Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                             Дело № А70-13228/202222

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 февраля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 01 марта 2024 года

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                             Казарин И.М.,

судей                                                             Доронина С.А.,

                                                                       Шаровой Н.А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Тинькофф Банк» на определение Арбитражного суда Тюменской области от 08.11.2023 (судья Мингалева Е.А.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 28.12.2023 (судьи Дубок О.В., Аристова Е.В., Целых М.П.) по делу № А70-13228/2022 о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (ИНН 

<

***>), принятое по результатам рассмотрения вопроса об утверждении отчета финансового управляющего и завершении процедуры реализации имущества гражданина.

Суд установил:

решением Арбитражного суда Тюменской области от 19.08.2022 ФИО1 (далее также – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2 (далее – управляющий).

Определением суда от 08.11.2023, оставленным без изменения постановлением арбитражного апелляционного суда от 28.12.2023, завершена процедура реализации имущества гражданина, должник освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедуры реализации имущества гражданина, кроме требований, предусмотренных пунктами 4, 5 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также требований, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении процедуры реализации имущества гражданина.

Акционерное общество «Тинькофф Банк» (далее – АО «Тинькофф Банк», банк) обратилось с кассационной жалобой, в которой просит отменить судебные акты и принять новый судебный акт о неприменении в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательства в части задолженности перед банком.

В обоснование жалобы банк указывает на то, что выданный должнику кредит являлся целевым – на покупку автомобиля, в связи с чем последний обязан был приобрести автомобиль, иные связанные с его приобретением товары, работы или услуги; должник умышленно уклонился от исполнения своих обязательств перед кредиторами (непогашение кредитных обязательств при наличии денежных средств, неприобретение автомобиля для последующей передачи его в залог).

Отзывов на кассационную жалобу не поступило.

Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ по изложенным в кассационной жалобе доводам законность состоявшихся судебных актов, суд округа не находит оснований для их отмены.

Как следует из материалов дела и установлено судами, в период проведения процедуры реализации имущества гражданина управляющим предприняты меры по выявлению и формированию конкурсной массы (имущество не выявлено), сформирован реестр требований кредиторов в общей сумме 5 566 783,48 рубля (третья очередь), требования кредиторов первой и второй очереди отсутствуют.

В рамках процедуры банкротства на основной счет должника денежные средства не поступали, в связи с чем требования кредиторов не погашались.

Сумма расходов на проведение процедуры реализации имущества гражданина составила 10 509,22 рублей (погашены в полном объеме).

Полагая, что все мероприятия, необходимые для завершения процедуры реализации имущества гражданина в отношении должника, выполнены, управляющий обратился в арбитражный суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества гражданина, освобождении ФИО1 от дальнейшего исполнения обязательств, выплате вознаграждения арбитражному управляющему.

Завершая реализацию имущества гражданина, суд первой инстанции исходил из того, что управляющим проведены в полном объеме все необходимые мероприятия по выявлению, формированию, оценке и реализации конкурсной массы; признаки фиктивного и (или) преднамеренного банкротства не выявлены; оснований для неосвобождения должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, за исключением требований кредиторов, предусмотренных пунктами 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве, не имеется.

Апелляционный суд, поддерживая выводы суда первой инстанции, указал на то, что в действиях должника во взаимоотношениях с кредиторами, в том числе с АО «Тинькофф Банк» отсутствовали признаки недобросовестности.

Суд округа считает выводы судов правомерными.

В силу пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедур банкротства.

По общему правилу, обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ).

Институт банкротства граждан предусматривает иной – экстраординарный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. Целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина – предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности.

Предусмотренные Законом о банкротстве условия, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств (пункты 4, 5, 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве), все без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 10 ГК РФ для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом суд должен установить, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

При этом принятие на себя непосильных долговых обязательств, ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности, неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств, а судебный контроль над этой процедурой помимо прочего не позволяет ее использовать с противоправными целями и защищает кредиторов от фиктивных банкротств. Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывающему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

С учетом изложенного отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

В настоящем случае в деле отсутствуют доказательства противоправного поведения ФИО1 как при принятии на себя обязательств перед банком, так и в ходе проведения в отношении него процедуры банкротства.

Условием заключенного между должником (заемщик) и банком (кредитор) договора от 21.08.2021 № 0634754022 было приобретение автомобиля с пробегом более 1 000 км, а также иных товаров, работ, услуг, информацию о которых должник обязался предоставить банку посредством дистанционного обслуживания.

Пункт 5 тарифного плана договора содержит условие о том, что плата за непредоставление залога (0,5% от первоначальной суммы кредита) взимается ежемесячно в дату, следующую за датой погашения очередного регулярного платежа, начиная со второго регулярного платежа, в случае, если к указанной дате клиентом не исполнена обязанность по предоставлению обеспечения исполнения обязательств по кредитного договору, в том числе при непредоставлении клиентом автомобиля в залог банку и/или при предоставлении банку в залог автомобиля, не соответствующего требованиям банка, а также в случае, когда договор залога автомобиля не заключен, в том числе в результате признания его незаключенным и/или недействительным, плата увеличивается до суммы, кратной ста рублям, взимается при наличии задолженности.

Таким образом, учитывая диспозитивный характер гражданско-правовых отношений, возможность непредоставления банку в залог автомобиля предусмотрена самим договором и влечет увеличение размера платы по кредитному договору (0,5 % от первоначальной суммы кредиты). Должник непосредственно обязался предоставить информацию банку о предмете залога, но не обязался заключить сам договор залога. Условия кредитного договора изначально предусматривают возможность отсутствия залога (положение тарифного плана о плате за непредоставление залога).

В силу положений пункта 1 статьи 308.1 ГК РФ обязательство, по которому должник обязан совершить одно из двух или нескольких действий (воздержаться от совершения действий), выбор между которыми принадлежит должнику, если законом, иными правовыми актами или договором право выбора не предоставлено кредитору или третьему лицу, признается альтернативным.

С момента, когда должник (кредитор, третье лицо) осуществил выбор, обязательство перестает быть альтернативным (пункт 2 статьи 308.1 ГК РФ), а управомоченное лицо в соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», не вправе в одностороннем порядке его отозвать.

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

С учетом изложенного выданный должнику кредит не имеет строго целевого назначения и не представляет собой «автокредит», особенностью которого является, в том числе, безналичный перевод кредитной организацией денежных средств напрямую продавцу автомобиля, в связи с чем фактически банком предоставлены денежные средства на неотложные нужды (потребительский заем). Исходя из содержания заявки на получение кредита, выдаче заемных средств предшествовало заключение договора на выпуск расчетной карты, что свидетельствует о перечислении банком денежных средств на банковский счет должника.

Таким образом, должник, получив денежные средства, которые могли быть израсходованы на приобретение, в том числе иных товаров, работ, услуг, как рядовой потребитель, использовал их для своих потребительских нужд. Доказательств того, что ФИО1 допустил злоупотребление своим правом, действовал недобросовестно в процедуре банкротства, банком не представлено.

Неисполнение принятых на себя обязательств в отсутствие доказательств предоставления недостоверных сведений может указывать лишь на неверную оценку финансовых возможностей должника как со стороны кредитной организации, так и со стороны самого гражданина.

Освобождение должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедур банкротства, кроме требований, предусмотренных пунктами 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также требований, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина, является обоснованным. Отсутствие доказательств привлечения должника к уголовной или административной ответственности за неисполнение обязательств, отсутствие фактов сокрытия или умышленного уничтожения должником имущества, злоупотребления им правом, отсутствие признаков фиктивного или преднамеренного банкротства позволяют констатировать наличие оснований для освобождения должника от исполнения денежных обязательств. 

Фактические обстоятельства настоящего дела свидетельствуют о неразумном, с точки зрения экономического обоснования получения доходов, поведении должника по принятию долговой нагрузки, что не является основанием для неосвобождения его от обязательств по завершению процедуры банкротства.

Суды двух инстанций правильно отметили отсутствие в материалах дела доказательств заключения банком с должником договора в условиях предоставления последним недостоверных или недостаточных сведений, которые могли повлиять на принятие банком решения по вопросу о выдаче должнику кредита, учитывая что банк является профессиональным участником кредитного рынка, имеет широкие возможности для оценки кредитоспособности заемщика.

В связи с этим суды пришли к правильному выводу о наличии оснований для применения к должнику правил пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Фактически доводы, изложенные в кассационной жалобе, повторяют позицию банка, приведенную в судах первой и апелляционной инстанций, которой дана подробная и мотивированная оценка, и не свидетельствуют о нарушении судами норм права.

Нарушений норм процессуального права, в силу статьи 288 АПК РФ являющихся основанием для отмены судебных актов, судом округа не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Тюменской области от 08.11.2023 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 28.12.2023 по делу № А70-13228/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                                             И.М. Казарин

 

Судьи                                                                                                            С.А. Доронин

 

Н.А. Шарова