).

Определением от 28.01.2022 срок конкурсного производства в отношении должника продлен до 28.04.2022.

01.02.2022 в Арбитражный суд Ульяновской области посредством почтового отправления поступило заявление ФНС России в лице УФНС России по Ульяновской области о взыскании в конкурсную массу ООО «АвтоПромЭко» с бывшего руководителя должника ФИО4 убытков в размере 24 967 980 руб. 30 коп. из них: 23 923 113 руб. 46 коп. - перечислено денежных средств с расчетного счета должника на счета контрагентов, в отсутствие с ними взаимоотношений, 1 044 866 руб. 84 коп. (180 134 руб. 40 коп. – штраф, 864 732 руб. 44 коп. – пени) – начисленные обязательства по результатам проведения выездной налоговой проверки. (с учетом принятого определением суда от 30.05.2022 в порядке ст. 49 АПК РФ уточнения заявленных требований).

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 28.06.2023 заявление уполномоченного органа, удовлетворено частично.

Взыскано с ФИО4 (08.10.1959г.р., место рождения: гор. Жигулевск Куйбышевской обл.) в пользу ООО «АвтоПромЭко» убытки в размере 1 044 866 руб. 84 коп.

В оставшейся части заявление уполномоченного органа, оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, ФИО4, УФНС по Ульяновской области и конкурсный управляющий ФИО6 обратились в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт.

В обоснование жалоб заявители ссылается на нарушение судом первой инстанции  при вынесении обжалуемого судебного акта положений ст. 270 АПК РФ.

Исходя из разъяснений, данных Пленумом Верховного Суда РФ в пункте 25 постановления от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", при применении положения части 2 статьи 261 АПК РФ об определении времени и места судебного заседания арбитражным судам следует иметь в виду, что апелляционные жалобы на один судебный акт могут быть поданы несколькими участвующими в деле лицами в течение всего срока, установленного для подачи жалобы. С учетом этого обстоятельства, а также того, что апелляционная жалоба может быть подана в последний день срока на апелляционное обжалование, в определении о принятии жалобы к производству указывается дата судебного заседания, которое не может быть назначено ранее истечения срока на подачу апелляционной жалобы.

Все апелляционные жалобы, поданные на один судебный акт, должны назначаться к рассмотрению в одном судебном заседании.

Срок рассмотрения апелляционной жалобы, установленный статьей 267 Кодекса, исчисляется со дня поступления в арбитражный суд последней апелляционной жалобы на обжалуемый судебный акт.

Учитывая данные разъяснения, определениями Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.07.2023 и от 07.08.2023  апелляционные жалобы приняты к производству, судебное заседание с учетом отложения назначено на 23.10.2023.

Информация о принятии апелляционных жалоб к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

11.08.2023 от уполномоченного органа в материалы дела поступил письменный отзыв по существу апелляционной жалобы ФИО4

18.09.2023 от ФИО4 в материалы дела поступил письменный отзыв по существу апелляционной жалобы уполномоченного органа.

Указанные документы приобщены судом к материалам апелляционного производства в порядке ст. 262 АПК РФ.

Председательствующим в судебном заседании 23.10.2023 в порядке ст. 163 АПК РФ объявлен перерыв до 30.10.2023 до 12 час. 30 мин., зал N 2, информация о котором размещена в электронной картотеке арбитражных дел (kad.arbitr.ru).

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.10.2023 в связи с нахождением в очередном отпуске судьи Львова Я.А. в судебном составе, рассматривающем настоящие апелляционные жалобы, произведена его замена на судью Гольдштейна Д.К.

После замены судьи рассмотрение апелляционных жалоб начато с самого начала.

После перерыва судебное заседание было продолжено 30.10.2023 в измененном составе суда.

25.10.2023 от уполномоченного органа в материалы дела поступили дополнительные письменные пояснения.

30.10.2023 от ФИО4 в материалы дела поступили письменные возражения на дополнительные пояснения уполномоченного органа.

Указанные документы приобщены судом к материалам апелляционного производства в порядке ст. 262 АПК РФ.

В ходе судебного заседания представитель уполномоченного органа поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме.

Представитель ФИО4 поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме, возражал по существу апелляционных жалоб уполномоченного органа и конкурсного управляющего.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Судебная коллегия считает, что материалы дела содержат достаточно доказательств для рассмотрения апелляционной жалобы по существу. Каких-либо доказательств затруднительности или невозможности своевременного ознакомления с материалами дела в электронном виде в системе "Картотека арбитражных дел" сети Интернет, лицами, участвующими в деле, представлено не было. Отсутствие отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих  в деле, по мнению суда апелляционной инстанции, не влияет на возможность рассмотрения апелляционной жалобы по существу.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд усматривает основания для изменения обжалуемого судебного акта по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела, при вынесении обжалуемого определения суд первой инстанции исходил из следующих обстоятельств.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в период с 19.08.2015 по 28.01.2019 (дата оглашения резолютивной части решения о признании должника банкротом) руководителем ООО «АвтоПромЭко» являлся ФИО4.

В отношении ООО «АвтоПромЭко» уполномоченным органом была проведена выездная налоговая проверка за период с 01.01.2014 по 31.12.2016.

По результатам выездной налоговой проверки на предмет правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов и сборов, Инспекцией Федеральной налоговой службы по Заволжскому району г. Ульяновска (далее - ИФНС России по Заволжскому району г. Ульяновска) принято решение о привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения от 27.04.2018 N 13-24/5, которым ООО «АвтоПромЭко» доначислены суммы неуплаченных налогов - на добавленную стоимость (далее - НДС) в размере 3 933 176,00 руб. за 2015 - 2016 года; ООО «АвтоПромЭко» привлечено к налоговой ответственности в виде штрафа по пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) в размере 393 317,60 руб., по статьям 123, 126 НК РФ - 180 134,40 руб., кроме того ООО «АвтоПромЭко» начислены пени за каждый календарный день просрочки исполнения обязанности по уплате налогов в общей сумме 864 732,44 руб.

Выездной налоговой проверкой установлен факт применения ООО «АвтоПромЭко» в 2015 - 2016 гг. "схемы" ухода от налогообложения при применении вычетов по НДС, по товарам, приобретенным по документам у недобросовестных поставщиков ООО «Универсал», ИНН 

<

***>, ООО «Авеста», ИНН 

<

***>, ООО «Миравто», ИНН 

<

***>, ООО «Гараж», ИНН 

<

***>, ООО «Мосавто», ИНН,6320015046, ООО «Моторс», ИНН 

<

***>, ООО «Спецавто», ИНН 

<

***>, ООО «Бригадир», ИНН 

<

***>, ООО «Ремснаб», ИНН 

<

***>, что привело к умышленной неуплате в бюджет НДС в сумме 3 933 176,00 руб.

Решение ИФНС России по Заволжскому району г.Ульяновска от 27.04.2018 N 13-24/5 должником было обжаловано в Арбитражный суд Ульяновской области.

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 13.05.2019 по делу №А72-1375/2019 указанное решение налогового органа признано недействительным в части привлечения к налоговой ответственности (начисления штрафа) по п. 3 ст. 122 НК РФ.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.09.2019 по делу №А72-1375/2019 решение Арбитражного суда Ульяновской области от 13.05.2019 по делу №А72-1375/2019 - оставлено в силе.

Уполномоченный орган, полагая, что установленные решением от 27.04.2018 N 13-24/5 обстоятельства свидетельствуют о наличии всех необходимых условий для привлечения ФИО4 к ответственности в виде взыскания убытков, обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

ФИО4 заявление уполномоченного органа не признавал, считает, что заявитель пропустил срок исковой давности на обращение с заявлением о взыскании с него убытков.

Согласно пункту 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве, в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

В силу пункта 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника в числе прочих уполномоченным органом.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. 

Следовательно, исковая давность не может течь до появления у потерпевшего права на иск, а право на иск не возникает ранее момента, в который истец должен был узнать о нарушении ответчиком защищаемого этим иском права.

Появление у лица, право которого нарушено, права на иск закон связывает с реальной или потенциальной осведомленностью этого лица о нарушении своего права и о надлежащем ответчике по иску о защите этого права. С этого момента согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации по общему правилу начинает течь срок исковой давности.

Согласно пункту 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве, заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Как разъяснено в пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее также – Постановление №53), предусмотренный абзацем первым пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности).

При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (например, ранее введения первой процедуры банкротства, возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, прекращения производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом).

Аналогичные разъяснения содержатся в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2018), утвержденного Президиумом ВС РФ 04.07.2018.

Как следует из материалов дела, требования уполномоченного органа по обязательным платежам должника, включены в реестр требований кредиторов в размере 4 528 386 руб. 09 коп., в том числе, 2 858 833 руб. – основной долг, 1 084 954 руб. 99 коп. – пени, 584 597 руб. 35 коп. – штраф.

Из материалов дела также усматривается, что в конкурсную массу должника были включены активы общей стоимостью 33 047 165 руб. 73 коп.

Инвентаризация имущества должника завершена конкурсным управляющим 26.04.2019, о чем составлена инвентаризационная опись товарно-материальных ценностей, а также акт инвентаризации расчетов с покупателями, поставщиками и прочими дебиторами и кредиторами.

Согласно проведенной оценке имущества должника рыночная стоимость имущества составила 19 000 000,00 руб.

13.04.2020 на ЕФРСБ конкурсным управляющим размещена информация о проведении торгов имуществом должника посредством публичного предложения, которые признаны состоявшимися, победителем торгов признан ФИО9 с ценой предложения 1 000 000 руб. Указанные денежные средства поступили в конкурсную массу и распределены на погашение текущей задолженности первой очереди.

Таким образом, суд приходит к выводу, что в рассматриваемом случае моментом осведомленности уполномоченного органа о факте причинения убытков следует считать момент, когда уполномоченному органу стало известно о недостаточности имущества должника, вошедшего в конкурсную массу, для погашения своих требований, т.е. в момент размещения конкурсным управляющим сообщения о завершении реализации имущества должника – 13.04.2020.

Соответственно трехлетний срок исковой давности в рассматриваемом случае подлежит исчислению с указанной даты.

Уполномоченный орган же обратился в арбитражный суд с заявлением о взыскании убытков 27.01.2022 (посредством почтового отправления), т.е. в пределах указанного срока исковой давности.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Пунктом 2 статьи 44 Федеральный закон от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" также предусмотрено, что члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

В соответствии с пунктом 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 ГК РФ).

При обращении с заявлением о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.04.2011 N 15201/10).

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица (абзац 3 пункта 1 Постановления N 62).

В пункте 1 и подпункте 1 пункта 2 постановления N 62 разъяснено, что лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д.), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

В случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора, понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора (абзац 1 пункта 4 Постановление N 62).

Согласно пункта 4, 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Постановление N 62), добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц.

В абзаце 2 пункта 4 и абзаце 1 пункта 5 Постановления N 62 разъяснено: при обосновании добросовестности и разумности своих действий (бездействия) директор может представить доказательства того, что квалификация действий (бездействия) юридического лица в качестве правонарушения на момент их совершения не являлась очевидной, в том числе по причине отсутствия единообразия в применении законодательства налоговыми, таможенными и иными органами, вследствие чего невозможно было сделать однозначный вывод о неправомерности соответствующих действий (бездействия) юридического лица. В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Так же, в силу приведенных норм и разъяснений руководитель несет ответственность за деятельность общества в тот период, когда он фактически осуществлял руководство им. Презюмируется, пока не доказано обратное, что руководитель располагает всей информацией о сделках, заключенных обществом в его лице, и об исполнении этих сделок.

Таким образом, исходя из указанных выше положений, суд указал, что ФИО4, являясь руководителем ООО «АвтоПромЭко» в проверяемый налоговым органом период, должен был действовать в интересах данного лица добросовестно и разумно, на ФИО4, как на бывшем директоре общества - лице, осуществлявшем распорядительные и иные, предусмотренные законом и учредительными документами функции, - лежит бремя опровержения вины в его действиях (бездействии), следствием которых являются убытки.

Из содержания пункта 4 указанной статьи 110 НК РФ следует, что вина организации в совершении налогового правонарушения определяется в зависимости от вины ее должностных лиц либо ее представителей, действия (бездействие) которых обусловили совершение данного налогового правонарушения.

В качестве убытков, понесенных обществом, уполномоченным органом предъявлены сумма перечислений денежных средств на счета контрагентов в отсутствии хозяйственных взаимоотношений с ними – 23 923 113 руб. 46 коп., а также сумма пеней и штрафных санкций, начисленных по результатам налоговой проверки и признанных обоснованными в результате обжалования решения судом – 1 044 866 руб. 84 коп.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается уполномоченный орган, при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров, а также при рассмотрении в общеисковом порядке споров, связанных с делом о банкротстве.

Согласно пп. 1 - 2, п. 3 ст. 3 НК РФ законодательство о налогах и сборах основывается на признании всеобщности и равенства налогообложения, недопустимости дискриминационного налогообложения. Налоги должны иметь экономическое основание и не могут быть произвольными.

При этом лицо, претендующее на изменение срока уплаты налога и (или) сбора, вправе подать заявление о предоставлении отсрочки или рассрочки и (или) заявление о предоставлении инвестиционного налогового кредита (пункт 3.1 статьи 61, пункты 2 и 12 статьи 64 НК РФ).

Доказательств того, что у должника имелись объективные препятствия для уплаты указанных выше налогов и обязательных платежей, которые бы свидетельствовали об отсутствии вины директора, ответчиком не представлено.

В силу статей 3, 9, 23 и 24 НК РФ, а также пункта 1 статьи 6 Федерального закона от 21.11.1996 3 129-ФЗ "О бухгалтерском учете" (действовавшего в спорный период) обязанность по надлежащему и достоверному ведению бухгалтерского учета и составлению бухгалтерской отчетности, в том числе с целью правильного исчисления, установленных законом налогов и иных обязательных платежей, а также обязанность юридического лица по своевременной уплате налоговых платежей возложена именно на его руководителя. Ответственность за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций несут руководители организаций.

При разрешении спора об убытках, основанного на нарушении обществом требований налогового законодательства, следует установить именно те субъективные и (или) объективные обстоятельства, существовавшие в спорный период, которые бы подтверждали, либо опровергали виновное поведение руководителя в допущенных нарушениях, как того требуют разъяснения, данные в пункте 1 постановления N 62.

При определении неразумного поведения директора, судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

Взыскание убытков является одной из форм гражданско-правовой ответственности, направленной исключительно на восстановление нарушенных имущественных прав, на сохранение баланса прав и законных интересов субъектов гражданского правоотношения с учетом принципа справедливости.

Таким образом, исследовав доказательства, представленные в материалы настоящего обособленного спора, в порядке статьи 71 АПК РФ, суд пришел к выводу о том, что ФИО4 не принято мер для исполнения возглавляемым им юридическим лицом публично-правовой обязанности по уплате обязательных платежей, что повлекло за собой негативные последствия в виде начисления по результатам проверки пеней и штрафных санкций, которые составляют убытки должника.

Доказательств обратному суду не представлено.

Нарушение срока уплаты налога является основанием для начисления пени в соответствии со статьей 75 Налогового кодекса Российской Федерации.

Занижение налоговой базы общества, иное неправильное исчисление налога или другие неправомерные действия (бездействия) влекут привлечение налогоплательщика к налоговой ответственности в виде наложения штрафа в соответствии со ст. ст. 122, 123, 126 Налогового кодекса РФ.

Таким образом, суд приходит к выводу, что поскольку в результате ненадлежащего исполнения норм Налогового кодекса РФ по уплате обязательных платежей, у должника возникло обязательство по оплате начисленных пеней и штрафа, следует признать, что действиями ФИО4 должнику причинены убытки в размере 1 044 866, 84 руб., которые в силу статей 15, 53, 53.1 Гражданского кодекса РФ, подлежат возмещению ООО «АвтоПромЭко» контролирующим должника лицом.

Суд полагает, что самого факта возникновения у должника в результате неразумных и недобросовестных действий его руководителя обязанности понести расходы (оплатить доначисленные пени и санкции) достаточно для целей признания факта причинения должнику ущерба в размере такого обязательства.

В то же время заявленные требования в части взыскания с ФИО4 убытков в виде сумм перечислений денежных средств на счета контрагентов в отсутствие хозяйственных взаимоотношений с ними в размере 23 923 113 руб. 46 коп. суд признал необоснованными в силу следующего.

Требуя взыскать убытки по данному эпизоду, уполномоченный орган указывал, что по результатам проверки установлено, что должностным лицом ООО «АвтоПромЭко» ФИО4 в 2015 - 2016 г.г. создан "искусственный" документооборот по приобретению товаров. Реальной целью сделок являлось необоснованное получение налоговой выгоды, выразившейся в завышении сумм налоговых вычетов по НДС с контрагентами: ООО «Универсал», ООО «Авеста», ООО «Миравто», ООО «Гараж», ООО «Мосавто», ООО «Моторс», ООО «Спецавто», ООО «Бригадир», ООО «Ремснаб».

Вместе с тем, как было указано выше, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Ульяновской области от 13.05.2019 по делу №А72-1375/2019 решение налогового органа по результатам выездной проверки признано недействительным в части привлечения к налоговой ответственности (начисления штрафа) по п. 3 ст. 122 НК РФ (умышленная неуплата налогов) по эпизоду финансово-хозяйственных взаимоотношений должника с упомянутыми контрагентами.

В указанном решении суд пришел к выводу, что исчерпывающих доказательств того, что налогоплательщик осознавал противоправный характер своих действий по включению в состав налоговых вычетов указанных сумм НДС, желал либо сознательно допускал наступление вредных последствий в виде непоступления в бюджет данного налога, налоговый орган не представил.

В силу статьи 69 (части 2) АПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

На основании изложенного суд первой инстанции признал не подтвержденным довод заявителя о создании ФИО4 "искусственного" документооборота по приобретению товаров с целью перечисления денежных средств в отсутствие равноценного встречного исполнения материалами дела.

В связи с изложенным, суд в указанной части пришел к выводу об отсутствии вины ответчика для возложения на него гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков в размере перечисленных денежных средств на счета контрагентов.

В рассматриваемом случае вина ФИО4 состоит именно в совершении им действий, явившихся основанием для привлечения должника к налоговой ответственности и начисления пеней, в частности за занижение налоговой базы, неуплату (неполную уплату) налогов, уплату налогов с нарушением установленного законодательством о налогах и сборах срока, непредставление документов, необходимых для налогового контроля налоговому органу.

С учетом изложенного суд признал частично обоснованным заявление уполномоченного органа, взыскав с ФИО4 в пользу ООО «АвтоПромЭко» убытки в размере 1 044 866 руб. 84 коп.

Суд апелляционной инстанции повторно рассмотрев дело, с учётом обстоятельств установленных в рамках настоящего обособленного спора, принимая во внимание доказательства имеющиеся в материалах настоящего обособленного спора, не может согласиться с выводом суда первой инстанции в части признания необоснованными требования уполномоченного органа о взыскании с ФИО4 убытков в виде сумм перечислений денежных средств на счета контрагентов в отсутствие хозяйственных взаимоотношений с ними в размере 23 923 113 руб. 46 коп., исходя из следующего.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах", статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве.

Заявление о возмещении должнику убытков, причиненных ему его учредителями (участниками) или его органами управления (членами его органов управления) может быть подано в ходе конкурсного производства, внешнего управления конкурсным управляющим, внешним управляющим, учредителем (участником) должника, а в ходе конкурсного производства также конкурсным кредитором или уполномоченным органом (абзац третий пункта 5 статьи 10 Закон о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции на дату совершения оспариваемых действий), в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

В силу статей 1064, 1082 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Возможность привлечения к ответственности в виде возмещения убытков лица, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, предусмотрена пунктом 3 статьи 53 ГК РФ (в том числе в редакции применимой к спорным правоотношениям).

Согласно абзацу 1 пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

На основании пункта 3 статьи 53.1 ГК РФ лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 данной статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, обязано доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Таким образом, в предмет требований о взыскании убытков входят следующие обстоятельства, подлежащие доказыванию: 

противоправность действий (бездействий) ответчика, 

факт и размер нанесенного ущерба, 

причинная связь между действиями ответчика и возникшими убытками истца, 

вина причинителя вреда. 

При недоказанности одного из условий наступления ответственности, исковые требования удовлетворению не подлежат.

Данный подход изложен в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.04.2016 N 305-КГ15-3882.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" также разъяснил следующее.

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается. Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков (пункт 5).

Под причинно-следственной связью понимается объективно существующая связь между явлениями, при которой одно явление (причина) предшествует во времени другому (следствию) и с необходимостью порождает его. Причинная связь между фактом причинения вреда (убытков) и действием (бездействием) причинителя вреда должна быть прямой (непосредственной).

Необходимым условием (conditio sine qua non) возложения на лицо обязанности возместить вред, причиненный потерпевшему, включая публично-правовые образования, является причинная связь, которая и определяет сторону причинителя вреда в деликтном правоотношении.

При этом наступление вреда непосредственно вслед за определенными деяниями не означает непременно обусловленность вреда предшествующими деяниями. Отсутствие причинной связи между ними может быть обусловлено, в частности, тем, что наступление вреда было связано с иными обстоятельствами, которые были его причиной (пункта 3 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 02.07.2020 N 32-П).

Отсутствие вины в силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 ГК РФ доказывается лицом, привлекаемым к ответственности в форме возмещения убытков.

Исходя из п.п. 1, 2 Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Постановление N 62) лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В Постановление N 62 разъяснено, что по иску о привлечении лица, входящего в состав органов юридического лица, к ответственности истец в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) привлекаемого лица, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица (абзац третий пункта 1).

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

С учетом положений указанных нормативных правовых актов, ответственность руководителя должника является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ.

В пункте 4 Постановления N 62 разъяснено - добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством; в связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора, понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора.

Согласно пункту 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", абзацу второму пункта 1 Постановления N 62 негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

Исходя из правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 N 12771/10, при рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.

В пункте 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 разъяснено, что при определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ). По смыслу разъяснений, содержащихся в пункте 5 постановления Пленума N 62, директор также отвечает перед юридическим лицом за причиненные убытки и в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору контрагентов по гражданско-правовым договорам, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

При этом удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу (пункт 8 постановления Пленума N 62).

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, если он совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой однодневкой" и т.п.).

В силу пункта 3 статьи 10 ГК РФ разумность и добросовестность участников гражданских правоотношений презюмируются. Следовательно, обязанность по доказыванию недобросовестности и неразумности действий единоличного исполнительного органа общества, повлекших за собой причинение убытков, возлагается на истца.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается уполномоченный орган, при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров, а также при рассмотрении в общеисковом порядке споров, связанных с делом о банкротстве.

Как было указано выше, обосновывая правомерность заявленных требований о взыскании с ответчика убытков, причиненных должнику, уполномоченный орган ссылался на обстоятельства, установленные в ходе выездной налоговой проверки, проведенной в отношении должника, по результатам которой уполномоченным органом был сделан вывод об отсутствии реального встречного предоставления со стороны контрагентов должника - ООО «Универсал», ИНН 

<

***>, ООО «Авеста», ИНН 

<

***>, ООО «Миравто», ИНН 

<

***>, ООО «Гараж», ИНН 

<

***>, ООО «Мосавто», ИНН,6320015046, ООО «Моторс», ИНН 

<

***>, ООО «Спецавто», ИНН 

<

***>, ООО «Бригадир», ИНН 

<

***>, ООО «Ремснаб», ИНН 

<

***>, создан "искусственный" документооборот по приобретению товаров; данные организации не поставляли товар по причине отсутствия необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности (персонала, техники и оборудования, транспортных средств, складских помещений); поступившие на счета ООО «Универсал», ИНН 

<

***> и ООО «Авеста», ИНН 

<

***> денежные средства перечислялись различным организациям и физическим лицам, при этом это были одни и те же организации. Контрагенты ООО «Универсал», ИНН 

<

***> и ООО «Авеста», ИНН 

<

***> второго звена и последующих звеньев занимались обналичиванием денежных средств, в результате конечный поставщик товаров, не имея расчетного счета и не уплачивая НДС в бюджет, не создавал в бюджете РФ экономический источник для последующего возмещения НДС покупателем.

Таким образом в ходе выездной налоговой проверки уполномоченным органом установлено, что ООО "Автопромэко" была создана схема необоснованного получения вычетов по НДС из бюджета посредством согласованных действий налогоплательщика, поставщика и его контрагентов.

В результате анализа расчетного счета должника, уполномоченным органом было установлено перечисление в адрес организаций, имеющих признаки "фирм-однодневок", с которыми должник не осуществлял реальных хозяйственных операций, по фиктивному документообороту, денежных средств в размере 23 923 113,46 руб. (в 2015 году - 5 799 530,80 руб., в 2016 году - 18 123 582,66 руб.), при отсутствии на стороне должника  получения равноценного встречного предоставления.

Решение ИФНС России по Заволжскому району г.Ульяновска по выездной налоговой проверке от 27.04.2018 N 13-24/5 должником было обжаловано в Арбитражный суд Ульяновской области.

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 13.05.2019 по делу №А72-1375/2019 указанное решение налогового органа признано недействительным в части привлечения к налоговой ответственности (начисления штрафа) по п. 3 ст. 122 НК РФ.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.09.2019 по делу №А72-1375/2019 решение Арбитражного суда Ульяновской области от 13.05.2019 по делу №А72-1375/2019 - оставлено в силе.

В силу ч. 2 ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Действительно само по себе наличие указанных обстоятельств, как и решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, вынесенного в отношении общества, не может являться достаточным для вменения руководителю должника ответственности в виде убытков.

Особенностью налогового администрирования при доказывании получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды является сбор налоговым органом совокупности доказательств, свидетельствующих о направленности действий налогоплательщика на минимизацию его налоговых обязательств, обстоятельством, подлежащим выяснению и установлению в рамках налоговой проверки, в результате которой составлен акт и принято решение N 13-24/5 от 27.04.2018, являлось исполнение субъектом предпринимательской деятельности публично-правовой обязанности по правильному исчислению (удержанию) и своевременной уплате налогов, в частности обоснованность расходов налогоплательщика ООО "Автопромэко" по взаимоотношениям с его контрагентами в проверяемый период по гражданско-правовым сделкам.

Между тем предметом рассмотрения настоящего обособленного спора является индивидуальная гражданско-правовая ответственность в виде возмещения убытков, наступление которой зависит от совершения привлекаемым к такой ответственности лицом виновных действий, в результате которых произошло уменьшение (незаконное) выбытие имущества возглавляемого общества, привлечении общества к ответственности за налоговое правонарушение.

Судом апелляционной инстанции установлено и следует из материалов дела, что действия бывшего руководителя ФИО4 о взаимоотношениях с контрагентами не отвечают критериям разумности и добросовестности по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, поскольку в результате выездной налоговой проверки уполномоченным органом установлены обстоятельства, свидетельствующие о том, что ООО "Автопромэко" в период руководства ответчика заключило сделки с организациями, не осуществляющими реальных хозяйственных операций; искусственно создавало ситуацию, при которой был создан формальный документооборот с целью незаконного возмещения из бюджета сумм налога.

В силу статей 3, 9, 23 и 24 НК РФ, а также норм Федерального закона от 21.11.1996 N 129-ФЗ "О бухгалтерском учете" обязанность по надлежащему и достоверному ведению бухгалтерского учета и составлению бухгалтерской отчетности, в том числе с целью правильного исчисления, установленных законом налогов и иных обязательных платежей, а также обязанность юридического лица по своевременной уплате налоговых платежей возложена именно на его руководителя. Ответственность за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций несут руководители организаций.

При разрешении спора об убытках, основанного на нарушении обществом требований налогового законодательства, следует установить именно те субъективные и (или) объективные обстоятельства, существовавшие в спорный период, которые бы подтверждали, либо опровергали виновное поведение руководителя в допущенных нарушениях, как того требуют разъяснения, данные в пункте 1 постановления Пленума N 62. При определении неразумного поведения директора, судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п. (пункт 3 постановления Пленума N 62).

ФИО4 (ответчик) являлся в спорный период ответственным лицом за организацию бухгалтерского учета и соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, за формирование учетной политики, ведение бухгалтерского учета, своевременное предоставление полной и достоверной бухгалтерской и налоговой отчетности.

Ответчик, осуществляя руководство текущей деятельностью должника, на момент совершения перечислений денежных средств на счета контрагентов не мог не знать о том, что такие перечисления производятся в отсутствие для этого фактических оснований, то есть намеренно формировал документооборот с целью создания видимости предусмотренных законом условий для предъявления к вычету налога на добавленную стоимость в связи с чем, суд апелляционной инстанции признает доказанным наличие совокупности условий для удовлетворения заявления уполномоченного органа о взыскании с ФИО4 убытков на всю сумму предъявленных требований.

Намеренное искажение документации свидетельствует о недобросовестности и неразумности действий единоличного исполнительного органа, повлекшего за собой причинение ответчиком убытков должнику.

Доказательств, свидетельствующих о реальности взаимоотношений с указанными организациями, не представлены, соответствующие выводы налогового органа не опровергнуты.

Таким образом, суд апелляционной инстанций приходит к выводу о том, что должник осуществлял предпринимательскую деятельность недобросовестно, создавая формальный документооборот с юридическими лицами, обладающими признаками "фирм-однодневок", без проведения реальных хозяйственных операций.

Указанные денежные средства были перечислены в период руководства должником ФИО4

Денежные средства на счета должника не возвращены.

Разумных экономических мотивов и юридических оснований для совершения спорных платежей ответчик не привел.

Причины, по которым ответчиком не были предприняты меры по возврату неосновательно перечисленных денежных средств, привлекаемое лицо также не указало.

Отсутствие факта привлечения общества к налоговой ответственности по п.3 ст. 122 НК РФ не свидетельствует об отсутствии противоправных действий ФИО4, причинивших должнику убытки.

Следует также отметить, что для привлечения ФИО4 к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков не имеет правового значения наличие или отсутствие у ФИО4 цели извлечения выгоды для себя лично или для каких-либо других лиц, а существенным является то обстоятельство, что в результате противоправных действий ФИО4 по выводу денежных средств общество никакого встречного предоставления не получило.

Делая вывод о неправомерности действий ответчика и отсутствии реального встречного предоставления со стороны контрагентов должника, суд апелляционной инстанции исходит из совокупности представленных в материалы дела доказательств, в том числе материалов проведенных в отношении должника и его контрагентов мероприятий налогового контроля, прошедших судебный контроль в связи с чем, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания полагать, что выбор контрагентов сопряжен с рисками ведения предпринимательской деятельности.

Доказательств того, что ФИО4 в правоотношениях с контрагентами мог быть введен в заблуждение лицами, действовавшими от лица указанных обществ, в материалы дела не представлено (ст. 9, 65, 71 АПК РФ). 

С учетом изложенного, доводы уполномоченного органа в указанной части являются обоснованными.

Таким образом, суд первой инстанции не применил нормы материального права, подлежащие применению, и принял незаконный судебный акт, что в силу положений части 2 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для изменения обжалуемого определения в части размера взыскиваемых убытков.

С учетом изложенного, определение Арбитражного суда Ульяновской области от 28 июня 2023 года по делу № А72-10316/2018 - подлежит изменению в порядке п. 2 ст. 269 АПК РФ с изложением резолютивную часть обжалуемого определения в следующей редакции:

"Заявление уполномоченного органа удовлетворить. 

 Взыскать с ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: гор. Жигулевск Куйбышевской обл.) в пользу общества с ограниченной ответственностью «АвтоПромЭко» убытки в размере 24 967 980 руб. 30 коп.". 

Доводы  ФИО4 о пропуске уполномоченным органом срока исковой давности на обращение в суд с рассматриваемым заявлением, оценены судом апелляционной инстанции, однако не влияют на выводы суда, поскольку основаны на неверном толковании норм действующего законодательства и фактических обстоятельств дела, противоречат разъяснениям, данным в пункте 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве".

Доводы ФИО4 о начислении штрафных санкций в период руководства должником иным лицом отклоняются апелляционным судом, поскольку начисление штрафов имело место за совершение неправомерных действии (бездействия), имевших место в период руководства должником ФИО4

Нарушений судом первой инстанции норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, не установлено.

Согласно положениям ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.

В связи с чем в настоящем случае судебные расходы по оплате государственной пошлины распределению в порядке ст.110 АПК РФ и Налогового кодекса РФ не подлежат, поскольку за данную категорию споров государственная пошлина не оплачивается.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Ульяновской области от 28 июня 2023 года по делу № А72-10316/2018 - изменить, изложив резолютивную часть обжалуемого определения в следующей редакции:

"Заявление уполномоченного органа удовлетворить. 

 Взыскать с ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: гор. Жигулевск Куйбышевской обл.) в пользу общества с ограниченной ответственностью «АвтоПромЭко» убытки в размере 24 967 980 руб. 30 коп.".

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.

ПредседательствующийА.В. Машьянова 

Судьи           Л.Р. Гадеева

                                                             Д.К. Гольдштейн