АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1232/22 

Екатеринбург

05 мая 2022 г.

Дело № А60-7907/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 26 апреля 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 05 мая 2022 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Сушковой С.А.,

судей Соловцова С.Н., Оденцовой Ю.А.

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы ФИО1, конкурсного управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 11.10.2021 по делу № А60-7907/2020 и постановление Семнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 19.01.2022 по тому же делу о признании общества с ограниченной ответственностью «Регион-СК» (далее – общество «Регион-СК», должник) несостоятельным (банкротом).

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие:

конкурсный управляющий ФИО2;

представитель государственного унитарного предприятия Свердловской области «Монетный щебеночный завод» - ФИО3 (доверенность от 10.01.2022).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.02.2020 принято к производству заявление государственного унитарного предприятия Свердловской области «Монетный щебеночный завод» (далее - предприятие «Монетный щебеночный завод») о признании общества «Регион-СК» (должник) несостоятельным (банкротом).

Решением суда от 06.07.2020 общество «Регион-СК» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника; конкурсным управляющим утверждена ФИО2 

Дополнительным решением суда от 24.07.2020 требования предприятия «Монетный щебеночный завод» в размере 2 457 728 руб. 79 коп., в том числе 2 379 742 руб. 64 коп. основного долга, 77 986 руб. 15 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника. 

Конкурсный управляющий ФИО2 11.09.2020 обратилась в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере непогашенных требований конкурсных кредиторов и текущих требований. 

Определениями суда от 20.11.2020, от 17.04.2021, от 06.07.2021 к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены закрытое акционерное общество «Мостинжстрой» (далее – общество «Мостинжстрой») в лице конкурсного управляющего ФИО4, общество с ограниченной ответственностью «Уралцемстрой», Управление социальной политики № 24 по Кировскому району г. Екатеринбурга и в качестве соответчика привлечена супруга должника ФИО5.

Определением суда от 11.10.2021 заявление конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 удовлетворено. Признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Приостановлено производство по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности в части размера субсидиарной ответственности ФИО1 до окончания расчетов с кредиторами. В удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.01.2022 определение суда  первой инстанции от 11.10.2021 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО1 просит определение суда первой инстанции от 11.10.2021 и постановление суда апелляционной инстанции от 19.01.2022 отменить в части привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неисполнение обязанности по передаче документов бухгалтерского учета и отчетности должника. ФИО1 считает, что конкурсный управляющий не доказал, что отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства; судами не дана надлежащая оценка пояснениям ФИО1 о наличии объективных обстоятельств, препятствующих исполнению обязанности по предоставлению всей финансово-хозяйственной документации должника, начиная с 2011 г., не учтено, что срок хранения документов за 2011 г. истек, а имеющаяся документация была передана конкурсному управляющему по описям № 1, № 2 в судебных заседаниях от 11.09.2020, от 31.10.2020, не принят во внимание ответ Прокуратуры Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга, в котором содержится вывод об отсутствии со стороны ФИО1 самого факта административного правонарушения. По мнению ФИО1, выводы судов о переводе бизнеса с общества «Регион - СК» на другие подконтрольные ему фирмы являются необоснованными, не подтверждены доказательствами, не указан конкретный перечень имущества должника, якобы выведенного на иные подконтрольные фирмы; судами не исследовано то обстоятельство, что должник обладает дебиторской задолженностью общества «Мостинжстрой» в размере 6 007 941 руб. 25 коп., которая является ликвидным имуществом.

Конкурсный управляющий ФИО2 просит определение суда первой инстанции от 11.10.2021 и постановление суда апелляционной инстанции от 19.01.2022 отменить в части отказа в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5; считает судебные акты в данной части необоснованными, принятыми с нарушением норм материального права, при неполном исследовании обстоятельств, имеющих значение для настоящего дела; указывает на то, что судами не исследованы и не оценены доводы о наличии оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника с учетом того, что ей как супруге было известно о проводимых ФИО5 схемах создания новых юридических лиц для выводы бизнеса из общества «Регион-СК», с учетом того, что она участвовала в данных схемах, поскольку являлась участником и руководителем вновь созданных юридических лиц, что позволяет отнести ее к контролирующим должника лицам с учетом разъяснений, изложенных в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53).

Предприятие «Монетный щебеночный завод» представило отзыв, в котором просит отказать в удовлетворении кассационной жалобы ФИО1, ссылается на то, что первичные документы ФИО1 в отношении деятельности должника не переданы, при этом совершены недобросовестные действия по переводу договорных обязательств с поставщиками и покупателями на новое подконтрольное юридическое лицо – общество с ограниченной ответственностью «РСК» (далее – общество «РСК»), совершены действия по сокрытию реального дохода должника с целью создания для кредитора препятствий в реализации права на получение удовлетворения своих требований; указывает на то, что имеющаяся у должника дебиторская задолженность общества «Мостинжстрой» в размере 6 007 941 руб. 25 коп. не является ликвидной, поскольку данное общество находится в процедуре банкротства, реестр требований к которому составляет 470 678 897 руб. 72 коп., конкурсное производство завершено и погашены были только текущие требования на сумму 4 426 418 руб. 52 коп. 

Предприятие «Монетный щебеночный завод» в своем отзыве также ссылается на то, что поддерживает доводы кассационной жалобы конкурсного управляющего ФИО2, считает, что имеются все основания для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника  супруги должника ФИО5  

Законность судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела, общество «Регион-СК» зарегистрировано в качестве юридического лица 06.12.2011 с уставным капиталом в размере 10 000 руб. Основным видом деятельности  общества является торговля оптовая лесоматериалами, строительными материалами и санитарно-техническим оборудованием.

Учредителем общества «Регион-СК» является ФИО1, которому принадлежит 100% доля в уставном капитале и который также является его руководителем с момента создания общества и до признания общества банкротом.

Определением арбитражного суда от 26.02.2020 возбуждено дело о банкротстве общества «Регион-СК» (должник). Решением суда от 06.07.2020 общество «Регион-СК» признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника.

В реестр требований кредиторов должника включен единственный кредитор -   предприятие «Монетный щебеночный завод» с размером требований 3 469 471 руб. 78 коп.

Ссылаясь на отсутствие у должника имущества для погашения требования кредитора, на то, что невозможность погашения требования кредитора вызвана недобросовестными действиями ФИО1 и его супруги ФИО5, конкурсный управляющий должником ФИО2 обратилась в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО1 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пунктов 2, 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), подпунктов 2, 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ФИО2 ссылается на неисполнение ФИО1 обязанности по принятию решения и подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) при наличии признаков неплатежеспособности, которая возникла не позднее 31.08.2014, ссылается на осуществление ФИО1 действий по выводу имущества на другое юридическое лицо, не передачу документов бухгалтерского учета и (или) отчетности должника, на то, что супруги ведут совместное хозяйство, проживают совместно, воспитывают общих детей, решение о переводе совместного бизнеса на другое юридическое лицо с целью ухода от уплаты задолженности принято супругами совместно, ФИО5 способствовала принятию решения в виде создания и последующего руководства обществом со схожими признаками.

Суды признали недоказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО1 в порядке пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве за неподачу заявления о банкротстве должника, исходили из того, что обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом должна была быть исполнена ФИО1 не ранее 16.05.2015, такую обязанность ФИО1 не исполнил, вместе с тем отсутствие у должника обязательств перед кредиторами, возникших после указанной даты, исключает привлечение ФИО5 к субсидиарной ответственности в порядке пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве. В названной части судебные акты заявителями кассационных жалоб не оспариваются и судом кассационной инстанции не проверяются.

При этом суды признали доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО1 в порядке пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве за доведение должника до банкротства и невозможность погашения требования кредитора. 

Проверив законность судебных актов в названной части, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает, исходя из следующего. 

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее -  Закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ) были внесены изменения в Закон о банкротстве; положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили силу; в Закон о банкротстве введена глава III.2 (статьи 61.10 - 61.22), предусматривающая порядок и основания привлечения к ответственности руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве. Закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ вступил в силу со дня его официального опубликования - с 30.07.2017.

Пунктом 3 статьи 4 Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ предусмотрено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, то при рассмотрении исковых требований применению подлежат материально-правовые нормы, действовавшие на момент совершения вменяемых ответчикам действий.

Так как обстоятельства, в связи с которыми конкурсным управляющим заявлены требования о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за доведение до банкротства и невозможность погашения требований кредитора (перевод бизнеса на иное подконтрольное юридическое лицо) имели место в 2015-2016 году, а также было заявлено о не передаче директором должника ФИО1 после признания в июле 2020 года должника банкротом конкурсному управляющему документов бухгалтерского учета и отчетности должника, а заявление о привлечении к субсидиарной ответственности поступило в суд после 01.07.2017, то настоящий спор подлежит рассмотрению как с применением норм материального права, предусмотренных пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции без учета Федерального закона № 266-ФЗ), так и с применением норм пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ.          

При этом нормы о субсидиарной ответственности в редакции Закона № 266-ФЗ, разъяснения, изложенные в постановлении Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, могут быть применены и к спорным правоотношениям в части, не противоречащей нормам статьи 10 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Основания для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, ранее содержавшиеся в пункте 4 статьи 10 закона о банкротстве, отражены в настоящее время в статье 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В силу указанных норм права основанием для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника является то, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия данного лица.

Субсидиарная ответственность наступает тогда, когда в результате поведения контролирующего должника лица  должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016).

В пункте 16 постановления Пленума ВАС РФ от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем (пункт 17 постановления Пленума ВАС РФ от 21.12.2017 № 53).

Исследовав материалы дела, суды установили, что между обществом «Регион-СК» (поставщик) и обществом «Мостинжстрой» заключен договор поставки от 01.01.2013 № 031, по условиям которого поставщик обязуется поставлять в собственность покупателя строительные материалы (товар) в количестве и по ценам, указанным в счетах и спецификациях, являющихся неотъемлемыми частями договора, а покупатель обязуется принимать и оплачивать их на условиях договора; покупатель производит предварительную оплату получаемого товара в размере 100% в течение пяти банковских дней со дня согласования спецификации на основании выписанного счета на предварительную оплату (п. 7.1 договора); оплата товара осуществляется в безналичном порядке.

Между тем, несмотря на то, что договор поставки заключен на условиях 100% предварительной оплаты, несмотря на то, что на момент заключения договора в отношении общества «Мостинжстрой» в картотеке арбитражных дел было зарегистрировано множество дел с его участием как ответчика по неисполненным денежным обязательствам, ФИО1, будучи единоличным исполнительным органом и участником должника, принял явно недобросовестное решение по предоставлению товара обществу «Мостинжстрой» без его предварительной оплаты на сумму 6 007 941 руб. 25 коп., в результате чего должник не получил встречного предоставления, и после возбуждения 03.02.2015 дела о банкротстве общества «Мостинжстрой» № А60-981/2015 в реестр требований его кредиторов было включено и требование общества «Регион-СК» в размере 6 007 941 руб. 25 коп. (определение суда от 23.07.2015).

При этом указанная дебиторская задолженность является единственным активом, за счет которого сформирована конкурсная масса должника – общества «Регион-СК» (отчет конкурсного управляющего).

В свою очередь, между обществом «Регион-СК» (покупатель) и предприятием «Монетный щебеночный завод» (продавец) был заключен договор поставки от 22.01.2013 № 240-ДП, по условиям которого завод принял на себя обязательство поставить производимую им продукцию (отсев, щебень, ЩПС) согласно спецификации, а общество «Регион-СК» оплачивать поставленную продукцию по ценам, указанным в спецификации, в срок не позднее одного месяца от поставки. Сторонами подписаны спецификации от 22.01.2013, от 31.10.2014. Завод поставил обществу «Регион-СК» товар на общую сумму 24 121 016 руб. 90 коп., общество «Регион-СК» оплатило поставленный товар частично - на сумму 21 741 274 руб. 26 коп.; задолженность за поставленную продукцию составила 2 379 742 руб. 64 коп., которая взыскана решением Арбитражного суда Свердловской области от 15.06.2015 по делу № А60-12378/2015 и длительное неисполнение которого послужило основанием для обращения предприятия «Монетный щебеночный завод» в 2020 году с заявлением о признании  общества «Регион-СК» банкротом.

Судами установлено, что общество «Регион СК» не осуществляет хозяйственную деятельность с сентября 2015 года и по юридическому адресу не находится, расчетные счета в ЗАО «Банк Интеза» филиал «Уральский» и ПАО «Сбербанк России» закрыты, при этом, не принимая мер по погашению задолженности перед предприятием «Монетный щебеночный завод», ФИО1 предпринял меры по переводу операционной деятельности общества «Регион СК» на другое юридическое лицо – общество «РСК», сфера деятельности которого торговля оптовая лесоматериалами, строительными материалами и санитарно-техническим оборудованием.

Судами проанализирована хозяйственная деятельность подконтрольных ФИО1 юридических лиц (обществ «Регион-Стройкомплекта», «Регион-СК», «СКМ-Групп», «Парламент», «РСК», «Уралцемснаб»; анализ подробно изложен в судебных актах) и сделан вывод о недобросовестном ведении ФИО1 деятельности подконтрольных ему компаний, с целью недопущения удовлетворения требований кредиторов, сфера деятельности юридических лиц одна и та же, основным видом деятельности является торговля оптовая лесоматериалами, строительными материалами и санитарно-техническим оборудованием, количество работников - 1, основных средств на балансе компаний нет, в целом общества создаются для участия в цепочке сделок по купле-продаже материалов. При появлении риска финансовых претензий или риска плановой налоговой проверки (по истечении двух-двух с половиной лет деятельности компаний) ФИО1 прекращает деятельность общества и начинает деятельность другого юридического лица, с назначением на прежние юридические лица номинальных владельцев и директоров.

Оценив в совокупности данные обстоятельства, суды пришли к выводу, что имеются основания полагать, что в рассматриваемом случае схема перевода бизнеса на иное юридическое лицо – общество «РСК» подразумевала передачу списка клиентов-покупателей и поставщиков.

Делая такой вывод, суды исходили из того, что основными покупателями общества «Регион-СК» в период с 2011 года до 2015 года являлись общества «Стройматериалы», «Р-Мост», «УралНерудСнаб», «ТПК Бетопром», «Р-Перспектива», «АСМ Стройсервис», «ПКФ Евротраст», «НПК ИнТехБурение», «РегионУралКонтракт», «ТК АрмаСтрой», «Капитель», предприниматель ФИО6, которые  являлись также покупателями общества «РСК» в период с 2015 года по 2016 года, что подтверждает перевод бизнеса в иное юридическое лицо, подконтрольное ФИО1.

В настоящие время ФИО1 является директором и участником с размером доли в уставном капитале 100% в двух действующих (не ликвидированных) обществах: в обществе «РСК», в котором выручка в 2015 году составила 63 673 тыс. руб., в 2016 - 34 638 тыс. руб., с 2017 года выручка составляет 0 руб.; в обществе «Уралцемснаб», в котором выручка в 2018 году составила 4997 тыс. руб., в 2019 году - 33 332 тыс. руб.

Исследовав и оценив данные обстоятельства, суды признали, что ФИО1 совершались действия по недопущению удовлетворения кредиторской задолженности, путем прекращения деятельности указанного лица и создания (продолжения) деятельности в ином юридическом лице; указанные действия носят постоянный повторяющийся характер, что не может быть отнесено к добросовестной модели ведения бизнеса. Указанные действия привели к прекращению деятельности должника и, как следствие, невозможности полного удовлетворения требований единственного кредитора, требования которого подтверждены вступившим в законную силу судебным актом, что в силу норм пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве является основанием для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Судами также установлено, что ФИО1 не исполнена обязанность, установленная пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве, о передаче в течение трех дней после утверждения конкурсного управляющего бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей. 

Между тем данное требование обусловлено, в том числе, и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации (материальных ценностей) должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.10.2020 по настоящему делу на ФИО1 возложена обязанность передать конкурсному управляющему следующую информацию и документы, материальные ценности, необходимые для осуществления полномочий конкурсного управляющего, а именно за период с даты создания общества по 2017 год: документы первичного бухгалтерского учета; бухгалтерскую отчетность (форма № 1,2); отчеты во внебюджетные фонды и органы статистики за; налоговую отчетность; отчеты ревизионной комиссии о результатах финансово-хозяйственной деятельности должника; заключения профессиональных аудиторов; первичную документацию по совершенным сделкам (товарные накладные, договоры и пр.); сведения и документы, свидетельствующие об исполнении или неисполнении должником обязательств перед контрагентами; активы должника: запасы на сумму 129 тыс. руб.; финансовые и другие оборотные активы на сумму 7 577 тыс. руб.; капитал и резервы на сумму 1087 тыс. руб.

Доказательств исполнения ФИО1 данного определения не имеется, база бухгалтерского учета общества «Регион-СК» и иные документы, обязанность по ведению и хранению которой установлена законодательством Российской Федерации, конкурсному управляющему не передана, кроме того, не переданы активы должника, которые составляют конкурсную массу.

Согласно отчету конкурсного управляющего, конкурсная масса не сформирована.

Ссылка ФИО1 в кассационной жалобе на то, что при рассмотрении иных обособленных споров им была передана имеющаяся у него документация, и было отказано в привлечении его к административной ответственности, на то, что у должника имеется дебиторская задолженность общества «Мостинжстрой» в размере 6 007 941 руб. 25 коп., не принимается как не опровергающая выводы судов о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. При этом с учетом того, что общество  «Мостинжстрой» находится в процедуре банкротства, оснований полагать, что дебиторская задолженность является ликвидной, не имеется.

Суд кассационной инстанции считает выводы судов о доказанности наличия  оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности в порядке пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве правильными, основанными на совокупной оценке имеющихся в деле доказательств.

Вместе с тем, рассмотрев кассационную жалобу конкурсного управляющего, исследовав материалы дела, суд кассационной инстанции считает, что судебные акты в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности супруги должника ФИО5  подлежат отмене, исходя из следующего.

Отказывая в привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суды сослались на отсутствие доказательств влияния ее на принятие решений, приведших к банкротству общества «Регион-СК».

Между тем судами не учтено, что при привлечении к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации  об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.

Согласно абзацу первому статьи 1080 Гражданского кодекса лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

В пункте 22 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 указано, что в силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.

Согласно пункту 7 вышеуказанного постановления, предполагается, что является контролирующим должника лицом и выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом

Предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности. Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов.

Следует отметить, что сами по себе факты наличия семейных отношений между контролировавшим должника лицом и его супругой не свидетельствуют о наличии оснований для возложения на супругу ответственности за соучастие в доведении до банкротства.

Между тем в данном случае конкурсный управляющий, заявляя требование о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Регион-СК», указывал на активное и непосредственное участие ФИО5 в деятельности общества «Регион-СК» по трудовым отношениям до 2015 года, когда общество «Регион-СК» вело активную хозяйственную деятельность, на то, что именно ФИО5 принадлежат коммерческие транспортные средства для перевозки цемента, поставками которого занимался должник, на то, что общество «Уралцемстрой» создано 01.07.2016 непосредственно ФИО5, и на данное общество переведены поставщики и клиенты общества «Регион-СК», на то, что ФИО5 неоднократно пополняла оборотные средства общества «Уралцемстрой».

Заявленные конкурсным управляющим доводы и представленные в их обоснование доказательства с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, судами в нарушение норм статей 65, 64, 71, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не исследовались и не получили надлежащую правовую оценку. 

Таким образом, следует признать, что судами не выяснены все обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы судов об отсутствии оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности  являются преждевременными.  

Поскольку все значимые для настоящего обособленного спора обстоятельства не исследованы и не установлены, вопрос о правомерности действий конкурсного управляющего по существу судами не рассмотрен, суд кассационной инстанции  полагает, что выводы судов об отсутствии оснований для удовлетворения жалобы уполномоченного органа необоснованны и преждевременны. 

Учитывая изложенные обстоятельства, суд кассационной инстанции считает, что определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции подлежат отмене как принятые с нарушением норм процессуального права (часть 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Исходя из того, что для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, установление всех имеющих значение для дела обстоятельств, что невозможно в арбитражном суде округа в силу его полномочий, дело в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит передаче на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении суду следует устранить отмеченные недостатки, исследовать доводы и возражения лиц, участвующих в деле, оценить представленные в их обоснование доказательства в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и разрешить спор, правильно применив при этом действующее законодательство, с учетом разъяснений практики применения его норм.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 11.10.2021 по делу № А60-7907/2020 и постановление Семнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 19.01.2022 по тому же делу отменить в части отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 В указанной части обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

              В остальной части обжалуемые судебные акты оставить без изменения. 

 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

ПредседательствующийС.А. Сушкова 

СудьиС.Н. Соловцов 

                                              Ю.А. Оденцова