ДВАДЦАТЬ ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Суворова, д. 21, Севастополь, 299011, тел. 8 (8692) 54-74-95

E-mail: info@21aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №  А83-23139/2022

05 мая 2023 года

город Севастополь

         

 

Двадцать первый арбитражный апелляционный суд в составе судьи Колупаевой Юлии Васильевны,  рассмотрев в порядке упрощенного производства апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на решение Арбитражного суда Республики Крым  (мотивированное решение) от 15.02.2023  по делу    № А83-23139/2022 (судья Плотников И.В.)

по исковому заявлению акционерного общества «Цифровое телевидение»

к индивидуальному предпринимателю ФИО1

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав, 

 

УСТАНОВИЛ:

Акционерное общество «Цифровое телевидение»  (далее – истец, общество, АО «Цифровое телевидение») обратилось в Арбитражный суд Республики Крым с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик, ИП ФИО1) с требованиями о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 640354, № 627741, № 630591 в размере 30 000 руб., а также судебных расходов.

Исковые требования основаны на положениях статей 493, 1252, 1240, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивированы нарушением ответчиком исключительных прав истца на товарные знаки № 627741, № 630591, № 640354 путем реализации товара, на упаковку которого нанесены изображения сходные до степени смешения с указанными товарными знаками, исключительные права на которые принадлежат истцу.

Решением Арбитражного суда Республики Крым  от 15.02.2023 (резолютивная часть решения принята 24.01.2023) исковые требования удовлетворены полностью; взыскано с индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу акционерного общества «Цифровое телевидение» компенсацию за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 640354, № 627741, № 630591 в размере 30 000 руб.; взысканы  с индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу акционерного общества «Цифровое телевидение» судебные расходы в размере 2771 руб., состоящие из: расходов по оплате государственной пошлины в размере 2000 руб., расходов на приобретение спорного товара в размере 450 руб., почтовых расходов в размере 121 руб., расходов на получение выписки из ЕГРИП в размере 200 руб.

Не согласившись с указанным решением суда первой инстанции, ИП  ФИО1 обратилась  в апелляционный суд с жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить,  принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении требований.

Апеллянт полагает, что терминальный чек не является надлежащим доказательством по делу, так как не подтверждает факт приобретения спорного товара у ответчика,  поскольку не содержит сведений о проданном товаре, а указанная в нём информация не позволяет идентифицировать приобретенный товар.  Апеллянт  ссылается на то, что спорный товар был продан в соседней торговой точке одному из представителей истца другим предпринимателем, а представленный в материалы дела чек в действительности был выдан ответчиком за иной товар, реализуемый в его торговой точке и приобретенный вторым представителем истца.  Апеллянт считает, что представленная в материалы дела видеозапись не позволяет достоверно установить дату,  время и место проведения съемки.

Определением Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2023 апелляционная жалоба  принята к производству суда апелляционной инстанции в порядке статьи 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Указанным определением также было  предложено  истцу в срок до 06.04.2023 представить мотивированный и документально обоснованный отзыв на апелляционную жалобу в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с доказательствами направления (вручения) его заявителю апелляционной жалобы.

В судебное заседание лица, участвующие в деле, не вызывались, о принятии апелляционной жалобы к производству извещены надлежащим образом.

Информация о принятии апелляционной жалобы своевременно размещена судом в информационно-коммуникационной сети «Интернет» в «Картотеке арбитражных дел».

Повторно рассмотрев дело по правилам статей 266, 268 АПК РФ, изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, суд апелляционной инстанции установил следующее.

Как следует из материалов дела, истец является обладателем исключительных прав на товарные знаки № 627741,  №630591,  №  640354, что подтверждается свидетельствами Российской Федерации на указанные товарные знаки, зарегистрированными в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации, срок действия до всех указанных товарных знаков до 30.09.2026 (копии свидетельств представлены в электронном виде).

Перечисленные товарные знаки зарегистрированы в отношении широкого перечня классов товаров и услуг Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков, в том числе «игрушки» (28 класс МКТУ).

В обоснование заявленных требований истец указывает, что 27.07.2021 в торговой точке, расположенной вблизи адресной таблички: Республика Крым, 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар, обладающий техническими признаками контрафактности – Фигурка в картонной упаковке.

Указанный выше товар реализован ответчиком истцу по договору розничной купли-продажи.

В подтверждение факта приобретения у ответчика указанного товара в материалы дела представлен терминальный чек от 27.07.2021, содержащий сведения об ответчике, индивидуальном предпринимателе ФИО1, месте совершения расчетов – Песчаное, Бабича, 36.

Истцом в материалы дела представлен диск формата DVD-R с видеозаписью реализации спорного товара 27.07.2021 в торговой точке, расположенной  вблизи адресной таблички: Республика Крым, 

<

...>.

В качестве вещественного доказательства представлен непосредственно сам товар – игрушка в картонной упаковке.

28.02.2022 истцом в адрес ответчика направлена претензия № 96503, с требованием о прекращении нарушения исключительных прав истца и оплате компенсации за нарушение исключительных прав на спорные товарные знаки.

Ссылаясь на нарушение ответчиком исключительных прав на товарные знаки, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

В силу статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующий результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными ГК РФ), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается названным Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1225 ГК РФ результатами интеллектуальной деятельности результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются в том числе произведения науки, литературы и искусства, товарные знаки и знаки обслуживания.

В силу статьи 1226 ГК РФ на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

Пунктом 1 статьи 1477 ГК РФ установлено, что на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 ГК РФ).

На территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации (статья 1479 ГК РФ).

Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве (пункт 2 статьи 1481 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1482 ГК РФ в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Согласно пункту 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

Исходя из приведенных норм права, положений части 1 статьи 65 АПК РФ, а также разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10) в предмет доказывания по данному делу входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров и/или услуг, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров и/или услуг, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Принадлежность обществу исключительных прав в отношении товарных  знаков № 640354, № 627741, № 630591 подтверждается представленными в материалы дела доказательствами, а также не оспаривается ответчиком.

Как следует из материалов дела,  27.07.2021  истцом был выявлен факт продажи продукции, нарушающей их исключительные права, в частности, в ходе закупки, произведенной в торговой точке, расположенной вблизи адресной таблички: Республика Крым, 

<

...>, был установлен и задокументирован факт предложения к продаже и продажи от имени ИП ФИО1 товара, обладающего признаками контрафактности - фигурка в картонной упаковке,  на которой имеются изображения, сходные до степени смешения с товарными знаками истца, о чем свидетельствует представленная видеозапись процесса покупки,  терминальный чек и непосредственно сам товар.

В подтверждение факта приобретения у ответчика указанного товара в материалы дела представлен терминальный чек от 27.07.2021 на сумму 550 руб., содержащий сведения об ответчике, индивидуальном предпринимателе ФИО1, месте совершения расчетов – Песчаное, Бабича, 36.

В соответствии со статьями 426, 492 и 494 ГК РФ, выставление на продажу спорной продукции свидетельствует о наличии со стороны ответчика публичной оферты.

Покупка спорного товара оформлена в соответствии с требованиями статьи 493 ГК РФ.

Довод ответчика, что терминальный чек не является надлежащим доказательством по делу, так как не подтверждает факт приобретения спорного товара у ответчика,  поскольку не содержит сведений о проданном товаре, а указанная в нём информация не позволяет идентифицировать приобретенный товар, апелляционный суд отклоняет, поскольку представленный в материалы дела чек содержит дату приобретения товара, наименование ответчика, адрес торговой точки. Отсутствие в чеке точного наименования приобретенного товара в рассматриваемом случае не имеет решающего правового значения, поскольку наименование продавца, стоимость товара в чеке отражены, а на приобщенной к материалам дела видеозаписи зафиксирован процесс приобретения товара, в том числе расчет и выдача чека.

На выданном чеке указана вся необходимая информация, чтобы идентифицировать продавца, с которым заключен договор розничной купли-продажи спорного товара.

Так как чек по сделке розничной купли-продажи выдается продавцом товара, следовательно, за его содержание ответственность несет продавец, так как покупатель не имеет возможности повлиять на его содержание и в этой связи отсутствие на чеке каких-либо реквизитом само по себе не должно являться препятствием для защиты лицом своих нарушенных прав в судебном порядке.

Отсутствие на кассовом чеке ряда каких-либо реквизитов не свидетельствует о том, что данный документ является недостоверным, если сведения, указанные в нем позволяют прийти к выводу о том, что спорный товар был реализован именно ответчиком по делу.

Таким образом, слип-чек (эквайринговый чек, чек банковского терминала) является надлежащим доказательством факта заключения договора розничной купли-продажи товара.

Доводы апеллянта  о том, что  представленная в материалы дела видеозапись не позволяет достоверно установить дату,  время и место проведения съемки отклоняются судом апелляционной инстанции.

Как разъяснено в пункте 55 постановления N 10, факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи. Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется.

Проводя фиксацию, представитель истца воспользовался правом на сбор и получение доказательств. Арбитражным процессуальным законодательством не запрещен такой способ формирования доказательств, следовательно, исходя из анализа норм части 2 статьи 64 АПК РФ, осуществление видеосъемки является соразмерным и допустимым способом защиты нарушенных прав, результаты такой съемки отвечают признакам относимости и достоверности доказательств.

В соответствии со статьей 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется (Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Ведение видеозаписи (в том числе и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статье 14 Гражданского кодекса Российской Федерации и части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которым каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (постановление Суда по интеллектуальным правам от 03.06.2015 по делу № А56-27546/2014).

Исследовав видеозапись момента реализации ответчиком контрафактного товара,суд  первой инстанции правомерно указал, что указанная видеозапись позволяет определить место, в котором было произведено распространение товара, а также обстоятельства покупки. На видеозаписи отражены название торгового объекта, его адрес, факт передачи спорного товара и выдача чека.

В силу статей 12, 14 ГК РФ, части 2 статьи 64 АПК РФ осуществление видеосъемки при фиксации факта распространения контрафактной продукции является соразмерным и допустимым способом самозащиты, и видеозапись отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

Суд апелляционной инстанции, соглашаясь с судом первой инстанции, отклоняет довод  ответчика о том, что  спорный товар был продан в соседней торговой точке одному из представителей истца другим предпринимателем, а представленный в материалы дела чек в действительности был выдан ответчиком за иной товар, реализуемый в его торговой точке и приобретенный вторым представителем истца, поскольку из представленной видеозаписи усматривается, что предоставленный в материалы дела терминальный чек, выданный от имени ответчика, был получен представителем истца при оплате именно спорного товара.

Таким образом, судом апелляционной инстанции установлено, что факт реализации ответчиком спорного товара в торговой точке, где осуществляет предпринимательскую деятельность ответчик, подтверждается материалами дела (терминальным чеком, видеосъемкой, произведенной истцом в целях самозащиты гражданских прав на основании статей 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также самим товаром, фотография которого приобщена к материалам дела).

Видеозапись процесса закупки при непрерывающейся съёмке отчетливо фиксирует обстоятельства заключения договора розничной купли-продажи (место приобретения товара, процесс выбора покупателем приобретаемого товара, оплату товара и выдачу продавцом чека), а также позволяет установить реализованные ответчиком товары и выявить идентичность запечатленного на видеозаписи чека и товара чеку и товару, представленному в материалы дела.

С учетом изложенного, суд первой инстанции правомерно признал видеозапись надлежащими доказательствами по делу, подтверждающим факт реализации контрафактного товара ответчиком

Согласно правовой позиции выраженной в пункте 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 N 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы. Вопрос о сходстве до степени смешения может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует. Обозначение является сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Авторскому праву не известны понятия "сходство" или "сходство до степени смешения". Авторское право оперирует понятием "производное произведение", которое в силу подпункта 1 пункта 2 статьи ГК РФ представляет собой переработку другого произведения.

Из буквального толкования положений подпункта 2 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ следует, что такой способ использования произведения как распространение подразумевает отчуждение оригинала либо тождественных образцов произведения (его экземпляров).

Реализация товара в форме изображения персонажа произведения (в том числетрехмерного товара, воплощающего двухмерный рисунок персонажа) является способомиспользования исключительных прав правообладателя в отсутствие его разрешения.

Оценив сходность реализованного ответчиком товара, на упаковке которого имеются изображения, сходные до степени смешения с товарными знаками N 627741, 630591 и 640354 принадлежащим истцу, суд первой инстанции пришел к верному выводу о возможности реального их смешения в глазах потребителей.

При визуальном осмотре и сравнении приобщенного в качестве вещественных доказательств товара с представленными истцом в материалы дела Свидетельствами на товарные знаки (знаки обслуживания), в частности, поз, характерных черт, их мимики, цветовой гаммы, судом  первой инстанции установлено, что нанесенные на упаковку товара изображения сходны до степени смешения с товарными знаками истца. При визуальном и графическом сходстве охраняемых изображений и реализованного ответчиком товара, позволяют ассоциировать сравниваемые объекты один с другим.

По результатам исследования приобщенных к материалам дела фотоизображений приобретенного у ответчика товара, судом  апелляционной инстанции с позиции обычного потребителя установлено, что товар содержит изображения, сходные до степени смешения с товарными знаками № 640354, № 627741, № 630591.

Сходство товара, реализованного ответчиком, основывается на первом впечатлении, получаемом при их сравнении за счет использования цветового сочетания и характерных деталей.

На спорном товаре не содержится сведений о производителе, информации о правообладателе товарного знака, лицензиате и номере лицензии.

ИП ФИО1 доказательств в подтверждение реализации вышеуказанного товара на законных основаниях в материалы дела не представлено.

Ответчик данное обстоятельство вопреки положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации документально не опроверг.

При этом истец не передавал ответчику права на использование указанных  товарных знаков, доказательств обратного суду в материалы дела не представлено.

Доказательств, свидетельствующих о наличии у ответчика права на реализацию в предпринимательских целях спорного объекта интеллектуальной собственности, апелляционным судом не установлено.

Таким образом, ответчик нарушил исключительное право истца на товарные знаки, в связи с чем, требования о взыскании компенсации являются правомерными.

Статьей 1301 ГК РФ предусмотрено, что в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда; в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.

Аналогичное правило закреплено в пункте 4 статьи 1515 ГК РФ применительно к защите нарушенного исключительного права на товарный знак.

В рассматриваемом случае из искового заявления усматривается, что истцом был избран вид компенсации, взыскиваемой на основании подпункта 1 пункта 1 статьи 1301 ГК РФ, подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (а именно, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при предъявлении требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права доказыванию подлежат: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем незаконного использования. При определении размера компенсации подлежат учету вышеназванные критерии.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела и от их установления зависит правильное разрешение спора, при этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Оценив размер компенсации, заявленный ко взысканию, в сумме 30 000 рублей, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что требования истца о выплате компенсации за нарушение исключительных прав на товарные  знаки обоснованы.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей ко взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

В соответствии с абз. 3 п. 3 ст. 1252 ГК РФ, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных данным Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Исходя из изложенных норм права, а также разъяснениям к ним следует, что правообладатель при доказанности факта нарушения его исключительных прав освобождается от доказывания размера понесенных убытков и вправе требовать от нарушителя компенсацию в установленном законом размере, определяемой по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Таким образом, определение окончательного размера компенсации, подлежащей выплате в пользу истца, является прерогативой суда, который при этом исходит из обстоятельств дела и представленных доказательств, оцениваемых судом по своему внутреннему убеждению. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы (ст. 71 АПК РФ).

Судом первой и апелляционной инстанции установлено, что предприниматель не представил каких-либо доказательств, подтверждающих проявление должной осмотрительности по проверке введения оспариваемого товара в гражданский оборот правообладателем или с его согласия, в том числе при приобретении ответчиком товара.

Также ответчиком не доказано, что использование объектов интеллектуальной собственности не являлось существенной частью предпринимательской деятельности ответчика и не носило грубый характер. Не представлено ответчиком доказательств в отношении кратковременности реализации контрафактной продукции. При этом, по мнению суда, торговля контрафактом вредит репутации истца, поскольку контрафакт низкого качества вызывает у потребителя негативные ассоциации с истцом. Наполненность рынка контрафактом существенно снижает стоимость лицензий, поскольку цены на контрафакт существенно ниже лицензионной продукции и делает практически невозможным продажу исключительных лицензий.

Ответчик ходатайств о снижении размера компенсации не заявлял.

Как разъяснено в определении Верховного Суда РФ от 10.01.2019 №310-ЭС18-16787 суд не вправе снижать размер компенсации за нарушение прав интеллектуальной собственности ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе.

При определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем (пункт 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 (далее - Обзор от 23.09.2015).

В соответствии со статьей 71 АПК РФ Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном  и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

При обращении в арбитражный суд с настоящим иском, истцом заявлены требования о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на три товарных знака в общем размере 30 000 руб., то есть по 10 000 руб. за каждое нарушение.

Учитывая, что  истцом заявлена к взысканию компенсация в минимальном размере за каждое допущенное нарушение, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что указанный истцом размер компенсации не противоречит принципу соразмерности (пропорциональности) санкции совершенному правонарушению, как общепризнанному принципу права, предполагающему дифференциацию ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, учет степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания, а также требованиям разумности и справедливости.

Принимая во внимание изложенное, характер допущенного нарушения, степень вины нарушителя, вероятные убытки правообладателя, суд полагает, что размер заявленной компенсации в общей сумме 30 000 руб. разумным и справедливым, указанная сумма не превышает разумные пределы с учетом положений пункта 3 статьи 1252 ГК РФ.

Учитывая наличие исчерпывающего перечня доказательств, содержащихся в материалах дела, позволяющих достоверно установить нарушение исключительных прав истца именно ответчиком, отсутствие возражений последнего относительно размера компенсации, суд первой инстанции обоснованно удовлетворил исковые требования акционерного общества «Цифровое телевидение» в полном объеме.

С учётом обоснованности выводов суда о наличии оснований для удовлетворения исковых требований в полном объёме, суд первой инстанции правомерно в соответствии со статьями 106 и 110 АПК РФ взыскал судебные расходы по делу.

Таким образом, по результатам рассмотрения апелляционной жалобы установлено, что суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал материалы дела и дал им правильную оценку и не допустил нарушения норм материального и процессуального права, в связи с чем, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Доводы подателя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции и не свидетельствуют о неправильном применении судом норм права.

Приведенным доводам судом первой инстанции дана надлежащая оценка, и они отклонены. Оснований для признания их обоснованными не усматривает и суд апелляционной инстанции.

Обжалуемое решение принято законно и обоснованно с правильным применением норм материального и процессуального права. Выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

Предусмотренные статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания к отмене решения арбитражного суда первой инстанции отсутствуют.

При этом судом не допущено нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта.

Апелляционная жалоба признается не подлежащей удовлетворению как основанная на неверном толковании норм действующего законодательства.

В данном случае заявитель жалобы не представил в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции; доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, не могут служить основанием для отмены решения суда первой инстанции.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что решение Арбитражного суда Республики Крым от 15.02.2023   на основании пункта 1 части 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями  268, 269, 271, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцать первый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Республики Крым от 15.02.2023  (мотивированное решение)  принятое в порядке упрощенного производства по делу № А83-23139/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1  - без удовлетворения.

 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме посредством направления кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции в порядке, установленном частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Судья

                 Ю.В. Колупаева