﻿/

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-59543/2019

22 сентября 2021 года

г. Санкт-Петербург

/сд.1

 

Резолютивная часть постановления объявлена 21 сентября 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  22 сентября 2021 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего И.В. Сотова 

судей Д.В. Бурденкова, И.В. Юркова

при ведении протокола судебного заседания секретарем Р.А. Федорук

при участии: 

представитель финансового управляющего Н.Ю. Дубов по доверенности от 08.08.2021 г.

от иных лиц: не явились, извещены

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-22846/2021) финансового управляющего Чернова Дмитрия Михайловича на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.06.2021 г. по делу № А56-59543/2019/сд.1, принятое

по заявлению финансового управляющего Чернова Дмитрия Михайловича 

к Надворной Ирине Викторовне и Янковскому Станиславу Сергеевичу (196211, Санкт-Петербург, пр. Космонавтов, д. 29, корп. 6, кв. 41) 

об оспаривании сделки должника 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданки Надворной Ирины Викторовны (дата и место рождения: 24.12.1968, гор. Ленинград; ИНН 781005203704, ОГРНИП 319784700045582) 

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) от 03.06.2020 г. (резолютивная часть объявлена 21.05.2020 г.) по настоящему делу,  вынесенным по заявлению кредитора - Мельникова Константина Николаевича (принято к производству суда определением от 24.06.2019 г.), в отношении Надворной Ирины Викторовны (далее – должник, И.В. Надворная) введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден Чернов Дмитрий Михайлович, сведения о чем опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 108 от 20.06.2020 г. 

В ходе данной процедуры, а именно – 11.08.2020 г. - управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной (ничтожной) сделкой договора купли-продажи квартиры от 29.03.2018 г., заключенного между И.В. Надворной и Янковским Станиславом Сергеевичем (далее – ответчик, С.С. Янковский) и применении последствия ничтожности сделки в виде возвращения в собственность И.В. Надворной соответствующего имущества: квартиры, расположенной по адресу: 196211, Санкт-Петербург, пр. Космонавтов, д. 29, корп. 6, кв. 41, кадастровый номер 78:14:0007645:9583, назначение: жилое помещение, этажность: 1, площадью 44,6 кв.м., кадастровой стоимостью 3 759 467 руб.

Определением суда от 11.06.2021 г. в удовлетворении заявленных требований отказано. 

Данное определение обжаловано финансовым управляющим в апелляционном порядке; в жалобе ее податель просит, помимо назначения экспертизы по оценке стоимости спорного имущества, определение отменить, принять по делу новый судебный акт – об удовлетворении заявленных требований, настаивая на доводах, положенных им в обоснование недействительности сделки: совершении ее с аффилированным лицом (сыном); наличии у должника на  тот момент неисполненных денежных обязательств, о чем ответчик, как заинтересованное лицо не только должен был знать, но и фактически знал, что отражено в решении Московского районного суда г. Санкт-Петербурга по делу № 2-134/2019 (о государственной регистрации  перехода права собственности на квартиру); отсутствии экономической целесообразности заключения сделки; ее несоответствии рыночным условиям, а также совершении в период подозрительности, предусмотренный статьей 61.2 федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

В этой связи апеллянт также ссылается, что в непродолжительный период – с марта по апрель 2018 г., накануне принятия на себя должником ряда финансовых (кредитных) обязательств, задолженность по которым впоследствие включена в реестр требований кредиторов должника – последний произвел отчуждение и других ранее принадлежащих ему объектов недвижимости (квартир), без погашения, в то же время, каких-либо своих обязательств; занижение стоимости спорного объекта по сравнению с его рыночной ценой подтверждено представленными управляющим в дело отчетами (при необоснованности аргументов суда для непринятия этих отчетов); в материалы дела, помимо прочего, не представлено и доказательств оплаты по договору в полном объеме, как и доказательств наличия у ответчика финансовой возможности оплаты, что подтверждено им самим в ходе судебного разбирательства, а сделка подлежит признанию недействительной не только на основании указанной специальной нормы, но и в силу статьи 10 Гражданского кодекса РФ – как совершенная при злоупотреблении правом.  

В судебном заседании апелляционного суда податель жалобы поддержал доводы своей жалобы; должник и ответчик возражений (отзывы, позиции) на рассматриваемую жалобу не представили, в заседание (включая предыдущее) не явились, однако о месте и времени судебного разбирательства считаются извещенными (в силу части 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса РФ - с учетом разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ, содержащихся в пункте 5 постановления от 17.02.2011 г. № 12, и при соблюдении требований абзаца второго части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса РФ), в связи с чем и в соответствии с частью 3 статьи 156 данного Кодекса дело (жалоба) рассмотрено без их участия при отсутствии также от них каких-либо ходатайств, обосновывающих невозможность явки в заседание.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого определения в порядке, предусмотренном статьями 223, 266, 268 и 269 Арбитражного процессуального кодекса РФ, апелляционный суд пришел к следующим выводам:

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса РФ дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

При этом, в силу пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона; согласно пункту 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве, финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Федерального закона, а как установлено пунктами 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц; право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина, а заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (пункт 1 статьи 61.8 этого Закона).

Также, как предусмотрено пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а кроме того - по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве, при этом, пунктом 3 этой статьи установлено, что правила главы III.1 названного Закона могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) разъяснено, что по правилам этой главы Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться: действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.). 

В данном случае, в ходе процедуры банкротства должника финансовым управляющим выявлено заключение должником сделки по отчуждению в пользу ответчика недвижимого имущества на основании договора купли-продажи от 29.03.2018 г., согласно которому должник передал ответчику квартиру, находящуюся по адресу: Санкт-Петербург, проспект Космонавтов, дом 29, корп. 6, квартира 41; цена квартиры составила 1 800 000 руб.; расчет производится следующим образом: сумма в размере 700 000 руб. передается покупателем продавцу до подписания договора, сумму в размере 1 100 000 руб. покупатель выплачивает продавцу после государственной регистрации перехода права собственности на квартиру на имя покупателя в Управлении Росреестра по Санкт-Петербургу, что будет подтверждено выпиской из ЕГРН, а также снятия продавца с регистрационного учета, что будет подтверждено соответствующей справкой; при этом, 20.03.2019 г. Московским районным судом Санкт-Петербурга вынесено решение по делу № 2-134/2019, на основании которого произведена государственная регистрация перехода права собственности по спорному договору. 

В обоснование заявления о признании этой сделки недействительной управляющий сослался на совершение сделки с аффилированным лицом, с целью ухода от исполнения обязательств по договору займа с залоговым обеспечением и причинить вред имущественным правам кредиторов, а также при злоупотреблении правом, а качестве правового обоснования недействительности сделки финансовый управляющий привел пункт 2 статьи 61.2 Закон о банкротстве и статью 10 Гражданского кодекса РФ. 

 В этой связи суд исходит из того, что оспариваемая сделка заключена 29.03.2018 г., тогда как заявление о признании должника банкротом принято определением арбитражного суда от 24.06.2019 г., в связи с чем сделка попадает под период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, согласно которому, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

При этом, с учетом разъяснений, данных в пунктах 5 и 6 Постановления № 63, предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, а цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если имеются одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, и имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, (в частности, сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату доли участнику должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом). 

При определении же вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества, а при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве, в соответствии с которыми под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных  обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное  недостаточностью денежных средств, 

Таким образом, для признания сделки недействительной по вышеуказанному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред  имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки; в случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

Кроме того, как установлено статьей 168 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ), за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки, а сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

При этом, в силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом); в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ); для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес, а согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 13.09.2011 г. № 1795/11 по делу № А56-6656/2010, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. 

В этой связи для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам, а согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации; вместе с тем, по общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное; таким образом, презумпция добросовестности является опровержимой. 

В данном случае, суд первой инстанции, руководствуясь, помимо прочего, указанными нормами и разъяснениями, исходил из следующего: 

Как отражено в решении Московского районного суда г. Санкт-Петербурга по делу № 2-134/2019, спорная квартира принадлежала должнику на основании договора № МО/0/3752 передачи в собственность граждан, заключенного 30.12.2013 г. с Жилищным комитетом Правительства Санкт-Петербурга, и в  квартире с 15.12.1975 г. зарегистрирована И.В. Надворная, а с 06.02.1992 г. - ее сын С.С. Янковский, который до настоящего времени проживает в жилом помещении, несет расходы по содержанию имущества, что подтверждается квитанциями; в этой связи суд по настоящему делу (спору) признал, что обстоятельства, установленные этим решением, вступившим в законную силу, имеют преюдициальное значение для настоящего обособленного спора (статья 69 Арбитражного процессуального кодекса РФ) и не подлежат доказыванию вновь. 

Также суд указал, что финансовый управляющий предъявил суд судебный приказ по делу № 2-154/2018-127 от 07.11.2018 г. о взыскании с должника задолженности 18 441 руб. 50 коп. за период с 01.10.2017 по 30.04.2018 г. по оплате жилого помещения, однако на дату рассмотрения настоящего спора информация о наличии долга не представлена; обязательства по оплате долга в соответствии с решением Московского районного суда Санкт-Петербурга от 16.07.2019 г. возникли с даты вступления в силу судебного акта, так как должник признана обязанной оплатить долг супруга, как его наследник; обязательство по оплате задолженности установленной решением Московского районного суда Санкт-Петербурга от 23.07.2019 г. перед ООО «Русфинанс Банк», возникло 28.08.2018 г.; обязательство по оплате задолженности установленной судебными приказами Московского районного суда Санкт-Петербурга от 22.01.2019 г. по делам № 2-45/2015-118 и № 2-444/2015-118 перед ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк», возникло в период с 25.06.2018 по 24.12.2018 г., а обязательство по оплате задолженности перед К.Н. Мельниковым возникло 20.05.2018 г., при том, что в реестр кредиторов включены требования К.Н. Мельникова, ООО «Русфинанс Банк» и ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк». 

В этой связи и поскольку на дату заключения спорного договора 29.03.2018 г. у должника не имелось ни самих обязательств, ни факта их неисполнения перед кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов, спорная сделка не может быть признанной заключенной с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, как особо отметил суд, что в соответствии с решением Московского районного суда города Санкт-Петербурга от 20.03.2019 г. суд признал, что действия должника в виде получения крупной денежной суммы, согласования в договоре займа первого платежа через месяц после заключения договора, обеспечения обязательств спорной квартирой, неисполнения условий договора и неподтверждения расходования полученных по договору займа денежных средств, а также заключения соглашения об отступном свидетельствовали о причинении вреда С.С. Янковскому, при том, что стоимость имущества по договору купле-продажи определена в размере 1 800 000 руб.; ответчик в судебном заседании признал, что долг по оплате стоимости в размере 1 100 000 руб. им должнику не оплачен, однако, он готов его внести в конкурную массу должника, а отсутствие оплаты ответчик объяснил невозможностью найти должника, который не выходит на связь более 2 лет. 

Также суд первой инстанции не принял представленный управляющим отчет о стоимости квартиры № 8-А/2021, поскольку в нем не отражено имеющееся обременение - право проживания С.С. Янковского; кроме того, в описании аналогичных объектов отсутствуют сведения о типе и годах постройки домов, что является существенным критерием для определения стоимости квартир, и учитывая изложенное, финансовым управляющим не доказано, что цена продаваемого объекта являлась нерыночной и отсутствовало встречного предоставления, как, по мнению суда, не представлено управляющим и доказательств того, что сделка преследовала собой цель прикрыть иную сделку либо не направлена на создание правоотношений, а представляет собой вывод ликвидных активов должника по смыслу положений статьи 170 ГК РФ, а соответственно, признаки, установленные пунктом 1 данной статьи для признания сделки недействительной (ничтожной), в данном случае также отсутствуют. 

Кроме того, не принят судом и довод управляющего о том, что сделка совершенна с целью ухода от исполнения обязательств по договору займа с залоговым обеспечением, поскольку оспариваемый договор купли-продажи квартиры был заключен ранее договора займа от 21.04.2018 г., заключенного между должником и Мельниковым Константином Николаевичем, как отметил суд в этой связи, что документы на государственную регистрацию права собственности поданы еще 29.03.2018 г., то есть до заключения данного договора, и на момент заключения договора купли-продажи квартиры обременение имущества в виде залога в пользу К.Н. Мельникова отсутствовало, а учитывая изложенное в совокупности, суд посчитал возможным отказать финансовому управляющему в удовлетворении заявленных требований. 

Однако, апелляционный суд не может согласиться с изложенными выводами, как противоречащими приведенным выше подходам – нормам права и соответствующим разъяснениям, а также собранным по делу доказательствам, исходя в этой связи, в частности из того, что в силу части 1 статьи 64, статей 71 и 168 Арбитражного процессуального кодекса РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 данного Кодекса об относимости и допустимости доказательств.

В данном случае, действительно, из материалов дела, не следует наличие у должника на момент совершения сделки формальных признаков несостоятельности (банкротства), а именно – управляющим не приведено сведений о неисполненных (просроченных на тот момент) обязательствах, в т.ч. подтвержденных вынесенными в этот момент или позднее судебными актами; вместе с тем, должник непосредственно после совершения сделки должника принял на себя целый ряд обязательств, в т.ч. задолженность по которым впоследствие  включена в реестр требований кредиторов, а кроме того, как сослался управляющий, подтверждено представленными им документами (выписками из ЕГРПН) и не оспорено другими лицами (ответчиком и должником), последним в этот же период: март – апрель 2018 г. - произведено отчуждение и ряда других объектов недвижимости  (квартир), т.е. высоколиквидного имущества, за счет которого (а равно и спорной квартиры), очевидно, могли быть погашены требования кредиторов, т.е. именно спорная сделка в совокупности с иными действиями должника, с достаточной степенью вероятности, повлекла его банкротство.

В этой связи суд также отмечает, что само по себе отсутствие у должника признаков несостоятельности (банкротства) на момент совершения сделки не препятствует квалификации сделки как подозрительной в соответствии с нормой пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку доказанность этих признаков всего лишь презумируют цель причинения вреда кредиторам, а отсутствие таких признаков само по себе не исключает вывод о совершении сделки именно с этой целью (соответствующая позиция выработана Верховным Судом, и в частности –приведена в определении от 01.10.2020 г. № 305-ЭС19-20861 (4) по делу № А40-158539/2016).

При этом, ответчик безусловно является заинтересованным (аффилированным) по отношению к должнику лицом в понимании статьи 19 Закона о банкротстве (сыном должника), а соответственно – он не только мог (должен) был знать о реальном финансовом состоянии должника, но и фактически знал об этом, что им подтверждено как в ходе рассмотрения настоящего дела (спора), так и при вынесении решения Московским районным судом Санкт-Петербурга от 20.03.2019 г. по делу № 2-134/2019: более того, самим же ответчиком подтверждено не только факт неполной оплаты спорной квартиры, но и отсутствие у него финансовой возможности для такой оплаты в полном объеме.

Кроме того, является надлежаще не мотивированным и вывод суда первой инстанции о недоказанности управляющим продажи имущества по заниженной (нерыночной) стоимости, поскольку при цене договора 1 800 000 руб., ее реальная (рыночная) стоимость согласно представленному управляющим отчету составила 4 850 000 руб., данная цена (отчет) ни должником, ни ответчиком каким-либо образом не опровергнута (не оспорена), а суд, не будучи профессиональным участником в сфере оценки недвижимости, не может с достаточной для этого степенью вероятности сделать вывод о недостоверности представленного отчета (в этой связи он мог поставить перед сторонами вопрос о проведении судебной экспертизы по делу), при том, что сама по себе ссылка на то, что эксперт при оценке не учел имеющееся обременение квартиры в виде проживания (регистрации) в ней ответчика не может влечь столь существенную разницу в цене отчуждения квартиры по договору и ее рыночной стоимости.

При таких обстоятельствах, по мнению суда, материалами дела подтверждается наличие всех условий для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона, и в частности - причинение вреда имущественным права кредиторов (отчуждение должником имущества при неравноценном встречном исполнении, что влияет на формирование конкурсной массы и возможность удовлетворения требований кредиторов), наличие у должника такой цели и осведомленность об указанной цели должника ответчика, как заинтересованного по отношению к должнику лица в понимании пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве, как учитывая близкое родство должника и ответчика, полагает суд, что в действиях сторон сделки имеет место злоупотребление правом, а соответственно – сделка подлежит признанию недействительной (ничтожной) и согласно статье 10 ГК РФ. 

В этой связи суд еще раз отмечает, что исходя из содержания этой нормы под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам; для установления в действиях граждан и организаций злоупотребления правом необходимо доказать, что при реализации принадлежащих им гражданских прав их намерения направлены на нарушение прав и законных интересов иных участников гражданского оборота или создают возможность их нарушения, т.е. для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам, при том, что злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки, а как разъяснено в пункте 10 постановления № 32 (в редакции постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 г. № 60), исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. 

Таким образом, обжалуемое определение, как принятое при неполном исследовании фактических обстоятельств (материалов) дела и – как следствие –  несоответствии изложенных в нем выводов этим обстоятельствам (материалам) и неправильном применении норм материального права, подлежит отмене с принятием нового судебного акта – об удовлетворении - в силу изложенного - заявленных управляющим требований (в т.ч. с применением последствий недействительности в виде возврата в конкурсную массу должника спорного имущества, при том, что в силу неопровергнутого ни ответчиком, ни должником факта непроживания последней в спорной квартиры (что, помимо прочего, подтверждается и фактом неполучения ей направляемой ей по этому адресу корреспонденции как от управляющего, так и от суда) исключает распространение на нее исполнительского иммунитета, как это предусмотрено пунктом 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 г. № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», что представляется тем более верным в силу того, что, как раскрыто выше, квартира была отчуждена при злоупотреблении правом – именно с целью причинения вреда кредиторам), а также с взысканием с ответчика в конкурсную массу понесенных управляющим при оспаривании сделки расходов по оплате пошлины по заявленным требованиям и по апелляционной жалобе.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 112, 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.06.2021 г. по делу № А56-59543/2019/сд.1 отменить.

Заявление финансового управляющего Д.М. Чернова удовлетворить.

Признать договор купли-продажи квартиры от 29.03.2018 г., заключенный между Надворной Ириной Викторовной и Янковским Станиславом Сергеевичем, недействительной сделкой.

Применить последствия недействительности сделки в виде возвращения в собственность Надворной Ириной Викторовной квартира, расположенной по адресу: 196211, Санкт-Петербург, пр. Космонавтов, д. 29, корп. 6, кв. 41, кадастровый номер 78:14:0007645:9583, назначение: жилое помещение, площадью 44,6 кв.м., кадастровой стоимостью 3 759 467 руб.

Взыскать с Янковского Станислава Сергеевича в конкурсную массу Надворной Ирины Викторовны 9 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины по заявлению и апелляционной жалобе. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.В. Сотов

 

Судьи

 

Д.В. Бурденков

И.В. Юрков