АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-5904/25

Екатеринбург

29 января 2026 г.

Дело № А60-21396/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 22 января 2026 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 января 2026 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Поротниковой Е.А.,

судей Черкезова Е.О., Ященок Т.П.

при ведении протокола помощником судьи Маркевич Н.В. рассмотрел в судебном заседании путем использования системы веб-конференции кассационную жалобу Уральской электронной таможни на решение Арбитражного суда Свердловской области от 14.07.2025 по делу № А60-21396/2025 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.10.2025 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании путем использования системы веб-конференции принял участие представитель акционерного общества «Курганские прицепы» – ФИО1 (доверенность от 15.04.2025, паспорт, диплом).

В судебном заседании в зале Арбитражного суда Уральского округа приняли участие представители:

- Уральской электронной таможни – ФИО2 (доверенность от 23.12.2025 № 94, служебное удостоверение, диплом);

- Уральского таможенного управления – ФИО2 (доверенность от 17.12.2025 № 83, служебное удостоверение, диплом).

Акционерное общество «Курганские прицепы» (далее также – общество «Курганские прицепы», общество, декларант) обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании недействительным решения Уральской электронной таможни от 22.10.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10511010/220724/5025847, и обязать таможню устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества путем возврата (зачета) суммы излишне уплаченных таможенных платежей в размере 478 072 руб. 49 коп. (с учетом принятых судом первой инстанции уточнений).

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) Уральское таможенное управление привлечено к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 14.07.2025 заявленные требования удовлетворены, оспариваемое решение таможни признано недействительным.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.10.2025 решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе таможенный орган просит указанные судебные акты отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований общества в полном объеме, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов в мотивировочной части фактическим обстоятельствам дела.

Таможенный орган указывает на расхождение общей стоимости поставленного товара в размере 582 895,6 юаней, что указано в инвойсах от 07.06.2024 № 24WT5130074 на сумму 342 208,00 юаней, от 07.06.2024 № 24WT5130073 на сумму 240 687,6 юаней, и стоимости товара, содержащейся в банковских документах (дебет-авизо, банковский ордер от 15.05.2024 и выписка по счету от 15.05.2024 № 252740), согласно которым продавцу по внешнеторговому контракту уплачено 995 564 юаней, суммы платежей по платежным документам не корреспондируют ни с одной из сумм в представленных обществом документах.

Заявитель отмечает, что представленные банковские документы не идентифицируются относительно проверяемой ДТ, документ о произведенной фактической оплате за товар, документы по распределению платежа по контракту таможне не были представлены, декларант не обосновал различие цены на один и тот же товар в инвойсе и счете-фактуре, представленные коммерческие и товаросопроводительные документы имеют различные положения об условиях оплаты, которые не соотносятся между собой и невозможно установить существо окончательного соглашения сторон по контракту о периодичности и о сроках оплаты.

Податель жалобы считает ошибочными и не соответствующими обстоятельствам дела выводы судов о том, что представленные обществом документы исчерпывающим образом подтверждают достоверность сведений о заявленной таможенной стоимости, указание в контракте, спецификации и инвойсах разных условий оплаты означает не наличие неустранимых расхождений, а изменение сторонами общих условий контракта применительно к отдельной партии товара.

Как считает кассатор, представленная в ходе таможенного контроля ведомость банковского контроля не может быть принята в качестве документа, подтверждающего оплату поставленных в рамках контракта товаров, так как содержащиеся в ней сведения о суммах произведенных платежей по контракту (раздел II «Сведения о платежах») невозможно соотнести с какими-то суммами по подтверждающим документам (раздел III «Сведения о подтверждающих документах»), а именно со стоимостью товаров по предшествующим поставкам в рамках контракта.

Таможня считает ошибочными выводы судов о подтверждении обществом оплаты за товар со ссылкой на заключенное между сторонами дополнительное соглашение от 24.06.2024, согласно которому продавец предоставляет отсрочку оплаты до 30.09.2024, так как отсрочка платежа на момент осуществления платежа не предусмотрена ни одним имеющемся в материалах дела документе, указанная оплата произведена до подписания дополнительного соглашения (15.05.2024), в ведомости банковского контроля (графа 8 раздела II «Сведения о платежах») указан код вида операции «11200», что в соответствии с Инструкцией ЦБ РФ № 181-И означает «Расчеты резидента при предоставлении нерезидентом отсрочки платежа за товары, ввезенные на территорию Российской Федерации, в том числе по договору комиссии (агентскому договору, договору поручения) (отсрочка платежа)».

По мнению заявителя, в данном случае в нарушение пункта 10 статьи 38 Таможенный кодекс Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС) таможенная стоимость не основывается на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Как полагает податель жалобы, судами необоснованно отклонен довод таможенного органа о несоответствии цены товара с артикулом TK-LU1737333 (46,5 юаней), указанной в инвойсе, цене товара с тем же артикулом (57,1 юаней) в спецификации, указав, что такая разница в цене обусловлена учетом транспортных расходов в спецификации от 31.05.2024; товар и данным артикулом ввозился по цене 57,1 юаней за штуку, что существенно отличается от информации, заявленной в инвойсе от 07.06.2024 № 24WT5130073 и в окончательной спецификации (46,5 юаней).

Кассатор приводит довод о том, что поскольку во всех представленных документах заявлены условия поставки CIP Екатеринбург (включение в стоимости товара транспортных расходов), то суды сделали ошибочный вывод, что разница в цене связана с различным учетом транспортных расходов, в соответствии с заявленными условиями поставки стоимость транспортировки как в инвойсе, так и в спецификации, включена в стоимость товара.

Таможня обращает внимание, что декларантом не заполнена графа 22 таможенной декларации «Расходы на перевозку (транспортировку) ввозимых товаров по таможенной территории ЕАЭС», то есть никакие вычеты транспортных расходов из стоимости товаров общество не производило, при этом транспортные услуги по доставке товара отдельно не выделяются и включены в стоимость товара; обществом представлены противоречивые пояснения о транспортных расходах и не обоснована разница в цене за товар.

В отзыве на кассационную жалобу общество «Курганские прицепы» привело мотивированные возражения, просило оставить оспариваемые судебные акты без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения, считая доводы, изложенные в ней, несостоятельными. В судебном заседании представитель общества дал соответствующие пояснения, поддержал отзыв.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 22.07.2024 обществом в целях таможенного декларирования и помещения под таможенную процедуру «выпуск для внутреннего потребления» товаров, приобретенных у продавца Hebei Minmetals Со., LTD. (Китай) на основании контракта от 09.10.2023 № C20231009-1, спецификации от 24.02.2024 № 4, на Уральский таможенный пост (центр электронного декларирования) Уральской электронной таможни подана ДТ № 10511010/220724/5025847.

В числе прочего заявлено о ввозе на территорию Евразийского экономического союза (далее - ЕАЭС) товара «рессоры листовые» различных артикулов общим весом 32 369,04 кг, код ТН ВЭД 7320 10 110 0 (пластинчатые рессоры и листы для них, из черных металлов), по цене 354 585,60 юаней, курс – 12,0335 руб./юань (товар 1).

Таможенная стоимость (4 266 905,82 руб.) определена декларантом в соответствии со статьей 39 ТК ЕАЭС по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1).

Таможенный орган при контроле таможенной стоимости товаров установил, что величина заявленной таможенной стоимости значительно отличается от таможенной стоимости однородных товаров, продекларированных другими участниками внешнеэкономической деятельности в соответствующий период времени, и, руководствуясь статьей 326 ТК ЕАЭС, направил в адрес заявителя запросы о предоставлении дополнительных документов и сведений.

Обществом с ответами на запросы (12.09.2024, 15.10.2024) представлены документы, которыми сопровождалась поставка и оплата товара, ведомости банковского контроля, прайс поставщика, а также иные документы в подтверждение примененной стоимости товара.

Таможенный орган пришел к выводу, что заявитель декларации не обосновал объективный характер значительного отличия цен на декларируемые товары от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, в связи с чем определил таможенную стоимость по резервному методу (в размере 5 184 335,28 руб.), о чем вынесено оспариваемое решение от 22.10.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10511010/220724/5025847.

Решением Уральского таможенного управления от 25.02.2025 № 28-14/19, вынесенным по жалобе общества, решение таможни оставлено без изменения.

Не согласившись с указанным решением, общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о его оспаривании.

Разрешая спор, суд первой инстанции пришел к выводу, что правомерность применения первого метода определения таможенной стоимости товаров по стоимости сделки с ввозимыми товарами таможенным органом не опровергнута, недостаточность представленных обществом документов или их недействительность не доказаны.

Суд апелляционной инстанции, не усмотрев оснований для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы арбитражного управляющего, поддержал выводы суда первой инстанции.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 АПК РФ, суд кассационной инстанции не находит оснований для их изменения или отмены.

Из системного толкования части 1 статьи 198, части 2 статьи 201 АПК РФ следует, что для признания недействительными ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органа, осуществляющего публичные полномочия, необходимо одновременное наличие двух условий: их несоответствие закону или иному правовому акту, и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.

При рассмотрении судом спора об оспаривании ненормативного правового акта в предмет доказывания входит рассмотрение вопросов о наличии у органа, выдавшего такой акт, соответствующих полномочий, соответствие его закону и нарушение прав и законных интересов заявителя.

Согласно части 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Правила определения таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, установлены главой 5 ТК ЕАЭС и правовыми актами Комиссии, принятыми в соответствии с пунктом 17 статьи 38 ТК ЕАЭС для обеспечения единообразного применения положений данной главы. Упомянутые правила применяются с учетом принципов и правил, установленных статьей VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года (далее - ГАТТ 1994) и Соглашением по применению статьи VII ГАТТ 1994 (пункт 1 статьи 38 ТК ЕАЭС).

Положения статей 38, 104, 106, 108 ТК ЕАЭС устанавливают обязательность таможенного декларирования товара при их помещении под таможенную процедуру с заполнением таможенной декларации с указанием в ней сведений о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в ДТ.

В силу пункта 2 статьи 9 ТК ЕАЭС товары, перемещаемые через таможенную границу Союза, подлежат таможенному контролю в соответствии с ТК ЕАЭС.

В соответствии с пунктом 2 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с данной главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза.

Согласно пункту 10 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Пунктом 15 статьи 38 ТК ЕАЭС за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения таможенной стоимости).

В силу пункта 15 статьи 28 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 ТК ЕАЭС. В случае если для определения таможенной стоимости ввозимых товаров невозможно применить статьи 39, 41 - 44 ТК ЕАЭС, определение таможенной стоимости товаров осуществляется в соответствии со статьей 45 Таможенного кодекса ЕАЭС «Резервный метод (метод 6)».

Как указано в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию ЕАЭС и дополненная в соответствии со статьей 40 ТК ЕАЭС.

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Аналогичная норма закреплена в пункте 5.1 Правил применения метода определения таможенной стоимости товаров по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1), утвержденных Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 20.12.2012 № 283 (далее – Правила № 283).

Согласно пункту 3 статьи 310 ТК ЕАЭС порядок проведения таможенного контроля с применением форм таможенного контроля и (или) мер, обеспечивающих проведение таможенного контроля, определяется ТК ЕАЭС, а в части, не урегулированной ТК ЕАЭС, или в предусмотренных им случаях - в соответствии с законодательством государств-членов о таможенном регулировании.

В соответствии с подпунктом 4 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляются следующие дополнительные начисления: расходы на перевозку (транспортировку) ввозимых товаров до места прибытия таких товаров на таможенную территорию Союза.

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 40 ТК ЕАЭС таможенная стоимость ввозимых товаров не должна включать в себя следующие расходы при условии, что они выделены из цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате, заявлены декларантом и подтверждены им документально: расходы на перевозку (транспортировку) ввозимых товаров по таможенной территории Союза от места прибытия таких товаров на таможенную территорию Союза.

Как установлено пунктом 1 статьи 104 ТК ЕАЭС, товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

Согласно статье 106 ТК ЕАЭС в декларации на товары подлежат указанию сведения, в том числе о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 ТК ЕАЭС.

К документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, относятся документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения таможенной стоимости товаров (подпункт 10 пункта 1 статьи 108 ТК ЕАЭС).

По правилам пункта 2 статьи 108 ТК ЕАЭС в случае, если в документах, указанных в пункте 1 данной статьи, не содержатся сведения, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, такие сведения подтверждаются иными документами.

Согласно пункту 1 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Пунктом 2 статьи 313 ТК ЕАЭС установлено, что при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

В силу пункта 1 статьи 325 ТК ЕАЭС если подача таможенной декларации не сопровождалась представлением документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, таможенный орган вправе в отношении проверяемых сведений запросить у декларанта документы, сведения о которых указаны в таможенной декларации.

Согласно пункту 17 статьи 325 ТК ЕАЭС при завершении проверки документов в случае, если представленные в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, не устраняют оснований для проведения проверки документов, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 ТК ЕАЭС.

Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее - Постановление № 49), отсутствие подтверждения сведений о таможенной стоимости, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в иных представленных таможенному органу документах, а также выявление таможенным органом признаков недостоверного определения таможенной стоимости само по себе не может выступать основанием для вывода о неправильном определении таможенной стоимости декларантом, а является основанием для проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров в соответствии со статьей 313, пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС.

При проведении такой проверки таможенный орган, осуществляя публичные полномочия, обязан предоставить декларанту реальную возможность устранить возникшие сомнения в достоверности заявленной им таможенной стоимости, в связи с чем не может произвольно отказаться от использования закрепленного в пункте 15 статьи 325 ТК ЕАЭС права на запрос у декларанта документов и (или) сведений, в том числе письменных пояснений, необходимых для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах.

Как разъяснено в пункте 13 Постановления № 49, основываясь на положениях пункта 13 статьи 38, пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС, таможенный орган принимает решение о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации по результатам проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, начатой до выпуска товаров, если соответствие заявленной таможенной стоимости товаров их действительной стоимости не нашло своего подтверждения по результатам таможенного контроля, в том числе при сохранении признаков недостоверности заявленной таможенной стоимости, не устраненных по результатам таможенного контроля.

В связи с этим при разрешении споров, касающихся правильности определения таможенной стоимости ввозимых товаров, судам следует учитывать, какие признаки недостоверного определения таможенной стоимости были установлены таможенным органом и нашли свое подтверждение в ходе проведения таможенного контроля, в том числе с учетом документов (сведений), собранных таможенным органом и дополнительно предоставленных декларантом.

Следовательно, именно декларант при подаче декларации должен документально подтвердить сведения, заявленные в декларации и эти сведения должны достоверно свидетельствовать о наличии оснований для применения первого метода таможенной оценки, а таможня, в случае возникновения сомнений в их достоверности, должна подтвердить право на внесение изменений в заявленные декларантом сведения.

Непредоставление декларантом документов (сведений), обосновывающих заявленную им таможенную стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом решения о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, если у декларанта имелись объективные препятствия к предоставлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу.

Вместе с тем при сохранении неполноты документального подтверждения таможенной стоимости и (или) сомнений в достоверности заявленной декларантом таможенной стоимости, не устраненных по результатам таможенного контроля, по смыслу пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС решение о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, может быть принято таможенным органом с учетом информации, имеющейся в его распоряжении и указывающей на подтверждение того, что таможенная стоимость ввозимых товаров не соответствует их действительной стоимости.

Суды установили факт проведения таможенным органом таможенной проверки, по результатам которой таможней вынесено оспариваемое решение.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные в материалы дела доказательства, в их совокупности и взаимосвязи, руководствуясь вышеуказанными нормами права, установив, что обществом подтверждена достоверность сведений о заявленной в ДТ таможенной стоимости на основании представленных в материалы дела документов, исходя из конкретных обстоятельств дела, проверив доводы и возражения лиц, участвующих в деле, суды пришли к выводу о недоказаности таможней законности принятого решения и правомерно удовлетворили требования общества.

Суд кассационной инстанции считает выводы судов правильными и обоснованными на основании следующего.

Судами установлено, что согласно пункту 1.1 контракта от 09.10.2023 № C20231009-1 (далее – контракт) продавец обязуется продать, а покупатель обязуется купить запчасти для легковых автомобилей и прицепов.

В силу пункта 1.2 контракта условия поставки основываются на базисе поставки «Инкотермс» (в редакции «Инкотермс 2010») и указываются в соответствующих спецификациях, являющихся его неотъемлемой частью.

В пункте 2 контракта предусмотрено, что цена товара на условиях CIF включает в себя стоимость изготовления и упаковки, расходы на экспортное таможенное оформление в Китае, транспортные страхование.

Пунктом 4.4 контракта установлен порядок оплаты: по каждому заказу к контракту покупателю необходимо внести продавцу 30% предоплаты от общей сумы заказа, остальную часть (70%) покупатель оплачивает продавцу в течение 30 календарных дней после даты отгрузки товара.

В силу пункта 4.5 контракта в целях обеспечения дальнейшего перспективного сотрудничества продавец уполномочивает страховую компанию Sinosure на сбор информации о покупателе и оценку риска по настоящей сделке. После того, как компания Sinosure сделает заключение о платежеспособности покупателя, продавец согласен изменить способ платежа: предоплата в размере 30%, остальная часть (70%) подлежит оплате в течение 10 рабочих дней после получения товара покупателем.

Согласно дополнительному соглашению от 24.06.2024 к контракту покупателю предоставлена отсрочка оплаты открытых счетов-фактур по договору до 30 сентября.

В спецификации от 24.02.2024 № 4 стороны контракта согласовали наименование товара, количество, общую стоимость товаров, а также условия оплаты и сроки отгрузки: предоплата 15% от общей суммы заказа, остальную часть (85%) покупатель оплачивает в течение 30 дней после отгрузки товара.

Между тем согласно инвойсам от 07.06.2024 № 24WT5130073 и № 24WT5130074, на основании которых был отгружен спорный товар, стороны предусмотрели 30-процентную предоплату перед отгрузкой.

На основании исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи суды сделали обоснованный вывод, что указание в контракте, спецификации и инвойсах разных условий оплаты не влияют на идентификацию суммы сделки, поскольку общая стоимость подтверждена документально, а также не означает наличие неустранимых расхождений, а свидетельствует об изменении сторонами общих условий контракта применительно к отдельной партии товара (поставляемой в рамках той или иной спецификации, инвойса). Данное обстоятельство соответствует обычаям делового оборота и не приводит к невозможности проверки полноты оплаты.

Судами обоснованно принят во внимание рамочный характер контракта, что привело к наличию различий в условиях оплаты и особенностей его исполнения. При этом инвойсы уточняют порядок предоплаты (30% депозит перед отгрузкой), что не противоречит общей структуре расчетов, так как срок оплаты остатка установлен в спецификации и дополнительном соглашении.

Суды подробно проанализировали представленные в материалы дела платежные документы (инвойсы) и спецификации по спорной ДТ и пришли к обоснованному выводу о том, что общая стоимость товара в размере 354 585,60 юаней, указанная в инвойсах по контракту, соответствует цене товара, заявленной обществом «Курганские прицепы» в графе 42 ДТ № 10511010/220724/5025847 (по товару 1). Указанные в инвойсах цены (100,80 юаней, 46,50 юаней и 62,40 юаней) и количество товара соответствуют тем, что указаны в спецификации от 24.02.2024 № 4.

Вопреки доводам таможни о несоответствии вышеуказанной цены товара с артикулом TK-LU1737333 (46,5 юаней) той, что указана в спецификации-упаковочном листе от 31.05.2024 (57,1 юаней), представленной на таможенный пост, суды обоснованно указали, что это обусловлено учетом транспортных расходов в спецификации от 31.05.2024. При этом таможенным органом не представлены доказательства в обоснование приведенных им расчетов и оснований, соответствующие обстоятельства судами также не установлены.

Судами также принято во внимание, что общество «Курганские прицепы» в подтверждение оплаты товара предоставило выписку банка по счету, ведомость банковского контроля, согласно которым обществом выполнен платеж по номеру документа от 15.05.2024 № 6 в пользу продавца на сумму 995 564 юаней. В графе «Основание операции» имеется ссылка на контракт от 09.10.2023 № C20231009-1 (файл «выписка банка_40702156904000000870_15-05-2024 (1).pdf»), что позволило судам соотнести данный платеж с контрактом.

Кроме того, судами отмечено, что сумма спорной поставки по ДТ № 10511010/220724/5025847 (582 895,60 юаней) подтверждена инвойсами от 07.06.2024 № 24WT5130073 (240 687,60 юаней) и № 24WT5130074 (342 208,00 юаней), спецификацией № 4 от 24.02.2024. Общество в подтверждение своей позиции также представило платежные документы (выписка от 15.05.2024, дебет-авизо, банковский ордер, в котором платеж на 995 564 юаней идентифицирован назначением «Оплата по контракту № С20231009-001». При этом сумма платежа превышает сумму инвойсов (582 895,60 юаней), так как охватывает несколько поставок по контракту.

С учетом изложенного суды сделали обоснованный вывод о том, что превышение суммы платежа над суммой инвойсов от 07.06.2024 не препятствует его идентификации, та как все платежи по контракту и встречные исполнения со стороны иностранного поставщика (суммы ввезенных товаров по ДТ № 10511010/220724/5025847) указаны в ведомости банковского контроля.

Судами приняты во внимание пояснения общества о том, что отсутствие разбивки платежей по инвойсам обусловлено рекомендацией кредитной организации, в которой открыт счет заявителя, с учетом возвратов платежей китайскими банками, что не препятствует идентификации платежа как имеющего тесную связь со спорным контрактом, в связи с чем стоимость поставки признана судами подтвержденной на основании инвойсов.

Сведений о неисполнении обществом (резидентом) каких-либо обязанностей, установленных валютным законодательством (по исполнению или прекращению обязательств по внешнеторговому договору, по возврату в Российскую Федерацию денежных средств, уплаченных нерезидентам за не ввезенные в Российскую Федерацию товары) таможней не представлено и судами не установлено.

Судами мотивированно и правомерно отклонены доводы таможни о расхождении в количестве (артикул TKLUI77333: 1152 шт. в ДТ и 3456 шт. в спецификации) и цене (46,5 юаней в ДТ против 57,1 юаней в спецификации) товара, а также на отсутствие артикула TK-LUI77334 в спецификации и железнодорожных накладных, поскольку разница в цене (46,5 юаней в инвойсе против 57,1 юаней в спецификации) связана с различным учетом транспортных расходов в этих документах, что обусловлено условиями базиса поставки CIP-Екатеринбург и требованиями таможенного законодательства.

Суды сделали обоснованные выводы о том, что цена, указанная в инвойсе (46,5 юаней), отражает стоимость товара без учета транспортных расходов и страхования, которые уже включены в общую стоимость на условиях поставки CIP- Екатеринбург, в связи с чем указанные расходы (разница между 57,1 и 46,5 юаней, то есть 10,6 юаней за единицу) выделены отдельно при декларировании с целью избежать двойного учета при декларировании, добавив их отдельно в ДТ. При этом общая стоимость сделки осталась неизменной (53 568 юаней за 1152 шт.), а транспортные расходы были добавлены к таможенной стоимости в соответствии с законодательством (общая таможенная стоимость в спорной ДТ составила 3 418 791,28 руб., включая все дополнительные расходы).

Следовательно, суды правомерно заключили, что таможенный орган необоснованно посчитал разницу в цене (46,5 против 57,1 юаней) признаком недостоверности сведений, поскольку указанная разница обусловлена различием в учете транспортных расходов и корректным учетом транспортных расходов на условиях поставки CIP-Екатеринбург.

Судами также установлено, что с учетом представленного обществом по запросу таможни прайс-листа продавца цены за единицу товаров в представленных инвойсах, выставленных на условиях поставки CIP-Екатеринбург по спорной ДТ, идентичны ценам за единицу товаров в прайс-листах, в связи с чем сделан обоснованный вывод о возможности таможни установить стоимость сделки как величину денежных средств, фактически уплаченных или подлежащих уплате за товары для соблюдения условий статьи 39 ТК ЕАЭС.

Кроме того, суды правомерно отметили, что различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как доказательство недостоверности условий сделки и служить основанием для внесения изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ и является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий. При этом на формирование цены может оказывать влияние система факторов, в том числе технические, функциональные и качественные характеристики товара, коммерческие условия сделки, налоги страны импорта, колебания курсов валют, объем поставки, условия оплаты и прочие.

Таким образом, правильно применив указанные выше нормы права, оценив фактические обстоятельства, представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражения сторон в их совокупности и взаимосвязи, суды пришли к обоснованному выводу о том, что отказ таможни в применении первого метода определения таможенной стоимости товара, задекларированного в спорной ДТ, является немотивированным, необоснованным и формальным, не влияющим на правомерность первоначально использованного обществом первого метода определения таможенной стоимости, таможней не обоснована недостаточность представленных обществом документов или их недействительность.

На этом основании суды заключили о подтверждении обществом «Курганские прицепы» достоверности сведений о таможенной стоимости товаров, заявленных в ДТП, и правомерно удовлетворили заявленные обществом требования.

Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов судов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 АПК РФ).

Доводы заявителя жалобы о расхождении общей стоимости поставленного товара, о невозможности идентифицировать представленные обществом банковские документы относительно спорной ДТ, о необоснованном принятии судами ведомости банковского контроля в качестве доказательства, подтверждающего оплату поставленных в рамках контракта товаров, о необоснованности выводов судов о подтверждении обществом оплаты за товар на основании дополнительного соглашения от 24.06.2024 отклоняются судом кассационной инстанции, поскольку данные доводы относятся к оценке судами имеющихся в деле доказательств и обстоятельств, переоценка которых не входит в компетенцию суда кассационной инстанции (статьи 286 и 287 АПК РФ).

Доводы таможенного органа о недостоверности представленных обществом экспортных деклараций, о неподтверждении обществом сведений о таможенной стоимости товара, о том, что таможенная стоимость не основывается на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации были предметом подробного рассмотрения судов и мотивированно ими отклонены как противоречащие фактическим обстоятельствам дела на основании исследования представленных в материалы дела доказательств.

Ссылка таможни на неверную оценку представленных обществом документов и доказательств отклоняются судом округа, поскольку исследование и оценка доказательств отнесены АПК РФ к компетенции судов первой и апелляционной инстанций.

Суд кассационной инстанции считает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями, предусмотренными статьей 71 АПК РФ.

Доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются по основаниям, указанным в мотивировочной части настоящего постановления, а также в связи с тем, что они были предметом исследования и оценки судов первой и апелляционной инстанций и фактически направлены на переоценку установленных судами фактических обстоятельств дела и принятых доказательств, что недопустимо в силу требований, предусмотренных статьей 286 АПК РФ.

Само по себе несогласие заявителя кассационной жалобы с позицией судов не является основанием для отмены законных судебных актов.

Все доводы, приведенные таможенным органом в кассационной жалобе, были предметом рассмотрения судов и им дана надлежащая правовая оценка, при этом иное толкование заявителем жалобы положений законодательства, а также иная оценка обстоятельств рассматриваемого дела не свидетельствуют о нарушении судами норм права, потому не опровергают правильность выводов судов первой и апелляционной инстанций.

Нарушений при рассмотрении дела судами первой и апелляционной инстанций норм процессуального права, которые в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются основанием к отмене или изменению судебных актов, не установлено.

Обжалуемые судебные акты соответствуют нормам материального права, а содержащиеся в них выводы – установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 14.07.2025 по делу № А60-21396/2025 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.10.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу Уральской электронной таможни – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий	 Е.А. Поротникова

Судьи	 Е.О. Черкезов

Т.П. Ященок