ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-28362/2021

22 сентября 2025 года

г. Санкт-Петербург

/сд.9 Резолютивная часть постановления объявлена 08 сентября 2025 года  

Постановление изготовлено в полном объеме 22 сентября 2025 года Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Слоневской А.Ю., судей Бурденкова Д.В., Тойвонена И.Ю., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Аласовым Э.Б.о.,  

при участии: от ФИО1: ФИО2 по доверенности от 20.11.2022, посредством веб-конференции, 

от ФИО3: ФИО4 по доверенности от 23.11.2023, посредством веб- конференции,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-9154/2025) общества с ограниченной ответственностью «Коллекторское агентство Карат» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.03.2025 по делу № А56-28362/2021/сд.9, принятое по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Коллекторское агентство Карат» к ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО5,  

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражном суде города Санкт-Петербурга и Ленинградской области находится дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 (ИНН 

<

***>).  

Решением суда от 25.02.2022 ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО6. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 42 от 12.03.2022.  

Определением суда от 01.07.2022 ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего, финансовым управляющим утверждена ФИО7.  

Определением суда от 09.08.2022 признано обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование ФИО3 в размере 17 460 000 руб. основного долга, 1 010 650 руб. процентов за пользование денежными средствами,  

5 121 864 руб. пени, как обеспеченное залогом имущества должника – квартирой, расположенной по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 78:07:0003170:3400, общей площадью 89,3 кв.м.  

Определением суда от 28.12.2022 признано обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов требование общества с ограниченной ответственностью «Коллекторское агентство «Карат» (далее – Общество) в размере 20 520 000 руб. основного долга, 188 615,34 руб. процентов.  

Общество обратилось в суд с заявлением о признании недействительным договора займа от 01.02.2020, заключенного должником и ФИО3, на сумму 17 400 000 руб.  

Определением суда от 11.03.2025 в удовлетворении заявления отказано. 

Не согласившись с обжалуемым определением, Общество обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение, принять новый судебный акт, заявление удовлетворить, ссылаясь на то, что денежные средства должник получил переводами от Общества и общества с ограниченной ответственностью «Юридическая Группа Град», что установлено вступившими в законную силу судебными актами по настоящему делу, никаких поступлений на расчетный счет от ФИО3 или внесения наличных на сумму займа в относимый период времени у должника не происходило. Кроме того, Общество указывает, что внесения наличных денежных средств на счета не относятся к датам займа, в материалы дела не представлены сведения об обмене валюты, а поведение сторон заемных отношений не является разумным и добросовестным.  

Суд приобщил к материалам дела письменные объяснения и дополнительные документы от ФИО3  

В судебном заседании представитель Общества поддержал доводы апелляционной жалобы, представитель ФИО3 возражал против доводов апелляционной жалобы.  

Ввиду нахождения в очередном отпуске судьи Юркова И.В. в соответствии с пунктом 2 части 3 статьи 18 АПК РФ в составе суда судья Юрков И.В. заменен на судью Тойвонена И.Ю.  

Лица, участвующие в обособленном споре, уведомлены судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие неявившихся лиц согласно статье 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверена апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.  

Как следует из материалов дела, Общество, обращаясь с настоящим заявлением, указало, что договор займа безденежный и является недействительным в силу положений статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).  

Суд первой инстанции пришел к выводу о необоснованности заявления, поскольку задолженность по оспариваемому договору подтверждена вступившими в законную силу судебными актами, а также ответчиком представлены доказательства финансовой возможности заключения оспариваемого договора и предоставления денежных средств по нему в большом объеме.  

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями,  

установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.  

Дело о банкротстве должника возбуждено 20.05.2021, оспариваемый договор заключен 01.02.2020, то есть может быть признан недействительным по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.  

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63) разъяснено, что для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления N 63). В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

В соответствии с пунктом 7 Постановления N 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.  

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла,  

действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.  

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.  

 Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина. При этом пунктом 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве установлено, что срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве оснований. Срок исковой давности по основаниям, установленным Законом о банкротстве, составляет один год.  

Разъяснения относительно определения момента, с которого начинает течь годичный срок исковой давности при оспаривании конкурсным кредитором подозрительных сделок, даны в абзаце втором пункта 32 постановления № 63.  

Срок исковой давности исчисляется с момента, когда конкурсный кредитор узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве.  

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности, прежде всего, с моментом, когда конкурсный кредитор имел реальную возможность, узнать не только о сделке, но и о нарушении этой сделкой прав кредиторов (Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 16.08.2022 N Ф07-7161/2022 по делу N А44-9065/2017).  

 Из материалов дела следует, что определением арбитражного суда от 09.08.2022 по делу А56-28362/2021/тр5 требование ФИО3 включено в реестр требований кредиторов должника как обеспеченного залогом имущества должника – квартирой, расположенной по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 78:07:0003170:3400, общей площадью 89,3 кв.м.  

Согласно протоколу судебного заседания от 09.08.2022 при рассмотрении обоснованности заявления ФИО3 в судебном заседании участвовал представитель Общества: ФИО2, по доверенности от 04.10.2021. Таким образом, срок давности для оспаривания договора займа по специальным основаниям Закона о банкротстве заявителем пропущен.  

Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года.  

Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.  

 При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.  

В силу пункта 2 статьи 196 ГК РФ срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен. Срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала ее исполнения (п. 101 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").  

С учетом изложенного, срок исковой давности для обращения кредитора с заявлением об оспаривании договора займа по общегражданским основаниям не  

пропущен. 

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.  

Согласно пункту 4 Постановления N 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. Применительно к пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 25) добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по реализации принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав. При этом лицо совершает действия с незаконной целью или незаконными средствами, нарушая права и законные интересы других лиц и причиняя им вред или создавая соответствующие условия.  

Применительно к пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна.  

К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.  

Из содержания пункта 2 статьи 170 ГК РФ следует, что волеизъявление сторон направлено на создание, изменение или прекращение обязательств, не определенных условиями притворной сделки. В результате совершения такой сделки фактически возникают обязательства, не предусмотренные ее условиями; притворная сделка направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Квалифицирующим признаком притворной сделки является цель ее заключения.  

Как следует из материалов дела, ФИО3(займодавец) и должником (заемщик) 01.02.2020 заключен договор процентного займа с одновременным залогом (далее – Договор), по условиям которого заимодавец в момент подписания договора передал ответчику заемщик денежные средства в размере 250 000 условных единиц. Пунктом 1.1 Договора установлено, что 1 условная единица приравнивается к 1 евро, зафиксированному по курсу Центрального Банка Российской Федерации (далее – ЦБ РФ) на 01.02.2020, денежные средства передаются в рублевом эквиваленте, а Заемщик обязуется вернуть Займодавцу указанную денежную сумму в срок до 01.03.2020.  

Согласно сведениям ЦБ РФ по состоянию на 01.02.2020 курс евро составлял 69,60 руб. за одну условную единицу. Таким образом, ответчиком должнику по  

договору займа от 01.02.2020 переданы денежные средства в размере 17 400 000 руб. Факт передачи денежных средств подтвержден распиской от 01.02.2020.  

Во исполнение обязательств по Договору в обеспечение своевременного исполнения обязательства Залогодатель передает Залогодержателю в залог Предмет залога - квартиру, расположенную по адресу: 

<

...>. Закладываемое имущество оценено сторонами в 20 000 000 руб. В Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу, произведена государственная регистрация ипотеки (дата регистрации 19.02.2020).  

Из материалов дела о банкротстве следует, что на момент совершения 

оспариваемой сделки от 01.02.2020 у должника имелись неисполненные обязательства, в частности, непогашенная задолженность перед кредитором ФИО8 по договору займа № 3 от 28.06.2018 в размере 2 000 000 руб.  

В рамках дела о банкротстве ФИО3 обратился в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 23 532 514 руб. как обеспеченного залогом имущества должника: квартиры общей площадью 89,3 кв. м с кадастровым номером 78:07:0003170:3400, расположенной по адресу: 

<

...> (далее - Квартира).  

Определением от 09.08.2022 в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование ФИО3 в размере 17 460 000 руб. основного долга, 1 010 650 руб. процентов за пользование денежными средствами, 5 121 864 руб. пеней, как обеспеченное залогом имущества должника - Квартиры. При этом требование в части 1 010 650 руб. процентов за пользование денежными средствами, 5 121 864 руб. пеней учтено в составе требований третьей очереди отдельно как подлежащее удовлетворению после погашения требований в части основного долга и причитающихся процентов.  

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.11.2022 определение от 09.08.2022 изменено, признано обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование ФИО3 в размере 17 460 000 руб. основного долга, 1 010 650 руб. процентов за пользование денежными средствами, 5 121 864 руб. пеней, как обеспеченного залогом имущества должника - Квартирой. Требование в части 5 121 864 руб. пеней учтено в составе требований третьей очереди отдельно и подлежит удовлетворению после погашения требований в части основного долга и причитающихся процентов.  

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 17.02.2023 N Ф07-22241/2022 по делу N А56-28362/2021 определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.08.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.11.2022 по делу N А56-28362/2021/тр.5 оставлены без изменения.  

Указанное требование ФИО3 основано на вступившем в законную силу решении Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 30.09.2021 по делу N 2-3743/2021 с должника в пользу ФИО3 взыскано 17 400 000 руб. задолженности по договору займа от 01.02.2020, 1 010 650 руб. процентов за пользование денежными средствами на основании статьи 809 ГК РФ, 5 121 864 руб. пеней, 60 000 руб. расходов по уплате госпошлины; обращено взыскание в пользу ФИО3 на имущество ФИО5, являющееся предметом ипотеки, а именно на Квартиру, установлена начальная продажная стоимость имущества в размере 23 532 514 руб. На основании обозначенного решения 06.12.2021 выдан исполнительный лист серии ФС N 036738075.  

В обоснование заявления об оспаривании займа Общество указало, что оспариваемый договор является мнимым, поскольку стороны являются  

аффилированными лицами, настоящая задолженность создана ими для создания искусственной фигуры кредитора и контроля процедуры банкротства.  

Как следует из решения Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 30.09.2021 по делу № 2-3743/2021 по иску ФИО3 к ФИО5, должник признал иск, не просил о снижении пени и неустоек по статье 333 ГК РФ, что не является обычным, разумным и добросовестным.  

Представитель должника не возражал против включения в реестр требования ФИО3 в полном объеме.  

Учитывая просрочку по займу (с 01.03.2020) отсутствуют сведения о досудебном урегулировании или частичной оплате долга ФИО5 на протяжении более чем года после наступления срока возврата займа, что также свидетельствует о фактической афиллированности. При этом апелляционный суд отмечает, что займ являлся краткосрочным и заемные средства предоставлены должнику лишь на один месяц.  

Доводы ответчика о том, что заемные отношения установлены вступившим в законную силу судебным актом, а возражения кредитора относительно безденежности займа рассмотрены при апелляционном обжаловании судебного акта отклоняются, поскольку апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 20.12.2022 № 33-27469/2022 оснований для восстановления кредитору пропущенного процессуального срока на обжалования решения суда первой инстанции не установлено, по существу доводы возражающего кредитора апелляционным судом не проверялись.  

Согласно пункту 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, совершая мнимые сделки, аффилированные по отношению друг к другу стороны, заинтересованные в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости договора суд не должен ограничиваться проверкой документов, представленных кредитором, на соответствие формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо выяснить, представлены ли достаточные доказательства существования фактических отношений по договору.  

Согласно правовой позиции, отраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 по делу N 306-ЭС16-20056(6), доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.  

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо  

с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.  

При аффилированности сторон сделки к ним должен быть применен более строгий стандарт доказывания, чем к обычному участнику в деле о банкротстве. Заинтересованное с должником лицо обязано исключить любые разумные сомнения в реальности оспариваемой сделки, поскольку общность экономических интересов повышает вероятность представления ответчиками внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью причинения вреда имущественным правам кредиторов путем уменьшения имущества должника, что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.  

Кроме того, апелляционный суд отмечает, что ФИО3, настаивая на реальности займа, предоставил кассовый ордер ПАО «Росбанк» о снятии наличными 17 800 000 руб. 30.12.2019. Согласно оспариваемому договору денежные средства в сумме 250 000 евро переданы должнику 01.02.2020. Между тем, сторонами не представлены документы, подтверждающих обмен снятых рублей на евро.  

Представленные должником доказательства о внесении наличных денежных средств на счет апелляционным судом отклоняются, поскольку сумма внесения несоразмерна полученному размеру займа.  

Кроме того, согласно сведениям из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей ФИО3 является индивидуальным предпринимателем с 26.07.2019, в связи с чем выдача между указанными лицами займа наличными, нарушает требования Указание Банка России от 09.12.2019 N 5348-У «О правилах наличных расчетов».  

Так, согласно пункту 4 Указание Банка России от 09.12.2019 N 5348-У «О правилах наличных расчетов» наличные расчеты в валюте Российской Федерации и иностранной валюте между участниками наличных расчетов в рамках одного договора, заключенного между указанными лицами, могут производиться в размере, не превышающем 100 тысяч рублей либо сумму в иностранной валюте, эквивалентную 100 тысячам рублей по официальному курсу иностранной валюты по отношению к рублю, установленному Банком России в соответствии с пунктом 15 статьи 4 Федерального закона «О Центральном банке Российской Федерации, на дату проведения наличных расчетов (далее - предельный размер наличных расчетов).  

Наличные расчеты производятся в размере, не превышающем предельного размера наличных расчетов, при исполнении гражданско-правовых обязательств, предусмотренных договором, заключенным между участниками наличных расчетов, и (или) вытекающих из него и исполняемых как в период действия договора, так и после окончания срока его действия.  

Наличные расчеты производятся в размере, не превышающем предельного размера наличных расчетов, при выдаче кредитной организацией наличных денежных средств участникам наличных расчетов по требованию о возврате остатка денежных средств, зачисленных на специальный счет в Банке России в соответствии с пунктом 6 статьи 859 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Так, согласно пунктау 5 Указание Банка России от 09.12.2019 N 5348-У «О правилах наличных расчетов» настоящее указание не распространяется на наличные расчеты с участием Банка России, а также на: наличные расчеты в валюте  

Российской Федерации и в иностранной валюте между физическими лицами, не являющимися индивидуальными предпринимателями.  

Кроме того, в качестве доказательств реальности заемных правоотношений и наличия финансовой возможности ФИО3 пояснил и представил в материалы дела доказательства наличия расчетных, сберегательных и брокерских счета в ПАО «Сбербанк».  

Проверяя указанные доводы, апелляционный суд определением суда от 29.07.2025 предложил ФИО3 представить доказательства наличия финансовой возможности предоставления денежных средств по договору займа от 01.02.2020, а именно, представить сведения о задекларированных доходах займодавца, сведений о поступлении средств от конкретных контрагентов как вознаграждений за выполнение им конкретных работ, услуг, от продажи имущества. Между тем, указанные доказательства ответчиком не представлены. Ответчиком представлены сведения о движении денежных средств на счетах (оборот), которые сами по себе не свидетельствует о единовременном аккумулировании денежных средств для предоставления займа в заявленном размере. Согласно выписке по расчетному счету должника сумма перечислений за период с 17.03.2020 по 15.09.2020 составила 6,7 млн.руб. ФИО5 погасил задолженность по кредитному договору перед АО «Альфа-Банк» на сумму 4 млн.руб., согласно выписке по счету в АО «Альфа-Банк» за период с 01.01.2020 по 31.12.2020 сумма поступивших денежных средств на счет должника составила 43,7 млн.руб. Таким образом, на счету должника фактически находились денежные средства, полученные от Общества и ООО «Юридическая группа Град».  

За период с 01.02.2020 по 01.03.2020 (дата заключения договора займа и дата возврата займа) на счету ФИО5 в ПАО «Сбербанк» 17.02.2020 внесены денежные средства в размере 105 тыс.руб.  

Доводы ответчика о том, что им 13.11.2006 реализованы две квартиры по 13 млн.руб. несостоятельны, поскольку соответствующий доход получен ответчиком за 13 лет до выдачи займа должнику, то есть не относятся к оспариваемой сделке. К аналогичному выводу суд апелляционной инстанции пришел относительно реализации ответчиком квартиры в 2017 году, то есть за три года до предоставления заемных средств должнику.  

Согласно дополнительно представленным документам ответчик получил около 10 млн.руб. по акциям в период с 2016 по 2018 годы, около 620 тыс.руб. ответчик получил от ПАО «Сбербанк» в 2018 году в виде процентов, начисленных на денежные средства по счетам. Обмен бланков сберегательных сертификатов номиналов на денежные средства в 2016-2018 годах также не свидетельствует о наличии денежных средств на момент совершения оспариваемой сделки в 2020 году. Наличие у ответчика портфеля ценных бумаг на брокерском счете в ПАО «Сбербанк» на сумму 60,3 млн.руб. само по себе не свидетельствует о получении соответствующих средств ответчиком. При этом выплаты по брокерскому счету дохода от эмитента на внешний счет в 2019 году составили 5,2 млн.руб. При этом сведения о снятии этих средств со счета накануне предоставления займа должнику отсутствуют, что при отсутствии сведений об иных доходах ответчика может свидетельствовать об их расходовании на текущие нужды ответчика.  

В пункте 1 статьи 170 ГК РФ определено, что мнимая сделка - это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Мнимая сделка ничтожна.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее  

формальное исполнение. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.  

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющий передачу ему займодавцем определенной денежной суммы (пункт 2 статьи 808 ГК РФ).  

Суд апелляционной инстанции критически отнесся к доводу ответчика о том, что он снял наличные средства на счете 30.12.2019 и направил все свои доходы на выдачу займов должнику. Анализ движения денежных средств показал, что они постоянно находились в обороте – большая часть расходовалась на личные нужды.  

Реальность заемных правоотношений, в частности, наличие у ФИО3 соответствующих накоплений, могли быть подтверждены квитанциями, чеками и иными платежными документами, договорами о пользовании банковским сейфом, договорами банковских вклада (депозита). Несмотря на длительное рассмотрение спора, ответчик соответствующие доказательства не представил, невозможность их представления по объективным причинам не обосновал. При этом ссылаясь на то, что ФИО3 является предпринимателем, он не обосновал необходимость предоставления наличных денежных средств при наличии их на счете в банке. Отсутствие возможности безналичных расчетов между сторонами заемных отношений с учетом значительности суммы займа не доказано.  

Стороны не раскрыли разумные экономические мотивы заключения спорного договора займа. В материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие получение и расходование спорных денежных средств должником.  

Правоотношения ФИО3 и должника в рамках оспариваемого договора краткосрочного займа являются недоступными для независимых участников оборота.  

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2006 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо и через подтверждение фактической аффилированности, признаком которой может быть поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.  

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившим о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.  

Вопрос мнимости спорного договора не исследовался в рамках иска ответчика к должнику о взыскании задолженности, не являлся его предметом, поэтому решение суда о взыскании долга не препятствует исследованию этого вопроса в рамках рассматриваемого спора и признания спорного договора недействительным.  

При таких обстоятельствах доводы кредитора о мнимости договора займа и его безденежности следует признать правильными.  

Обжалуемый судебный акт подлежит отмене с последующим удовлетворением заявления Общества.  

В силу статьи 110 АПК РФ расходы по государственной пошлине должны быть возложены на ответчика.  

Руководствуясь статьей 110, пунктом 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.03.2025 по делу № А56-28362/2021/сд.9 отменить.  

Признать недействительным договор займа от 01.02.2020, заключенный ФИО3 и ФИО5.  

Взыскать со ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Коллекторское Агентство Карат» 36 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.  

Председательствующий А.Ю. Слоневская  

Судьи Д.В. Бурденков  

И.Ю. Тойвонен