АРБИТРАЖНЫЙ СУД АЛТАЙСКОГО КРАЯ

656015, Барнаул, пр. Ленина, д. 76, тел.: (3852) 29-88-01 

http:// www. altai-krai.arbitr.ru, е-mail: a03.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

г. Барнаул                                 Дело № А03-12856/2019

Резолютивная часть решения объявлена 14 октября 2019 года.

Полный текст решения изготовлен 21 октября 2019 года.

Арбитражный суд Алтайского края в составе судьи Куличкова Л.Г., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, с использованием средств аудиозаписи, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью Буровая Сервисная Компания «РИНАКО» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), г. Москва к Алтайской таможне, г. Барнаул Алтайского края о признании решения № 10605000/170519/0095/45 от 17.05.2019 о внесении в сведения, заявленные в декларации на товары № 10605020/200617/0003723 незаконным, 

при участии представителей:

от заявителя – ФИО2 (доверенность от 17.06.2019),

от заинтересованного лица – ФИО3 (удостоверение, доверенность от 03.07.2017).

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью Буровая Сервисная Компания «РИНАКО» (далее  –  заявитель, Общество)  обратилось в арбитражный суд с заявлением к Алтайской таможне, г. Барнаул о признании решения № 10605000/170519/0095/45 от 17.05.2019 о внесении в сведения, заявленные в декларации на товары № 10605020/200617/0003723 незаконным.

В обоснование заявленных требований Общество указывает, что обжалуемое решение не имеет нормативного обоснования, а выявленные таможенным органом обстоятельства не влияют на определение таможенной стоимости. 

Алтайская таможня в отзыве на заявление требования заявителя считала необоснованными. Указала, что решение Алтайской таможни № 10605000/170519/0095/45 от 17.05.2019 о внесении в сведения, заявленные в декларации на товары №10605020/200617/0003723 не нарушает права и законные интересы Общества в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, не возлагает на него незаконно какие-либо обязанности, не создает никаких препятствий для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В судебном заседании представитель заявителя на заявлении настаивала, представитель заинтересованного лица с заявленными требованиями не согласилась, указав на законность принятого решения.

Выслушав представителей лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В июне 2017 года Общество продекларировало на Барнаульском таможенном посту Алтайской таможни по декларации на товары № 10605020/200617/0003723 товар № 1 «самоходная буровая установка ZJ30, заводской номер № RK15006, 2016 г/в...» и товар № 2 «контейнер металлический общего назначения 20-фут., бывший в употреблении объемом 32-33 куб. м...».

Таможенная стоимость товаров определена декларантом в соответствии со статьей 4 Соглашения между Правительством Российской Федерации, Правительством Республики Беларусь и Правительством Республики Казахстан от 25.01.2008 «Об определении таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу Таможенного союза» (далее - Соглашение), действовавшего на момент таможенного декларирования товаров (Соглашение утратило силу с 01.01.2018 в связи с вступлением в силу Договора о Таможенном кодексе ЕАЭС от 11.04.2017), по 1 методу таможенной оценки. Фактурная стоимость товара заявлена Обществом по товару № 1 - 997 800 долларов США (58 311 672,97 руб.), по товару № 2 - 2 200 долларов США (135 829,9 руб.).

В ходе таможенного декларирования Общество предоставило в таможенный орган контракт от 16.05.2016 № DSC-BNPT-02-2017 (далее - Контракт), заключенный с компанией Beijing Novotech Petroleum Technology Co., Limited (Китай).

Для подтверждения сведений о заявленной таможенной стоимости при таможенном декларировании декларантом также представлены электронные копии документов:

-  дополнительное соглашение от 02.06.2017 № 1 к Контракту;

-  инвойс от 03.06.2017 № 20170603;

-  упаковочные листы от 03.06.2017;

-  документы о частичной оплате товара;

-  договор на транспортировку от 26.10.2016 № DSC-10-01/16 (далее - договор № DSC-10-01/16);

-  приложение от 02.06.2017 № 2 к договору № DSC-10-01/16;

-  счет-фактура на оплату услуг по перевозке (транспортировке), погрузке, перегрузке/разгрузке товаров от 16.06.2017 № 20170616-RAIL;

-страховой полис от 16.06.2017 № 1187/17/149/982;

-  счет по оказанию страховых услуг от 16.06.2017 № 17714080-

<

***>- 160117/982-1;

-  платежные документы по оплате страховых услуг от 16.06.2017 № 3504;

-  коммерческое предложение от 17.04.2017 б/н;

-  экспортная декларация КНР № 060920170091754700;

-  иные документы.

Согласно пункту 1.1. Контракта предметом Контракта является буровая установка ZJ30, других товаров в Контракте не указано. В соответствии с пунктом 2.1. Контракта общая стоимость поставляемой продукции по Контракту составляет 1 000 000 долларов США.

Кроме того, Общество представило таможенному органу дополнительное соглашение от 02.06.2017 № 1 к Контракту, в котором упоминается второй товар - транспортная упаковка (б/у 20-фут, контейнер). Согласно данному дополнительному соглашению стоимость мобильной буровой установки ZJ30 составляет 997 800 долларов США, а стоимость поставляемой транспортной упаковки (б/у 20-фут. контейнер) составляет 2 200 долларов США.

Также Общество предоставило таможенному органу копию экспортной декларации КНР № 060920170091754700, в которой также были указаны два товара - буровая установка ZJ30 и контейнер. Фактурная стоимость товара, указанная в представленной Обществом экспортной декларации, соответствовала заявленной при таможенном декларировании.

23.06.2017 таможенным органом принято решение о принятии заявленной Обществом таможенной стоимости.

На основании статей 310, 331, 332 Таможенного кодекса Евразийского таможенного союза (далее - ТК ЕАЭС) после выпуска товаров в период с 17.09.2018 по 13.03.2019 Алтайской таможней проведена камеральная таможенная проверка по вопросам достоверности заявления таможенной стоимости товаров, сведения о которых заявлены в декларации на товары № 10605020/200617/0003723.

В ходе проведения таможенной проверки таможенным органом установлено, что заявленная декларантом таможенная стоимость товаров не основана на документально подтвержденной, количественно определяемой, достоверной информации, что нашло свое отражение в акте камеральной таможенной проверки №10605000/210/130319/А000033 от 13.03.2019, на основании которого и вынесено обжалуемое Обществом решение Алтайской таможни № 10605000/170519/0095/45 от 17.05.2019 о внесении изменений в сведения, заявленные в декларации на товары № 10605020/200617/0003723.

Не согласившись с принятым решением, Общество обратилось в Арбитражный суд Алтайского края с заявлением о признании его незаконным.

Суд считает заявленные требования  не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно статье 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов.

Для признания ненормативного правового акта недействительным необходимо установить одновременно наличие двух условий: несоответствие их закону или иному нормативному акту, а также нарушение прав и законных интересов заявителя.

Согласно ч. 5 ст. 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного  правового  акта закону или иному нормативному правовому акту, а также обстоятельств, послуживших для принятия оспариваемого акта, возлагается на орган или лицо, которые приняли акт.

Из положений статьи 13 Гражданского кодекса Российской Федерации, части 1 статьи 198, части 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что основанием для принятия решения суда о признании оспариваемого ненормативного акта недействительным, решения, действий (бездействия) незаконными являются одновременно как их несоответствие закону или иному правовому акту, так и нарушение указанным актом, решением, действиями (бездействием) прав и охраняемых законом интересов гражданина или юридического лица в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности. 

Таким образом, в круг обстоятельств, подлежащих установлению при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных актов, решений, действий (бездействия) органов и должностных лиц, входят проверка соответствия оспариваемого акта, решения, действий (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту и проверка факта нарушения оспариваемым актом, решением, действиями (бездействием) прав и законных интересов заявителя. 

Из содержания приведенных правовых норм вытекает, что удовлетворение требований о признании незаконными актов, действий (бездействия) государственных органов и должностных лиц возможно лишь при наличии совокупности двух условий, а именно нарушения прав и интересов заявителя и несоответствия оспариваемых актов, действий (бездействия) органов и должностных лиц нормам закона или иного правового акта. 

Алтайская таможня указывает, что при принятии решения Алтайской таможни № 10605000/170519/0095/45 от 17.05.2019 о внесении изменений в сведения, заявленные в декларации на товары № 10605020/200617/0003723 приняла во внимание документы, полученные из КНР.

В рамках двустороннего соглашения о сотрудничестве и взаимной помощи между Правительством Российской Федерации и Правительством КНР от 03.09.1994 из Департамента по борьбе с контрабандой (далее - ДБК) Маньчжурской таможни КНР Алтайской таможней получены документы, имеющие отношение к вышеуказанной поставке, а именно: копия экспортной декларации КНР № 060920170091754700, инвойс от 03.06.2017 № 20170603, сведения о доставке экспортного товара.

Согласно полученной из КНР копии экспортной декларации КНР №060920170091754700, по ней продекларирован один товар - «буровая установка для нефти и газа ZJ30» стоимостью 1 050 000 долларов США.

Полученные из ДБК Маньчжурской таможни КНР документы не содержат упоминания о бывшем в употреблении 20-футовом контейнере.

Несмотря на то, что номер контракта, указанный в экспортной декларации, полученной от ДБК Маньчжурской таможни КНР (DSC-BTME-ZJ30-02), не совпадает с номером контракта, указанным в экспортной декларации, представленной Обществом при таможенном декларировании (DSC-BNPT-02-2017), она имеет отношение к импортированному Обществу товару.

В частности, товар в адрес Общества поступил в вагонах, номера которых совпадают с теми, которые указаны в документах, полученных из ДБК Маньчжурской таможни КНР (сведения о данных вагонах указаны в графе 18 декларации на товары №10605020/200617/0003723).

Анализ экспортной таможенной декларации, полученной из ДБК Маньчжурской таможни КНР, показал, что сведения о номере декларации, количестве грузовых мест, весе брутто товара, наименовании и модели товара «буровая установка для нефти и газа ZJ30», а также номерах транспортных средств в обоих вариантах экспортных деклараций совпадают. Данное обстоятельство позволяет идентифицировать экспортную декларацию, представленную ДБК Маньчжурской таможни КНР, с товарами, продекларированными Обществом в декларации на товары № 10605020/200617/0003723.

Тем не менее, сведения о стоимости товара, указанные в копии экспортной декларации, предоставленной Обществом при таможенном декларировании, не совпадают со сведениями, указанными в экспортной таможенной декларации, полученной из ДБК Маньчжурской таможни КНР (несмотря на то, что номера экспортных деклараций идентичны).

Дата и номер и инвойса, полученного от ДБК Маньчжурской таможни КНР (в переводе указан как счет-фактура), соответствует дате и номеру инвойса, представленного Обществом при таможенном декларировании, однако в отличие от последнего упоминает только один товар - «буровая установка для нефти и газа ZJ30». Данный документ имеет отметку Маньчжурской таможни, что также подтверждает его легитимность и отношение к товару, продекларированному по экспортной декларации № 060920170091754700.

По данному вопросу Общество предоставило электронный файл письма от 16.06.2016 в формате pdf, согласно которому его отправителем является BEIJING Novotech Petroleum Technology CO., LTD, а адресовано оно ФИО4 (президент Общества). Как следует из текста данного письма, при оформлении коммерческого инвойса № 20170603 допущены ошибки - неверно указана стоимость мобильной буровой установки и не упомянут бывший в употреблении 20-футовый контейнер. С учетом полученных в ходе проведения таможенной проверки документов, таможенный орган отнесся критически к данному письму.

В соответствии с частью 6 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации документ, полученный в иностранном государстве, признается в арбитражном суде письменным доказательством, если он легализован в установленном порядке. Вместе с тем, согласно части 7 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации иностранные официальные документы признаются в арбитражном суде письменными доказательствами без их легализации в случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации (часть 7).

Согласно статье 1 Конвенции, отменяющей требование легализации иностранных официальных документов (Гаага, 5 октября 1961 года), требование об отмене дипломатической или консульской легализации иностранных официальных документов не распространяется на административные документы, имеющие прямое отношение к коммерческой или таможенной операции.

Согласно статье 3 Соглашения о сотрудничестве и взаимной помощи между Правительством Российской Федерации и Правительством КНР о сотрудничестве и взаимной помощи в таможенных делах от 03.09.1994 таможенные службы сторон данного соглашения, по собственной инициативе или по запросу, предоставляют друг другу всю имеющуюся информацию, которая может помочь в обеспечении точного взимания ввозных или вывозных таможенных пошлин, налогов и сборов. Какой-либо дополнительной легализации экспортных деклараций данным соглашением не предусмотрено. 

В связи с тем, что экспортная декларация КНР № 060920170091754700 получена в рамках вышеуказанного соглашения, она могла быть использована для целей определения таможенной стоимости товара, помещенного под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления по декларации на товары № 10605020/200617/0003723.

Экспортная декларация (экспортная декларация грузоотправителя) представляет собой международный таможенный документ, заполняемый и представляемый экспортером в таможенный орган страны вывоза и содержащий информацию об экспортируемых товарах в соответствии с законодательством страны экспортера. Более того, экспортная декларация является одним из документов, способных подтвердить таможенную стоимость товара, т.к. в отличии от иных документов (инвойс, спецификация, коммерческое предложение и т.п.) оформляется не продавцом, который находится в прямой коммерческой зависимости от покупателя и его интересов, а государственными органами страны отправления, в данном случае Китайской Народной Республики. Таким образом, экспортная декларация не относится к документам о реализации товара в стране экспорта.

При определении таможенной стоимости ввезенных Обществом товаров таможенный орган не использовал его рыночную цену или цену на один и тот же товар на территории различных государств. Документы, полученные из КНР, позволили таможне установить действительную стоимость ввезенного в адрес Общества товара, на которой должна основываться оценка ввезенного товара для таможенных целей в соответствии с пунктом 2 статьи 7 Генерального соглашения по тарифам и торговле (ГАТТ 1947).

На значимость экспортных деклараций в качестве доказательства действительной таможенной стоимости товаров неоднократно указывалось Верховным Судом Российской Федерации (определения от 23.12.2015 по делу № 303-КГ15-10774 (А51-30666/2014), от 07.06.2017 по делу № 306-КГ16-16638 (А06-8845/2014), от 03.05.2017 по делу № 306-КГ16-15912 (А06-7946/2014), от 26.06.2017 по делу № 303-КГ17-7181 (А04-1093/2016), от 26.06.2017 по делу № 303-КГ 17-7179 (А04-617/2016)).

Таким образом, полученные таможенным органом в рамках международного сотрудничества документы имеют официальный статус и свидетельствуют о факте недостоверного заявления Обществом сведений о цене товара, повлиявших на определение его таможенной стоимости и определение базы исчисления подлежащих уплате таможенных платежей.

Суд отмечает, что Общество в своем заявлении необоснованно утверждает, что Контракт не предусматривает обязанности поставщика предоставлять покупателю экспортные декларации страны отправителя - согласно пункту 4.3 Контракта, при отгрузке продукции продавец обязан предоставить вместе с оборудованием следующие документы:

-  инвойс (оригинал);

-  упаковочный лист с указанием веса нетто на каждую товарную позицию (оригинал);

-  экспортную декларацию (копия);

- сертификат происхождения (оригинал).

Алтайская таможня пришла к выводу, что заявленная декларантом таможенная стоимость товаров по стоимости сделки с ними не основана на документально подтвержденной, количественно определяемой, достоверной информации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 64 Таможенного кодекса Таможенного союза (далее - ТК ТС), действовавшего на момент таможенного декларирования товаров, таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Таможенного союза, определяется в соответствии с международным договором государств - членов Таможенного союза, регулирующим вопросы определения таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу.

Согласно пункту 2 статьи 65 ТК ТС декларирование таможенной стоимости ввозимых товаров осуществляется путем заявления сведений о методе определения таможенной стоимости товаров, величине таможенной стоимости товаров, об обстоятельствах и условиях внешнеэкономической сделки, имеющих отношение к определению таможенной стоимости товаров, а также представления подтверждающих их документов.

В силу пункта 1 статьи 2 Соглашения основой определения таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, установленном в статье 4 Соглашения. В целях обеспечения законности, единообразия и беспристрастности системы оценки товаров для таможенных целей она не должна быть основана на произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров (пункт 2 статьи 2 Соглашения).

Из пункта 1 статьи 4 Соглашения следует, что таможенной стоимостью товаров, ввозимых на таможенную территорию Таможенного союза, является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Таможенного союза и дополненная в соответствии с положениями статьи 5 Соглашения.

При этом пунктом 3 статьи 2 Соглашения и пунктом 4 статьи 65 ТК ТС предусмотрено, что таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Аналогичные положения содержатся в пунктах 9, 10, 15 статьи 38 ТК ЕАЭС, вступившего в силу с 01.01.2018.

Пунктами 1, 2 статьи 313 ТК ЕАЭС установлено, что при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Оценив представленные декларантом документы и сведения, таможенным органом установлено, что заявленная декларантом таможенная стоимость товаров по стоимости сделки с ними не основана на документально подтвержденной, количественно определяемой, достоверной информации, что подтверждается следующим.

Из представленного при таможенном декларировании коммерческого предложения от 17.04.2017 б/н следует, что стоимость оборудования - мобильной буровой установки ZJ30 составляет 1 000 000 долларов США. При заключении Контракта сторонами согласована аналогичная стоимость поставляемого оборудования (1 000 000 долларов США). Условие о поставке товара №2 «контейнер металлический общего назначения 20-фут., бывший в употреблении» в первой редакции контракта отсутствовало.

Изменения в Контракт в части поставки товара № 2 указаны в дополнительном соглашении от 02.06.2017 № 1, представленном Обществом. При этом общая стоимость Контракта осталась неизменной.

Следует отметить, что подпись продавца в дополнительном приложении к Контракту (спецификация) отличается от подписи продавца в Контракте, что ставит под сомнение достоверность спецификации.

Позиция таможенного органа по данному факту изложена в акте камеральной таможеннойпроверки от 13.03.2019 № 10605000/210/130319/А000033.

В представленных заявителем 12.04.2019 возражениях на акт камеральной таможенной проверки данный факт Обществом не оспаривался. Информационное письмо компании Beijing Novotech Petroleum Technology Co. Limited о возможности использовании различных стилей китайского языка в написании подписи генерального директора, на которое ссылается ООО БСК «Ринако» в заявлении, не представлялось Обществом ни при таможенном декларировании, ни в ходе камеральной таможенной проверки, ни в ходе судебного обжалования.

Кроме того, паспорт сделки к Контракту оформлен в АО «Альфа-Банк» 22.05.2017 (паспорт сделки № 17050469/1326/0000/2/1).

По запросу таможенного органа из АО «Альфа-Банк» получена копия Контракта, представленного Обществом. Согласно его тексту, предметом Контракта является один товар - мобильная буровая установка ZJ30, стоимость которой составляет 1 000 000 долларов США. При этом в уполномоченный банк дополнительное соглашение от 02.06.2017 № 1 к Контракту, в котором упоминается 20-футовый контейнер, не предоставлялось.

Действовавшими на момент таможенного декларирования товаров пунктом 3 статьи 2 Соглашения между Правительством Российской Федерации, Правительством Республики Беларусь и Правительством Республики Казахстан от 25.01.2008 «Об определении таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу Таможенного союза», пунктом 4 статьи 65 ТК ТС, и пунктом 10 статьи 38 ТК ЕАЭС, действующим в настоящее время, предусмотрено, что таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Декларант, перевозчик, лица, осуществляющие деятельность в сфере таможенного дела, и иные лица обязаны представлять таможенным органам документы и (или) сведения, необходимые для проведения таможенного контроля, в устной, письменной и (или) электронной формах (пункт 6 статьи 340 ТК ТС).

Пунктами 1, 2 статьи 313 ТК ЕАЭС установлено, что при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

При проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу ЕАЭС.

Таким образом, от лица, ввозящего на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, в целях исполнения требований указанных требований нормативных актов разумно ожидать поведения, направленного на заблаговременное собирание доказательств, подтверждающих действительное приобретение товара по такой цене и доступных для получения в условиях внешнеторгового оборота.

Так как поставка товара в рамках внешнеэкономического контракта является единым непрерывным процессом, совершаемым сторонами сделки по обе стороны границы и оформляемым при этом соответствующими документами, указанные документы должны соответствовать содержанию сделки и не противоречить документам, составленным с другой стороны границы.

В случае предоставления таможенному органу достоверных сведений, данные о стоимости товара и коммерческих документах в экспортной декларации, представленной при декларировании Обществом, и соответствующие данные в полученные в Маньчжурской таможне экспортной декларации были бы идентичны.

Кроме того, в ходе таможенной проверки Общество представило в таможенный орган соглашение от 15.12.2017 об уступке права (требования) (цессия) по Контракту, согласно которому продавец Beijing Novotech Petroleum Technology Co., Limited (первоначальный кредитор (цедент)) уступил свое право (требование) по Контракту Master Most Development Limited (новый кредитор (цессионарий)), указанному в качестве грузополучателя в инвойсе от 03.06.2017 № 20170603, полученном от ДБК Маньчжурской таможни КНР.

По мнению заявителя, у него отсутствовала обязанность предоставлять Дополнительное соглашение в уполномоченный банк.

Вместе с тем, Инструкция Банка России от 04.06.2012 № 138-И «О порядке представления резидентами и нерезидентами уполномоченным банкам документов и информации, связанных с проведением валютных операций, порядке оформления паспортов сделок, а также порядке учета уполномоченными банками валютных операций и контроля за их проведением» предусматривает формирование и ведение ведомости банковского контроля на основании, в том числе, иных документов и информации, требования о представлении которых резидентом в банк паспорта сделки установлены данной Инструкцией, в том числе сведений, содержащихся в контракте (кредитном договоре), а также в иных документах и информации, которые имеются в банке паспорта сделки (п. 10.2).

Представление Обществом в уполномоченный банк полного пакета подтверждающих документов по Контракту послужило бы дополнительным документальным подтверждением достоверности сведений о заявленной ООО БСК «Ринако» таможенной стоимости товаров.

Так как при таможенном декларировании, в уполномоченный банк, в Маньчжурскую таможню представлены различные документы, подтверждающие факт совершения и содержание сделки в отношении товаров «мобильная буровая установка ZJ30» и «20-фут. контейнер, б/у», и их стоимость, цена сделки не подтверждена ООО БСК «Ринако» документально.

В подтверждение стоимости транспортных услуг (согласно заявленным базисным условиям поставки FCA Маньчжурия) по маршруту Маньчжурия (КНР) - ст. Забайкальск (Российская Федерация) Обществом при декларировании товаров представлен договор на транспортно-экспедиторское обслуживание № DSC-10-01/16, заключенный между Обществом и Beijing Novotech Petroleum Technology Co., Limited (Китай). Кроме того Общество предоставило приложение № 2 от 02.06.2017 к договору № DSC-10-01/16, акт оказанных услуг от 28.07.2017 б/н к приложению от 02.06.2017 №2 к договору № DSC-10-01/16 и пояснения, согласно которым оплата по договору № DSC-10-01/16 не производилась.

При этом пунктом 2.4 договора № DSC-10-01/16 и приложением от 02.06.2017 № 2 к договору № DSC-10-01/16 предусмотрено, что оказанные услуги по доставке товара по маршруту ж/д ст. Маньчжурия - МО, г. Солнечногорск на сумму 7 000 долларов США должны быть оплачены в течение 120 дней с даты подписания данного приложения к договору, т.е. до 30.09.2017. Срок действия договора № DSC-10-01/16 установлен до 31.12.2018 (пункт 9.2).

Из представленных ПАО Банк ВТБ (уполномоченный банк по договору перевозки) по запросу таможенного органа копий документов (договор № DSC- 10-01/16, приложение к нему от 02.06.2017 № 2, ведомость банковского контроля от 10.01.2019 по паспорту сделки № 16110107/1000/0000/4/1, выписки по счетам), имеющих отношение к транспортным расходам, включенным в заявленную таможенную стоимость товаров, следует, что оплата за услуги перевозки фактически не производилась.

Только 22.11.2018, уже в ходе камеральной таможенной проверки, сторонами заключено дополнительное соглашение от 22.11.2018 № 2 к договору № DSC-10-01/16, продлевающее срок его действия до 31.12.2020, при этом все остальные условия договора остались неизменными, включая срок оплаты услуг.

Кроме того, дополнительным соглашением от 30.12.2016 № 1 к договору № DSC-10-01/16 статья 10 договора в части реквизитов сторон изложена в другой редакции, в том числе банковские реквизиты Общества, согласно которым расчетный и транзитный счета Общества, используемые для расчетов по договору № DSC-10-01/16, открыты в АО «Альфа-Банк».

Однако по состоянию на 29.12.2018 договор № DSC-10-01/16 и паспорт сделки № 16110107/1000/0000/4/1 в АО «Альфа-Банк» Обществом не переданы (письмо АО «Альфа-Банк» от 29.12.2018 № 724.9/137888).

Учитывая вышеизложенное, величина транспортных расходов, включенных декларантом в таможенную стоимость товаров, документально не подтверждена.

Это подтверждается фактическими обстоятельствами, установленными в ходе таможенной проверки - сроки оплаты услуг, установленных договором № DSC-10-01/16 были нарушены, дополнительное соглашение от 22.11.2018 № 2 подписано в период проведения камеральной таможенной проверки и им оставлены без изменения условий договора, за исключением срока его действия.

Следует также отметить, что соглашение о расторжении дополнительного соглашения от 30.12.2016 № 1, которым изменены банковские реквизиты сторон Договора, датированное 12.01.2017 и на которое ссылается Общество, по требованию таможенного органа в ходе проведения камеральной таможенной проверки Обществом предоставлено не было.

Учитывая вышеизложенное, величина транспортных расходов, включенных Обществом в таможенную стоимость товаров, документально не подтверждена.

Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 27.03.2018 № 42 утверждено Положение об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза (далее - Положение).

В соответствии с подпунктом «а» пункта 3 Положения при проведении контроля таможенной стоимости товаров используется имеющаяся в распоряжении таможенного органа информация, в максимально возможной степени сопоставимая с имеющимися в отношении ввозимых товаров сведениями, включая сведения об условиях и обстоятельствах рассматриваемой сделки, физических характеристиках, качестве и репутации ввозимых товаров, в том числе о сделках с идентичными, однородными товарами, товарами того же класса или вида, полученная в том числе с использованием информационных ресурсов таможенных органов.

При этом выявление более низкой цены ввозимых товаров по сравнению с ценой идентичных или однородных товаров при сопоставимых условиях их ввоза при проведении контроля таможенной стоимости товаров, в том числе после их выпуска, является признаком недостоверного определения таможенной стоимости товаров (подпункт «б» пункта 5 Положения).

В результате анализа таможенного декларирования товаров в регионе деятельности ФТС России, таможней установлено, что таможенная стоимость w товаров, обладающих признаками идентичности/однородности (имеющих в наименовании модели символы «ZJ30»), варьируется от 74 973 597,75 руб. до 123 373 300,50 руб., т.е. превышает заявленный Обществом уровень таможенной стоимости товара № 1 по декларации на товары № 10605020/200617/0003723 в 1,28-2,1 раза.

По мнению Общества, примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле. Применительно к спорной ситуации данное утверждение Общества является необоснованным.

В соответствии с положениями статьи 315 ТК ЕАЭС по результатам проведения таможенного контроля после выпуска товаров в форме таможенной проверки, таможенный орган исчисляет таможенные пошлины, налоги, специальные, антидемпинговые, компенсационные пошлины в соответствии со статьей 315 ТК ЕАЭС, если документы, сведения о которых указаны в таможенной декларации, запрошенные (истребованные) таможенным органом для проверки заявленных в таможенной декларации сведений, влияющих на размер уплаченных таможенных пошлин, налогов, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин представлены, но такие документы не подтверждают проверяемые сведения.

При этом база для исчисления подлежащих уплате таможенных пошлин, налогов, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин определяется на основании имеющихся у таможенного органа сведений.

Так, при проведении анализа таможенного декларирования товаров, обладающих признаками идентичности/однородности, таможенным органом U установлено, что Обществом ранее по декларации на товары № 10605020/040515/0002091 был продекларирован товар «самоходная буровая установка ZJ30/180», таможенная стоимость которого составила 79 265 140 руб. (отклонение от уровня стоимости оцениваемого товара - 26,4%).

В силу пункта 1 статьи 2 Соглашения, пункта 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами. Согласно пункту 3 статьи 2 Соглашения, пункту 4 статьи 65 ТК ТС, пункту 10 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Учитывая вышеизложенное, по результатам таможенной проверки таможенный орган пришел к выводу, что решение Барнаульского таможенного поста от 23.06.2017 о принятии заявленной таможенной стоимости товаров, продекларированных по декларации на товары № 10605020/200617/0003723, формализованное в ДТС-1 в виде записи «ТС принята» не соответствует требованиям международных договоров и актов, составляющих право Евразийского экономического союза и (или) законодательства Российской Федерации о таможенном деле.

В соответствии с положениями статьи 315 ТК ЕАЭС по результатам проведения таможенного контроля после выпуска товаров в форме таможенной проверки, таможенный орган исчисляет таможенные пошлины, налоги, специальные, антидемпинговые, компенсационные пошлины в соответствии со статьей 315 ТК ЕАЭС, если документы, сведения о которых указаны в таможенной декларации, запрошенные (истребованные) таможенным органом для проверки заявленных в таможенной декларации сведений, влияющих на размер уплаченных таможенных пошлин, налогов, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин представлены, но такие документы не подтверждают проверяемые сведения.

При этом база для исчисления подлежащих уплате таможенных пошлин, налогов, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин определяется на основании имеющихся у таможенного органа сведений.

Согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС в случае невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними таможенная стоимость товаров определяется в соответствии со статьями 41 и 42 ТК ЕАЭС.

Определение таможенной стоимости товара резервным методом регулируется статьей 45 ТК ЕАЭС, в соответствии с которой таможенная стоимость товаров определяется на основе сведений, имеющихся на таможенной территории Евразийского экономического союза. Пунктом 2 данной статьи установлено, что методы определения таможенной стоимости товаров, используемые в соответствии с настоящей статьей, являются теми же, что и предусмотренные статьями 39 и 41 - 44 ТК ЕАЭС, однако при определении таможенной стоимости в соответствии с данной статьей допускается гибкость при их применении.

Система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, основанная на статье VII ГАТТ 1994, исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции. При этом за основу определения действительной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься договорная цена товаров и не должна приниматься фиктивная или произвольная стоимость. Одним из правил таможенной оценки является наделение таможенных органов правом убеждаться в достоверности декларирования таможенной стоимости исходя из действительной стоимости ввозимых товаров, которое реализуется при проведении таможенного контроля (статья 17 Соглашения по применению статьи VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года).

Методы определения таможенной стоимости, отличные от метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, применяются в случае невозможности использовать для таможенных целей сведения о стоимости ввозимого товара.

Методы по стоимости сделки с идентичными и однородными товарами не применимы, т.к. установлено, что информация о таможенной стоимости идентичных/однородных товаров, ввезенных на таможенную территорию ЕАЭС в соответствующий период времени, но не ранее, чем за 90 календарных дней до ввоза оцениваемых товаров, удовлетворяющая требованиям статьей 6 и 7 Соглашения, в распоряжении таможенного органа отсутствовала. Метод вычитания также не мог быть применен, так как цена реализации ввезенных товаров основана на недействительной таможенной стоимости. Метод сложения не мог быть неприменим, так как у таможенного органа отсутствовала информация изготовителя о затратах на производство ввозимых товаров.

Поскольку таможенная стоимость товаров не могла быть определена в соответствии со статьями 39 и 41-44 ТК ЕАЭС, это сделано таможенным органом в соответствии со статьей 45 ТК ЕАЭС, которой регулируется определение таможенной стоимости товара резервным методом. В рамках данного метода таможенная стоимость товаров определяется на основе сведений, имеющихся на таможенной территории ЕАЭС. Частью 2 статьи 45 ТК ЕАЭС установлено, что методы определения таможенной стоимости товаров, используемые в соответствии с этой статьей, являются теми же, что и предусмотренные статьями 39 и 41-44 ТК ЕАЭС, однако при определении таможенной стоимости в соответствии с ней допускается гибкость при их применении.

В качестве ценовой информации для определения таможенной стоимости товаров, сведения о которых заявлены в декларации на товары № 10605020/200617/0003723, использована цена, установленная в экспортной декларации, полученная из ДБК Маньчжурской таможни.

17.05.2019 принято Решение № 10605000/170519/0095/45 о внесении изменений в сведения, заявленные в декларации на товары № 10605020/200617/0003723.

В соответствии со статьей 32 договора о ЕАЭС, подписанного в г. Астане 29.05.2014 (далее - Договор), в ЕАЭС осуществляется единое таможенное регулирование в соответствии с ТК ЕАЭС и регулирующими таможенные правоотношения международными договорами и актами, составляющими право ЕАЭС, а также в соответствии с положениями Договора.

Согласно статье 101 Договора, до вступления в силу ТК ЕАЭС (до 01.01.2018) таможенное регулирование в ЕАЭС осуществлялось в соответствии с Договором о ТК ТС и иными международными договорами государств-членов, регулирующими таможенные правоотношения, заключенными в рамках формирования договорно-правовой базы ЕАЭС и Единого экономического пространства и входящими в соответствии со статьей 99 Договора в право ЕАЭС.

ТК ЕАЭС применяется к отношениям, регулируемым международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования и возникшим со дня вступления его в силу (пункт 1 статьи 444 ТК ЕАЭС), т.е. с 01.01.2018.

Согласно пункту 2 статьи 444 ТК ЕАЭС по отношениям, регулируемым международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования, возникшим до вступления ТК ЕАЭС в силу, ТК ЕАЭС применяется к тем правам и обязанностям, которые возникнут со дня его вступления в силу.

В связи с тем, что правоотношения по корректировке декларации на товары № 10605020/200617/0003723 возникли в 2019 году, они регламентируются законодательством, действующим на момент принятия таможенным органом оспариваемого решения.

Суд пришел к выводу, что решение № 10605000/170519/0095/45 от 17.05.2019 о внесении изменений в сведения, заявленные в декларации на товары № 10605020/200617/0003723 принято в соответствии с положениями ТК ЕАЭС и соответствует требованиям регулирующих таможенные правоотношения международных договоров Российской Федерации, актов, составляющих право Евразийского экономического союза, и законодательства Российской Федерации о таможенном регулировании, доводы, изложенные Обществом являются необоснованными в связи с вышеизложенным.

Как указано в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2015 по делу № А51-30666/2014, при рассмотрении в суде спора, касающегося определения таможенной стоимости товара, таможенным органом могут быть представлены доказательства недостоверности указанной информации. Эти доказательства, как и доказательства, представленные декларантом, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям статьи 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и оценке судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 названного Кодекса (пункт 1 Постановления Пленума ВАС РФ № 96). При этом положения части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об обязанности доказывания государственным органом обстоятельств, послуживших основанием для принятия его оспариваемого решения, не означают, что возражения, которые представляет вторая сторона такого спора, могут носить немотивированный характер, равно как указанные положения не свидетельствуют о нивелировании принципа состязательности при доказывании сторонами доводов и возражений по такого рода делам.

Кроме того, действия лица, ввозящего товар на таможенную территорию государства, соответствовали бы принципам разумности и осмотрительности, предъявляемым к поведению участников гражданского оборота, если бы такие субъекты при ввозе товаров по цене, значительно отличающейся от цен сделок с однородными товарами, заранее собирали доказательства, подтверждающие более низкую цену сделки.

Таким образом, решение Алтайской таможни от 17.05.2019 о корректировке таможенной стоимости товаров по декларации на товары №10605000/170519/0095/45 не нарушает права и законные интересы Общества в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, не возлагает на него незаконно какие-либо обязанности, не создает никаких препятствий для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемое решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с частью 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемые решения, действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

С учетом вышеизложенного, требования Заявителя не подлежат удовлетворению.

Оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доводы сторон и представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, арбитражный суд приходит к выводу о том, что таможенным органом соблюдены условия статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, законность оспариваемого решения доказана и документально подтверждена.

На основании изложенного, арбитражный суд отказывает в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Расходы по госпошлине суд относит на заявителя  согласно ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 197-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Алтайского края в апелляционную инстанцию – Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца  со дня принятия решения.

СудьяЛ.ФИО5