ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А70-10239/2016

26 января 2017 года

город Омск

Резолютивная часть постановления объявлена  19 января 2017 года

Постановление изготовлено в полном объеме  26 января 2017 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Шаровой Н.А., 

судей Зориной О.В., Смольниковой М.В., 

при ведении протокола судебного заседания: секретарем Запорожец А.Ю., 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-15860/2016) общества с ограниченной ответственностью «Тобольская ТЭЦ» на решение Арбитражного суда Тюменской области от 02 ноября 2016 года по делу № А70-10239/2016 (судья Куприна Н.А.), принятое по иску общества с ограниченной ответственностью «Интертехэлектро-Турбомонтаж» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Тобольская ТЭЦ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании задолженности по договору подряда № 211/2300/15/15182 от 14.05.2015 в размере 803 909,29 рублей,

при участии в судебном заседании:

от общества с ограниченной ответственностью «СИБУР Тобольск» - представитель ФИО1, по доверенности № 50 от 12.01.2017, сроком действия до 31.12.2019; 

от общества с ограниченной ответственностью «Интертехэлектро-Турбомонтаж» - представитель ФИО2, по доверенности б/н от 20.01.2016, сроком действия 1 год; представитель ФИО3, по доверенности № ТМ-16/042 от 01.03.2016, сроком действия 1 год,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Интертехэлектро-Турбомонтаж» (далее – ООО «Интертехэлектро-Турбомонтаж») обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Тобольская ТЭЦ» (далее – ООО «Тобольская ТЭЦ») с требованием о взыскании задолженности по договору подряда № 211/2300/15/15182 от 14.05.2015 в размере 803 909,29 рублей, в том числе 754 909,68 рублей основного долга, 48 999,61 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами.

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 02.11.2016 по делу № А70-15860/2016 исковые требования удовлетворены. Суд взыскал с ООО «Тобольская ТЭЦ» в пользу ООО «Интертехэлектро-Турбомонтаж» 803 909 рублей 29 копеек, в том числе 754 909 рублей 68 копеек основного долга, 48 999 рублей 61 копейку процентов за пользование чужими денежными средствами, а также 19 078 рублей государственной пошлины. Истцу из федерального бюджета возвращено 93 рубля излишне уплаченной государственной пошлины.

Указанное решение обжаловано в апелляционном порядке ООО «Тобольская ТЭЦ». Ответчик в своей апелляционной жалобе просит решение суда отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме. 

Как объяснили суду апелляционной станции, в текстах жалобы и  имеющихся в деле письменных доказательства  термины «УВГ», «подшипник», «вкладыш» употребляются в отношении одной и той же детали – уплотнение вала генератора.  Баббитовая расточка УВГ – поверхностная  часть этой детали, выполненная из особого сплава мягких металлов. В свою очередь, к созданию геометрии  баббитовой расточки УВГ истец не имеет отношения.  По утверждению ответчика, именно ненадлежащая геометрия баббитовой расточки этой детали, которую неправомерно «недосмотрел» истец при установке этой детали,  повлекла повышение температуры и остановку генератора, повлекшую спорные убытки. 

Доводы апелляционной жалобы состоят в следующем:

- 29.10.2015 членами комиссии в составе представителей ответчика, ОАО «Фортум» (правопредшественник ООО «Тобольская ТЭЦ» - заказчика по договору подряда) был составлен акт № 12 расследования причин аварии, произошедшей 08.10.2015, в котором отражен факт повышения температуры в точке ГП-1а до 87 градусов С и ее рост, а также то, что 11.10.2015 при проведении дефектации УВГ сторона подшипника № 7 выявлено: следы касания ротора о баббитовую расточку вкладыша на водородном уплотнительном пояске, расточка уплотнительного водородного пояска имеет конусность, с уменьшением диаметра в сторону генератора, минимальный размер зазора вкладыш ротор 0,21 мм на диаметр (вкладыш чертеж № 5 ТХ263 137), что на 0,03 мм меньше минимально допустимого. В данном акте в качестве причины возникновения аварии и ее развития указано нарушение персоналом истца требований чертежа № 5ТХ263 137, которое выразилось в установке при ремонте вкладыша с геометрическими размерами, не соответствующими чертежу (уменьшение зазора между ротором и вкладышем УВГ турбогенератора ТВГ-200-2МУЗ ст. № 2, сторона подшипника № 7;

- сторонами указанный акт расследования не оспорен, судом не признан не соответствующим требованиям Правил расследования причин аварий в электроэнергетике, утв. Постановлением Правительства РФ № 846 от 28.10.2009;

- в нарушение ст. 65 АПК РФ, истец не представил доказательств того, что диаметр расточки вкладыша проверялся по всему периметру. Тогда как приобщенные к материалам дела формуляры четко содержат информацию о том, каким образом были произведены замеры – в трех точках замеров. Кроме того, документально не подтверждены утверждения истца об утечке водорода через уплотняющий подшипник и о работе генератора со сниженным давлением водорода;

- истец признает, что в трех точках периметра минимальный зазор составил 0,21 мм на диаметр (отклонение от формуляра 0,03 мм);

- истец также не представил суду надлежащих доказательств того, что ответчиком применялось «грязное масло» и его применение привело к затруднениям в охлаждении вкладыша маслом;

- утверждение истца о том, что работы по ремонту вкладыша (расточка) выполнялись самим заказчиком в период с 08.08.2015 по 07.10.2015, несостоятельны. Ответчик не является профессиональным участником рынка по ремонту турбинных установок, не мог произвести указанные работы самостоятельно, а также в силу обязанности соблюдения законодательства в сфере закупок не мог привлечь к ремонту третье лицо без соблюдения процедуры объявления о конкурентных переговорах. Доказательств выполнения работ по расточке вкладыша УВГ либо иным лицом по его заявке не представлено;

- выводы суда об отсутствии у заказчика претензий после подписания актов от 18.07.2015 и формуляра от 07.08.2015 сделаны без учета того обстоятельства, что истец предпринял меры по устранению дефектов работы после получения уведомления об обнаруженных недостатках, содержащего требование повторного присутствия представителя ООО «Интертехэлектро-Турбомонтаж» для устранения дефектов, поэтому у ответчика не было необходимости в предъявлении претензии от 21.12.2015 относительно качества выполненных работ (сведения о направлении указанного уведомления содержатся в претензии № СА-72-074/690 от 21.12.2015 о возмещении убытков в размере 4 472 167,72 руб.;

- размер убытков определен на основании расчета экономического ущерба, вызванного аварийным отключением турбоагрегата ст. 3 2 08.10.2015, что находится в причинной связи с некачественной работой истца (подробно расчет содержится в тексте апелляционной жалобы).

В отзыве на апелляционную жалобу истец просит оставить решение суда без изменения по изложенным в нем доводам.

09.01.2017 от ответчика поступило заявление о процессуальном правопреемстве, в подтверждение чего представлен выписка  из ЕГРЮЛ за государственным регистрационным номером 2167232652190 от 01.12.2016, в соответствии с которым ООО «Тобольская ТЭЦ» прекратило деятельность путем реорганизации в форме присоединения к обществу с ограниченной ответственностью «СИБУР ТОБОЛЬСК» (далее – ООО «СИБУР ТОБОЛЬСК»).

Суд апелляционной инстанции на основании статьи 48 АПК РФ счел возможным заявление ответчика удовлетворить и произвести процессуальную замену ООО «Тобольская ТЭЦ» на его правопреемника - ООО «СИБУР ТОБОЛЬСК».

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ООО «СИБУР ТОБОЛЬСК» поддержала апелляционную жалобу.

Представители ООО «Интертехэлектро-Турбомонтаж» поддержали доводы отзыва.

Представители истца в порядке ст. 81 АПК РФ объяснили: 

Подшипник включает в себя спорную деталь - вкладыш. Назначение вкладыша сводится к обеспечению зазора между роторной (вращающейся) и статорной (неподвижной) частями генератора. Вкладыш  подвергался  замене. До этого вкладыш ремонтировался на стороннем предприятии. Затем он был передан истцу и установлен в турбину.

Формуляр на изделие, в состав которого входит спорный вкладыш, относится к составу технической документации к договору подряда. 

Двусторонний акт от 07.08.2015, составленный истцом  и ответчиком  по итогам работ истца,    подтверждает, что по результатам трех, требуемых  формуляром на эту деталь (изделие),  измерений, выполненных  специалистами сторон, установлены   зазоры, соответствующие нормативным требованиям ( и , соответственно , условиям договора). 

В течение трех месяцев отремонтированный истцом агрегат находился в исключительном ведении заказчика. Каждый запуск турбины, в том числе, первый после ремонта,  обязательно регистрируется в соответствующем журнале, который ответчиком не представлен. 

На вопрос суда представитель пояснил, что журнал именуется «сменный журнал на блочном щите».

Кроме того, первое включение турбины должно быть согласовано с энергетиками (РДУ-региональное диспетчерское управление, регулирующее  объем передаваемой электроэнергии и мощности), так как производимую запущенной турбиной электрическую мощность должен кто-то принимать. Не представив указанный журнал, фиксирующий запуски, и доказательств обращения к РДУ за согласованием первого запуска, ответчик таким  образом, не  доказал свое утверждение о первом запуске только 08.10.15 и , соответственно, не исключил запуск и эксплуатацию  турбины в период с 07.08.15 до 08.10.15.

Судом с участием представителей сторон обозревалась схема зазора в формуляре от 07.08.2015, которая, как пояснил представитель истца, свидетельствует о том, что зазор соответствует нормативу.

Представитель ответчика пояснил, что зазор соответствует нормативу только в трех точках.

Представитель истца пояснил, что заказчик проводил  пуско-наладочные работы турбины  без персонала подрядчика. Пуско-наладочные работы включают в себя проверку масла. Если турбина бездействует несколько месяцев, в масле оседают абразивные частицы. При вскрытии агрегата с участием истца  после инцидента (остановки) представителями истца  визуально обнаружена и произведена фотофиксация грязи на внутренних частях, что подтверждается представленными в материалы дела фотографиями. 

В суде первой инстанции ответчику было предложено представить журнал, а также заявки в РДУ (региональное диспетчерское управление), которое регулирует объем передаваемой электроэнергии и мощности. Эти документы могли бы подтвердить, что в период времени после окончания работ истцом, оборудование не работало и не эксплуатировалось. На вопрос суда представителю ответчика о том, эксплуатировалось ли оборудование в период до 08.10.2015 с момента сдачи работ по договору подряда либо в его отношении производились какие-либо дополнительные ремонтные работы, представитель ответчика ответить затруднилась.

На вопрос суда о причинах дефекта представители истца пояснили, что видят их в следующем: во-первых, использование загрязненного масла, во-вторых – не исключено воздействие на оборудование со стороны третьей организации, которая могла привлекаться заказчиком для производства ремонта. Заказчик периодически и систематически размещает извещения о проведении торгов на заключение договор на ремонт турбины, выпуск которой датирован 1983 годом. 

При дефектации были выявлены износ роторной части (в нее помещен вкладыш) и износ самого вкладыша. Ремонт вкладыша примерно в 10 раз дешевле ремонта статерной части. То есть дефекты были выявлены в обоих узлах. Заказчик же в целях экономии решил заменить только вкладыш. Роторную часть заказчик отремонтировал по результатам закупочной процедуры через год после установки вкладыша истцом. То есть на момент спорных работ заказчик ограничился лишь полумерами, что в совокупности с иными причинами ( нарушения в части использования масла) привело, по мнению представителей истца, к возникновению инцидента.

Представитель ответчика пояснила, что вкладыш был установлен без надлежащего входного контроля со стороны истца.  При запуске оборудования в октябре и последующем вскрытии было зафиксировано, что имеются нарушения в диаметре зазора вследствие ненадлежащей геометрии баббитовой расточки вкладыша. Акты о дефектации в октябре составлялись с участием представителей истца.

Суд апелляционной инстанции с участием представителей истца и ответчика обозревал акты дефектации от 12.10. и 14.10 2015 года.

Представитель истца пояснил, что ни в одном из этих актов не указано на вину подрядчика в том, что зазоры меньше нормативных. Ответчик обосновывает свои возражения, главным образом, актом от 14.10.2015. Но причина зазоров – расточка подшипника на токарном станке. Выполнению работ по договору подряда предшествовал демонтаж вкладыша, произведенный истцом. После этого он был передан заказчику, который отправил его на ремонт в Челябинск. После ремонта он был возвращен заказчику, который передал его истцу. С самим вкладышем каких-либо работ истец не проводил, только монтаж. 

В п. 2.1 акта о выявленных дефектах от 03.07.2015 подрядчик довел до сведения заказчика о необходимости ремонта, помимо подшипника, также шейки ротора и генератора. В пункте 2 этого акта заказчиком принято решение выполнить ручную шлифовку шеек РГ под вкладыш УВГ и иные мероприятия, которые выполняла сторонняя организация.

Акт от 29.10.2015 расследования причин аварии от 08.10.2015 составлен ответчиком в одностороннем порядке. В нем содержатся выводы о вине подрядчика, при этом для расследования причин произошедшего истца не приглашали. Подрядчик ранее был приглашен для вскрытия и осмотра повреждений оборудования, и уже после того, как представители подрядчика покинули ТЭЦ, по прошествии более 10 дней ответчик составил свой односторонний акт расследования, указав на вину подрядчика, который, в свою очередь, был лишен возможности высказать свои возражения и соображения на этот счет.

Представитель ответчика пояснила, что неправильная геометрия поверхности вкладыша влечет зазоры сверх норматива, что приводит к повышению температуры (нагрев деталей) при их вращении.

Представитель истца на вопрос суда о разности температуры масла на входе и выходе пояснил, что задача  масла- уменьшение трения и  охлаждение деталей. Когда масло загрязнено, образуется масляная пробка, масло перестает поступать в нужном количестве и выполнять свои функции надлежащим образом. Происходит нагрев . На узле установлены два температурных датчика – с одной и другой стороны. Датчиками  зафиксирована экстраординарная разница температур масла на входе (нормальная) и в месте эксплуатации (повышенная). Такая разность температур подтверждает его утверждение о «грязном масле», возникновении масляной  пробки и непоступлении масла в нормальном режиме.

Масло поступает в агрегат через маслопроводы, идущие от специальной емкости. Очистка масла и его использование относятся к сфере принятия решений заказчиком. Подрядчик к этому отношения не имеет.

Представитель ответчика пояснила, что нагрев масла обусловлен нарушением размера зазоров, предусмотренного формуляром.

На вопрос суда о локализации конусности, зафиксированной в акте от 29.10.2015, ответчик пояснила, что она имеет место на УВГ.

Судом поставлен вопрос: что мог сделать подрядчик с баббитовым покрытием вкладыша при установке?

Представитель ответчика пояснила, что подрядчик его неверно измерил, допустив конусность при установке уплотнения, что привело к нарушению зазоров. Истец недостаточно осуществлял  входной контроль детали.

Представители истца пояснили, что входной контроль осуществлялся замерами в трех местах, как предусмотрено формуляром. Замер производился 07.08.2015 с представителями заказчика, и все убедились о соответствии зазоров нормативному размеру, подписав соответствующий акт.

Таким образом, суд апелляционной инстанции установил следующее существо спора сторон: фактически ответчик в качестве оснований своих убытков (заявленных, по утверждению ответчика,  к зачету его долга за выполненные истцом ремонтные работы)  вменяет истцу ненадлежащее исполнение обязательств до  установки вкладыша по контролю поверхностной геометрии (должной обеспечивать  необходимые зазоры с иными деталями).

Возражения ответчика сводятся к тому, что 1)указанный контроль проведен в соответствии с требованиями формуляра, надлежащее состояние вкладыша зафиксировано в двустороннем порядке 07.08.15 ; 2) истец не обосновал отсутствие эксплуатации  до инцидента (нет журнала запусков и  разрешения РДУ на запуск); 3) не исключена ненадлежащая эксплуатация (обнаружение следов «грязного» масла (с абразивными частицами» .

Законность и обоснованность решения Арбитражного суда Тюменской области от 02.11.2016 по делу № А70-15860/2016 проверены на основании статей 266, 268 АПК РФ.

Повторно рассмотрев материалы дела по доводам жалобы и отзыва, выслушав представителей истца и ответчика, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены принятого решения.

Как следует из материалов дела, и правильно установлено судом первой инстанции, 14.05.2015 между ОАО «Фортум» (заказчик) и ООО «Интертехэлектро-Турбомонтаж» (подрядчик, истец) был заключен договор подряда № 211/2300/15/15182 на выполнение среднего ремонта паротурбинной установки Т-175/210- 130 ст. № 2 Тобольской ТЭЦ Энергосистемы «Западная Сибирь» ОАО «Фортум» в 2015 году в соответствии с технически заданием (приложение № 1) (том 1 л.д. 15-40) (далее – договор подряда).

Согласно п. 3.1 договора, цена работ составляет 11 544 922,94 рублей. Сроки выполнения работ установлены в п. 2.3 договора с 21.06.2015 по 18.07.2015. 

30.06.2015 ОАО «Фортум», ООО «Тобольская ТЭЦ» (ответчик) и ООО «Интертехэлектро-Турбомонтаж» было подписано соглашение о передаче прав и обязанностей по договору подряда № 211/2300/15/15182 от 14.05.2015, согласно которому с 01.07.2015 ОАО «Фортум» передало ответчику права и обязанности по указанному договору в объеме и на условиях, имеющих место на дату передачи прав и обязанностей, за исключением задолженности, возникшей до даты передачи прав и обязанностей (том 1 л.д. 137-138).

Истец выполнил работы по договору на сумму 6 458 209,62 рублей, что подтверждается подписанными 18.07.2015  сторонами без замечаний актами выполненных работ формы КС-2 № 1 от 18.07.2015, № 2 от 18.07.2015, справками о стоимости выполненных работ и затрат формы КС-3 № 1 от 18.07.2015 на сумму 4 766 077,82 рублей, № 2 от 18.07.2015 на сумму 1 692 131,80 рублей, подписанными сторонами без замечаний относительно объема и качества выполненных работ, скрепленные печатями сторон (том 1 л.д. 143-155).

Кроме того, сторонами были подписаны товарные накладные от 24.07.2015, 15.09.2015, подтверждающие факт передачи истцом ответчику товара на сумму 860 957,79 рублей, 229 929,42 рублей (том 1 л.д. 156-158).

По состоянию на 31.12.2015 сторонами без разногласий подписан акт сверки взаимных расчетов, из которого следует, что с учетом произведенной частичной оплаты задолженность ответчика перед истцом составляет 754 909,68 рублей (том 1 л.д. 159).

Ответчик направил истцу уведомление о зачете взаимных требований от 11.05.2016, в котором указал, что произвел зачет суммы долга по договору подряда № 211/2300/15/15182 от 14.05.2015 в размере 754 909,68 рублей в счет штрафной неустойки по претензии СА-72-074/690 на сумму 4 472 167,72 рублей (том 1 л.д. 160-161).

С указанным заявлением о зачете истец не согласился, направив ответчику письмо от 23.05.2016 с просьбой оплатить задолженность 754 909,68 рублей (том 1 л.д. 162-164).

Поскольку ответчиком в добровольном порядке требования истца не были удовлетворены, истец обратился с настоящим иском в суд.

Ответчик с иском не согласился, в отзыве (том 2 л.д. 4-5, 9-12) ссылается на то, что в процессе исполнения договора сторонами был согласован дополнительный объем работ, истцом выполнены работы по ремонту вкладыша кольцевого уплотнения вала генератора (со стороны турбины) с перезаливкой, мехобработкой и разделкой рабочей поверхности вкладыша, после завершения пуско-наладочных работ турбина была включена под нагрузку для проведения контрольной эксплуатации, 08.10.2015 значение температуры в точке ГП-1а повысилась до 87 градусов Цельсия и продолжала рост, в связи с чем, произошло аварийное отключение турбины.

11.10.2015 после разборки-сборки был произведен пробный пуск турбины, вновь зафиксирован подъем температуры до 75 градусов Цельсия, в связи с чем, турбина была остановлена. 12.10.2015 в присутствии подрядчика был составлен акт дефектации об обнаруженных недостатках работ, выразившийся в повышенной температуре вкладыша УВГ в результате нарушения величины зазора между вкладышем и шейкой ротора генератора, подписанный сторонами. Указанный дефект, по мнению ответчика, нельзя отнести к явным, поэтому он не был обнаружен 18.07.15 и 07.08.15.

Ссылаясь на ст. 15, 393, 721 Гражданского кодекса РФ, п. 14.1 договора, ответчик указывает, что он как заказчик заявил к зачету против долга за работы свое право требование о возмещении убытков вследствие ненадлежащего качества работ, направил в адрес подрядчика претензию СА-72-074/690 от 21.12.2015 о возмещении убытков в размере 4 472 167,72 рублей.

Учитывая изложенное, ответчик просил в иске отказать.

Правоотношения сторон регламентируются положениями главы 37 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Согласно части 1 статьи 740 ГК РФ по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену.

В силу пункта 1 статьи 743 ГК РФ подрядчик обязан осуществлять строительство и связанные с ним работы в соответствии с технической документацией, определяющей объем, содержание работ и другие, предъявляемые к ним требования, и со сметой, определяющей цену работ.

Качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода. Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, результат выполненной работы должен в момент передачи заказчику обладать свойствами, указанными в договоре или определенными обычно предъявляемыми требованиями, и в пределах разумного срока быть пригодным для установленного договором использования, а если такое использование договором не предусмотрено, для обычного использования результата работы такого рода (пункт 1 статьи 721 ГК РФ).

Согласно пункту 13 Информационного письма Президиума высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 N 51 "Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда" наличие акта приемки работ, подписанного заказчиком, не препятствует ему заявить в суде возражения по качеству, объему и стоимости работ с одновременным представлением доказательств обоснованности этих возражений.

Согласно статье 722 ГК РФ в случае, когда законом, иным правовым актом, договором подряда или обычаями делового оборота предусмотрен для результата работы гарантийный срок, результат работы должен в течение всего гарантийного срока соответствовать условиям договора о качестве (пункт 1 статьи 721); гарантия качества результата работы, если иное не предусмотрено договором подряда, распространяется на все, составляющее результат работы.

Заказчик вправе предъявить требования, связанные с недостатками результата работы, обнаруженными в течение гарантийного срока (пункт 3 статьи 724 ГК РФ).

При предъявлении требований, связанных с ненадлежащим качеством результата работ, применяются правила, предусмотренные пунктами 1 - 5 статьи 724 настоящего Кодекса (пункт 1 статьи 756 ГК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 755 ГК РФ подрядчик несет ответственность за недостатки (дефекты), обнаруженные в пределах гарантийного срока, если не докажет, что они произошли вследствие нормального износа объекта или его частей, неправильной его эксплуатации или неправильности инструкций по его эксплуатации, разработанных самим заказчиком или привлеченными им третьими лицами, ненадлежащего ремонта объекта, произведенного самим заказчиком или привлеченными им третьими лицами.

В силу норм пункта 4 статьи 755 ГК РФ при обнаружении в течение гарантийного срока недостатков, указанных в пункте 1 статьи 754 ГК РФ, заказчик должен заявить о них подрядчику в разумный срок после их обнаружении.

Положения названных норм предусматривают бремя доказывания подрядчика по исключению «производственной» (по вине подрядчика) и наличию «эксплуатационной» (по вине заказчика) причины недостатков (дефектов) выполненных работ, выявленных в пределах гарантийного срока.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статья 65 АПК РФ).

ООО «Интертехэлектро-Турбомонтаж» представлено убедительное обоснование и доказательства, исключающие производственный, то есть по обстоятельствам подрядчика, характер причины выхода генератора из строя, что имело место в период гарантийной эксплуатации (п. 6.2 договора подряда устанавливает гарантийный срок в 12 мес. с момента включения оборудования под нагрузку).

Выводы апелляционного суда основаны на следующем.

В соответствии с актом о выявленных дефектах оборудования от 03.07.2015:

Шейки ротора генератора под вкладыши УВГ имеют механический износ в виде радиальных канавок глубиной до 0,1-0,15 мм; 2. Диаметр баббитовой расточки вкладыша УВГ со стороны 7 подшипника 435,02 - 435,05 обеспечивает суммарный радиальный зазор 0,26-0,3 мм, что в пределах нормативных требований; 3. Диаметр баббитовой расточки вкладыша УВГ со стороны 8 подшипника 435,24- 435,27 мм обеспечивает суммарный радиальный зазор 0,34-0,37 мм, что выходит за рамки допустимых нормативных требований (норма 0,24-0,3) (том 3 л.д. 13-16).

Вместо устранения всех дефектов оборудования (в том числе, шеек ротора генератора), установленных актом от 03.07.2015, заказчиком принято решение о частичном ремонте выявленных дефектов, которые отражены в этом акте от 03.07.2015: 1. Выполнить ручную шлифовку шеек ротора генератора под вкладыши УВГ; 2. Провести типовой ремонт вкладыша УВГ со стороны 7 подшипника с заменой всей уплотняющей резины; 3. Заменить вкладыш УВГ со стороны 8 подшипника на резервный.

После выполнения работ и сборки узлов УВГ заказчиком принято решение о необходимости выполнения подрядчиком дополнительного объема работ в виде разборки УВГ со стороны 7 подшипника и замены вкладыша на резервный после его перезаливки и расточки, что отражено в ведомости дополнительных работ, утвержденной 17.09.2015 (том 1 л.д. 139-142).

При этом истец также ссылается на то, что с учетом фактического, а не расчетного, износа шейки ротора и в целях исключения утечки водорода, которая имела место до ремонта, заказчиком оформлен заказ на механическую обработку вкладыша силами ОАО «ЧЭР» (Челябинск) для обеспечения минимально допустимого суммарного радиального зазора 0,24 мм, что ответчиком в судах первой и апелляционной инстанции не оспаривалось. Из пояснений представителей ООО «Интертехэлектро-Турбомонтаж» в суде апелляционной инстанции следует, что механическая обработка вкладыша включала в себя установку специального покрытия из баббита (сплав мягких металлов). Доводы истца о работе генератора при сниженном давлении водорода в связи с его утечкой объявлены применительно к причинам передачи УВГ сторонней организации (ОАО «ЧЭР», г. Челябинск), обстоятельства чего, как указано выше, ответчик не оспаривал.

Учитывая пояснения представителей истца, данных суду апелляционной инстанции, в процессе дефектации оборудования, результаты которой отражены в акте от 03.07.2015, истец рекомендовал произвести замену других частей в целях соблюдения требований изготовителя нормативно-технической документации на оборудование. По словам представителя истца, при дефектации были выявлены износ роторной части (в нее помещен вкладыш) и износ самого вкладыша. Ремонт вкладыша примерно в 10 раз дешевле ремонта статорной части. То есть дефекты были выявлены в обоих узлах. Заказчик же в целях экономии решил заменить только вкладыш. Роторную часть заказчик отремонтировал по результатам закупочной процедуры через год после установки вкладыша истцом. То есть на момент спорных работ заказчик ограничился лишь полумерами, что и привелов числе прочего, по мнению представителей истца, к возникновению настоящего спора.

Согласно представленному истцом формуляру, заполненному сторонами комиссионно после окончательной сборки узла 07.08.2015, суммарный радиальный зазор фактически составляет 0,25-0,28 мм (норма 0,27 мм) (л.д. 43 т.3). Выводы суда первой инстанции на этот счет ответчик в жалобе не оспаривает.

Ссылаясь на указанные доказательства, истец считает довод ответчика о несоответствии результатов работ требованиям нормативно-технической документации, не соответствующим действительности, указывает, что на момент передачи заказчику все результаты работ по договору полностью соответствовали требованиям чертежа № 5ТХ263 137, на который ответчик ссылается в дополнениях к отзыву на исковое заявление, при этом истцу не известно, выполнялись ли ответчиком какие-либо иные работы с оборудованием в период с 08.08.2015 по 07.10.2015. Истец считает, что заказчик мог в течение 2,5 месяцев производить любые манипуляции с оборудованием, которые могли повлечь за собой изменение зазоров вкладыша УВГ.

Позиция ответчика, поддержанная в суде апелляционной инстанции, свелась к тому, что вкладыш УВГ, который подвергся расточке и механической обработке баббитом, прошел ненадлежащий входной контроль по диаметральным измерениям, в результате чего был установлен неправильно, что повлекло в итоге излишнее трение УВГ с другими частями агрегата (т.н. конусность) и нагревание в связи с этим трущихся деталей.

В обоснование своих доводов ответчик указывает на следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела, 29.10.2015 членами комиссии в составе представителей истца, ОАО «Фортум» был составлен акт № 12 расследования причин аварии, произошедшей 08.10.2015, в котором отражен факт повышения температуры в точке ГП-1а до 87 градусов С и ее рост, а также то, что при проведении дефектации УВГ сторона подшипника № 7 11.10.2015 выявлено: следы касания ротора о баббитовую расточку вкладыша на водородном уплотнительном пояске, расточка уплотнительного водородного пояска имеет конусность, с уменьшением диаметра в сторону генератора, минимальный размер зазора вкладыш ротор 0,21 мм на диаметр (вкладыш чертеж № 5ТХ263 137), что на 0,03 мм меньше минимально допустимого (том 2 л.д. 68-71). В данном акте в качестве причины возникновения аварии и ее развития указано нарушение персоналом истца требований чертежа № 5ТХ263 137, которое выразилось в установке при ремонте вкладыша с геометрическими размерами, несоответствующими чертежу (уменьшение зазора между ротором и вкладышем УВГ турбогенератора ТВГ-200-2МУЗ ст. № 2, сторона подшипника № 7.

Указанный акт был составлен без вызова истца и в отсутствие уполномоченных представителей ООО «Интертехэлектро-Турбомонтаж».

Составлению акта предшествовало подписание представителями заказчика и подрядчика акта дефектации УВГ от 11.10.2015, согласно которому в период останова персоналом ООО «Интертехэлектро-Турбомонтаж» выполнен визуальный и измерительный контроль уплотнения вала генератора турбины. При разборке были проверены:

- визуальный контроль вкладыша.

- Приваловка (центровка) обоймы УВГ к ротору по аксиальным измерениям.

- Геометрия баббитовой расточки вкладыша.

При визуальном осмотре вкладыша видимых дефектов не выявлено. Баббитовая заточка имеет незначительные следы касания ротора.

Приваловка (центровка) обоймы УВГ к ротору отклонений от формулярных значений не имеет.

Выработки баббита при замере геометрии расточки вкладыша не обнаружено (л.д. 58 т. 2).

12.10.2015 составлен акт ревизии УВГ ТГ-2, подписанный сторонами, в котором отражено, что при работе турбины приборы термоконтроля зафиксировали подъем температуры вкладыша уплотнительного подшипника до 75 градусов С (том 2 л.д. 60-67). В этом же акте зафиксировано, что центровка корпуса УВГ по отношению к ротору генератора отклонений от формулярных значений не имеет (л.д. 60 т.2).

Уведомлением от 13.10.2015 ООО «Тобольская ТЭЦ» сообщило истцу, что после сборки 11.10.2015 был произведен пробный пуск турбины, который показал, что дефект не устранен, и повышение температуры вкладыша уплотняющего подшипника генератора со стороны турбины до 75 градусов цельсия, после чего турбина была остановлена. Для повторного устранения дефекта ответчик пригласил истца 13.10.2015 направить специалистов ООО «Интертехэлектро-Турбомонтаж» на Тобольскую ТЭЦ (л.д. 59 т. 2).

14.10.2015 сторонами был составлен акт о выявленных дефектах оборудования, в котором отражено, что при визуальном контроле вкладыша видимых дефектов не выявлено, баббитовая расточка имеет незначительные следы касания ротора, аксиальная приваловка (центровка) обоймы УВГ к ротору отклонений от формулярных значений не имеет, в вертикальной плоскости составляет 0,05 мм, в горизонтальной плоскости – 0,00 мм, при инструментальном замере расточки обнаружено, что диаметр баббитовой расточки вкладыша находится в пределе 434,91-435,00 мм, диаметр шейки ротора под вкладыш УВГ 434,70 мм, расточка уплотнительного водородного пояска имеет конусность, с уменьшением диаметра в сторону генератора, имеется отклонение расточки от цилиндрической формы (овальность) с уменьшением диаметра в двух плоскостях верх- низ, лево-право, в этих плоскостях находятся наименьшие замеры расточки вкладыша диаметром 434,91 мм, меры по устранению – ремонт (том 3 л.д. 17-18).

15.10.2015 по акту истец принял на ремонт масляное уплотнение вала генератора, сторона турбины ТГ-2 (том 3 л.д. 19).

21.12.2015 ответчик направил истцу претензию с требованием о перечислении суммы убытков в размере 4 472 167,72 рублей, вызванных снижением выработки мощности, как специфического товара на ОРЭМ за период простоя паровой теплофикационной турбины, утраты имущества, расходов в виде пусковых затрат на топливо, затрат на проведение ремонтных работ, согласно расчету (том 2 л.д. 52-55, 72-73).

Выражая свое мнение о причинах аварийного останова, истец в суде первой инстанции ссылался на то, что после ремонта паровая турбина № 2 длительное время находилась в резерве, после первого пуска 08.10.2015 турбина была отключена ключом ручного останова из-за повышения температуры баббита до 89,8 град. С. При этом, температура масла на подаче и сливе с уплотняющего подшипника находилась в пределах нормы (38 и 43 градуса, соответственно). 

10.10.2015 специалистами подрядчика была произведена разборка, осмотр деталей УВГ, снятие формуляра, по результатам осмотра сторонами составлен акт от 11.10.2016, в соответствии с которым при визуальном контроле видимых дефектов не выявлено; баббитовая расточка имеет незначительные следы касания ротора о вкладыш на водородном уплотнительном пояске, центровка обоймы УВГ к ротору отклонений от формулярных значений не имеет. Однако, как указывает истец, в акте от 10.10.2015 (а также в любых иных подписанных сторонами документах) заказчик в своих интересах не отразил одну важную деталь – охлаждение вкладыша маслом было затруднено из-за забитых сливных каналов по причине использования грязного масла (качество используемого масла находится в зоне ответственности заказчика).

В подтверждение данного довода истец ссылается на сделанные им фотографии, подтверждающие данный факт (л.д. 76-79 т. 3).

 Ответчик ставит под сомнение доказательственное значение этих фотографий, однако надлежащего опровержения этому не дает. Как пояснил суду апелляционной инстанции представитель истца, фотографии были сделаны персоналом ООО «Интертехэлектро-Турбомонтаж», который осуществил разбор турбины 11.10.2015, что подтверждено обозначенным выше актом. Таким образом, материалами дела подтверждаются обстоятельства, при которых подрядчик осуществил фотосъемку спорного агрегата в момент его разбора. И на этих фотографиях отчетливо видны на поверхности деталей грязного масла. Для сравнения приведены также фотографии этих же поверхностей после очистки, что с достаточной степенью определенности и без привлечения специальных познаний позволяет констатировать отмечаемые истцом факты загрязнения именно маслом. На этот счет представители ООО «Интертехэлектро-Турбомонтаж» суду апелляционной инстанции пояснили и причины перегрева. Эти пояснения состоят в следующем: на входе масло охлаждает установку, а когда масло загрязнено, образуется масляная пробка и масло перестает поступать на другую сторону. В этом месте, таким образом, происходит нагрев (с одной стороны – нагрев, с другой – масляная пробка). На узле установлены два температурных датчика – с одной и другой стороны. Такая разность температур является экстраординарной ситуацией, то есть из-за пробки масло не достигает выходного отверстия и создается локальный перегрев. Масло поступает в агрегат через маслопроводы, идущие от специальной емкости. Очистка масла и его использование относятся к сфере принятия решений заказчиком. Подрядчик к этому отношения не имеет.

Разность температуры масла (соответственно 38 и 43 градуса цельсия) зафиксирована в одностороннем акте ответчика № 12 от 29.10.2015 (л.д. 69 т. 2).

Пояснения истца находятся в фактическом единстве с представленными им фотографиями, значение которых ответчик в установленном порядке не исключил.

 Иную причину разницы в температурах масла ответчик не обосновал.

Доводы ответчика о причинах повышения температуры в связи с несоответствием выявленных зазоров чертежу в составе технической документации к оборудованию, опровергаются формуляром, подписанным сторонами 07.08.2015 по результатам контрольных замеров по факту приемки заказчиком выполненных истцом работ по договору (л.д. 43 т. 3). Как указано выше, фактом подписания формуляра стороны констатировали соответствие диаметральных замеров нормативным требованиям. В таких обстоятельствах нет оснований согласиться с позицией ответчика о ненадлежащем входном контроле истца, выразившемся в неверном измерении подрядчиком баббитового покрытия УВГ, выполненного сторонней организацией. 

Отклонение размера зазоров, зафиксированное в актах от 12 и 14 октября 2015 г. не может быть вменено подрядчику и по той причине, что механическую обработку вкладыша (расточка подшипника) осуществляла сторонняя организация.

Не исключена надлежащими средствами доказывания эксплуатация оборудования до инцидента (несмотря на требования истца, ответчик не представил журнал запусков и согласие на запуск РДУ), не доказана надлежащая эксплуатация в этот период (следы грязного масла).

В принципе  следы такого масла могут дополнительно подтверждать факт эксплуатации до инцидента. 

 Требования формуляра (разработчика изделия) к деятельности в рамках входного контроля (три диаметральных замера) истцом соблюдены (двусторонний акт от 07.08.15).

 Ответчиком , таким  образом ,  не указано, какое именно нарушение условий договора допустил истец как подрядчик.

 Качество обработки баббитовым покрытием в рамках этого дела не исследовалась, однако причина нарушения нормативных размеров зазоров по обстоятельствам расточки агрегата не исключается. По не опровергнутым пояснениям  истца, при дефектации были выявлены износ роторной части (в нее помещен вкладыш) и износ самого вкладыша. Ремонт вкладыша примерно в 10 раз дешевле ремонта статерной части. То есть дефекты были выявлены в обоих узлах. Заказчик же в целях экономии решил заменить только вкладыш, что также может являться причиной аварийной остановки работы генератора в результате его перегрева.

В актах дефектации, составленных с участием подрядчика в октябре 2015 г. не содержится никаких выводов, позволяющих однозначно утверждать, что дефекты связаны с ненадлежащим входным контролем, а не, как вариант, с причинами эксплуатационного порядка. Акты содержат лишь описание технического состояния. Ответчик не исключил причины, выразившиеся в ненадлежащей эксплуатации.

В свою очередь, истец выдвинул аргументированные предположения о том, что Тобольская ТЭЦ не исключила возможную эксплуатацию генератора после 07.08.2015 и до 08.10.2015. Ответчик настаивает на том, что впервые генератор после ремонтных работ был запущен 08.10.2015. 

В соответствии с абз. 6 п. 35 Постановления Правительства РФ от 27.12.2004 № 854 «Об утверждении Правил оперативно-диспетчерского управления в электроэнергетике», организации, осуществляющие деятельность по производству электрической энергии, и иные собственники и законные владельцы электростанций поддерживают в надлежащем техническом состоянии принадлежащие им на праве собственности или ином законном основании устройства, воздействующие на энергетическое оборудование электростанций с целью обеспечения устойчивой работы указанного оборудования и энергосистемы в целом в части первичного регулирования частоты, автоматического вторичного регулирования частоты и перетоков активной мощности, регулирования напряжения, а также обеспечивают работу таких устройств в соответствии с установленными системным оператором параметрами.

Каждый диспетчерский центр определяет в закрепленной за ним операционной зоне перечень объектов диспетчеризации (контрольных пунктов), напряжение в которых контролируется этим диспетчерским центром. При этом в качестве критерия, являющегося основанием для включения в указанный перечень, используется степень влияния напряжения в объектах диспетчеризации на устойчивость электроэнергетического режима энергосистемы (п. 43).

Запрос на изменение технологического режима работы или эксплуатационного состояния (за исключением вывода в резерв и ввода из резерва по оперативной диспетчерской команде) объектов диспетчеризации, а также на проведение испытаний осуществляется путем оформления и подачи диспетчерской заявки. Порядок оформления, подачи, рассмотрения и согласования диспетчерских заявок, а также порядок выдачи на их основании разрешений и подачи диспетчерских команд на изменение технологического режима работы или эксплуатационного состояния объектов диспетчеризации и осуществления контроля за их исполнением определяются системным оператором (в технологически изолированной территориальной электроэнергетической системе - соответствующим субъектом оперативно-диспетчерского управления) (п. 49).

Дата и время вывода объекта диспетчеризации из ремонта определяются соответствующим диспетчерским центром при завершении контроля за исполнением диспетчерской заявки после получения уведомления о завершении ремонтных работ и включения объекта диспетчеризации в работу или его вывода в резерв (п. 58).

Для опровержения высказанных истцом сомнений в достоверности указанной ответчиком даты первого запуска генератора после ремонта последнему следовало представить журналы, а также заявки в РДУ (региональное диспетчерское управление) по месту нахождения ответчика в соответствии с установленными локальными требованиями РДУ. Эти документы могли бы подтвердить, что в отмеченный период времени оборудование не работало и не эксплуатировалось. Представитель ООО «СИБУР ТОБОЛЬСК» в суде апелляционной инстанции не отрицала необходимость подачи запросов в РДУ и их регистрации в сменных журналах ТЭЦ.

Таким образом, ответчик не устранил возможность ненадлежащей эксплуатации в период между сдачей работ подрядчиком и подписания сторонами формуляра от 07.08.2015 и до аварийной остановки генератора 08.10.2015.

Не исключена причина перегрева при вышеустановленных обстоятельствах и в связи с использованием масла ненадлежащего качества. 

В суде первой инстанции и в суде апелляционной инстанции истец выдвинул несколько взаимосвязанных версий возможных эксплуатационных причин возникших дефектов, ни одну из которых ответчик процессуальными средствами доказывания не исключил, не обосновав в свою очередь нарушение обязательства подрядчиком. Входной контроль выполняется в соответствии  с требованиями разработчика изделия, изложенными в формуляре. Нарушение подрядчиком соответствующих требований не доказано.

Само по себе принятие истцом 15.10.2015 масляного уплотнения вала генератора в ремонт  при указанных обстоятельствах не свидетельствует о признании претензии ответчика и о наличии вины истца в выявленном несоответствии зазора вкладыш-ротора после расточки сторонней организацией. Более того, учитывая не опровергнутые пояснения истца в суде апелляционной инстанции, передача в ремонт истцу масляного вала продиктована тем, что ООО «Интертехэлектро-Турбомонтаж» является единственной в зоне действия ТЭЦ организацией, специализирующейся на работах по ремонту такого оборудования, что также видно из его фирменного наименования.

Поскольку некачественное выполнение подрядчиком работ по договору не доказано, как результат, не доказаны и остальные элементы состава: противоправность поведения подрядчика, вина ООО «Интертехэлектро-Турбомонтаж» в причинении предъявленных к зачету убытков ответчика, а также причинно-следственная связь между ненадлежащим ремонтом и вменяемыми убытками, что является необходимым условием их возмещения по смыслу статей 15, 393 ГК РФ. 

Кроме того, размер заявленных к зачету убытков первичными документами не подтвержден, что исключает возможность их установления с разумной степенью достоверности.

Кроме того, в указанном выше уведомлении ответчик заявлял к зачёту не убытки , объявленные в рамках настоящего дела, а «штрафную неустойку», основания которой не раскрыты. 

Убытки по своей правовой природе являются мерой ответственности за ненадлежащее исполнение обязательств, которые могут быть оспорены как по основаниям возникновения, так и по размеру. 

При таких обстоятельствах прекращение обязательств зачетом направлено фактически на бесспорное удовлетворение необоснованных требований ответчика по взысканию убытков, что по смыслу статьи 410 ГК РФ не допускается.

Заявление о зачете не связывает контрагента, и он, полагая, что сделанное заявление не повлекло правового эффекта в виде прекращения его требования к лицу, заявившему о зачете, вправе обратиться в арбитражный суд с иском о взыскании соответствующей задолженности. При рассмотрении имущественного требования о взыскании подлежат проверке судом доводы ответчика о наличии у него встречного однородного требования к истцу и о прекращении обязательств полностью или в соответствующей части в результате сделанного заявления о зачете. Данная позиция изложена в Постановлении Президиума ВАС РФ от 07.02.2012 № 12990/11 по делу № А40-16725/2010-41-134, А40-29780/2010-49-263.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно взыскал с ООО «Тобольская ТЭЦ», превопредшественника ООО «СИБУР ТОБОЛЬСК», задолженность по договору подряда в пользу ООО «Интертехэлектро-Турбомонтаж» в размере 754 909 рублей 68 копеек основного долга, а также проценты за пользование чужими денежными требованиями, в отношении расчета которых апелляционная жалоба самостоятельных возражений не содержит (ч. 5 статьи 268 АПК РФ).

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены решения суда. Нормы материального и процессуального права судом первой инстанции при разрешении вопроса были применены правильно. Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ, в связи с отказом в удовлетворении апелляционной жалобы, расходы по государственной пошлине за ее подачу в сумме 3000 руб. относятся на ООО «СИБУР ТОБОЛЬСК».

Руководствуясь п. 1 статьи 269, ст. 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

заменить связи с реорганизацией в форме присоединения в порядке процессуального правопреемства общество с ограниченной ответственностью «Тобольская ТЭЦ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) на общество с ограниченной ответственностью «СИБУР Тобольск» (ОГРН 

<

***>).

 Решение Арбитражного суда Тюменской области от 02 ноября 2016 года по делу № А70-10239/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме. 

Председательствующий

Н.А. Шарова

Судьи

О.В. Зорина

 М.В. Смольникова