СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-8936/2021(17)-АК

Дело №А60-53820/2020

31 марта 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28 марта 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 31 марта 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Л.М. Зарифуллиной, 

судей                                 В.Г. Голубцова, И.П. Даниловой,  

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

при участии в судебном заседании:

в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от кредитора ФИО2 – ФИО3, паспорт, доверенность от 26.07.2021, 

в Семнадцатом арбитражном апелляционном суде: 

от кредитора индивидуального предпринимателя ФИО4 – ФИО5, паспорт, доверенность от 19.11.2022, 

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора ФИО2

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 02 февраля 2023 года

об отказе в удовлетворении заявления о признании недействительным (притворным) договора уступки права требования от 23.10.2019, заключенного между закрытым акционерным обществом «Вега» и индивидуальным предпринимателем ФИО4,

вынесенное судьей А.С. Шелеповой 

в рамках дела №А60-53820/2020

о признании ФИО6 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 316965800000070) несостоятельным (банкротом),

заинтересованное лицо с правами ответчика ИП ФИО4, 

 

установил:

27.10.2020 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление индивидуального предпринимателя ФИО4 (далее – ФИО4) о признании индивидуального предпринимателя ФИО6 (далее – ФИО6, должник) несостоятельным (банкротом), которое определением от 02.11.2020 принято к производству суда, возбуждено дело о банкротстве должника. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.12.2020 заявление ФИО4 признано обоснованным, в отношении должника ИП ФИО6 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО7 (далее – ФИО7), член союза «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих». Требование ФИО4 в размере 4 459 001,73 рубля включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №239(6960) от 26.12.2020, стр.119.

Согласно свидетельству о смерти, выданному 12.04.2021 отделом ЗАГС г. Екатеринбурга Свердловской области должник ФИО6 умер 10.04.2021, что явилось основанием для обращения 13.04.2021 финансового управляющего ФИО7 в суд с ходатайством о применении в деле о банкротстве должника правил параграфа 4 главы Х Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее - Закон о банкротстве) «Особенности рассмотрения дела о банкротстве гражданина в случае его смерти».

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 21.04.2021  (резолютивная часть от 20.04.2021) умерший гражданин-должник ФИО6 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев до 07.10.2021. Применены при банкротстве умершего гражданина-должника ФИО6 правила параграфа 4 главы Х Закона о банкротстве, финансовым управляющим должника утвержден ФИО7 член союза «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №77(7039) от 30.04.2021, стр.37.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.10.2022 (резолютивная часть от 13.10.2022) ФИО7 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего должника. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО8 (далее – ФИО8), член ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих центрального федерального округа».

24.10.2022 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление кредитора ФИО2 (далее – ФИО2) о признании недействительным (притворным) договора уступки права требования от 23.10.2019, заключенного между закрытым акционерным обществом «Вега» (далее –  ЗАО «Вега») и ИП ФИО4, применении последствий его недействительности путем признания стороной договора уступки права требования от 23.10.2019 ФИО6 и прекращения обязательств по требованиям ЗАО «Вега» (субсидиарная ответственность по делу №А60-5637/2017) к ФИО6 в размере 4 459 001,73 рубля, которое определением от 31.10.2022 принято к производству суда.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 02.02.2023 (резолютивная часть от 26.01.2023) в удовлетворении заявления кредитора ФИО2 о признании недействительным (притворным) договора уступки права требования от 23.10.2019, заключенного между ЗАО «Вега» и ИП ФИО4, отказано. 

Не согласившись с вынесенным судебным актом, кредитор ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 02.02.2023 отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме. 

Заявитель апелляционной жалобы указывает на то, что вывод суда о том, что договор уступки от 23.10.219 совершен не за счет должника, не соответствует фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам. ФИО2 в материалы дела представлена совокупность доказательств в подтверждение приобретения права требования по договору от 23.10.20219 должником через заинтересованного кредитора к самому себе для возбуждения контролируемого дела о несостоятельности (банкротстве). Суд не учел, что с 2015 года ФИО4 осуществляла бухгалтерское  обслуживание деятельности ФИО6 и подконтрольных ему организаций. При подписании договора от 23.10.2019 ФИО4 было известно о финансово-экономическом положении должника, о факте привлечения к моменту подписания договора ФИО6 к субсидиарной ответственности в размере 4 555 979,00 рублей по обязательствам ЗАО «Вираж» на основании определения Арбитражного суда Свердловской области от 29.04.2017 по делу №А60-46414/2015, возбуждении в отношении должника исполнительного производства №70100/17/66004-ИП от 10.01.2018. Заключив оспариваемый договор уступки от 23.10.2019, ФИО4 подала заявление о процессуальном правопреемстве в деле №А60-5637/2017 лишь 01.06.2020, то есть спустя 8 месяцев после формального приобретения прав требования за символическую стоимость; пассивное поведение взыскателя (цессионария) лишено какого-либо экономического смысла для участника гражданского оборота и субъекта предпринимательской деятельности. Аффилированность ФИО4 и должника установлена вступившим в законную силу судебным актом по делу №А60-43476/2018 о  несостоятельности (банкротстве) ЗАО «Автореал», в связи с чем, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе  исполнения  уже заключенного соглашения. Полагает, что цель заключения  договора уступки от 23.10.2019 ФИО4 не раскрыта, какое-либо разумно экономическое обоснование заключенного договора и наличие экономического интереса в приобретении права требования не приведено. Суд первой инстанции уклонился от исследования сделки на предмет притворности (статья 170 ГК РФ), а также запрета осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу (статьи 10, 168 ГК РФ). Перечень, указанный в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», не является исчерпывающим, в нем даны лишь некоторые виды сделок, общим признаком которых является их направленность на уменьшение имущественной массы должника посредством действий не самого должника, а иных лиц. Без внимания суда остались доводы  кредитора о том, что должник ФИО6 сам в целях получения контроля над процедурой собственного банкротства профинансировал выкуп субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Автореал», ЗАО «Вега» в размере 11 127 912,69 рубля за 12 000,00 рублей через заинтересованное лицо ФИО4, получающее от должника финансовую помощь. Суд не проанализировал существо сложившихся между должником и  кредитором      ФИО4 отношений, направленность их действий на причинение вреда правам и законным интересам кредиторов ФИО6 По мнению апеллянта, фактическим владельцем права требования к ФИО6 является сам должник, профинансировавший приобретение имущественного права ФИО4, с которой находится в фактической аффлированности и общих экономических интересах. В результате заключения договора причинен вред имущественным правам кредиторов должника. 

До начала судебного заседания от ФИО4 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Указывает на то, что оспариваемая сделка совершена не должником, не от его имени и не за его счет, в связи с чем, права на ее оспаривание не возникло; доказательств того, что сделка совершена за счет должника, в материалы дела не представлено. Сделка совершена за счет средств ИП ФИО4, в личных интересах, не связанных с интересами должника и никак не вытекающими из его интересов, сделка совершена на обычных условиях, доступных любому участнику гражданского оборота: любое иное лицо могло приобрести права требования по аналогичной цене, увидев на сайте ЕФРСБ информацию об их реализации конкурсным управляющим ЗАО «Вега». Целью приобретения прав требований к должнику являлось побуждение ФИО6 к исполнению взятых на себя обязательств, которые он исполнять отказывался. Подача заявления о процессуальном правопреемстве спустя 8 месяцев не свидетельствует от том, что кредитор действует себе во вред, срок давности для подачи заявления о процессуальном правопреемстве не пропущен. Доводы о получении контроля у должника над собственным банкротством надуманы, т.к. не раскрывается, в чем этот контроль выражался или выражается на настоящий момент, что конкретно совершила ФИО4, ее представители, либо предыдущий финансовый управляющий, чтобы выходило за рамки обычного рассмотрения  дела о банкротстве для цели получения удовлетворения своих требований (что являлось нецелесообразным, что не было сделано участниками дела, что было сделано не в своих интересах, а что в очевидный ущерб иным сторонам, по какой причине, если таковые действия совершались, на них не отрегулировал суд и т.д.). Исходя из заявления ФИО2 не ясно, просит ли он применить «банкротные» основания для признания сделки недействительной (и если да – то какие, со ссылкой на пункт и статью Закона о банкротстве), а если нет – то по какой причине просит применить только общие основания. Сделка не может быть признана недействительной одновременно по двум основаниям, поскольку существует конкуренция общих и специальных норм. Оснований для признания сделки не должника недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве не имеется, так как заявителем не доказано наличие цели причинения ущерба имущественным интересам кредиторов. Ссылаясь на пункт 2 статьи 170 ГК РФ, ФИО2 не указывает, в чем в условиях конкуренции норм о действительности сделки обстоятельства о выявленных нарушениях выходили за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Доводы, которые приводятся ФИО2 для целей квалификации сделки как ничтожной по правилам статьи 170 ГК РФ, не свидетельствуют о том, что в условиях конкуренции норм обстоятельства совершения оспариваемых платежей выходили за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Доводы о том, что должник для контроля над своим банкротством профинансировал выкуп субсидиарной ответственности за 12 000,00 рублей через заинтересованное лицо ФИО4, получающее финансовую помощь от должника, не подтверждены доказательствами. ФИО2 не указано, какой вред был причинен сделкой, в ситуации, при которой условия сделки были, по сути, утверждены арбитражным судом, вознаграждение за приобретение прав требования уплачено. ФИО2 пропущен срок исковой давности для обращения в суд. 

От ФИО2 поступили письменные пояснения на отзыв ФИО4 

В судебном заседании в режиме веб-конференции представитель кредитора ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддержала, просила определение суда отменить, заявленные требования о признании сделки недействительной – удовлетворить. 

Представитель ФИО4 с доводами апелляционной жалобы не согласился, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и подтверждено документально, должник ФИО6 имел статус индивидуального предпринимателя, занимался, в том числе деятельностью в сфере автомобильного грузового транспорта, предоставления услуг по перевозке, транспортной обработки груза, принимал систематическое участие в торгах по приобретению имущества в рамках дел о несостоятельности (банкротстве), а также активно осуществлял соответствующую хозяйственную деятельность через подконтрольные ему ЗАО «Вега» (ИНН 

<

***>), ЗАО «Вираж» (ИНН 

<

***>), ЗАО «Автореал» (ИНН 

<

***>), ЗАО «Микромет» (ИНН 

<

***>).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.09.2018 по делу №А60-5637/2017 ФИО6 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Вега». С ФИО6  в пользу ЗАО «Вега» взыскано 4 459 001,73 рубля.

23.10.2019 между ЗАО «Вега» в лице конкурсного управляющего ФИО9 (цедент) и ФИО4 (цессионарий) заключен договор уступки права требования (цессии), по условиям которого цедент уступает цессионарию, а цессионарий принимает право требования (субсидиарная ответственность) к ФИО6 в размере 4 459 001,73 рубля.

В соответствии с пунктом 1.3 договора цена уступаемого цедентом цессионарию права требования составляет 5 200,00 рублей. Оплата производится в течении 3-х рабочих дней с момента подписания настоящего договора пут ем перечисления денежных средств цеденты на расчетный счет. 

Факт оплаты цены уступки права требования по договору цессии подтвержден платежным поручением на сумму 5 200,00 рублей от 24.10.2019 №90605.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 30.06.2020 по делу № А60-5637/2017 произведена замена ЗАО «Вега» по праву требования к ФИО6 в размере 4 459 001,73 рубля на ФИО4

В настоящее время ЗАО «Вега» 13.01.2020 исключено из ЕГРЮЛ (прекращение деятельности юридического лица в связи с его ликвидацией на основании определения арбитражного суда о завершении конкурсного производства). 

Ссылаясь на наличие указанной задолженности, установленной вступившим в законную силу судебным актом, ФИО4 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании ФИО6 несостоятельным (банкротом). 

Определением от 02.11.2020 возбуждено дело о банкротстве должника ФИО6  

Определением от 22.12.2020 в отношении ИП ФИО6 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО7 Требование ФИО4 в размере 4 459 001,73 рубля включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Решением арбитражного суда от 21.04.2021 умерший гражданин-должник ФИО6 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев до 07.10.2021. Применены при банкротстве умершего гражданина-должника ФИО6 правила параграфа 4 главы Х Закона о банкротстве, финансовым управляющим должника утвержден ФИО7

Ссылаясь на то, что договор уступки права требования от 23.10.2019 является сделкой, совершенной за счет должника, в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, притворной сделкой, совершенной в условиях фактической аффилированности лиц, в ней участвовавших, договор совершен в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, со злоупотреблением правом, кредитор ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной притворной сделкой договора уступки права требования от 23.10.2019 применительно к положениям статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ); применении последствий недействительности сделки.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что оспариваемая сделка не является сделкой должника, поскольку заключается только в замене кредитора в обязательстве по отношению к должнику (в отсутствие доказательств совершения сделки за счет имущества должника), в связи с чем, указанное требование в силу положений пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве не подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве должника. 

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, письменные пояснения, представленные в материалы дела доказательства по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ, заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, не находит оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств. 

В силу статьи 32 Закона о банкротстве  и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражными судами по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главой I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу положений пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В соответствии с абзацем вторым пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

Пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве  предусмотрено, что заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 указанного закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 3 той же статьи под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Федеральном законе «О несостоятельности (банкротстве)» (пункт 1 статьи  61.1 Закона о банкротстве). 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63), под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе, действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться: 1) действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); 2) банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента); 3) выплата заработной платы, в том числе премии; 4) брачный договор, соглашение о разделе общего имущества супругов; 5) уплата налогов, сборов и таможенных платежей как самим плательщиком, так и путем списания денежных средств со счета плательщика по поручению соответствующего государственного органа; 6) действия по исполнению судебного акта, в том числе определения об утверждении мирового соглашения; 7) перечисление взыскателю в исполнительном производстве денежных средств, вырученных от реализации имущества должника.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 17 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

Таким образом, законодателем определены критерии для отнесения сделки к сделкам должника.

При этом, охраняемый законом интерес в случае оспаривания сделки в рамках дела о банкротстве должника состоит в наиболее эффективном достижении целей процедур банкротства, в частности, в возможности пополнения конкурсной массы, удовлетворения требований кредиторов или уменьшения прав требований к должнику.

В обоснование заявленных требований кредитор ФИО2 ссылался на то, что договор уступки права требования от 23.10.2019 заключен за счет должника в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, является притворным, совершенным в условиях фактической аффилированности лиц, в ней участвовавших, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, со злоупотреблением правом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что  сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. 

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 №127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 87 и 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила. Для признания сделки недействительной по мотиву ее притворности необходимо установить, что воля обеих сторон была направлена на совершение сделки, отличной от заключенной, а также, что сторонами в рамках исполнения притворной сделки выполнены все существенные условия прикрываемой сделки.

Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Под притворной сделкой понимается сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях. В этом случае фактически сделка совершается (в смысле статьи 153 ГК РФ), но только иная отличная от видимой. 

Чтобы определить, был ли между сторонами заключен договор, каковы его условия и как они соотносятся между собой, совпадает ли волеизъявление сторон с их действительной общей волей, а также является ли договор мнимой или притворной сделкой, необходимо применить правила толкования договора, установленные в статьи 431 ГК РФ. 

Таким образом, последствием недействительности притворной сделки является применение к отношениям сторон не правил о реституции, а правил той сделки, которую они имели в виду. Реституция в соответствии со статьей 167 ГК РФ может быть применена в этом случае только тогда, когда сделка, которую прикрывает притворная, также недействительна. При оценке сделки выясняется действительная воля ее сторон, цель договора. При этом во внимание принимаются не только содержание договора, но и иные обстоятельства, включая соответствующее поведение сторон. По смыслу статьи 170 ГК РФ притворные сделки направлены на то, чтобы скрыть действительную волю сторон.

  При совершении притворной сделки имеет место несовпадение совершенного волеизъявления с действительной волей сторон; в случае заключения притворной сделки целью сторон является достижение определенных правовых последствий, при этом воля сторон направлена на установление между сторонами сделки гражданско-правовых отношений, но иных по сравнению с выраженными в волеизъявлении сторон.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Из материалов дела следует, что вступившим в законную силу определением арбитражного суда от 14.09.2018 по делу №А60-5637/2017 с ФИО6 взыскано в пользу ЗАО «Вега» взыскано 4 459 001,73 рубля в связи с привлечением к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Вега».

По условиям оспариваемого договора уступки права требования (цессии) от 23.10.2019, заключенного между ЗАО «Вега» в лице конкурсного управляющего ФИО9 (цедент) и ФИО4 (цессионарий), цедент уступает цессионарию, а цессионарий принимает право требования (субсидиарная ответственность) к ФИО6 в размере 4 459 001,73 рубля.

Цена уступаемого цедентом цессионарию права требования составляет             5 200,00 рублей (пункт 1.3 договора). 

Факт оплаты цены уступки права требования по договору цессии подтвержден платежным поручением на сумму 5 200,00 рублей от 24.10.2019 №90605.

Определением суда от 30.06.2020 по делу № А60-5637/2017 произведена замена ЗАО «Вега» на ФИО4 в отношении права требования к ФИО6 в размере 4 459 001,73 рубля. 

Как верно отмечено судом первой инстанции, оспариваемый договор уступки прав требований заключен непосредственно между ЗАО «Вега» и ИП ФИО4

Должник ФИО6 является лицом, право требования к которому уступлено, и не выступает стороной оспариваемой сделки.

Доказательства, свидетельствующие о том, что договор уступки права требования от 23.10.2019 заключен за счет денежных средств должника, в материалы дела не представлены (статья 65 АПК РФ).

Вопреки доводам ФИО2, материалами дела не подтверждено, что  должник ФИО6 является лицом, самостоятельно профинансировавшим приобретение имущественного права ФИО4

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что оспариваемая сделка не является сделкой должника, или совершенной за счет имущества должника сделкой, соответственно, указанное требование в силу положений пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве не подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве ФИО6

Вопреки доводам апеллянта, сама по себе аффилированность должника и ФИО4, на которую ссылается ФИО10, не свидетельствует о том, что спорная сделка совершена за счет средств должника. 

Таким образом, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления кредитора ФИО2 о признании недействительной (притворной) сделкой договора уступки права требования от 23.10.2019, заключенного между ЗАО «Вега» и ИП ФИО4 

С учетом вышеуказанного, доводы заявителя апелляционной жалобы о подтвержденности материалами дела приобретения права требования по договору от 23.10.20219 должником через заинтересованного кредитора к самому себе для возбуждения контролируемого дела о несостоятельности (банкротстве), отклоняются, как необоснованные. 

Соответственно, основания для признания указанного договора притворным, прикрывающим приобретение права требования непосредственно должником к самому себе, у суда первой инстанции отсутствовали. 

Суд апелляционной интенции обращает внимание на то обстоятельство, что доказательств того, что оспариваемая сделка имеет пороки, выходящие за пределы специальных оснований признания сделок недействительными (статья 61.2 Закона о банкротстве), должником не представлено, при том, что указанная сделка совершена за пределами срока подозрительности, установленного статьей 61.2 Закона о банкротстве.  

Доказательства, свидетельствующие о том, что при совершении спорной сделки стороны действовали исключительно с намерением причинить вред другому лицу, в обход закона с противоправной целью, а также о мнимости спорного договора, заключения его без намерения создать соответствующие правовые последствия, в материалы дела не представлены.

При этом, следует принять во внимание, что оспариваемой договор уступки права требования заключен в результате проведения процедуры прямой продажи имущества в рамках дела о банкротстве ЗАО «Вега» в соответствии с Положением о порядке, сроках и условиях продажи имущества ЗАО «Вега», утвержденным определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.09.2019 (дата объявления резолютивной части) по делу №А60-5637/2017.

Сведения о продаже имущества (дебиторской задолженности) ЗАО «Вега», в том числе права требования к ФИО6, были опубликованы конкурсным управляющим на сайте ЕФРСБ 20.09.2019 (сообщение №4187104) и являются общедоступными, соответственно, любой участник гражданского оборота имел возможность приобрести права требования ЗАО «Вега» к ФИО6

Таким образом, довод апеллянта о том, что должник ФИО6 сам в целях получения контроля над процедурой собственного банкротства профинансировал выкуп субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Автореал», ЗАО «Вега» через заинтересованное лицо ФИО4, получающее от должника финансовую помощь, не нашел своего подтверждения. 

Судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству. 

Доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения. 

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с ними и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Судом апелляционной инстанции не установлены нарушения норм материального или процессуального права, которые в силу статьи 270 АПК РФ являются основанием для отмены или изменения определения суда первой инстанции.

С учетом изложенного, обжалуемое определение подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

При подаче апелляционной жалобы на определение арбитражного суда подлежит уплате государственная пошлина в порядке и размере, определенном подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя в соответствии со статьей 110 АПК РФ.

Поскольку подлинные платежные документы об уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе не представлены, государственная пошлина подлежит взысканию с ФИО2 в доход федерального бюджета. 

Руководствуясь статьями 104, 110, 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 02 февраля 2023 года по делу №А60-53820/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с кредитора ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе 3 000,00 рублей. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Л.М. Зарифуллина 

 

Судьи

 

В.Г. Голубцов 

 

И.П. Данилова