ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А05-12483/2021

г. Вологда

03 августа 2023 года

 

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Корюкаевой Т.Г., судей Кузнецова К.А. и                    Марковой Н.Г. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Архангельской области от 18 апреля 2023 года по делу № А05-12483/2021, 

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Архангельской области (далее – суд) от 15.11.2021 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Новый Уютный Дом»  (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 163069, 

<

...>; далее – Общество, должник) по заявлению кредитора ООО «ТГК-2 Энергосбыт». 

Определением суда от 20.12.2021 (резолютивная часть от 13.12.2021) в отношении Общества введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО3. 

Решением суда от 20.05.2022 (резолютивная часть от 16.05.2022) процедура наблюдения в отношении Компании прекращена, должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3 

Конкурсный управляющий ФИО3 09.09.2022 обратился в суд с заявлением, уточненным в ходе судебного разбирательства в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества ФИО4, ФИО2, ФИО6 (ранее – ФИО5) Ольги Павловны солидарно в размере 3 827 029 руб. 46 коп., ФИО2 и ФИО6 солидарно в размере 4 314 021 руб. 94 коп., ФИО6 в размере 2 555 739 руб. 60 коп. 

Обособленный спор рассмотрен с привлечением к участию в нем в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО7, ФИО8. 

Определением суда от 18.04.2023 заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично: в порядке субсидиарной ответственности в пользу Общества взыскано солидарно с ФИО2 и ФИО4 1 165 704 руб. 99 коп., с ФИО2 – 4 307 038 руб. 26 коп.

ФИО2 не согласился с принятым судебным актом в части привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой на определение суда от 18.04.2023, просил его отменить и отказать в удовлетворении заявленных требований к ФИО2 полностью. Считает, что обжалуемое определение принято при неполном выяснении и недоказанности обстоятельств, имеющих значение для дела, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела: ФИО2 стал руководителем Общества со 02.03.2020, а не с 20.02.2020; ФИО2 не знал о наличии у должника признаков объективного банкротства ввиду отсутствия у ответчика документов о финансово-хозяйственной деятельности должника, а также ввиду прекращения 13.03.2020 производства по делу           № А05-6169/2019 о несостоятельности (банкротстве) Общества. Также указывает на наличие у ФИО2 плана по восстановлению платежеспособности должника, который предусматривал повышение тарифов на содержание для собственников жилых помещений в многоквартирных домах и снижение расходов должника за счет сокращения численности работников должника. Апеллянт считает, что указанный план являлся разумным, а его исполнение стало невозможным вследствие объективных обстоятельств, на развитие которых ФИО2 не мог повлиять.  Выводы суда об отсутствии доказательств сокращения фонда оплаты труда в период осуществления ФИО2 полномочий руководителя Общества считает ошибочными.

Лица, участвующие в рассмотрении спора, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе в порядке, установленном пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассматривается в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266               АПК РФ.

Согласно части 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного акта только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В пункте 27 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» разъяснено, что при применении части 5 статьи 268 АПК РФ необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Поскольку фактически доводы жалобы сводятся к оспариванию решения суда в части удовлетворения заявленных требований в отношении               ФИО2, возражений относительно проверки судебного акта в обжалуемой части не поступило, суд апелляционной инстанции пересматривает судебный акт в пределах доводов апелляционной жалобы.

Заслушав представителей конкурсного управляющего должника и ответчика, исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции находит жалобу не подлежащей удовлетворению. 

Дела о несостоятельности (банкротстве), в силу части 1 статьи 223             АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела, Общество зарегистрировано в качестве юридического лица 20.08.2009. Основным видом экономической деятельности должника являлось управление недвижимым имуществом за вознаграждение или на договорной основе (код ОКВЭД 68.32). 

В соответствии с решениями единственного участника Общества ФИО8 ФИО2 занимал должность единоличного исполнительного органа Общества (генерального директора) в период с 20.02.2020 по 13.04.2021 (том 1, листы 12, 14, 15; том 3, лист 61). 

Довод ФИО2 о том, что он являлся генеральным директором Общества со 02.03.2020, противоречит собранной по делу доказательственной базе, в частности, подписанному им же лично приказу от 20.02.2020 № 1 о вступлении в данную должность с 20.02.2020 и возложении на себя обязанности по ведению бухгалтерского учета. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено названным Законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее – ГК РФ (пункт 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

С учетом изложенного ответчик обоснованно признан судом контролировавшим должника лицом в указанный период. 

Производство по делу о банкротстве возбуждено определением от 15.11.2021 по заявлению кредитора ООО «ТГК-2 Энергосбыт».  

Конкурсный управляющий связывает наступление у ответчика обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве, предусмотренной пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, с возникновением у должника признаков неплатежеспособности с 31.12.2018, то есть еще до вступления ФИО2 в должность руководителя Общества.  

Конкурсный управляющий указал, что по данным бухгалтерского учета за 2018 год должник получил от своей деятельности убыток в размере             3 607 000 руб. Из бухгалтерского баланса должника по состоянию на 31.12.2018 следует, что размер кредиторской задолженности составлял 27 806 000 руб., а стоимость активов – 26 330 000 руб. С февраля 2016 года Общество не исполняло свои обязательства перед публичным акционерным обществом «Территориальная генерирующая компания № 2», с ноября 2018 года – перед ООО «ТГК-2 Энергосбыт». С 2018 года в отношении должника возбуждено более 40 исполнительных производств. 

Данные выводы конкурсного управляющего ответчиком не оспорены. 

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

Ответственность для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренная статьей 61.12 Закона о банкротстве, возникает при неисполнении руководителем организации-должника обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом в определенный законом срок. 

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве). 

Пунктом 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве установлено, что если в течение предусмотренного пунктом 2 данной статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым – восьмым пункта 1 данной статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока  собственник имущества должника – унитарного предприятия обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым – восьмым пункта 1 данной статьи. 

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53), обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах. Указанные обстоятельства позволяют суду сделать вывод о неочевидности для добросовестного и разумного руководителя наличия задолженности по гражданско-правовым обязательствам в указанный заявителем период. 

Негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска. 

При отсутствии презумпций вины контролирующего должника лица в невозможности осуществления расчетов с кредиторами, наличие состава применения субсидиарной ответственности должно доказываться при применении общих правил распределения бремени доказывания по обособленному спору, то есть, заявителем.

Таким образом, для вывода о возникновении обязанности добросовестного руководителя обратиться в суд необходимо, чтобы финансовое положение организации было настолько критическое, что восстановление его платежеспособности обычными способами – за счет доходов от предпринимательской деятельности – не представлялось возможным. 

В материалах дела усматривается, что на момент вступления                   ФИО2 в должность руководителя Общества у должника наблюдались устойчивые признаки несостоятельности. 

Вместе с тем, определяющее значение для рассмотрения настоящего спора имеют обстоятельства установления ФИО2 таких признаков. 

Принимая во внимание принципы разумности и добросовестности при осуществлении своих обязанностей, новый руководитель должника должен был проанализировать его финансовое состояние, установить полноту и достаточность переданной (принятой) им документации, в случае недостаточности такой документации – установить место ее нахождения и принять меры к ее истребованию у прежнего руководителя или иных удерживающих документацию лиц. 

В рассматриваемом случае даже при отсутствии на момент вступления ФИО2 в должность руководителя передачи документации должника со стороны прежнего руководителя, ФИО2 мог установить признаки недостаточности имущества Общества при изучении бухгалтерской отчетности должника за 2018 год. 

Кроме того, как верно отметил суд первой инстанции, действуя разумно и добросовестно, руководитель должника в короткий период времени мог получить необходимую информацию о финансовом состоянии должника путем использования публичных сведений, размещенных на информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел», направления запросов в регистрирующие и налоговые органы, кредитные организации, Службу судебных приставов, агента – ООО «Расчетный Информационный центр», который оказывал Обществу услуги по начислению, учету и сбору платежей за жилищно-коммунальные услуги с граждан, проживающих в многоквартирных жилых домах, управляемых должником, а также лицу, осуществлявшему бухгалтерский учет Общества – индивидуальному предпринимателю ФИО9

Вопреки доводам апеллянта о составлении им бухгалтерского баланса за 2019 год без подтверждающих документов, с единственной целью соблюдения сроков сдачи финансовой отчетности, в материалах дела отсутствуют сведения о составлении и сдаче впоследствии уточненного баланса Общества за обозначенный период.  

Вместе с тем, в деле имеются свидетельства того, что документация Общества за период с 2018 года имелась в распоряжении руководителей должника (была восстановлена): соответствующая документация передана конкурсному управляющему по акту от 18.05.2022.  

С учетом совокупности вышеизложенных обстоятельств суд первой инстанции пришел в правильному выводу о том, что по состоянию на 28.05.2020 ФИО2 безусловно мог установить наличие у должника признаков несостоятельности и, действуя как добросовестный и разумный руководитель, мог и обязан был обратиться в суд с заявлением о банкротстве Общества. 

В абзаце втором пункта 19 постановления № 53 разъяснено, что при доказывании отсутствия оснований привлечения к субсидиарной ответственности контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т. п.).

ФИО2 указал, что приступив к обязанностям руководителя должника и оценив финансовое состояние Общества, он разработал план по выходу должника из кризисной ситуации, который включал в себя следующие мероприятия:

- сокращение издержек (расходов) за счет сокращения фонда оплаты труда;

- увеличение выручки за счет увеличения тарифов на содержание жилых помещений в многоквартирных жилых домах для их собственников и привлечения к обслуживанию новых многоквартирных жилых домов. 

Возражения ответчика о наличии у него плана выхода из кризисной ситуации справедливо отклонены судом первой инстанции с указанием на то, что ФИО2 не представил доказательств того, что такой план являлся экономически обоснованным и мог привести к улучшению финансового состояния должника, не представил доказательств того, что он фактически приступил к выполнению своего плана.

Ответчиком не предъявлено экономическое обоснование довода о том, что изменение тарифов по обслуживаемым домам могло увеличить выручку должника таким образом, что он смог бы справиться с той кризисной ситуацией, в которой он находился. Кроме того, в отношении большинства обслуживаемых домов тариф не подлежал увеличению на протяжении еще более одного года. 

Как верно указал суд первой инстанции, препятствия в виде невозможности  проведения собраний собственников многоквартирных домов в очной форме и принятия решений об увеличении тарифов должны были быть учтены непосредственно при разработке плана по выходу должника из кризисной ситуации, соответствующие доводы ФИО2 не свидетельствуют о невозможности исполнения плана по независящим от ответчика обстоятельствам. 

В рассматриваемом случае ответчиком не доказано, что восстановление платежеспособности должника обычными способами – за счет доходов от предпринимательской деятельности – было возможным. 

Доводы ответчика об эффективности предложенного им плана не подтверждены какими-либо расчетами и не имеют под собой экономического обоснования. 

С учетом указанных обстоятельств обозначенные предложения ответчика нельзя признать экономически разумным и обоснованным планом руководителя должника по выходу из кризисной ситуации.

По смыслу статьи 61.12 Закона о банкротстве предполагается наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, предоставивших финансирование лицу, являющемуся в действительности неплатежеспособным.

Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими кредиторами, то есть долгами, возникшими после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Как разъяснено в пункте 15 постановления № 53, если обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве не была исполнена несколькими последовательно сменившими друг друга руководителями, первый из них несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, возникшим в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве, последующие – со дня истечения увеличенного на один месяц разумного срока, необходимого для выявления ими как новыми руководителями обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение обязанности по подаче заявления о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве. При этом по обязательствам должника, возникшим в периоды ответственности, приходящиеся на нескольких руководителей одновременно, они отвечают солидарно (абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Руководствуясь указанным разъяснением, суд первой инстанции правильно определил период, за который ответчик ФИО2 несет ответственность по основаниям статьи 61.12 Закона о банкротстве – с 28.06.2020 (с учетом даты, когда руководителю безусловно должно было быть известно о наличии признаков несостоятельности должника, а именно представления 28.05.2020 в налоговый орган бухгалтерского баланса Общества за 2019 год) и размер такой ответственности – 5 472 743 руб. 25 коп. 

Невозможность погашения требований кредиторов в указанной сумме находится в непосредственной причинно-следственной связи с управленческими действиями ФИО2

При таких обстоятельствах правовых оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по приведенным в ней доводам не имеется.

Иное толкование апеллянтом положений законодательства о банкротстве, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права.

Поскольку материалы дела исследованы судом первой инстанции полно и всесторонне, выводы суда соответствуют имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права не допущено, оснований для отмены судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Архангельской области от 18 апреля 2023 года по делу № А05-12483/2021 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                           Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Т.Г. Корюкаева

Судьи

К.А. Кузнецов

Н.Г. Маркова