Арбитражный суд Челябинской области 

ул. Воровского, д. 2, г. Челябинск, 454000,

www.chelarbitr.ru 

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А76-35112/2023

11 июля 2024 года

г. Челябинск

Резолютивная часть решения объявлена 11 июля 2024 года.

Решение в полном объеме изготовлено 11 июля 2024 года.

Арбитражный суд Челябинской области в составе судьи Свечникова А.П.,  при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Шевченко Е.О., рассмотрев в открытом судебном заседании, проведенном с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел», дело по заявлению Общества с ограниченной ответственностью «Энергомонтаж» к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 17 по Челябинской области, при участии в деле в качестве третьего лица не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Общества с ограниченной ответственностью «Группа 1520» и Общества с ограниченной ответственностью «Риджис», о признании недействительным решения № 1178 от 20.07.2023 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, 

при участии в судебном заседании представителей: от заявителя – ФИО1 (доверенность от 01.11.2023, диплом от 27.06.2018, паспорт РФ), от ответчика – ФИО2 (доверенность от 02.02.2024, диплом от 04.07.2015, служебное удостоверение), ФИО3 (доверенность от 25.01.2024, диплом от 05.07.2015, служебное удостоверение), 

У С Т А Н О В И Л :

общество с ограниченной ответственностью «Энергомонтаж» (далее – заявитель, налогоплательщик, общество, ООО «Энергомонтаж») обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 17 по Челябинской области (далее – ответчик, налоговый орган, инспекция) о признании недействительным решения № 1178 от 20.07.2023 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. 

К участию в деле в качестве третьего лица не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено Общество с ограниченной ответственностью «Группа 1520» и Общество с ограниченной ответственностью «Риджис» (далее – третьи лица).

В обоснование доводов заявления его податель сослался на то, что налогоплательщиком соблюдены требования действующего законодательства для применения вычетов по НДС, взаимоотношения между Обществом и спорным контрагентом ООО «ГРУППА 1520» имеют фактическое исполнение и надлежащее документальное подтверждение. Выводы инспекции основаны на предположениях. Достаточных мероприятий налогового контроля инспекцией не проведено. Спорные сделки носят реальный характер и осуществлены в соответствии с действующим законодательством. Претензий к работам у заказчиков не имелось. Налоговым органом формальность документооборота между налогоплательщиком и спорными контрагентами не доказана.

Инспекцией представлен отзыв, в котором его податель ссылается на то, что по результатам камеральной налоговой проверки за 2 квартал 2021 года сделан вывод о получении Обществом необоснованной налоговой экономии в результате умышленного искажения сведений в бухгалтерском учете о фактах хозяйственной жизни путем создания Обществом формального документооборота по взаимоотношениям с контрагентом ООО «ГРУППА 1520» с целью неуплаты НДС за 2 квартал 2021 года. Фактически данный контрагент СМР не выполнял, спорные ТМЦ в адрес Общества не поставлял. Обязательства по сделкам фактически ООО «ГРУППА 1520» не исполнялись. Кроме того, поскольку до представления уточненной налоговой декларации налогоплательщик не уплатил пени, им не выполнены предусмотренные п. 4 ст. 81 НК РФ условия для освобождения от ответственности.

Приняв участие в судебном заседании, проведенном с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел», представитель налогоплательщика просил заявленные требования удовлетворить, а представители инспекции просили в удовлетворении заявленных требований отказать.

Третьи лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания путем направления в их адрес копии определения о назначении судебного заседания заказным письмом с уведомлением, а также размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Челябинской области, в судебное заседание явку своих представителей не обеспечили. 

Заслушав пояснения представителей лица, участвующего в деле и исследовав материалы дела, арбитражный суд в ходе судебного разбирательства установил следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела и не оспаривается лицами участвующими в деле, инспекцией проведена камеральная налоговая проверка уточненной налоговой декларации (корректировка № 3) по НДС за 2 квартал 2021 года, по результатам которой составлен акт № 523 от 20.07.2023, проведены дополнительные мероприятия налогового контроля и, с учетом письменных возражений, вынесено решение № 1178 от 20.07.2023 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, в резолютивной части которого налогоплательщик привлечен к ответственности по п. 3 ст. 122 НК РФ (с учетом п. 1 ст. 112, п. 3 ст. 114 НК РФ) за неуплату НДС, совершенную умышленно, в виде штрафа в сумме 48 689,25 руб., по п. 1 ст. 122 НК РФ (с учетом п. 1 ст. 112, п. 3 ст. 114 НК РФ) ввиду невыполнения предусмотренных п. 4 ст. 81 НК РФ условий для освобождения от ответственности, в виде штрафа в сумме 21 068 руб., также налогоплательщику начислен НДС в сумме 973 786 руб.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области № 16-07/003383@ от 04.10.2023, вынесенным по результатам рассмотрения жалобы налогоплательщика, оспоренное решение инспекции утверждено.

Не согласившись с вынесенным решением инспекции, налогоплательщик обратился в арбитражный суд.

Исследовав представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, арбитражный суд считает заявленные требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям. 

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности. 

Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного акта закону или иному нормативному правовому акту, а также обстоятельств, послуживших основанием для его вынесения возлагается на орган, принявший этот ненормативный правовой акт (ч. 5 ст. 200 АПК РФ). 

Нормой п. 1 ст. 45 НК РФ установлено, что налогоплательщик обязан самостоятельно исполнить обязанность по уплате налога, если иное не предусмотрено законодательством о налогах и сборах. Обязанность по уплате налога должна быть выполнена в срок, установленный законодательством о налогах и сборах.

Надлежащее исполнение обязанности по уплате налога обеспечивается пенями, рассчитываемыми в соответствии со ст. 75 НК РФ.

В силу п. 1 ст. 122 НК РФ неуплата или неполная уплата сумм налога (сбора) в результате занижения налоговой базы, иного неправильного исчисления налога (сбора) или других неправомерных действий (бездействия), если такое деяние не содержит признаков налогового правонарушения, предусмотренного ст. 129.3 НК РФ, влечет взыскание штрафа в размере 20% от неуплаченной суммы налога (сбора).

Деяния, предусмотренные п. 1 ст. 122 НК РФ, совершенные умышленно, влекут взыскание штрафа в размере 40% от неуплаченной суммы налога (сбора, страховых взносов) (п. 3 ст. 122 НК РФ).

В соответствии со ст. 146 НК РФ объектом налогообложения по налогу на добавленную стоимость признаются операции по реализации товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации. Сумма налога исчисляется как соответствующая налоговой ставке процентная доля налоговой базы.

Согласно п. 1 ст. 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со ст. 166 НК РФ, на установленные ст. 171 НК РФ налоговые вычеты.

В силу п. 1 ст. 172 НК РФ налоговые вычеты производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога.

В соответствии со ст. 169 НК РФ документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету, является счет-фактура. При этом сведения, содержащиеся в счете-фактуре, предусмотренные п. 5 ст. 169 НК РФ, должны быть достоверны. Счет-фактура подписывается руководителем и главным бухгалтером организации либо иными лицами, уполномоченными на то приказом (иным распорядительным документом) по организации или доверенностью от имени организации.

Счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного п.п. 5 и 6 указанной статьи, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.

Таким образом, налогоплательщик имеет право на осуществление налогового вычета (возмещение) налога на добавленную стоимость при одновременном существовании следующих условий: наличие счета-фактуры, оформленного в соответствии с императивными требованиями ст. 169 НК РФ; принятие товара (работ, услуг) к своему учету на основании первичных учетных документов.

Обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике-покупателе товаров (работ, услуг), поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщиками.

Исходя из положений гл. 21 НК РФ право на вычет НДС может быть реализовано при условии четкой идентификации реального поставщика товара (работы, услуги).

Предъявляя к вычету НДС по операциям с контрагентом, налогоплательщик должен доказать как факт реального приобретения товара (работ, услуг), так и то, что товары поставлены (работы выполнены, услуги оказаны) непосредственно тем контрагентом, который заявлен в представленных в налоговый орган документах.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Постановлении от 20.02.2001 № 3-П и в определениях от 25.07.01 № 138-О, от 08.04.04 № 168-О и № 169-О, право на возмещение НДС из бюджета предоставлено добросовестным налогоплательщикам для компенсации реально понесенных ими затрат по уплате налога поставщикам товаров (работ, услуг). 

Налогоплательщик, использующий указанное право в противоречии с его назначением, то есть злоупотребляющий им, не может рассчитывать на такую же судебную защиту этого права, как добросовестный налогоплательщик. 

Избежание налогообложения в результате совершения действий, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, является неправомерным поведением налогоплательщика, не совместимым с положениями ст. 3 НК РФ, поскольку приводит к возникновению у лица, обязанного к уплате налога, неоправданного преимущества по сравнению с другими налогоплательщиками, нарушению публичного интереса.

Нормой п. 1 ст. 54.1 НК РФ предусмотрен запрет уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

В соответствии с п. 2 ст. 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных п. 1 указанной статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ при соблюдении одновременно следующих двух условий: 1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Из разъяснений, изложенных в п. 1 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 следует, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Документы, представляемые налогоплательщиком в подтверждение налоговых выгод, должны отвечать установленным законом требованиям и содержать достоверные сведения об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает правовые, в том числе налоговые, последствия.

В налоговых правоотношениях недопустима фикция, которая позволяла бы недобросовестным налогоплательщикам с помощью инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, и искусственной юридической конструкции создавать ситуацию формального наличия права на получение налоговых выгод путем представления документов, оформляющих номинальное движение и реализацию товара (работ, услуг) (в том числе прикрытием получения товара (работ, услуг) неустановленного происхождения от номинального контрагента).

Сделки в обход налогового закона подразумевают действия, имеющие целью сознательное создание налогоплательщиками определенного фактического состава (или же воздержание от его создания) с целью обеспечить по отношению к себе действие одного правового предписания и (или) не допустить действие другого.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера). Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (п. 3 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53).

О необоснованной налоговой выгоде могут также свидетельствовать подтвержденные доказательствами выводы налогового органа о наличии следующих обстоятельств: невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств; учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида работ также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций; совершение операций с товаром, который не производился и не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета (п. 5 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53). 

Установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано (п. 9 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53).

Взаимодействие налогоплательщика с юридическими лицами, которые не осуществляют реальной экономической деятельности, направленное на получение необоснованной налоговой выгоды, может служить основанием для доначисления сумм налогов по результатам налоговой проверки, если такие контрагенты в действительности не имели возможности исполнить сделку перед налогоплательщиком (п. 4 Обзора практики применения арбитражными судами положений законодательства о налогах и сборах, связанных с оценкой обоснованности налоговой выгоды, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.12.2023).

Из Определений Конституционного Суда Российской Федерации от 08.04.2004 № 169-О, от 04.11.2004 № 324-О, от 16.11.2006 № 467-О  следует, что оценка добросовестности налогоплательщика предполагает оценку заключенных им сделок. Заключенные сделки должны не только формально соответствовать законодательству, но и быть реальными, не вступать в противоречие с общим запретом недобросовестного осуществления прав налогоплательщиком.

При обнаружении признаков фиктивности сделок, направленности их на уход от налогов, необходимо выявлять, нет ли в поведении налогоплательщика признаков недобросовестного поведения. Внешним признаком такого поведения может служить, в частности, причинно-следственная зависимость между бездействием поставщика, не уплатившего НДС в бюджет, и требованиями налогоплательщика о возмещении из бюджета средств НДС. Таким образом, НДС от организаций-поставщиков не поступает в федеральный бюджет, а покупатель же требует зачесть НДС, фактически отсутствующий в бюджете.

Соответственно, помимо формальных требований, установленных ст.ст. 169, 171, 172 НК РФ, условием признания налоговой выгоды обоснованной является реальность хозяйственной операции: совершение и исполнение сделки конкретным контрагентом (содержательный аспект сделки) и отражение сделки в соответствии с подлинным экономическом смыслом хозяйственной операции, учет которой обусловливает получение налоговой выгоды.

Таким образом, реальность хозяйственной операции определяется не только фактическим движением товара (оказанием услуг), но и реальностью исполнения договора именно заявленным контрагентом, то есть наличием прямой связи с конкретным контрагентом.

Как указано в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2017 № 302-КГ17-19438 и от 14.12.2017 № 304-КГ17-18401, анализ положений гл. 21 НК РФ в их взаимосвязи позволяет признать, что документальное обоснование права на налоговые вычеты сумм налога на добавленную стоимость, уплаченного контрагентам при приобретении товаров (работ, услуг), возлагается на налогоплательщика. У налогового органа отсутствует обязанность доказывать, какими именно лицами фактически были поставлены товары (выполнены работы, оказаны услуги), поскольку именно общество должно подтвердить реальность хозяйственных операций с конкретным контрагентом, по взаимоотношениям с которым заявлена налоговая выгода.

Основанием для вынесения оспоренного решения послужили выводы инспекции об умышленном создании налогоплательщиком формального документооборота с целью получения необоснованной налоговой выгоды по сделкам выполнения работ и поставки товара, при установленной фиктивности и нереальности указанных сделок, сопровождающихся отсутствием реальности сделок в части поставки товара, выполнением работ силами самого налогоплательщика либо физических лиц в отсутствие надлежащим образом оформленных отношений, а также невыполнением налогоплательщиком условий для освобождения от ответственности ввиду не уплаты налогоплательщиком недостающей суммы пени до представления уточненной налоговой декларации.

Так, инспекцией в ходе налоговой проверки установлено, что ООО «Энергомонтаж» ИНН 

<

***> зарегистрировано 14.08.2015 и состоит на налоговом учете в Межрайонной ИФНС России № 17 по Челябинской области.

Учредителем ООО «Энергомонтаж» с 20.04.2018 является ФИО4, руководителем с 03.05.2018 - ФИО5

ООО «Энергомонтаж» выполняет строительно-монтажные работы на объектах организаций системы «Транснефть»: общестроительные, электромонтажные, сантехнические работы, работы по благоустройству, канализации, водопровода, кровельные работы и другие. 

Количество работников организации: директор, технический директор, заместитель по общим вопросам, энергетик, инженер ПТО - 2 человека, снабженец - 1 человек, начальник отдела кадров, делопроизводитель, водитель, мастера (3-5 человек), прораб, начальник участка. 

Остальные работники оформляются для численности для участия в тендерах, заработная плата им не начисляется, находятся в отпуске без сохранения заработной платы. 

ФИО4 делает заявки на необходимые ТМЦ, отдел снабжения согласно техническому заданию находит поставщиков и заказывает ТМЦ.

Представителями Общества даны пояснения о том, что основными заказчиками ООО «Энергомонтаж» в проверяемом периоде являлись АО «Транснефть-Урал», АО «Транснефть-Север», АО «Связьтранснефть».

Для подтверждения обоснованности заявленных налоговых вычетов по НДС за 2 квартал 2021 года по контрагенту ООО «ГРУППА 1520» Обществом представлены на проверку: договоры, счета-фактуры, акты о приемке выполненных работ (форма № КС-2), справки о стоимости выполненных работ и затрат (форма  № КС-3) по приобретению ТМЦ и выполнению СМР на сумму 5 842 717 руб., в том числе НДС - 973 786 руб.

Инспекцией установлено, что между ООО «Энергомонтаж» и ООО «ГРУППА 1520» подписаны следующие договоры:

1) от 25.03.2021 №2/2021 между ООО «Энергомонтаж» (покупатель) и ООО «ГРУППА 1520» (поставщик), согласно которому поставщик обязуется поставить покупателю продукцию - плиты дорожные ПНД-14 (6000x2000x140) Серия 3.503.1.91 в количестве 200 шт., а покупатель - принять и оплатить товар (в рамках договора от 25.03.2021 № 2/2021 выставлены счета-фактуры от 30.06.2021 №№ 28-32 на сумму 4 706 000 руб., в т.ч. НДС - 784 333,33 руб.).

Согласно условиям договора от 25.03.2021 № 2/2021 ассортимент, количество, цена, срок, способ и место поставки определяются сторонами в счетах. Покупатель вправе указать иного грузополучателя. Поставка товара осуществляется автомобильным или железнодорожным транспортом силами покупателя;

2) от 19.02.2021 № 14-ЗК-2021 на выполнение СМР при строительстве, реконструкции, ремонте объектов организаций системы «Транснефть» при реализации программы развития, технического перевооружения и реконструкции, программы капитального и текущего ремонта по объектам заказчика АО «Транснефть-Урал», в соответствии с которым субподрядчик - ООО «ГРУППА 1520» обязуется выполнить работы на объектах подрядчика ООО «Энергомонтаж» «Гараж арочный. Инв. № 00476_26. ЦТТ и СТ. Челябинское НУ. Текущий ремонт» (в рамках договора от 19.02.2021 № 14-ЗК-2021 выставлен счет-фактура от 15.06.2021 № 24 на сумму 975 399,73 руб., в т.ч. НДС - 162 566,62 руб.);

3) от 12.01.2021 № 5-ЗК-2020 на выполнение СМР при строительстве, реконструкции, ремонте объектов организаций системы «Транснефть» при реализации программы развития, технического перевооружения и реконструкции, программы капитального и текущего ремонта по объектам заказчика АО «Связьтранснефть», в соответствии с которым субподрядчик - ООО «ГРУППА 1520» обязуется выполнить работы на объектах подрядчика ООО «Энергомонтаж» «АМС УС Синеглазово. Капитальный ремонт» (в рамках договора от 12.01.2021 № 5-ЗК-2020 выставлен счет-фактура от 27.05.2021 № 22 на сумму 142 422,19 руб., в т.ч. НДС - 23 737,03 руб.);

4) от 14.01.2021 № 6-ЗК-2020 на выполнение СМР при строительстве, реконструкции, ремонте объектов организаций системы «Транснефть» при реализации программы развития, технического перевооружения и реконструкции, программы капитального и текущего ремонта по объектам АО «Связьтранснефть», в соответствии с которым субподрядчик - ООО «ГРУППА 1520» обязуется выполнить работы на объектах подрядчика ООО «Энергомонтаж» - 118-КР-007-026775 «Блок контейнеры Западно-Сибирского ПТУС. Капитальный ремонт» (в рамках договора от 14.01.2021 №6-ЗК-2020 выставлен счет-фактура от 25.05.2021 №25 на сумму 18 894,60 руб., в том числе НДС - 3 149,10 руб.).

По данным оборотно-сальдовой ведомости по счету 10 и карточки счета 10.08 за 2 квартал 2021 года, представленных Обществом, установлено приобретение 254 плит и списание в производство 230 плит, в том числе:

- 30 плит, приобретенных у ООО «Ухтинский завод железобетонных изделий» (далее - ООО «УЗЖБИ»), списаны на объект заказчика АО «Транснефть-Север» («Ухта-1»);

- 24 плиты, приобретенных у ООО «ГК ЖЕЛЕЗОБЕТОН-УФА» для использования на объекте заказчика АО «Транснефть-Урал» («Подъездная дорога к ЛПДС «Андреевка»), числятся на остатке и во 2 квартале 2021 года в деятельности Общества не использовались;

- 200 плит, приобретенных у ООО «ГРУППА 1520», списаны в количестве 120 штук на объекте заказчика АО «Транснефть-Север» (контракт от 25.02.2021 № ТСВ-214/09-02/21) и в количестве 80 штук - на объекте заказчика АО «Транснефть-Урал» (контракт от 09.03.2021 № ТУР-21-22-03-21391).

Согласно актам о приемке выполненных работ (форма № КС-2) работы по укладке плит на объекте заказчика АО «Транснефть-Север» выполнены субподрядчиком ООО СК «РЕСУРС».

Согласно имеющемуся в налоговом органе протоколу допроса свидетеля от 04.07.2022 №341 руководитель ООО СК «РЕСУРС» ФИО6 показал, что ООО СК «РЕСУРС» в 2021 году как субподрядчик ООО «Энергомонтаж» выполняло работы на объекте АО «Транснефть-Север», организации ООО «ГРУППА 1520», ООО «Риджис» свидетелю не известны.

Из представленных заказчиками АО «Транснефть-Север» и АО «Транснефть-Урал» документов не установлено использование ТМЦ (плит), приобретенных у ООО «ГРУППА 1520», при выполнении строительно-монтажных работ на объектах заказчиков.

ООО «ГРУППА 1520» зарегистрировано в качестве юридического лица 12.05.2015 и состоит на налоговом учете в Межрайонной ИФНС России № 16 по Челябинской области, адрес местонахождения ООО «ГРУППА 1520»: 

<

...>.

Основной вид деятельности - деятельность вспомогательная прочая, связанная с перевозками, кроме того, заявлено 76 дополнительных видов деятельности. Сведения по форме № 6-НДФЛ за 2021 год представлены на 4 человека, за 6 месяцев 2022 года - на 3 человека. 

У ООО «ГРУППА 1520» отсутствует членство в СРО.

Учредителями ООО «ГРУППА 1520» являлись в период с 12.05.2015 по 24.05.2022 ФИО7, с 25.05.2022 - ФИО8, руководителем - с 12.05.2015 является ФИО7

Согласно имеющемуся в налоговом органе протоколу допроса свидетеля от 27.05.2022 ФИО7 относительно сделки с ООО «Энергомонтаж» сообщил, что для выполнения работ на объектах им привлекалось ООО «Риджис» (агент), фактически работы выполняли сотрудники ООО «Риджис» под руководством работников ООО «ГРУППА 1520» (ФИО9, ФИО10). 

Сколько человек было от ООО «Риджис» и их фамилии ФИО7 не знает. 

В ходе допроса ФИО7 пояснил, что в ООО «Энергомонтаж» им был представлен список лиц, которые будут выполнять работы на объекте, в нем было 15-18 человек. 

В данном списке ФИО9 и ФИО10 заявлены как прорабы, остальные были вымышлены для того, чтобы показать серьезность и возможности организации, сотрудники ООО «Риджис» в списке не были заявлены. 

Кто порекомендовал ООО «Риджис» для сотрудничества, как везли ТМЦ ООО «Риджис» ФИО7 не помнит, у кого ООО «Риджис» приобретало товары, свидетель не знает.

Согласно протоколу допроса свидетеля от 12.04.2023 № 163 ФИО10 показал, что он на объектах «Транснефть» в 2021 году не работал, объекты ему не известны, в журналах пропусков не расписывался, организации ООО «Энергомонтаж», ООО «Риджис» и их сотрудники ФИО10 не знакомы.

В налоговой декларации по НДС за 2 квартал 2021 года, представленной ООО «ГРУППА 1520», заявлены вычеты по контрагенту ООО «Риджис» (сумма сделки - 5 404 726 руб., в том числе НДС - 900 795 руб., доля вычетов - 98,5%).

ООО «Риджис» ИНН 

<

***> зарегистрировано в качестве юридического лица 03.08.2017 и состоит на налоговом учете в Межрайонной ИФНС России № 17 по Челябинской области, адрес местонахождения ООО «Риджис»: 

<

...>.

Основной вид деятельности - аренда и управление собственным или арендованным недвижимым имуществом, фактически во 2 квартале 2022 года осуществляло деятельность ресторанов и кафе с полным ресторанным обслуживанием, кафетериев, ресторанов быстрого питания и самообслуживания (дополнительный вид деятельности).

ООО «Риджис» применяет УСН с объектом налогообложения: «доходы-расходы». Сведения по форме № 6-НДФЛ за 2021 год представлены на 6 человек, по данным расчета по страховым взносам за полугодие 2022 года количество застрахованных лиц - 5 человек.

Учредителем и руководителем ООО «Риджис» с 03.08.2017 является ФИО11

В ходе допроса ФИО11 (протокол допроса свидетеля от 17.05.2023) сообщила, что в 2021-2022 годах она являлась директором ООО «Риджис», численность сотрудников ООО «Риджис» составляла 7-10 человек. Должности в ресторане: 2 менеджера, сушеф, кондитер, продавец, официант, бармен, директор, также менеджер, отвечающий за торговые павильоны, управляющая торговым центром «Техникум» по адресу: 

<

...>. 

ООО «Риджис» оказывает услуги по питанию для гостей гостиницы «Форум». ООО «Риджис» в адрес ООО «ГРУППА 1520» в период 2021-2022 годы поставляло строительные материалы (оставшиеся излишки - пенопласт, техноплекс) по предложению директора ООО «ГРУППА 1520». 

ООО «Риджис» не выполняло строительно-монтажные работы для ООО «ГРУППА 1520», организация ООО «Энергомонтаж» ФИО11 не знакома.

Согласно налоговой декларации по НДС за 2 квартал 2021 года ООО «Риджис» осуществляло закуп ТМЦ у АО «ТОРГОВАЯ КОМПАНИЯ «МЕГАПОЛИС».

Из документов, представленных АО «ТОРГОВАЯ КОМПАНИЯ «МЕГАПОЛИС», следует, что ООО «Риджис» приобретало у данного контрагента табачную продукцию.

Таким образом, материалы проверки свидетельствуют о том, что ООО «Риджис» не поставляло спорные ТМЦ (плиты) в адрес ООО «ГРУППА 1520».

Кроме того, налоговой проверкой установлено несоответствие товарного потока по цепочке контрагентов: ООО «Энергомонтаж» - ООО «ГРУППА 1520» (СМР, плиты), ООО «ГРУППА 1520» - ООО «Риджис» (пенопласт, техноплекс), ООО «Риджис» - АО «Торговая Компания «МЕГАПОЛИС» (табачная продукция).

Более того, согласно условиям договоров (п.п. 15.1, 15.6), заключенных Обществом (подрядчик) с заказчиками, подрядчик представляет на согласование заказчику список всех субподрядчиков, выполняющих СМР, осуществляющих изготовление и поставку материалов, оборудования с указанием выполняемых ими работ, поставляемых материалов и оборудования. Подрядчик не вправе привлекать к исполнению контракта третьих лиц без предварительного письменного согласования с заказчиком. 

В приложении № 5 к данным договорам содержится список согласованных субподрядчиков, при этом, ООО «ГРУППА 1520» не значится в данном списке в качестве субподрядчика.

Таким образом, материалами проверки подтверждается, что Общество не согласовывало с заказчиками привлечение контрагента ООО «ГРУППА 1520» для выполнения СМР на объектах заказчиков.

В представленных Обществом удостоверениях, приказах, журналах учета проверки знаний правил работы в электроустановках, журналах регистрации инструктажа на рабочем месте на объекте сотрудники ООО «ГРУППА 1520» не установлены.

Заказчиком АО «Транснефть-Урал» представлен общий журнал работ по объекту «Гараж арочный. Инв. № 00476_26. ЦТТ и СТ. Челябинское НУ. Текущий ремонт», в котором в графе «Должность, фамилия, инициалы, подпись уполномоченного представителя лица, осуществляющего строительство» указано - «прораб ФИО12».

Согласно имеющемуся в налоговом органе протоколу допроса свидетеля от 27.06.2022 № 374 ФИО12 пояснил, что он работал в ООО «Энергомонтаж», на объекте также выполняли работы ФИО13 (прораб) и ФИО14 (начальник участка), на объекте кроме них никто не работал, организации ООО «ГРУППА 1520» и ООО «Риджис» свидетелю не знакомы.

По данным информационных ресурсов налоговых органов ФИО12, ФИО13, ФИО14 работниками ООО «Энергомонтаж» не числились (официально не трудоустроены), по сведениям о доходах физических лиц и суммах налога данные лица во 2 квартале 2021 года получили доход в ООО «СИГМАСТРОЙ-М».

При этом ООО «СИГМАСТРОЙ-М» является контрагентом ООО «Энергомонтаж».

Согласно протоколу допроса свидетеля от 16.06.2022 №362 ФИО15 (работник ООО «СИГМАСТРОЙ-М» «Энергомонтаж») пояснил, что он присутствовал на объекте заказчика АО «Связьтранснефть» (г. Челябинск, п. Синеглазово) во 2 квартале 2021 года, организация ООО «СИГМАСТРОЙ-М» «ГРУППА 1520» свидетелю не знакома.

Таким образом, Обществом получена необоснованная налоговая экономия путем создания им формального документооборота по взаимоотношениям с контрагентом ООО «СИГМАСТРОЙ-М» «ГРУППА 1520» с целью неуплаты НДС за 2 квартал 2021 года, что образует состав налогового правонарушения по п. 3 ст. 122 НК РФ.

Фактически спорный контрагент СМР не выполнял, спорные ТМЦ в адрес Общества не поставлял, реальность сделки со спорным контрагентом отсутствовала.

Кроме того, инспекцией установлено, что Обществом не выполнены условия для освобождения от налоговой ответственности, ввиду не уплаты недостающей суммы пени до представления уточненной налоговой декларации, что также образует состав налогового правонарушения по п. 1 ст. 122 НК РФ.

По результатам проверки инспекцией сделан вывод о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. 

Арбитражный суд признает данный вывод инспекции правомерным.

В рассматриваемом случае, установленные инспекцией обстоятельства и собранные доказательства подтверждают направленность действий налогоплательщика на получение необоснованной налоговой выгоды. 

Так, в ходе налоговой проверки инспекцией установлено, что: 

- спорный контрагент, заявляемый налогоплательщиком в качестве исполнителя сделок (выполнения работ, поставки товара) не имел реальной возможности их осуществления, поскольку обладает всеми признаками «номинальных» структур (с учетом отсутствия у организации материальных активов и соответствующего персонала, несения расходов в целях осуществления реальной предпринимательской деятельности, складских помещений для хранения значительного количества специфического товара, отсутствия доказательств использования им привлеченных ресурсов, представления налоговой отчетности в налоговые органы с «минимальными» показателями), 

- осуществлялись операции преимущественно с контрагентом, не исполняющим своих налоговых обязательств, у которого отсутствуют документы, подтверждающие наличие реальных возможностей исполнения сделок, 

- отсутствует источник возмещения НДС из бюджета, 

- инспекцией не установлен источник происхождения товара и у спорного контрагента отсутствуют документы, подтверждающие наличие реальных возможностей поставки товара для его последующей реализации налогоплательщику,

- отсутствовала реальность заявленных в первичных документах работ, сопровождающаяся их выполнением силами самого налогоплательщика либо привлеченных физических лиц без надлежащего оформления договорных отношений, 

- имелись полученные свидетельские показания, в том числе работника спорного контрагента и конечных получателей работ, опровергающие какое-либо участие спорного контрагента в заявленных сделках, при активном участии в них самого налогоплательщика,

- отсутствовали разумные экономические (за исключением необоснованной налоговой выгоды) и организационные причины вовлечения в спорные сделки формально участвовавших посредников. 

В данном случае, инспекций собраны достаточные доказательства, свидетельствующие о том, что заявленный контрагент не имел реальной возможности исполнить сделки, что подтверждается установленными инспекцией в ходе налоговой проверки обстоятельствами, соответственно представленные налогоплательщиком первичные документы содержат недостоверные сведения относительно взаимоотношений со спорными контрагентами.

Инспекцией верно отмечено, что с учетом установленных в ходе налоговой проверки обстоятельств, единственной целью налогоплательщика при фиктивном документальном оформлении отношений со спорным контрагентом являлось не получение результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии в виде необоснованного получения вычетов по НДС.

Также следует учитывать и то, что инспекцией установлены обстоятельства, дающие основания полагать, что экономический источник вычета (возмещения) НДС, сформированной организациями, участвовавшими в транзитном перечислении денежных средств, в бюджете не создан, поскольку за незначительным налоговым бременем спорного контрагента стоял вывод денежных средств по фиктивным документам путем согласованных действий, а не реальная экономическая деятельность, что не позволяет налогоплательщику претендовать на получение налоговой выгоды.

Изложенное, в совокупности с умышленным созданием налогоплательщиком формального документооборота свидетельствует об отсутствии у налогоплательщика реальной деловой цели в совершении спорных сделок и налоговая цель в данном случае очевидно превалировала над экономической.

Действия, связанные с искусственным введением в систему договорных отношений спорного контрагента, не обусловлены разумными экономическими причинами и фактически лишь имитируют, посредством умышленного создания формального документооборота, хозяйственные операции. 

При этом, инспекцией не только приведены внешние характеристики спорного контрагента, указывающие на сомнения в ведении им реальной предпринимательской деятельности, но и подтверждена совокупностью собранных в ходе налоговой проверки доказательств противоречивость представленных налогоплательщиком документов с очевидностью этого для него, сопровождающаяся активным участием налогоплательщика в умышленном создании формального документооборота исключительно с целью получения необоснованной налоговой выгоды.

О правомерности позиции инспекции также свидетельствует и полученные инспекцией в ходе налоговой проверки показания работника спорного контрагента о том, что указывались вымышленные лица для выполнения работ.

Установленными в ходе налоговой проверки обстоятельствами и собранными инспекцией доказательствами подтверждается, что неполная уплата налога явилась следствием реализации налогоплательщиком схемы создания «искусственной» ситуации, при которой спорные сделки формально соответствуют требованиям закона, но фактически направлены исключительно на получение необоснованной налоговой выгоды. 

В ходе налоговой проверки инспекцией собраны доказательства, свидетельствующие о нереальности финансово-хозяйственных взаимоотношений налогоплательщика с заявленными контрагентами, а также о том, что спорный контрагент умышленно включен налогоплательщиком в «цепочку» контрагентов с целью получения необоснованной налоговой выгоды. 

При указанных обстоятельствах инспекция обоснованно посчитала, что налогоплательщик знал об оформлении и принятии к учету первичных документов от имени спорных контрагентов, отражающих несуществующие хозяйственные операции. 

Включая в документооборот формально составленные первичные документы от имени контрагента, реальность взаимоотношений с которым не подтверждена и которой в действительности не имело места, претендуя при этом на незаконную минимизацию налоговых обязанностей, налогоплательщик понимал и осознавал противоправный характер своих действий, сознательно допускал наступление вредных последствий таких действий, исключительно в целях уклонения от исполнения налоговых обязательств в виде непоступления налогов в бюджет.

Соответственно, довод налогоплательщика об отсутствии умысла и его вины в совершении налогового правонарушения не принимается. 

С учетом установленных в ходе налоговой проверки обстоятельств, деяния налогоплательщика правомерно квалифицированы по п. 3 ст. 122 НК РФ, как совершенные с умыслом.

Следовательно, при наличии умысла на совершение налогового правонарушения, доводы налогоплательщика о проявлении им должной степени осмотрительности при выборе спорных контрагентов не могут быть приняты судом во внимание.

Если цель уменьшения налоговой обязанности за счет организации формального документооборота с участием «технических» компаний преследовалась непосредственно самим налогоплательщиком или, по крайней мере, при известности налогоплательщику об обстоятельствах, характеризующих его контрагента как «техническую» компанию, применение расчетного способа определения налоговой обязанности не отвечает предназначению данного института, по сути уравнивая в налоговых последствиях субъектов, чье поведение и положение со всей очевидностью не является одинаковым: налогоплательщиков, допустивших причинение потерь казне для получения собственной налоговой выгоды и налогоплательщиков, не обеспечивших должное документальное подтверждение осуществленных ими операций (п. 39 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021).

Взаимодействие налогоплательщика с юридическими лицами, которые не осуществляют реальной экономической деятельности, направленное на получение необоснованной налоговой выгоды, может служить основанием для доначисления сумм налогов по результатам налоговой проверки, если такие контрагенты в действительности не имели возможности исполнить сделку перед налогоплательщиком (п. 4 Обзора практики применения арбитражными судами положений законодательства о налогах и сборах, связанных с оценкой обоснованности налоговой выгоды, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.12.2023).

В данном случае, поскольку в отношении спорного контрагента налогоплательщиком умышленно создан формальный документооборот, не сопровождающийся реальным исполнением и налогоплательщик не получил какого-либо предоставления по сделкам, оформленным от имени спорного контрагента, следует заключить об отсутствии у заявленных хозяйственных операций признака реальности.

Соответственно, произвольного завышения сумм налоговых платежей, начисленных по результатам проверки, инспекцией не допущено.

Довод налогоплательщика о реальности взаимоотношений со спорным контрагентом и отсутствии претензий со стороны заказчиков работ не может быть принят судом во внимание, как основанная на неверном понимании налогового законодательства в части возможности предъявления вычетов по НДС, ввиду того, что налоговое законодательство исходит из реальности операции с конкретным заявленным налогоплательщиком контрагентом, а потому наличие результата работ безусловно не может свидетельствовать об их выполнении заявленным контрагентом.

Ссылки налогоплательщика на протокол допроса ФИО11 и результаты камеральной налоговой проверки налоговой декларации ООО «Риджис» по УСН, а также на проекты производственных работ, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку в ходе указанной и рассматриваемой налоговых проверок инспекцией не установлено реальности сделок, в то время как установлено, что спорный контрагент не имел возможности исполнения сделок. При этом, само по себе оформление операций в налоговом учете не опровергает выводов инспекции, а подтверждает лишь выполнение обязанностей по формальному учету таких хозяйственных операций. Кроме того, сам по себе факт получения ООО «Риджис» денежных средств от ООО «Группа 1520» не является основанием для признания неправомерным отказа инспекции в предоставлении вычетов по НДС налогоплательщику по контрагенту ООО «Группа 1520», равно как и не опровергает установленную в ходе налоговой проверки налогоплательщика совокупность обстоятельств, свидетельствующих о создании налогоплательщиком формального документооборота с целью получения необоснованной налоговой выгоды. При этом, какой-либо непоследовательности в позиции инспекции применительно к настоящему делу арбитражный суд не усматривает. 

Несомненно, как указано налогоплательщиком, в налоговых правоотношениях действует презумпция добросовестности налогоплательщика, однако данная презумпция инспекцией опровергнута совокупностью установленных в ходе налоговой проверки обстоятельств, оцененных в их тесной взаимосвязи. 

Доводы налогоплательщика о формальном характере проведенной налоговой проверки и об избирательном отражении инспекцией в оспоренном решении содержания собранных доказательств представляются несостоятельными и указанных выше выводов инспекции, основанных на всей совокупности добытых в ходе налоговой проверки доказательств, не опровергают.

Ссылки налогоплательщика на материалы иных налоговых проверок в отношении других налогоплательщиков не могут быть приняты судом во внимание, как находящиеся за пределами предмета исследования по настоящему делу. 

Также отклоняется довод, что налогоплательщик выполнил все установленные ст.ст. 169, 171, 172 НК РФ требования, поскольку само по себе оформление операций со спорными контрагентами в учете налогоплательщика не опровергает выводов инспекции, а подтверждает лишь выполнение обязанностей по формальному учету этих хозяйственных операций.

Перечисленные выше обстоятельства, касающиеся условий и обстоятельств исполнения заявленных сделок, информации, полученной инспекцией, оцениваются судом в их совокупности и взаимосвязи, и свидетельствуют о создании налогоплательщиком в результате формального документооборота ситуации, позволяющей получить налоговые выгоды вне связи с реальной предпринимательской (иной экономической) деятельностью. 

В целом возражения налогоплательщика не опровергают фактические обстоятельства, установленные в ходе налоговой проверки, а по сути, представляют собой собственную трактовку этих обстоятельств, основанную исключительно на обобщенном мнении о недоказанности недобросовестности действий налогоплательщика. При этом, налогоплательщик игнорирует полученные инспекцией доказательства, свидетельствующие об отсутствии хозяйственных операций со спорным контрагентом, признака реальности и об участии налогоплательщика в создании формального документооборота в целях получения необоснованной налоговой выгоды.

Доводы налогоплательщика сводятся к опровержению отдельных доказательств, полученных инспекцией, тогда как в основу оспоренного решения положена достаточная совокупность таких доказательств в их тесной взаимосвязи. Наличие налоговых претензий со стороны инспекции обусловливается достаточной совокупностью доказательств совершения налогового правонарушения, добываемой в рамках мероприятий налогового контроля. Как указано выше, в настоящем деле таковая совокупность доказательств инспекцией представлена.

Признание судом налоговой выгоды необоснованной влечет отказ в удовлетворении требований налогоплательщиков, связанных с ее получением.

Отсутствие совокупности условий для признания оспоренного решения инспекции недействительным исключает возможность удовлетворения заявленных требований. 

Кроме того, в ходе налоговой проверки инспекцией сделан вывод, что налогоплательщиком не соблюдены условия для освобождения от налоговой ответственности, предусмотренные п. 4 ст. 81 НК РФ. 

Так, в ходе налоговой проверки инспекцией установлено, что поскольку до подачи уточненной налоговой декларации (к уплате 842 721 руб.) пени налогоплательщиком не уплачены, условия освобождения от налоговой ответственности налогоплательщиком не выполнены.

Нормой п. 1 ст. 80 НК РФ установлено, что налоговая декларация представляется каждым налогоплательщиком по каждому налогу, подлежащему уплате этим налогоплательщиком, если иное не предусмотрено законодательством о налогах и сборах.

В силу ст. 81 НК РФ налогоплательщики обязаны вносить изменения в налоговую декларацию (расчет) в случае обнаружения ими факта неотражения или неполноты отражения сведений, а также ошибок, приводящих к занижению суммы налога, подлежащей уплате.

Согласно п. 4 ст. 81 НК РФ если уточненная налоговая декларация представляется в налоговый орган после истечения срока подачи налоговой декларации и срока уплаты налога, то налогоплательщик освобождается от ответственности в случаях: 1) представления уточненной налоговой декларации до момента, когда налогоплательщик узнал об обнаружении налоговым органом неотражения или неполноты отражения сведений в налоговой декларации, а также ошибок, приводящих к занижению подлежащей уплате суммы налога, либо о назначении выездной налоговой проверки по данному налогу за данный период, при условии, что до представления уточненной налоговой декларации он уплатил недостающую сумму налога и соответствующие ей пени; 2) представления уточненной налоговой декларации после проведения выездной налоговой проверки за соответствующий налоговый период, по результатам которой не были обнаружены неотражение или неполнота отражения сведений в налоговой декларации, а также ошибки, приводящие к занижению подлежащей уплате суммы налога.

Поскольку налогоплательщиком не соблюдены условия освобождения от ответственности, предусмотренные п. 4 ст. 81 НК РФ (неуплата на момент представления уточненной налоговой декларации по НДС за 2 квартал 2021 года соответствующей суммы пени), налогоплательщик правомерно привлечен к налоговой ответственности по п. 1 ст. 122 НК РФ за неуплату налога в размере 21 068 руб.

Доводов о незаконности оспоренного решения инспекции в этой части заявление налогоплательщика не содержит.

С учетом изложенного, оснований для признания недействительным оспоренного решения инспекции у арбитражного суда не имеется.  

Согласно ст. 112 АПК РФ вопросы распределения судебных расходов, к которым в соответствии со ст. 101 АПК РФ относится государственная пошлина, разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу. 

Учитывая принятие судебного акта не в пользу налогоплательщика, судебные расходы по оплате государственной пошлины в силу ст.ст. 101, 110, 112 АПК РФ относятся на налогоплательщика.

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Челябинской области.

 

Судья                                                                                                           А.П. Свечников