231/2022-26599(2) 

 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА 

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082  

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции  

Нижний Новгород Дело № А79-6346/2020  21 сентября 2022 года  

Резолютивная часть постановления объявлена 15.09.2022. Постановление в полном объеме изготовлено 21.09.2022. 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе: председательствующего Елисеевой Е.В., судей Кузнецовой Л.В., Ногтевой В.А. 

при участии ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации) 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 

на определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 17.03.2022 и  на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2022  

по делу № 79-6346/2020 

по заявлению ФИО1  о включении в реестр требований кредиторов ФИО2  

требования в размере 2 000 000 рублей, 

как обеспеченного залогом имущества должника,  

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, –  ФИО3,  

и у с т а н о в и л : 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя  ФИО2 (далее – должник) в Арбитражный суд Чувашской  Республики – Чувашии обратилась ФИО1 (далее – кредитор) с  заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере  2 000 000 рублей, как обеспеченного залогом имущества должника, составляющего  задолженность по договору займа от 01.05.2012.  

В качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований  относительного предмета спора, привлечена ФИО3 (мать  ФИО1).  

Суд первой инстанции определением от 17.03.2022, оставленным без изменения  постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2022, отказал в  удовлетворении заявления ввиду недоказанности реального существования между  супругами ФИО1 и ФИО2 заемных правоотношений.  

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, ФИО1 обратилась в  Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит  отменить определение от 17.03.2022 и постановление от 09.06.2022 и принять новый  судебный акт о включении требования в сумме 2 000 000 рублей в третью очередь реестра  требований кредиторов, как обеспеченного залогом имущества должника.  

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на несоответствие  выводов судов фактическим обстоятельствам спора и имеющимся доказательствам.  

Как полагает заявитель кассационной жалобы, на дату заключения договора займа у  ФИО2 не имелось непогашенных денежных обязательств перед кредиторами,  установленных судебными актами либо решениями уполномоченных органов; в  материалы дела представлены достаточные доказательства наличия у ФИО1  финансовой возможности для предоставления займа, в частности, наличие у нее денежных  средств, вырученных от реализации принадлежавшей ей квартиры по договору купли-продажи от 20.12.2011. При этом в мае 2012 года ФИО2 нуждался в срочном  привлечении денежных средств для осуществления ремонта предоставляемых в аренду  помещений и приобретенной в августе 2011 года квартиры. Предоставленные  ФИО2 денежные средства не являлись общей собственностью супругов, так как в  соответствии с заключенным ФИО2 и ФИО1 брачным договором от  13.08.2013 денежные средства, полученные по договору купли-продажи квартиры от  20.12.2011, являются собственностью супруга, которому принадлежало имущество.  Договор займа, обеспеченный залогом недвижимого имущества, заключен с целью защиты  ФИО1 денежных средств ФИО3, полученных от продажи ее  единственного жилья.  

По мнению ФИО1, суды неправильно распределили бремя доказывания,  фактически освободив финансового управляющего от обязанности представления  доказательств, обосновывающих его доводы. Суд первой инстанции истребовал в  налоговом органе и в банке налоговую декларацию ФИО1 за 2012 год и выписку с  банковского счета ФИО3, однако принял обжалованное определение, не  дождавшись поступления запрошенных документов. Вместе с тем ввиду истечения сроков  хранения бухгалтерской и налоговой отчетности представить документы,  подтверждающие использование ФИО2 полученных заемных денежных средств,  не представлялось возможным.  

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе и поддержаны в  судебном заседании.  

Финансовый управляющий имуществом должника ФИО4 и  конкурсный кредитор – индивидуальный предприниматель ФИО5 в  письменных отзывах на кассационную жалобу отклонили доводы заявителя, указав на  законность и обоснованность принятых судебных актов.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и  месте рассмотрения кассационной жалобы, отзывов не представили, не обеспечили явку  представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для  рассмотрения жалобы в их отсутствие.  

Законность определения Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от  17.03.2022 и постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2022  

проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в  статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной  инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и  возражениях относительно жалобы.  

Изучив представленные в дело доказательства, проверив обоснованность доводов,  приведенных в кассационной жалобе и в отзывах на нее, и заслушав ФИО1, суд  округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов.  

Как следует из материалов дела, ФИО1 (займодавец) и ФИО2  (заемщик) заключили договор займа от 01.05.2012, по условиям которого займодавец  обязался предоставить заемщику денежные средства в сумме 2 000 000 рублей сроком на  20 лет. В обеспечение исполнения обязательств по возврату займа ФИО1  (залогодержатель) и ФИО2 (залогодатель) 01.05.2012 заключили договор залога  недвижимости, по которому в залог ФИО1 переданы принадлежащие  ФИО2 комнаты № 1 – 18 общей площадью 259,4 квадратного метра,  расположенные в доме 7 по улице Гагарина города Чебоксары.  

Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии определением от 17.08.2020  принял к производству заявление индивидуального предпринимателя ФИО5 и  возбудил дело о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя  ФИО2; определением от 21.01.2021 ввел процедуру реструктуризации долгов  гражданина, утвердив финансовым управляющим имуществом должника ФИО4  

Неисполнение ФИО2 обязательств по возврату займа послужило  основанием для обращения ФИО1 в суд с заявлением о включении требования в  размере 2 000 000 рублей в реестр требований кредиторов, как обеспеченных залогом  имущества должника, в порядке, установленном в статье 71 Федерального закона от  26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).  

В абзаце первом пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах,  связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35) разъяснено,  что в силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве  проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом  независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и  лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и  предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований  кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными  могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные  доказательства наличия и размера задолженности.  

Приведенные разъяснения направлены на предотвращение в условиях банкротства  должника и конкуренции его кредиторов необоснованных требований к должнику и  нарушения тем самым прав иных кредиторов, поэтому к доказыванию обстоятельств,  связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются  повышенные требования.  

При рассмотрении заявлений о включении в реестр требований кредиторов суд  осуществляет более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с  общеисковым гражданским процессом, то есть основанием к включению являются ясные и  убедительные доказательства наличия и размера задолженности.  

Как неоднократно отмечал Верховный Суд Российской Федерации, в условиях  банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения  необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к  

доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника- банкрота, предъявляются повышенные требования. Судебное исследование этих  обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным  спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле.  

Вместе с тем следует учесть, что если кредитор и должник являются  аффилированными лицами, то к требованию кредитора должен быть применен еще более  строгий стандарт доказывания, чем к требованию обычного кредитора в деле о  банкротстве. Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности  долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность  представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу  фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной  массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его  аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых  кредиторов (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017   № 306-ЭС16-20056 (6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам  добросовестного осуществления прав. При этом, наличие в действиях стороны  злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга  (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке  доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми  нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.  

Таким образом, при рассмотрении вопроса обоснованности требований кредитора  суд должен проверить реальность совершения и исполнения сделки, действительное  намерение сторон создать правовые последствия, свойственные правоотношениям, в  данном случае по договору займа.  

Договор займа считается заключенным с момента передачи заемщику денег или  других вещей (пункт 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской  Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие  ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту  от недобросовестности участников гражданского оборота.  

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели  достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает  с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например,  искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для  последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении  имущества должника.  

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не  требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на  возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно  порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как  ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее  сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы,  но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения  волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств,  подтверждающих реальность намерений сторон. Такие обстоятельства устанавливаются на  основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств (статьи 65, 168 и  170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо  доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые  

указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение  суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о  включении в реестр требований кредиторов).  

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида  ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений  раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).  

Приведенная правовая позиция сформулирована, в частности, в постановлении  Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.10.2012 № 7204/12  и в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411.  

Основываясь на процессуальных правилах доказывания (статьи 65 и 68  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), заявитель обязан  подтвердить допустимыми доказательствами правомерность своих требований,  вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств.  

В абзаце третьем пункта 26 Постановления № 35 разъяснено, что при оценке  достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных  денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному  кассовому ордеру, суду надлежит учитывать, среди прочего, следующие обстоятельства:  позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить  должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные  сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли  получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.  

В случае ссылки стороны обособленного спора в деле о банкротстве на передачу  наличных денежных средств к ней предъявляется стандарт доказывания, установленный в  пункте 26 Постановления № 35, независимо от характера обособленного спора. Кроме  того, в случае возложения бремени доказывания на сторону, оспаривающую передачу  наличных денежных средств, на нее налагалось бы бремя доказывания отрицательного  факта, что недопустимо с точки зрения поддержания баланса процессуальных прав и  гарантий их обеспечения.  

Из приведенных правовых норм и разъяснений, данных в Постановлении № 35,  следует, что предметом доказывания по настоящему спору является факт реального  предоставления заемщику денежных средств в соответствии с условиями заключенной  сторонами сделки; была ли направлена подлинная воля сторон на установление заемных  правоотношений, либо подписанный сторонами договор займа является безденежным и  имеет признаки мнимой сделки, направленной на искусственное создание необоснованной  задолженности кредитора.  

При разрешении спора суды первой и апелляционной инстанций исследовали и дали  надлежащую правовую оценку всем представленным доказательствам и доводам  участвующих в деле лиц в совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации и исходили из того, что в материалы дела  не представлено доказательств, свидетельствующих о реальной передаче ФИО1  должнику заемных денежных средств.  

Судебные инстанции приняли во внимание, что представленными в материалы дела  документами не подтверждается наличие у ФИО1 по состоянию на дату  подписания договора займа финансовой возможности для предоставления должнику  денежных средств в столь значительном размере, а также расходование ФИО2  заемных средств.  

Суды установили, что ФИО1 является супругой ФИО2, то есть в силу  прямого указания пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве выступает заинтересованным  (аффилированным) по отношению к должнику лицом. Представленные расписку в  

получении ФИО1 1 800 000 рублей от своей матери ФИО3 и договор  купли-продажи квартиры от 20.12.2011 суды не признали надлежащими доказательствами,  подтверждающими наличие у ФИО1 денежных средств, необходимых для  предоставления займа, поскольку ФИО3 при рассмотрении спора в суде первой  инстанции не подтвердила составление между ней и дочерью расписки о передаче  денежных средств; представленная ФИО1 расписка на сумму 1 800 000 рублей не  имеет даты составления; по данным, полученным из налогового органа, сведений о  доходах ФИО1 за период 2011 – 2013 годов не имеется.  

Наряду с иными доказательствами суды также учли, что ФИО3  зарегистрирована и проживает в квартире должника; должник указывал на расходование  полученных им в качестве займа денежных средств на ремонт и реконструкцию  помещений для сдачу их в аренду, однако право собственности на созданный объект  недвижимости в дальнейшем было зарегистрировано за ФИО1; из представленных  налоговым органом сведений о доходах ФИО2 за период 2011 – 2020 годов не  усматривается необходимости в привлечении им в мае 2012 года заемных средств;  ФИО2 и ФИО1 19.06.2012, 15.09.2014 и 18.07.2018 заключили соглашения об  уплате алиментов на общую сумму 18 400 000 рублей, 13.08.2013 – брачный договор,  которым установлен режим раздельной собственности имущества супругов; договор  залога (ипотеки) от 01.05.2012 зарегистрирован в установленном порядке лишь 15.08.2013  после возбуждения в отношении ФИО2 исполнительного производства о взыскании  с него в пользу ПАО «Банк ВТБ» задолженности по кредитным договорам.  

При этом ФИО1 не раскрыта экономическая целесообразность  предоставления беспроцентного займа на срок 20 лет.  

Изложенные обстоятельства позволили судам прийти к выводу о мнимости договора  займа от 01.05.2012.  

Кроме того, суд апелляционной инстанции установил, что на дату подписания  сторонами договора займа от 01.05.2012 у ФИО2 имелись неисполненные  обязательства в значительном размере по двум кредитным договорам от 30.08.2011 перед  ПАО «Банк ВТБ», требования которого впоследствии были включены в реестр требований  кредиторов должника.  

При таких условиях апелляционный суд справедливо расценил поведение сторон,  выразившееся в создании необоснованной задолженности и обременения залогом  ликвидного объекта недвижимости с целью недопущения обращения на него взыскания по  требованиям независимых кредиторов, в качестве недобросовестного, содержащего  признаки злоупотребления правом, запрет на которое установлен в статье 10 Гражданского  кодекса Российской Федерации.  

Оценив в совокупности и взаимосвязи имеющиеся в материалах дела доказательства  по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  суды двух инстанций констатировали мнимый характер правоотношений сторон по  договору займа и признали действия сторон направленными на искусственное создание у  должника подконтрольной кредиторской задолженности.  

Приняв во внимание отсутствие в материалах дела достоверных и надлежащих  доказательств, подтверждающих наличие на стороне должника задолженности перед  ФИО1, и руководствуясь пунктом 26 Постановления № 35, суды обоснованно не  признали за кредитором право на включение его требования в реестр требований  кредиторов должника.  

При разрешении настоящего обособленного спора суды правильно учли специфику  рассмотрения дел о несостоятельности (банкротстве) и необходимость защиты интересов  всех кредиторов должника, имеющих право на удовлетворение своих требований за счет  надлежащего распределения конкурсной массы. Неподтвержденность наличия на стороне  

ФИО2 кредиторской задолженности перед ФИО1 соответствующими  доказательствами в данном случае свидетельствует о необоснованности заявленного  требования.  

Ссылка заявителя кассационной жалобы на неправильную оценку судами  доказательств подлежит отклонению, поскольку вопрос относимости, допустимости и  достоверности доказательств разрешается судами первой и апелляционной инстанций в  каждом конкретном случае исходя из обстоятельств спора и входит в круг вопросов,  рассмотрение которых не относится к компетенции суда, рассматривающего дело в  порядке кассационного производства.  

Доводы заявителя жалобы свидетельствуют о несогласии с установленными по  спору фактическими обстоятельствами и оценкой судами предыдущих инстанций  доказательств и по существу направлены на их переоценку, что в силу статьи 286  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выходит за пределы  рассмотрения дела в суде кассационной инстанции.  

Материалы дела исследованы судами двух инстанций полно, всесторонне и  объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка,  изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим  обстоятельствам спора и нормам права. Оснований для отмены судебных актов по  приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4  статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным  основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.  

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению. 

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины за  рассмотрение кассационной жалобы судом округа не решался, поскольку на основании  статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации обращение с кассационными  жалобами по данной категории споров государственной пошлиной не облагается.  

Руководствуясь статьями 286, 287 (пункт 1 части 1) и 289 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского  округа  

П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 17.03.2022 и  постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2022 по делу   № 79-6346/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не  превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей  291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 Председательствующий  Е.В. Елисеева  

 Судьи  Л.В. Кузнецова 

В.А. Ногтева