АРБИТРАЖНЫЙ СУД МАГАДАНСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А37-2748/2020

г. Магадан

26 июля 2021 г.

Резолютивная часть решения объявлена 19 июля 2021 г.

Решение в полном объёме изготовлено 26 июля 2021 г.

Арбитражный суд Магаданской области в составе судьи А.М. Марчевской,

при ведении протокола судебного онлайн - заседания секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном онлайн - заседании в режиме веб-конференции дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «ОЗОН-МОНТАЖ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 127299, 

<

...>)

к Администрации Среднеканского городского округа (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 686160, Магаданская область, Среднеканский район, пгт. Сеймчан, ул. Ленина, д. 9)

о признании недействительным одностороннего отказа от исполнения муниципального контракта от 17 марта 2020 г. № 5/2020 на приобретение, доставку и установку оборудования по водоочистке для модернизации водозаборной скважины села Верхний Сеймчан

при участии представителей:

от истца – ФИО2, генеральный директор, выписка из единого государственного реестра юридических лиц от 01 апреля 2021 г. № 102238968; ФИО3, представитель, доверенность  от 27 мая 2019 г. № 5, диплом;

от ответчика – не явился;

УСТАНОВИЛ:

Истец, общество с ограниченной ответственностью «ОЗОН-МОНТАЖ» (далее, истец, ООО «Озон-Монтаж»), обратился в Арбитражный суд Магаданской области с исковым заявлением к ответчику, Администрации Среднеканского городского округа (далее – ответчик, Администрация):

- о признании недействительным одностороннего отказа от исполнения муниципального контракта от 17 марта 2020 г. № 5/2020 на приобретение, доставку и установку оборудования по водоочистке для модернизации водозаборной скважины села Верхний Сеймчан в соответствии с уведомлением от 08 октября 2020 г. № 2877 и постановлением Администрации Среднеканского городского округа от 08 октября 2020 г. № 252-п «Об одностороннем отказе от исполнения муниципального контракта от 17 марта 2020 г. №5/2020 «Приобретение, доставка и установка оборудования по водоочистке для модернизации водозаборной скважины села Верхний Сеймчан»;

- об обязании привести качество исходной воды, подаваемой на установку очистки и обеззараживания воды озоном «ОЗОН-М 7-20 А ВВ» (с учётом комплектации указанной в техническом задании), поставленную истцом, в соответствии с муниципальным контрактом от 17 марта 2020 г. №5/2020 на приобретение, доставку и установку оборудования по водоочистке для модернизации водозаборной скважины села Верхний Сеймчан, следующим показателям, предусмотренным техническим заданием: цветность исходной воды не более 51,69 градус, содержание в исходной воде аммиака и ионов аммония (суммарно) не более 1,99 мг/дм3; содержание в исходной воде железа – не более 2,88мг/дм3.

В материально-правовое обоснование заявленных требований истец сослался на статьи 11, 12, 309, 310, 328 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), условия муниципального контракта от 17 марта 2020 г. №5/2020 на приобретение, доставку и установку оборудования по водоочистке для модернизации водозаборной скважины села Верхний Сеймчан, а также на представленные доказательства.

Определением от 20 января 2021 г. указанное исковое заявление было принято Арбитражным судом Магаданской области к своему производству (л.д. 1-3 том 1).

В судебном заседании, состоявшемся 28 июня 2021 г., судом (после удаления в совещательную комнату) была оглашена резолютивная часть определения по делу № А37-2748/2020, в соответствии с которым арбитражный суд принял отказ истца от 25 июня 2021 г. № 01/06 от иска к ответчику в части требования об обязании Администрации привести качество исходной воды, подаваемой на установку очистки и обеззараживания воды озоном «ОЗОН-М 7-20 А ВВ» (с учётом комплектации указанной в техническом задании), поставленную истцом, в соответствии с муниципальным контрактом от 17 марта 2020 г. № 5/2020 на приобретение, доставку и установку оборудования по водоочистке для модернизации водозаборной скважины села Верхний Сеймчан, следующим показателям, предусмотренным техническим заданием: цветность исходной воды не более 51,69 градус, содержание в исходной воде аммиака и ионов аммония (суммарно) не более 1,99 мг/дм3; содержание в исходной воде железа – не более 2,88мг/дм3,  в связи с чем производство по настоящему делу в указанной части прекращено (определение в полном объёме изготовлено 05 июля 2021 г.) (л.д. 27, 139-141 том 3).

Таким образом, арбитражным судом по настоящему делу рассматриваются исковые требования ООО «Озон-Монтаж» о признании недействительным одностороннего отказа Администрации от исполнения муниципального контракта от 17 марта 2020 г. № 5/2020 на приобретение, доставку и установку оборудования по водоочистке для модернизации водозаборной скважины села Верхний Сеймчан в соответствии с уведомлением от 08 октября 2020 г. № 2877 и постановлением Администрации Среднеканского городского округа от 08 октября 2020 г. № 252-п «Об одностороннем отказе от исполнения муниципального контракта от 17 марта 2020 г. №5/2020 «Приобретение, доставка и установка оборудования по водоочистке для модернизации водозаборной скважины села Верхний Сеймчан».

Определением суда от 12 июля 2021 г. рассмотрение дела было отложено в судебном заседании на 19 июля 2021 г. в 16 час. 30 мин. (л.д. 142-146 том 3).

В соответствии со статьёй 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания в установленном порядке размещена 13 июля 2021 г. на официальном сайте Арбитражного суда Магаданской области - www.magadan.arbitr.ru.

До начала судебного заседания от истца в материалы дела в электронном виде поступили дополнительные доказательства, письменные пояснения по делу от 16 июля 2021 г. № 10/07.

Ответчик явку своего представителя в судебное заседание не обеспечил, о времени и месте его проведения извещён по правилам статей 121, 186 АПК РФ, до начала судебного заседания представил в материалы дела в электронном виде ходатайство от 19 июля 2021 г. № 324/03 об отложении судебного разбирательства с целью подготовки пояснений и подтверждающих документов до выхода из отпуска представителя Администрации. В обоснование указанного ходатайства сообщил, что представитель ответчика Е.А. Буренко в настоящее время находится в очередном отпуске с выездом за пределы Магаданской области, представил копию распоряжения Администрации Среднеканского городского округа от 23 июня 2021 г. № 408-рк, в соответствии с которым Е.А. Буренко предоставлен ежегодный оплачиваемый отпуск с 05 июля 2021 г. по 06 сентября 2021 г. В связи с тем, что необходимые документы находятся непосредственно у данного представителя, Администрация не может выполнить требования определения суда от 12 июля 2021 г. в части представления дополнительных доказательств.

Представители истца, принявшие участие в судебном заседании посредством использования системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание), возражали против удовлетворения ходатайства об отложении судебного разбирательства, полагают, что в материалы дела представлены все доказательства для вынесения судебного акта по существу рассматриваемого дела.

Рассмотрев заявленное Администрацией ходатайство от 19 июля 2021 г. № 324/03 об отложении судебного разбирательства, с учётом возражений со стороны истца, арбитражный суд в соответствии с положениями статей 158, 159 АПК РФ отказал в его удовлетворении, о чём вынес протокольное определение. При этом суд руководствовался следующим.

Пунктом 1 статьи 158 АПК РФ предусмотрены безусловные основания для отложения судебного заседания: когда это прямо предусмотрено настоящим Кодексом и в случае неявки в судебное заседание лица, участвующего в деле, если в отношении этого лица у суда отсутствуют сведения об извещении его о месте и времени судебного разбирательства.

Согласно части 3 статьи 158 АПК РФ в случае, если лицо, участвующее в деле и извещённое надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными.

Арбитражный суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине (часть 4 статьи 158 АПК РФ).

Арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий (часть 5 статьи 158 АПК РФ).

Таким образом, статья 158 АПК РФ наделяет суд правом отложить судебное разбирательство, если он признает причины неявки уважительными, или придёт к выводу о невозможности рассмотрения дела в данном судебном заседании. Отложение рассмотрения дела является правом, а не обязанностью суда.

Суд вправе отклонить ходатайство, если сочтёт возможным рассмотреть дело по существу в отсутствие представителя одной из сторон по имеющимся в материалах дела доказательствам.

В соответствии с частью 1 статьи 156 АПК РФ непредставление дополнительных доказательств, которые арбитражный суд предложил представить лицам, участвующим в деле, не является препятствием к рассмотрению дела по имеющимся в деле доказательствам; неявка лиц, извещённых надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, согласно правилам части 3 статьи 156 АПК РФ, не препятствует рассмотрению дела в арбитражном суде в их отсутствие.

При таких обстоятельствах, поскольку препятствий для рассмотрения дела в отсутствие представителя истца Е.А. Буренко, а также безусловных оснований для отложения судебного заседания, предусмотренных статьёй 158 АПК РФ, не установлено, рассмотрение дела возможно по имеющимся доказательствам, ходатайство ответчика об отложении рассмотрении дела подлежат отклонению.

Представители истца в устных выступлениях в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивали в полном объёме, считают, что односторонний отказ ответчика от исполнения обязательств по контракту является незаконным и необоснованным по основаниям, изложенным в исковом заявлении, в возражениях от 11 апреля 2021 г. без номера на отзыв ответчика (л.д. 43-44 том 2), в пояснениях по делу от 13 апреля 2021 г. без номера (л.д. 50 том 2), в дополнениях по делу от 07 мая 2021 г. без номера (л.д. 89-92 том 2), в письменных пояснениях по делу от 25 июня 2021 г. № 03/06 (л.д. 30-32 том 3), в пояснениях по делу от 11 июля 2021 г. № 07/07 (л.д. 95-96 том 3), в пояснениях по делу от 16 июля 2021 г. № 10/07 (представлены к судебному заседанию), указывают, что результатом работы поставленного оборудования согласно условиям муниципального контракта от 17 марта 2020 г. № 5/2020 должна являться очистка подземной исходной воды с указанными в пункте 4 технического задания показателями содержания в воде загрязняющих веществ по аммиаку и ионам аммония (суммарно), железу и цветности до показателей, предусмотренных СанПиН 2.1.4.1074-01 «Питьевая вода. Гигиенические требования к качеству воды централизованных систем питьевого водоснабжения. Контроль качества». Лабораторными исследованиями, проведёнными  ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Магаданской области» было неоднократно установлено, что исходная вода не соответствует пункту 4 технического задания по содержанию загрязняющих веществ: цветности, аммиаку и ионам аммония (суммарно), железа.  При этом истец, при участии в закупке, исходил из заявленных в техническом задании показателей исходной воды, полагая, что данные показатели являются максимальными, поскольку техническое задание не одержало информацию о том, что показатели исходной воды по содержанию загрязняющих веществ могут колебаться в зависимости от сезона и других факторов. Истец неоднократно обращался в адрес ответчика с требованием привести воду в соответствие с пунктом 4 технического задания, однако ответчик никаких мер по приведению исходной воды до необходимых показателей, не принял. 04 сентября 2020 г. истец направил в адрес ответчика письмо № 04/09-20 с требованием о приёмке оборудования и уведомление о приостановлении исполнения обязательств по контракту, которые остались без ответа и без удовлетворения со стороны ответчика.

По мнению истца, обстоятельства, указанные в качестве оснований для принятия решения об одностороннем отказе от исполнения контракта, не соответствуют действительности, поскольку превышение качества воды по показателям цветности, аммиака и железа предельно допустимых СанПиН 2.1.4.1074-01 уровней вызвано исключительно несоответствием исходной воды пункту 4 технического задания, оборудование, поставленное истцом, не использует химические реагенты, что подтверждается письмом от 07 апреля 2020 г. № 07/04-20, в котором указана комплектация поставляемого по контракту оборудования, истцом срок исполнения обязательств по контракту не нарушен, так как оборудование поставлено, установлено и запущено в тестовую (пробную) эксплуатацию 17 июля 2020 г., то есть в срок установленный контрактом – до 11 августа 2020 г., при этом уведомление от 04 сентября 2020 г. было направлено в адрес ответчика до наступления30-дневного срока, предусмотренного пунктом 8.4 контракта, по истечение которого наступает существенное нарушение исполнителем условий контракта. Довод ответчика о том, что истцом поставлен товар ненадлежащего качества, ничем не подтверждается. Ступень дозации коагулянта истом поставлена для проведения эксперимента по очистке исходной воды, и не была предназначена для передачи ответчику.

Кроме того, просили обратить внимание на то, что 13 марта 2021 г. ответчиком было опубликовано извещение о новой закупке на приобретение, доставку и установку оборудования по водоочистке для модернизации водозаборной скважины с. Верхний Сеймчан, при этом в техническом задании ответчиком предусмотрено применение химических реагентов: комплекс дозирования гипохлорита натрия. Таким образом, исходя из качества исходной воды при проведении первоначальной закупки может иметь место неправильный выбор ответчиком способа очистки воды (с применением только озона без других химических реагентов), в связи с чем ответчик и разместил новую закупку, уже с необходимостью применения при очистке воды химических реагентов (гипохлорита натрия).

Таким образом, по мнению истца, при размещении первоначальной закупки ответчиком был неверно выбран способ очистки воды, не были опубликованы объективные показатели по качеству исходной воды.

В свою очередь, истцом контракт исполнен в полном соответствии с техническим заданием, однако требуемый результат не был достигнут, в том числе ввиду того, что ответчиком неверно избран способ очистки воды с применением исключительно озоновой очистки воды.

Помимо указанного, истец считает, что ответчиком нарушен порядок расторжения контракта, предусмотренный частью 12 статьи 95 Федерального закона от 05 апреля 2013 г. № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

Ответчик исковые требования не признал, просил суд отказать истцу в удовлетворении исковых требований в полном объёме, в том числе по основаниям, изложенным в отзыве от 15 февраля 2021 г. № 71/03 (л.д. 99-101 том 1), в дополнении к отзыву от 15 марта 2021 г. № 126/03 (л.д. 8-9 том 2), в возражениях от 07 мая 2021 г. № 212/03 (л.д. 109-111 том 2, л.д. 2-6 том 3), в возражениях от 28 июня 2021 г. № 284/03 (л.д. 49-50 том 3), указывает, что будучи специализированной организацией в сфере водоочистки, заведомо осведомлённой о возможности изменения показателей воды в зависимости от сезонности и иных природных факторов, истец запросов, в частности о мониторинге исходной воды за предыдущие периоды, геологических изысканиях, проводимых в месте нахождения скважины не направлял. Несмотря на то, что в техническом задании указаны только исходные данные воды на дату заключения контракта, и отсутствует указание на обязательства исполнителя по очистке воды только в пределах исходных данных, исполнитель безосновательно принял их за постоянную величину, самостоятельно определив вид и мощность поставляемого оборудования. Несмотря на то, что уже 23 июля 2020 г. при получении протоколов исследований истец установил несоответствие воды исходным данным, указанным в техническом задании, тем не менее, обязанности, установленные статьями 716, 719 ГК РФ не выполнил, продолжил работу по монтажу и наладке оборудования. Вследствие не информирования заказчика о возникших проблемах исполнитель на основании пункта 2 статьи 716 ГК РФ утратил право ссылаться на обстоятельства, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность её завершения в срок. Более того, 20 августа 2020 г. истец, в связи с не достижением цели контракта обратился к ответчику с просьбой согласовать дополнительную поставку ступени дозации коагулянта Аква-Аурат-30, являющегося химическим веществом, однако, до получения согласования или отказа в таком согласовании, ООО «Озон-Монтаж» силами привлечённых работников эксплуатанта скважины – МУП «Сеймчантеплосеть»  произвёл установку и запуск «Коагулянта», что подтверждается актом от 27 августа 2020 г., и с указанной даты вся очищаемая установкой истца вода проходит дополнительную очистку коагулянтом, в том время как очистка воды в соответствии с пунктом 3.6 технического задания должна производиться с применением озона без каких-либо химических реагентов. Кроме того, ответчик считает, что направление исполнителем в адрес заказчика проекта акта – передачи поставленного и установленного оборудования носит формальный характер, так как исполнитель заведомо знал о не достижении цели муниципального контракта. Свидетельством формальности такого уведомления, по мнению ответчика, является нарушение  порядка приёмки-сдачи оборудования, установленные пунктом 4.6 контракта результаты проверки качества очищенной воды аккредитованной лабораторией не соответствуют нормам СаНПиН, подтверждение внесения обеспечения гарантийных обязательств не представлено. Как указывает ответчик, принятие заказчиком результатов работ свидетельствует об их потребительской ценности и желании ими воспользоваться, однако из предствленных в материалы дела доказательств следует, что поступающую после очистки вожу использовать в качестве питьевой жителям населённого пункта не представляется возможным, в силу чего произведённые исполнителем работы не имеют для заказчика потребительской ценности, кроме того, выполнены со значительным нарушением срока. С учётом того, что финансирование работ осуществляется за счёт средств областного бюджета, принятие выполненных исполнителем работ в отсутствие подтверждения их качества, влечёт отказ в финансировании выплат. Ответчик считает, что указанные в постановлении Администрации от 08 октября 2020 г. № 252-п и в уведомлении от 08 октября 2020 г. № 2877 недостатки свидетельствуют о несоответствии представленных работ условиям контракта, а также являются существенными и неустранимыми и не могут быть использованы заказчиком в дальнейшем, что является основанием для одностороннего отказа от исполнения контракта. Выполненная истцом работа не имеет для ответчика никакой ценности, так как при заключении контракта с новым подрядчиком последнему придётся заново выполнять всю работу. Как указывает ответчик, необходимая процедура при расторжении контракта в одностороннем порядке выполнена ответчиком в полном объёме.

Кроме того, Администрация указывает, что с учётом сложившихся обстоятельств, заказчик воспользовался правом расторгнуть контракт в одностороннем порядке по следующим основаниям: подрядчик не устраняет в назначенный срок недостатки, когда становится очевидно, что работа не будет выполнена надлежащим образом (пункт 3 статьи 715 ГК РФ), отступление в работе от условий договора или иные недостатки результата работы в установленный разумный срок не были устранены либо являются существенными и неустранимыми (пункт 3 статьи 723 ГК РФ).

Невозможность очистки воды поставленным оборудованием до использования коагулянта подтверждается протоколами лабораторных исследований от 23 июля 2020 г. № 04937, № 04938, № 04939.  Как следует из значения показателей качества воды, отобранной непосредственно из скважины, вода соответствует исходным данным, указанным в техническом задании, с учётом допустимой погрешности (+/-). Установка исполнителя практически не очистила воду, поступающую из скважины, без учёта загрязнения её в накопительной ёмкости. Даже с учётом загрязнения воды в накопительной ёмкости, очистка воды не произведена до установленных контрактом величин. Указанные обстоятельства, по мнению ответчика, свидетельствуют о том, что установка исполнителя не справилась с поставленной задачей по очистке воды либо вследствие неправильного выбора способа очистки и/или дефектов оборудования, нарушения правил монтажа и наладки.

Ответчик обращает внимание суда на то, что до истечения установленного контрактом срока окончания выполнения работ истец работы не приостановил, заказчика о невозможности выполнения работы в установленный срок ввиду несоответствия качества воды исходным данным, не уведомлял, следовательно не вправе ссылаться на то, что невыполнение работ явилось следствием нарушений со стороны заказчика.

Кроме того, 07 апреля 2020 г. стороны согласовали характеристики поставляемого оборудования – универсального озонатора G.20.OZON (производительность на неосушенном воздухе – 20 г озона в час), между тем исполнитель в одностороннем порядке заменил согласованное оборудование, что скрыл при его установке и наладке. Данное обстоятельство стало известно заказчику только в ходе сбора доказательной базы по настоящему делу. Аргумент истца о том, что поставленное оборудование в виде 2 озонаторов производительностью 10 г озона является аналогичным согласованному оборудованию, ничем не подтверждён, достоверность установки именно двух озонаторов, а не одного, также никаким образом не фиксировалось и установщиком оборудования ФИО4 не подтверждена.

При наличии вышеизложенных обстоятельств дело рассмотрено по существу в соответствии с требованиями статей 121, 123, 156 АПК РФ в отсутствие представителя ответчика, Администрации, на основании имеющихся в материалах дела доказательств.

Установив фактические обстоятельства дела, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, выслушав представителей истца, ООО «Озон-Монтаж», с учётом норм материального и процессуального права, арбитражный суд пришёл к выводу, что исковые требования не подлежат удовлетворению в силу следующих обстоятельств.

Как следует из материалов дела, на основании результатов определения поставщика путём проведения аукциона в электронной форме (протокола о рассмотрении единственной заявки на участие в электронном аукционе) от 05 марта 2020 г. № 0347300014320000005 (л.д. 11 том 2) между Администрацией Среднеканского городского округа (заказчик) и ООО «Озон-Монтаж» (исполнитель) 17 марта 2020 г. был заключён муниципальный контракт № 5/2020 приобретение, доставка и установка оборудования по водоочистке для модернизации водозаборной скважины села Верхний Сеймчан с приложениями к нему (далее – контракт) (л.д. 15-21 том 1).

Согласно условиям указанного контракта исполнитель обязуется поставить, установить и передать заказчику оборудование по очистке воды для модернизации водозаборной скважины села Верхний Сеймчан (далее – оборудование) в соответствии с техническим заданием (приложение № 2 к контракту), в количестве, указанном в спецификации поставляемых товаров (приложение № 1 к контракту), являющихся неотъемлемой частью контракта, а заказчик обязуется оплатить оказанные услуги в порядке и на условиях, предусмотренных контрактом (пункт 1.1 контракта).

В пункте 1.3 контракта стороны согласовали, что поставка и установка оборудования подлежат выполнению исполнителем в строгом соответствии с техническим заданием, требованиями технической и иной документации к оборудованию (техническими паспортами).

Исполнитель поставляет и устанавливает оборудование заказчику собственными силами и транспортом  или с привлечением сил транспорта третьих лиц за свой счёт. Моментом поставки и установки является доставка и установка оборудования заказчику по адресу: Магаданская область, Среднеканский район, село Верхний Сеймчан, Водозабор (пункт 1.4 контракта).

Согласно пункту 2.1 контракта цена контракта составляет 3 500 000 рублей 00 копеек, с учётом НДС 20% 583 333 рублей 33 копейки. Цена контракта является твёрдой и определяется на весь срок исполнения контракта за исключением случаев, предусмотренных пункта 2.4 контракта и действующим законодательством Российской Федерации.

Срок поставки и установки оборудования согласован сторонами в разделе 3 контракта. Как следует из абзаца первого пункта 3.1 контракта (в редакции дополнительного соглашения от 11 июня 2020 г. № 1 – л.д. 119 том 1, л.д. 92 том 3), срок поставки и установки исполнителем оборудования, с учётом обучения специалистов заказчика эксплуатации, составляет 98 рабочих дней с даты заключения контракта. Поставка и установка производятся разово. Окончание срока действия контракта не влечёт прекращение неисполненных обязательств сторон, в том числе гарантийных обязательств исполнителя (пункт 3.2 контракта).

Разделом 4 контракта определён порядок приёмки – передачи оборудования.

В соответствии с пунктом 4.1 контракта сдача – приёмка выполненных работ осуществляется приёмочной комиссией, создаваемой заказчиком, с обязательным участием представителей заказчика, исполнителя.

По завершении работ по поставке и установке оборудования исполнитель в течение 5 рабочих дней представляет заказчику подписанный со своей стороны в 3 экземплярах акт освидетельствования выполненных работ по форме согласно приложению № 3 к контракту с приложением Руководства по эксплуатации, альбома технологических схем, альбома схем автоматизации и электроснабжения в бумажном и электронном носителе, Режимной карты фильтров и Инструкций для оператора станции и иных технических документов, имеющих отношение к оборудованию (пункт 4.2 контракта).

Согласно пункту 4.3 контракта заказчику в течение 2 дней со дня получения акта освидетельствования выполненных работ обязан направить исполнителю подписанный акт либо письменный мотивированный отказ от приёмки работ.

Подписание заказчиком акта освидетельствования выполненных работ означает согласие заказчика с их качеством и право исполнителя на пробную эксплуатацию установленного оборудования (пункт 4.5 контракта).

Как согласовано сторонами в пункте 4.6 контракта, после получения обслуживающим персоналом заказчика подтверждающих документов о прохождении инструктажа (обучения) в период пробной эксплуатации, а также результатов проверки качества очищенной воды аккредитованной лабораторией после завершения монтажа оборудования, исполнитель обязан направить заказчику акт приёма – передачи поставленного и установленного оборудования, составленный по форме (приложение № 4 к контракту), а также подтверждение внесения обеспечения гарантийных обязательств.

В соответствии с условиями пункта 4.7 контракта акт освидетельствования выполненных работ, приёмка – передача поставленного и установленного оборудования осуществляется по месту его доставки и установки в присутствии уполномоченных представителей сторон путём проверки соответствия поставленного и установленного оборудования требованиям контракта.

Как согласовано сторонами в пункте 4.13 контракта, работы признаются выполненными после подписания без замечаний исполнителем и заказчиком акта приёмки – передачи поставленного и установленного оборудования по форме (приложение № 4 к контракту).

Контракт вступает в силу с даты его подписания и действует до полного его исполнения сторонами (пункт 12.1 контракта).

В соответствии с пунктом 11.4 контракта в случае невыполнения сторонами своих обязательств и не достижения взаимного согласия, споры по контракту разрешаются в Арбитражном суде Магаданской области.

В приложении № 1 к контракту стороны согласовали спецификацию № 1 поставляемых товаров (л.д. 19 оборотная сторона том 1), в которой определили, что поставке подлежит оборудование – установка очистки и обеззараживания  воды озоном «Озон-М 7-20 А ВВ» (с учётом комплектации, указанной в техническом задании) в количестве 1 штуки на сумму 3 500 000 рублей 00 копеек.

В техническом задании (приложение № 2 к контракту) определены место установки оборудования, назначения оборудования, его основные технико-экономические показатели, качество подземной исходной воды, условия для размещения оборудования, технологическая система очистки воды, состав оборудования, условия поставки оборудования, включая его монтаж и подключение к сетям, указаны сведения о составе цены контракта и сроке исполнения контракта (л.д. 20 том 1).

В материалы дела представлены подписанные со стороны заказчика и исполнителя акт о вводе оборудования в тестовую (пробную) эксплуатацию от 17 июля 2020 г. (л.д. 146 том 2), акт об окончании эксплуатации оборудования в тестовом (пробном) режиме от 20 июля 2020 г. (л.д. 145 том 2).

Требованием (претензией) № 1 об уплате неустойки в связи с просрочкой исполнения обязательств от 07 августа 2020 г. № 2326 (л.д. 120 том 1)  заказчик сообщил исполнителю о нарушении последним срока исполнения обязательств по договору и потребовал в течение 10 дней после получения данной претензии исполнить свои обязательства по муниципальному контракту от 17 марта 2020 г. № 5/2020, о чём письменно уведомить заказчика, указав, что о размере начисленной неустойки, в зависимости от количества дней просрочки, исполнителю будет сообщено дополнительно. Одновременно заказчик информировал, что в соответствии с пунктом 4.6 муниципального контракта после получения обслуживающим персоналом заказчика подтверждающих документов о прохождении инструктажа (обучения) в период пробной эксплуатации, а также результатов проверки качества очищенной воды аккредитованной лабораторией после завершения монтажа оборудования, исполнитель обязан направить заказчику акт приёмки – передачи поставленного и установленного оборудования, а также подтверждение внесения обеспечения гарантийных обязательств в размере 315 000 рублей 00 копеек.

Получение указанной претензии от заказчика истец в ходе судебного разбирательства не отрицал, при этом сообщил, что в соответствии с условиями контракта (пункты 13.1, 13.2) направил 04 сентября 2020 г. на электронный адрес ответчика требование № 04/09-20 приёмки оборудования и работ, уведомление о приостановке исполнения обязательств по контракту (л.д. 36 том 1, доказательства направления на электронный адрес представлены истцом в материалы дела с пояснениями от 16 июля 2021 г. № 10/07), в связи с чем, срок выполнения работ по контракту не может считаться пропущенным.

Как указывает истец, в соответствии с условиями контракта им в полном объёме выполнены свои обязательства по контракту и произведены поставка, монтаж, ввод в пробную эксплуатацию оборудования, инструктаж специалистов заказчика.

Однако постановлением от 08 октября 2020 г. № 252-п Администрация Среднеканского городского округа приняла решение об одностороннем отказе от исполнения контракта. Письмом от 08 октября 2020 г. № 2877 заказчик сообщил исполнителю о принятом решении об одностороннем исполнении контракта со ссылками на статью 523 ГК РФ, части 8, 9, 12 статьи 95 Федерального закона от 05 апреля 2013 г. № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», пункты 8.3, 8.4 контракта, указывая на существенное нарушение ООО «Озон-Монтаж» условий контракта, в том числе  в части соблюдения конечного срока исполнения обязательств (л.д. 30-31, 32-33 том 1).

16 октября 2020 г. истцом в адрес ответчика была направлена первичная документация,  а также акт освидетельствования выполненных работ, акт приёмки – передачи поставленного и установленного оборудования (л.д. 44 том 1), а письмом от 19 октября 2020 г. № 19/10-20 ООО «Озон-Монтаж» просил Администрацию отменить принятое решение об одностороннем расторжении контракта, привести исходную воду до показателей пункта 4 технического задания и уведомить об этом исполнителя для запуска установки водоочистки в эксплуатацию (л.д. 37-38 том 1).

Письмом от 28 октября 2020 г. № 3110 ответчик сообщил истцу, что 20 октября 2020 г. решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта вступило в силу и отмене не подлежит, в связи с чем просил истца в месячный срок со дня получения указанного письма демонтировать и вывезти с территории заказчика оборудование, за сохранность которого Администрация ответственности не несёт, а также оплатить неустойку в соответствии с прилагаемым требованием (претензией) № 2 об уплате неустойки в связи с просрочкой исполнения обязательств от 28 октября 2020 г. № 3111 (л.д. 39, 40-41 том 1).

Письмом от 11 ноября 2020 г. № 12-11/20 ООО «Озон-Монтаж» повторно предложил Администрации отменить принятое решение об одностороннем расторжении контракта, привести исходную воду до показателей по качеству не хуже пункта 4 технического задания с подтверждением этого факта результатом лабораторных исследований в аккредитованной лаборатории и уведомить об этом исполнителя для запуска установки водоочистки в эксплуатацию. При отказе в принятии указанного предложения ООО «Озон-Монтаж» считает приемлемым расторжение контракта по соглашению сторон с возмещением исполнителю установленной цены контракта 3 500 000 рублей 00 копеек (л.д. 42-43 том 1)

В ответ на указанное обращение Администрация в письме от 27 ноября 2020 г. сообщила об отсутствии оснований для отмены принятого решения (л.д. 45 том 1).

Полагая, что решение ответчика об одностороннем отказе от исполнения контракта нарушает его права и законные интересы, является неправомерным, при этом ссылаясь на то, что работы выполнены им в полном объёме и в сроки, предусмотренные контрактом, ООО «Озон-Монтаж» обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 8 ГК РФ договоры являются основанием для возникновения гражданских прав и обязанностей.

Пункт 2 статьи 1 ГК РФ предусматривает приобретение и осуществление юридическими лицами своих гражданских прав своей волей и в своём интересе, гарантирует свободу в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно пунктам 2, 3 статьи 421 ГК РФ стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. К договору, не предусмотренному законом или иными правовыми актами, при отсутствии признаков, указанных в пункте 3 настоящей статьи, правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются, что не исключает возможности применения правил об аналогии закона (пункт 1 статьи 6) к отдельным отношениям сторон по договору.

Стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

Оценив условия спорного муниципального контракта от 17 марта 2020 г. № 5/2020 приобретение, доставка и установка оборудования по водоочистке для модернизации водозаборной скважины села Верхний Сеймчан, на основании статей 421, 431 ГК РФ в результате толкования условий договора, учитывая, что предметом контракта является поставка оборудования, выполнение работ по его установке и передача оборудования, арбитражный суд приходит к выводу о том, что между сторонами по спорному контракту сложились правоотношения по смешанному договору, регулируемые нормами параграфа 3 главы 30 ГК РФ «Купля-продажа» и параграфов 1, 5 главы 37 ГК РФ о подряде, а также положениями Федерального закона от 05 апреля 2013 г. № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон N 44-ФЗ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 525 ГК РФ к отношениям по поставке товаров для государственных или муниципальных нужд применяются правила о договоре поставки (статьи 506 - 522 ГК РФ). К отношениям по поставке товаров для государственных или муниципальных нужд в части, не урегулированной параграфом 4 главы 30 ГК РФ, применяются иные законы.

Согласно статье 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В соответствии с пунктом 1 статьи 523 ГК РФ односторонний отказ от исполнения договора поставки (полностью или частично) или одностороннее его изменение допускаются в случае существенного нарушения договора одной из сторон (абзац 4 пункта 2 статьи 450 ГК РФ).

Договор поставки считается изменённым или расторгнутым с момента получения одной стороной уведомления другой стороны об одностороннем отказе от исполнения договора полностью или частично, если иной срок расторжения или изменения договора не предусмотрен в уведомлении либо не определён соглашением сторон (пункт 4 статьи 523 ГК РФ).

К существенным условиям договора поставки относятся предмет договора (наименование товара и его количество), срок поставки, цена.

Нарушение договора поставки поставщиком предполагается существенным в случаях: поставки товаров ненадлежащего качества с недостатками, которые не могут быть устранены в приемлемый для покупателя срок; неоднократного нарушения сроков поставки товаров (пункт  2 статьи 523 ГК РФ).

При этом перечень оснований расторжения договора поставки в силу одностороннего отказа покупателя, определённый пунктом 2 статьи 523 ГК РФ, не является исчерпывающим, поскольку из абзаца первого данного пункта следует, что закреплённая им норма определяет круг обстоятельств, при которых действует презумпция существенности нарушения. Данная норма не исключает право покупателя на односторонний отказ от договора при наличии иных нарушений договора со стороны поставщика, если они отвечают критериям абзаца четвёртого пункта 2 статьи 450 ГК РФ.

В соответствии с абзацем 4 пункта 2 статьи 450 ГК РФ существенным признаётся нарушение договора одной из сторон, которое влечёт для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

На основании пункта 1 статьи 763 ГК РФ подрядные строительные работы (статья 740), проектные и изыскательские работы (статья 758), предназначенные для удовлетворения государственных или муниципальных нужд, осуществляются на основе государственного или муниципального контракта на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд.

По государственному или муниципальному контракту на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд (далее - государственный или муниципальный контракт) подрядчик обязуется выполнить строительные, проектные и другие связанные со строительством и ремонтом объектов производственного и непроизводственного характера работы и передать их государственному или муниципальному заказчику, а государственный или муниципальный заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить их или обеспечить их оплату (пункт 2 статьи 763 ГК РФ).

В соответствии со статьёй 708 ГК РФ в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки).

Если подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора подряда или выполняет работу настолько медленно, что окончание её к сроку становится явно невозможным, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков (пункт 2 статьи 715 ГК РФ)

Если во время выполнения работы станет очевидным, что она не будет выполнена надлежащим образом, заказчик вправе назначить подрядчику разумный срок для устранения недостатков и при неисполнении подрядчиком в назначенный срок этого требования отказаться от договора подряда либо поручить исправление работ другому лицу за счёт подрядчика, а также потребовать возмещения убытков пункт 3 статьи 716 ГК РФ).

В соответствии со статьёй 717 ГК РФ заказчик может отказаться от исполнения договора немотивированно.

Согласно части 1 статьи 34 Закона № 44-ФЗ контракт заключается на условиях, предусмотренных извещением об осуществлении закупки или приглашением принять участие в определении поставщика (подрядчика, исполнителя), документацией о закупке, заявкой, окончательным предложением участника закупки, с которым заключается контракт, за исключением случаев, в которых в соответствии с настоящим Федеральным законом извещение об осуществлении закупки или приглашение принять участие в определении поставщика (подрядчика, исполнителя), документация о закупке, заявка, окончательное предложение не предусмотрены. В случае, предусмотренном частью 24 статьи 22 Закона № 44-ФЗ, контракт должен содержать порядок определения количества поставляемого товара, объёма выполняемой работы, оказываемой услуги на основании заявок заказчика.

В соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 71 Закона № 44-ФЗ в случае, если электронный аукцион признан не состоявшимся по основанию, предусмотренному частью 16 статьи 66 данного Федерального закона в связи с тем, что по окончании срока подачи заявок на участие в таком аукционе подана только одна заявка на участие в нём, контракт заключается с участником такого аукциона, подавшим единственную заявку на участие в нём, если этот участник и поданная им заявка признаны соответствующими требованиям данного Федерального закона и документации о таком аукционе, в соответствии с пунктом 25 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ в порядке, установленном статьёй 83.2 данного Федерального закона.

Согласно части 8 статьи 95 Закона № 44-ФЗ расторжение контракта допускается по соглашению сторон, по решению суда, в случае одностороннего отказа стороны контракта от его исполнения в соответствии с гражданским законодательством Российской Федерации.

В соответствии с частью 9 статьи 95 Закона № 44-ФЗ заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным ГК РФ для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств, при условии, если это было установлено контрактом. Закон о контрактной системе указывает лишь на необходимость закрепить в контракте саму возможность его расторжения в одностороннем порядке по правилам гражданского законодательства. При этом основания для принятия заказчиком решения об одностороннем отказе от договора установлены в ГК РФ и подлежат применению.  Неуказание в контракте какого-либо конкретного существенного нарушения обязательства, являющегося основанием для заявления одностороннего отказа, не может свидетельствовать об отсутствии у стороны такого права при наличии соответствующего основания в ГК РФ.

Пунктом 1 статьи 450.1 ГК РФ предусмотрено, что предоставленное данным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путём уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В тоже время, согласно пункту 4 статьи 450.1 ГК РФ сторона, которой настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором предоставлено право на отказ от договора (исполнения договора), должна при осуществлении этого права действовать добросовестно и разумно в пределах, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В силу пункта 2 статьи 450.1, пункта 2 статьи 453 ГК РФ в случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора), если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или изменённым, при расторжении договора обязательства сторон прекращаются, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства.

Право заказчика принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта предусмотрено пунктами 8.2, 8.3 контракта.

Поскольку односторонний отказ от договора представляет собой одностороннюю сделку, прекращающую обязательство во внесудебном порядке, оспаривание которой допустимо по правилам параграфа 2 главы 9 ГК РФ, судом при рассмотрении настоящего спора дается оценка обоснованности такого отказа и соответствию его закону.

Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 г. № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» (далее – Пленум № 54) даны соответствующие разъяснения о правовых последствиях отказа от договора, а также разъяснения о необходимости учёта баланса интересов сторон договора при осуществлении одной из них такого права, и которые применимы при разрешении споров, связанных с заключением договоров с подобными условиями.

Так, в пункте 14 постановления Пленума № 54 указано, что при осуществлении стороной права на одностороннее изменение условий обязательства или односторонний отказ от его исполнения она должна действовать разумно и добросовестно, учитывая права и законные интересы другой стороны. Нарушение этой обязанности может повлечь отказ в судебной защите названного права полностью или частично, в том числе признание ничтожным одностороннего изменения условий обязательства или одностороннего отказа от его исполнения (пункт 2 статьи 10, пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Приведённые разъяснения Пленума № 54 направлены на формирование у участников гражданского оборота разумного и добросовестного поведения при установлении, исполнении и прекращении обязательств, в том числе, при одностороннем отказе стороны от договора.

Если односторонний отказ от исполнения обязательства или одностороннее изменение его условий совершены тогда, когда это не предусмотрено законом, иным правовым актом или соглашением сторон или не соблюдены требования к их совершению, то, по общему правилу, такой односторонний отказ от исполнения обязательства или одностороннее изменение его условий не влекут юридических последствий, на которые они были направлены (пункт 12 постановления Пленума № 54).

Как установлено сторонами в пункте 8.3 контракта, в случае существенного нарушения контракта исполнителем заказчик вправе в одностороннем внесудебном порядке отказаться от контракта и потребовать полного возмещения исполнителем убытков, причинённых отказом от контракта.

В соответствии с пунктом 8.4 контракта существенным нарушением контракта исполнителем являются:

- нарушение исполнителем начального и конечного сроков исполнения обязательств по контракту более чем на 30 календарных дней по причинам, не зависящим от заказчика;

- несоблюдение исполнителем требований к качеству оборудования и/или используемых при поставке и установке оборудования материально-технических ресурсов (комплектующих), если исправление выявленных заказчиком недостатков, несоответствий и/или дефектов оборудования влечёт нарушение сроков исполнения обязательств по контракту более чем на 30 календарных дней, либо такие недостатки являются неустранимыми;

- отсутствие (по причине отзыва, прекращения, приостановления действий, признания недействительными или по другим основаниям) допусков, разрешений и/или лицензий;

- принятие актов государственных органов или организаций, лишающих исполнителя в установленном порядке права на поставку и установку оборудования;

- наложение ареста на имущество исполнителя, введение арбитражным судом процедуры несостоятельности (банкротства) в отношении исполнителя;

- установление в ходе исполнения контракта фактов несоответствия исполнителя установленным документацией о закупке требованиям к участникам закупки и/или предоставления недостоверной информации о своём соответствии таким требованиям к участникам закупки и/или предоставления недостоверной информации о своём соответствии таким требованиям, а также недостоверности, неточности или неполноты заверений исполнителя об обстоятельствах, указанных в разделе 13  контракта и имеющих существенное значение для его заключения и исполнения.

Из материалов дела следует, что основанием для одностороннего отказа заказчика от 08 октября 2020 г. от исполнения контракта явилось:

- превышение предельно допустимых СанПиН 2.1.4.1074-01 уровней качества воды по показателям цветности, аммиака и железа, установленное протоколом лабораторных исследований аккредитованного испытательного лабораторного центра ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Магаданской области от 05 октября 2020 г. № 07298;

- использование для очистки воды химических реагентов, не предусмотренных техническим заданием;

- нарушение исполнителем срока исполнения обязательств по контракту более чем на 30 календарных дней.

В соответствии со статьёй 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как указывает истец, им в установленный контрактом срок было поставлено и установлено оборудование.

По условиям контракта согласие заказчика с качеством выполненных истцом работ и наступление права исполнителя на пробную эксплуатацию установленного оборудование наступает после подписания заказчиком акта освидетельствования выполненных работ (пункт 4.5 контракта).

Вместе с тем, в ходе судебного разбирательства, истец пояснил, что по завершении работ по поставке и установке оборудования исполнитель не направлял в адрес заказчика для рассмотрения и подписания в порядке пунктов 4.2, 4.3 контракта подписанный со своей стороны акт освидетельствования выполненных работ по форме согласно приложению № 3 к контракту с приложением Руководства по эксплуатации, альбома технологических схем, альбома схем автоматизации и электроснабжения в бумажном и электронном носителе, Режимной карты фильтров и Инструкций для оператора станции и иных технических документов, имеющих отношение к оборудованию.

Как усматривается по материалам дела, указанные документы были направлены истцом в адрес ответчика только лишь 16 октября 2020 г. (опись вложения в письмо – л.д. 44 том 1, РПО № 141401520009025) и получены последним 16 ноября 2020 г. (л.д. 44-46 том 3).

Несмотря на отсутствие подписанного сторонами акта освидетельствования выполненных работ, 17 июля 2020 г. сторонами был составлен акт о вводе оборудования в тестовую (пробную) эксплуатацию на 72 часа с 15 час. 00 мин. 17 июля 2020 г. (л.д. 146 том 2), 20 июля 2020 г. сторонами был подписан акт о том, что установка очистки и обеззараживания воды озоном  «ОЗОН – М 7-20 А ВВ», расположенная по адресу: Магаданская область, Среднеканский район, село Верхний Сеймчан, Водозабор, отработала в тестовом (пробном) режиме в течение 72 часов (л.д. 145 том 2).

20 июля 2020 г. сторонами составлен акт о проведении обучения и инструктажа по эксплуатации установленного оборудования Установки очистки и обеззараживания воды озоном «ОЗОН-М 7-20А ВВ».

В соответствии с пунктом 2 технического задания назначение оборудования: очистка поступающей из скважины вода до норм СанПиН  2.1.4. 1074-01 «Питьевая вода. Гигиенические требования к качеству воды централизованных систем питьевого водоснабжения. Контроль качества».

Согласно пункту 8.13 технического задания качество воды должно подтверждаться протоколом химического анализа очищенной воды от аккредитованной лаборатории после завершения монтажа оборудования.

Как согласовано сторонами в пункте 4.6 контракта, после получения обслуживающим персоналом заказчика подтверждающих документов о прохождении инструктажа (обучения) в период пробной эксплуатации, а также результатов проверки качества очищенной воды аккредитованной лабораторией после завершения монтажа оборудования, исполнитель обязан направить заказчику акт приёма – передачи поставленного и установленного оборудования, составленный по форме (приложение № 4 к контракту), а также подтверждение внесения обеспечения гарантийных обязательств.

Как указывает истец, при получении протоколов лабораторных исследований аккредитованного испытательного лабораторного центра ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Магаданской области» от 23 июля 2020 г. № 04937 (забор воды производился из скважины), № 04938 (забор воды производился из накопительной ёмкости), № 04939 (забор воды после очистки водоочистительной установкой) ООО «Озон-Монтаж» было обнаружено, что исходная подземная вода (из скважины) по показателям цветность (51,98 +/- 5,20 градусов), аммиак и ионы аммония (суммарно) (2,32 +/- 0,46 мг/куб.дм), железо (3,0 +/- 0,5 мг/куб.дм) превышают предельные значения качества подземной исходной воды, указанной в пункте 4 технического задания (цветность – 51,69 градус), аммиак и ионы аммония (суммарно) – 1,99 мг/куб.дм, железо – 2,88 мг/куб.дм) (л.д. 20, 22-23, 124, 125 том 1), ввиду чего вода не была очищена с помощью установленного оборудования до установленных нормативов.

При сопоставлении показателей качества исходной воды, указанных в пункте 4 технического задания и в протоколе от 23 июля 2020 г. № 04937 (забор воды производился из скважины), судом установлены незначительные расхождения, при этом с учётом указания погрешности показателей в протоколе от 23 июля 2020 г. № 04937 как в сторону увеличения, так и в сторону уменьшения (значение «+/-») в случае уменьшения указанных показателей они являются более низкими по степени наличия в воде загрязняющих веществ, нежели указано в  техническом задании.

Вместе с тем, как следует из пояснений сторон и имеющейся в материалах дела  согласованной сторонами принципиальной схемой коммутации и взаимодействия оборудования ОЗОН-М с существующей системой водоснабжения в селе Верхний Сеймчан (л.д. 106 том 1, л.д 100-103 том 2), вода из скважины перед очисткой поступала в накопительную ёмкость, в результате чего качество подземной воды по значениям, указанным в техническом задании, значительно ухудшалось, что не оспаривается сторонами.

Однако, по мнению суда, ухудшение показателей загрязняющих веществ в воде, подлежащей очистке, и хранящейся в накопительной ёмкости,  не свидетельствует о вине заказчика в неисполнении ответчиком своих обязательств, поскольку назначением оборудования является очистка воды, поступающей непосредственно из скважины.

Санитарно-эпидемиологическими правилами и нормативами СанПиН 2.1.4.1074-01 «Питьевая вода. Гигиенические требования к качеству воды централизованных систем питьевого водоснабжения. Контроль качества. Гигиенические требования к обеспечению безопасности систем горячего водоснабжения», утверждёнными Главным государственным санитарным врачом Российской Федерации 26 сентября 2001 г. (действовавшими в спорный период) установлены следующие нормативы содержания веществ, оказывающих влияние на органолептические свойства воды по показателю: цветность – не более 20 градусов, нормативы содержания вредных веществ в питьевой воде по показателям: аммиак – не более 2 мг/куб.дм, железо – не более 0,3 мг/куб.дм.

Таким образом, при показателях исходной воды, установленных в техническом задании, и при утверждённых нормативах, количество единиц показателя, подлежащего очистке оборудованием истца  должно было составить по показателям: цветность  - 31,69 градусов (51,69 – 20), аммиак – 0 мг/куб.дм (1,99 – 2,00), железо – 2,85 мг/куб.дм (2,88 – 0,3).

Как считает истец, именно действия ответчика, выразившиеся в непредставлении на водоочистительную установку воды с показателями, соответствующими пункту 4 технического задания, не позволили истцу осуществить ввод оборудования в эксплуатацию и выполнить обязательства по контракту.

Вместе с тем при исследовании протоколов лабораторных исследований аккредитованного испытательного лабораторного центра ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Магаданской области» от 23 июля 2020 г. № 04937 (забор воды производился из скважины), № 04938 (забор воды производился из накопительной ёмкости), № 04939 (забор воды после очистки водоочистительной установкой) судом установлено, что количество единиц показателей, на которые произошла фактическая очистка воды оборудованием истца, значительно ниже, чем должно быть при очистке воды с показателями, соответствующими техническому заданию, что в том числе отражено в таблице, представленной ответчиком (л.д. 8 оборотная сторона том 2).

Потребительской ценностью для ответчика по контракту, исходя из его условий и технического задания, является результат работ истца по очистке поступающей из скважины воды до соответствующих нормативов, а не как таковая передача ему оборудования.

Судом было предложено сторонам рассмотреть вопрос о целесообразности назначения судебной экспертизы с целью установления соответствия поставленного и установленного оборудования  паспорту и техническому заданию в целях устранения выявленных у сторон противоречий.

Истец в письменных пояснениях от 16 июля 2021 г. № 10/07 указал на нецелесообразность проведения судебной экспертизы. Каких-либо доказательств, подтверждающих потребительскую ценность установленного оборудования, истцом в материалы дела не представлено.

В пункте 1 статьи 716 ГК РФ определено, что подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении: непригодности или недоброкачественности предоставленных заказчиком материала, оборудования, технической документации или переданной для переработки (обработки) вещи; возможных неблагоприятных для заказчика последствий выполнения его указаний о способе исполнения работы; иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность её завершения в срок.

Подрядчик, не предупредивший заказчика об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, либо продолживший работу, не дожидаясь истечения указанного в договоре срока, а при его отсутствии разумного срока для ответа на предупреждение или несмотря на своевременное указание заказчика о прекращении работы, не вправе при предъявлении к нему или им к заказчику соответствующих требований ссылаться на указанные обстоятельства (пункт 2 статьи 716 ГК РФ).

В статье 719 ГК РФ установлено, что подрядчик вправе не приступать к работе, а начатую работу приостановить в случаях, когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности непредоставление материала, оборудования, технической документации или подлежащей переработке (обработке) вещи, препятствует исполнению договора подрядчиком, а также при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок (статья 328 ГК РФ).

Если иное не предусмотрено договором подряда, подрядчик при наличии обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 719 ГК РФ, вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков (пункт 2 статьи 719 ГК РФ).

Встречным признаётся исполнение обязательства одной из сторон, которое обусловлено исполнением другой стороной своих обязательств (пункт 1 статьи 328 ГК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 328 ГК РФ в случае непредоставления обязанной стороной предусмотренного договором исполнения обязательства либо при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что такое исполнение не будет произведено в установленный срок, сторона, на которой лежит встречное исполнение, вправе приостановить исполнение своего обязательства или отказаться от исполнения этого обязательства и потребовать возмещения убытков.

Вместе с тем из материалов дела не следует, что истец, после получения протоколов лабораторных исследований от 23 июля 2020 г., полагая, что ответчик не выполнил встречные обязательства, воспользовался правами, предоставленными названными нормами.

Напротив, в целях дальнейшего исполнения контракта ООО «Озон-Монтаж» письмом от 20 августа 2020 г. № 20/08-20 обратился к Администрации с просьбой согласовать дополнительную поставку к муниципальному контракту от 17 марта 2020 г. № 5/2020 в виде ступени дозации коагулянта Аква-аурат-30, сославшись на повышенное содержание загрязняющих концентраций в исходной воде (л. 104 том 1).

До получения согласования или отказа в согласовании ООО «Озон-Монтаж» силами привлечённых работников МУП «Сеймчантеплосеть» (эксплуатант скважины) произвёл установку и запуск системы «коагулянт», что подтверждается актом от 27 августа 2020 г. (л.д. 107 том 1) и не опровергается истцом.

Между тем, следует иметь в виду, что в силу специфики правового регулирования правоотношений, связанных с госзакупками, согласование замены, доукомплектования  предусмотренного контрактом оборудования с эксплуатирующей организацией, не являющейся стороной контракта, не имеет правового значения и не даёт права исполнителю на доукомплектования оборудования, предусмотренного контрактом, в силу императивности нормы, предусматривающей согласование таких изменений именно с заказчиком.

Согласно паспорту безопасности химической продукции от 04 октября 2016 г. данный коагулянт является химическим веществом 4 класса опасности (л.д. 110-117 том 1).

Вместе с тем, пунктом 3.6 технического задания предписано производить очистку воды с применением озона без других химических реагентов.

Частью 1 статьи 95 Закона № 44-ФЗ предусмотрено, что изменение существенных условий контракта при его исполнении не допускается.

При исполнении контракта (за исключением случаев, которые предусмотрены нормативными правовыми актами, принятыми в соответствии с частью 6 статьи 14 Закона № 44-ФЗ) по согласованию заказчика с поставщиком (подрядчиком, исполнителем) допускается поставка товара, выполнение работы или оказание услуги, качество, технические и функциональные характеристики (потребительские свойства) которых являются улучшенными по сравнению с качеством и соответствующими техническими и функциональными характеристиками, указанными в контракте. В этом случае соответствующие изменения должны быть внесены заказчиком в реестр контрактов, заключённых заказчиком (п. 7 ст. 95 Закона № 44-ФЗ).

Пунктом 1 части 15 статьи 95 Закона № 44-ФЗ предусмотрено, что заказчик обязан принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта, если в ходе исполнения контракта установлено, что поставщик (подрядчик, исполнитель) и (или) поставляемый товар не соответствуют установленным извещением об осуществлении закупки и (или) документацией о закупке требованиям к участникам закупки и (или) поставляемому товару или представил недостоверную информацию о своём соответствии и (или) соответствии поставляемого товара таким требованиям, что позволило ему стать победителем определения поставщика (подрядчика, исполнителя).

Суд критически относится к доводу истца о том, что коагулянт был установлен в экспериментальных целях,  поскольку из представленных в материалы дела доказательств, в том числе из имеющейся между сторонами переписки такая цель не усматривается, доказательств, подтверждающих, что на дату получения уведомления об одностороннем отказе от исполнения контракта, а также на дату требования от 04 сентября 2020 г. № 04/09-20 о приёмке оборудования, на дату направления в адрес заказчика документации, имеющей отношение к исполнению контракта (16 октября 2020 г.) данный коагулянт был демонтирован с очистительной установки, материалы дела не содержат.

Таким образом, после 27 августа 2020 г. все лабораторные исследования, протоколы которых представлены в материалы дела,   производились в отношении воды, очистка которой производилась с помощью коагулянта, что недопустимо в силу пункта 3.6 технического задания,  связи с чем, установить достоверно степень очистки воды озоном без применения химического реагента по представленным протоколам лабораторных исследований, проведённых после 27 августа 2020 г. невозможно.

Более того, судом отклоняется довод истца об отсутствии у него обязанности предоставить протокол лабораторных исследований, подтверждающий очистку поступающей из скважины воды до норм СанПиН  2.1.4. 1074-01 «Питьевая вода. Гигиенические требования к качеству воды централизованных систем питьевого водоснабжения. Контроль качества», как противоречащий пункту 4.6 контракта и пункту 2 технического задания.

Далее, в соответствии с пунктом 3.1 в редакции дополнительного соглашения от 11 июня 2020 г. № 1 срок поставки и установки  оборудования исполнителем составляет 98 рабочих дней с даты заключения контракта. Как пояснили представители сторон в ходе судебного разбирательства, в согласованный срок включены нерабочие дни с сохранением заработной платы, установленные в 2020 году в соответствии с Указами Президента Российской Федерации.

Работы признаются выполненными после подписания без замечаний исполнителем и заказчиком акта приёмки – передачи поставленного и установленного оборудования (пункт 4.13 контракта).

Таким образом, работы по контракту должны были быть выполнены до 07 августа 2020 г. включительно (18 марта 2020 г. + 98 рабочих дней) и сданы заказчику.

Довод о том, что истец уведомлением от 04 сентября 2020 г. № 04/09-20 предупредил заказчика о приостановлении исполнения своих обязательств в соответствии с положениями статьи 328 ГК РФ и потребовал осуществить приёмку выполненных работ оценен судом, однако подлежит отклонению в силу следующих обстоятельств.

Предупредив заказчика о приостановлении работ, исполнитель, тем не менее, продолжал осуществлять отбор проб воды для сдачи в аккредитованную лабораторию в соответствии с пунктом 8.12 технического задания в целях проверки качества очищенной воды (протоколы лабораторных исследований от 25 сентября 2020 г. № 07052, от 01 октября 2020 г № 07168, от 05 октября 2020 г. № 07298 (л.д. 24-29 том 1), от 25 сентября 2020 г. № 07053, от 01 октября 2020 г. № 07169 (представлены истцом в материалы дела 16 июля 2021 г.).

Таким образом, фактическое продолжение исполнения обязательств по контракту, не дожидаясь ответа заказчика на указанное предупреждение, исключает возможность исполнителя ссылаться на указанные в пункте 1 статьи 716 ГК РФ обстоятельства. Более того, судом принимается во внимание, что указанное уведомление было направлено исполнителем за пределами срока выполнения работ, установленных контрактом.

Потребовав в уведомлении от заказчика приёмки работ, истец, вместе с тем, в нарушение положений пункта 4.6 контракта не выполнил свою обязанность по направлению заказчику акта приёмки – передачи поставленного и установленного оборудования, а также подтверждения внесения обеспечения гарантийных обязательств. В приложении к требованию от 04 сентября 2020 г. № 04/09-20 поименованы лишь три протокола лабораторных исследований и акт отбора проб в с. Верхний Сеймчан (л.д. 36 том 1). Доказательств обратного истцом в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах, по мнению суда, у заказчика не наступила обязанность приступить к приёмке результатов выполненных работ.

Срок выполнения работ - это условие контракта, обязанность по соблюдению которого возлагается, в первую очередь, на подрядчика (часть 1 статьи 708 ГК РФ), однако при наличии объективных препятствий к его соблюдению, за которые отвечает заказчик, бремя несения просрочки выполнения работ перекладывается на последнего (часть 1 статьи 718 ГК РФ).

В пункте 10 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05 мая 1997 г. № 14 «Обзор практики разрешения споров, связанных с заключением, изменением и расторжением договоров» разъяснено, что нарушение подрядчиком сроков окончания строительных работ является существенным нарушением условий договора и может служить основанием для расторжения договора в порядке статьи 450 ГК РФ.

В ходе судебного заседания, проведённого 13-14 апреля 2021 г., судом по ходатайству ответчика были заслушаны свидетельские показания А. А ФИО5 заместитель главы Администрации Среднеканского городского округа), ФИО6 (руководитель МУП «Сеймчантеплосеть», являющегося эксплуатантом скважины), Д.С. Чекана (принимавшего участие в работах по установке спорного оборудования), которые будучи предупреждёнными  об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, сообщили под аудиозапись сведения относительно обстоятельств выполнения истцом своих обязательств в рамках спорного контракта.

Показания указанных свидетелей, являющиеся в силу статьи 64 АПК РФ доказательствами по настоящему делу, судом оценены по правилам статьи 71 АПК РФ при вынесении настоящего судебного акта, но признаны не имеющими существенного значения для дела и не влияющими на вынесение судебного акта по результатам рассмотрения спора.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд установил факт просрочки исполнения исполнителем обязательств по контракту, применение химического реагента, запрещённого к использованию по условиям контракта, и, с учётом поведения исполнителя в ходе выполнения обязательств по контракту, не выявив вины заказчика в нарушении срока выполнения работ, приходит к выводу о правомерности отказа ответчика от контракта.

Довод истца о том, что вся документация, в том числе акты сдачи – приёмки выполненных работ были направлены ответчику по почте после получения уведомления об одностороннем отказе от исполнения контракта (16 октября 2020 г.), не свидетельствует о неправомерности отказа от контракта. Доказательств исполнения ООО «Озон-Монтаж» требований пункта 4.6 контракта в части одновременного направления с актом приёмки – передачи поставленного и установленного оборудования в адрес заказчика подтверждения внесения обеспечения гарантийных обязательств, не представлено.

При таких обстоятельствах оснований для  удовлетворения исковых требований не имеется.

Проверив довод истца о нарушении заказчиком порядка расторжения контракта, установленного частью 12 статьи 95 Закона № 44-ФЗ, суд приходит к следующим выводам.

Как установлено частью 12 статьи 95 Закона № 44-ФЗ, решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта не позднее чем в течение трёх рабочих дней с даты принятия указанного решения, размещается в единой информационной системе и направляется поставщику (подрядчику, исполнителю) по почте заказным письмом с уведомлением о вручении по адресу поставщика (подрядчика, исполнителя), указанному в контракте, а также телеграммой, либо посредством факсимильной связи, либо по адресу электронной почты, либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование такого уведомления и получение заказчиком подтверждения о его вручении поставщику (подрядчику, исполнителю). Выполнение заказчиком требований настоящей части считается надлежащим уведомлением поставщика (подрядчика, исполнителя) об одностороннем отказе от исполнения контракта. Датой такого надлежащего уведомления признаётся дата получения заказчиком подтверждения о вручении поставщику (подрядчику, исполнителю) указанного уведомления либо дата получения заказчиком информации об отсутствии поставщика (подрядчика, исполнителя) по его адресу, указанному в контракте. При невозможности получения указанных подтверждения либо информации датой такого надлежащего уведомления признается дата по истечении тридцати дней с даты размещения решения заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта в единой информационной системе.

Решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта вступает в силу и контракт считается расторгнутым через десять дней с даты надлежащего уведомления заказчиком поставщика (подрядчика, исполнителя) об одностороннем отказе от исполнения контракта (пункт 13 статьи 95 Закона N 44-ФЗ).

Следовательно, заказчиком подлежат совершению два действия: размещение решения об отказе от исполнения контракта в единой информационной системе; направление такого решения в адрес поставщика любым возможным способом, позволяющим зафиксировать его отправку и получение адресатом.

Из толкования положений части 12 статьи 95 Закона № 44-ФЗ следует, что уведомление об одностороннем отказе заказчика от исполнения контракта должно быть совершено как посредством извещения непосредственно исполнителя наиболее оперативным образом (почтой заказным письмом с уведомлением, а также с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающими оперативность уведомления), так и посредством размещения решения в единой информационной системе.

При этом по смыслу указанной статьи для возникновения гражданско-правовых последствий в виде расторжения договора достаточно доставки исполнителю сообщения заказчика об отказе от исполнения договора с использованием любого средства связи и доставки. Размещение соответствующих сведений на интернет-сайте необходимо для обеспечения открытости и прозрачности функционирования государственных закупок и установлено, прежде всего, в публичных целях для осуществления надлежащего контроля в сфере закупок.

Таким образом, несовершение заказчиком всех действий, предусмотренных частью 12 статьи 95 Закона № 44-ФЗ, не свидетельствует об отсутствии надлежащего уведомления, если доказано, что уведомление об одностороннем отказе заказчика от исполнения контракта доставлено исполнителю (пункт 16 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28 июня 2017 г.).

Кроме того, в соответствии с абзацем шестым пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» адресат юридически значимого сообщения, своевременно получивший и установивший его содержание, не вправе ссылаться на то, что сообщение было направлено по неверному адресу или в ненадлежащей форме (далее - постановление Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. №  25).

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта размещено в единой информационной системе 28 октября 2020 г. (л.д. 12 том 2).

Как следует из пункта 13.1 контракта, стороны признают равную с подлинниками юридическую силу переписки и документов, полученных посредством факсимильной связи, интернета и других электронных способов связи. Каждая из сторон несёт риск не извещения второй стороны об изменении своего адреса электронной почты и/или номера телефона/факса.

Уведомления сторон, связанные с исполнением контракта, направляются в письменной форме по почте заказным письмом по почтовому адресу стороны или с использованием факсимильной связи, электронной почты по адресам, указанным в разделе 14 контракта. В случае направления уведомлений с использованием почты уведомления считаются полученными стороной в день фактического получения, подтверждённого отметкой почты. В случае отправления уведомлений посредством факсимильной связи и электронной почты уведомления считаются полученными стороной в день их отправки, подтверждённой протоколом передачи, распечатанным факсимильным аппаратом стороны – отправителя, или скриншотом с почтового ящика (пункт 13.2 контракта).

Материалами дела подтверждается направление заказчиком исполнителю уведомления об одностороннем отказе от исполнения контракта 09 октября 2020 г. на адрес электронной почты (скриншот с электронного ящика Администрации - л.д. 56 том 3), что в силу пункта 13.2  контракта свидетельствует о получении указанного уведомления исполнителем 09 октября 2020 г.

Исполнителем в исковом заявлении указано на получение от заказчика уведомления 09 октября 2020 г. по электронной почте.

Таким образом, ООО «Озон-Монтаж», которому было доставлено от заказчика уведомление об одностороннем отказе от исполнения муниципального контракта по электронной почте, не вправе в последующем заявлять о несовершении заказчиком всех действий, предусмотренных частью 12 статьи 95 Закона № 44-ФЗ.

При указанных обстоятельствах суд исходит из того, что решение заказчика достигло своей цели: исполнитель был извещён об одностороннем отказе заказчика от исполнения контракта, в связи с чем требования, установленные Законом № 44-ФЗ, при выполнении процедуры расторжения контракта Администрацией выполнены.

Контракт считается расторгнутым по смыслу части 13 статьи 95 Закона № 44-ФЗ по истечении десяти дней с момента, когда считается доставленным первое из юридически значимых сообщений.

С учётом указанного муниципальный контракт от 17 марта 2020 г. № 5/2020 считается расторгнутым с 20 октября 2020 г.

Таким образом, установив факт допущенного исполнителем нарушения обязательств по контракту, выразившегося в очистке воды с применением химического реагента, а также в нарушении срока выполнения работ, проверив соблюдение установленного порядка расторжения контракта, в отсутствие доказательств злоупотребления заказчиком правом на отказ от исполнения контракта, арбитражный суд приходит к выводу о правомерности принятого Администрацией решения и об отсутствии оснований для удовлетворения иска.

Иные доводы лиц, участвующих в деле, сводятся к уточнению их правовых позиций, и признаются судом не имеющими существенного правового значения при рассмотрении настоящего дела.

В соответствии с положениями статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесённые лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны пропорционально удовлетворённым требованиям.

По настоящему делу при первоначально заявленных исковых требованиях о признании недействительным одностороннего отказа от контракта, об обязании ответчика совершить определённые действия, согласно положениям подпунктов 2, 4 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ), с учётом части 1 статьи 103 АПК РФ, подпункта 3 пункта 1 статьи 333.22 НК РФ, пункта 22 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11 июля 2014 г. № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах» размер государственной пошлины составляет 12 000 рублей 00 копеек (2 требования неимущественного характера х 6000 рублей 00 копеек).

Истцом государственная пошлина в размере 12 000 рублей оплачена, что подтверждается имеющимися в материалах дела платёжными поручениями от 04 декабря 2020 г. № 1686 на сумму 6000 рублей 00 копеек (л.д. 78 том 1),  от 17 декабря 2020 г. № 1759 на сумму 6000 рублей 00 копеек (л.д. 77 том 1).

В соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 333.40 НК РФ в случае прекращения арбитражным судом производства по делу уплаченная государственная пошлина подлежит возврату. При отказе истца (административного истца) от иска (административного иска), до принятия решения судом первой инстанции возврату истцу (административному истцу) подлежит 70 процентов суммы уплаченной им государственной пошлины.

Не подлежит возврату уплаченная государственная пошлина при добровольном удовлетворении ответчиком (административным ответчиком) требований истца (административного истца) после обращения указанных истцов в Верховный Суд Российской Федерации, арбитражный суд и вынесения определения о принятии искового заявления (административного искового заявления) к производству.

В пункте 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11 июля 2014 г. № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах» разъяснено, что согласно подпункту 3 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации уплаченная государственная пошлина подлежит возврату в случае прекращения производства по делу или оставления заявления без рассмотрения по основаниям, предусмотренным статьями 148 и 150 АПК РФ.

Вместе с тем, при прекращении производства по делу в связи с отказом истца (заявителя) от иска (заявления) следует учитывать, что государственная пошлина не возвращается, если установлено, что отказ связан с добровольным удовлетворением ответчиком (заинтересованным лицом) заявленных требований после подачи искового заявления (заявления) в арбитражный суд (абзац третий подпункта 3 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации).

Поскольку в основу распределения судебных расходов между сторонами в арбитражном процессе положен принцип возмещения их правой стороне за счёт неправой, при добровольном удовлетворении ответчиком исковых требований критерием для отнесения государственной пошлины на истца либо на ответчика является установление того, исполнено обязательство до или после подачи иска в суд.

Как следует из представленных в материалы дела доказательств, отказ истца от иска в части требования об обязании Администрации привести качество исходной воды, подаваемой на установку очистки и обеззараживания воды озоном «ОЗОН-М 7-20 А ВВ», не связан с добровольным удовлетворением ответчиком требований истца.

При таких обстоятельствах, фактически уплаченная государственная пошлина в размере 4200 рублей 00 копеек (что составляет 70% от уплаченной государственной пошлины в размере 6000 рублей 00 копеек) подлежит возврату из федерального бюджета истцу на основании подпункта 3 пункта 1 статьи 333.40 НК РФ, с направлением соответствующей справки в адрес истца.

В связи с отказом в удовлетворении иска в оставшейся части в полном объёме расходы по уплате государственной пошлины в размере 6000 рублей 00 копеек относятся на истца.

На основании статьи 176 АПК РФ датой принятия настоящего решения является дата его изготовления в полном объёме – 26 июля 2021 г.

Руководствуясь статьями 104, 110, 156, 167-170, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

Р Е Ш И Л:

1.         Отказать истцу, обществу с ограниченной ответственностью «ОЗОН-МОНТАЖ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), в удовлетворении заявленных исковых требований.

2.         Возвратить истцу, обществу с ограниченной ответственностью «ОЗОН-МОНТАЖ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),  из федерального бюджета сумму уплаченной государственной пошлины в размере 4200 рублей 00 копеек, о чём выдать справку истцу после вступления решения в законную силу.

3.         Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня его принятия в Шестой арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Магаданской области.

4.         Решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Магаданской области при условии, что оно было предметом рассмотрения Шестого арбитражного апелляционного суда или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

 

Судья                                                                                                  А.М. Марчевская