ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, https://10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-18300/2024

Дело № А41-11010/21

17 октября 2024 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 октября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  17 октября 2024 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Катькиной Н.Н.,

судей Досовой М.В., Семикина Д.С.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от общества с ограниченной ответственностью «Негреско»: ФИО2 по доверенности № Н-155/2023 от 16.06.23,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Негреско» на определение Арбитражного суда Московской области от 18 августа 2024 года по делу №А41-11010/21, по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Негреско» о привлечении ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Нормандия»,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью (ООО) «Негреско» обратилось в Арбитражный суд Московской области с заявлением, в котором просило:

- привлечь контролирующих должника лиц ФИО3, ФИО5 к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам ООО «Нормандия»,

- взыскать солидарно с контролирующих должника лиц ФИО3, ФИО5 задолженность по денежным обязательствам ООО «Нормандия» в размере 8 088 967 рублей 10 копеек (л.д. 2-8).

Заявление подано на основании статьи 61.11 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)».

До вынесения судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу спора, ООО «Негреско» в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнило заявленные требования, просило:

- заменить ответчика ФИО5 на ФИО4,

 - привлечь контролирующего должника лица ФИО3 к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам ООО «Нормандия»,

- привлечь контролирующего должника лица ФИО4, к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам ООО «Нормандия» в пределах стоимости наследственного имущества,

- взыскать солидарно с контролирующего должника лица ФИО3 задолженность по денежным обязательствам ООО «Нормандия» в размере 5 894 897 рублей 81 копейка в пользу ООО «Негреско» (л.д. 42-48).

Определением Арбитражного суда Московской области от 20 февраля 2024 года ответчик ФИО5 был заменен на ответчика ФИО4 (л.д. 50).

Определением Арбитражного суда Московской области от 18 августа 2024 года в удовлетворении заявленных требований было отказано (л.д. 61-66).

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ООО «Негреско» обратилось в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела (л.д. 68-73).

Законность и обоснованность определения суда проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 266-268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, заслушав представителя ООО «Негреско», участвующего в судебном заседании, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО «Нормандия» было зарегистрировано в качестве юридического лица 25.09.18, его единственным участником с момента создания являлась ФИО3

В период с 25.09.18 по 20.12.21 (дата смерти) генеральным директором Общества являлся ФИО6, чьим наследником выступает ФИО4

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Московской области от 13 августа 2020 года по делу № А41-22819/20 с ООО «Нормандия» в пользу ООО «Негреско» был взыскан долг в сумме 4 415 094 рубля 21 копейка, законная неустойка (пени) за просрочку оплаты на 01.04.2020 в размере 86 881 рубль 16 копеек, расходы по уплате государственной пошлины в размере 45 510 рублей.

Данное решение ООО «Нормандия» исполнено не было.

Определением Арбитражного суда Московской области от 19 февраля 2021 года  на основании заявления ООО «Негреско» было возбуждено производство по делу № А41-11010/21 о банкротстве ООО «Нормандия».

Определением Арбитражного суда Московской области от 17 мая 2021 года в отношении ООО «Нормандия» была введена процедура банкротства - наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО7, в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование ООО «Негреско» в размере 10 933 193 рубля 15 копеек, из которых: 10 793 798 рублей 92 копейки – сумма основного долга по договору теплоснабжения и горячего водоснабжения от 01.08.19 № 01/08/19Т; 93 081 рубль 79 копеек – неустойки, 100 435 рублей – сумма долга по оплате государственной пошлины.

Решением Арбитражного суда Московской области от 25 ноября 2021 года ООО «Нормандия» было признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство.

Определением Арбитражного суда Московской области от 18 января 2022 года конкурсным управляющим должника был утвержден ФИО8.

Определением Арбитражного суда Московской области от 15 июня 2022 года генеральный директор ООО «Нормандия» ФИО6 был обязан передать конкурсному управляющему ООО «Нормандия» ФИО8 документы должника согласно перечню.

Поскольку ФИО6 умер 20.12.21, конкурсный управляющий ФИО8 обратился в арбитражный суд с ходатайством об истребовании документов ООО «Нормандия» у учредителя должника ФИО3

Определением Арбитражного суда Московской области от 18 декабря 2022 года в удовлетворении заявленных требований было отказано со ссылкой на то, что заявителем не доказан номинальный статус руководителя должника ФИО6, а также факт нахождения истребуемых документов и имущества у ФИО3

Определением Арбитражного суда Московской области от 03 августа 2023 года конкурсное производство в отношении ООО «Нормандия» было завершено, поскольку все мероприятия процедуры конкурсным управляющим выполнены.

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, ООО «Негреско» указало, что контролирующими должника лицами не были переданы управляющему документы и имущество должника, что привело к невозможности формирования конкурсной массы и, как следствие, погашения требований заявителя. Также заявитель указал, что контролирующими должника лицами не была исполнена обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из отсутствия допустимых доказательств в их подтверждение.

Апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, доводы апелляционной жалобы подлежащими отклонению.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии со статьей 32 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Порядок и основания привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности установлены в главе III.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве закреплено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как указывалось выше, ФИО3 являлась единственным участником ООО «Нормандия» с момента его создания (25.09.18), должность генерального директора Общества при этом занимал ФИО6

Таким образом, указанные лица признаются контролирующими по отношению к ООО «Нормандия».

20.12.21 ФИО6 скончался. Его наследником, согласно представленным в материалы дела документам (л.д. 31-33), является ФИО4

Исходя из системного толкования положений статей 1114, 1154, 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации, правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 16.12.19 N 303-ЭС19-15056, долг наследодателя, возникший в результате привлечения его к субсидиарной ответственности, входит в наследственную массу. То обстоятельство, что на момент открытия наследства могло быть неизвестно о наличии соответствующего долга наследодателя, также само по себе не препятствует удовлетворению требования, поскольку по смыслу разъяснений, изложенных в пункте 58 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", под долгами наследодателя понимаются не только обязательства с наступившим сроком исполнения, но и все иные обязательства наследодателя, которые не прекращаются его смертью.

Соответственно, риск взыскания долга, связанного с привлечением к субсидиарной ответственности, также возлагается на наследников.

Данный вывод соответствует правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 10 ноября 2023 года N 309-ЭС23-21540 по делу N А60-1001/2020.

В обоснование необходимости привлечения ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Нормандия», ООО «Негреско» ссылается на неисполнение указанными лицами обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника, а также по передаче документов Общества конкурсному управляющему.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу требований абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанные требования Закона о банкротстве обусловлены, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет управляющему получить полную и достоверную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках, исполнять обязанности конкурсного управляющего, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с чем, невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Из материалов дела действительно следует, что определением Арбитражного суда Московской области от 15 июня 2022 года генеральный директор ООО «Нормандия» ФИО6 был обязан передать конкурсному управляющему ООО «Нормандия» ФИО8 документы должника согласно перечню.

Данный судебный акт исполнен не был, поскольку ФИО6 умер 20.12.21, то есть ранее рассмотрения соответствующего спора.

Определением Арбитражного суда Московской области от 18 декабря 2022 года в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего ФИО8 об истребовании документов ООО «Нормандия» у учредителя должника ФИО3 было отказано со ссылкой на то, что заявителем не доказан номинальный статус руководителя должника ФИО6, а также факт нахождения истребуемых документов и имущества у ФИО3

Таким образом, обязанность по передаче документов ООО «Нормандия» конкурсному управляющему контролировавшими должника лицами исполнена не была.

Вместе с тем, данное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

Как разъяснено в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Из материалов дела следует, что определением Арбитражного суда Московской области от 03 августа 2023 года конкурсное производство в отношении ООО «Нормандия» было завершено со ссылкой на выполнение управляющим всех мероприятий процедуры банкротства.

Согласно отчету конкурсного управляющего ФИО8 от 22.02.23 конкурсная масса ООО «Нормандия» была сформирована, за счет полученных от реализации имущества должника денежных средств были полностью погашены текущие обязательства Общества и требования кредиторов второй очереди реестра, также частично (в размере 34,38%) погашены требования кредиторов третьей очереди, в том числе по пеням, штрафам и иным финансовым санкциям.

Названный отчет не содержит указания на отсутствие у управляющего возможности получить какие-либо сведения об имуществе должника. 

Таким образом, неисполнение контролировавшими должника лицами обязанности по передаче документов Общества управляющему не привело к затруднениям при проведении процедуры банкротства.

Доказательств того, что неисполнение данной обязанности повлекло за собой невозможность удовлетворения требований кредиторов в полном объеме не представлено.

Следовательно, оснований для привлечения ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Нормандия» в связи с непередачей документов Общества управляющему не имеется.

Согласно пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В силу пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом). Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

По смыслу действующего законодательства, предъявляя требование о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности в порядке пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, заявитель должен обосновать и установить конкретную дату возникновения у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом и доказать, что после указанной даты у должника возникли денежные обязательства перед кредиторами, которые не были исполнены из-за недостаточности у должника имущества.

Сама по себе убыточность деятельности должника, даже если она и имела место, не может являться основанием для применения ответственности по пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, так как не является основанием, обязывающим руководителя должника обратиться с заявлением о признании должника несостоятельным, предусмотренным пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В статье 2 Закона о банкротстве приведены понятия недостаточности имущества и неплатежеспособности, которые являются признаками наступлении объективного банкротства.

Так, под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При определении признаков объективного банкротства необходимо учитывать правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", согласно которой под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал не способен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по обязательным платежам, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной (то есть рыночной) стоимостью его активов.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2020 N 305-ЭС20-11412 по делу N А40-170315/2015, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Неоплата же конкретного долга не может являться подтверждением неплатежеспособности общества в конкретный период.

В рассматриваемом заявлении ООО «Негреско» указывает на то, что обязанность по подаче заявления о банкротстве ООО «Нормандия» у контролирующих должника лиц возникла не позднее 01.02.2020.

Однако, ООО «Негреско» не доказало, что именно 01.02.2020 ООО «Нормандия» перешло в стадию объективного банкротства, то есть контролировавшие должника лица должны были принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) и подать такое заявление.

Согласно анализу финансового состояния ООО «Нормандия», составленному временным управляющим ФИО7, должник осуществлял хозяйственную деятельность в октябре 2020 года, то есть после указанной ООО «Негреско» даты наступления банкротства.

В заключении о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства временный управляющий ФИО7 указал, что периоды существенного ухудшения (двух и более) значений коэффициентов платежеспособности должника в ходе проведения анализа финансового состояния не выявлены. 

Таким образом, факт перехода ООО «Нормандия» в стадию объективного банкротства 01.02.2020 документально не подтвержден, в связи с чем нет оснований полагать, что в указанный период у контролировавших должника лиц возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника, которая исполнена не была.

Поскольку наличие оснований для привлечения ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Нормандия» не доказано, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований.

Доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции по существу, апелляционная жалоба не содержит.

Учитывая изложенное, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 18 августа 2024 года по делу № А41-11010/21 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

Н.Н. Катькина

 

Судьи:

 

М.В. Досова

 

Д.С. Семикин