ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-15750/2019

Дело № А41-29941/17

25 декабря 2019 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  23 декабря 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  25 декабря 2019 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Муриной В.А.,

судей Гараевой Н.Я., Шальневой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1 

при участии в судебном заседании:

ФИО2 лично, паспорт и его представитель ФИО3 – доверенность от 20 ноября 2019 года,

от конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ПКФ Стройбетон» ФИО4 - ФИО5 – доверенность от 13 декабря 2019 года, 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 24 июня 2019 года о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества от 03.03.2017 № 18/3/72 КП, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «ПКФ Стройбетон» и ФИО2 и применении последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «ПКФ Стройбетон» жилого помещения кадастровый номер 50:45:0050201:1390,площадью 58,2 кв.м.,  расположенное по адресу: Московская область г. Королёв, мкр. Болшево, ул. Комитетский лес, д. 18, корп. 3, кв. 72.

по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ПКФ Стройбетон»

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Московской области от 12.05.2017  принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «МеталлТорг» о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «ПКФ Стройбетон» (далее - ООО «ПКФ Стройбетон», должник).

Решением Арбитражного суда Московской области от 09.04.2018 ООО «ПКФ Стройбетон» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура банкротства - конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

Конкурсный управляющий должником обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании недействительной сделки должника – договор купли-продажи недвижимого имущества от 03.03.2017 № 18/3/72 КП, заключенный между ООО «ПКФ Стройбетон» и ФИО2 (далее – ФИО2) и применении последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ООО «ПКФ СТРОЙБЕТОН» жилого помещения кадастровый номер 50:45:0050201:1390,площадью 58,2 кв.м., расположенное по адресу: Московская область г. Королёв, мкр. Болшево, ул. Комитетский лес, д. 18, корп. 3, кв. 72.

По мнению конкурсного управляющего должником, оспариваемая сделка является недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и совершена с целью причинения вреда имущественным правам и интересам кредиторов. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 24.06.2019 заявленные требования удовлетворены.  

Не согласившись с указанным определением, ФИО2 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции от 24.06.2019 и принять по обособленному спору новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим должником требований.

В судебном заседании ФИО2 и его представитель поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе.

Представитель конкурсного управляющего должником возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил оставить определение суда первой инстанции от 24.06.2019 без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела письменные доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемого судебного акта, ввиду следующего.

Как установлено судом первой инстанции, конкурсным управляющим ООО «ПКФ СТРОЙБЕТОН» получена выписка из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости № 00-00-4001/5341/2018-9060 от 13.04.2018 согласно которой 21.03.2017 зарегистрировано прекращение права ООО «ПКФ Стройбетон» на жилое помещение, 50:45:0050201:1390,площадью 58,2 кв.м., расположенное по адресу: Московская область г. Королёв, мкр. Болшево, ул. Комитетский лес, д. 18, корп. 3, кв. 72 в пользу гражданина ФИО2  по договору купли-продажи недвижимого имущества № 18/3/72 КП от 03.03.2017.

Конкурсный управляющий должником, полагая, что указанная сделка является недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, обратился с рассматриваемым заявлением в суд.

Суд первой инстанции, вынося обжалуемое определение, исходил из того, что на момент заключения оспариваемой сделки, ООО «ПКФ Стройбетон» отвечало признакам неплатежеспособности, поскольку имело обязательства, в том числе просроченные к исполнению, перед кредиторами в сумме свыше 60 000 000 000 руб., активов общества было недостаточно для расчетов по своим обязательствам.

Кроме того, суд первой инстанции указал, что должник в 2016 уже не исполнял обязанность по уплате обязательных платежей более трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены на сумму 32 611 840,14 руб., что подтверждается неоплатой направленных в адрес должника требований об уплате недоимки по страховым взносам, пеней и штрафов.

Также суд, удовлетворяя требования конкурсного управляющего должником, указал, что доказательства, подтверждающие наличие у ФИО2 финансовой возможности оплатить спорное имущество, последним не представлено, как и не представлено каких-либо документов, подтверждающих оплату по договору.

Между тем суд апелляционной не может согласиться с данными выводами суда первой инстанции, ввиду следующего. 

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, предусмотренным данным Законом.

В подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) разъяснено, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству определением арбитражного суда от 12.05.2017, оспариваемый договор  заключен 03.03.2017, то есть в течение трех лет до принятия заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 5 Постановления № 63 указано, что пункт 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названного постановления также разъяснено, что при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

При этом, как разъяснено в пункте 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. 

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Следовательно из толкования статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки должника подозрительной необходимо доказать два факта: совершение сделки должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления; неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий должником ссылался на то, что на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности, что подтверждается судебными актами по делам о взыскании с должника денежных средств; заключение оспариваемого договора привело к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет спорного имущества; ФИО2, действия разумно и осмотрительно при определении признаков платежеспособности должника должен был знать о совершении оспариваемой сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, ввиду наличия судебных актов о взыскании с должника денежных средств. 

Как следует из материалов дела, между ООО «ПФК Стройбетон» (Продавец) и ФИО2 (Покупатель) был заключен договор купли-продажи № КЛ 18/3/72 КП, предметом которого явилось жилое помещение – квартира, расположенная по адресу: 

<

...> лес, д. 18, к. 3, кв. 72.

Цена договора была определена сторонами в размере 4 179 335,00 руб.

Судом установлено, что денежные средства были переданы  Покупателем Продавцу в полном объеме, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № 03/17, которая содержит подпись уполномоченного лица Продавца и печать организации.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Таким образом, неравноценность встречного исполнения имеет место в тех случаях, когда: цена сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки; осуществлена любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

По общему правилу бремя доказывания того, что цена сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, лежит на заявителе соответствующего требования о признании такой сделки недействительной.

Между тем, в нарушение статьи 65 АПК РФ конкурсный управляющий должника не представил суду надлежащих доказательств, свидетельствующих о том, что рыночная стоимость переданного по оспариваемой сделке имущества (квратиры) существенно превышает стоимость, полученную должником от покупателя встречного обеспечения.

Обстоятельств, позволяющих установить факт того, что цена сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, не установлено.

Заявителем не доказано наступление для должника и для его кредиторов неблагоприятных последствий (убытков) в результате заключения спорного договора.

В качестве доказательства получения должником неравноценного встречного предоставления по сделке, конкурсным управляющим представлена выписка из ЕГРН, согласно которой кадастровая стоимость квартиры  составляет 4 973 581,10 руб. (л.д. 23).

В соответствии с правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 25.06.2013 № 10761/11, кадастровая и рыночная стоимости объектов взаимосвязаны. Кадастровая стоимость по существу отличается от рыночной методом ее определения (массовым характером). Установление рыночной стоимости, полученной в результате индивидуальной оценки объекта, направлено, прежде всего, на уточнение результатов массовой оценки, полученной без учета уникальных характеристик конкретного объекта недвижимости.

Между тем, судом принимается во внимание, что представленные управляющим сведения о кадастровой стоимости объекта оценки представлены на 01.01.2018, а не на дату заключения сделки. 

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выяснится, что оно соответствует действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Сведения о рыночной стоимости объекта на дату заключения сделки материалы дела не содержат, ходатайств о назначении по делу судебной экспертизы управляющим заявлено не было, иных доказательств, свидетельствующих о том, что оплата по оспариваемому договору существенно отличалась в худшую для должника сторону от оплат по договорам, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, управляющим должника в материалы дела в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлено, в связи с чем, суд первой инстанции пришел к ошибочному выводу, что Договор купли-продажи совершен при неравноценном встречном предоставлении.

Согласно ст. 421 ГК РФ принцип свободы договора предполагает добросовестность действий сторон, разумность и справедливость его условий, в частности их соответствие действительному экономическому смыслу заключаемого соглашения.

Под свободой договора подразумевается, что стороны действуют по отношению друг к другу, основываясь на началах равенства и автономии воли, и определяют условия договора самостоятельно в своих интересах. Однако это не означает, что при заключении договора они могут действовать и осуществлять права по своему усмотрению без учета прав других лиц (контрагентов), а также ограничений, установленных Гражданским кодексом РФ и другими законами (Постановление Президиума ВАС РФ от 12.07.2011 N 17389/10 по делу N А28-732/2010-31/18).

Принцип свободы договора является фундаментальным частноправовым принципом, основой для организации современного рыночного оборота. Отступления от этого принципа допускаются лишь в крайних случаях для защиты интересов и экономических ожиданий третьих лиц, слабой стороны договора (потребителей), основ правопорядка или нравственности или интересов общества в целом.

Одним из случаев ограничения свободы договора является направленность сделки на причинение вреда должнику и его кредиторам.

Судом установлено, что доказательств направленности воли сторон на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника в материалы дела не представлено.

Доказательств, свидетельствующих о том, что встречное предоставление было неравноценным (то есть цена сделки существенно в худшую для должника сторону отличалась от цены аналогичных сделок, совершаемых в сравнимых обстоятельствах, или не соответствовала действительной стоимости переданного товара) либо не являлось реальным, конкурсный управляющий должника в нарушение части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в суд не представил.

Суд апелляционной инстанции отклоняет доводы конкурсного управляющего о том, что квитанция к приходно-кассовому ордеру не является допустимым доказательством оплаты, в связи со следующим.

Приходный кассовый ордер выписывается в одном экземпляре работником бухгалтерии, подписывается главным бухгалтером или лицом, на это уполномоченным (постановление Государственного комитета Российской Федерации по статистике от 18.08.1998 N 88 "Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету кассовых операций, по учету результатов инвентаризации").

Квитанция к приходному кассовому ордеру подписывается главным бухгалтером или лицом, на это уполномоченным, и кассиром, заверяется печатью (штампом) кассира и регистрируется в журнале регистрации приходных и расходных кассовых документов (форма КО-3) и выдается на руки сдавшему деньги, а приходный кассовый ордер остается в кассе.

Вопреки доводам управляющего, представленная в материалы дела квитанция к приходному кассовому ордеру подтверждают поступление наличных денежных средств в кассу должника, поскольку на них имеется подпись главного бухгалтера должника, документ заверен печатью организации.

Отсутствие сведений в бухгалтерской документации и налоговой отчетности о заключении упомянутого договора и расходовании денежных средств не является основанием для вывода о том, что оспариваемый договор купли-продажи не оплачен со стороны Покупателя. 

Также отсутствие сведений о том, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности, не являются безусловным основанием для вывода о не внесении денежной суммы в кассу должника, поскольку эти обстоятельства могут свидетельствовать о ненадлежащем исполнении обязанностей соответствующим должностным лицом должника.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Кодекса).

Соответственно, у Покупателя не имелось оснований полагать, что  первичные документы оформлены  ненадлежащим образом, при том что на них, в том числе, проставлена печать организации.

Неблагоприятные последствия ненадлежащего оформления первичных документов не могут быть возложены на участника долевого строительства.

Кроме того, вопреки выводам суда первой инстанции, доказательства, свидетельствующие о том, что Покупатель знал или должен был знать о наличии у должника на момент совершения оспариваемой сделки кредиторов, перед которыми должник имел неисполненные обязательства, а также о недостаточности денежных средств для расчетов с кредиторами, в материалы дела не представлены.

Аффилированность между сторонами сделки судом не установлена.

Кроме того, вопреки доводам конкурсного управляющего должником, наличие судебных актов о взыскании с должника задолженности само по себе не свидетельствует о том, что ФИО2 знал (должен был знать) о том, что оспариваемый договор заключен с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, при этом материалы обособленного спора не содержат доказательств, свидетельствующих о наличии информации о финансово-экономическом положении должника, размещенной в открытых источниках, учитывая, что ФИО2 не является заинтересованным лицом по отношению к должнику.

Учитывая установленные судом обстоятельства, в результате оспариваемой сделки конкурсная масса должника  не уменьшилась, поскольку должник получил соразмерные отчуждаемой квартире денежные средства. Доказательств обратного не представлено. Соответственно, оснований полагать, что в результате заключения оспариваемой сделки был причинен вред должнику и его кредиторам не имеется. 

При изложенных обстоятельствах с учетом того, что совокупность необходимых обстоятельств для признания оспариваемой сделки недействительной, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, конкурсным управляющим должником не доказана, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для отказа в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим должником требований.

Пунктом 4 Постановления № N 63 установлено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Обстоятельства, связанные со злоупотреблением правами при совершении сделок, судом не установлены.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно пункту 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Отменяя обжалуемое определение, суд апелляционной инстанции, руководствуясь приведенными положениями с учетом правовых разъяснений Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации, установив отсутствие доказательств того, что истинная воля сторон сделок не была направлена на порождение соответствующих правоотношений и реальные взаимоотношения между сторонами отсутствовали, а также доказательств причинения оспариваемой сделкой вреда имущественным правам кредиторов и совершения действий в обход закона с противоправной целью, полагает, что у суда первой инстанции отсутствовали основания для удовлетворения заявления конкурсного управляющего должником.

Таким образом, поскольку основания для удовлетворения заявления конкурсного управляющего должником отсутствуют, определение подлежит отмене с отказом в удовлетворении заявления о признании оспариваемой сделки должника недействительной и применении последствий ее недействительности.  

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 24 июня 2019 года по делу № А41-29941/17 отменить. В удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказать.

Взыскать с ООО «ПКФ Стройбетон»в пользу ФИО2 3 000 рублей. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий

В.А. Мурина

Судьи:

Н.Я. Гараева

Н.В. Шальнева