АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

22 сентября 2021 года

Дело №

А66-11209/2015

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего  Зарочинцевой Е.В.,  судей Казарян К.Г.,   Колесниковой С.Г.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле,

рассмотрев 15.09.2021 в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего муниципального унитарного предприятия «Коммунальное хозяйство» муниципального образования «Селиховское сельское поселение» ФИО1 на определение Арбитражного суда Тверской области от 07.04.2021 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2021 по делу        № А66-11209/2015,

у с т а н о в и л:

Акционерное общество «АтомЭнергоСбыт» в лице обособленного подразделения «ТверьАтомЭнергоСбыт» обратилось в Арбитражный суд Тверской области с заявлением о признании муниципального унитарного предприятия «Коммунальное хозяйство» муниципального образования «Селиховское сельское поселение» (адрес: 

<

...>, ОГРН 

<

***>; далее – Предприятие) несостоятельным (банкротом).

Определением от 11.11.2015 заявление кредитора признано обоснованным, в отношении Предприятия введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2.

Решением от 10.03.2016 Предприятие признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

В рамках процедуры конкурсного производства 23.05.2016 конкурсный управляющий обратился с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности муниципального учреждения «Администрация Селиховского сельского поселения» (адрес: 171284, 

<

...>, далее – Администрация) по неисполненным обязательствам должника в размере 11 899 885,08 руб. 

Определением от 16.08.2016 производство по рассмотрению заявления о привлечении к субсидиарной ответственности Администрации приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Определением от 19.11.2018 возобновлено производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего, к участию в рамках настоящего обособленного спора в качестве соответчика привлечен ФИО3.

Определением от 16.01.2019 ФИО2 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Предприятия.

Определением от 18.02.2019 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО1

Определением от 17.02.2020 к участию в рассмотрении настоящего обособленного спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно его предмета, привлечено муниципальное образование «Селиховское сельское поселение» в лице Администрации.

С учетом уточнения оснований и размера заявленных требований конкурсный управляющий просил:

- привлечь бывшего руководителя должника ФИО3 на основании пункта 2 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 7 944 143,78 руб. в связи с необращением в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), с которым, по мнению заявителя, ответчик должен был обратиться в срок до 26.07.2014;

- привлечь бывшего руководителя должника ФИО3 на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 30 669 164,80 руб. в связи с непередачей документации должника конкурсному управляющему;

- взыскать с Администрации в возмещение убытков 26 028 458,69 руб. в связи с бездействием Администрации по ликвидации должника, а также передачей должнику в аренду, а не в хозяйственное ведение имущества для осуществления хозяйственной деятельности.

Определением суда первой инстанции от 07.04.2021 в удовлетворении заявленных требований отказано. 

Суд первой инстанции учел передачу бывшим руководителем должника имевшейся у него документации конкурсному управляющему, а также принятие должником дополнительных обязательств в период с 26.07.2014 по 10.08.2015 при осведомленности поставщиков об имевшейся у должника просрочки исполнения обязательств. Кроме того, суд признал, что признаки неплатежеспособности на 26.07.2014 конкурсным управляющим не доказаны. По требованию о взыскании суммы убытков с Администрации суд первой инстанции указал, что согласно Закону о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, участники должника не несут ответственность в связи с необращением в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, тогда как возникновение у должника убытков в связи с передачей имущества в аренду не доказано.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2021 определение от 07.04.2021 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий просит определение от 07.04.2021 и постановление от 09.06.2021 отменить, заявление удовлетворить, ссылается на осведомленность ответчика о наличии у должника финансовых затруднений, поскольку должник вел расчеты с контрагентами, в том числе наличными через кассу Предприятия, получал выручку от оказания услуг, выплачивал заработную плату; руководитель должника не мог не знать о большом количестве заявленных и удовлетворенных судом требований, в связи с чем подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, возникшим в период с 26.07.2014 по 10.08.2015, в размере 7 944 143,78 руб.

Как считает конкурсный управляющий, ФИО3 также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в размере 30 669 164,80 руб. в связи с непередачей документации должника конкурсному управляющему, поскольку им несвоевременно предприняты меры по ее восстановлению после вступления в должность; имеются основания для взыскания с учредителя должника – Администрации в возмещение убытков 26 028 458,69 руб., поскольку Администрация, зная об отрицательных величинах чистых активов за 2013 и 2014 годы, не предприняла действий по ликвидации должника с целью недопущения дальнейшего роста кредиторской задолженности; заключение договора аренды, а не передача в хозяйственное ведение имущества, необходимого для осуществления уставной деятельности, преследовало только одну цель – недопущение обращения взыскания на имущество в случае банкротства Предприятия.

ООО «Газпром межрегионгаз Тверь» (кредитор) в отзыве на кассационную жалобу поддержало ее доводы, дополнительно указало, что у суда первой инстанции имелись основания для переквалификации требования о привлечении к субсидиарной ответственности в требование о взыскании с ответчиков в возмещение убытков  сумме 10 182,7 тыс. руб. в связи с искажением бухгалтерской отчетности за период с 2012 года по I полугодие 2015 года.

Лица, участвующие в деле, надлежаще извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей не обеспечили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Суд первой инстанции, установив, что заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролировавших должника лиц подано 23.05.2016, уточнено в                              2018 – 2021 годах, при этом обстоятельства, приведенные в обоснование заявления о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, имели место в 2014 – 2016 годах, пришел к верному выводу, что при рассмотрении заявления должны применяться процессуальные нормы Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, тогда как нормы материального права – в редакции Федерального закона 28.06.2013 № 134-ФЗ.

Как усматривается из материалов дела, Предприятие создано решением Совета депутатов Селиховского сельского поселения от 28.06.2011, зарегистрировано в едином государственном реестре юридических лиц за  ОГРН 

<

***>. учредителем Предприятия является Администрация.

Руководителем должника с 22.04.2014 и до признания должника банкротом являлся ФИО3, таким образом, именно он был обязан исполнить предусмотренную пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязанность по передаче документации и имущества должника конкурсному управляющему, которая возникла в период с 10.03.2016 по 14.03.2016.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в частности, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (абзац четвертый пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) разъяснено, что в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Данное требование обусловлено в том числе тем, что отсутствие необходимых документов не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках, исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

Так как субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, ее возложение на руководителя должника  осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, в том числе наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Между тем, как установлено судами первой и апелляционной инстанций, документы должника, в том числе первичные документы бухгалтерского учета, переданы конкурсному управляющему по акту приема-передачи от 26.05.2016 № 1 и приказу от 15.07.2016 о приеме-передаче бухгалтерских документов, что не отрицается конкурсным управляющим. 

При этом судами учтено, что для целей передачи документации должника конкурсному управляющему ФИО3 принял меры по ее восстановлению, поскольку предыдущим руководством должника документы, бухгалтерская и налоговая отчетность в надлежащей форме ему не были переданы, документы бухгалтерского учета надлежащим образом не оформлялись и не систематизировались, бухгалтерский и налоговый учет надлежащим образом не осуществлялся.

В результате проделанной работы бухгалтерский учет должника был восстановлен в октябре 2015 года, составлены бухгалтерские балансы, акты инвентаризации расчетов с покупателями, поставщиками, прочими дебиторами и кредиторами за 2012 – 2014 годы, иные документы бухгалтерского учета и налоговой отчетности; проведены аудиторские проверки бухгалтерской отчетности за 2012 – 2014 годы и I полугодие 2015 года, 30/10/2015 составлены аудиторские заключения. Указанные документы были переданы конкурсному управляющему, который в кассационной жалобе ссылается на них и цитирует выводы, изложенные в аудиторском заключении.

Данное обстоятельство вопреки доводам жалобы исключает привлечение ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по данному основанию (абзац десятый пункта 24 Постановления № 53), также как и несвоевременное принятие мер по восстановлению бухгалтерской документации после вступления в должность ФИО3 в июне 2015 года, а не после его назначения – 22.04.2014.

Кроме того, суды верно указали, что конкурсный управляющий не представил доказательства наличия причинно-следственных связей между неисполнением обязанности по передаче документации должника в трехдневный срок с момента введения процедуры конкурсного производства и возникшими затруднениями при формировании конкурсной массы.

В части заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности в размере 7 944 143,78 руб. за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, которая, по мнению ФИО1, должна была быть исполнена в срок до 26.07.2014, суды первой и апелляционной инстанции ввиду отсутствия доказательств наличия у должника признаков неплатежеспособности именно 26.05.2014, руководствуясь статьей 9, пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, разъяснениями пункта 26 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, утвержденного 20.12.2016 его Президиумом, правомерно отказали в удовлетворении заявления также и в данной части.

В пункте 9 Постановления № 53 разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Как верно указали суды, само по себе наличие у должника в определенный период непогашенной задолженности перед отдельными кредиторами в любом случае не является достаточным основанием для возложения на руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением в порядке статьи 9 Закона о банкротстве, поскольку само по себе возникновение у хозяйствующего субъекта кредиторской задолженности не подтверждает наступления такого критического момента, с которым законодательство о банкротстве связывает необходимость инициирования процедуры несостоятельности.

В то же время у должника имелась не только кредиторская задолженность, но и значительная дебиторская задолженность населения за коммунальные услуги (9 363 000 руб. за 2014 год, 12 741 000 руб. за 2015 год), на которую ФИО3 был вправе рассчитывать как на источник для погашения задолженности перед кредиторами.

Кроме того, судами учтено, что в силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве целью правового регулирования является предотвращение вступления в правоотношения с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией (должником) контрагентов в условиях сокрытия от них такого состояния должника. Между тем кредиторы должника – поставщики  коммунальных услуг, продолжив поставку ресурсов при осведомленности о неисполнении должником обязательств абонента по оплате услуг за предшествующие периоды, действовали добровольно и на свой риск.

В этой связи, как верно указано судами, в рассматриваемом случае отсутствует такой признак, как вступление в правоотношения с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией (должником) контрагентов в условиях сокрытия от них такого состояния должника, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего на основании статьи 9, пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Суд кассационной инстанции также не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы в части заявления о взыскании с Администрации в пользу должника в возмещение убытков 26 028 458,69 руб., поскольку вне зависимости от осведомленности или неосведомленности Администрации о наличии у должника признаков неплатежеспособности данное обстоятельство не является основанием для возложения на Администрацию ответственности за бездействие по ликвидации должника, так как ответственность собственника имущества должника за такое бездействие не предусмотрена в Законе о банкротстве в редакции ФЗ № 134-ФЗ.

Как верно указали суды, статья 61.12 и пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, обязывающие собственника имущества должника – унитарного предприятия принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, введены Законом № 266-ФЗ, в связи с чем не могут быть применены к настоящему спору.

Недоказанными также являются основания для взыскания с Администрации суммы убытков в связи с передачей должнику в аренду имущества для осуществления уставной деятельности.

По правилам статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Предусмотренная приведенными нормами права ответственность носит гражданско-правовой характер, ее применение возможно только при доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, наличия и размера понесенных убытков, а также причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками.

Соответственно, заявитель в обоснование требования о возмещении убытков должен доказать наличие всех перечисленных элементов юридического состава ответственности. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава данного гражданско-правового правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении убытков.

Суд первой инстанции, с которым согласился апелляционный суд, пришел к верному выводу о непредставлении конкурсным управляющим и кредиторами доказательств, свидетельствующих, что передача должнику имущества в аренду, а также ненадлежащий контроль за деятельностью должника повлекли его банкротство, в связи с чем правомерно отказали также в удовлетворении заявления в данной части.

Доводы конкурсного управляющего, приведенные в кассационной жалобе, свидетельствуют о несогласии с выводами судов и фактическими обстоятельствами, установленными по итогам оценки имеющихся в материалах дела доказательств. Между тем переоценка доказательств в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию кассационного суда.

При таких обстоятельствах кассационный суд не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы, обжалуемые судебные акты соответствуют обстоятельствам дела, нормы материального и процессуального права применены судами первой и апелляционной инстанций правильно. 

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Тверской области от 07.04.2021 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2021 по делу № А66-11209/2015 оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего МУП «Коммунальное хозяйство» муниципального образования «Селиховское сельское поселение» ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Е.В. Зарочинцева

Судьи

К.Г. Казарян

С.Г. Колесникова