ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-84443/15

13 июня 2019 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  05 июня 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  13 июня 2019 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Муриной В.А.,

судей Мизяк В.П., Катькиной Н.Н.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1, 

при участии в заседании:

от внешнего управляющего ЗАО «Производственная компания Иней» ФИО2: ФИО3, представитель по доверенности от 28.11.2018; 

от ООО «КОРСАРУС»: ФИО4, представитель по доверенности от 06.03.2019; 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу внешнего управляющего ЗАО «Производственная компания Иней» ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 17 января 2019 года, принятое судьей Ремизовой О.Н., по заявлению внешнего управляющего ЗАО «ПК ИНЕЙ» к ООО «КОРСАРУС» об оспаривании сделки должника по делу № А41-84443/15 о признании ЗАО «Производственная компания Иней» несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Московской области от 22 мая 2017 года по делу № А41-84443/15 в отношении Закрытого акционерного общества «Производственная компания Иней» (ЗАО «ПК Иней») введена процедура несостоятельности (банкротства) - внешнее управление. Внешним управляющим должника утверждена ФИО2.

10 мая 2018 года внешний управляющий ФИО2 обратилась с заявлением о признании недействительной сделки должника – договора поручительства от 01.12.2014 №0112/14-6 в редакции Дополнительного соглашения от 29.01.2015 и применения последствий признания сделки недействительной в виде исключения из реестра требований кредиторов должника требования ООО «КОРСАРУС» в сумме 35 917 167,02 рублей.

 Определением Арбитражного суда Московской области от 17 января 2019 года в удовлетворении заявления внешнего управляющего отказано. 

Не согласившись с определением суда первой инстанции, внешний управляющий ЗАО «Производственная компания Иней» ФИО2 обратилась в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда и удовлетворить заявление о признании сделки недействительной.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со ст. ст. 223, 266, 268 АПК РФ.

В судебном заседании представитель внешнего управляющего ЗАО «Производственная компания Иней» ФИО2 поддержала доводы апелляционной жалобы.

Представитель по доверенности ООО «КОРСАРУС» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения представителей участвующих в деле лиц, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

Как следует из материалов дела, 01 декабря 2014 года между ЗАО «Группа компаний ИНВЕНТ» и ЗАО «ПК ИНЕЙ» заключен договор поручительства №0112/14-6 в счет исполнения обязательств ЗАО «ИНВЕНТ» по договору займа №ИНГК-2609/13 от 26.09.2013, заключенному между ЗАО «Группа компаний ИНВЕНТ» и ЗАО «ИНВЕНТ». 

В соответствии с условиями указанного договора поручительства в редакции Дополнительного соглашения от 29.01.2015 должник принял на себя обязательства отвечать перед ЗАО «Группа компаний ИНВЕНТ» за исполнение обязательств, возникших из договора займа №ИНГК-2609/13 от 26.09.2013 на сумму 34 000 000 руб., с последующим увеличением до 36 620 000 руб. (в редакции Дополнительного соглашения от 29.01.2015) и процентной ставкой за пользование займом в размере 14,85% годовых. 

16.12.2016 между ЗАО «Группа компаний ИНВЕНТ» и ООО «КОРСАРУС» заключен договор уступки прав требования (цессии) № 360, по которому к ООО «КОРСАРУС» перешли все права требования по договору займа №ИНГК-2609/13 от 26.09.2013 и договору поручительства №0112/14-6 от 01.12.2014 в редакции Дополнительного соглашения от 29.01.2015.

Обращаясь с настоящим заявлением, внешний управляющий ЗАО «Производственная компания Иней» ФИО2 указала, что оспариваемый договор поручительства заключен должником при злоупотреблении правом, с целью причинения вреда кредиторам должника, в результате заключения договора поручительства произошло увеличение размера имущественных требований к должнику.

Отказывая в удовлетворении заявленных внешним управляющим требований, суд первой инстанции посчитал недоказанным то обстоятельство, что поручительство было принято должником с целью причинения вреда его кредиторам.

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд согласен с указанным выводом суда первой инстанции.

Как следует из материалов дела, оспариваемый договор поручительства был заключен ЗАО «ПК ИНЕЙ» в пределах трехлетнего срока подозрительности. 

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Согласно пункту 5 Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» для признания сделки недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу вышеуказанной нормы права для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: 

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Исследовав материалы дела, арбитражный суд пришел к выводу об отсутствии доказательств, подтверждающих, что договор поручительства от 01.12.2014 №0112/14-6 (в редакции Дополнительного соглашения от 29.01.2015) был заключен между ЗАО «Группа компаний ИНВЕНТ» и ЗАО «ПК ИНЕЙ» исключительно с целью причинения вреда кредиторам ЗАО «ПК ИНЕЙ».

Арбитражному апелляционному суду такие доказательства также не представлены.

Сама по себе неспособность удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. 

По смыслу статей 361 и 365 Гражданского кодекса Российской Федерации у поручителя обязанность отвечать за исполнение обязательства основного заемщика возникает только в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения своих обязательств основным заемщиком, и в последующем к нему переходят права и обязанности кредитора по основному обязательству.

При таких условиях заключение договора поручительства не свидетельствует о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, поскольку обязательство поручителя является дополнительным, оно может и не наступить. 

По смыслу разъяснений, изложенных в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 42 от 12.07.2012 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством», а также в пункте 15.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 32 от 30.04.2009 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», заключение договора поручительства может быть вызвано наличием у заемщиков и поручителей в момент выдачи поручительств общих экономических интересов (например, основное и дочернее общества, преобладающее и зависимое общества, общества, взаимно участвующие в капиталах друг друга, лица, совместно действующие на основе договора простого товарищества); если невыгодность сделки для общества не была очевидной на момент ее совершения, а обнаружилась или возникла впоследствии, например, по причине нарушения возникших из нее обязательств, то она может быть признана недействительной, только если истцом будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Фактические обстоятельства дела свидетельствуют о том, что между участниками спорных правоотношений имелись определенные хозяйственные связи, обусловившие экономическую целесообразность заключения договоров, в том числе оспариваемого договора с ЗАО «ПК ИНЕЙ». 

Внешним управляющим в материалы дела не представлено доказательств того, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись обязательства перед иными кредиторами, а заключение договора поручительства повлекло причинение вреда интересам кредиторов.

Таким образом, внешним управляющим не доказано наличие совокупности условий, необходимых для признания сделки недействительной по специальным основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи  61.2 Закона о банкротстве.

В своем заявлении внешний управляющий ФИО2 просила признать договор поручительства от 01.12.2014 №0112/14-6 в редакции Дополнительного соглашения от 29.01.2015 недействительным также на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. 

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Кодекса).

Согласно пункту 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 ст. 168 ГК РФ).

Если совершение сделки нарушает установленный статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В пункте 10 Информационного письма от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если при заключении договора было допущено злоупотребление правом, то такой договор является недействительным (ничтожным) как противоречащий закону (статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из содержания приведенных норм, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

В соответствии со ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Между тем, внешним управляющим должника не доказано наличие совокупности всех обстоятельств, необходимых для признания указанной сделки недействительной применительно к ст. 10, 168 АПК РФ.

Доказательств того, что заключая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес, материалы дела не содержат.

Статьей 1 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

При этом, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (п. 5 ст. 10 ГК РФ).

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе внешнего управляющего ЗАО «Производственная компания Иней» ФИО2 и письменном дополнении к апелляционной жалобе, сводящиеся к несогласию с выводами суда первой инстанции, рассмотрены арбитражным апелляционным судом и отклонены, поскольку они противоречат фактическим обстоятельствам дела. 

Согласно сложившейся судебной практике наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2014 N 14510/13). Получение поручительства от компании, входящей в одну группу лиц с заемщиком, с точки зрения нормального гражданского оборота, является стандартной практикой и потому указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора даже в ситуации, когда поручитель испытывает финансовые сложности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475). Предполагается, что при кредитовании одного из участников группы лиц, в конечном счете, выгоду в том или ином виде должны получить все ее члены, так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает.

В такой ситуации для констатации сомнительности поручительства должны быть приведены достаточно веские аргументы, свидетельствующие о значительном отклонении поведения заимодавца от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, то есть фактически о злоупотреблении данным заимодавцем своими правами во вред иным участникам оборота, в частности, остальным кредиторам должника (пункт 4 статьи 1 и пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). К их числу могут быть отнесены, в том числе следующие:  участие кредитора в операциях по неправомерному выводу активов; получение кредитором безосновательного контроля над ходом дела о несостоятельности;  реализация договоренностей между заимодавцем и поручителем (залогодателем), направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали (в том числе, не имеющее разумного экономического обоснования принятие новых обеспечительных обязательств по уже просроченным основным обязательствам в объеме, превышающем совокупные активы поручителя, при наличии у последнего неисполненных обязательств перед собственными кредиторами), и т.п. - определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2015 N 308-ЭС15-1607.

Применение упомянутого подхода для разрешения подобного рода споров от статуса кредитора по отношению к заемщику и поручителю.

В ситуации, когда кредитор является независимым от группы заемщика лицом, предоставленные в виде займа денежные средства, как правило, выбывают из-под контроля кредитора, поэтому предполагается, что главная цель поручительства заключается в создании дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств. Следовательно, доказывание недобросовестности кредитора осуществляется лицом, ссылающимся на данный факт (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Если же заем является внутригрупповым, денежные средства остаются под контролем группы лиц, в силу чего, с точки зрения нормального гражданского оборота, отсутствует необходимость использовать механизмы, позволяющие дополнительно гарантировать возврат финансирования. Поэтому в условиях аффилированности заимодавца, заемщика и поручителя между собой, на данных лиц в деле о банкротстве возлагается обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения обеспечительной сделки, в том числе выдачи поручительства. В обратном случае следует исходить из того, что выбор подобной структуры внутригрупповых юридических связей позволяет создать подконтрольную фиктивную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве каждого участника группы лиц (определение Верховного Суда РФ от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6)).

Как следует из материалов дела, 26.09.2013 между ЗАО Группа компаний «ИНВЕНТ» (займодавец) и ЗАО «ИНВЕНТ» (заемщик) заключен договора займа №ИНГК-2609/13, по условиям которого займодавец предоставил заемщику заем в сумме 35 520 000 руб.

Факт передачи обусловленных договором денежных средств установлен определением Арбитражного суда Московской области от 20.01.2016 по делу №А41-42676/15.

Заем был предоставлен заемщику ЗАО «ИНВЕНТ» на рыночных условиях различными траншами в течение 2013 года с процентной ставкой за пользование заемными денежными средствами 14 -14,85% годовых.

Целью предоставления займа являлась необходимость обеспечения нормальной хозяйственной деятельности Общества, поддержание производства, оплата арендных платежей, закупка расходных материалов и сырья, иные текущие расходы, осуществление которых являлось затруднительным в указанный период в связи с окончательным погашением ЗАО «ИНВЕНТ» крупного кредитного обязательства.

Исследовав материалы дела, арбитражным судом установлено, что привлечение займа от аффилированного лица обусловлено наличием возможности предоставить заем без предоставления дополнительного обеспечения со стороны должника, отсутствие длительный процедуры согласования и одобрения займа, а также наличием нормальных (не завышенных в виду срочности) рыночных условий. 

Материалами дела подтверждается, что ни должник, ни кредитор не отвечали признакам недостаточности имущества или неплатежеспособности на момент совершения договора поручительства. 

Наоборот, должник регулярно на основании условий договора совершал платежи по оплате ежемесячных процентов по договору займа: платежным поручением №7 от 06.06.2014 на сумму 98 758 руб. 38 коп; платежным поручением №4 от 09.06.2014 на сумму 268 00 руб; платежным поручением №873 от 08.07.2014 на сумму 430 373 руб. 53 коп; платежным поручением №912 от 20.08.2014 на сумму 447 989 руб. 34 коп; платежным поручением №724 от 08.09.2014 на сумму 447 989 руб. 34 коп; платежным поручением №424 от 13.10.2014 на сумму 433 538 руб. 63 коп; платежным поручением №30031 от 08.12.2014 на сумму 447 989 руб. 92 коп; платежным поручением №33914 от 26.12.2014 на сумму 447 989 руб. 34 коп.

Определением Арбитражного суда Московской области от 08.10.2018  в признании недействительным договора займа № ИНГК-2609/13 от 26.09.2013применительно к положениям ст. 170 ГК РФ, п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве было отказано.

Выдача поручительства за ЗАО «ИНВЕНТ» перед ЗАО «Группа компаний ИНВЕНТ» 01.12.2014 обусловлена наличием общих финансово-экономических интересов группы компаний, что подтверждается соответствующей перепиской с АКБ «Город» (ЗАО) и кредитными договорами, имеющимися в материалах дела.

Обществом «КОРСАРУС» в материалы дела представлены доказательства того, что оспариваемый договор поручительства был заключен именно в целях пропорционального распределения риска дефолта заемщика с учетом общих экономических интересов группы компаний «ИНВЕНТ», что соответствует правовой позиции, изложенной в п.9 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством», Обзоре судебной практики №3 (2017), утвержденном Президиумом Верховного суда РФ от 12.07.2017, Постановлении Президиума ВАС РФ от 11.02.2014 №14510/13.

Указанные компании входили в группу компаний «ИНВЕНТ», объединенную общими экономическими интересами.

 ЗАО «Инвент» и ЗАО «ПК «Иней» являлись производственными компаниями разного направления, ЗАО «ГК «Инвент» являлась управляющей компанией, а также осуществляла и контролировала финансовую деятельность группы компаний.

Для осуществления текущей производственной деятельности ЗАО «Инвент» привлечены кредитные средства по кредитному договору 

<

***> о предоставлении кредитной линии с лимитом выдачи от 20.02.2013. 

Впоследствии 26.09.2013 для поддержания производства, оплаты арендных платежей, закупки расходных материалов и сырья, а также для погашения ЗАО «ИНВЕНТ» вышеуказанного кредитного обязательства Обществом привлечены заемные средства от ЗАО «ГК «ИНВЕНТ». 

Правомерность привлечения указанных денежных средств от головной организации подтверждена определением Арбитражного суда Московской области от 08.10.2018по делу №А41-42676/15.

В связи с необходимостью дополнительного финансирования текущей производственной деятельности ЗАО «Инвент» заключен второй кредитный договор от 12.08.2014 №1923-КЛЗ-Юл о предоставлении кредитной линии с лимитом выдачи.

В соответствии с п. 5.1.8 кредитного договора ЗАО «Инвент» обязалось предоставлять Банку копии годовых балансов и отчетов о прибылях и убытках с одновременным представлением расшифровок кредиторской и дебиторской задолженности с выделением пяти наиболее крупных кредиторов и дебиторов.

На основании исследования расшифровок кредиторской задолженности 13.11.2014 АКБ «Город» (ЗАО) обратил внимание ЗАО «Инвент» на наличие необеспеченного заемного обязательства перед ЗАО «ГК «Инвент» и предложил в целях минимизации факторов кредитных рисков и сохранения текущей кредитной ставки по заключенным между Банком и ЗАО «Инвент» предоставить обеспечение исполнения указанных заемных обязательств перед ЗАО «ГК «Инвент» в форме поручительства либо банковской гарантии.

В связи с указанным обращением было принято решение предоставить обеспечение исполнения данного обязательства путем предоставления поручительства в рамках группы компаний, а именно, поручительство ЗАО «ПК Иней», поскольку указанная компания являлась финансово-стабильной и обладала значительными недвижимыми и производственными активами (Административно-бытовой корпус, литера М,м общей площадью 492,9 кв.м., кадастровый номер: 50-50-17/011/2011-417; Нежилое помещение, производственный корпус, литера А, А2, A3 общей площадью 964,6 кв.м., кадастровый номер: 202:062-13207/1; общей площадью 758,7 кв.м., кадастровый номер: 50:17:08:00338:001:0001; Склад-ангар, литера 1М,2М, общей площадью 584,7 кв.м., кадастровый номер: 50-50- 17/020/2011-243; Склад-ангар, литера Е, общей площадью 294,2 кв.м., кадастровый номер: 50-50-17/020/2011-244; Склад-ангар, литераЛ, общей площадью 836,8 кв.м., кадастровый номер: 50-50-17/020/2011-242; земельный участок: для ведения личного подсобного хозяйства, категория земель: земли поселений, общая площадь 1437 кв.м. кадастровый номер: 50:17:003:10 01:0038; земельный участок: под производственную базу, категория земель: земли населенных пунктов, общая площадь 11 500 кв.м., кадастровый номер: 50:17:003:10 01:0037), которые позволяли принять на себя поручительство в заявленном размере.

Таким образом, материалы дела свидетельствуют о том, что заемные обязательства ЗАО «Инвент» перед ЗАО «ГК Инвент» были должным образом обеспечены по требованию Банка - АКБ «Город» (ЗАО), что полностью соответствовало общим экономическим интересам группы компаний, распределяло риск дефолта заемщика между всеми членами такой группы компаний и позволило сохранить текущую ставку по кредитным обязательствам ЗАО «Инвент».

Письмом от 08.12.2014 во исполнение обращения Банка от 13.11.2014 в АКБ «БАНК ГОРОД» представлена копия договора поручительства, а также копия отчета ОЗФ в отношении ЗАО «ПК ИНЕЙ».

Таким образом, между участниками спорных правоотношений имелись определенные хозяйственные связи, которые и обусловили экономическую целесообразность заключения оспариваемого договора поручительства.

Доводы внешнего управляющего о причинении вреда имущественным правам кредиторов должника в результате заключения договора поручительства, также отклонены.

Исследовав материалы дела, арбитражным судом также установлено, что обязательства по договору займа по состоянию на дату выдачи поручительства просрочены не были.

Дополнительным соглашением от 17.12.2013 стороны установили срок возврата займа - не позднее 20.09.2017.

По состоянию на 01.12.2014 (дату заключения договора поручительства) у должника ЗАО «ПК ИНЕЙ» отсутствовали кредиторы.

В настоящее время в реестр кредиторов должника включены требования следующих кредиторов:

- ООО «ЕВРОПА» на сумму 1 061 794,48 руб. на основании определения суда от 27.12.2016. Задолженность перед ООО «ЕВРОПА» образовалась в 2015 году;

- АО Торговый Дом «ТЕХПРОЕКТ» на сумму 31 775 530,55 руб. на основании определения суда от 13.03.2017. Из материалов дела следует, что задолженность перед кредитором образовалась 30.06.2015.

Задолженность перед ФИО5 на сумму 83 772 912,95 руб. образовалась в 2015 году.

Требование ЗАО «ИНВЕНТ» на общую сумму 6 247 921,50 руб., включенное в реестр требований кредиторов на основании определения суда от 17.04.2018, возникла в 2015 году.

Таким образом, внешним управляющим не доказано, что договор поручительства заключен с целью причинения имущественного вреда кредиторам должника.

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (ч. 2 ст. 9 АПК РФ). 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 223, 266, 268, п. 1 ч. 4 ст. 272, ст. 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 17 января 2019 года по делу № А41-84443/15 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий

В.А. Мурина

 

Судьи

В.П. Мизяк

Н.Н. Катькина