АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А20-3618/2017

г. Краснодар

31 января 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 января 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 31 января 2022 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Герасименко А.Н., судей Гиданкиной А.В. и Мацко Ю.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Уджуху Р.З., при участии в судебном заседании от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Гласс Технолоджис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 10.12.2021), в отсутствие конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Росалко» – ФИО3, извещенного о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев посредством использования систем веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание) кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Гласс Технолоджис» – ФИО1 на постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.09.2021 по делу № А20-3618/2017, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Гласс Технолоджис» (далее – должник) конкурсный управляющий ООО «Росалко» (далее – общество) ФИО4 обратилась в Арбитражный суд Кабардино-Балкарской Республики с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника 61 507 521 тыс. рублей задолженности.

Определением суда от 30.06.2021 требования общества в размере 61 507 524 рублей 63 копеек задолженности признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению после погашения требований кредиторов должника, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 03.09.2021 определение суда от 30.06.2021 изменено, резолютивная часть изложена в следующей редакции: «Признать обоснованными и включить в третью очередь реестра требований кредиторов должника требования общества в размере 61 507 524 рублей 63 копеек задолженности».

В кассационной жалобе конкурсный управляющий должника ФИО1 просит отменить постановление суда апелляционной инстанции и оставить в силе определение суда первой инстанции. Наличие судебного акта, подтверждающего задолженность, не освобождает арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, от обязанности определить очередность данного требования. Признанные недействительными банковские платежи, совершенные аффилированными лицами в условиях имущественного кризиса, носят компенсационный характер и не могут быть подавлены в одну очередь с независимыми кредиторами должника. Реституционный характер требований кредитора не препятствует понижению очередности его удовлетворения. Кроме того, суд апелляционной инстанции не учел, что реституционные требования общества, вытекающие из ничтожных сделок, в любом случае подлежат включению за реестр, поскольку заявлены с пропуском установленного пунктом 1 статьи 142 Закона о банкротстве срока. 

В письменных пояснениях на кассационную жалобу конкурсный управляющий должника ФИО1 поддержал позицию, изложенную в кассационной жалобе.

Отзыв на жалобу в суд не поступил.

Определениями суда кассационной инстанции  от 30.11.2021, 28.12.2021 судебное заседание по рассмотрению кассационной жалобы откладывалось. 

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал позицию, содержащуюся в кассационной жалобе и письменных пояснениях.

Изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, выслушав участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, определением суда от 12.12.2017 в отношении должника введена процедура наблюдения сроком на три месяца, временным управляющим утвержден ФИО5 

Решением суда от 23.04.2018 должник признан банкротом, в отношении него введено конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО6 

Решением суда от 29.05.2019 общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО4 Определением суда от 27.12.2021 конкурсным управляющим общества  утверждена ФИО7

Вступившим в законную силу определением суда от 25.02.2021 по делу № А20-2670/2018 признана недействительной сделка по перечислению денежных средств общества в пользу должника, в качестве последствий недействительности с должника в пользу общества взыскано 61 507 524 рубля 63 копейки.

Наличие указанного судебного акта послужило основанием для обращения 22.03.2021 конкурсного управляющего общества ФИО4 в суд с рассматриваемым заявлением.

При принятии судебного акта суд первой инстанции исходил из того, что заявленные требования подлежат удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации, на основании того, что заявитель является аффилированным с должником лицом; факт аффилированности названных лиц установлен вступившими в законную силу судебными актами.

Изменяя определение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции руководствовался положениями статей 65, 71 и 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статей 4, 16, 32, 61.6, 100 и 142 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"», правовым подходом (далее – постановление № 63), содержащимся в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2020 по делу № 305-ЭС19-15240(2), в пункте 2 Обзора судебной практики, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), и пришел к выводу об отсутствии оснований для понижения очередности удовлетворения требования общества.

Из материалов дела следует, что требования общества основаны на вступившем в законную силу судебном акте – определении суда от 25.02.2021, которым признаны недействительными сделки по перечислению денежных средств обществом в пользу должника, в порядке последствий недействительности сделки с должника в конкурсную массу общества взыскано 61 507 524 рубля 63 копейки.

Суд апелляционной инстанции посчитал, что разъяснения, изложенные в пункте 26 постановления № 63, в данном случае неприменимы, поскольку обе стороны сделки находятся в процедуре банкротства, подобный подход фактически нивелирует сам институт оспаривания сделок должника и приводит к утрате целесообразности его применения, что недопустимо, так как в результате оспаривания сделки будет отсутствовать какой-либо положительный эффект.

Поскольку общество находится в процедуре конкурсного производства, то применение положений пункте 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве будет означать возложение негативных последствий на его конкурсных кредиторов, не имеющих противоправного умысла на причинение вреда кредиторам должника и справедливо рассчитывающих на удовлетворение своих требований. Следовательно, в данном случае понижение очередности не приведет к достижению целей, предусмотренных законодателем.

Апелляционный суд принял во внимание, что сделка по перечислению обществом в пользу должника денежных средств, на которой основаны требования заявителя, признана недействительной определением суда от 25.02.2021, вступившим в законную силу.

Конкурсный управляющий общества обратился в рамках данного дела с заявлением о включении требования в реестр требований кредиторов 22.03.2021, то есть в пределах установленного срока.

В связи с этим апелляционный суд включил заявленные обществом требования в третью очередь реестра требований кредиторов должника в спорной сумме.

Между тем суд апелляционной инстанции не учел следующего.

В Обзоре от 29.01.2020 обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности удовлетворения (субординации) требования аффилированного с должником лица. При наличии любого из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее – имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве. Как разъяснено в Обзоре от 29.01.2020, требования контролирующего должника лица подлежат субординации, в частности, если они возникли в условиях имущественного кризиса должника (пункт 3). Контролирующее лицо, пытающееся вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу компенсационного финансирования, должно принимать на себя все связанные с этим риски, которые не могут перекладываться на других кредиторов получателя финансирования (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации). Указанные правовые позиции об очередности удовлетворения требования распространяются и на предоставившее компенсационное финансирование аффилированное с должником лицо, которое не имело прямого контроля над должником, но действовало под влиянием общего для него и должника контролирующего лица (пункт 4 Обзора от 29.01.2020). 

О возникновении неплатежеспособности (обстоятельства, упомянутого в абзаце шестом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве) может свидетельствовать отсутствие у должника возможности за счет собственных средств (без финансовой поддержки контролирующего лица) поддерживать текущую деятельность. 

В рамках данного обособленного спора суд первой инстанции установил, что наиболее вероятной причиной перечисления обществом денежных средств должнику в отсутствие документов, обосновывающих это перечисление с точки зрения обычных обязательственных отношений двух коммерческих организаций, являлось использование лицом, контролирующим группу компаний, в том числе плательщика и получателя, преимуществ своего положения для выведения одного члена группы (должника) из состояния имущественного кризиса, выразившегося в недостаточности денежных средств. Иное не было установлено судом апелляционной инстанции. Заинтересованные лица выводы суда первой инстанции не опровергли. 

По общему правилу основания для субординации устанавливаются на момент возникновения обязательства по возврату компенсационного финансирования. Так, в пункте 7 Обзора от 29.01.2020 разъяснено, что если компенсационное финансирование было предоставлено в условиях имущественного кризиса должника и на момент его предоставления кредитор являлся мажоритарным акционером, последующая продажа этим кредитором пакета акций, прекратившая возможность осуществления им контроля над должником, не изменяет очередность удовлетворения требования бывшего мажоритарного акционера. 

Приведенный подход применим и тогда, когда последующая утрата контроля произошла по иным причинам – в связи с возбуждением дела о несостоятельности (банкротстве) контролирующего должника (аффилированного с ним) лица и передачей управления над имущественной массой последнего независимому конкурсному управляющему. Сам по себе тот факт, что контролирующее (аффилированное) лицо, предоставившее компенсационное финансирование, находится в процедуре конкурсного производства и операции по выдаче такого финансирования оспорены в деле о несостоятельности плательщика, не является основанием для отказа в субординации реституционного требования о возврате компенсационного финансирования. 

В рассматриваемом случае расчетные операции признаны недействительными в рамках дела о банкротстве плательщика в связи с тем, что он, несмотря на наличие собственных кредиторов, передал получателю денежные средства в отсутствие встречного предоставления. Констатация того, что таким финансированием нарушены права кредиторов общества, не меняет правовую природу финансирования, его компенсационный характер в отношениях «плательщик – получатель», которые и являются предметом исследования в рамках дела о банкротстве должника. 

Таким образом, требование общества подлежало субординации. Аналогичный правовой подход изложен в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 27.01.2022 № 308-ЭС18-3917(2), 308-ЭС18-3917(3,4).

Согласно статье 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений или постановлений. Суд первой инстанции правильно разрешил спор по существу, нарушения им норм материального и процессуального права, являющиеся основанием для отмены (изменения) судебного акта в силу статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не установлены. Основания для отмены данного решения суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции отсутствовали.

С учетом изложенного постановление суда апелляционной инстанции от 03.09.2021 следует отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции от 30.06.2021.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.09.2021 по делу № А20-3618/2017 отменить.

Определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 30.06.2021 по указанному делу оставить в силе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий      А.Н. Герасименко

Судьи      А.В. Гиданкина

      Ю.В. Мацко