АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ-ЧУВАШИИ

428000, Чувашская Республика, г. Чебоксары, проспект Ленина, 4 http://www.chuvashia.arbitr.ru/

 

 

 

Именем Российской Федерации

 

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А79-3231/2023

г. Чебоксары

19 июня 2023 года

Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии в составе судьи Васильева Е.В.,

рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по исковому заявлению

ZeptoLab UK Limited (ЗептоЛаб Юкей Лимитед) Адрес: Staple Court, 11 Staple Inn Buildings, London WC1V 7QH, UK (Стейпл Корт, 11 Стейпл Инн Билдингз, Лондон WC1V 7QH, Великобритания) Регистрационный номер Компании: 07493468,

к индивидуальному предпринимателю ФИО1, ОГРНИП 314213002400161, ИНН 

<

***>, 428027, г. Чебоксары, Чувашская Республика, 

о взыскании 50000 руб., 

установил:

Компания ZeptoLab UK Limited (ЗептоЛаб Юкей Лимитед) (далее – истец) обратилась в арбитражный суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик) о взыскании 50000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 1 121 714 (по 25000 руб. за каждый факт нарушения исключительных прав истца).

Истец также просил взыскать с ответчика 612 руб. расходов, связанных с приобретением товара, 483 руб. 04 коп. почтовых расходов на отправку претензии и искового заявления.

Определением Арбитражного суда Чувашской Республики - Чувашии от 28.04.2023 исковое заявление принято к производству в порядке упрощенного производства.

О принятии искового заявления в порядке упрощенного производства стороны извещены надлежащим образом.

12.05.2023 и 23.05.2023 в суд поступило ходатайства истца о приобщении диска с видеозаписями покупки товаров, спорных товаров, а также подлинников и заверенных копий документов, приложенных к иску, а также письменные пояснения относительно представленных документов.

13.06.2023 от ответчика в суд поступил отзыв, в котором исковые требования не признал и просил отказать в удовлетворении иска в полном объеме. Ответчик указал, что истец не доказал факт нарушения. Представленные истцом кассовые чеки не содержат схожего с объектом интеллектуальной собственности рисунка товара. Истцом не представлено доказательств принадлежности ему исключительных прав. Подобным доказательством является экспертное заключение, проведенное со всеми требованиями действующего законодательства, выводы которого либо указывают на то, что исключительные права на реализованный товар принадлежат истцу либо нет. В отсутствии экспертного заключения невозможно сделать однозначный вывод о нарушении исключительных интеллектуальных прав истца. Кроме того, приобретение товара осуществлялось не правоохранительными органами, ими не был зафиксирован факт продажи нарушения, сам приобретенный товар не был изъят и не представлен при подаче искового заявления. Закупки были произведены в течение короткого промежутка времени, после осуществления первой закупки ответчику не предупреждался истцом о нарушении исключительных прав на товарные знаки, требований о прекращении нарушения прав истца ответчику не поступало. При доказанном единстве намерений правонарушителя количество контрафактных экземпляров, товаров (размер партии, тиража, серии и так далее) может свидетельствовать о характере правонарушения в целом и подлежит учету судом при определении конкретного размера компенсации. В случае удовлетворения иска, ответчик заявил ходатайство о снижении компенсации на основании постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 №28-П и пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, ссылаясь на незначительную стоимость товара, несоразмерную размеру заявленных требований; отсутствие в материалах дела доказательств грубого характера нарушений прав данного правообладателя, исходя из принципов разумности и справедливости, истец не понес значительных убытков вследствие непреднамеренных действия ответчика, на наличие у ответчика значительной задолженности по кредитным договорам, небольшой доход от осуществления предпринимательской деятельности, наличие на иждивении трех несовершеннолетних детей. Ответчик также заявил возражения против рассмотрения дела в порядке упрощенного производства.

15.06.2023 от истца в суд поступили письменные возражения на отзыв ответчика. Истец указал, что, вопреки доводам ответчика, в материалах дела содержится достаточная совокупность доказательств, свидетельствующих о реализации контрафактной продукции именно ответчиком. В материалы дела были представлены следующие доказательства: контрафактные товары, копии чеков, а также видеозаписи покупок спорных товаров. Из представленных истцом видеозаписей усматривается факт реализации продавцом в торговых точках ответчика контрафактных товаров с выдачей кассовых чеков. Вопреки доводам ответчика, для установления принадлежности исключительных прав не требуется экспертное заключение. Истец не согласен с доводами ответчика о последовательном характере закупок. Вопреки доводам ответчика, каждое допущенное ответчиком нарушение следует рассматривать в качестве самостоятельного нарушения (ст. 1515 ГК РФ, ст. 1301 ГК РФ, п. 60, п. 64, п. 68 постановления Пленума ВС РФ №10 от 23.04.2019). Истец не согласен с доводами ответчика о том, что в его действиях усматриваются признаки единства намерения. Из смысла п. 65 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10 от 23.04.2019 следует, что единым намерением нарушителя может охватываться действие по реализации оптовой партии товаров, которую нарушитель одним действием реализует другому конкретному лицу и имеет определенную цель осуществить такую продажу именно этому лицу. При этом для вывода о наличии у лица единства намерений судом должно быть установлено наличие у такого лица умысла на реализацию оптовой партии товаров, в результате чего нарушитель одним действием осуществляет поставку партии товаров другому лицу, например. В настоящем случае из обстоятельств дела наличие у ответчика такого намерения не следует: Ответчик является розничным продавцом, который осуществляет реализацию товаров обычным потребителям, и не имеет своей целью реализацию партии товаров. Бремя доказывания факта наличия единства намерений лежит на ответчике. Согласно правовой позиции, содержащейся в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 27.11.2019 по делу № А40-182072/2017, из пункта 65 постановления № 10 следует, что по общему правилу каждая сделка купли-продажи материальных носителей является самостоятельным нарушением исключительного права, если не доказано единство намерений правонарушителя при совершении нескольких сделок (например, единое намерение нарушителя распространить партию контрафактных экземпляров одного произведения или контрафактных товаров). Аналогичный подход изложен в пункте 36 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015. Вопреки указанным требованиям, ответчиком доказательств единства намерений при использовании им спорного результата интеллектуальной деятельности, в материалы дела не представлено, в связи с чем оснований полагать, что ответчиком совершен один факт нарушения, не имеется. При рассмотрении настоящего дела ответчиком не заявлялось о единстве его намерений на распространение партии контрафактных товаров, также как и не представлялись доказательства наличия единства намерений на продажу товаров в партии (размер партии, тиража, серии и так далее). Ответчик позиционирует себя как розничный продавец, и намерения на реализацию оптовой партии у него не было. Ответчиком была осуществлена продажа товаров в разное время, в разных точках, по разным чекам, что исключает единство намерений. Ответчиком не представлено доказательств единства намерений (размер партии, тиража, серии и так далее). Товары были реализованы ответчиком в разные даты, в разных торговых точках, на каждый товар выдан отдельно чек, что подтверждает самостоятельность нарушений исключительных прав в отношении каждого объекта. Истец также возражал против снижения размера компенсации на основании заявленного ответчиком ходатайства. 

Суд отказывает ответчику в удовлетворении ходатайства о переходе к рассмотрению дела по общим правилам искового производства, поскольку основания для  разрешения дела в общем порядке, установленные частью 5 статьи 227 АПК РФ, отсутствуют. Само по себе заявление о переходе по общим правилам искового производства таким основанием не является. Ответчиком доказательства невозможности рассмотрения дела в порядке упрощенного производства не представлены.

В порядке части 5 статьи 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в порядке упрощенного производства без вызова сторон по истечении сроков, установленных судом для представления доказательств и иных документов.

Изучив материалы дела, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, истец является правообладателем товарного знака № 1 121 714 (стилизованное изображение персонажа "Ам-Ням").

В Международный реестр товарных знаков, зарегистрированных в соответствии с Мадридским соглашением о международной регистрации знаков от 28.06.1989 и протоколом к нему внесена запись о регистрации за правообладателем товарного знака № 1 121 714 от 06.02.2012, что подтверждено соответствующим свидетельством Всемирной организации интеллектуальной собственности.

Товарный знак № 1 121 714 имеет правовую охрану в отношении перечня товаров и услуг - 28 класса Международной классификации товаров и услуг, включающего, в том числе игрушки.

В соответствии с п. 1 ст. 4 Мадридского соглашения о международной регистрации знаков от 14.04.1891, участником которого является РФ, с момента регистрации, произведенной в Международном бюро в соответствии с положениями статей 3 и 3-ter, в каждой заинтересованной договаривающейся стране знаку предоставляется такая же охрана, как если бы он был заявлен там непосредственно. Следовательно, вышеуказанный товарный знак имеет международную охрану, в том числе и на территории Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, в ходе закупки, произведенной 24.11.2021 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

...>, установлен факт продажи контрафактного товара (мягкая игрушка). В подтверждение продажи был выдан кассовый чек: Наименование продавца: ИП ФИО1 Дата продажи: 24.11.2021. ИНН продавца: 

<

***>. Указанный товар выполнен в виде объемной фигуры, имитирующей обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком № 1 121 714.

Кроме того, в ходе закупки, произведенной 28.11.2021 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

...>, установлен факт продажи контрафактного товара (мягкая игрушка). В подтверждение продажи был выдан кассовый чек: Наименование продавца: ИП ФИО1 Дата продажи: 28.11.2021. ИНН продавца: 

<

***>. Указанный товар выполнен в виде объемной фигуры, имитирующей обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком № 1 121 714.

В подтверждение данных обстоятельств в материалы дела представлены диск с видеозаписями процессов приобретения товаров, кассовые чеки, а также сами товары, которые приобщены к материалам дела в качестве вещественного доказательства.

Ссылаясь на нарушение своих исключительных прав, истец направил в адрес ответчика претензию о выплате компенсации за нарушение своих исключительных прав.

Указанная претензия была оставлена ответчиком без удовлетворения, что послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящими исковыми требованиями.

В соответствии со статьей 1226 Гражданского кодекса Российской  Федерации на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним  средства индивидуализации признаются интеллектуальные права, которые  включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные  права (право следования, право доступа и другие).

Статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено,   что   гражданин   или   юридическое   лицо,  обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.  

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если этим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению  разрешать  или  запрещать  другим  лицам  использование  результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.       Отсутствие  запрета не считается согласием (разрешением). Другие  лица не   могут   использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия  правообладателя, за исключением       случаев,  предусмотренных  этим  Кодексом.  

Использование  результата  интеллектуальной деятельности или средства  индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными этим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия  правообладателя, является незаконным и влечет  ответственность,  установленную   Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Гражданским кодексом Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации  под товарным знаком понимается обозначение, служащее для индивидуализации        товаров  юридических  лиц  или  индивидуальных предпринимателей.

В соответствии со статьей 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации  на товарный знак, зарегистрированный в  Государственном  реестре  товарных  знаков,  выдается  свидетельство  на  товарный  знак  (пункт  1).

Свидетельство на товарный  знак  удостоверяет  приоритет  товарного  знака  и исключительное право на товарный знак в отношении товаров,  указанных в  свидетельстве (пункт 2).

Согласно пункту 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность  смешения.

Согласно пункту 1 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешений  обозначение, являются контрафактными. 

Указанная норма применяется в нормативном  единстве с  пунктом  4  статьи  1252  Гражданского кодекса Российской Федерации,  в  соответствии  с  которым  в  случае,  когда  изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к  нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные  носители считаются контрафактными.

Таким образом, средство индивидуализации (товарный знак) может быть не только размещено на товаре, но и выражено в товаре иным способом.

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности", вопрос о сходстве до степени смешения является вопросом факта и может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует. Экспертиза в силу части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации назначается лишь в случае, когда для сравнения обозначений требуются специальные знания.

Исследовав и оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности представленные в материалы дела доказательства, а также с учетом общего восприятия товарного знака и товаров, которые были реализованы ответчиком, суд приходит к выводу о доказанности факта реализации ответчиком товаров с использованием товарного знака, права на который принадлежат истцу.

Согласно пункту 60 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской  Федерации» требование о взыскании компенсации носит имущественный характер. Нарушение прав на каждый результат  интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальных прав (статьи 1225, 1227, 1252 ГК РФ). 

Принадлежность истцу исключительных прав на товарный знак подтверждена материалами дела.

Доказательства, свидетельствующие о наличии согласия правообладателя товарного знака на реализацию товаров с размещенными на них объектами интеллектуальной собственности, суду не представлены.  

Сведения о наличии у Предпринимателя прав на использование названного товарного знака в материалах дела отсутствуют.

Поскольку нарушены исключительные права правообладателя, истцом правомерно заявлено требование о взыскании компенсации.

Реализация ответчиком спорных товаров подтверждена кассовыми чеками, видеозаписями покупок.

Видеозаписи процесса закупок при непрерывающейся съемке отчетливо фиксируют обстоятельства заключения договоров розничной купли-продажи (процесс выбора покупателем приобретенного товара, оплату товара и выдачу продавцом чека).

Исходя из анализа положений статей 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, видеосъемка при фиксации факта неправомерного использования ответчиком объектов интеллектуальной собственности истца является соразмерным и допустимым способом самозащиты и отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

В пункте 55 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что представленные в материалы дела доказательства в совокупности в достаточной мере подтверждают факты незаконного использования ответчиком принадлежащих истцу результатов интеллектуальной деятельности.

Как следует из видеозаписей, во время закупки было приобретено несколько товаров. Вместе с тем, видеозаписи покупки товаров позволяют определить, что стоимость спорной игрушки, приобретенной 24.11.2021, составила 306 руб.; стоимость спорной игрушки, приобретенной 28.11.2021, составила 306 руб.; всего на общую сумму 612 руб. Указанные цены указаны также в чеках.

Согласно пункту 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2006 №15 "О вопросах, возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об авторском праве и смежных правах" при разрешении вопроса о том, какой стороне надлежит доказывать обстоятельства, имеющие значение для дела о защите авторского права или смежных прав, суду необходимо учитывать, что ответчик обязан доказать выполнение им требований указанного закона при использовании произведений и (или) объектов смежных прав. В противном случае физическое или юридическое лицо признается нарушителем авторского права и (или) смежных прав и для него наступает гражданско-правовая ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Доказательств представления ответчику права на введение в гражданский оборот и распространение указанных товаров, изготовленных с использованием принадлежащих истцу объектов интеллектуальной собственности в установленном порядке (наличие лицензионного соглашения и т.п.), в материалы дела не представлено.

Таким образом, представленные в торговых точках ответчика товары введены в оборот без разрешения правообладателя, и в соответствии с частью 4 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации являются контрафактными, поскольку в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

Доказательств наличия оснований для освобождения от ответственности в виде компенсации за нарушение прав истца на объекты интеллектуальной собственности ответчиком не представлено.

Доводы ответчика о том, что максимальное возможное допущенное нарушение исключительных прав истца составило не более 1, так закупки были произведены в течение короткого промежутка времени (с 24 по 28 ноября 2021 года), а также ссылки на единство намерений правонарушителя, признаются судом несостоятельными.

Согласно пункту 65 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" распространение нескольких материальных носителей при неправомерном использовании одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации составляет одно правонарушение, если такое нарушение охватывается единством намерений правонарушителя (например, единое намерение нарушителя распространить партию контрафактных экземпляров одного произведения или контрафактных товаров). При этом каждая сделка купли-продажи (мены, дарения) материальных носителей (как идентичных, так и нет) квалифицируется как самостоятельное нарушение исключительного права, если не доказано единство намерений правонарушителя при совершении нескольких сделок. При доказанном единстве намерений правонарушителя количество контрафактных экземпляров, товаров (размер партии, тиража, серии и так далее) может свидетельствовать о характере правонарушения в целом и подлежит учету судом при определении конкретного размера компенсации.

Согласно пункту 68 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" выражение нескольких разных результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации в одном материальном носителе (в том числе воспроизведение экземпляров нескольких произведений, размещение нескольких разных товарных знаков на одном материальном носителе) является нарушением исключительного права на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации (абзац третий пункта 3 статьи 1252 ГК РФ).

Как обоснованно указывает истец в своих возражениях, с учетом изложенного каждое допущенное ответчиком нарушение следует рассматривать в качестве самостоятельного нарушения. Ответчик в нарушение требований статьи 65 АПК РФ не представил каких-либо доказательств в обоснование довода о единстве намерений. В настоящем случае из обстоятельств дела наличие у ответчика такого намерения не следует: Ответчик является розничным продавцом, который осуществляет реализацию товаров обычным потребителям, и не имеет своей целью реализацию партии товаров. В связи с чем оснований полагать, что ответчиком совершен один факт нарушения, не имеется. При рассмотрении настоящего дела ответчиком не заявлялось о единстве его намерений на распространение партии контрафактных товаров, также как и не представлялись доказательства наличия единства намерений на продажу товаров в партии (размер партии, тиража, серии и так далее). Ответчик позиционирует себя как розничный продавец, и намерения на реализацию оптовой партии у него не было. Ответчиком была осуществлена продажа товаров в разное время, в разных точках, по разным чекам, что исключает единство намерений. Ответчиком не представлено доказательств единства намерений (размер партии, тиража, серии и так далее). Товары были реализованы ответчиком в разные даты, в разных торговых точках, на каждый товар выдан отдельно чек, что подтверждает самостоятельность допущенных нарушений исключительных прав.

В соответствии со статьей 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Согласно пункту 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе потребовать по своему выбору от нарушителя  вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения. 

В пункте 61 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" определено, что, заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы  компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере. 

Как указано в пункте 62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Истец просит взыскать с ответчика 50000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 1 121 714 (по 25000 руб. за каждый факт нарушения исключительных прав истца), то есть, в размере, превышающем минимальный размер, предусмотренный статьей 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ответчик заявил ходатайство о снижении компенсации на основании постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 №28-П и пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, ссылаясь на незначительную стоимость товара, отсутствие в материалах дела доказательств грубого характера нарушений прав данного правообладателя, исходя из принципов разумности и справедливости, истец не понес значительных убытков вследствие непреднамеренных неправомерных действия ответчика, на наличие у ответчика значительной задолженности по кредитным договорам, небольшой доход от осуществления предпринимательской деятельности, наличие на иждивении трех несовершеннолетних детей.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 13.12.2016 N 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301 и 1311 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях: - убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком; - правонарушение совершено ответчиком впервые; - использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Как указал Суд по интеллектуальным правам, ответчику, заявляющему о необходимости снижения размера компенсации на основании критериев, указанных в постановлении от 13.12.2016 N 28-П, надлежит доказать наличие не одного из этих критериев, а их совокупность, поскольку каждый из них не является самостоятельным основанием для снижения размера компенсации ниже низшего предела, установленного действующим гражданским законодательством. При этом однократность совершения нарушения подразумевает то, что противоправное деяние, в том числе в сфере нарушения интеллектуальных прав, было совершенно лицом впервые независимо от конкретных обстоятельств нарушения и лица, чье право было нарушено такими действиями. Если нарушение предпринимателем исключительных прав на объекты интеллектуальной деятельности было совершено не впервые, то у судов отсутствуют правовые основания для снижения заявленного компанией размера компенсации ниже предела установленного действующим гражданским законодательством на основании критериев, изложенных в постановлении от 13.12.2016 N 28-П, поскольку отсутствует вся совокупность обстоятельств, влияющих на возможность такого снижения (постановление Суда по интеллектуальным правам от 29.01.2019 N С01-1149/2018 по делу N А08-1197/2018).

Поскольку ранее ИП ФИО1 привлекался к ответственности за нарушения в сфере интеллектуальных прав, в данном случае отсутствуют основания для снижения заявленного компанией размера компенсации ниже предела установленного действующим гражданским законодательством на основании критериев, изложенных в постановлении от 13.12.2016 N 28-П.

Согласно абзацу 3 пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

В данном случае абзац 3 пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации также не подлежит применению к спорным правоотношениям, поскольку установлено, что права истца были нарушены в результате не одного, а двух самостоятельных случаев нарушения.

Вместе с тем, при определении размера компенсации суд учитывает, что рассматриваемые нарушения выражены в товаре, который не произведен самим ответчиком, контрафактный товар продан в незначительном объеме и незначительной стоимости, нарушение исключительных прав истца не носило грубый характер, истец не понес значительных убытков вследствие неправомерных действий ответчика, наличие у ответчика значительной задолженности по кредитным договорам, нахождение на иждивении трех несовершеннолетних детей.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, суд с учетом принципа разумности и справедливости, исходя из необходимости сохранения баланса прав и законных интересов сторон, суд приходит к выводу о соразмерной компенсации за нарушение исключительных прав истца по 10000 руб. компенсации за каждое допущенное нарушение, то есть, в минимальном размере, предусмотренном 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации: за нарушение, совершенное 24.11.2021 – в размере 10000 руб., за нарушение, совершенное 28.11.2021 – в размере 10000 руб., в общей сумме 20000 руб. 

То обстоятельство, что ответчик ранее привлекался к ответственности за нарушение исключительных прав, по мнению суда, не препятствует определению судом размера компенсации в указанном размере, с учетом установленных обстоятельств по делу.

Правовых оснований для еще большего снижения размера компенсации у суда не имеется.

В удовлетворении остальной части исковых требований суд отказывает.

Истец также просит взыскать с ответчика 2000 руб. расходов на уплату государственной пошлины, 612 руб. в возмещение расходов на приобретение товара, 483 руб. 04 коп. в возмещение почтовых расходов на отправку ответчику претензии и копии искового заявления.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Как указывается в постановлении Конституционного Суда РФ от 28.10.2021 № 46-П, согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2016 года №28-П и от 24 июля 2020 года № 40-П при принятии судом решения о снижении размера компенсации за нарушение исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности, определенной истцом (правообладателем) в минимальном размере, установленном законом, - как по основаниям его принятия, так и по вызываемым юридическим последствиям - не может отождествляться с частичным удовлетворением исковых требований, обусловленным отсутствием (недоказанностью) надлежащих оснований для их признания судом полностью обоснованными. 

Учитывая изложенное, поскольку истец просил взыскать с ответчика компенсацию в размере, превышающем минимальный размер, предусмотренный статьей 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, с ответчика подлежит взысканию в пользу истца 438 руб. 02 коп. судебных издержек (расходов на приобретение товара и почтовых расходов), 800 руб. расходов на уплату государственной пошлины, пропорционально удовлетворенным требованиям.

Отклоняя доводы истца о необходимости возложения судебных расходов на ответчика в полном объеме в соответствии с частью 1 статьи 111 АПК РФ, суд считает необходимым указать следующее.

Статья 111 АПК РФ предполагает отнесение судебных расходов на лицо, злоупотребляющее своими процессуальными правами, в случаях, если спор возник вследствие нарушения лицом, участвующим в деле, претензионного или иного досудебного порядка урегулирования спора, предусмотренного федеральным законом (часть 1). Арбитражный суд вправе отнести все судебные расходы по делу на лицо, злоупотребляющее своими процессуальными правами или не выполняющее своих процессуальных обязанностей, если это привело к срыву судебного заседания, затягиванию судебного процесса, воспрепятствованию рассмотрения дела и принятию законного и обоснованного судебного акта (часть 2).

Из материалов дела не усматриваются обстоятельства злоупотребления ответчиком процессуальными правами, невыполнении процессуальных обязанностей, срыва судебного заседания или затягивания судебного процесса, воспрепятствования рассмотрению дела и принятию законного и обоснованного судебного акта. При этом спор между истцом и ответчиком не возник вследствие нарушения лицом, участвующим в деле, претензионного или иного досудебного порядка урегулирования спора, предусмотренного федеральным законом (часть 1 статьи 111 АПК РФ).

По мнению суда, само по себе бездействие ответчика по направлению ответа на претензию с неизбежностью не влечет вывода о злоупотреблении последним своими правами и, соответственно, о наличии оснований для отнесения на него всех судебных расходов.

Из материалов дела не следует, что в случае направления ответчиком ответа на претензию судебное разбирательство не было бы инициировано истцом, и судебный спор не возник бы.

Оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства и обстоятельства дела, основания для применения части 1 статьи 111 АПК РФ суд не установил.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170, 226 – 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

Р Е Ш И Л:

иск удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу ZeptoLab UK Limited (ЗептоЛаб Юкей Лимитед) 20000 (Двадцать тысяч) руб. компенсации, 800 (Восемьсот) руб. расходов на уплату государственной пошлины, 438 (Четыреста тридцать восемь) руб. 02 коп. судебных издержек (расходов на приобретение товара и почтовых расходов).

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Уничтожить вещественные доказательства – мягкие игрушки в количестве двух штук, представленные компанией ZeptoLab UK Limited (ЗептоЛаб Юкей Лимитед), после вступления решения в законную силу и истечения срока, установленного на его кассационное обжалование.

Решение подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия, а в случае составления мотивированного решения – со дня принятия решения в полном объеме.

Решение, если оно было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы, и постановление арбитражного суда апелляционной инстанции, принятое по данному делу, могут быть обжалованы в арбитражный суд кассационной инстанции по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Жалобы подаются через Арбитражный суд Чувашской Республики –Чувашии.

 

Судья

Е.В. Васильев