АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А25-2700/2018

г. Краснодар

25 февраля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 февраля 2022 года.

            Постановление в полном объеме изготовлено 25 февраля 2022 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Мацко Ю.В., судей Илюшникова С.М. и  Соловьева Е.Г., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Белоусовой Е.В., при участии в судебном заседании, проводимом посредством веб-конференции, от финансового управляющего ФИО1 – ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 20.07.2021), в отсутствие ФИО1 (ИНН 

<

***>), ФИО4, иных участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу финансового управляющего ФИО1 – ФИО2 на определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской республики от 24 сентября 2021 года (судья Шишканов Д.Г.) и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29 ноября 2021 года (судьи Макарова Н.В., Бейтуганов З.А., Годило Н.Н.) по делу № А25-2700/2018, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (далее – должник) финансовый управляющий должника ФИО2 (далее – финансовый управляющий) обратился в арбитражный суд к должнику и ФИО4 с заявлением о признании недействительным договора от 03.05.2018 купли-продажи квартиры 30 общей площадью 63,2 кв. м с кадастровым номером 09:04:0000000:26853, расположенной по адресу: 

<

...> (далее – квартира) и применении последствий недействительности сделки.

К участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен орган опеки и попечительства по месту регистрации ФИО4 – мэрию муниципального образования г. Черкесска.

Определением суда от 24 сентября 2021 года, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 29 ноября 2021 года, в удовлетворении требований отказано. Суды пришли к выводу, что квартира являлась на дату совершения оспариваемой сделки единственным жилым помещением, пригодным для проживания должника и членов его семьи. Поскольку после совершения спорной сделки должник иного жилого помещения не приобретал, то принудительное обращение взыскания на квартиру недопустимо в соответствии с положениями части 1 статьи 79 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве».

В кассационной жалобе финансовый управляющий просит отменить судебные акты и удовлетворить требования. По мнению заявителя, действия по смене регистрации ФИО4 и ее детей являлись недобросовестными, совершенными исключительно с целью распространения исполнительского иммунитета на спорную квартиру. Совершение должником в преддверии банкротства в условиях неплатежеспособности сделки (совокупности сделок) по отчуждению принадлежащего ему имущества в пользу заинтересованного лица подтверждает факт направленности сделки (совокупности сделок) на причинение вреда имущественным правам и законным интересам кредиторов. До продажи квартиры должник не использовал квартиру в качестве жилого помещения для собственного проживания, поскольку за месяц до продажи снялся с регистрационного учета в спорной квартире, зарегистрировался по иному адресу, где и проживал. После возбуждения в отношении должника дела о его несостоятельности (банкротства) не пользовался спорной квартирой для собственного проживания, свое фактическое место жительства не раскрывал. Поскольку ФИО4 владеет на праве общей долевой собственности с 19.07.2005 (1/2 доля в праве), то она и ее несовершеннолетние дети обеспечены жильем по адресу: 

<

...>. ФИО4 на регистрационной учет в спорной квартире встала 18.06.2021 – с даты подачи финансовым управляющим заявления об оспаривании сделки.

В судебном заседании  представитель финансового управляющего поддержал доводы жалобы.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что обособленный спор подлежит направлению на новое рассмотрение в Арбитражный суд Карачаево-Черкесской Республики.

Из материалов дела видно, что определением суда от 09.12.2019 признано обоснованным заявление АО «Россельхозбанк» о признании должника несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО5

Решением суда от 24.07.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), открыта процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2

Спорная квартира с 20.06.2002 принадлежала должнику на праве собственности (государственная регистрация права собственности должника произведена 15.10.2002).

Должник (продавец) и ФИО4 (покупатель) 03.05.2018 заключили договор купли-продажи квартиры, по условиям которого продавец продал покупателю принадлежащее ему на праве собственности спорное жилое помещение.

В договоре указано, что стоимость отчуждаемой квартиры по договору составила 1500 тыс. рублей (пункт 4.1 договора), расчет между сторонами произведен полностью, до подписания договора продавец получил от покупателя денежные средства в размере 1500 тыс. рублей (пункт 4.2 договора).

Согласно пункту 8 договора право собственности на указанную квартиру возникает у покупателя с момента государственной регистрации перехода права собственности.

Регистрация перехода права собственности произведена Управлением Росреестра по Карачаево-Черкесской Республике 04.05.2018 (номер регистрации 09:04:0000000:26853:09/001/2018-2).

В результате совершения данной сделки с 04.05.2018 и до настоящего времени согласно сведениям ЕГРН собственником спорного жилого помещения является ФИО4

Полагая, что указанная сделка совершена должником с заинтересованным лицом при неравноценном встречном исполнении со злоупотреблением правом с отклонением поведения должника от добросовестного поведения с целью причинения вреда кредиторам, финансовый управляющий обратился в суд с заявлением.

Отказывая в удовлетворении требований финансового управляющего, суды руководствовались статьями 10, 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 19, 61.1 – 61.3, 61.8, 213.32, Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"», постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)"», информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации».

Суды установили, что спариваемый договор купли-продажи заключен 03.05.2018, в течение одного года до принятия заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) (26.04.2019) и за пять месяцев до обращения АО «Россельхозбанк» с заявлением о признании должника банкротом (06.11.2018) – в пределах срока подозрительности, установленного в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Стоимость квартиры по договору купли-продажи от 03.05.2018 составила 1500 тыс. рублей. Представлена  расписка от 03.05.2018 о передаче ФИО4, и получении должником 1500 тыс. рублей в счет оплаты по договору. Кроме того, ФИО4 представила  соглашение от 03.05.2018, по условиям которого квартира оценена сторонами в 3 млн рублей, при этом должник продает указанную квартиру ФИО4 за 1500 тыс. рублей, оставшуюся часть стоимости квартиры в размере 1500 тыс. рублей должник оставляет ФИО4 на содержание своих несовершеннолетних детей ФИО6 (30.11.2007) и ФИО6 (29.08.2013) в счет уплаты алиментов. ФИО4 обязуется оплатить должнику 1500 тыс. рублей и впоследствии не обращаться в судебные и иные органы по вопросу принудительного взыскания с должника алиментов на содержание несовершеннолетних детей.

Вместе с тем, должник и ФИО4 не представили доказательств фактического осуществления покупателем оплаты по оспариваемой сделке.

Должник с 08.11.2011 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, а с 25.01.2019 прекратил деятельность в качестве индивидуального предпринимателя на основании собственного решения.

Оценив представленные финансовым управляющим выписки по расчетным счетам должника (счета № 40802810500420000653, 40817810300421016158, 42301840600420000352, 42301810100420002466, 42301810800420000153, 40817810602422000298 текущие, рублевые в ПАО «Московский индустриальный банк»; счет № 40817810977031642522 текущий, рублевый в ПАО «Сбербанк России» (Ярославское отделение № 17); счет № 40817810000008700193 карточный, рублевый, в АО «Тексбанк» (г. Черкесск); счет № 40817810906320009776 текущий, рублевый в АО «Российский сельскохозяйственный банк» (Ставропольский региональный филиал)) суды установили, что денежные средства от ФИО4 в счет оплаты договора купли-продажи квартиры от 03.05.2018 должнику не поступали.

Исследовав справку АО «Распределительная сетевая компания» о том, что ФИО4 работает в данной организации с 26.10.2010 по 01.12.2020 в должности заведующей хозяйством, с 01.12.2020 по настоящее время в должности начальника административно-хозяйственного отдела, справки № 2-НДФЛ о размере доходов ФИО4 по месту работы в АО «Распределительная сетевая компания» за 2019 – 2021 годы, указав, что справки № 2-НДФЛ о размере дохода по месту работы за периоды, предшествующие заключению оспариваемого договора (2017 – 2018 годы), ФИО4 не представлены, при этом доход ФИО4 за 2019 год составил 338 556 рублей 46 копеек, за 2020 год – 355 858 рублей 25 копеек, за пять месяцев 2021 года – 221 052 рубля, суды пришли к выводу об отсутствии доказательств финансовой возможности ФИО4 произвести единовременную оплату по договору от 03.05.2018. Не представлено доказательств фактического получения и последующего расходования продавцом (должником) указанных средств.

Принимая во внимание вышеизложенное, суды пришли к выводу о недоказанности факта передачи ФИО4 должнику денежных средств в указанном размере и неравноценном встречном исполнении по договору купли-продажи в период подозрительности, установленный в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно определению от 09.12.2019 о признании обоснованным заявления АО «Россельхозбанк» о признании должника несостоятельным (банкротом), суд установил  наличие у должника задолженности перед банком по договору об открытии кредитной линии от 26.11.2013 № 133100/0028 в сумме 404 377 376 рублей 09 копеек, из которых 404 317 376 рублей 09 копеек основного долга и 60 тыс. рублей расходов по уплате государственной пошлины. 

В обоснование требований банк предоставил решение Черкесского городского суда Карачаево-Черкесской Республики от 05.07.2018 по делу № 2-2548/2018, которым  удовлетворены исковые требования АО «Россельхозбанк», с должника и ФИО7 в пользу АО «Россельхозбанк» взыскана задолженность по договору об открытии кредитной линии от 26.11.2013 № 133100/0028 в размере 404 317 376 рублей 09 копеек, из которых из них 327 200 тыс. рублей срочной задолженность по основному долгу и 77 117 376 рублей 09 копеек просроченной задолженности по основному долгу, а также 60 тыс. рублей расходов по уплате государственной пошлины.

Требования АО «Россельхозбанк» включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Определением суда от 15.08.2018 по делу № А25-1087/2018 требования АО «Россельхозбанк» признано обоснованными, в отношении ООО «Стройград» введена процедура наблюдения, требования АО «Россельхозбанк» в размере 404 377 376 рублей 09 копеек по договору об открытии кредитной линии от 26.11.2013 № 133100/0028 включены в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Стройград».

На дату совершения оспариваемой сделки у учрежденного должником юридического лица ООО «Стройград» имелась задолженность перед АО «Россельхозбанк» по договору об открытии кредитной линии от 26.11.2013 № 133100/0028, а у должника – задолженность по договору поручительства от 03.02.2015 № 133100/0028-9.

Так же определением суда от 06.05.2020 требования ПАО «МИнБанк» в общем размере 707 957 311 рублей 24 копейки включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Как следует из материалов дел, брак между должником и ФИО4 не зарегистрирован. 

Из представленной в деле информации Управления записи актов гражданского состояния Карачаево-Черкесской Республики следует, что должник и ФИО4 имеют общих детей: ФИО6 (30.11.2007) и ФИО6 (29.10.2013).

Из адресных справок Управления по вопросам миграции МФД по Карачаево-Черкесской Республики следует, что ФИО6 (30.11.2007) непрерывно зарегистрирован в спорной квартире по месту жительства с 11.01.2008 до настоящего времени, а ФИО6 (29.08.2013) непрерывно зарегистрирован в спорной квартире по месту жительства с 13.09.2013 до настоящего времени. 

Вместе с тем, доказательств регистрации детей в спорной квартире с даты их рождения в деле нет.

Из материалов дела следует, что за ФИО4 с 19.07.2005 зарегистрировано право собственности на  ? доли в квартире № 39, в 

<

...>, где ФИО4 была непрерывно прописана до 18.06.2021. 

Согласно сведениям из выписок   записи актов о рождении  ФИО6 и ФИО6 следует, что мать – ФИО4 проживает по адресу 

<

...>, отец  ФИО1  – по адресу спорной квартиры: 

<

...>.

Суды пришли к выводу, об общности интересов должника и ФИО4, предположили совместное проживание, учли длительную совместную работу в одной организации. С 26.10.2010 ФИО4 работает в АО «Распределительная сетевая компания» на должности заведующего хозяйством, в этот период должник также работал в этой организации персональным водителем руководителя – сотрудником хозяйственного отдела и формально по должности находился в подчинении ФИО4

Суды установили, что ФИО4 располагала достаточной информацией о фактическом неблагополучном финансовом положении должника, наличии у него признаков неплатежеспособности в период совершения спорной сделки и, следовательно, знала, либо должна была знать о возможном ущемлении имущественных интересов кредиторов должника.

После совершения оспариваемой сделки должник с 22.03.2018 зарегистрировался по адресу: 125040, 

<

...>, по которому с 20.06.2018 перерегистрировано ООО «Стройград».

Согласно представленной филиалом ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии» по г. Москве выписки из ЕГРП право собственности на жилое помещение с кадастровым номером 77:05:0001018:1132, расположенное по адресу: 

<

...>, с 09.07.2004 зарегистрировано за ФИО8

Суды установили, что ФИО8 обратилась в суд общей юрисдикции с иском к должнику о признании должника утратившим право пользования жилым помещением, расположенным по указанному адресу и снятии должника с регистрационного учета.

Решением Симоновского районного суда г. Москвы от 28.05.2021 по делу № 2-3839/2021 удовлетворены исковые требования ФИО8, должник признан утратившим право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

...>.

Суды пришли к выводу, что с 28.05.2021 года должник прекратил фактическое проживание в квартире, расположенной по адресу: 

<

...>. Доказательств наличия у должника на праве собственности, либо на каком-либо ином вещном праве иных пригодных для проживания жилых помещений не представлено; спорная квартира являлась на дату совершения оспариваемой сделки единственным жилым помещением, пригодным для проживания должника и членов его семьи. Поскольку после совершения спорной сделки должник иного жилого помещения не приобретал, то принудительное обращение взыскания на квартиру недопустимо в соответствии с положениями части 1 статьи 79 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве».

Вместе с тем, в материалах дела представлены доказательства, свидетельствующие, что должник обладал ? доли в праве общей собственности на квартиру, находящейся по адресу 

<

...>. Указанную  долю должник подарил 19.12.2019 после возбуждения дела о банкротстве (09.12.2019) своей матери ФИО9

Учитывая наличие в деле противоречивых доказательств относительно постоянного проживания единой семьей в спорной квартире должника, ФИО4 и их детей,  обладание должником помимо спорной квартиры еще жильем, которое он подарил уже после возбуждения дела о банкротстве своей матери, наличие у ФИО4 в собственности доли в иной квартире, совершение сделки по отчуждению квартиры в период подозрительности при наличии признаков неплатежеспособности должника, отчуждения спорной квартиры при отсутствии равноценного предоставления, суд кассационной инстанции приходит к выводу, что принятые по делу судебные акты надлежит отменить, а обособленный спор направить на новое рассмотрение. 

При новом рассмотрении суду следует учесть следующее. Оспаривание сделок, совершенных должником-банкротом или за его счет, имеет сугубо практические цели: либо наполнить конкурсную массу должника ликвидным имуществом для его последующей реализации и погашения требований кредиторов, либо уровнять шансы кредиторов (очередность) на соразмерное удовлетворение их требований за счет имущества, составляющего конкурсную массу должника. Об этом же даны разъяснения в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее - постановление № 48). Как следствие, у кредиторов должника-банкрота не может быть охраняемого законом интереса в оспаривании сделок в отношении имущества, которое ни при каких условиях не попадет в конкурсную массу должника.

Согласно пункту 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы должника-гражданина исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством, в том числе квартира, если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания, за исключением нахождения указанного имущества в залоге (часть 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Выводы судов о бесперспективности оспаривания сделки по отчуждению должником спорной квартиры основаны на этих правовых нормах и на пункте 4 постановления № 48. Суды, истолковав исполнительский иммунитет как абсолютный запрет на обращение взыскания на единственное жилье, исходили из того, что даже при доказанности всех пороков сделки возврат  квартиры в конкурсную массу должника невозможен ввиду проживания  его детей с их матерью в спорной квартире, являющейся для них единственно пригодным для постоянного проживания помещением.

Однако эти выводы противоречат толкованию института исполнительского иммунитета, данному Конституционным Судом Российской Федерации изложенному в постановлении от 26.04.2021 № 15-П (далее –  постановление № 15-П) при оценке конституционности части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Конституционный Суд Российской Федерации указал, что абзац второй части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не может служить нормативно-правовым основанием безусловного отказа в обращении взыскания на жилые помещения, в нем указанные, если суд считает необоснованным применение исполнительского иммунитета. 

Исполнительский иммунитет в отношении жилых помещений предназначен для гарантии гражданину-должнику и членам его семьи уровня обеспеченности жильем, необходимого для нормального существования, не допуская нарушения самого существа конституционного права на жилище и умаления человеческого достоинства, однако он не носит абсолютный характер. Исполнительский иммунитет не предназначен для сохранения за гражданином-должником принадлежащего ему на праве собственности жилого помещения в любом случае. В применении исполнительского иммунитета суд может отказать, если доказано, что ситуация с единственно пригодным для постоянного проживания помещением либо создана должником со злоупотреблением правом, либо сложилась объективно, но размеры жилья существенно (кратно) превосходят нормы предоставления жилых помещений на условиях социального найма в регионе его проживания.

В первом случае суд вправе применить к должнику предусмотренные законом последствия злоупотребления –  отказать в применении исполнительского иммунитета к упомянутому объекту (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Во втором случае суд должен разрешить вопрос о возможности (как минимум потенциальной) реализации жилья должника на торгах с таким расчетом, чтобы за счет вырученных от продажи жилого помещения средств должник и члены его семьи могли бы быть обеспечены замещающим жильем, а требования кредиторов были бы существенно погашены. При этом замещающее жилье должно быть предоставлено в том же (как правило) населенном пункте и не меньшей площадью, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма.

Ввиду того, что правовая возможность возврата по недействительным сделкам имущества должника в его конкурсную массу является одним из обстоятельств, имеющих значение для правильного решения обособленного спора по оспариванию сделок должника, в подобных судебных спорах суд должен решить и вопрос о перспективе применения ограничения исполнительского иммунитета в отношении этого имущества. При этом для судебной перспективы оспаривания сделки достаточно лишь вывода о высокой вероятности введения таких ограничений, так как результатом оспаривания сделок должника может быть только возвращение имущества в конкурсную массу, а определение его дальнейшей судьбы происходит в иных процедурах.

Поскольку судебные акты приняты по неполно исследованным обстоятельствам дела и недостаточно обоснованы, они подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При новом рассмотрении дела суду необходимо учесть указания суда кассационной инстанции, установить все фактические обстоятельства по делу, полно, всесторонне их исследовать, в совокупности оценить все представленные в дело доказательства и доводы участвующих в деле лиц, результаты исследования и оценки отразить в судебном акте с учетом требований статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской республики от 24 сентября 2021 года и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29 ноября 2021 года по делу № А25-2700/2018  отменить. Направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Карачаево-Черкесской Республики.

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Председательствующий                                                                                  Ю.В. Мацко

Судьи                                                                                                                С.М. Илюшников

                                                                                                                           Е.Г. Соловьев