ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-10919/2022

г. Челябинск

19 декабря 2022 года

Дело № А07-23759/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12 декабря 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 19 декабря 2022 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Румянцева А.А.,

судей Кожевниковой А.Г., Хоронеко М.Н.,  

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью Агропромышленный комплекс «Николаевский» ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 07.07.2022 по делу № А07-23759/2018 об отказе в привлечении к субсидиарной ответственности.

В судебное заседание явились:

представитель ФИО3  - ФИО4 (паспорт; доверенность от 22.06.2021 сроком на 5 лет); 

ФИО5 (паспорт); 

представитель конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью Агропромышленный комплекс «Николаевский» ФИО2 – ФИО6 (паспорт; доверенность от 01.08.2022 сроком по 31.12.2022).

В производстве Арбитражного суда Республики Башкортостан находится дело № А07-23759/2018 по заявлению ФНС России в лице Межрайонной ИФНС России № 30 по Республике Башкортостан о признании общества с ограниченной ответственностью Агропромышленный комплекс «Николаевский» несостоятельным (банкротом) (далее - ООО АПК «Николаевский», должник). 

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 11.03.2019 (резолютивная часть от 04.03.2019) в отношении ООО АПК «Николаевский» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО2.

Информационное сообщение о введении процедуры наблюдения в отношении должника опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 23.03.2019.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 15.07.2019 (резолютивная часть от 08.07.2019) должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден арбитражный управляющий ФИО2

Информационное сообщение о введении процедуры конкурсного производства в отношении должника опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 127 от 20.07.2019. 

20.08.2020 на рассмотрение Арбитражного суда Республики Башкортостан поступило заявление конкурсного управляющего ООО АПК «Николаевский» ФИО2 (далее - заявитель, податель жалобы) к ФИО5 (далее – ответчик 1) о привлечении к субсидиарной ответственности и приостановлении производства по заявлению в части установления размера ответственности ФИО5 до окончания расчетов с кредиторами.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 11.03.2021 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий ФИО5 - ФИО7

На рассмотрение арбитражного суда 31.05.2021 поступило заявление конкурсного управляющего ООО АПК «Николаевский» ФИО2 к ФИО3 (далее – ответчик 2) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

Определением суда от 26.08.2021 заявления конкурсного управляющего ООО АПК «Николаевский» ФИО2 к ФИО5 и к ФИО3  объединены в одно производство для совместного рассмотрения, назначено предварительное судебное заседание. 

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 07.07.2022 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника отказано.

Не согласившись с определением, конкурсный управляющий должника ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просил определение отменить, принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на то, что к моменту выбытия 19.07.2017, 24.08.2017 и 25.08.2017 имущества (даты государственной регистрации перехода права собственности) должник имел непогашенную и просроченную перед кредиторами задолженность в общей суммой 19 306 327,81 рублей, что превышает стоимость оставшихся основных средств должника, что свидетельствует о недостаточности имущества должника. Между тем, вырученные денежные средства от реализации имущества денежные средства в сумме 19 388 350 рублей, достаточные для погашения требований кредиторов, бывшим руководителем ФИО5 к погашению таких требований направлены не были. Следовательно, должник, не смотря на реализацию имущества, отвечал признакам неплатежеспособности. Погашение требований одних кредиторов привела к невозможности удовлетворения требований других. При этом, указанные обстоятельства неплатежеспособности должника возникли не только в результате неверных управленческих решений ФИО5, но и в результате целенаправленных действий бывшего руководителя, направленный на вывод активов ООО «АПК «Николаевский». Так, в частности ФИО5 в период с 31.12.2015  по 17.05.2017 путем совершения банковских операций произведен вывод денежных средств общую сумму 7 744 000 рублей. Указанные односторонние сделки признаны недействительными определением Арбитражного суда Республики Башкортостан по делу № А07-23759/2018 от 30.04.2021. Должник стал отвечать признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества 18.01.2017 – с даты совершения последней сделки по отчуждению основных средств Общества. Соответственно, ФИО5, как руководитель должника, в силу требований ст. 9 Закона о банкротстве обязан был обратиться с заявлением о признании ООО «АПК «Николаевский» несостоятельным (банкротом) не позднее 18.02.2017. Считает, что доводы ФИО5 о приобретении им в октябре 2017 г. за счет собственных средств векселей ПАО «СБЕРБАНК» на общую сумму 7 280 000 рублей и безвозмездной передачи ООО АПК «Николаевский» не соответствуют действительности, поскольку они приобретены за счет денежных средств должника, полученным бывшим руководителем в результате совершения банковских операций в период с 31.12.2015 по 17.05.2017 на общую сумму 7 744 000 рублей.

Также указал, что поскольку указанные односторонние сделки (банковские операции) признаны Арбитражным судом Республики Башкортостан недействительными определением по делу № А07-23759/2018 от 30.04.2021, то ФИО5 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности за возникновение недостаточности имущества должника в результате совершения сделок, направленных на вывод активов и нарушение прав и законных интересов кредиторов должника.

Также апеллянт ссылается на неисполнение ФИО5 определения Арбитражного суда Республики Башкортостан от 22.10.2019 по делу № А07-23759/2018 о передаче конкурсному управляющему ФИО2 печати, штампы и иные ценности должника, бухгалтерскую и иную документацию должника. Вместе с тем, как указывает на то бывший руководитель ФИО5, к дате признания ООО АПК «Николаевский» несостоятельным (банкротом) на балансе общества числилось следующее имущество: артезианская скважина для воды глубиной 122 м.; газопровод высокого давления; высоковольтная линия на границе должника с разграничением мощности 650 кВТ со столбами и линиями электропередач; жилой дом на территории тепличного комплекса; трубопровод для водоснабжения тепличного хозяйства 2,5 км.; искусственный пруд на территории тепличного хозяйства;теплица (рассадник) на площади 2,5 тыс. кв.м.; трактор Беларус-82.1, 2005 г.в., гос. номер: 

<

***>. К настоящему времени указанные объекты имущества, принадлежащие ООО АПК «Николаевский» бывшим руководителем ФИО5 не переданы конкурсному управляющему, а судебным приставом-исполнителем ФИО8 не приняты должные меры к понуждению ФИО5 к их передаче. Кроме того, ФИО5 уклонился от передачи конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации ООО АПК «Николаевский», включая документацию о праве собственности на указанные объекты, лицензии, СТС и т.д. 

В соответствии со статьями 262, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом приобщены к материалам дела письменные пояснения от ФИО5 (27.10.2022), дополнительные доказательства (согласно перечню) от конкурсного управляющего ФИО2 (01.11.2022 и 14.11.2022), вопрос о приобщении которых был оставлен открытым в прошлом судебном заседании, поскольку представлены во исполнение определения суда об отложении.

Также судом приобщены поступившие от конкурсного управляющего ФИО2 дополнительные доказательства - выписки по счетам; от ФИО5 дополнительные доказательства, с приложениями согласно перечню; от  ФИО3 письменные пояснения, поскольку представлены во исполнение определения суда об отложении.

В приобщении возражений на отзыв от конкурсного управляющего ФИО2 на пояснения ФИО5 отказано, поскольку не исполнена обязанность по направлению заблаговременно лицам, участвующим в деле. 

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, их представителей. 

В судебном заседании заслушаны пояснения представителей лиц, участвующих в деле.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ООО АПК «Николаевский» зарегистрировано в качестве юридического лица 19.03.2004, основной вид деятельности Общества: Производство крупы и гранул из зерновых культур, отражено еще 70 дополнительных видов деятельности различной направленности.

ФИО5 являлся руководителем должника с 19.03.2004 до введения процедуры конкурсного производства, а также учредителем с 67% доли в уставном капитале, ФИО3 является участником должника с размером доли равной 33%.

Как усматривается из доводов заявления, на 18.02.2017 должник отвечал признакам неплатежеспособности, т.к. имелась задолженность перед кредиторами, которая образовалась в связи с ненадлежащим исполнением договоров в части оплаты, а именно перед ООО «Велторф» поставки не оплачивались с 30.01.2017, задолженность составила - 1 057 766,45 руб.; услуги ООО «ЭСКБ» не оплачивались с мая по август 2017 на сумму 411 906,89 руб.; перед ИП ФИО9 задолженность по договору от 02.06.2016 составила 223 424,00 руб.; задолженность перед ООО «Газпром межрегионгаз Уфа» за период январь - июль 2017 составила – 7 203 819,93 руб.; в АО «Россельхозбанк» не возвращен заем в размере 8 593 990,00 руб., который перестал выплачиваться с июля 2017 года; перед ООО «Матрикс Универсал», ИП ФИО10 и ООО «Агро-Альянс» задолженность в размере 1429818,78руб. возникла по неисполненным договорам с 08.04.2015 года; Администрация муниципального района Уфимский район РБ включена в реестр требований кредиторов по договорам аренды (от 01.11.2004, 24.03.2006, 27.02.2015) с задолженностью в размере 385 601,76 руб.

Возражая на доводы конкурсного управляющего, ФИО5 указал, что им, как руководителем должника, предпринимались меры по улучшению финансовых показателей ООО АПК «Николаевский», погашению кредиторской задолженности. В частности, в целях погашения кредиторской задолженности перед ООО «Альфа», в октябре 2017 года, за счет собственных средств, были приобретены векселя ПАО «СБЕРБАНК» на общую сумму 7 280 000 руб. и безвозмездно переданы ООО АПК «Николаевский». Также, в течение 2017 года он неоднократно обращался в Администрацию муниципального района Уфимский район Республики Башкортостан с инициативами разработки необходимых планов по выводу должника из кризиса и восстановлению его платежеспособности. В силу специфики деятельности Должника, погашение задолженности перед кредиторами зависело, кроме всего прочего, от погодных условий, урожайности в каждый конкретный сезон, которые могли быть погашены в любой момент в зависимости от получения урожая и его сбыта, в связи с чем оснований полагать, что у руководителя в конкретный момент возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, не имелась.

ФИО3 в своих возражения указал, что им предпринимались действия по возврату ликвидного имущества должнику, по получению информации о хозяйственной деятельности должника. Годовые собрания руководителем Общества ФИО5 не проводились, соответствующие материалы собрания, отчеты о финансовой деятельности Общества не представлялись. ФИО3 непосредственно в деятельности Общества не участвовал, не был осведомлен о финансовым положении Общества. ФИО3 является участником общества с долей 33% уставного капитала, исключает возможность влияния голоса на результаты голосования даже в случае возможного проведения соответствующего общего собрания. Данные обстоятельства также установлены судебными актами по делу № А07-19024/2018. 

В качестве правового обоснования заявленных требований заявитель ссылается на нормы статьи 9, 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве). 

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что заявителем не представлены доказательства, подтверждающие наличие причинно-следственной связи между действиями ответчиков и объективным банкротством общества, что явилось основанием для отказа в удовлетворении заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за невозможность погашения требований кредиторов. Кроме того, конкурсным управляющим не доказаны обстоятельства причинения вреда интересам должника и его кредиторов в результате совершения сделок. Также указал, что доказательств непередачи документов должника, не представлено.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта в силу следующих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 5 статьи 10 Закона о банкротстве заявление о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности по основаниям, предусмотренным указанным Законом, рассматривается арбитражным судом в деле о банкротстве должника. Указанное заявление может быть подано в ходе конкурсного производства арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Федеральный закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили свое действие.

Переходные положения изложены в статье 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ; положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, а именно пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

В рассматриваемом случае на момент возникновения обстоятельств, на которые ссылается конкурсный управляющий в обоснование заявленных требований статьи 9, 10 Закона о банкротстве действовали в редакции Закона № 134-ФЗ.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Данные нормы права касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Аналогичные положения содержатся в статье 61.12 Закона о банкротстве.

При исследовании в совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве (пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53).

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий должника ссылается на то, что не позднее 18.02.2017, у ответчиков возникла обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом; ФИО5 причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения сделок должника, как руководителем должника, не обеспечена передача документов бухгалтерского учета арбитражному управляющему. 

Вместе с тем, из материалов дела следует, что согласно бухгалтерской отчетности должника по состоянию на 31.12.2015 у ООО АПК «Николаевский» имелось активов на сумму 61 023 тыс. руб. (в том числе основных средств на сумму 44 183 тыс. руб.).

Согласно  данным  бухгалтерского  баланса  должника  по  состоянию  на 31.12.2016 у ООО АПК «Николаевский» имелось активов на сумму 44 228 тыс. руб. (в том числе основных средств на сумму 33 879 тыс. руб.).

Согласно   данным   бухгалтерского   баланса   должника   по   состоянию   на 31.12.2017 у ООО АПК «Николаевский» имелось активов на сумму 42 934 тыс. руб. (в том числе основных средств на сумму 13 506 тыс. руб.).

Как было ранее указано в отзыве на апелляционную жалобу конкурсного управляющего, ФИО3 предпринимались действия по получению информации о хозяйственной деятельности должника. 

Так, 05.06.2018 ФИО3 направлялись в адрес ФИО5 уведомление о проведения внеочередного собрания учредителей с включением в повестку дня вопроса: 1) отчета о финансовом состоянии ООО АПК «Николаевский», 2) о продлении полномочий действующего директора ООО АПК «Николаевский» и требование о предоставление финансовых документов ООО АПК «Николаевский»: выписки по расчетным счетам, налоговая отчетность, бухгалтерские балансы, движение денежных средств, договоры, заключение которых требовало одобрения общего собрания участников, действующие кредитные договора и.т.д.

Аналогичные требования и уведомления направлялись 23.06.2017, 20.11.2017.

Однако, указанные требования ФИО5 не исполнялись. Годовые собрания руководителем Общества ФИО5 не проводились, соответствующие материалы собрания, отчеты о финансовой деятельности Общества не представлялись.

Доказательств того, что ФИО3 принимал участие в хозяйственной деятельности должника, суду не представлено.

В пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, действовавшем ранее, статье 61.12 Закона о банкротстве, действующей в настоящее время, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Таким образом, при рассмотрении такого рода заявлений суд исходит из даты возникновения обязательства, а не с даты их неисполнения.

В материалах дела отсутствуют доказательства, однозначно свидетельствующие о том, что на указанную конкурсным управляющим дату общество обладало объективными признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, либо доказательства того, что к должнику предъявлены требования, которые он не смог удовлетворить ввиду удовлетворения требований иных кредиторов и отсутствия у него имущества.

Кроме того, само по себе наличие кредиторской задолженности не может являться свидетельством невозможности предприятия исполнить свои обязательства, и, соответственно, не порождает у обязанных лиц принятие решения и подаче заявления должника о признании его банкротом. Наличие задолженности в отсутствие надлежащих доказательств не позволяет утверждать, что должник не был способен погасить такую задолженность в обозримом периоде времени после выставления требований.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче заявления в арбитражный суд, должны объективно отображать наступление критического для общества финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц. 

Действующее законодательство не предполагает обязанность предусмотренных Законом о банкротстве лиц обратиться (принять такое решение) в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться. 

Наоборот, данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния. Факт недостаточности имущества у должника для оплаты кредиторской задолженности не установлен и не подтвержден соответствующими доказательствами. Вся кредиторская задолженность носила краткосрочный характер и была связана с текущей деятельностью должника.

 Совокупность условий, свидетельствующих о наличии причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности, управляющим не доказана. Напротив, со стороны руководителя должника предпринимались действия по погашению задолженностей, по выводу должника из кризиса.

Суд первой инстанции также отметил, что ответственность, установленная статьей 10 Закона о банкротстве является гражданско-правовой, следовательно, при её применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

В этой связи помимо объективной стороны правонарушения, связанной сустановлением факта неисполнения единоличным исполнительным органомобязанности, установленной Законом о банкротстве (обратиться в суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом)), необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации); также имеет значение причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Таких оснований для привлечения ФИО5, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, судом также не установлено.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к ответственности за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве ранее даты подачи заявления кредитором, а доводы апелляционной жалобы об обратном признаются несостоятельными.

В качестве основания для привлечения ответчика 1 – ФИО5 к субсидиарной ответственности указано также на совершение должником сделок, повлекших банкротство должника.

В силу статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. 

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (абзац 3 п. 4 ст. 10 Закона).

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 23 постановления Пленума № 53, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Привлечение к ответственности руководителя зависит от того, действовал ли он при исполнении возложенных на него обязанностей, в том числе при заключении сделки, разумно и добросовестно, то есть, проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения полномочий единоличного исполнительного органа.

Для привлечения к субсидиарной ответственности по основанию абзаца третьего пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве необходимо установление совокупности условий:

- наличие у привлекаемого лица к субсидиарной ответственности права давать обязательные указания для должника либо возможности иным образом определять действия должника;

- совершение этим лицом действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности;

- наличие причинно-следственной связи между использованием этим лицом своих прав и (или) возможностей в отношении должника и несостоятельностью (банкротством) последнего;

- недостаточность имущества должника для расчетов с кредиторами.

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на ответчика обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, что предполагает необходимость доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда (вина), причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на лице, заявившем о привлечении к ответственности.

Отсутствие вины в силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодека Российской Федерации доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Из материалов дела следует, что между ООО Агропромышленный комплекс « Николаевский» в лице ФИО5 и ООО «Правовой Эксперт» в лице директора ФИО11 заключен договор купли-продажи нежилого строения от 13.10.2016, по условиям которого ООО Агропромышленный комплекс « Николаевский» продал, а ООО «Правовой Эксперт» приобрел (купил) следующие объекты недвижимого имущества:

- дом персонала, нежилое, 1-этажный, общая площадь 29,10 кв.м., Литер А, инвентарный номер 13868, адрес: Республика Башкортостан, с.Николаевка, Уфимский район.

- дом персонала, количество этажей 1, общая площадь 29,10 кв.м., Литер Б, инвентарный номер 13868, адрес: Республика Башкортостан, с.Николаевка, Уфимский район.

- теплица, нежилое, 1-этажный, общая площадь 43632 кв.м., Литер I, инвентарный номер 13868, адрес: Республика Башкортостан, с.Николаевка, Уфимский район.

Согласно п.2 названного договора купли-продажи: стоимость нежилого строения - дом персонала составляет - 499000,00 рублей; стоимость нежилого строения - дом персонала составляет - 499000,00 рублей; стоимость нежилого строения - теплица составляет - 3462000,00 рублей;

Между ООО Агропромышленный комплекс «Николаевский» в лице ФИО5 и ООО «Правовой Эксперт» в лице директора ФИО11 заключен договор купли-продажи нежилого строения от 15.11.2016,  по  условиям  которого ООО  Агропромышленный  комплекс  «Николаевский» продал, а ООО «Правовой Эксперт» приобрел (купил) следующие объекты недвижимого имущества:

- ангар, количество этажей 1, общая площадь 342,2 кв.м., Литер В, инвентарный номер 12532, адрес: Республика Башкортостан, с.Николаевка, Уфимский район.

- дом персонала, нежилое, 1этажный, общая площадь 38,70 кв.м., Литер В, инвентарный номер 13868, адрес: Республика Башкортостан, с.Николаевка, Уфимский район.

- дом персонала, нежилое, 1 этажный, общая площадь 29,10 кв.м., Литер Д, инвентарный номер 13868, адрес: Республика Башкортостан, с.Николаевка, Уфимский район.

- нежилое строение-теплица, количества этажей 1, общая площадь 10465 кв.м., Литер Б, инвентарный номер 12532, адрес: Республика Башкортостан, с.Николаевка, Уфимский район.

Согласно п.2 названного договора купли-продажи: стоимость ангара составляет - 499000 рублей; стоимость нежилого строения - дом персонала составляет - 499000 рублей; стоимость нежилого строения - дом персонала составляет - 499000 рублей; стоимость нежилого строения - теплица составляет - 3078000 рублей.

Между ООО Агропромышленный комплекс «Николаевский» в лице ФИО5 и ООО «Правовой Эксперт» в лице директора ФИО11 заключен договор купли-продажи недвижимого и иного имущества от 18.01.2017, по условиям которого ООО Агропромышленный комплекс «Николаевский» продал, а ООО «Правовой Эксперт» приобрел (купил) следующие объекты недвижимого и иного имущества:

- нежилое строение - теплица, количество этажей 1, общая площадь 10465 кв.м., Литер А, инвентарный номер 12532, адрес: Республика Башкортостан, с.Николаевка, Уфимский район.

- имущество - трактора в количестве 3 единицы:

Трактор «Беларус-82.1», 2006 г.в., двигатель №701408, заводской № машины (рамы) 80828984 -по цене 2 500 000 руб.

Трактор МТЗ-1025, 1999 г.в., двигатель №056025, заводской № машины (рамы) 10000380 - по цене 2 275 350 руб.

Трактор «Беларус-82.1», 2006 г.в. , двигатель №701271. заводской № машины (рамы) 80828894 -по цене 2 500 000 руб.

Согласно п.2 названного договора купли-продажи: стоимость нежилого строения-теплица составляет - 3078000 рублей; стоимость иного имущества - 3 тракторов - 7275350 рублей.

Общая сумма договоров заключенных между должником и ответчиком составляет 19 388 350руб.

При этом вышеназванные сделки взаимосвязаны, так как совершены в непродолжительный период времени, были отчуждены основные производственные активы ООО АПК «Николаевский», всего отчуждено объектов недвижимости площадью 65030,20 кв.м и основная техника.

Также согласно договору аренды земельного участка № 4531-Ник/18 от 29.01.2018 ООО «Правовой эксперт» переданы в аренду земельные участки с кадастровыми номерами 02:47:121101:9 площадью 83881 кв.м., 02:47:121101:230 площадью 153391 кв.м, из земель сельскохозяйственного назначения, вид разрешенного использования «для эксплуатации теплиц» на которых расположены спорные объекты недвижимости, что также привело к потери основного производственного актива общества.

Согласно Уставу Общества и Выписке из ЕГРЮЛ основной деятельностью ООО АПК «Николаевский» является сельское хозяйство: выращивания сельскохозяйственных культур, овощеводство, разведение птицы, скота, производство продуктов питания и.т.д., а также сдача в наем собственного жилого и нежилого недвижимого имущества, основными видами деятельности Общества являются:ОКВЭД 10.61.3 производство круп и гранул из зерновых культур, ОКВЭД 01.11.1 выращивание зерновых культур, ОКВЭД 01.11.3 выращивание семян масличных культур, ОКВЭД 01.13.1 выращивание овощей.

По вышеуказанным договорам купли-продажи продано имущество, составляющее основные средства должника и которое необходимо для осуществления хозяйственной и экономической деятельности Общества АПК «Николаевский».

Тем самым в результате совершения данных сделок должник перестал иметь возможность осуществлять дальнейшую хозяйственную деятельность, что и, по мнению конкурсного управляющего, привело его к банкротству должника.

Конкурсный управляющий ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными указанных выше договоров  купли-продажи и применении последствий недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу должника следующего имущества. 

Вступившим в законную силу определением суда от 15.01.2021 (резолютивная часть от 23.12.2020), с учетом постановления апелляционной инстанции от 21.04.2021, отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО2

При этом судами отклонены доводы о том, что оспариваемые сделки повлекли банкротство ООО АПК «Николаевский», поскольку надлежащих доказательств представлено не было, совершая оспариваемые сделки, ответчик и должник не преследовали цель уменьшения стоимости или размера имущества ООО АПК «Николаевский» (или) увеличения размера имущественных требований к должнику (то есть цель причинения вреда имущественным правам кредиторов).

Также суд апелляционной инстанции отметил, что должник продолжал обычную хозяйственную деятельность, производил расчеты с кредиторами.

По своей юридической природе субсидиарная ответственность, являясь экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров. Привлечение к субсидиарной ответственности является исключительной мерой, к которой конкурсный управляющий прибегает после исчерпания иных способов для пополнения конкурсной массы.

По данному конкретному делу, не представлено доказательств неправомерных действий руководителей должника, которые повлекли банкротство должника и невозможность полного удовлетворения требований кредиторов. При том, что презумпции, установленные Законом о банкротстве о привлечении контролирующего должника лица, опровергнуты им с представлением документального подтверждения.

Таким образом, по указанному эпизоду требования конкурсногоуправляющего должника к ответчикам признаны необоснованными, а доводы апелляционной жалобы на вывод денежных средств общества аффилированным лицам, несостоятельными.

Кроме того, конкурсным управляющим должника в качестве основания для привлечения бывшего руководителя должника ФИО5 к субсидиарной ответственности указано на неисполнение обязанности по передаче документов.

Согласно части 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Закон о бухгалтерском учете) ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта. 

В соответствии с частью 3 статьи 6 указанного Закона бухгалтерский учет ведется непрерывно с даты государственной регистрации до даты прекращения деятельности в результате реорганизации или ликвидации. 

Поскольку ведение бухгалтерского учета и (или) отчетности является обязательным требованием закона, ответственность за организацию бухгалтерского учета несет руководитель, то именно руководитель обязан доказывать наличие уважительных причин непредставления документации и то, что она в действительности имеется (имелась), а в случае утраты предпринимались действия по ее восстановлению. 

В случае если он таких доказательств не представляет, невыполнение требования о предоставлении первичных бухгалтерских документов или отчетности приравнивается к их отсутствию. 

Пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве предусмотрено, что с даты принятия судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника. 

Руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. 

Следовательно, обязанность обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника конкурсному управляющему возложена на руководителя должника, что подразумевает отсутствие со стороны руководителя должника действий по уклонению от ее передачи, совершение руководителем должника действий при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требуется в целях передачи конкурсному управляющему документации должника. 

Как следует из материалов дела, в связи с неисполнением руководителем должника обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему, последний обратилсяв Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением об истребовании документов.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан по делу № А07-23759/2018 от 22.10.2019 удовлетворено заявление конкурсного управляющего ФИО2 об обязании бывшего руководителя должника  ФИО5 передать конкурсному управляющему печати, штампы и иные ценности должника, бухгалтерскую и иную документацию должника.

Полученный из Арбитражного суда исправленный исполнительный лист был направлен для исполнения в адрес УФССП.

Бывший руководитель должника указывает, что у должника имелось имущество, но не представляет доказательство того, что оно было передано им конкурсному управляющему, а также не представляет документальных доказательств существования следующего имущества: артезианская скважина для воды глубиной 122 м.; газопровод высокого давления; высоковольтная линия на границе должника с разграничением мощности 650 кВТ со столбами и линиями электропередач; жилой дом на территории тепличного комплекса; трубопровод для водоснабжения тепличного хозяйства 2,5 км.; искусственный пруд на территории тепличного хозяйства; теплица (рассадник) на площади 2,5 тыс. кв.м.; трактор Беларус-82.1, 2005 г.в., гос. номер: 

<

***>.

Возражая на доводы конкурсного управляющего, ФИО5 указал, что конкурсному управляющему была передана вся необходимая для надлежащего исполнения своих обязанностей документация должника в объеме, достаточном для выполнения мероприятий конкурсного производства, что подтверждаются совокупностью иных доказательств. В частности,       наличие у  конкурсного управляющего печатей и штампов должника подтверждается тем обстоятельством, что он использовал печать должника при составлении справки о балансовой стоимости забора должника от 27.08.2020 исх. № 199, необходимой для предоставления в правоохранительный органы в рамках проверочных мероприятий по факту порчи имущества должника.

Наличие у конкурсного управляющего бухгалтерской и иной документации должника подтверждают те факты, что конкурсным управляющим регулярно формировались отчеты о финансовой деятельности должника; осуществлялась официальная переписка с использованием данных бухгалтерского учета (например, вышеуказанная справка от 27.08.2020 исх. № 199); сформированы конкурсная масса и реестр требований кредиторов; проведена оценка рыночной стоимости имущества должника; проведены торги по продаже имущественного комплекса должника.

Также конкурсным управляющим, в рамках дела № А07-23759/2019 о признании должника банкротом, осуществлены мероприятия по оспариванию сделок должника, совершенных в период 2015-2017 г.г.

Применение положений статьи 61.11 Закона о банкротстве разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве (далее - постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53), в пункте 19 которого указано, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленных в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В абзаце 3 - 5 пункта 24 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 указано, что применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Таким образом, инициатор спора о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должен доказать обстоятельства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, которые, в свою очередь, являются опровержимыми презумпциями признания должника банкротом вследствие действий (бездействия) контролирующего лица и вины последнего в несостоятельности должника.

В предмет доказывания о непередаче документации должника конкурсному управляющему входит установление факта отсутствия либо искажения бухгалтерской документации должника, невозможность либо затруднительность формирования конкурсной массы и наличие правовой связи между названными фактами.

Сам по себе довод о непередаче документов, на основании аналитики бухгалтерских балансов, не освобождал конкурсного управляющего от обязанности доказывания необходимой для привлечения к субсидиарной ответственности совокупности условий.

По результатам исследования и оценки всех имеющихся в деле доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, суд установил, что конкурсным управляющим не доказано сокрытие активов и, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедуры банкротства.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

С учетом общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности также имеет значение причинно-следственная связь между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов. 

Оценив представленные сторонами доводы и доказательства, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что в рассматриваемом деле заявителем не представлены доказательства отсутствия документации и отсутствия в ней полной и достоверной информации, а также существенных затруднений в проведении процедуры конкурсного производства, свидетельствующие об обладании должником активами, которые незаконно удерживает ответчик, препятствуя наполнению конкурсной массы, равно как и искажения им отчетности в целях сокрытия активов.

При таких обстоятельствах в рассматриваемом случае доказательства существенных затруднений в проведении процедуры конкурсного производства в материалы дела не представлены. 

Ввиду изложенного, отклоняются доводы апелляционной жалобы о  непередачи ответчиком документов и имущества должника.

Доводы апелляционной жалобы о выводе активов ООО «АПК «Николаевский», поскольку ФИО5 в период с 31.12.2015 по 17.05.2017 путем совершения банковских операций произведен вывод денежных средств общую сумму 7 744 000 рублей, отклоняются судом апелляционной инстанции. 

Так, из представленных во исполнение определения суда об отложении дополнительных доказательств относительно расходования денежных средств, вырученных от продажи имущества ООО АКП «Николаевский»  по   договорам   купли-продажи  недвижимого и иного имущества от 13.10.2016, 15.11.2016, 18.01.2017, заключенным между должником и ООО «Правовой эксперт» (ныне – ООО «Вега») следует, что денежныесредства поступили на расчетный счет должника № 40702810500830000109,  открытый  в  ПАО  «БАНК   УРАЛСИБ»,   в   период  с  13.10.2016  по 17.05.2017, в размере 19 388 350 руб. 

Указанные денежные средства были направлены на ведение текущей хозяйственной деятельности Должника, а именно:

1. Оплата за электроэнергию на сумму 2 476 958 руб.;

2. Оплата за газ на сумму 1 250 000 руб.;

3. Налоги, страховые взносы, арендная плата на сумму 1 345 352 руб.;

4. Оплата за удобрения и СЗР на сумму 1 327 700 руб.;

5. Заработная плата работникам (наличный расчет) на сумму 2 530 000 руб.;

6. Оплата за семена на сумму 753 442 руб.;

7. Оплата за тепличную пленку на сумму 1 472 600 руб.;

8. Оплата за торфяной субстракт на сумму 1 438 000 руб.;

9. Оплата за упаковку/тару на сумму 648 946 руб.;

10. Хозяйственные расходы (наличный расчет) на сумму 105 000 руб.;

11. Расчеты с поставщиками (наличный расчет) на сумму 1 555 000 руб.;

12. Оплата за ГСМ на сумму 148 347 руб.;

13. Оплата за стройматериалы на сумму 1 102 982 руб.;

14. Оплата процентов по займу путем перевода на счет Должника в АО

«Россельхозбанк» на сумму 1 280 000 руб.;

15. Пополнение р/с Должника на корпоративной карте на хозяйственные расходы на сумму 3 563 000 руб.

16. Прочие расходы на сумму 924 622 руб.

Итоговая сумма расходов по указанному счету за период 13.10.2016 – 18.05.2017 составила 21 921 949 руб. Разница между расходами должника и доходом за счет продажи имущества должника по договорам купли-продажи недвижимого и иного имущества от 13.10.2016, 15.11.2016, 18.01.2017, заключенным между должником и ООО «Правовой эксперт», в размере 2 533 599 руб. объясняется денежными поступлениями от иных источников, помимо ООО «Правовой эксперт». 

Таким образом, довод конкурсного управляющего о том, что векселя на общую сумму 7 280 000 руб., переданные ФИО5 безвозмездно должнику, были приобретены за счет средств, полученных последним в результате совершения банковских операций в период с 31.12.2015 по 17.05.2017 на общую сумму 7 744 000 руб. опровергается представленными документами, подтверждающими, что денежные средства, на которые были приобретены указанные векселя, были выручены за счет продажи личного дома ответчика. Конкурсный управляющий, не оспаривая факт поступления на баланс должника данных векселей.

Представленные конкурсным управляющим выписки по расчетным счетам должника № 40702810762000001295, открытому в ПАО «Россельхозбанк» за период с 01.01.2000 по 24.05.2019 и № 40702810500830000109, открытому в ПАО «Банк Уралсиб», за период с 01.01.2015 по 07.10.2019, не опровергают указанные доводы ответчика. Анализ указанных выписок конкурсным управляющим не произведен.

Кроме того, довод конкурсного управляющего о том, что совершение ФИО5 банковских операций в период с 31.12.2015 по 17.05.2017 на общую сумму 7 744 000 руб. являются основанием для привлечения к субсидиарной ответственности несостоятелен, поскольку данные односторонние сделки были признаны недействительными определением Арбитражного суда от 30.04.2021 и суд применил последствия недействительности сделок в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника 7 744 000 руб. 

Таким образом, при рассмотрении настоящего спора судом верно установлено и материалами дела подтверждено отсутствие совокупности условий для признания установленными оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, недоказанности причинно-следственной связи между противоправными действиями контролирующего должника лица и наступившими последствиями в виде невозможности полного погашения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не допущено.

Поскольку статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы на обжалуемое определение не предусмотрена, вопрос о распределении между сторонами судебных расходов не рассматривается.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 07.07.2022 по делу № А07-23759/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью Агропромышленный комплекс «Николаевский» ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судьяА.А. Румянцев

  Судьи:А.Г. Кожевникова

М.Н. Хоронеко