ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А55-37434/2023

г. Самара

24 марта 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 марта 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 24 марта 2025 года.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сергеевой Н.В.,

судей Драгоценновой И.С., Корастелева В.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Сурайкиной А.В.,

с участием:

от общества с ограниченной ответственностью «Новострой» - до и после перерыва директор ФИО1 (приказ от 02.11.2020),

от Межрайонной ИФНС России №16 по Самарской области – до и после перерыва представители ФИО2 (доверенность от 15.04.2024), ФИО3 (доверенность от 24.02.2025), ФИО4 (доверенность от 27.11.2024),

от Межрайонной ИФНС России №23 по Самарской области – до и после перерыва представитель ФИО2 (доверенность от 22.04.2024),

от УФНС России по Самарской области – до и после перерыва представитель ФИО2 (доверенность от 27.04.2024),

рассмотрев в открытом судебном заседании 24 февраля – 03 марта – 10 марта 2025 года в помещении суда  с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Пермского края апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Новострой»

на решение Арбитражного суда Самарской области от 24 декабря 2024 года по делу № А55-37434/2023 (судья Коршикова О.В.),

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Новострой» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к Межрайонной ИФНС России №16 по Самарской области,

о признании незаконными решений,

с участием в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: Межрайонной ИФНС России №23 по Самарской области, УФНС России по Самарской области,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью "НОВОСТРОЙ" обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением, в котором просит признать незаконными решения Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №16 по Самарской области №1774 от 05.09.2023,  №1785 от 05.09.2023, №1776 от 05.09.2023, №1778 от 05.09.2023,  признать ООО «Новострой» невиновным в совершении налогового правонарушения.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 24.12.2024 в удовлетворении требований заявителя отказано в полном объеме.

Не согласившись с принятым решением, ООО «Новострой» подало апелляционную жалобу, в которой просит отменить решение суда первой инстанции полностью, поскольку судом первой инстанции существенно нарушены нормы материального и процессуального права, повлиявшие на исход судебного разбирательства.

Жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции не учел доказательства реальности осуществления коммерческой деятельности спорных контрагентов и фактической возможности осуществления спорной поставки в проверяемый период.

В апелляционной жалобе также указывает на то, что налогоплательщиком представлены в налоговый орган оформленные надлежащим образом первичные учетные, документы по выполненным работам и поставкам товара от спорных контрагентов в адрес общества, а именно акты выполненных работ, исполнительная документация, УПД, переписка. Инспекция не доказала, что сведения, содержащиеся в этих документах неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

От Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 16 по Самарской области поступил отзыв на апелляционную жалобу общества, который также изучен и приобщен судом апелляционной инстанции к материалам дела.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представители общества и налоговых органов (инспекции и управления), поддержали свои доводы.

Рассмотрев дело в порядке апелляционного производства, выслушав явившихся представителей, проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе и отзыве, суд апелляционной инстанции считает обжалуемый судебный акт подлежащим отмене в части.

Как следует из материалов дела, Межрайонной ИФНС России №16 по Самарской области в отношении ООО «Новострой» ИНН 

<

***> были проведены камеральные налоговые проверки по налогу на добавленную стоимость за периоды 1 – 4 кварталы 2020 года.

По результатам рассмотрения материалов налоговых проверок и возражений налогоплательщика были вынесены Решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения №1774 от 05.09.2023 за 1 квартал 2020 года, №1785 от 05.09.2023 за 2 квартал 2020 года, №1776 от 05.09.2023 за 3 квартал 2020 года, №1778 от 05.09.2023 за 4 квартал 2020 года (далее по тексту - Решения).

Согласно Решениям инспекции установлена неуплата НДС в общей сумме 240 399 453 рублей, начислен штраф в общем размере 6 010 077 рублей из которых: по решению №1774 от 05.09.2023 за 1 квартал 2020 года доначислено 63 662 304 рублей недоимки, штраф 1 591 558 рублей;  по решению №1785 от 05.09.2023 за 2 квартал 2020 года доначислено 79 915 768 рублей недоимки, штраф 1 997 894 рублей; по решению №1776 от 05.09.2023 за 3 квартал 2020 года доначислено 47 339 273 рубля недоимки, штраф 1 183 482 рубля; по решению №1778 от 05.09.2023 за 4 квартал 2020 года доначислено 49 482 108 рублей недоимки, штраф 1 237 053 рублей.

ООО «Новострой» не согласилось с принятыми Решениями о привлечении налогоплательщика к ответственности за совершение налогового правонарушения и обжаловало их в вышестоящий налоговый орган.

Решением Управления ФНС России по Самарской области № 03-15/35860@ от 14.11.2023 по апелляционной жалобе ООО «Новострой» решение Межрайонной ИФНС России №16 по Самарской области №1774 от 05.09.2023 оставлено без изменения.

Решением Управления ФНС России по Самарской области № 03-15/35826@ от 14.11.2023 по апелляционной жалобе ООО «Новострой» решение Межрайонной ИФНС России №16 по Самарской области №1785 от 05.09.2023 оставлено без изменения.

Решением Управления ФНС России по Самарской области № 03-15/35863@ от 14.11.2023 по апелляционной жалобе ООО «Новострой» решение Межрайонной ИФНС России №16 по Самарской области №1776 от 05.09.2023 оставлено без изменения.

Решением Управления ФНС России по Самарской области № 03-15/35829@ от 14.11.2023 по апелляционной жалобе ООО «Новострой» решение Межрайонной ИФНС России №16 по Самарской области №1778 от 05.09.2023 оставлено без изменения.

Заявитель не согласившись с вынесенными налоговым органом решениями, обратился в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании незаконными решений Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №16 по Самарской области №1774 от 05.09.2023, №1785 от 05.09.2023, №1776 от 05.09.2023, №1778 от 05.09.2023.

В соответствии с п. 1 ст. 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

На основании п. 2 ст. 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ при соблюдении одновременно следующих условий:

1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога;

2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Согласно п. 1 ст. 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со ст. 166 НК РФ, на установленные настоящей статьей налоговые вычеты.

В силу пп. 2 п. 2 ст. 171 НК РФ вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, в таможенных процедурах выпуска для внутреннего потребления, переработки для внутреннего потребления, временного ввоза и переработки вне таможенной территории либо при ввозе товаров, перемещаемых через границу Российской Федерации без таможенного оформления, в отношении, в частности, товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

В соответствии с п. 1 ст. 172 налоговые вычеты, предусмотренные ст. 171 НК РФ, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, документов, подтверждающих уплату сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных п.п. 2.1, 3, 6 - 8 ст. 171 НК РФ.

Согласно п. 1 ст. 252 Кодекса расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных ст. 265 НК РФ, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком. Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации. Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Таким образом, налоговый орган, установив по результатам мероприятий налогового контроля совокупность обстоятельств, указывающих на несоблюдение нормативного запрета п. 1 ст. 54.1 НК РФ или условий, предусмотренных п. 2 ст. 54.1 Кодекса, вправе скорректировать налоговые обязательства налогоплательщика, сформированные в результате действий, направленных на получение необоснованной налоговой экономии (нарушение пределов осуществления прав при исчислении налогов).

Между тем, согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации сформулированной в определении от 16.10.2003 № 329-О, истолкование статьи 57 Конституции Российской Федерации в системной связи с другими положениями Конституции Российской Федерации не позволяет сделать вывод, что налогоплательщик несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет, а правоприменительные органы не могут истолковывать понятие «добросовестный налогоплательщик» как возлагающее на налогоплательщиков дополнительные обязанности, непредусмотренные законодательством.

Положения НК РФ также не позволяют сделать вывод, что налогоплательщик несет ответственность за действия других организаций и за ненадлежащее исполнение такими организациями своих налоговых обязательств. Законодательство о налогах и сборах Российской Федерации исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, в частности, налоговых вычетов при исчислении налога на добавленную стоимость и налога на прибыль, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее – Постановление № 53), судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы. Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

При этом вывод о необоснованности налоговой выгоды должен быть основан на объективной информации, с бесспорностью подтверждающей, что действия налогоплательщика не имели разумной деловой цели, а были направлены на создание благоприятных налоговых последствий. Факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Таким образом, при отсутствии доказательств несовершения хозяйственных операций, вывод о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о недостоверности (противоречивости) сведений может быть сделан судом в результате оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора, а также иных обстоятельств, указанных в Постановлении Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды».

В соответствии с положениями ст. 146 НК РФ объектом налогообложения налогом на добавленную стоимость признается операция по реализации товаров (работ, услуг) на территории РФ.

Пунктом 1 ст. 168 НК РФ установлено, что при реализации товаров (работ, услуг) налогоплательщик дополнительно к цене (тарифу) реализуемых товаров (работ, услуг) обязан предъявить к оплате покупателю этих товаров (работ, услуг) соответствующую сумму налога. В силу пункта 2 указанной статьи сумма налога, предъявляемая налогоплательщиком покупателю товаров (работ, услуг), исчисляется по каждому виду этих товаров (работ, услуг) как соответствующая налоговой ставке процентная доля указанных в пункте 1 настоящей статьи цен (тарифов).

Пунктами 1 и 2 статьи 171 НК РФ предусмотрено, что налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 НК РФ, на полагающиеся налоговые вычеты. Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории РФ, в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с НК РФ.

Согласно пункту 1 ст. 172 НК РФ налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 НК РФ, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг). Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории РФ, после их принятия на учет.

Таким образом, при расчете налога на прибыль и налога на добавленную стоимость налогоплательщики основываются на первичных бухгалтерских документах, в частности, счетах-фактурах.

Пунктом 1 ст. 54.1 НК РФ установлено, что не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Из письма ФНС России от 16.08.2017 №СА-4-7/16152@ «О применении норм Федерального закона от 18.07.2017 №163-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Налогового кодекса Российской Федерации» следует, что указанная норма фактически определяет условия, препятствующие созданию налоговых схем, направленных на незаконное уменьшение налоговых обязательств, в том числе путем не учета объектов налогообложения, неправомерно заявляемых льгот и т.п.

В связи с указанным, налоговым органам при доказывании фактов неисполнения (неполного исполнения) обязанности по уплате налогов или необоснованного получения права на их возмещение (возврат, зачет) необходимо обеспечить получение доказательств, свидетельствующих об умышленном участии проверяемого налогоплательщика, обеспеченном в том числе действиями его должностных лиц и участников (учредителей), в целенаправленном создании условий, направленных исключительно на получение налоговой выгоды.

При этом об умышленных действиях налогоплательщика могут свидетельствовать установленные факты юридической, экономической и иной подконтрольности, в том числе на основании взаимозависимости спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику, установленные факты осуществления транзитных операций между взаимозависимыми или аффилированными участниками взаимосвязанных хозяйственных операций, в том числе через посредников, с использованием особых форм расчетов и сроков платежей, а также обстоятельства, свидетельствующие о согласованности действий участников хозяйственной деятельности и т.п.

Как следует из материалов дела, в ходе проведения ОРМ Управлением по контрразведывательному обеспечению кредитно-финансовой сферы Службы экономической безопасности ФСБ РФ признаков подконтрольности спорных контрагентов ООО «Новострой» не установлено, в офисе ООО «Новострой» не обнаружены печати, ЭЦП, оригиналы уставных документов или сотрудники спорных контрагентов.

Аналогичные выводы сделаны в постановлении о прекращении уголовного дела №12402360026000032 от 23.08.2024, возбужденного Следственным комитетом Российской Федерации в отношении директора ООО «Новострой» ФИО1, согласно которому при проведении следственных мероприятий признаков подконтрольности не установлено.

Письмом ФНС России от 31.10.2017 №ЕД-4-9/22123@ "О рекомендациях по применению положений статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации" указанные разъяснения были дополнены. Так, в соответствие с указанным письмом, положения следует применять в случае доказывания умышленных действий самого налогоплательщика, выразившихся в сознательном искажении сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика в целях уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога, неправильного применения налоговой ставки, налоговой льготы, налогового режима, манипулирования статусом налогоплательщика, умышленных действий налогового агента по не удержанию (неполному удержанию) сумм налога, подлежащего удержанию налоговым агентом. При отсутствии доказательств такого умысла у налогоплательщика методологическая (правовая) ошибка сама по себе не может признаваться искажением в целях применения пункта 1 статьи 54.1 НК РФ.

При взаимодействии налогоплательщика с формально независимыми лицами в ряде случаев об умышленности действий могут свидетельствовать обстоятельства, свидетельствующие о согласованности действий участников хозяйственной деятельности, предопределенности движения денежных и товарных потоков, совершения ряда неслучайных действий (операций), подчиненных единой цели - возможности отражения заведомо ложных сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика, создания искусственного документооборота и получения налоговой экономии.

В обжалуемом решении верно отмечено, что при проведении мероприятий налогового контроля в целях устранения последствий нарушений в виде неуплаты налогов устанавливаются фактические обстоятельства, связанные с использованием полученной налоговой экономии, которые позволят определить, в чьих интересах оформлены соответствующие сделки (операции).

В подпункте 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ законодатель фактически ограничил право учесть расходы и вычеты по сделке при исполнении ее лицом, не указанным в первичных документах.

Таким образом, в рамках применения положений подпунктов 1 и 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ налоговому органу следует доказывать, что основной целью заключения налогоплательщиком сделки (операции) являлось не получение результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии (при выявлении фактов несоблюдения условий, указанных в подпункте 1 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ), и (или), что сделка (операция) не исполнена заявленным контрагентом, и налогоплательщик использовал формальный документооборот в целях неправомерного учета расходов и заявления налоговых вычетов по спорной сделке (операции) (при выявлении фактов несоблюдения условий, установленных в подпункте 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ).

При установлении обстоятельств, свидетельствующих, что основной целью заключения налогоплательщиком сделки (операции) являлось не получение результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии, налоговые органы должны доказать, что такая сделка (операция) не имеет какого-либо разумного объяснения с позиции хозяйственной необходимости ее заключения и совершения, а имеет своей целью лишь уменьшение налоговых обязательств, и (или) является частью схемы, основной целью которой является уменьшение налоговых обязательств.

При этом необходимо учитывать, что положения НК РФ не ограничивают само право налогоплательщиков проводить свои хозяйственные операции так, чтобы налоговые последствия были минимальными, однако в избранном налогоплательщиком варианте сделки (операции) не должно присутствовать признака искусственности, лишенной хозяйственного смысла. Кроме того, налоговый орган не вправе настаивать на том, что налогоплательщик должен был выбрать тот или иной вариант построения хозяйственных операций.

Налоговые органы должны опровергать реальность спорной сделки (операции) посредством доказывания фактов исполнения обязательств по сделке (операции) иным лицом, чем лицо, являющееся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону, и (или) доказывания фактов, свидетельствующих о том, что исполнение, предусмотренное спорной сделкой (операцией), выполнено проверяемым налогоплательщиком самостоятельно. В этих случаях налоговые органы должны эффективно использовать такие механизмы, как: получение пояснений от лиц, обладающих информацией об обстоятельствах заключения, совершения, исполнения сделки (операции); проведение осмотров территорий, помещений, документов, предметов с применением технических средств; сопоставление объема поставляемых товаров размеру складских помещений (территорий); инвентаризация имущества; анализ и воссоздание полного баланса предприятия (товарного баланса, складского учета и т.п.); истребование документов (информации), а в необходимых случаях проведение выемки документов (предметов), проведение экспертиз и другие.

Для целей установления фактов выполнения налогоплательщиком работ, услуг собственными силами основным доказательством может являться информация, прямо или косвенно подтверждающая данный факт, полученная посредством опросов должностных лиц проверяемого налогоплательщика, занятых на производстве; истребования документов (информации) у заказчиков и допросов их должностных лиц, лиц, осуществляющих технический надзор; выявления иных, "непроблемных", контрагентов, оказывающих налогоплательщику аналогичные работы, услуги, с последующим проведением в отношении них контрольных мероприятий; исследования локальных актов об установлении пропускного режима охраняемых объектов, пропусков, журналов регистрации.

Проанализировав имеющиеся в материалах дела документы, доводы, приведенные в заявлении, отзывах, дополнительных пояснениях, а также в выступлениях представителей сторон, суд первой инстанции обоснованно счёл, что в оспариваемых решениях Инспекции не содержится неоспоримых доказательств, нарушения п. 1 ст. 54.1 НК РФ.

Из материалов дела следует, что ООО «Новострой» зарегистрировано 12.03.2007, основной вид деятельности «Строительство жилых и нежилых зданий» (код ОКВЭД - 41.2). В проверяемом периоде 2020 год ООО «Новострой» осуществляло деятельность, связанную с выполнением строительно-монтажных работ по договорам с заказчиками: ООО «Нефтегазотехнологии», ООО «ТК Стройнефтегаз», АО «Самарская сетевая компания», ООО «РКС-Инжиниринг», ООО «Самарские коммунальные системы», ООО «СВППроект».

Как указал суд первой инстанции, для обеспечения указанной деятельности Общество привлекало "сомнительных" субподрядчиков для выполнения субподрядных (строительно-монтажных, общестроительных) работ: ООО «Альфа Строй», ООО «Камстрой», ООО «Стрим», ООО «Стэкс», ООО «Нива», ООО «Стройград», ООО «Профпартнер», ООО «Премиум», ООО «Промкомплект», ООО «Динамикс»; "сомнительных" поставщиков для поставки строительных материалов и иных ТМЦ: ООО «Стэлс», ООО «Стройкомплекс», ООО «Пластикстрой», ООО «Фаворит», ООО «Волжанин».

Налог, предъявленный по счетам-фактурам организаций-субподрядчиков (поставщиков), отражен Обществом в составе налоговых вычетов в налоговых декларациях по НДС за 1, 2, 3, 4 кварталы 2020 года.

Основанием для отказа в применении спорных налоговых вычетов по НДС послужили выводы Инспекции о нарушении Налогоплательщиком условий, предусмотренных подпунктами 1 и 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ.

Налоговый орган указывает, что субподрядные организации не были согласованы с генеральным подрядчиком ПАО «Транснефть» ООО «Нефтегазотехнологии», в ходе проведения ОРМ Управлением по контрразведывательному обеспечению кредитно-финансовой сферы Службы экономической безопасности ФСБ РФ, материалы от которого получены ФНС России с письмом от 19.12.2022 № 8/К/1/3198, по адресу ООО «НефтеГазоТехнологии» информация о спорных субподрядных организациях не обнаружена.

Заявитель пояснил, что по сложившейся практике привлечения ООО "Новострой" субподрядных организаций, субподрядные организации не всегда согласовываются с заказчиками, ООО «Новострой» также является несогласованным с ПАО «Транснефть» подрядчиком ООО «НефтеГазоТехнологии». Процедура согласования является длительной и не всегда гарантирует положительное решение заказчика, в то время как сроки выполнения работ являются сжатыми и их нарушение влечет штрафные санкции. Ввиду изложенного среди организаций-подрядчиков распространена практика включения работников субподрядных организаций в списки собственных сотрудников. В то же время контрактами, заключенными ООО "Новострой" с заказчиками, предусмотрено привлечение субподрядных организаций. Факт отсутствия согласования не свидетельствует о том, что работы фактически не были выполнены контрагентами Общества.

Заявитель также пояснил, что в связи с несогласованностью привлечения как спорных контрагентов, так и самого ООО «Новострой» все сотрудники и техника, как заявителя так и его субподрядчиков и поставщиков, проходили на объект АО «Транснефть-Приволга» как сотрудники ООО «НефтеГазоТехнологии», что обуславливает отсутствие в системе СКУД сотрудников ООО «Новострой», его субподрядчиков и поставщиков, также инспекцией не представлен анализ журналов разовых пропусков объектах АО «Транснефть-Приволга» в поселке Просвет Волжского района Самарской области, Бугурусланское районное нефтепроводное направление, на Архангельском и Демьяновском месторождениях, на объектах АО «Самарская сетевая компания», ООО «Средневолжская газовая компания» проходной режим отсутствовал, необходимости получать допуски не имелось.

Действующее законодательство не обязывает подрядчика получать согласие заказчика на привлечение к выполнению работ по договору подряда других лиц (субподрядчиков). Из п. 1 ст. 706 ГК РФ следует, что привлечение субподрядчиков возможно, если в законе или договоре подряда не содержится указание на то, что подрядчик выполняет работу лично. Вместе с тем, поскольку из ст. 706 ГК РФ не следует иное, стороны, исходя из принципа свободы договора (п. 2 ст. 1, п. 4 ст. 421 ГК РФ), вправе включить в договор подряда условие о необходимости получения согласия заказчика на привлечение к выполнению работ субподрядчиков. Нарушение этого требования само по себе не является основанием для отказа в приемке надлежаще выполненных работ (постановления ФАС Поволжского округа от 03.12.2013 №Ф06-304/13, Седьмого ААС от 10.09.2015 №07АП-8129/15), однако договором может быть предусмотрена ответственность за привлечение субподрядчиков без согласия заказчика (постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 06.07.2012 № Ф04- 2475/12).

Последствием привлечения подрядчиком к выполнению предусмотренной договором подряда работы других лиц (субподрядчиков) в тех случаях, когда из закона или договора подряда вытекает обязанность личного выполнения подрядчиком работы, является его ответственность перед заказчиком за убытки, причиненные участием субподрядчика в исполнении договора. Разумеется, такая ответственность возникает в случае доказанности заказчику убытков участием субподрядчика в исполнении обязательств. Требовать возмещения убытков в таких случаях непосредственно от субподрядчика заказчик может лишь если это предусмотрено законом или договором (абзац второй п. 3 ст. 706 ГК РФ, постановление Двадцатого ААС от 10.06.2014 №20АП-2915/14).

Нарушение заявителем договорных обязательств не подтверждает нарушение налогового законодательства.

Заявитель, являясь субъектом предпринимательской деятельности, вправе принимать самостоятельные решения о том, каким образом осуществлять предпринимательскую деятельность (в том числе, решение о том, собственными силами выполнять какие-либо работы или привлекать для выполнения работ третьих лиц или сочетать самостоятельное выполнение работ с привлечением для выполнения части работ третьих лиц).

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал (в частности, Определение от 04.06.2007 №320-О-П, Постановление от 24.02.2004 №3-П), что в силу принципа свободы экономической деятельности (статья 8, часть 1 Конституции Российской Федерации) налогоплательщик осуществляет экономическую деятельность самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность. Оценка целесообразности экономической деятельности хозяйствующего субъекта выходит за пределы полномочий налогового органа. Судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией.

Нарушение порядка заключения и исполнения гражданско-правовых сделок влечет частноправовые последствия только для сторон сделки и в силу указанной нормы на налоговые отношения не влияет - принцип автономии налогового права.

Соглашаясь с доводами налогового органа о наличии у контрагентов признаков высокорискованности сделок со спорными контрагентами, судом первой инстанции неверно применены нормы материального права.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского Кодекса РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Согласно ст. 421 Гражданского Кодекса РФ граждане и юридические лица свободны в заключение договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.

Выбор подрядчиков для выполнения работ производился руководителем заявителя на основании поступавших коммерческих предложений путем сопоставления деловой репутации, предложенной стоимости предполагаемых к выполнению работ, возможных сроков выполнения работ и требований по срокам оплаты, а также после проведения юридическим отделом проверки контрагентов в соответствии с утвержденным ООО «Новострой» и представленным в материалы дела регламентом. Из пояснений Заявителя следует, что утвержденный регламент проверки контрагентов основан на разъяснениях, данных на официальном сайте Федеральной налоговой службы Российской Федерации.

Из представленного заявителем в материалы дела регламента ООО «Новострой» следует, что к высокорисковым сделкам относятся: договоры поставки или купли-продажи на сумму свыше 3 млн. рублей; договоры подряда или субподряда, оказания услуг или выполнения работ на сумму свыше 3 млн. рублей (за исключением договоров перевозки, договоров на оказание информационных, консультационных, юридических и маркетинговых услуг и договоров на проведение ремонтных работ). Если с одним контрагентом заключается несколько договоров сумма считается в совокупности; договоры на оказание услуг по перевозке на сумму свыше 300 000 рублей; договоры на оказание информационных, консультационных, юридических и маркетинговых услуг на сумму свыше 500 000 рублей. К низкорисковым сделкам относятся договоры, заключенные с органами исполнительной власти, ФГУП и МУП. К среднерисковым сделкам относятся все остальные сделки, которые не соответствуют признакам высоко- и низкорисковых.

Из пункта 2.10 регламента следует, что для высокорисковых сделок: проверить не является ли адрес контрагента адресом массовой регистрации (по данным, указанным на сайте ФНС России); проверить не является ли руководитель контрагента дисквалифицированным лицом (по данным, указанным на сайте ФНС России); проверить не планируется ли исключение контрагента из ЕГРЮЛ по решению налоговых органов как недействующего юридического лица (по данным, указанным на сайте ФНС России , информация содержится в Выписке из ЕГРЮЛ ); проверить  не принимал ли контрагент решение о ликвидации или реорганизации (по данным, указанным на сайте ФНС России , информация содержится в Выписке из ЕРГЮЛ); проверить контрагентов на сайте https://kontur-focus.su/; проверить не числится ли контрагент в реестре недобросовестных поставщиков (zakupki.gov.ru); результат поиска и анализа судебной практики по контрагенту выступает в суде: как истец/ как ответчик/исполнительные производства интернет-ресурсы сайт http://fssprus.ru/, https://kad.arbitr.ru/; Паспортные данные руководителя контрагента проверка на сайте http://services.fms.gov.ru/ в разделе «Проверка по списку недействительных российских паспортов».

Таким образом, степень высокорискованности сделок, присвоенная заявителем, основана на внутреннем регламенте заявителя и влияет лишь на степень проводимой сотрудниками заявителя проверки, что говорит о проявлении заявителем должной осмотрительности при заключении сделок.

Напротив, из представленных инспекцией в материалы дело сведений из внутренней системы АСК «НДС-2» следует, что признаком высокого налогового риска обладают только организации ООО «Камстрой» и ООО «Стройопткомплекс».

Вместе с тем, судом первой инстанции не учтено, что приведенные налоговым органом в решениях выводы сами по себе, безусловно, не могут свидетельствовать о несовершении Обществом хозяйственных операций, о наличии в его действиях умысла без наличия доказательств, что оно знало об указанных фактах и заключило с спорными контрагентами сделки, желая либо сознательно допуская наступление вредных последствий.

Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды как по налогу на прибыль, так и по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика.

На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной, в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг.

То есть, налоговый орган, вменяя налогоплательщику создание формального документооборота должен доказать, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности. Однако такие обстоятельства в рамках настоящего дела не подтверждены налоговым органом, при этом все работы выполнены, материалы поставлены, доказательств обратного налоговым органом не представлено.

Обстоятельства, на которые ссылается налоговый орган, не могут служить основанием для возложения соответствующих негативных последствий на Общество, являющееся покупателем товаров (работ, услуг). Инспекцией не соблюдены рекомендации, указанные в Методических рекомендациях об исследовании и доказывании фактов умышленной неуплаты или неполной уплаты сумм налогов (далее - Методические рекомендации), разработанные ФНС России совместно со Следственным комитетом РФ, а именно не проверено, имеются ли внешние источники, которые подтверждают наличие умысла в противоправных действиях должностных лиц (п. 6 Методических рекомендаций), не собраны доказательства умышленного уклонения от налогов (п. 7 Методических рекомендаций), не собраны свидетельства умышленного уклонения от налогов, цели и мотивы действий должностных лиц, виновность которых доказывается (п. п. 4, 8 Методических рекомендаций).

Юридические лица и предприниматели приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своём интересе, они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых, не противоречащих законодательству, условий договора.

Пунктом 1 статьи 105.1 Кодекса предусмотрено, что взаимозависимыми признаются лица, особенности взаимоотношений между которыми могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых между ними, и (или) экономические результаты деятельности этих (представляемых ими) лиц.

Лица, признаются взаимозависимыми в случаях, прямо предусмотренных пунктом 2 статьи 105.1 НК РФ. При этом взаимозависимость участников сделок сама по себе не является доказательством получения какой-либо налоговой выгоды.

Для признания взаимной зависимости лиц учитывается влияние, которое может оказываться в силу участия одного лица в капитале других лиц, в соответствии с заключенным между ними соглашением либо при наличии иной возможности одного лица определять решения, принимаемые другими лицами.

То есть, налоговый орган должен представить доказательства, подтверждающие, что контрагенты налогоплательщика (взаимозависимые с ними лица) или налогоплательщик имели возможность влиять на определение условий совершаемых ими друг с другом сделок, а контрагент налогоплательщика или сам налогоплательщик действовал в общих экономических интересах группы, к которой они принадлежат, были связаны в полноте свободы принятия решений в сфере своей финансово-хозяйственной деятельности, что должно было сказаться на условиях и результатах исполнения соответствующих сделок. В нарушение вышеуказанных положений, налоговым органом в ходе проверки не собраны достаточные доказательства и не установлены факты согласованности действий группы лиц, факты подконтрольности фирм, с которыми заключены сделки; факты имитации хозяйственных связей с фирмами; сложность, запутанность повторяющихся (продолжающихся) действий налогоплательщика, свойственные налоговым схемам, а не обычной деятельности.

Отсутствуют доказательства управления финансово-хозяйственной деятельностью спорных контрагентов именно заявителем. В Постановлении от 06 апреля 2010 года № 17036/09 Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал на то, что по делам, связанным с взаимозависимостью участников сделки, следует устанавливать, каким образом взаимозависимость повлекла необоснованную выгоду и за счет чего конкретно, такая выгода образовалась.

Выявление налоговым органом нарушений, допущенных «проблемными» организациями, не может вменяться в вину ООО «Новострой», поскольку организации-контрагенты являются самостоятельными юридическими лицами, за деятельность которых налогоплательщик не может и не должен нести ответственность.

Вместе с тем из обстоятельств, установленных в ходе рассмотрения дела и анализа доказательств, имеющихся в материалах дела, следует, что Обществом соблюдены требования ст.ст. 169, 171, 172, п. 1 ст. 54.1 НК РФ по сделкам с контрагентами.

Заявителем в материалы дела представлены доказательства сформирования источника возмещения НДС на первом звене, в связи с чем реальность осуществления финансово-хозяйственной деятельности в производственном процессе Общества налоговым органом в нарушение требований ч. 5 ст. 200 АПК РФ не оспорена.

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений.

Пунктом 1 названной выше статьи, и п. 5 ст. 200 АПК РФ обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого решения, возложена на налоговый орган, который принял решение.

В связи с этим, при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды.

Как следует из материалов дела, такого рода обстоятельства, налоговым органом в ходе проведения камеральных налоговых проверок установлены не были и в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции соответствующие доказательства представлены не были.

Материалами дела подтвержден факт представления налогоплательщиком на проверку налоговому органу всех необходимых документов, подтверждающих взаимоотношения между заявителем и спорными контрагентами.

Приведенные Инспекцией в решениях выводы сами по себе, безусловно не могут свидетельствовать о несовершении Обществом хозяйственных операций, о наличии в его действиях умысла без наличия доказательств, что оно знало об указанных фактах и заключило с данными организациями сделки, желая либо сознательно допуская наступление вредных последствий.

В оспариваемых решениях налогового органа не приведены доказательства того, что целью перечисления налогоплательщиком денежных средств на расчетные счета контрагентов было их последующее «обналичивание» в интересах именно заявителя; отсутствуют доказательства не проявления обществом должной осмотрительности при выборе контрагентов, судом первой инстанции данное обстоятельство не проверено.

В постановлении Следственного комитета о прекращении уголовного дела №12402360026000032 в отношении директора ООО «Новострой» ФИО1 от 23.08.2024 указано, что доказательств возврата денежных средств, перечисленных ООО «Новострой» в адрес спорных контрагентов, от спорных контрагентов в адрес ООО «Новострой» не установлено, такие доказательства отсутствуют и в материалах настоящего дела.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в Определении № 329-О от 16.10.2003, налоговое законодательство не возлагает на налогоплательщика обязанность по проверке деятельности его контрагентов, которые являются самостоятельными налогоплательщиками и несут в случае недобросовестного исполнения налоговых обязательств налоговую ответственность.

Тем более, Общество не может нести ответственность за всю цепочку контрагентов и контролировать налоговую добросовестность поставщиков товаров, работ, услуг 2-го, 3- го и прочих звеньев, что подтверждается в том числе Письмом ФНС России от 23.03.2017 № ЕД5- 9/947@, из которого следует, что Общество, как налогоплательщик, не несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет.

При этом, суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что ни Общество, ни его контрагенты, ни иные налогоплательщики не имеют доступа к ИР ФКУ «Налог-сервис» и иным специальным информационным ресурсам, к которым имеют доступ должностные лица налоговых органов. Налогоплательщики могут использовать только данные, имеющиеся в открытом доступе, а также документы, предоставленные самим контрагентом.

Исходя из письма Минфина РФ от 31.12.2008 № 03-02-07/2-231, совместного письма Минфина РФ и ФНС России от 11.02.2010 № 3-7-07/84, письма Минфина РФ от 29.11.2013 № 03-02-07/1/51753, меры по установлению надлежащей деловой репутации контрагента и проявлению должной осмотрительности включают в себя, в частности, получение налогоплательщиком от контрагента копии свидетельства о постановке на учет в налоговом органе, проверку факта занесения сведений о контрагенте в Единый государственный реестр юридических лиц, получение доверенности или иного документа, подтверждающего необходимые полномочия представителя на подписание документов от имени контрагента, использование официальных источников, характеризующих деятельность контрагента.

Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды как по налогу на прибыль, так и по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика.

В свою очередь, на налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной, в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Иными словами, налоговый орган, вменяя налогоплательщику создание формального документооборота должен доказать, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности.

АСК «НДС-2» позволяет сравнивать показатели счетов-фактур, книг покупок и продаж, журналов учета полученных и выставленных счетов-фактур плательщиков с аналогичными данными у контрагентов.

В результате такой перекрестной проверки налоговый орган не только проверяет, в полном ли объеме исчислен и уплачен в бюджет НДС, но и отслеживает заявленные вычеты по НДС с операций, по которым контрагент не уплатил налог в бюджет, то есть выявляет налоговый разрыв.  Следовательно, уже на моменте принятия деклараций по НДС и ее камеральной налоговой проверки инспекция устанавливает факт неотражения реализации контрагентом.

Далее происходит сопоставление записей о счетах-фактурах у покупателя и продавца и в случае выявления расхождений автоматически формируется требование с протоколом расхождений. В рамках камеральной проверки, представленных налогоплательщиками налоговых деклараций по НДС, налоговый орган направляет им требование о представлении пояснений и представлении уточенной декларации. Общество не должно нести ответственность за недобросовестное поведение юридических лиц, являющихся самостоятельными налогоплательщиками. О самостоятельности и осуществлении реальной хозяйственной деятельности контрагентов свидетельствует наличие взаимоотношений с иными контрагентами, представление налоговой отчетности, уплаты налогов, что подтверждается выписками с расчетных счетов контрагентов.

Согласно требованиям налогового законодательства (п. 3 ст. 100, п. 4, 5 ст. 101 НК РФ) факты, отраженные в акте и в решении налоговой инспекции, должны быть результатом тщательно проведенной проверки, исключающей неточности и обеспечивающей полноту вывода о несоответствии налоговому законодательству совершенных проверяемым лицом действий. Решение не должно содержать предположений, не основанных на доказательствах.

Каждый вывод о допущенных проверяемым лицом нарушениях, в том числе о не проявлении должной осмотрительности должен быть подтвержден первичными документами и ссылками на эти первичные документы либо иными доказательствами.

Согласно п. 2 ст. 87 НК РФ налоговые проверки проводятся в целях контроля за соблюдением налогоплательщиком законодательства о налогах и сборах. Установленный законодательством о налогах и сборах порядок должен обеспечивать надлежащую реализацию прав и законных интересов налогоплательщиков в правовом государстве, что предполагает обязанность руководителя (заместителя руководителя) налогового органа провести всестороннюю и объективную проверку обстоятельств, влияющих на вывод о наличии недоимки (суммы налога, не уплаченной в срок), не ограничиваясь содержанием налоговой декларации, установить действительный размер налоговой обязанности, в том числе при разумном содействии налогоплательщика - с учетом сведений и документов, представленных им с возражениями на акт налоговой проверки и в ходе рассмотрения материалов налоговой проверки в соответствии с п. 6 ст. 100, п. 4 ст. 101 НК РФ.

При этом, исходя из положений п. 2 ст. 22 НК РФ, устанавливающих обязанность налоговых органов обеспечивать права налогоплательщиков, налоговое администрирование должно осуществляться с учетом принципа добросовестности, предполагающего учет законных интересов плательщиков налогов и недопустимость создания формальных условий для взимания налогов сверх того, что требуется по закону.

В силу ст. 65 АПК РФ доказывание обстоятельств, послуживших основанием для принятия акта налоговым органом, возлагается на последнего, что, однако, не исключает обязанности налогоплательщика доказать те обстоятельства, на которые он ссылается в обоснование своих возражений.

Оценив представленные в материалы дела заявителем доказательства в порядке ст. 65, 71 АПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, суд первой инстанции пришел к неправомерным выводам о нереальности финансово-хозяйственных операций, совершенных между налогоплательщиком и контрагентами ООО «Альфа Строй» ООО «Промкомплект», ООО «СтройГрад», ООО «Нива, ООО «Стэлс», ООО «Профпартнер», ООО «Динамикс», ООО «Премиум», о доказанности налоговым органом недобросовестности налогоплательщика и направленности его действий на получение необоснованной налоговой выгоды по сделкам со спорными контрагентами.

Как следует из материалов дела между ООО «Новострой» и ООО «Альфа строй» во 2 квартале 2020 года заключены договоры на выполнение строительно-монтажных работ на общую сумму 102 647 924,02 рублей, в т.ч. НДС 17 107 987,34 рублей, в 3 квартале 2020 года между ООО «Новострой» и ООО «Альфа строй» заключены договоры на выполнение строительно-монтажных работ на общую сумму 86 796 461,90 рублей, в т.ч. НДС 14 466 076,98 рублей, в 4 квартале 2020 года между ООО «Новострой» и ООО «Альфа строй» заключены договоры на выполнение строительно-монтажных работ на общую сумму 87 604 364,21 рублей, в т.ч. НДС 14 600 727,37 рублей.

Из представленных заявителем документов о проверке контрагентов следует, что ООО «Новострой» предприняло все доступные налогоплательщику меры по проверке контрагента, приведенные в открытых источниках.

В отношении спорного контрагента ООО «Альфа строй» в системе АСК «НДС-2», представленной налоговым органом, признаков недобросовестности контрагента не установлено. Руководитель ООО «Альфа Строй» ФИО5 при допросе в налоговом органе и следственном комитете подтвердил руководство организацией и взаимоотношения с ООО «Новострой» в полном объеме. При этом, согласно данным ЕГРЮЛ последующая ликвидация юридического лица произошла на основании решения учредителя организации, а не в связи с наличием признаков недостоверности, как указано в оспариваемом решении суда первой инстанции.

Материалы дела не содержат и налоговым органом не представлено достаточных оснований для вывода о неосведомленности ФИО5 о финансово-хозяйственной деятельности общества.

На момент заключения сделок с ООО «Новострой» ООО «Альфа Строй» являлось членом СРО «Строители Поволжья» и Ассоциация Проектировщиков «Архитектурные решения». Довод налогового органа, что для вступления в СРО ООО «Альфа Строй» представило недостоверные данные неправомерно приняты судом первой инстанции во внимание, поскольку налоговым органом не доказано, что ООО «Новострой» должно было знать о данном нарушении со стороны своего контрагента. Проверка действительности членства организации в СРО осуществляется через открытые источники сайтов самих СРО.

Также, судом первой инстанции неправомерно сделан вывод об отсутствии у ООО «Альфа строй» «человеческих» и материальных ресурсов для выполнения работ. Из протоколов допросов сотрудников, представленных ООО «Альфа строй» в списках для предоставления пропуска на объект выполнения работ, не следует, что данные сотрудники осуществляли трудовую деятельность на неофициальной основе в ООО «Новострой». Что также не может служить основанием для привлечения ООО «Новострой» к ответственности.

Не принимается во внимание и протокол допроса ФИО6 в части работы на ООО «Новострой» при строительстве школы, так как материалами дела не подтверждено выполнение заявителем работ по строительству школы.

Судом первой инстанции необоснованно сделан вывод, что операции от ООО «Новострой» через спорных контрагентов отражаются в вычетах у иных организаций. С учетом доказанной невозможности выполнения работ (осуществления поставок) силами спорных контрагентов, СМР / поставки осуществляются ООО «Новострой» без промежуточных «технических» звеньев напрямую заказчикам ООО «Бельведер» и ООО «Геокомплекс», что говорит о правомерности отражения заявителем в 9 разделе операций по реализации и сумм НДС с выручки в виду отсутствия в материалах дела доказательств наличия взаимоотношений между заявителем и ООО «Бельведер», ООО «Геокомплекс».

Согласие суда первой инстанции с указанным доводом инспекции привело к необоснованному выводу об отсутствии реальности поставки товара ООО «Новострой» в адрес ООО «Альфа строй» на сумму 138 756 945,20 рублей в т.ч. НДС 23 126 157,53 рублей.

Соответственно, сомнений в том, что при поставке товара в адрес спорного контрагента у заявителя произошло увеличение налогооблагаемой базы у суда первой инстанции быть не могло. В свою очередь увеличение налогооблагаемой базы само по себе указывает на отсутствие у заявителя цели уменьшения налогов, подлежащих уплате.

В отношении спорного контрагента ООО «Промкомплект» в системе АСК «НДС-2», представленной налоговым органом, признаков недобросовестности контрагента отражено, что компания является технической, внесены сведения о недействительности руководителя и учредителя общества.

Суд апелляционной инстанции находит необоснованным вывод инспекции о наличии у спорного контрагента признаков техничности и недостоверности сведений, поскольку такие сведения установлены многим позже проверяемого периода, из представленных заявителем документов о проверке контрагентов следует, что ООО «Новострой» предприняло все доступные налогоплательщику меры по проверке контрагента приведенные в открытых источниках.

Судом первой инстанции необоснованно оставлено без внимания, то обстоятельство, что решением Федеральной налоговой службы России №КЧ-3-9/14047@ от 14.12.2022 по апелляционной жалобе ООО «Новострой» следует, что Межрайонной ИФНС России №16 по Самарской области проведена выездная налоговая проверка в отношении ООО «Новострой» по всем налогам, сборам страховым взносам за период с 01.01.2017 по 31.12.2019 (за исключением налога на добавленную стоимость за период с 01.10.2017 по 31.03.2019) по результатам которой Инспекцией вынесено решение от 27.06.2022 №15-09/38 о привлечении ООО «Новострой» к ответственности за совершение налогового правонарушения в том числе и по операциям с ООО «Промкопмлект».

Данным решением ФНС России пришло к выводу, что сотрудники ООО «Промкомплект» проходили на объекты ПАО «Транснефть», нарушения спорным контрагентом законодательства по налогам и сборам инспекцией не доказано, подконтрольность ООО «Промкомплект» ООО «Новострой», согласованность их действий, направленных на неправомерную минимизацию налоговых обязательств заявителя, а также возврат ООО «Новострой» денежных средств, уплаченных за спорные работы, управлением не установлены.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу о длительности отношений между ООО «Новострой» и ООО «Промкомплект», которые являлись предметом проверки со стороны налогового органа, в ходе которой нарушений налогового законодательства не установлено.

В материалы дела представлено нотариально заверенное заявление директора ООО «Промкомплект» ФИО7 которым последний подтверждает выполнение работ на объектах ПАО «Транснефть» по договорам с ООО «Новострой», личное подписание всех документов, а также знакомство с руководством ООО «Новострой».

В 1 квартале 2020 года между ООО «Новострой» и ООО «Промкомплект» заключены договоры на выполнение строительно-монтажных работ на общую сумму 50 051 475,05 рублей, в т.ч. НДС 8 341 912,51 рубля.

Также, из материалов дела следует, что ООО «Новострой» производило отгрузку товара в адрес ООО «Промкомплект» на общую сумму 24 108 432,44 рублей, в т.ч. НДС 4 018 072,07 рублей.

Судом первой инстанции необоснованно сделан вывод, что операции от ООО «Новострой» через спорных контрагентов отражаются в вычетах у иных организаций. С учетом доказанной невозможности выполнения работ (осуществления поставок) силами спорных контрагентов, СМР / поставки осуществляются ООО «Новострой» без промежуточных «технических» звеньев напрямую заказчикам ООО «МКС-Холдинг», что говорит о правомерности отражения заявителем в 9 разделе операций по реализации и сумм НДС с выручки в виду отсутствия в материалах дела доказательств наличия взаимоотношений между заявителем и ООО «МКС-Холдинг».

Согласие суда первой инстанции с указанным доводом инспекции привело к необоснованному выводу об отсутствии реальности поставки товара ООО «Новострой» в адрес ООО «Промкомплект» на сумму 24 108 432,44 рублей, в т.ч. НДС 4 018 072,07 рублей.

Соответственно, при поставке товара в адрес спорного контрагента у заявителя произошло увеличение налогооблагаемой базы. В свою очередь увеличение налогооблагаемой базы само по себе указывает на отсутствие у заявителя цели уменьшения налогов подлежащих уплате.

В отношении спорного контрагента ООО «СтройГрад» в системе АСК «НДС-2», представленной налоговым органом, признаков недобросовестности контрагента не установлено. Более того, такие сведения отсутствовали на момент вынесения судом первой инстанции оспариваемого решения, организация является действующей, в том числе и на дату вынесения оспариваемого решения суда первой инстанции, как указал заявитель, ООО «СтройГрад» действует и на момент рассмотрения настоящего дела судом апелляционной инстанции.

На момент заключения сделок с ООО «Новострой», ООО «СтройГрад» являлось членом СРО «Строители Поволжья». Довод налогового органа, что для вступления в СРО ООО «СтройГрад» представило недостоверные данные, неправомерно приняты судом первой инстанции во внимание, поскольку налоговым органом не доказано, что ООО «Новострой» должно было знать о данном нарушении со стороны своего контрагента. Проверка действительности членства организации в СРО осуществляется через открытые источники сайтов самих СРО.

Также, судом первой инстанции неправомерно сделан вывод об отсутствии у ООО «СтройГрад» человеческих и материальных ресурсов для выполнения работ. Из протоколов допросов сотрудников, представленных ООО «СтройГрад» в списках для предоставления пропуска на объект выполнения работ не следует, что данные сотрудники осуществляли трудовую деятельность на неофициальной основе в ООО «Новострой». Что также не может служить основанием для привлечения ООО «Новострой» к ответственности.

Также, из материалов дела следует, что ООО «Новострой» производило отгрузку товара в адрес ООО «СтройГрад» на общую сумму 45 041 938,80 рублей, в т.ч. НДС 7 506 989,80 рублей.

Судом первой инстанции необоснованно сделан вывод, что операции от ООО «Новострой» через спорных контрагентов отражаются в вычетах у иных организаций. С учетом доказанной невозможности выполнения работ (осуществления поставок) силами спорных контрагентов, СМР / поставки осуществляются ООО «Новострой» без промежуточных «технических» звеньев напрямую заказчикам ООО «ЭМС Строй» и ООО «ГК Ремэнерго», что говорит о правомерности отражения заявителем в 9 разделе операций по реализации и сумм НДС с выручки в виду отсутствия в материалах дела доказательств наличия взаимоотношений между заявителем и ООО «ЭМС Строй», ООО «ГК Ремэнерго».

Согласие суда первой инстанции с указанным доводом инспекции привело к необоснованному выводу об отсутствии реальности поставки товара ООО «Новострой» в адрес ООО «СтройГрад» на общую сумму 45 041 938,80 рублей, в т.ч. НДС 7 506 989,80 рублей.

Заявителем в материалы дела представлено нотариально заверенное заявление директора ООО «СтройГрад» ФИО8, которым последний подтверждает факт выполнения строительно-монтажных работ на объектах ПАО «Транснефть» для ООО «Новострой», в том числе Архангельское и Демьяновское месторождения, личное подписание всех документов, а также знакомство с руководителями ООО «Новострой». Иных пояснений директора ООО «СтройГрад» в материалах дела не имеется.

Как следует из материалов дела, между ООО «Новострой» и ООО «Нива» в 1 квартале 2020 года заключены договоры на выполнение строительно-монтажных работ на общую сумму 90 039 109,13 рублей в т.ч. НДС 15 006 518,19 рублей

В отношении спорного контрагента ООО «Нива» в системе АСК «НДС-2», представленной налоговым органом, из признаков недобросовестности контрагента  установлено, что компания является технической, внесены сведения о недействительности учредителя общества.

Суд апелляционной инстанции находит необоснованным довод инспекции о наличии у спорного контрагента признаков техничности и недостоверности сведений, поскольку такие сведения установлены многим позже проверяемого периода, при этом недостоверность сведений внесена в отношении ликвидатора организации ФИО9, назначенного исключительно для проведения ликвидации юридического лица, недостоверности в отношении директора непосредственно заключающего и реализующего сделки с заявителем материалы дела не содержат, из представленных заявителем документов о проверке контрагентов следует, что ООО «Новострой» предприняло все доступные налогоплательщику меры по проверке контрагента приведенные в открытых источниках.

Руководитель ООО «Нива» ФИО10 при допросе в ходе проверок налоговым органом и следственном комитете в ходе расследования уголовного дела №12402360026000032 подтвердила руководство организацией и взаимоотношения с ООО «Новострой» в полном объеме.

Материалы дела не содержат и налоговым органом не представлено достаточных оснований для вывода о неосведомленности ФИО10 о финансово-хозяйственной деятельности общества.

Из материалов дела следует, однако в оспариваемом решении суда не отражено, что ООО «Новострой» производило отгрузку товара в адрес ООО «Нива» на общую сумму 302 021,28 рубль,  в т.ч. НДС 50 336,88 рублей.

Соответственно, сомнений в том, что при поставке товара в адрес спорного контрагента у заявителя произошло увеличение налогооблагаемой базы у суда первой инстанции быть не могло. В свою очередь увеличение налогооблагаемой базы само по себе указывает на отсутствие у заявителя цели уменьшения налогов подлежащих уплате.

В отношении спорного контрагента ООО «Стэлс» в системе АСК «НДС-2», представленной налоговым органом, из признаков недобросовестности контрагента  установлено, что компания взаимодействует с техническими компаниями и сама является технической, внесены сведения о недействительности учредителя общества.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований согласиться с доводами налогового органа, о том что данные обстоятельства являются основанием для привлечения ООО «Новострой» к ответственности за совершение налогового правонарушения, поскольку из представленных заявителем карточек проверки контрагента не отражено информации о наличии у компании признаков технической компании и информации о взаимодействии спорного контрагента с техническими компаниями. Сведения о недостоверности директора внесены в ЕГРЮЛ намного позже проверяемого периода.

Суд также обращает внимание, что единственными показаниями директора ООО «Стэлс», представленными в материалы дела, является протокол адвокатского опроса ФИО11 от 11.06.2024, проведенного адвокатом Кожевым А.А. который подтвердил факт поставки товаров в адрес ООО «Новострой», личное подписание документов и знакомство с руководителями ООО «Новострой».

Действительно, судебная практика при разрешении аналогичных споров, на которую ссылается налоговый орган, складывается из того, что опрос, проведенный адвокатом, не является доказательством по делу. Однако, такая практика складывается при проведении допроса адвокатом заявителя. Между тем, право адвоката проводить опрос предусмотрено ст. 6 Федеральный закон от 31.05.2002 N 63-ФЗ (ред. от 22.04.2024) "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации".

Налоговым органом не представлено доказательств, что адвокат Кожев А.А. действовал в интересах ООО «Новострой», заключал с ООО «Новострой» соглашение или состоит в одной коллегии с адвокатом, представляющим интересы ООО «Новострой». Как следует из протоколов заседаний суда первой инстанции, интересы ООО «Новострой» представлял лично директор заявителя. Соответственно, данный допрос может быть принят судом в качестве доказательства, так как противоположных сведениям, изложенным в опросе, сведений налоговым органом не представлено.

Как следует из материалов дела, между ООО «Новострой» и ООО «Стелс» в 3 квартале 2020 года заключены договоры на поставку ТМЦ на общую сумму 64 271 430,86 рублей в т.ч. НДС 10 711 905,14 рублей, в 4 квартале 2020 года заключены договоры на поставку ТМЦ на общую сумму 90 081 601,79 рубль, в т.ч. НДС 15 013 600,30 рублей.

В отношении спорного контрагента ООО «Профпартнер» в системе АСК «НДС-2», представленной налоговым органом, из признаков недобросовестности контрагента установлено, что компания является технической.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований согласиться с доводами налогового органа, о том что данные обстоятельства являются основанием для привлечения ООО «Новострой» к ответственности за совершение налогового правонарушения, поскольку из представленных заявителем карточек проверки контрагента не отражено информации, что контрагент взаимодействует с техническими компаниями. Соответственно заявитель не знал и не мог знать о данном нарушении своего контрагента.

Допрос директора ООО «Профпартнер» ФИО12 ни налоговым органом при проведении проверок, ни в ходе расследования уголовного дела №12402360026000032 не проводился, согласно данным ЕГРЮЛ ликвидация юридического лица произошла на основании решения единственного учредителя.

Руководствуясь ст. 108 НК РФ суд апелляционной инстанции приходит к выводу о недоказанности совершения ООО «Новострой» налогового правонарушения по сделкам с ООО «Профпартнер».

Как следует из материалов дела между ООО «Новострой» и ООО «Профпартнер» во 2 квартале 2020 года заключены договоры на выполнение строительно-монтажных работ на общую сумму 58 155 820,38 рублей, в т.ч. НДС 9 692 636,73 рублей.

В отношении спорного контрагента ООО «Динамикс» в системе АСК «НДС-2», представленной налоговым органом, из признаков недобросовестности контрагента установлено, что компания является технической, а также внесены сведения о недостоверности сведений в отношении директора и учредителя организации.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований согласиться с доводами налогового органа о том, что данные обстоятельства являются основанием для привлечения ООО «Новострой» к ответственности за совершение налогового правонарушения, поскольку из представленных заявителем карточек проверки контрагента не отражено информации, что контрагент взаимодействует с техническими компаниями. Соответственно заявитель не знал и не мог знать о данных нарушениях своего контрагента.

На момент рассмотрения дела судом первой инстанции организация являлась действующей, ликвидация организации была остановлена налоговым органом по заявлению заинтересованного лица. Кроме того, из представленной заявителем выписки из ЕГРЮЛ, изменения в сведениях о юридическом лице происходят до настоящего времени, что говорит о реальности данного контрагента.

Допрос директора ООО «Динамикс» ФИО13 ни налоговым органом при проведении проверок, ни в ходе расследования уголовного дела №12402360026000032 не проводился, согласно данным ЕГРЮЛ ликвидация юридического лица произошла на основании решения единственного учредителя.

Руководствуясь ст. 108 НК РФ суд апелляционной инстанции приходит к выводу о недоказанности совершения ООО «Новострой» налогового правонарушения по сделкам с ООО «Динамикс».

Как следует из материалов дела между ООО «Новострой» и ООО «Динамикс» во 2 квартале 2020 года заключены договоры на выполнение строительно-монтажных работ на общую сумму 43 241 889,53 рублей, в т.ч. НДС 7 206 981,59 рубль.

В отношении спорного контрагента ООО «Премиум» в системе АСК «НДС-2», представленной налоговым органом, из признаков недобросовестности контрагента установлено, что компания является технической, а также внесены сведения о недостоверности сведений в отношении директора и учредителя организации.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований согласиться с доводами налогового органа о том, что данные обстоятельства являются основанием для привлечения ООО «Новострой» к ответственности за совершение налогового правонарушения, поскольку из представленных заявителем карточек проверки контрагента не отражено информации, что контрагент взаимодействует с техническими компаниями. Соответственно заявитель не знал и не мог знать о данных нарушениях своего контрагента.

Допрос директора ООО «Премиум» ФИО14 налоговым органом при проведении проверок, не проводился. В постановлении о прекращении уголовного дела №12402360026000032 от 23.08.2024 указано, что допрошенный свидетель ФИО14 директор ООО «Премиум» подробных показаний по существу взаимоотношений с ООО «Новострой» не дали в силу давности событий, таким образом ни подтвердить, ни опровергнуть факт взаимоотношений не смогла.

Кроме того, заявителем в материалы дела представлена копия решения Арбитражного суда Самарской области от  14.01.2022 по делу № А55-24611/2021, которым признаны незаконными действия Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 20 по Самарской области по внесению в Единый государственный реестр юридических лиц записи от 12.07.2021 №2216303748527 о недостоверности сведений в отношении Общества с ограниченной ответственностью "Премиум" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

Как следует из материалов дела, между ООО «Новострой» и ООО «Премиум» во 2 квартале 2020 заключены договоры на выполнение строительно-монтажных работ на общую сумму 54 711 573,99 рублей в т.ч. НДС 9 118 595,67 рублей.

Судом апелляционной инстанции также отмечается, что как следует из постановления о прекращении уголовного дела от 23.08.2024 в ходе проведения расследования следователем установлено наличие признаков ведения спорными контрагентами хозяйственной деятельности, о чем говорит движение денежных средств по расчетным счетам организаций.

Судом первой инстанции необоснованно приняты во внимание сведения из допросов сотрудников ООО «Новострой», а именно допрос ФИО15, которая пояснила, что работала в ООО «Новострой» в период с марта 2021 года по сентябрь 2021 года, соответственно допрашиваемый сотрудник не мог знать о поставщиках ООО «Новострой» за 2020 год.

Из допроса ФИО16 следует что сотрудник осуществлял трудовую деятельность в период с 01.09.2020 по 07.02.2023 в отделе материально-технического снабжения, при этом с февраля 2021 года находилась в декрете. Однако как следует из материалов дела, контрагенты ООО «Альфа Строй», ООО «НИВА» являлись субподрядчиками ООО «Новострой», договоры между ООО «Новострой» и ООО «Стэлс» и ООО «Стрим» заключены в июле 2020 года, т.е. до трудоустройства допрашиваемого сотрудника, соответственно ФИО16 не могла знать о данных контрагентах.

В тоже время, судом первой инстанции обоснованно отклонены доводы заявителя о реальности сделок с ООО «Фаворит», ООО «Камстрой», ООО «Стрим», ООО «Стэкс», ООО «Волжанин», ООО «Стройопткомплекс», ООО «Пластикстрой».

Как следует из материалов дела товар, аналогичный оформленному от спорных контрагентов ООО «Пластикстрой», ООО «Волжанин», поступал от реальных поставщиков: ООО «ВДК», ООО «БТС-Снаб», ООО «Феникс ПК» (щебень, песок), ООО «ИнТех», ООО «ПКС», ЗАО НЗВЗ «Волгопромвентиляция», ООО «Стройкомплект», ООО НПО «Этра» (оборудование и материалы для газо- и водоснабжения), ООО «АБЗ-7» (асфальт). Все вычеты по реальным поставкам ТМЦ (исполнителям работ) инспекцией подтверждены.

В отношении спорного контрагента ООО «Камстрой» и ООО «Стройпткомплекс» в системе АСК «НДС-2» отражены как контрагенты с высоким налоговым риском, а также отражены иные признаки, достаточные для признания данных контрагентов недобросовестными, сделки с которыми заключаются для целей уменьшения налогооблагаемой базы.

При этом, отгрузка ООО «Новострой» в адрес ООО «Камстрой» товаров на общую сумму 7 990 555,16 рублей, в т.ч. НДС 1 331 759,19 рублей и в адрес ООО «Фаворит» на общую сумму 1 853 981,76 рубль в т.ч. НДС 308 996,96 рублей не может служить доказательством отсутствия у ООО «Новострой» цели сделок на уменьшение налогооблагаемой базы, в силу отказа директора ООО «Фаворит» ФИО17 от сделок с ООО «Новострой» и неопределенностью показаний директора ООО «Камстрой» ФИО18 относительно данных сделок, а также в связи с наличием признака высокого налогового риска, установленного в отношении ООО «Камстрой».

Суд первой инстанции необоснованно согласился с доводам инспекции о привлечении нотариусов к административной ответственности, поскольку данное обстоятельство не имеет отношения к оспариваемым решениям и настоящему спору.

Из представленных инспекцией в материалы дела таблиц со сводами IP-адресов не усматривается совпадение IP-адреса заявителя со спорными контрагентами, за исключением единичного случая совпадения IP-адреса заявителя с контрагентом ООО «СтройГрад», однако из представленных инспекцией ответов из кредитных организаций невозможно установить, какой именно банк предоставил ответы, так как документы представлены единым перемешанным скан файлом, из которых также следует, что ПАО «Сбербанк» предоставило ответ об отсутствии  информации в связи с длительным временем хранения, а также о том, что организация ООО «СтройГрад» в период с 01.01.2017 по 31.12.2018 снятие наличных не производило, Филиал Точка ПАО Банка «Финансовая Корпорация Открытие» предоставило информацию в отношении ООО «СтройГрад» за период с 10.03.2022 по 06.06.2022. Ответы из банков в отношении ООО «Новострой» инспекцией в материалы дела не представлены.

Согласно правовой позиции Арбитражного суда Поволжского округа, содержащейся в постановлении от 26 мая 2015 года № Ф06-23483/2015, одинаковые IP-адреса у нескольких контрагентов, которые одновременно выполняют схожие работы, не доказывают, что компания получает необоснованную налоговую выгоду. Указание на использование одного IP-адреса (МАС-адреса) при отправке платежных поручений в банк и представлении налоговой отчетности в налоговый орган, само по себе не свидетельствует о подписании этих документов одним и тем же лицом.

Налоговым органом в ходе мероприятий налогового контроля не получены доказательства использования указанными организациям одного ключа электронной цифровой подписи. Более того совпадения номеров телефонов и e-mail адресов, могут свидетельствовать, о том, что данные контрагенты обслуживаются в одной организации по осуществлению бухгалтерского сопровождения юридических лиц.

В соответствии с п. 3 ст. 7 ФЗ «О бухгалтерском учете» руководитель экономического субъекта обязан возложить ведение бухгалтерского учета на главного бухгалтера или иное должностное лицо этого субъекта либо заключить договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета.

Исходя из правового подхода Арбитражного суда Поволжского округа от 25.10.2022 по делу N А65-32963/2021 использование одного IP-адреса (МАС-адресов) для доступа к сети интернет двумя организациями по месту осуществления части хозяйственной деятельности не может являться доказательством взаимозависимости, так как вызвано техническими особенностями по подключению к данным помещениям сети "Интернет" через устройство беспроводной передачи данных.

При этом налоговый орган, ограничившись констатацией совпадения IP-адресов, не предпринял мер по установлению фактического устройства, которому принадлежит названный МАС-адрес, с которого осуществлялись банковские операции, в том числе не получены и не исследованы первичные документы, подтверждающие: арендные отношения (договоры, акты оказанных услуг и т.д.), а также отношения в части оказания бухгалтерских услуг, банковских договорах и других документов; не установлено какой именно IP-адрес (статический или динамический) использовали стороны сделки для подключения к системе «клиент - банк», сдачи отчетности и других электронных операций; оказание услуг интернет-провайдера; использование одного сертификата ЭЦП и т.д.

При таких обстоятельствах установление в ходе налоговой проверки использования одного IP-адреса (который без использования ключа электронной цифровой подписи клиента не является средством идентификации клиента автоматизированной системы расчетов) само по себе не может служить основанием для признания полученной обществом налоговой выгоды необоснованной.

Аналогичная позиция содержится в правовой позиции Арбитражного суда Поволжского округа по делу А55-30077/2022.

Как следует из Постановления Арбитражного суда Центрального округа от 04.05.2017г. № Ф10-1268/2017 IP-адреса необходимы для оказания услуг по передаче данных (предоставлению мобильного и фиксированного Интернета абонентам). IP-адрес является уникальным идентификационным номером компьютера, подключенного к какой-либо локальной сети или Интернету. Иными словами, это личный номер в компьютерной сети, представленный четырьмя десятичными числами в диапазоне от 0 до 255.

Первые два числа адреса определяют номер сети, последние два - номер узла (компьютера). При каждом подключении пользователь Интернета получает от провайдера один и тот же номер сети, а вот уникальный номер компьютера (узла), с которого осуществляется выход в сеть, каждый раз может меняться. Частое совпадение первых цифр в IP-адресе указывает на то, что компания и ее контрагенты имеют территориально близкие друг к другу точки доступа.

Само по себе совпадение указанных адресов не может достоверно и, безусловно, свидетельствовать о подконтрольности и согласованности действий налогоплательщика и его контрагентов.

IP-адреса бывают двух видов - статические и динамические. В большинстве случаев для подключения к сети применяются динамические IP-адреса, что дает провайдеру возможность обслуживать больше клиентов, чем реальное количество свободных адресов, находящихся во владении провайдера. В результате динамические IP-адреса соединения с Интернетом могут совпадать у весьма значительного числа устройств связи, если подключения к сети Интернет были осуществлены в разное время.

Заявителем в материалы дела представлено заключение специалиста АНО «Судебный эксперт» №1120/23 от 25.12.2023, в соответствии с которым IP-адреса 172.28.126.37, 172.28.126.38, 172.28.26.140, 172.28.126.36 относятся к адресам локальных сетей, автоматически настраивающихся на сотнях миллионов устройств. Вышеперечисленные IP-адреса предназначены только для использования в частном контексте, и трафик, который должен пересечь Интернет, должен будет использовать другой уникальный адрес. IP-адрес 46.29.73.157 является динамическим, меняющимся при каждом подключении к сети. У операторов связи часто набор IP-адресов ограничен, поэтому, когда новое устройство подключается к сети, ему выдается любой свободный адрес. После его отключения этот адрес может быть присвоен другому устройству. Хотя IP-адрес 46.29.77.126 и является статическим, важно отметить, что при определенных настройках компьютера, настройках сервера или настройках браузера несколько устройств, находящихся в одной локальной сети, независимо от их местоположения, могут выходить в сеть Интернет с отображением единого внешнего статического IP-адреса.

Как пояснил заявитель, перед экспертом ставился вопрос именно об изучении IP-адресов якобы совпавших между третьими лицами и ООО «Новострой», поэтому на изучение экспертов было поставлено только 6 IP-адресов. Между тем, выводы сделанные специалистами, относятся в том числе и к остальным указанным в оспариваемых решениях инспекции IP-адресам, поскольку специалисты описали диапазон IP-адресов, в который входили 6 представленных. При этом, на исследование специалистов были представлены выкопировки из оспариваемых решений инспекции.

Довод инспекции о недопустимости заключения специалистов АНО «Судебный эксперт» №1120/23 от 25.12.2023 как доказательства по делу отклоняется, поскольку иных доказательств, подготовленных квалифицированными специалистами инспекцией не представлено, квалификация специалистов АНО «Судебный эксперт». Согласно данным ЕГРЮЛ АНО «Центр по проведению судебных экспертиз и исследований» имеет сокращенное наименование АНО «Судебный эксперт», что делает несостоятельным довод инспекции об отсутствии у АНО «Судебный эксперт» свидетельства о государственной регистрации.

В отношении совпадения адресов электронной почты суд соглашается с доводом заявителя, что в материалах дела отсутствует принадлежность данных адресов конкретному лицу, также инспекция не представила доказательств, что электронные адреса не принадлежат организации, оказывающей бухгалтерские услуги по договорам оказания услуг.

Судом первой инстанции необоснованно признан правомерным довод инспекции о невключении заявителем во внереализационные доходы штрафных санкций, примененных к субподрядным организациям и задолженности перед ликвидированными организациями, поскольку заявителем в материалы дела представлены доказательства такого включения внереализационных доходов именно в период их возникновения, в тоже время, инспекцией не представлено, а судом первой инстанции не проанализированы доказательства формальности внереализационных расходов ООО «Новострой».

Суд первой инстанции, принимая обоснованным довод инспекции, что ссылка заявителя на бухгалтерскую отчетность за 2023 год не имеет отношение к операциям 2020 года, не связана с ликвидацией контрагентов в 2021 – 2022 гг. Заявитель не подтвердил отражение во внереализационных доходах сумм по операциям со спорными контрагентами, которые им исключены в уточненных декларациях за 2021 – 2022 гг в размере более 763 млн. рублей, неверно применил нормы материального права.

Ст. 271 НК РФ в целях настоящей главы доходы признаются в том отчетном (налоговом) периоде, в котором они имели место, независимо от фактического поступления денежных средств, иного имущества (работ, услуг) и (или) имущественных прав (метод начисления), если иное не предусмотрено пунктом 1.1 настоящей статьи.

Положения ст. 271 НК РФ обязывают налогоплательщиков отражать доход, в том числе внереализационный, именно в том периоде, в котором такой доход получен налогоплательщиком.

Соответственно, внереализационный доход отражается в учете налогоплательщика именно в момент начисления штрафных санкций и/или в момент исключения кредитора из ЕГРЮЛ.

Заявителем в материалы дела представлено доказательство включения в отчетность внереализационных доходов при начислении неустойки и ликвидации кредиторов в период получения такого внереализационного дохода и начисления налога на прибыль организации.

Пунктом 1 статьи 81 Налогового кодекса РФ установлена обязанность налогоплательщика при обнаружении налогоплательщиком в поданной им в налоговый орган налоговой декларации факта не отражения или неполноты отражения сведений, а также ошибок, приводящих к занижению суммы налога, подлежащей уплате, налогоплательщик обязан внести необходимые изменения в налоговую декларацию и представить в налоговый орган уточненную налоговую декларацию в порядке, установленном настоящей статьей.

При обнаружении налогоплательщиком в поданной им в налоговый орган налоговой декларации недостоверных сведений, а также ошибок, не приводящих к занижению суммы налога, подлежащей уплате, налогоплательщик вправе внести необходимые изменения в налоговую декларацию и представить в налоговый орган уточненную налоговую декларацию в порядке, установленном настоящей статьей. При этом уточненная налоговая декларация, представленная после истечения установленного срока подачи декларации, не считается представленной с нарушением срока.

Довод инспекции о систематическом включении заявителем в налоговую отчетность недостоверных сведений с использованием реквизитов технических компаний суд считает необоснованным и противоречащим положениям пункта 1 статьи 81 Налогового кодекса РФ о праве налогоплательщика подавать уточненные налоговые декларации неограниченное количество раз.

Как пояснил заявитель, полученные инспекцией в ходе оперативно розыскных мероприятий инструкции являются памятками о ходе реализации операций с контрагентами, подготовленными сотрудниками ООО «Новострой» в связи с длительностью проведения налоговых проверок и существенными оборотами заявителя для дачи пояснений на опросе в инспекции, а также с доводами заявителя, что ряд доказательств инспекции не имеет отношения к ООО «Новострой».

Содержание инструкций позволяет согласиться с заявителем, данные инструкции содержат краткое описание хронологии событий, которые находят свое отражение в заключённых сделках и пояснениях директора ООО «Новострой», данных налоговому органу при проведении допросов.

Судом первой инстанции также неверно истолкованы результаты экспертиз, проведенных в рамках расследования уголовного дела №12402360026000032 в отношении ФИО1

Как следует из материалов дела, при буквальном толковании постановлений о назначении экспертиз следует, что перед экспертами следователем Следственного комитета ФИО19 поставлены вопросы о сумме НДС в счетах-фактурах, выставленных спорными контрагентами в адрес ООО «Новострой», а также о сумме оплат от ООО «Новострой» в адрес спорных контрагентов исходя из движения денежных средств по расчетным счетам ООО «Новострой» и спорных контрагентов.

Вопрос о правомерности или неправомерности принятия ООО «Новострой» НДС от спорных контрагентов к вычету перед экспертами не ставился, соответственно в заключениях экспертиз №БУХ024/09 от 26.07.2024г. и №НАЛ023/09 от 26.07.2024г. данный вопрос не изучался, ответов на него заключения экспертизы не содержат.

Довод инспекции о несоответствии подписей руководителей спорных контрагентов, проставленных на заключенных с ООО «Новострой» договорах, актах выполненных работ, счетах-фактурах, товарных накладных и иных документах с подписью в паспортах руководителей в силу ст. 65 АПК РФ признается судом необоснованными, поскольку инспекцией не представлено доказательств наличия у инспекторов специальных познаний в области почерковедения, а также не представлены заключения специалистов, подтверждающие данный довод инспекции.

Как следует из материалов дела, налоговым органом предоставлен расчет максимальной численности работников, необходимый для выполнения работ, переданных ООО «НефтеГазоТехнологии» в адрес ООО «Новострой».

Согласно данным расчетам для выполнения всего объема работ требовалось от 528 до 884 человек. Согласно представленным в материалы дела заявителем сведениям, штатная численность ООО «Новострой» на 2020 год составляла от 70 до 100 человек.

С учетом изложенного, представляется очевидным, что для ООО «Новострой» невозможно, без привлечения субподрядных организаций, выполнить работы в сроки, установленные контрактом, при привлечении только собственных сотрудников.

В тоже время, в материалах дела отсутствуют доказательства невыполнения ООО «Новострой» работ, как и отсутствуют доказательства наличия претензий со стороны заказчиков. В случае несогласия налогового органа с привлечением ООО «Новострой» спорных контрагентов, налоговый орган обязан установить иных, реальных исполнителей данных работ, чего в материалах дела не имеется.

Аналогичная позиция отражена в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 12.07.2024 по делу №А55-11396/2023.

Федеральным законом от 18.07.2017 N 163-ФЗ статья 82 Кодекса дополнена пунктом 5, предусматривающим, что доказывание обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 Кодекса и (или) факта несоблюдения условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 54.1 Кодекса, производится налоговыми органами при проведении мероприятий налогового контроля в соответствии с разделами Кодекса V "Налоговая декларация и налоговый контроль", V.1 "Взаимозависимые лица. Общие положения о ценах и налогообложении. Налоговый контроль в связи с совершением сделок между взаимозависимыми лицами. Соглашение о ценообразовании" и V.2 "Налоговый контроль в форме налогового мониторинга".»

В силу ст. 20 Налогового кодекса Российской Федерации взаимозависимыми лицами для целей налогообложения признаются физические лица и (или) организации, отношения между которыми могут оказывать влияние на условия или экономические результаты их деятельности или деятельности представляемых ими лиц, а именно:

1) одна организация непосредственно и (или) косвенно участвует в другой организации, и суммарная доля такого участия составляет более 20 процентов. Доля косвенного участия одной организации в другой через последовательность иных организаций определяется в виде произведения долей непосредственного участия организаций этой последовательности одна в другой;

2) одно физическое лицо подчиняется другому физическому лицу по должностному положению;

3) лица состоят в соответствии с семейным законодательством Российской Федерации в брачных отношениях, отношениях родства или свойства, усыновителя и усыновленного, а также попечителя и опекаемого.

Из положений части 1 статьи 105.1 Налогового кодекса РФ предусмотрено, что если особенности отношений между лицами могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых этими лицами, и (или) экономические результаты деятельности этих лиц или деятельности представляемых ими лиц, указанные в настоящем пункте лица признаются взаимозависимыми для целей налогообложения (далее - взаимозависимые лица).

Для признания взаимной зависимости лиц учитывается влияние, которое может оказываться в силу участия одного лица в капитале других лиц, в соответствии с заключенным между ними соглашением либо при наличии иной возможности одного лица определять решения, принимаемые другими лицами. При этом такое влияние учитывается независимо от того, может ли оно оказываться одним лицом непосредственно и самостоятельно или совместно с его взаимозависимыми лицами, признаваемыми таковыми в соответствии с настоящей статьей.

Частью 2 статьи 105.1 Налогового кодекса РФ установлено, что с учетом пункта 1 настоящей статьи в целях настоящего Кодекса взаимозависимыми лицами признаются:

1) организации в случае, если одна организация прямо и (или) косвенно участвует в другой организации и доля такого участия составляет более 25 процентов;

2) физическое лицо и организация в случае, если такое физическое лицо прямо и (или) косвенно участвует в такой организации и доля такого участия составляет более 25 процентов;

3) организации в случае, если одно и то же лицо прямо и (или) косвенно участвует в этих организациях и доля такого участия в каждой организации составляет более 25 процентов;

4) организация и лицо (в том числе физическое лицо совместно с его взаимозависимыми лицами, указанными в подпункте 11 настоящего пункта), имеющее полномочия по назначению (избранию) единоличного исполнительного органа этой организации или по назначению (избранию) не менее 50 процентов состава коллегиального исполнительного органа или совета директоров (наблюдательного совета) этой организации;

5) организации, единоличные исполнительные органы которых либо не менее 50 процентов состава коллегиального исполнительного органа или совета директоров (наблюдательного совета) которых назначены или избраны по решению одного и того же лица (физического лица совместно с его взаимозависимыми лицами, указанными в подпункте 11 настоящего пункта);

6) организации, в которых более 50 процентов состава коллегиального исполнительного органа или совета директоров (наблюдательного совета) составляют одни и те же физические лица совместно с взаимозависимыми лицами, указанными в подпункте 11 настоящего пункта;

7) организация и лицо, осуществляющее полномочия ее единоличного исполнительного органа;

8) организации, в которых полномочия единоличного исполнительного органа осуществляет одно и то же лицо;

9) организации и (или) физические лица в случае, если доля прямого участия каждого предыдущего лица в каждой последующей организации составляет более 50 процентов;

10) физические лица в случае, если одно физическое лицо подчиняется другому физическому лицу по должностному положению;

11) физическое лицо, его супруг (супруга), родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры, опекун (попечитель) и подопечный;

12) организации в случае, если физическое лицо, имеющее в одной из таких организаций долю прямого и (или) косвенного участия более 25 процентов и (или) полномочия по назначению (избранию) единоличного исполнительного органа организации или по назначению (избранию) не менее 50 процентов состава коллегиального исполнительного органа или совета директоров (наблюдательного совета) организации, и физическое лицо, имеющее в другой из таких организаций указанную долю участия и (или) указанные полномочия, признаются взаимозависимыми лицами в соответствии с подпунктом 11 настоящего пункта. В целях настоящего подпункта наличие полномочий по назначению (избранию) единоличного исполнительного органа организации или по назначению (избранию) не менее 50 процентов состава коллегиального исполнительного органа или совета директоров (наблюдательного совета) организации определяется для физического лица совместно с его взаимозависимыми лицами, указанными в подпункте 11 настоящего пункта;

13) лицо и организация, которые в соответствии со статьей 25.13 настоящего Кодекса признаются в целях настоящего Кодекса соответственно контролирующим лицом и контролируемой иностранной компанией;

14) организации, которые в соответствии со статьей 25.13 настоящего Кодекса признаются в целях настоящего Кодекса контролируемыми иностранными компаниями и контролирующим лицом которых является одно и то же лицо.

Учитывая положения ст. 20 Налогового кодекса Российской федерации суд находит необоснованным довод инспекции о наличии взаимосвязи между спорными контрагентами, пользующимися услугами одних нотариусов, у которых имеется совпадение электронной почты и IP-адресов, поскольку данные показатели не являются критерием взаимосвязи. Также суд отмечает, что в оспариваемых решениях инспекция указывает на 62 обобщающих параметра, по которым инспекция выявила участников «площадки», в которую входят более 150 организаций, однако из оспариваемых решений и всех представленных в материалы дела пояснений усматривается только 6 обобщающих признаков, которые не являются таковыми, что делает довод инспекции об участии спорных контрагентов в «площадке» необоснованным.

Учитывая положения приведенного выше налогового законодательства, судом первой инстанции необоснованно признаны взаимосвязанными лицами ООО «Новострой» и ООО ТК «СтройНефтеГаз», ООО «КП Проран», ООО «Капитал», ООО «Трансконтиненталь», ИП ФИО20, ИП ФИО21, ИП ФИО22, ООО ЧОО «Самарская служба безопасности», АО «Походно-туристическая база», ООО «НефтеГазоТехнологии», поскольку инспекций не представлено доказательств наличия признаков взаимозависимости между юридическими лицами определенных статьей 20 и 105.1 Налогового кодекса РФ в проверяемом периоде.

Установленные судом факты свидетельствуют об ошибочности выводов налогового органа, основанных на неполном выяснении обстоятельств взаимоотношений заявителя со спорными контрагентами, на ненадлежащих доказательствах, противоречивых показаниях свидетелей, информации не относимой к периоду проверки, противоречивости выводов налогового органа, поскольку по ряду контрагентов при аналогичных обстоятельствах и схожих документах, представленных на проверку, возражения налогоплательщика были приняты.

Инспекция указывает на минимальные отчисления контрагентами НДС, однако достоверность налоговой отчётности, представленной контрагентами, не может опровергаться лишь незначительной итоговой суммой НДС, исчисленной к уплате в бюджет, значительной долей заявленных налоговых вычетов.

Судом первой инстанции не учтена аналогичная правоприменительная позиция, получившая отражение в Определении Верховного Суда РФ от 14.05.2020 по делу №А42- 7695/2917.

В рассматриваемом случае, как указывалось ранее, налоговым органом не установлены признаки вывода денежных средств контрагентами в адрес заявителя, фиктивность совершаемых операций и иные порочащие достоверность налоговой отчетности и полноту уплаты налогов контрагентами факты.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017 года, факт неисполнения поставщиком обязанности по уплате налогов сам по себе не может являться основанием для возложения негативных последствий на налогоплательщика, проявившего должную осмотрительность при выборе контрагента, при условии реального исполнения заключенной сделки.

В связи с указанным выше суд первой инстанции необоснованно не счёл правомерным довод Общества об отсутствии у него реальной возможности убедиться как в указанных обстоятельствах, так и в иных фактах финансово-хозяйственной деятельности контрагентов, их взаимоотношений с налоговыми органами, как в силу банковской, так и налоговой тайны.

При этом, суд первой инстанции не принял во внимание, что спорные контрагенты к ответственности за совершение налоговых правонарушений не привлекались.

Так, меры по установлению надлежащей деловой репутации контрагента по гражданско-правовому договору включают в себя, в частности, получение налогоплательщиком от контрагента копии свидетельства о постановке на учет в налоговом органе, проверку факта занесения сведений о контрагенте в Единый государственный реестр юридических лиц, получение доверенности или иного документа, подтверждающего необходимые полномочия представителя на подписание документов от имени контрагента, использование официальных источников информации, характеризующих деятельность контрагента (письмо Минфина РФ и ФНС России от 11.02.2010 N 3-7-07/84, письмо Минфина РФ от 31.12.2008 N 03-02-07/2-231, письмо Минфина РФ от 29.11.2013 N 03-02- 07/1/51753).

Таким образом, оценив и исследовав в совокупности и взаимосвязи, установленные факты с обстоятельствами, положенными налоговым органом в основу оспариваемого решения, суд первой инстанции необоснованно счёл выводы налогового органа об отсутствии реальности сделок с указанными контрагентами обоснованными, и пришел к выводу о доказанности налоговым органом наличия согласованных, неправомерных и умышленных действий заявителя и спорных контрагентов, а также создании видимости гражданско-правовых отношений, направленных на получение заявителем необоснованной налоговой выгоды.

В материалах дела отсутствуют доказательства подконтрольности контрагентов, взаимозависимости указанных контрагентов, «обналичивания» денежных средств налогоплательщиком, а наличие разрывов 2-го, 3-го звена по данным АСК «НДС-2» само по себе не могут свидетельствовать об искусственности совершенных заявителем сделок. Оценивая действия заявителя при заключении договоров, суд первой инстанции необоснованно отклонил довод, что налогоплательщиком была проявлена должная осмотрительность. Заявитель удостоверился в правоспособности контрагентов, контрагентами предоставлены правоустанавливающие документы.

Действия заявителя полностью соответствовали указаниям, изложенным в письме Минфина от 10.04.2009 № 03-02-07/1-177, по проявлению должной осмотрительности. Из материалов дела следует, что реальность хозяйственных операций заявителя с контрагентами подтверждена договорами, счетами-фактурами, товарными накладными, платежными поручениями, и, документами, представленными по запросу налогового органа, указанных судом по каждому спорному контрагенту в отдельности, надлежащих доказательств недостоверности которых не имеется.

При этом выводы Инспекции о создании заявителем фиктивного документооборота, не подтверждаются представленными в материалы дела доказательствами и установленными судом фактами.

Аналогичная позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 03.12.2024 по делу №А65-29839/2023.

Согласно ст. 109 НК РФ лицо не может быть привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: 1) отсутствие события налогового правонарушения; 2) отсутствие вины лица в совершении налогового правонарушения.

Таким образом, умысел налогоплательщика должен быть доказан совокупностью обстоятельств совершения налогового правонарушения в их единстве, взаимосвязи и взаимозависимости.

Доказывание умысла в налоговом правонарушении состоит в комплексном выявлении и документальном закреплении обстоятельств, как прямо, так и косвенно указывающих на то, что лицо (налогоплательщик) осознавало противоправный характер своих действий (бездействия), желало либо сознательно допускало наступление вредных последствий таких действий (бездействия).

В пунктах 1 и 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" разъяснено, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах в целях получения налоговой выгоды, является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы; налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Конституционный Суд Российской Федерации в этой связи подчеркивал, что налоговое законодательство не исключает в налоговых правоотношениях действия принципа диспозитивности и допускает возможность выбора налогоплательщиком того или иного метода учетной политики (применения налоговых льгот или отказа от них, применения специальных налоговых режимов и т.п.), которая, однако, не должна использоваться для неправомерного сокращения налоговых поступлений в бюджет в результате злоупотребления налогоплательщиками своими правомочиями.

По смыслу положений Постановления N 53 применение налогоплательщиками специальных налоговых режимов, наряду с уменьшением налоговой базы, получением налогового вычета, возмещением налога из бюджета, объединяется понятием налоговой выгоды.

В силу действия принципа добросовестности налогоплательщиков предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

В п. 3 Постановления N 53 предусмотрено, что налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

Пунктом 4 названного постановления определено, что налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

В соответствии с пунктом 9 постановления N 53 установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия налоговым органом оспариваемого акта, возлагается на этот орган.

Делая вывод о нереальности хозяйственных операций между ООО «Новострой» и спорными контрагентами, в том числе в силу отсутствия у спорных контрагентов квалифицированных сотрудников, свидетельств СРО у части контрагентов, инспекция не приводит в оспариваемых решениях доказательств, опровергающих фактическое приобретение, оприходование, а также использование заявителем в своей производственной деятельности работ, выполнение которых заявлено от спорных контрагентов.

Инспекцией не установлены иные контрагенты, которые, в том числе без документального оформления взаимоотношений фактически могли выполнить спорные работы.

В соответствии с пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» по результатам рассмотрения дела арбитражный суд апелляционной инстанции согласно пункту 2 статьи 269 АПК РФ выносит постановление, которым отменяет судебный акт первой инстанции с указанием обстоятельств, послуживших основаниями для отмены судебного акта (часть 4 статьи 270 Кодекса), и принимает новый судебный акт.

В рассматриваемом случае решение суда подлежит отмене по пункту 3 части 1 статьи 270 АПК РФ как вынесенное при несоответствии выводов, изложенных  в решении, обстоятельствам дела, с принятием нового судебного акта о частичном удовлетворении заявленных требований и признании незаконным решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №16 по Самарской области №1774 от 05.09.2023 о привлечении ООО «Новострой» к ответственности за совершение налогового правонарушения в части доначисления налога на добавленную стоимость по взаимоотношениям с ООО «СтройГрад» на сумму 15 006 518,19 рублей, ООО «Промкомплект» на сумму 8 341 912,51 руб., и соответствующих штрафов, как не соответствующее требованиям Налогового кодекса Российской Федерации; признании  незаконным решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №16 по Самарской области №1785 от 05.09.2023 о привлечении ООО «Новострой» к ответственности за совершение налогового правонарушения в части доначисления налога на добавленную стоимость по взаимоотношениям с ООО «Профпартнер» на сумму 9 692 636,73 рублей, ООО «Премиум» на сумму 9 118 595,67 рублей, ООО «Динамикс» на сумму 7 206 981,59 рубль, ООО «АльфаСтрой» на сумму 17 107 987,34 рублей и соответствующих штрафов, как не соответствующее требованиям Налогового кодекса Российской Федерации и признании незаконными решений Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №16 по Самарской области №1776 от 05.09.2023 и №1778 от 05.09.2023 о привлечении ООО «Новострой» к ответственности за совершение налогового правонарушения, как не соответствующие требованиям Налогового кодекса Российской Федерации.

В остальной части решение Арбитражного суда Самарской области от 24 декабря 2024 года по делу № А55-37434/2023 следует оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Расходы по оплате государственной пошлины распределяются в соответствии с положениями ст. 110 АПК РФ.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда Самарской области от 24 декабря 2024 года по делу № А55-37434/2023 отменить в части.

Признать незаконным решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №16 по Самарской области №1774 от 05.09.2023 о привлечении ООО «Новострой» к ответственности за совершение налогового правонарушения в части доначисления налога на добавленную стоимость по взаимоотношениям с ООО «СтройГрад» на сумму 15 006 518,19 рублей, ООО «Промкомплект» на сумму 8 341 912,51 руб., и соответствующих штрафов, как не соответствующее требованиям Налогового кодекса Российской Федерации

Признать незаконным решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №16 по Самарской области №1785 от 05.09.2023 о привлечении ООО «Новострой» к ответственности за совершение налогового правонарушения в части доначисления налога на добавленную стоимость по взаимоотношениям с ООО «Профпартнер» на сумму 9 692 636,73 рублей, ООО «Премиум» на сумму 9 118 595,67 рублей, ООО «Динамикс» на сумму 7 206 981,59 рубль, ООО «АльфаСтрой» на сумму 17 107 987,34 рублей и соответствующих штрафов, как не соответствующее требованиям Налогового кодекса Российской Федерации

Признать незаконными решения Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №16 по Самарской области №1776 от 05.09.2023 и №1778 от 05.09.2023 о привлечении ООО «Новострой» к ответственности за совершение налогового правонарушения, как не соответствующие требованиям Налогового кодекса Российской Федерации.

В остальной части решение Арбитражного суда Самарской области от 24 декабря 2024 года по делу № А55-37434/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с Межрайонной ИФНС России №16 по Самарской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу ООО «Новострой» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 54 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины.

Вернуть ООО «Новострой» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) из федерального бюджета излишне уплаченную государственную пошлину по платежному поручению №7788 от 15.11.2023 в размере 6000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                           Н.В. Сергеева

Судьи                                                                                                          И.С. Драгоценнова

В.А. Корастелев