АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЯМАЛО-НЕНЕЦКОГО АВТОНОМНОГО ОКРУГА

г. Салехард, ул. Республики, д.102, тел. (34922) 5-31-00, 

www.yamal.arbitr.ru, e-mail: info@yamal.arbitr.ru

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А81-9492/2017

г. Салехард

20 марта 2018 года

Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе судьи       Чорноба В.В., рассмотрев заявление общества с ограниченной ответственностью "Газпром добыча Уренгой" о составлении мотивированного решения, 

 

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью "Сервис Транс" обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью "Газпром добыча Уренгой" о взыскании неосновательного обогащения в размере                 332 457 рублей 71 копейки.

Определением о принятии заявления к производству от 28.11.2017 суд назначил дело к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова представителей лиц, участвующих в деле, в соответствии с нормами главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Указанным определением в соответствии с ч. 3 ст. 228 АПК РФ были установлены сроки для представления соответствующих доказательств и пояснений.

Исковое заявление и приложенные к нему документы также были опубликованы в сети интернет на сайте: http://kad.arbitr.ru для ознакомления.

Стороны надлежащим образом были извещены о принятии заявления к производству, что подтверждается соответствующими почтовыми отправлениями.

Согласно поступившему отзыву, ответчик с иском не согласился.

В соответствии со статьей 229 Арбитражного процессуального кодекса РФ            15 февраля 2018 года суд вынес решение в виде резолютивной части, согласно которому исковые требования были удовлетворены полностью.

Согласно сведениям, содержащимся в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на сайте: http://kad.arbitr.ru, резолютивная часть решения была опубликована 16 февраля 2018 года.

16 февраля 2018 года от ответчика через систему электронной подачи документов «Мой Арбитр» поступило заявление о составлении мотивированного решения.

В соответствии с частью 2 статьи 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по заявлению лица, участвующего в деле, по делу, рассматриваемому в порядке упрощенного производства, арбитражный суд составляет мотивированное решение.

Заявление о составлении мотивированного решения ответчиком подано в установленные законом сроки,  в связи с чем подлежит разъяснению.

Из обстоятельств дела известно, что 03 июля 2017 года обществом с ограниченной ответственностью "Газпром добыча Уренгой" было выдано обществу с ограниченной ответственностью "Сервис Транс" два специальных разрешения: 89 ГДУ № 00134765 и 89 ГДУ № 00134767 на движение автомобилей общества с ограниченной ответственностью "Сервис Транс", осуществляющих перевозки тяжеловесных и (или) крупногабаритных грузов, по автомобильным дорогам общества с ограниченной ответственностью "Газпром добыча Уренгой".

По специальному разрешению 89 ГДУ № 00134765 было разрешено выполнить     3 поездки в период с 03.07.2017 по 02.10.2017. По специальному разрешению 89 ГДУ           № 00134767 разрешено выполнить 4 поездки в период с 03.07.2017 по 02.10.2017.

Проезд по специальному разрешению 89 ГДУ № 00134765 был оплачен в размере 147 028 рублей 49 копеек и осуществлен. Претензий по нему ни у одной из сторон нет.

Есть разногласия у истца с  ответчиком, связанные со специальным разрешением 89 ГДУ № 00134767. Стороны не отрицают, что истец в полном объеме оплатил четыре перевозки на 332 457 рублей 71 копейку, но истец утверждает, что выданным разрешением не воспользовался, соответственно, вред дорогам не причинил, следовательно, ответчик должен ему вернуть оплату. Истец поясняет, что для ответчика данная сумма будет являться неосновательным обогащением. Добровольно ответчик отказался деньги возвращать.

В ответе на претензию, равно как и в отзыве, ответчик отказался возвращать деньги, ссылаясь на то, что ни Федеральный закон РФ от 08.11.2007г. № 257-ФЗ, ни Правила, утвержденные Постановлением Правительства РФ от 16.11.2009г. № 934, ни локальный нормативный акт ответчика не предусматривают возврат денежных средств за невыполненные перевозки. Утверждает, что плата предназначена не в счет возмещения причиненного вреда, а как предоставление доступа к дорогам и не эквивалентна ущербу.

Рассмотрев материалы дела и оценив представленные доказательства, суд соглашается с обоснованностью иска.

Приведенные ответчиком ссылки на определение Верховного суда РФ от 22.05.2017г. по делу № А19-13420/2015 и на судебные акты Арбитражного суда Западно-Сибирского округа не могут быть приняты во внимание, поскольку такой вид судебного акта, как Определение Верховного Суда РФ не формирует судебную практику. А принимаемые Арбитражным судом Западно-Сибирского округа судебные акты основаны, как и Определение Верховного Суда РФ, только на толковании позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 17.07.1998 N 22-П. В приведенных ответчиком судебных актах, со ссылкой на Постановление Конституционного Суда РФ, указано, что неиспользование перевозчиком специальных разрешений не порождает на стороне управления и агентства неосновательного обогащения за счет истца в смысле, определенном статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации. Плата за провоз крупногабаритных и тяжеловесных грузов является, по сути, платой хозяйствующих субъектов за возможность использовать автомобильные дороги для решения своих задач на определяемых ими согласованных условиях и соразмерно произведенной оплате.

Вместе с тем, данное толкование противоречит существу рассматриваемого Конституционным Судом РФ спора, Конституционный Суд РФ такой вывод не делал. Конституционный Суд РФ только проверял на соответствие Конституции Постановления Правительства Российской Федерации от 26 сентября 1995 года N 962 "О взимании платы с владельцев или пользователей автомобильного транспорта, перевозящего тяжеловесные грузы, при проезде по автомобильным дорогам общего пользования" и от 14 октября 1996 года N 1211 "Об установлении временных ставок платы за провоз тяжеловесных грузов по федеральным автомобильным дорогам и использовании средств, получаемых от взимания этой платы". А именно, требовалось установить является ли данный платеж новым видом налога и Конституционный Суд РФ новым видом налога платеж не признал. Иное Конституционный Суд РФ не устанавливал и не мог установить, так как полномочия Конституционного Суда РФ не распространяются на оценку того как применять нормативно-правовые акты. Конституционный Суд РФ прямо указал, что в его компетенцию не входит ни установление соответствия положений подзаконных нормативных актов законам, ни рассмотрение вопроса о соответствии Конституции Российской Федерации ведомственных нормативных актов.

Рассуждая о плате, Конституционный Суд РФ выделял ее признаки, чтобы признать ее неналоговым платежом, из контекста выдернута фраза: “плата в отличие от налоговых платежей не отвечает признаку индивидуальной безвозмездности”, то есть суд сказал, что размер платы не одинаков для всех, не более того. И далее разъяснил: “поскольку плательщики получают возможность использовать федеральные автомобильные дороги для решения своих хозяйственных и иных задач на определяемых ими согласованных условиях и соразмерно произведенной оплате”.

Наоборот, Конституционный Суд РФ отметил что перевозка тяжеловесных грузов приводит к преждевременному износу дорожного полотна, что влечет дополнительные затраты, связанные с организацией пропуска движения и осуществлением надзора за техническим состоянием путей следования груза. Такие - сверхнормативные - расходы должны возмещаться не за счет налога с пользователей автомобильных дорог, а за счет платежей, взимаемых с заинтересованных в особых условиях транспортировки грузов владельцев (пользователей) соответствующих автотранспортных средств. Государство разрешает перевозчикам перевозить грузы наиболее удобным и выгодным для них способом при условии, что они, осуществив в своих интересах перевозку грузов, возмещают причиненный дорожному полотну ущерб и затраты, размер которых определяется индивидуально на основе установленных параметров.

Иными словами, использование Конституционным Судом РФ связующих слов, использование различных времен: прошедшего, настоящего и будущего в своей взаимосвязи свидетельствует об обратном – нет перевозки, нет износа дороги, нет и ущерба, соответственно, нет и платы. Не логичным будет выдача разрешения перевозчикам, например, всем без исключения на территории Российской Федерации для проезда по только, что отстроенной дороге. Если допустить, что все без исключения перевозчики откажутся от проезда по новой дороге, она от этого не придет в негодность. А если отменят обязанность перевозчика  возмещать вред, а перевозки не было и деньги уплачены, то разве, что для возврата денег отдельный закон писать надо – никакой обоснованности в этом нет.

В статье 1064 Гражданского кодекса РФ указано, что подлежит возмещению только причиненный вред. Довод ответчика применительно к истцу противоречит данной норме права.

Далее, Конституционный Суд РФ указал, что расчет платы за провоз тяжеловесных грузов осуществляется исходя из полной массы автотранспортного средства, осевых масс, протяженности разрешенного маршрута движения. Если ответчик утверждает, что деньги взымаются за предоставление доступа к дороге, а не за причиненный ущерб, то и расчет не должен учитывать полной массы автотранспортного средства, осевых масс, протяженности разрешенного маршрута движения, а логичным был бы фиксированный платеж.

Более того, Гражданским законодательством РФ не допускается безвозмездность оказания услуг, выполнения работ, то есть деньги должны быть получены за реальные действия. Но ответчик считает возможным получить деньги за выдачу только лишь одной страницы бумаги. Возмещение вреда предполагает его наличие - это не плата за проезд по платной дороге. Ответчик не аргументированно поставил в один ряд и того кто  желал воспользоваться дорогой и заплатил за проезд, и того кто к нему за выдачей разрешения не обращался.

Таким образом, суд пришел к выводу, что плата за ущерб дороге – это плата за реальную перевозку, которая должна быть, это не добровольный взнос, и не плата за открытие шлагбаума. Обязательной предоплату ввели для того, чтобы после использования перевозчиком дороги его не искать по всей стране.

О том, что платеж является компенсацией за проезд, а не за получение одной страницы бумаги, прямо указал Конституционный Суд РФ в пункте 3 своего Постановления от 31.05.2016 N 14-П – “Таким образом, плату в счет возмещения вреда, причиняемого автомобильным дорогам общего пользования федерального значения большегрузными транспортными средствами, следует квалифицировать не в качестве налога или сбора, а как обязательный публичный индивидуально-возмездный платеж компенсационного фискального характера”. И добавлено: “К аналогичному выводу Конституционный Суд Российской Федерации пришел в Постановлении от 17 июля 1998 года N 22-П, давая оценку правовой природе платежа, взимаемого с транспортных средств, осуществляющих перевозку тяжеловесных грузов, как имеющего неналоговый характер”.

Таким образом, расценивать судебные акты Конституционного Суда РФ по иному нельзя.

Неверным является и утверждение ответчика о том, что право перевозчика на возврат денег за неиспользованные перевозки должно быть предусмотрено в приведенных им нормативных актах. Почему именно так решил ответчик не понятно, данное утверждение ничем не аргументировано.

Между тем, в соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса РФ, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Согласно статье 1103 Гражданского кодекса РФ, нормы об обязательствах вследствие неосновательного обогащения подлежат применению к требованиям о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица, если иное не установлено Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений.

Таким образом, неосновательное обогащение подразумевает получение денег в отсутствие какого-либо исполненного встречного обязательства (выдача одной бумаги встречным обязательством к тому, что истец оплатил, не является). Дополнительно вносить в закон статью о возврате денег за неисполненное встречное обязательство нет необходимости, это и так общеизвестный принцип. Возврат денег - не санкция, как конфискация имущества по КоАП РФ. Для перевозчика не должно иметь значения как деньги ему вернут. Механизм возврата не нужно прописывать. Необходимость возврата уже заложена в самой статье 1102 ГК РФ – она универсальна. Более того, Конституционный суд описывал взаимоотношения между перевозчиками и собственниками федеральных дорог, а не частных.

Необходимость возврата ответчиком перевозчику денег за неиспользованные перевозки прямо указана в разделе 9 Порядка, утвержденного приказом ООО “Газпром добыча Уренгой” от 05.06.2017г. № 799. И не имеет никакого значения по какой причине перевозчик отказался от перевозки, в пункте 9.2 Порядка необходимость поиска такой причины не прописана.

Позиция ответчика тем более не ясна, так как структурные подразделения ПАО “Газпром”, как например, ООО «Газпром подземремонт Уренгой», в суд с иском о возврате денег за неиспользованные ими перевозки по дорогам общего пользования обращаются (дело № А81-462/2015)

Суд, анализируя локальный акт ответчика, пришел к выводу, что он достаточно сбалансирован и соответствует принципам гражданского кодекса РФ, однако, по непонятной причине представители ответчика предприняли попытку истолковать его по другому, видимо, пытаясь найти судебную практику не в пользу истца. Как было указано выше, Конституционный Суд РФ практику в пользу ответчика не установил.

Согласно пункту 2 части 1 статьи 29 Федерального закона от 08.11.2007 № 257- ФЗ «Об автомобильных дорогах и о дорожной деятельности в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в редакции, действующей на дату подачи искового заявления, (далее - Федеральный закон № 257-ФЗ) пользователям автомобильными дорогами запрещается осуществлять перевозки по автомобильным дорогам тяжеловесных грузов без специальных разрешений, выдаваемых в порядке, предусмотренном данным Федеральным законом. Плата за выдачу разрешения для движения по автомобильным дорогам транспортного средства, осуществляющего перевозки тяжеловесных грузов, носит компенсационный характер и направлена на возмещение вреда, причиненного дорожному покрытию транспортным средством, осуществляющим перевозки тяжеловесных грузов (подпункт 2 пункта 3 статьи 31 Федерального закона № 257-ФЗ).

При этом, сочетание слов: “плата носит компенсационный характер” следует понимать так, как это разъяснил Конституционный суд – плата не за выдачу разрешения как отдельной бумаги, а “плата в счет возмещения вреда”.

Судом установлено и ответчиком не отрицается, что истец при оформлении разрешений возместил ответчику будущий ущерб, который должен был быть причинен провозом тяжеловесных грузов, исходя из количества поездок, указанных в разрешениях.

Проезд тяжеловесного транспорта истца по дорогам ответчика согласно выданному разрешению 89 ГДУ № 00134765 подтверждается самим разрешением, на обратной стороне разрешения имеется штамп ответчика и подпись его должностного лица, подтверждающие проезд транспорта истца через контрольно-пропускной пункт. Вместе с тем, на обратной стороне разрешения 89 ГДУ № 00134767 таких отметок нет. Это может свидетельствовать о том, что истец перевозку не осуществлял.

Бремя доказывания осуществления транспортными средствами истца проезда на обозначенные в путевых листах объекты или на иные объекты по дорогам, за проезд по которым взымается плата, в соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ лежит на ответчике.

Распределение бремени доказывания в споре о возврате неосновательно полученного должно строиться в соответствии с особенностями оснований заявленного истцом требования. Исходя из объективной невозможности доказывания факта отсутствия правоотношений между сторонами, суду на основании статьи 65 АПК РФ необходимо делать вывод о возложении бремени доказывания обратного (наличие какого-либо правового основания) на ответчика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.01.2013 № 11524/12).

Поскольку по специальному разрешению 89 ГДУ № 00134767 перевозки истцом не осуществлялись, то исковые требования правомерны и обоснованы. Ответчиком не доказано причинение истцом вреда дорожному покрытию. Соответственно, отсутствуют законные основания для сбережения денежных средств. Денежные средства, уплаченные в счет оказания услуги, при отсутствии ее последующего оказания, не считаются подаренными, а возвращаются.

Таким образом, неосновательное обогащение в размере 332 457 рублей                         71 копейки подлежит взысканию.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ судебные расходы, в т. ч. расходы по уплате госпошлины, относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

РЕШИЛ:

1. Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Газпром добыча Уренгой" (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>, дата регистрации: 17.12.2002, 629307, Ямало-Ненецкий автономный округ, 

<

...>) в пользу общества с ограниченной ответственностью "Сервис Транс" (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>, дата регистрации:  10.08.2009, 629800, Ямало-Ненецкий автономный округ, 

<

...>) неосновательное обогащение в размере 332 457 рублей 71 копейки и расходы по уплате госпошлины в размере 9 649 рублей. Всего взыскать 342 106 рублей 71 копейку.

2. Мотивированное решение арбитражного суда первой инстанции по результатам рассмотрения дела в порядке упрощенного производства может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия в полном объеме.

3. Разъяснить сторонам, что в соответствии с частью 5 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи.

 

Судья                                                                                              В.В. Чорноба